Текст книги "Тонкости эльфийской генеалогии"

Автор книги: Татьяна Патрикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

За нами с повинно опущенной головой плелась Ванилика, которую я мысленно обозвал Ванилью, а я, заливаясь соловьем, тащил за собой в кафе Изю. Она слушала так внимательно и так чутко реагировала на все мои невольные обмолвки об истинном состоянии дел и успехах её дочери, что у меня, не смотря на всю ту легкость разговора, которую я пытался демонстрировать, было чувство, словно ступаю по минному полю. Но я старался не обращать на это внимания, а потом мы пришли в кафе, уселись за так спешно покинутый нами столик, повторили заказ, и вот тогда у нас пошел уже серьезный разговор.

Изольдика негодовала. Я её понимаю. Виверне было обидно, что она пропустила вчерашнее веселье, и не просто так, а потому что собственные дочери не рискнули доверить ей свой главный секрет. Она не пускала Гарри в университет, поэтому та подала документы и поступила тайно от матери, а потом все эти полгода они с Ваниликой искусно покрывали её отсутствие в их части острова. Но Изольдика начала что-то подозревать, и тогда перед её светлые очи, аккурат неделю назад, предстала сама Гарри. Вот Изя и успокоилась. Оказалось, что зря. Гарри как раз в тот день втихаря от всех летала пообщаться с папой Фа и, заодно к своим залетела. Так что рано Изя расслабилась, о чем теперь сетовала и сокрушалась. Но то, что мы с Карамелькой и Каарем при минимальном поддакивании со стороны провинившейся Ванили ей рассказали, виверну очень заинтересовало и даже обрадовало. Так что смело могу сказать, что встречался я с ними не зря и вообще продуктивно провел обеденное время.

Единственное, о чем я сожалел, и, сразу скажу, не я один – это то, что я не мог позволить себе такую роскошь, как пригласить виверну и ифрита на наши вечерние посиделки. О чем речь? Ну как же, я ведь еще в прошлые выходные обещал ребятам, что по воскресеньям у нас теперь всегда будет киносеанс. Так что, приехали к ним родители или нет, это ничего не отменяет.

Меня утром, уже на подходе к аэровокзалу, перехватили Филька и Вини и принялись при Карамельке выспрашивать, будем ли мы сегодня смотреть продолжение 'Властелина Колец'. Разумеется, я ответил, что нет, объяснив это тем, что у нас сегодня в кинозале будет много новеньких, поэтому смотреть продолжение, не видев начала, им будет не интересно. Но в ответ на кислые мины ребят из коммандос я клятвенно пообещал, что покажу им сегодня не менее интересный фильм, точнее, даже мультфильм. Разумеется, мне тут же припомнили ослика, женатого на драконе, на что пришлось объяснять, что 'Шрека' нужно смотреть уже подготовленным, так как зачастую юмор другого народа не всегда понятен даже в рамках одного мира и одной расы, что уж говорить о шутках иного мира. Но я пообещал им, что мультик будет не менее увлекательным, так что оба эльфа с добытой информацией в клюве понеслись с остальным делиться планами на сегодняшний вечер.

После этого к нам и напросился Камарель вместе со всем их только вчера созданным классом вундеркиндов. Оперативно, однако, они с Микой сработали. За что радуюсь, так это за самих деток. Вчерашний стресс для них, когда их силами обоих деканов вылавливали по всем факультетам, получился, как я очень надеюсь, минимальным. Зато выгода от такой оперативности взрослых на лицо. Но об этом чуть позже.

Так вот, позвать с нами Изю и Каа я не мог, так как опасался, что опытные родители других колокольчиков сумеют-таки просечь, что эти двое не являются теми, кем хотят казаться. Поэтому во избежание преждевременно раскрытия пришлось оставить их обоих в Холёбаске. Изя заявила, что после того, как она увидится с младшей дочерью, они с Ванилью вернутся обратно на свои Драконьи острова. А вот Каа изъявил желание остаться на целую неделю, при условии, что под чутким присмотром Ники он сможет еще несколько раз побывать в университете и все там осмотреть. Разумеется, я дал добро. Причем даже Лучистый, весьма активно пообщавшись с Каа на отвлеченные темы, не стал этому противиться. Так что расстались мы весьма довольные друг другом. Я пообещал Изе, что непременно отошлю к ней Гарри, как только мы с Карамелькой снова попадем в университет. Разумеется, тут же к моим услугам хитро щурившимся эльфом был открыт портал, так что обратно мы добрались не в пример быстрее, чем летели туда. Но я не возражал. Утренний полет на дирижабле помог нам с Камарелем нормально пообщаться. Думаю, он отказался в тот раз от портала, рассчитывая именно на это. К слову, Изе и Каарю мои сокращения их имен понравились. Так что теперь смело могу их так называть хоть про себя, хоть вслух. И это радует. Еще один шажок к взаимопониманию, разве это не здорово?

Ир

Со встречи с родителями Фа и Гарри Андрей вернулся неприлично довольным собой. Меня так и подмывало сказать ему какую-нибудь гадость. Но я уже привычно одернул себя. Даже странно. Раньше мне бы и в голову не пришло щадить чьи-то чувства, кроме своих собственных. Но теперь я все время об этом думаю. Даже голова пухнет, но я справляюсь. Научился же я жить в мерцаниях годами, и человечности, как это обозвался Андрей, научусь. Наверное…

И все же кое в чем я просчитался. Я так радовался, что из-за его простофильности мне не пришлось вдаваться в подробности того, что именно представляет собой наша с ним синхронизация и чем это может в ближайшее время грозить мне лично. На самом деле, ничем серьезным, но в некоторых вопросах я буду несколько ограничен в свободе действия. Почему я так легко пошел на это? Все просто. Поразмыслив, я осознал, что через неделю у всех колокольчиков и нас с Андреем до кучи будут каникулы, то есть спокойная мирная жизнь в глубинке без нервных потрясений, которые в университете подстерегают нас буквально на каждом углу. Вот я и решил, что могу себе позволить день-другой отлежаться.

Разумеется, посвящать Андрея в свою временную частичную недееспособность я не собирался. Зачем ему знать? Это только мое решение. И принимал я его осознанно и по острой необходимости. Дело тут даже не в чувствах, а в трезвом расчете, по которому выходит, что нам сейчас Андрея терять никак нельзя, уж больно он хорош в своем деле. И уже потом, поразмыслив, я мог бы сказать, что я лично тоже не хочу его потерять. Он стал слишком привычной, почти необходимой оставляющей моей жизни. И отказываться от неё я не собираюсь. Точка.

Но этот ушлый проныра, как только вернулся домой, задался целью закончить все многоточием. Уж больно его интересовал тот самый вопрос, которого я хотел всеми силами избежать. Не получилось.

– Ир, кончай! – воскликнул он, когда ему надоело играть по моим правилам.

– Угу, – отозвался я, не отрывая взгляда от монитора, – бегу и падаю.

– Ир! – не унимался Андрей, а потом сделал просто немыслимое. Вот уж что мне было жалко, так это их местную чудесную технику. И все же, он подошел и отжал кнопку на 'пилоте'. Монитор, лишившись питания, погас. Я, резко крутанувшись на стуле в его сторону, поднял возмущенный взгляд и, не узнавая себя самого, осекся.

Он смотрел на меня серьезно и пугающе по-взрослому. Я уже знал такой его взгляд и просто терпеть не мог, когда он так на меня смотрит.

– Ну что?

– Что ты с собой из-за меня сделал?

– Просто кое-чем поделился.

– И поэтому у тебя кровь пошла?

– И поэтому она больше не пойдет у тебя.

– Я ведь не о себе спрашиваю.

– А я предпочитаю говорить именно о тебе.

– Ир, – укоризненно протянул он.

Что мне оставалось? Я фыркнул и прямо в кресле откатился от него подальше. Отвернулся. Он все так же остался стоять над душой. Умный, ничего не могу сказать. Быстро просек, что я скрываю что-то. И тут меня неожиданно осенило. Он сам говорил о человечности так, словно ему очень приятно то, что со мной происходит, все те перемены во мне, что случились в первую очередь по его вине. Так-так. Значит, можно просто надавить на нужные рычажки. Я добавил в голос толику грусти и едва заметную щепотку вины, и заговорил о следующем.

– Прости, – для достоверности, чтобы лишний раз подчеркнуть, как я устал и расстроен, провел ладонью по лицу и, не поднимая глаз, продолжил, – Это трудно – признаваться в своей уязвимости. Ты ведь тоже мужчина, должен понимать… – я сделал весьма достоверную паузу, словно мне было нелегко говорить об этом, – Тем более тебе. Ты… Это ты. И мне сложно представить себя более уязвимым, чем перед тобой, не только сейчас, вообще… Я ведь… – запнувшись, я вдруг с пугающей ясностью осознал, что больше не притворяюсь, что все эти слова… Когда я начал говорить правду? Я ведь пытался солгать, запутать, сменить тему, в конце концов. Так почему я сейчас так искренен? Что со мной? Человечность – это она?

– Ты… – тихо произнес он и шагнул ко мне. Близко-близко. А я, отчего-то смутившись, как последний школьник, зажмурился и пробормотал в ответ на его невысказанный толком вопрос.

– Ты больше, чем друг… Наверное. Поэтому я не могу, – в горле пересохло, поэтому я поспешно сглотнул и зачем-то еще и добавив, – Ты понимаешь? – поднял на него глаза.

Он протянул руку и зачем-то коснулся моих волос. Не сильно. Так, прихватил одну из прядей двумя пальцами, пропустил между ними. В глазах у него было что-то странное чувство, скрытое от моего понимания. Чистая эмоция.

– Я понимаю, Ир, но не делай больше так.

– Не помогать тебе? – отчего-то испугавшись в душе, что он подтвердит мою догадку, уточнил я.

– Не лги больше и не утаивай, хорошо?

Я мог бы возразить и возмутиться. Мог бы найти множество доводов против, но вместо этого кивнул и криво, сам знаю, что именно криво, улыбнулся. Меня сковала неведомая ранее робость.

А Андрей улыбнулся мне в ответ открыто и искренне. Мне нравится, когда он так улыбается.

– Ты ведь мне еще расскажешь об этой твоей синхронизации, правда? – и, заметив что-то в моем взгляде, добавил. – Не сейчас. Завтра, например.

– Ну… – улыбаясь уже в открытую, а не выдавливая из себя улыбку, подтвердил я. – Разве что завтра. Вот с мыслями соберусь и прямо с утра…

– На ушко нашепчешь? – полюбопытствовал он с нарочито интимным подтекстом. Вот уж действительно озабоченный. Все ему неймется!

Я строго посмотрел на него, а он улыбнулся еще шире, чем до того, и зачем-то показал мне оттопыренный большой палец. Его же собственный переводчик быстро огласил мне значение данного жеста. Хмыкнув, я, не вставая, отодвинул Андрея в сторону и подкатился в своем кресле обратно к компьютеру.

– Кстати, пока тебя не было, я по магазинам ходил, – он же сам хотел, чтобы я ему все рассказывал, ничего не умалчивал. Что ж, попробуем.

– Один? – вырвался у него изумленный возглас.

Я осклабился, но к нему не обернулся, хоть компьютер только-только начал урчать, сигнализируя о том, что включился и запускает систему.

– Ты был занят.

– Мог бы и подождать!

– Попали бы на обед.

– У супермаркетов не бывает обеда… Постой, а в какой это ты магазин шастал?

– В тот же самый. Решил, что нам в Водном Крае пригодится несколько ваших технических новинок. Например, экран для просмотра фильмов. Кстати, с тебя эти самые фильмы.

– Так, минутку, – Андрея вдруг положил руку мне на плечо. Это заставило меня на него обернуться. – Но ведь время для моей квартиры теперь стоит. Тогда как, стесняюсь спросить, ты лазишь в Интернете, и почему нельзя было дождаться меня, чтобы вместе в магазин сбегать?

Вот не олух ли? Ему ведь Карл все объяснил, чего там могло быть непонятного?

– Полностью время для твоей квартиры остановится только через несколько лет, ближайшие два года тебе грозит лишь синхронизация с нашими неделями. То есть, жить здесь теперь можно не беспокоясь о тех лишних сутках, которые вынудили бы нас каждый раз высчитывать, какой сегодня день. Это ясно? За несколько лет ты сильно не состаришься, и умереть не умрешь.

– Ну, от старости да, не умру – это точно, – пробормотал он, пытаясь уложить в голове новую информацию и тут же спохватился. – То есть, мне еще предстоит закончить этот долбанный пятый курс?

– Тебе в любом случае придется свой институт закончить. Но постфактум.

– Что-то мне подсказывает, что кто-то особо ушлый опять все пытается за меня решить.

– Ничего я не пытаюсь. Просто непохоже, чтобы ты так уж рвался заканчивать свое образование. К тому же, у нас ты, как специалист, в любом случае куда более востребованный и нужный. Так что диплом мы тебе с Карлом обеспечим. О посещении занятий и сдаче зачетов можешь не беспокоиться.

– Слушай, а вам не кажется…

– Что вмешиваемся в твою личную жизнь? – уточнил я, быстро обдумывая, какие еще разумные доводы можно было бы привести.

– Нет, – не подтвердил моих опасений Андрей, – Я просто хочу сказать, что это уже как-то слишком. Мало того, что Карл мне какую-то баснословную зарплату платит, я после аванса вообще боюсь счет проверять. Кормите, поите за счет университета. Обеспечиваете интересной работой, на которой никогда не бывает скучно, так еще и доучиваться будете за меня… – он застенчиво, да, глупо, конечно, звучит по отношению к нему, но именно так он переступил с ноги на ногу и как-то почти виновато посмотрел на меня. У меня от такого его поведения какие были слова, все кончились. Поэтому я ограничился одним лишь выразительным взглядом, которому – увы мне! – наш психолог не внял. Пришлось объяснять на словах.

– Андрей, может, лучше посчитаешь, сколько прибыли ты уже принес университету? Пусть пока не в денежном эквиваленте. Но заметь, я сказал 'пока'. Да все то, что ты успел сделать, уже через пару месяцев начнет приносить такие дивиденды, что закачаешься!

– А если за эти самые пару месяцев что-то пойдет не так?

– Что я слышу? Неужели ты решил усомниться в себе? И это после того, что было?

– Но ты ведь сам вчера говорил, что у меня не получится каждый раз выезжать на одном только чутье. Вдруг оно однажды даст осечку?

– Вот когда даст, тогда и будем разбираться. И это, насколько я помню, твой личный подход к любой проблеме, я не прав?

– Ну да, решаем проблемы по мере их поступления, – повеселев, подтвердил он.

– Именно!

– Ладно. Тогда я тоже в магазин сбегаю. Дисков с фильмами прикуплю. Ты со мной?

– И ты еще спрашиваешь?

Вот так мы с ним мило пообщались, о чем сейчас я уже не жалею, особенно зная, что произошло на следующий день и в каком виде мне пришлось объяснять ему все тонкости о последствиях моей с ним синхронизации. Но об этом позже.

Теперь о вторичном. По крайней мере, лично мне оно кажется именно вторичным. Хотя, уверен, что Андрей нашел бы способ оспорить это мое утверждение.

Этим вечером он решил показать нам не фильм, а мультфильм, мотивируя это тем, что среди зрителей будет много детей. Признаться, конкретно в тот момент я не совсем понял, при чем тут дети, а вот когда мы все собрались в классной комнате, когда он запустил на ноутбуке купленный нами вместе диск, и на большом экране появилось изображение, я понял, в чем вся соль. Оказывается, фильмы – это больше для взрослых, а вот мультфильмы – где все так ярко, так похоже на настоящее волшебство – это для детей. По крайней мере, в большинстве своем.

В классной комнате на этот раз действительно было очень много народу. Благо, что мы уже начали проект по мелиорации и успели расширить границы помещения до их первоначальных размеров. Поэтому, как бы странно это не выглядело, поместились все. Правда, пришлось потеснится. В итоге некоторые расположились на полу. Например, детки, которых теперь опекали Камарель и Микалая. Это надо было видеть, когда они расселись. Два декана в предоставленных им креслах и дети вокруг них прямо на полу, куда сметливый джин бросил несколько ковров. Травой-то у нас заросла только северная часть помещения. Остальное пространство пола так и оставалось паркетным. Пока. Но в будущем, еще неизвестно, как все тут разрастется. Не стану загадывать.

Так вот, смотрели мы мультфильм 'Князь Владимир'. И от себя могу сказать, что он мне понравился больше, чем тот концептуальный, как выразился Андрей, фильм про эльфов. И дело вовсе не в яркости картинки, а в том, как интересно и многогранно был преподнесен сюжет. Он захватил с первых минут и не отпускал до самого конца. А какие у них там были песни! Конечно, во 'Властелине Колец' тоже присутствовало музыкальное сопровождение, но по сравнению с тем, что я услышал тут, оно теперь казалось мне бледным и невыразительным. Поэтому я в полном мере мог согласиться с утверждением одного из персонажей, что порой, музыка может сказать о народе много больше, чем что-либо другое. Да, этим мультфильмом, который Андрей на жаргоне называл просто мультиком, я проникся. И не только я.

После финальной битвы князя с Кривжей, Тимошка – маленький оборотень, из-за которого на футболе был ранен Алый, воскликнул и кинулся к Ваславею, который, к слову, тоже присутствовал на нашем вечернем киносеансе.

– Но ведь мы не такие, правда? Да?

Разумеется, так он отреагировал на князя, который, швыряя в огромного косолапого монстра факелом, обозвал его оборотнем. И тут просто шикарно, не побоюсь его перехвалить, выступил Андрей. Он перегнулся через подлокотник своего кресла, протянул руку к мальчишке, который присел на корточки у кресла Ваславея, дотянулся и потрепал по волосам.

– Он плохой не потому, что оборотень, а потому, что злой сам по себе. Злыми бывают и люди, и нелюди. Равно как и добрыми. Только тебе самому решать, каким ты хочешь стать.

– Добрым, – заглядывая ему в глаза преданным взглядом, отозвался волчонок.

Андрей отечески ему улыбнулся. Такую его улыбку я видел только по отношению к Имире, маленькой дочке Фарида.

– Так будь, – сказал он ужасно похоже на того самого князя, за приключениями которого мы все наблюдали, затаив дыхание.

И все дружно продолжили смотреть мультфильм. По окончании, разумеется, начались ожесточенные дебаты. Всем хотелось знать, есть ли продолжение, и дождется ли князь свою принцессу. Когда Андрей сказал, что продолжения нет, все расстроились. И меня совершенно не удивило, когда Камюэль Барсим вдруг потребовал себе ноутбук и диски с фильмами к нему. Конечно, он сказал это не в такой ультимативной форме, но по тому, как он при этом посмотрел на младшего брата, становилось ясно, что он сделает все, чтобы Барсик уже завтра ему этот ноутбук добыл.

Признаться, в этот момент я испытал чувство подлинного триумфа. Потому что понял, что не зря бегал сегодня в магазин тайком от Андрея. У меня был запасной ноутбук. Точнее, несколько ноутбуков. Но Барсиму-старшему я подарил один из них. Эльфу сей жест понравился. И все бы ничего, если бы ко мне сзади не подкрался Карл и не произнес эдаким вкрадчивым голосом, от которого еще в студенческие годы мне всегда хотелось пересесть с первой парты лектория на самую-самую верхнюю.

– Ты научился думать о других, а не только о себе. Наверное, тебя можно поздравить.

– Поздравь лучше Андрея, – пробурчал я, толком не сообразив, что именно сейчас говорю.

– Это все он? – с легкой насмешкой в голосе, поинтересовался вездесущий ректор.

– Больше некому, – отозвался я еще неохотнее.

– И не будет, – отчего-то с затаенной грустью произнес он и отошел в сторону темных Владычиц, которые увлеченно обсуждали достоинства принцессы, которая явно была вовсе не такой тихоней, как можно было предположить.

Разошлись мы все глубоко за полночь, причем для Андрея (и почему меня это совсем не удивляет?) стал подлинным откровением тот факт, что с понедельника для колокольчиков и всего университета в целом начинается сессия. В частности, наши ребята должны были сдать два первых в своей жизни экзамена – алхимию и големотехнику.

Да, стоило просветить его, чтобы увидеть лицо психолога в тот момент, когда он осознал, каким был олухом, что не спросил о тонкостях нашего учебного плана. Так что он колокольчиков чуть ли не пинками разогнал по постелям, объявив, что им еще к экзаменам готовиться. Они возмущались, конечно, заявляя, что давно ко всему готовы, но, как ни странно, послушно разошлись. И их родители тоже. Хотя, чему я удивляюсь? Это же Андрей. Иногда мне кажется, что он со своим таинственным и непостижимым чутьем и умением вовремя найти правильные слова может если не всё, то очень и очень многое.

Спали мы этой ночью особенно крепко, а вот когда встали, начался форменный кошмар. По крайней мере, так показалось в первый момент, когда мы вошли в нашу классную комнату, и обнаружили, что там ничего не осталось. Всё было уничтожено. Абсолютно всё.

Начиная с 9-ой главы выкладываю без сторонней вычитки. Могут быть ошибки. Много.