Текст книги "Родственники (СИ)"

Автор книги: Таша Сосновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Резкий раскат грома, заставляет кровь вернуться на место и мозг включается. Мысли выстраиваются в ряд и буквально кричат о неправильности происходящего. Все не правильно. Нельзя. Нам нельзя. Пара секунд и меня отрезвило так, что разболелась голова.

Я протискиваю руки между мокрыми телами и упираю ладони в крепкую грудь. Стук его сердца отдает на коже. Вот только мозг требует прекратить все немедленно.

Я изо всех сил толкаю мужчину и он перекатывается с меня на спину. Я вскакиваю на ноги и пытаюсь прийти в себя. Тело ноет от сбившейся в низу живота концентрации эндорфинов и требует кульминации. Вот только совесть твердит о другом.

Я сжимаю кулаки пытаясь унять дрожь и смотрю на парня. Он молча садится на мокрой траве и обхватывает голову руками. Илья выглядит убитым и подавленным. Хочу подбежать, упасть на грудь, обнять и поцеловать его. Понимаю, что разъедает его изнутри запретная страсть. Я испытываю схожий набор чувств. Однако больше всего я чувствую вину и горечь.

– Мы не должны, это не правильно! – кричу я пытаясь заглушить боль в сердце. – Это не правильно по отношению к Марине. По отношению к Владу. Ты мой брат! Мы не должны!

– Нет. – судорожно вздыхает мужчина и продолжает сидеть на земле немного раскачиваясь из стороны в сторону. – Ааа.

Его стон для меня как сигнал к бегству. Я срываюсь по направлению к машине. На коленях выползаю по скользкой почве к дороге. И вновь приняв вертикальное положение спешу к транспорту. Плюхаюсь на сиденье не обращая внимания на перепачканную одежду и обувь. Я просто не могу сконцентрироваться на чем то, кроме воспоминания об этом поцелуе. Я целовала своего двоюродного брата. Чертова дура!

Слышу, как Илья подходит к машине и не глядя на меня садится за руль. С силой ударяет по баранке, а я чувствую это удар на моей коже. Мотор рычит и, наконец, с визгом мчит нас домой. Туда, где мы опять родственники, туда, где нет места моей любви. А я люблю. Люблю своего брата, как мужчину. И это убивает меня медленно и болезненно.

Глава 23

Илья.

Сижу на мокрой от дождя траве и мое сердце плачет, как погода сейчас. Я поцеловал ее. Я проявил слабость и поцеловал свою сестру. Но и она отвечала мне. Это было взаимное влечение. Любит ли она меня? Любит ли так, как я люблю ее. В сотый раз повторяю как мантру, она моя сестра. Но это не помогает. И когда вижу ее с другими мужчинами, буквально крышу сносит. Вот только сказать не могу. Не должен. Нельзя. Виноват перед невестой, что влюбился в другую, в ту что нельзя любить, ту в чьей жизни есть другой мужчина. Вот только почему они ни вместе? Если бы он был с ней, я бы не слетал с катушек всякий раз, когда она рядом. Но она одна.

Встаю слегка покачиваясь, хотя пил только воду. Это скорее от переизбытка чувств. Сил нет даже идти. Как же тяжело любить молча. Любить и знать, что вместе быть не суждено. Знать что не будешь счастлив. На днях придёт тест ДНК. Его результат определит мою дальнейшую судьбу. Положительный исход будет крышкой моего гроба, в котором я навсегда похороню надежду на счастье.

Кое как вскарабкиваюсь на гравийку и топаю к машине. Люба сидит внутри. Мокрый испуганный котенок. Сжалась в комочек и трясется от холода. Хочется обнять, согреть, зацеловать до одури и не отпускать, никогда. Но мне приходиться сдерживать свои порывы и выгонять мысли о ней из головы. Как же тяжело. Мучительно тяжело, быть рядом, любить и молчать. Знать что нет права разрушать чужие жизни. Вот только моя уже разрушена одним ее поцелуем, разрушена до основания. Зачем она так жадно отвечала? Если бы оттолкнула, все было бы проще. Но она ответила и заставила искре надежды начать тлеть глубоко внутри меня. Черт. Как трудно дышать. Трудно сдерживать себя. Трудно молчать.

Сажусь не в силах даже взглянуть на нее. Сердце сжимается от одной мысли о том, что нам не суждено быть вместе. Нет мне места рядом с ней. В ее сердце какой то другой мужчина. Тот кого она любит до беспамятства и видела его в том парне из клуба.

Завожу мотор, включаю печку, чтоб мой котенок согрелся и обсох. Не могу видеть ее в таком состоянии. Мокрая, грязная с опухшими от моего поцелуя губами. Сорвался. Придурок, с катушек слетел. Не мог держать контроль когда она была так близко, что слышал стук ее сердца.

Выруливаю на дорогу мокрую от дождя и включив дворники двигаюсь к дому. Смотрю через лобовое стекло пытаясь сосредоточиться на дороге. Вот только мысли улетают назад, в этот самый кювет, где она жадно впивала мои ласки. В голове звучит хриплый стон удовольствия моей девочки. Ей было хорошо. Даже на долю секунды показалось, что я не один такой влюбленный идиот. Казалось я нужен ей. Но потом она оттолкнула меня и накричала. А ведь она права, во всем права. Но как запретить себе любить. Как вырвать ее из своего сердца, где она поселилась и уже пустила корни, заставляя трепетать даже самые маленькие нервные окончания. Хочу ее. Люблю ее.

Согрелась моя кошечка. Сладко сопит. Аккуратно завожу руку за спинку своего кресла и беру куртку с заднего сиденья. Останавливаюсь. Осторожно накидываю кожанку на нее. Боюсь разбудить. Так мило выглядит она, когда расслаблена и спит. Смотрю как шевелиться под теплой курткой и зарывается носиком в воротник. Голова кружиться от нежности, что испытываю сейчас к ней. Хочется защищать, оберегать, заботиться. Не могу уйти. Не могу отпустить. И каков бы не был результат теста, буду рядом с ней. Всегда.

Подъезжаю к дому, глушу мотор. Смотрю на любимую. Не могу не смотреть. Убираю прядь волос прилипших к щеке и глажу нежную кожу. Ворочается, но глаза не открывает. Крепко спит мой котенок. Вздыхаю борясь с желанием поцеловать в приоткрытые губы.

Выхожу из машины тихонько прикрыв дверь и обхожу ее. Открываю соседние двери и деру на руки мое спящее счастье. Несу в дом. Она не просыпается, лишь плотнее прижимается к моей груди. Шепчет что то не понятное. Не вольно прислушиваюсь. Улавливаю, что то теплое в ее улыбке. Кого же ты видишь во сне?

Заношу в комнату и опускаю на кровать. Снимаю грязные туфли. Немного помешкав избавляю и от остальной одежды. Сглатываю глядя на ее тело в нижнем белье и запрещаю думать о сексуальных фантазиях. Наклоняюсь над ней и тянусь за одеялом, чтоб укрыть Любушку. А она шепчет:

– Не уходи любимый. Останься со мной.

Сердце начинает часто гонять кровь и выбивать ток. Чувствую ее руки на своей шее. Тянет меня к себе. Наклоняюсь и легонько касаюсь ее губ. Слышу стон удовольствия. Вот только руки на шее размыкаются. Выдыхаю. Быстро накидываю на нее одеяло и сбегаю от туда. Нельзя оставаться. Боюсь. Себя боюсь. Не смогу сдержаться рядом с ней.

Иду в душ и пытаясь расслабиться, выпускаю пар, единственным доступным мне способом. Возвращаюсь в комнату и ложусь в пастель. Сон накрывает меня эротическим сном с участием моей Любочки.

Глава 24

Любовь.

Я проснулась когда первые лучи солнца ворвались в не зашторенное окно спальни. С опаской заглянуло под одеяло и поняла, что сама я вчера не раздевалась. Я вообще смутно помнила вчерашний вечер. Это могло означать только то, что меня принес и раздел Илья.

А было ли что между нами? Нет. Он не мог воспользоваться ситуацией. Я уже достаточно изучила брата, чтоб понимать, он не из тех, кто мог бы пойти на подобное. Это и радовало и огорчало одновременно.

Есть конечно момент из вчера, что вновь всплыл яркой картинкой в моей памяти. Наш поцелуй. Первый, страстный, лишающий разума и требующий продолжения.

Я дотронулась пальцами до своих губ, вспоминая его ласки. Легкое покалывание стало откликом о том, что произошло. Я четко ощутила вкус, вперемешку с дождем и сырой травой. Я как на яву чувствовала его вес на мне. Горячие ладони, что обнимали меня.

Меня вновь накрыла волна желания и почти неконтролируемого влечения к брату. Я хотела его. Всем существом, всей своей душой желала повторения. Было нестерпимо больно от понимания, что эта точка невозврата.

Теперь я знала его страсть, его желание и будь хоть тысяча мужчин у меня до и после него, для меня он станет неповторимым. Теперь я буду сравнивать других не с Владом, а именно с братом. С этого поцелуя я твердо поняла, что он моя настоящая любовь. Но это и моя боль, мое мучение и смерть. Запретные чувства, что живут во мне, никогда не станут реальными.

А еще я поняла, что и Илья испытывает ко мне не просто симпатию или привязанность. То, что было между нами в этом кювете, подделать невозможно. И вот еще одна причина уехать мне. Это ранит не только меня, но и его. Думаю, что когда я перестану маячить у него перед глазами, он сможет изжить свою страсть и продолжит отношения с Мариной.

Я встала с кровати и кутаясь в халат побежала в ванную. Не хотелось бы столкнуться сейчас с кем то из жильцов дома. Хотелось смыть с себя вчерашние воспоминания, смыть его вкус и запах. Вот только сколько бы не терла я свое тело, но он уже глубоко проник мне в кожу. Нет на свете такого геля для душа, что смоет прикосновения любимых рук.

Наивно было полагать, что смогу не встретить его в доме, где комната Ильи рядом с ванной.

Я открыла дверь и сразу же столкнулась с ним в коридоре. Он стоял опустив плечи и глядя на меня любимым шоколадом. И стоило мне лишь увидеть его и почувствовать настроение, как мое сердце сжалось от тоски. Нет. Он не должен выглядеть так, словно его переехал танк. А может это какие то другие чувства, а я дурочка выдумываю.

– Прости. – почти одновременно со мной произнес поникшим голосом. – Не знаю, что нашло на меня. Помутнение какое то. Это ничего не значит. Не стоит рассчитывать на что то большее, его не может быть. Я люблю Марину.

Я стояла как истукан и пыталась понять смысл его слов. Что он имеет ввиду? Это значит, что вчера он всего лишь поддался порыву. Это было минутное помутнение и все. А я то придумала себе.

Я больше не слышала о чем он говорил. Сейчас я слышала только треск, это мое сердце получило новый рубец и во рту появился привкус крови.

– Люба! – тряхнул меня за плечи мужчина.

Я очнулась как от гипноза и смотрела на него невидящим взглядом. Я сегодня умерла. Нет больше той наивной и верящей в любовь девчонки. Я стала бездушной женщиной, той что никогда больше не сможет любить.

– Я поняла. Прости и ты. – только и смогла выдавить я.

Затем быстро развернулась и сбежала в свою комнату, подальше от него. Не стоит ему видеть мои слезы и боль от его слов. Он не виноват, что маленькая девочка придумала себе любовь и хотела взаимности. Придумала то, чего не может быть и никогда не будет, даже если бы взаимность все же была.

Я легла на постель и закрыла руками лицо. Что же это такое? За что мне это все? Пережить сметь двух близких мне людей. Потом крушение всех надежд. И казалось бы, я наконец обрела смысл жизни, обрела семью. И вновь я падаю в бездну и разбиваюсь на крошечные кусочки. Люблю того, кто не любит меня и того, кто не будет со мной. Все становиться не важным, даже отец.

Я столько лет жила в мечтах, которым не суждено сбыться. Выплакала море слез и потерялась во тьме. Теперь я опять вижу только мрак и не одного даже крохотного лучика надежды. Ничего не осталось.

Завтра. Все решиться завтра. Отец вернется и привезет результат теста, тогда будут хоть какие то ответы.

Я решила позвонить подруге. С этой любовью я совсем забыла о ней. А ведь она одна из немногих людей, что остались из моей прошлой жизни.

Я набрала номер и подходя к окну ждала ответа. За окном цвело и благоухало лето. Весело трещали птицы на разные голоса. Вот только не радует меня теплое солнце и ласковый ветер. Я превратилась в Снежную королеву, что не может любить из за ледяного сердца.

Гудки длились долго и на последнем она взяла трубку.

– Привет. Прости, что не звонила. – начала я.

– Ага. Стала дочерью богатого бизнесмена и забыла меня? – сердито буркнула подруга.

– Да я пока не знаю, дочь ли. – честно ответила я.

– Рассказывай, все рассказывая. – воодушевилась Наташа.

Я коротко рассказала о нашей встрече с отцом. Потом о походе в лабораторию где мы сделали тест ДНК. О нашем разговоре и о том, что произошло между родителями.

– Ну и ну! – заключила подруга. – Прямо мелодрама какая то.

– Скорее драма. – грустно усмехнулась я.

– Знаешь, я так поняла, что есть еще что то. И кто он? – выспрашивала Ната.

– Да. Брат есть, двоюродный. – печально ответила я.

– А что там с братом? – подняла она самый больной вопрос.

– Не знаю. – призналась я.

Я и вправду уже не знала ничего. Не понимала. Как можно целовать кого– то со всей страстью и желанием, а потом говорить, что это было минутная слабость. Не актер же он в конце концов, такое сыграть может далеко не каждый.

А как он смотрит на меня. Порой я думаю, что так смотрят не на сестру. Может я ошибаюсь, но даже на Марину он так не смотрит.

Вот только его слова стали ножом в мое сердце. Может так даже лучше, и я протрезвела, спустилась с небес на землю. Однако, боль все равно не унять. Даже не думала, что может быть так плохо. Мне казалось, что нет уже у меня ничего внутри, все выболело. А нет. Стоило появиться Илье и я поняла, что живая я еще, что могу любить.

– Скажи, Люб, ты влюбилась в него? – тревожно спросила подруга.

– Да. – честно призналась я.

– Не завидую я тебе. Ты же сама понимаешь, что нет права на эти чувства. – с тоской говорит Наташа.

– Да, Наташ, и поэтому, я возвращаюсь домой. Не могу быть здесь. Не могу смотреть как он с другой строит отношения. Это невыносимо. – поделилась я.

– Я тоже, возвращаюсь. Будем вместе работать. Так что, если что, я рядом. – поддержала меня Наташа.

Было бы радостно, если бы не было так горько. Я вновь смогу быть рядом с другом, что поддержит и поможет. Но я лишусь того единственного человека, что смогла полюбить всей душой. Это испытание раздавило меня, убило во мне надежду. И теперь я как побитая собака возвращаюсь домой.

Есть конечно друзья, есть еще Максим, но это все не то. Я дорожу им и люблю как друга, но другого между нами не может быть.

– Ладно, подруга. Увидимся по приезду. – попрощалась я с Наташей.

– Созвонимся. – ответила та и положила трубку.

Я опять легла на кровать и погрузилась в раздумья. Сколько я всего передумала за этот день, пожалуй, за все прожитое время, я столько не думала.

Еще днем, приходила хозяйка и сообщила, что они с мужем уезжают. Так что думаю сегодня я проведу вечер и ночь в гордом одиночестве.

Брат ушел утром и больше за день я его не видела. Да и что я хотела. Сейчас я ему не нужна, да и мне самой немного стыдно из за случившегося. Вот так я осталась одна в чужом пустом доме, где каждый закуток, каждый угол напоминал о жильцах.

Глава 25

Любовь.

В доме темно и пусто, за окном темно. Хозяева уехали в какой то загородный пансионат, чтоб провести время на едине. Игорь Ильич в соседнем городе по делам. Илья как всегда где то пропадает, наверное ублажает невесту. Понимаю что не имею права ревновать, но горечь комом стоит в горле. Мой далекий близкий человек. Мой любимый брат. Любимый мужчина. Сегодня не со мной. Сейчас он целует и ласкает совершенно другую женщину.

Смахиваю слезы и в одной пижаме плетусь в кухню. Достаю бутылку вина и сажусь за барную стойку. Понимаю, что это не решит моих проблем и не заставит забыть моих чувств. Но сегодня я просто хочу отключить хоть не на долго голос совести и окропить рану в сердце белым вином. Откупориваю бутылку и наливаю алкоголь в бокал. Делаю большой глоток и жду, когда вино растечется по венам выравнивая пульс. В раздумьях опускаю голову на руку и наблюдаю как виноградная жидкость плещется в бокале.

Все в моей жизни было ошибкой. Приехать сюда, было ошибкой. Встретить человека и влюбиться было ошибкой. Что я сделала со своей жизнью? Я сама себя загнала в угол и теперь не могу выбраться из него. Я стою у самой стены и смотрю вперед боясь сделать хоть шаг. Понимаю, что если я шагну, то все потеряю. Потеряю себя, свою любовь и наконец веру в то, что смогу быть счастлива хоть когда ни будь в жизни. Как жестока со мной обошлась жизнь. В начале я потеряла первую любовь в лице Влада. Потом травма и потеря места в сборной. После смерть мамы. Потом это письмо и казалось бы, надежда обрести семью. И опять потеря любимого человека. А я знаю, что уже потеряла его. Завтра придет результат анализа и тогда я уже точно, потеряю его. Как я смогу жить без него?

Громкий стук входной двери заставил меня встрепенуться и буквально подпрыгнуть на стуле. Сердце забилось птицей в клетке. Я знала кто вошел. Мужчина моих грез и терзаний вернулся домой. Сегодня, в этот вечер мы одни в целом доме. Может это наш последний вечер. Хотелось, чтоб он провел его со мной, но это только мои мечты.

Тяжелой поступью он прошел к лестнице на второй этаж и поднялся к себе. Я елозила на стуле борясь с желанием помчаться к нему, обнять, прижаться к любимому и вдохнуть его запах. Чтоб не совершить глупости, я залпом осушила бокал и налила еще.

Спустя десять минут я вновь услышала его шаги. Он подошел к двери и оперившись плечом о колоду спросил:

– Что празднуем? – покосился он на бокал в моих руках.

– Похороны. – грустно улыбнулась я. – Будешь?

Илья прошел и вынув из шкафа бокал для себя сел напротив. Налил себе и осушил одним глотком.

– И кого хоронишь? – поинтересовался мужчина наливая еще вина.

– Себя и свое прошлое. – отпив ответила я.

Я смотрела на свои руки, что держали стеклянный сосуд с жидкостью. Илья молчал глядя на меня. Я поняла, что он ждет моего рассказа.

– Три года назад, я похоронила своего любимого человека. – начала я вертя бокал в руке. – Влад. Он был моим первым мужчиной, моей первой любовью. А потом его не стало.

– И что произошло? – не навязчиво спросил парень напротив.

– Его убили. – ответила я поднимая глаза. – Он был следователем. Молодой, принципиальный, дерзкий. Хотел искоренить всю преступность и делал это с фанатичным рвением. Один пошел на задержание и там его застрелили.

Я замолчала и глотнула алкоголь стараясь притупить боль от воспоминаний. Илья изучал мое лицо и тоже молчал.

– После его похорон я впала в уныние. Потом получила травму, из за которой пришлось распрощаться с карьерой спортсмена. А вскоре погибла мама. – и опять комок в горле и слезы жгут глаза.

– Еще через пол года я нашла то самое письмо. Зачем я его прочла? Зачем приехала сюда? – я уже не могла сдержать слез.

– Ты жалеешь о том, что нашла родственников? – хмуро спросил Илья.

– Я жалею, что встретила тебя! – выпалила я. – Влюбилась и опять умираю. Впрочем, для тебя мои слова ничего не значат, ты ясно дал мне это понять.

Илья накрыл мою руку своей, но я отдернула ее. Схватила бокал и осушила его.

– Я расстался с Мариной. – прошептал парень.

– Почему? – теперь я смотрела на него, а он не поднимал глаз.

– Потому что, я люблю тебя! – ответил он и поднял голову где как доказательство его слов, были печальные глаза.

– Но ты мой брат! – скорее для себя ответила я.

– Однако, это не меняет наших чувств. – с тоской заметил он.

И я понимала, что он прав. И как ни странно я была счастлива, что мои чувства взаимны. Хотя мы оба страдали и обречены страдать всю жизнь.

– Завтра узнаем результаты экспертизы и я уеду. – продолжила я так же тихо.

– Зачем? – удивился он.

– Нам нельзя быть рядом, слишком велик соблазн перейти запретную черту. – вздохнув заметила я.

У меня больше не было сил говорить об этом. Я не могла скрывать своих слез. Поэтому решила уйти и закрывшись в спальне немного пожалеть себя.

Встаю со стула и слегка покачиваюсь, вино дало в голову. Неловко беру бокал, а он предатель выскальзывает из рук и со звоном разбивается о кафельный пол. Я смотрю на осколки, которые лежат у моих ног и роняю слезы. Не знаю почему, но я вдруг подумала, что так разбилось мое сердце. Наклоняюсь и невидящими глазами смотрю на битое стекло. Руки начинают дрожать, а я все же собираю куски стекла в ведро под раковиной. Один из острых осколков вонзается в палец и я вскрикиваю от боли. Смотрю как алое пятнышко появляется на белой коже и начинает превращаться в каплю. И вот уже капля скользит по пальцу и падает на пол. А я не могу даже пошевелиться.

Илья, который все это время молча смотрел на меня, неожиданно хватает меня за руку и, заставив выпрямиться, сует мою рану под воду. Туман в глазах не дает мне сфокусироваться на лице любимого. Но мне кажется, что он сейчас очень напряжен и скован, словно, сдерживает себя. Он как зверь, что закован в цепи, хочет сделать шаг, но не может, не дают.

Закрыв воду, мужчина берет аптечку из шкафчика и осторожно заклеивает мою ранку пластырем. Я смотрю на сосредоточенное лицо и пытаюсь запомнить его черты. Такой серьезный, такой любимый мужчина. Запомню его таким и пронесу этот образ сквозь года. И снова предательница слеза скатилась по щеке.

Илья поднимает на меня свои шоколадные глаза и внимательно смотрит. Я не могу думать или дышать. Я слышу стук своего сердца так громко, словно у меня в ушах фонендоскоп. А он все смотрит не отрываясь.

Когда я думала, что сейчас он просто отпустит меня и уйдет, он поднимает руку и смахивает мою слезу пальцем. Водит по щекам, следуя по мокрым дорожкам и просто смотрит. Нет сил оторваться и уйти. Нет сил даже пошевелиться. Хочется просто стоять здесь, рядом с любимым. Чувствовать его тепло, вдыхать его запах и фотографировать черты лица, не забывая о самой маленькой морщинке. Почему то, в этот миг, мне кажется, что Илья испытывает тоже, что и я.

В любимых глазах проскальзывает нежность и трепет, и в этот миг, моя броня трещит по швам. Незримая цепь, сдерживающая мужчину, с лязгом, падает к моим ногам. Мы срываемся и вцепляемся друг другу в губы, словно дикие голодные звери. Словно нас так давно не кормили и мы сидели на привязи, что стоило отпустить и мы готовы разорвать друг друга.

Страстный, всепоглощающий огонь желания разрастается с неистовой силой и заполняет собой наши тела. Возбуждение превышает все мыслимые пределы и рвет нас на клочки. Нет, мы не можем остановиться. Остановка, значит смерть. И мы впиваемся друг в друга, все сильнее прижимаясь телами и лаская руками. Стоны заполняют пустое пространство кухни и эхом разлетаются по всему дому.

Илья поднимает меня за попу и закидывает на себя. Я скрещиваю ноги, обхватив его широкую спину, и ухватившись за шею, вешу на нем. Так, не размыкая губ и продолжая ласки, мы поднимаемся на верх. Ногой он открывает двери спальни и практически, бросает меня на кровать, пригвождая к матрасу своим сильным телом.

Одежда больше не нужна. Нам нужен жар наших тел. Только кожа и ничего лишнего. Мы тонем в ласках и кричим сливаясь в ритме любви. Дарим друг другу себя и растворяемся в моменте близости. Пусть мы будем жалеть об этом, пусть будет стыдно. Но это будет потом, а сейчас тело к телу. Дрожь желания и стоны наслаждения. Я его, а он мой. Так хорошо и правильно, словно так и должно быть. Нас накрывает волной и нет сил сопротивляться. Это девятый вал, это цунами.

Я чувствую его мощный орган что давит на меня и сильнее раздвигаю ноги готовая принять. Илья входит одним резким движением и я вскрикиваю он наслаждения. И когда движения начинают нарастать я подстраиваюсь и вторю ему. Руками перебираю темные волосы и глажу плечи. Все сильнее и сильнее вонзаемся мы друг в друга доводя до пика, до высшей точки. И я кричу срывая голос от переизбытка чувств.

Когда мокрые и обессиленные мы уже лежим на скомканных простынях, я наконец осознаю, что эту черту мы все же преступили. Слушаю как дыхание мужчины становиться ровным и он засыпает. Осторожно поднимаюсь, убрав его руку в сторону. Как преступница, озираясь, собираю свои вещи и выхожу из комнаты. Последний раз смотрю на обнаженного спящего мужчину и бегу к себе. Быстро одеваюсь, хватаю сумку и спихиваю вещи. А потом сбегаю из дома, под покровом ночи, оставляя часть себя рядом с Ильей, на его подушке.

Глава 26

Илья.

Просыпаюсь счастливый и отдохнувший. И стоит только подумать о прошедшей ночи, как улыбка расползается на пол лица. Это было великолепно. Даже не думал, что секс может быть таким. Не просто удовлетворение физических потребностей, это что то большее. Это единение тел и душ, слияние в единое целое.

Поворачиваюсь на бок и оглядываю кровать. Пусто. Что то больно кольнуло в области сердца. Какое то странное предчувствие закралось в меня и стало давить. Неужели это был сон? Нет. Конечно же нет. Но где же мой маленький и страстный котенок?

Натягиваю штаны на голое тело и спускаюсь вниз. Мчусь в кухню, в надежде увидеть ее, готовящей нам завтрак. Все еще тревога и предчувствие не отпускают. А я, как больной, стараюсь не думать о плохом сценарии окончания нашей ночи.

Прохожу в освещенное утренним солнцем помещение и улыбка сползает с лица. Кухня пуста. Нет доже намека на то, что здесь кто то был. Гоню прочь скребущиеся в сознании мысли и опять спешу наверх. Все еще не отпускаю призрачную надежду.

Без стука открываю двери ее комнаты и озираюсь по сторонам. Пусто. Даже кровать не расстелена. Подхожу к шкафу и распахиваю двери. И здесь моя надежда разлетелась в дребезги. Пусто. Она ушла. Не прощаясь. Просто сбежала пока я спал.

Со всей силы захлопываю дверки, чуть не сломав их. Злюсь. Ярость начинает кипеть в крови. Ушла. Не удержал. Позволил сбежать и потерял ее. Теперь я точно потерял даже шанс просто быть рядом с ней.

Вонзаю пальцы в волосы и тяну так, что кажется сейчас скальп сам себе сниму. Пытаюсь заменить боль душевную, на физическую. Не помогает. Становиться еще хуже.

Опускаюсь на пол у шкафа и прислоняюсь к нему спиной. Сижу глядя невидящими глазами в стену. Сейчас я вообще не здесь. Я там, в своей комнате, где она стонала и кричала от моих ласк. Где нам было хорошо в объятьях друг друга. Даже вкус ее на губах чувствую, словно только что целовал.

Не знаю сколько я так сидел. Вдруг в голове всплыла ее исповедь. Она рассказала мне о своем прошлом и своем первом мужчине. Может она все еще не отпустила его? Может просто пыталась забыться в моих объятьях? Но ведь говорила, что любит меня. Лгала? Не думаю. Значит приняла решение без меня.

Хотя что мы бы сделали в этой ситуации? Уехали бы туда, где нас никто не знает? Нет. Я не брошу родителей и бизнес. Тупик. Нет ни какого способа нам быть вместе. Остается только страдать и жить с этим остаток жизни. Кто знает, может мы сможем быть счастливы порознь? Навряд ли.

Встаю и как пьяный опять бреду в кухню. Достаю самый крепкий алкоголь и наливаю себе. Выпиваю залпом. Не хочу больше думать о том что было или что будет. Хочу отключить все свои мысли. Хочу вырвать воспоминания из головы.

Беру бутылку и плетусь в гостиную, опускаюсь на диван и пью прямо из горла. Алкоголь начинает разливаться по венам и туманом оседает в голове. Стараюсь не думать, но даже в таком поддатом состоянии ее образ преследует меня.

– Илья, что происходит? Почему ты пьешь? – слышу голос за спиной.

Лениво окидываю хмельным взглядом своего дядю и смеюсь. Как припадочный смеюсь во все горло. Странная реакция и выплеск эмоций. Просто дико ржу.

– О а вот и наш папочка новообретенный пожаловал. Как тебе в роли папашки взрослой дочери? Внуков уже небось ждешь? – продолжаю истерический смех.

Дядя смотрит на меня, словно видит впервые. Да я такой впервые. Да я пьян. Вот только и он виноват в этом. Если бы не бросил свою женщину, тогда все могло быть иначе. А могло бы? Сам не знаю и пожалуй никто не знает.

Отворачиваюсь от родственника. Он же проходит и садиться в кресло напротив меня. Смотрит как то странно.

– Люба дома? – спрашивает меня и лижет конверт на столик.

– Я ей не сторож. Твоя дочь ты и паси ее. Нужна она мне. – зло отвечаю и вновь присасываюсь к бутылке.

Дядя вскакивает и вырывает у меня из рук мой эликсир забвения. С грохотом ставит на стол и встряхивает мое пьяное тело.

– Да что на тебя нашло, Илья? Что случилось? – шипит он в гневе. – Почему ты так напился?

– Имею право. И хватит лезть в мою жизнь. Большой мальчик. – кричу на него я.

– Я тест принес, где Люба? – продолжает пытать и трясти меня он.

– Да нет ее. Сбежала. Ф– Шшшш. Испарилась. – изображаю я руками фейерверк, что появился озарив все вокруг и исчез. – Ну и что там с тестом, поведай племяннику.

Дядя отходит к столику, берет конверт и вскрывает его. А я жду, понимая что то, что он сейчас озвучит станет началом или концом моей жизни.

– Вероятность отцовства 99,9 процентов. – озвучивает он.

А я слышу как в крышку гроба вбиваются гвозди. Чувствую запах сырой земли. Сейчас он закопал меня заживо. Не убил, а просто закопал. Не могу больше выдерживать его общество. Считаю его виноватым в моем несчастье. Всех считаю виновными. Всех.

Вскакиваю с дивана, хватаю бутылку и бегу к себе в комнату, туда где еще несколько часов назад, я был счастлив. Но все хорошее имеет свойство быстро заканчиваться, тогда как страдания могут растянуться на долго. Не хочу чтоб меня видели. Хочу один на один залить свое горе. Ненавижу все и всех. Тяжело и больно мне и так хочется хоть малость притупить эту боль, забыться и уснуть бессознательным сном.

Скрываюсь за запертыми дверьми и опускаюсь на пол, под окном. Хлебаю из горла и морщусь от горького привкуса во рту. Голова шумит. Мысли путаются. А душа обрастает ледяной коркой, покрывается слоем изморози и застывает, засыпает как природа зимой. Та же единственная, что способна разморозить Кая, никогда этого не сделает. Вот так мужчины становятся жестокими и властными, так теряется все хорошее, что было в душе.

Вместе с надеждой в том гробу я похоронил себя. Зарыл все хорошее, что есть во мне. Нет больше романтика и нежного парня, есть только холодный, расчетливый циник. Теперь я не смогу любить кого то, теперь я просто на это не способен. А единственная моя любовь, моей не станет.

Глава 27

Любовь.

И вот я вернулась в родной город. Вернулась туда, где меня уже никто не ждет. Где я жила в одиночестве и грусти. Нет больше близких мне людей и так тоскливо, что и поговорить не с кем.

Когда то очень давно, наверное в прошлой жизни, я по настоящему была счастлива, гуляя с любимым по тихим паркам и аллеям. Я с удовольствием шла на тренировки и знала, что дома меня по возвращении ждет вкусный мамин ужин. А соревнования для меня были поводом для праздника или очередной увлекательной поездкой. Но все это было давно и словно не со мной.

Я уехала в поисках счастья в большой город, но мегаполис прожевал меня и выплюнул. Видимо для меня в этой жизни лимит уже исчерпан. Осталось только жить по инерции и с завистью наблюдать за чужим счастьем. А как известно в чужом огороде и трава зеленее и клубника слаще.