Текст книги "Развод. Я тебе ничего не должна (СИ)"

Автор книги: Таня Поляк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Глава 39

Глава 39

– Артур, – с гримасой боли выдыхает Ира и хватается за живот.

– Что такое? – спрашивает он раздражённо. – Вставай, давай. Устроила тут чёрт пойми что.

– Я не могу, Артур, живот. Болит. Не могу встать. Больно, – она начинает хныкать, на что Артур закатывает глаза, а Арсений Петрович усмехается.

Ира явно ожидала другой реакции, поэтому растеряно смотрит по сторонам. Никто не бросается ей на помощь, потому что никто ей не верит, кажется.

– Вызови скорую, – шепчет она, хватая Артура за руку. – Пожалуйста, любимый. Я же потеряю его…

– Молчи, – цедит сквозь зубы муж. – Хватит комедию ломать.

Но Ира не понимает, что перегибает. И не понимает, что своим поведением ставит Артура в неловкое положение. Она и так обеспечила ему проблем с этим чёрным списком. Рвалась-рвалась в высшее общество, дорвалась, как говориться.

Ира вскрикивает от боли, хватаясь за живот. И тут уже моя нервная система не выдерживает. Пора проучить эту змею.

Мимо меня проходит официант с подносом. На нём как раз то, что мне нужно. Стаканы с холодной водой. Я беру один и уверенным шагом иду к Арсению Петровичу.

– Может, тебе воды? – спрашиваю у Иры.

Она поднимает на меня ненавидящий взгляд, чем выдаёт свою ложь окончательно. Ну не будет так реагировать на помощь человек, которому реально плохо. А тут перед нами даже «мамочка», которая может потерять малыша. По факту – лживая лицемерка.

Я резким движением выплёскиваю воду в лицо Иры. Она вскрикивает от шока и тут же оказывается на ногах. Волосы свисают вдоль лица сосульками, тушь чуть потекла, а само лицо искажено от ярости.

– Ты что творишь, идиотка? – кричит на меня Ира.

– А что, животик уже не болит? Вскочила-то так резво, – отвечает за меня Арсений Петрович.

Ира замирает. Как преступница, которую поймали на горячем, она испуганно оглядывается по сторонам. Окружающие смотрят на неё кто с презрением, кто с недоумением, кто с усмешкой.

– Так и будешь истуканом стоять? – шипит Ира на Артура.

– Мы уходим.

Он хватает её за локоть и тянет к выходу.

– Вот и хорошо. Хоть охране не пришлось руки марать об эту грязь, – говорит именинник. – Алиночка, помоги сгладить впечатление от этой ситуации. Потанцуй со мной.

– А ваша жена не будет ревновать, Арсений Петрович? – мягко улыбаюсь и, конечно, вкладываю ладонь в его руку.

– Моя жена знает, что я люблю её больше жизни. А ещё она знает, что я отношусь к тебе, как к дочери.

– Мне очень приятно это слышать, Арсений Петрович. Элле Викторовне с вами очень повезло.

– Спасибо, милая, но боюсь, Элла с тобой не согласиться.

– Почему это? – раздаётся рядом мягкий женский голос. – Я всем говорю, что ты у меня самый лучший, Сеня.

– Добрый вечер, Элла Викторовна, – здороваюсь с женой Арсения Петровича и отхожу от него на шаг, чтобы он мог поцеловать любимую.

– Алина, дорогая, здравствуй, – отвечает она своим мелодичным голосом и мягко улыбается.

– Я вам передаю из рук в руки вашего супруга.

– Приму с радостью.

Я отступаю на несколько шагов от этой прекрасной пары, но недолго остаюсь одна. Сначала я чувствую уже знакомый запах, а потом тепло ладоней на талии. Даня мягко разворачивает меня к себе и увлекает в танец.

– Ты отлично держалась, Алина, – говорит он, кивая в сторону дверей ресторана, за которыми недавно скрылись Ира и Артур.

– Не переборщила с водой?

– Ты очень красиво раскрыла её игру. Ну и признайся честно, воду ты выплеснула в её лицо с большим удовольствием, – подмигивая заговорщически говорит Даня, на что я честно киваю.

Ещё с каким удовольствием. И повторила бы это ещё не раз. Ох, я лицо Иры в тот момент надолго запомню. Она до последнего не верила, что я это сделала, что решилась. Совесть во мне лишь немного закопошилась, но тут же успокоилась, когда память услужливо подкинула ей воспоминания, что Ира творила последние дни. Я с ней и рядом не стою по подлости.

– Да, мне понравилось, – признаюсь, наконец, вслух и смеюсь вместе с Даней.

Когда песня заканчивается, Арсений Петрович просит всех занимать свои места. И я с удивлением обнаруживаю, что мы сидим за одним столом с именинником. Хотя… ничего странного нет, раз Даня для него почти как член семьи.

Я с большим удовольствием общаюсь с Эллой Викторовной и Женей, которая присоединилась к нам минуту назад. Естественно, мы обсудили с ними ситуацию с Артуром и Ирой, и Женя сама мне рассказала, что моя подруга совсем недавно уж слишком настойчиво предлагала себя Игорю, мужу Жени. Причём её сообщения были написаны таким образом, что, не зная правды, можно было подумать, будто у них с Игорем уже что-то было. Вот поэтому Женя и закатила мужу скандал. Там чуть до развода дело не дошло.

А я слушаю это и просто в ступор впадаю.

Я, оказывается, совершенно не знаю свою «лучшую подругу». И этого человека Артур подпустил к дочери? Страшно представить, чему она Кристину научит. Хотя… Это уже не мои проблемы. Что Артур, что Кристина свой выбор сделали. Я им ничего не должна.

Глава 40. Артур

Глава 40. Артур

Такого позора я в жизни не переживал.

До сих пор поверить не могу, что залетел в чёрные списки Арсения Петровича. Это же крах всему. Он вместе с партнёрами владеет большей частью заведений нашего города. Начиная с кофеен и заканчивая торговыми центрами, гостиницами и ресторанами. Сейчас проще составить список, куда я могу зайти в этом городе, чем где мне появляться теперь запрещено.

Я – бизнесмен. И понимаю, что убрать своё имя из списка можно. Вопрос только в цене. Но и не сразу. Арсений Петрович должен остыть, чтобы я смог подойти к нему с этим вопросом.

Главное, чтобы Ира при этом была уже в другом городе, а лучше – стране.

Идиотка.

Раньше она казалась мне здравомыслящей бабой. Той, кто умеет вести себя в обществе. Как же жестоко я ошибся.

Я рассчитывал блеснуть на этом приёме в компании красивой девушки с идеальными манерами, а привёл, получается, истеричную хабалку.

Какой же цирк она устроила…

Алина при посторонних даже на полтона голос не повышала, когда у нас возникали конфликты. Она умела меня матом обругать одним только взглядом.

Иру же будто подменили. Она ведь шла туда с острым желанием показать себя. Она хотела дать понять окружающим, что у Артура Лазарева новая женщина, лучшая среди всех.

Угу. Показала, блять.

Сейчас эта лучшая из женщин сидит, забившись в угол салона моей машины, и хлюпает носом.

Я мельком смотрю на неё. Под глазами потёкшая тушь, губы дрожат, пальцы судорожно комкают край вечернего платья. От былого лоска не осталось и следа. Отвратное зрелище, если честно.

– Поверить не могу, что ты допустил это всё, – наконец, говорит она.

Голос у неё чуть охрипший с капризными истерическими нотками, от которых у меня моментально сводит скулы.

– Вела бы себя адекватно, а не как тупая истеричка, всё сложилось бы иначе, – рявкаю в ответ.

– Ты говорил, что Алины там не будет!

– Я был уверен, что она не рискнёт пойти.

Я, правда, не ожидал увидеть на приёме у Арсения Петровича жену. Тем более, не одну, а в компании его доверенного человека. Конечно, я сразу его узнал, но виду не подал.

Данил Логинов – успешный бизнесмен в сфере безопасности и не только. Весь из себя такой правильный и положительный, что блевать охота.

Логинов держался уверенно. Он не рисовался, не играл на публику. Данил стоял рядом с Алиной, изредка наклоняясь к ней и что-то негромко комментируя, и окружающие смотрели на них чуть ли не с восхищением. А я стоял посреди зала с истеричкой и пытался хоть как-то спасти ситуацию.

На фоне Логинова я выглядел полным кретином и ублюдком. И именно так обо мне думала Алина. Она и не пыталась скрыть свой уничтожающий взгляд.

Я ловил его на себе каждый раз, когда поворачивал к ней голову. Она смотрела на меня, как на пустое место. И в её глазах не было ни ревности, ни боли, только холодное презрение.

Алина же… Она была невероятной. Шикарная, блистательная, уверенная в себе. Бордовый комбинезон подчёркивал каждую идеальную черту её фигуры. На неё все мужики в зале слюни пускали. И я в том числе.

И блять, она ведь моя жена. Моя!

Я бы мог стоять рядом с ней и гордиться, замечая восхищённые взгляды в её сторону. А я стоял и обтекал говном рядом с Ирой.

– Я так разочарована в тебе, – вдруг говорит она.

– Это мне стоит говорить о разочаровании, Ирина.

– Тебе плевать на нашего малыша.

Она пытается придать голосу трагизма, но выходит фальшиво. Слишком много пафоса, слишком мало искренности.

– Я пока только убедился, что ты беременна. Кто отец мы ещё узнаем.

– Что? Ты мне не веришь? – спрашивает оскорблённо. – Тебе мало того унижения, что я стерпела???

– Ты просто справила нужду в баночку в моём присутствии. Что в этом такого? Я должен был убедиться, что ты не соврала о беременности, потому что слишком многое стоит на кону.

– Слишком многое – это брак с Алиной? – тут же уточняет Ира.

– Да.

– То есть ты всё так же выбираешь её?

– А я тебя никогда и не выбирал, Ира. Давай посмотрим правде в глаза. Ты сама на меня полезла. Я не стал отказываться, тем более, ты так старалась показать свои сильные стороны. Я не планировал связывать с тобой жизнь.

Ирина замирает. Даже дышать перестаёт, кажется. Я жду новой истерики, но она молчит, будто боится допустить новую ошибку.

– То есть ты бы просто меня трахал?

– Да, кажется, я ничего большего тебе никогда не обещал.

– Какой же ты козёл!

– А ты только поняла? – усмехаюсь криво. – Я трахал лучшую подругу жены, пока она сама мирно спала в соседней комнате.

– Что? Уже жалеешь?

– Я жалею о том, что Алина узнала. Меня моя жизнь устраивала. Я ничего не планировал в ней менять.

Ирина покрывается красными пятнами. Ей совсем не нравится, что я говорю. Конечно, она рассчитывала поймать меня на пузо и женить на себе. Да только просчиталась. Если ДНК-тест подтвердит, что ребёнок мой, я просто буду его содержать финансово, и ничего больше.

Ира недовольно поджимает губы, а ещё я вижу, что она сжимает кулаки. Злится. Только мне плевать. Интересно, правда, хватит ли у неё смелости высказать мне что-то прямо в лицо.

– А я жалею, что связалась с таким уродом, как ты.

Хм. Я удивлён. Решилась всё-таки.

– И я искренне буду рада, если ребёнок окажется не твоим. Видеть тебя не могу. Я разочарована в тебе, как в мужчине. Ты должен был меня защитить там, а ты позволил меня унижать и оскорблять. Позорище, а не мужик.

– Слава, тормози, – говорю водителю, и он тут же останавливает машину на обочине. – Вышла из машины.

– Ч-что? – испуганно спрашивает Ира.

А надо было за языком своим следить.

– Слава…

Водитель всё понимает без слов. Он выходит на улицу, открывает дверцу со стороны Иры и просо вытаскивает её из салона.

– Ты не можешь так поступить со мной! – кричит Ира, пытаясь открывать двери, но они уже заблокированы.

Слава вжимает педаль газа в пол, обдавая Ирину облаком пыли из-под колёс. Я оборачиваюсь назад и вижу, как она стоит на месте, не веря, что я так поступил.

– Мне потом за ней вернуться? – уточняет Слава.

– Нет, – отвечаю коротко.

Она заслуживает этот урок.

Глава 41

Глава 41

У хороших мероприятий есть один большой минус – рано или поздно они заканчиваются. Вот и праздник, который организовал Арсений Петрович заканчивается грандиозным салютом.

Я стою на улице вместе с другими гостями и с детским восторгом наблюдаю, как небо окрашивается яркими шарами. За моей спиной стоит Даня. Он бережно обнимает меня, защищая от прохладного ветра и согревая своим теплом.

Правду сказать, я не ожидала, что после предательства Артура смогу подпустить к себе другого мужчину, но тут, наверное, заслуга самого мужчины, раз я так легко впустила его в свою зону комфорта.

Когда гремит последний залп, мы дружно аплодируем и скандируем уже в который раз «С Днём Рождения». Арсений Петрович счастливо улыбается и благодарит всех, что пришли и провели с ним этот прекрасный вечер.

На этих словах гости начинают расходиться. Мы с Даней подходим к Арсению Петровичу и его жене, чтобы попрощаться.

– Алиночка, восхищена твоей силой, – говорит мне Элла Викторовна. – Надеюсь, что Артур всё же вспомнит, что он мужчина и согласиться на все твои условия при разводе.

– Я на это даже не надеюсь, Элла Викторовна, – отвечаю ей с улыбкой. – Но у меня лучший в городе адвокат, поэтому я спокойна за судьбу судебного процесса.

– Борис, что ли? – уточняет Арсений Петрович, на что я киваю. – Он размажет Артура, как букашку. Можешь даже не сомневаться.

– А я и не сомневаюсь.

Даня целует Эллу Викторовну и Женю на прощание, их мужьям жмёт руки, и мы направляемся к его машине.

– Прекрасный вечер, – говорю искренне, когда сажусь на пассажирское сидение. – Спасибо, что пригласил меня.

– Это тебе спасибо, что согласилась.

Даня обходит машину, садится за руль и заводит двигатель.

– Если ноги устали, снимай туфли, – говорит он мягко, будто читает мои мысли.

– Последний час только об этом и мечтаю, – признаюсь честно и тихо смеюсь.

Туфли я, конечно, снимаю и со вздохом облегчения шевелю пальчиками. В этот вечер я танцевала столько, сколько не танцевала весь год. Все медленные танцы, конечно, достались Дане, кроме одного, на который меня пригласил именинник, и отказать ему я не смогла. Под знаменитые попсовые хиты мы танцевали уже с Женей, а наши мужчины просто наблюдали со стороны.

Я так хорошо отдохнула душой, что хочется петь от той эйфории, что плещется у меня в груди.

– Я не хочу, чтобы этот день заканчивался, – вдруг говорит Даня и озвучивает мои мысли.

Машина останавливается на светофоре. Отсчёт сорока секунд пошёл. Я поворачиваюсь к Дане, встречаюсь с его обжигающим взглядом и нервно облизываю губу. Что-то как-то волнительно становится. И воздуха как будто не хватает.

В голове всплывают воспоминания о наших танцах. О том, как тепло мне было в его объятиях, как крепко и в то же время бережно его руки прижимали меня к твёрдой груди, как я чувствовала биение его сердца. Как волнительно было, когда его губы скользили по моей щеке, едва касались виска. Как жарко было, когда наши губы были в опасной близости друг от друга, но никто не переступал черту.

И сейчас мой взгляд, конечно, опускается на красивые, пухлые мужские губы. Интересно, насколько они мягкие?

– Не смотри так Алина, я не железный, – говорит Даня, заставляя меня вспыхнуть от смущения.

Он подносит к губам мою руку, которую всё это время не отпускал, и целует каждый пальчик. Медленно, чувственно, слишком интимно.

– Даня, – шепчу взволнованно.

Он обаятельно улыбается, а в следующую секунду перехватывает мою руку за запястье, тянет на себя, подхватывает второй рукой. И вот, я сижу на его коленях.

Загорается зелёный.

– Сумасшедший, – тихо смеюсь и прячу лицо у него на шее, смущаясь как юная девица.

Данил крутит руль одной рукой, второй зарывается в мои волосы на затылке. Двигатель ревёт под капотом. Скорость увеличивается. Мы несёмся по центральной улице города, где пока нет места, чтобы припарковаться.

Я же жадно вдыхаю запах Дани. Аромат его парфюма приятный и как будто немного возбуждающий. Ну или это адреналин играет в моей крови. Я веду кончиком носа вдоль его шеи и случайно касаюсь кожи губами. С удовлетворением замечаю, как она тут же покрывается мурашками.

– Алина…

Хм, не думала, что моё имя можно произнести с рычащими нотками, но у Дани получается.

– Ты так вкусно пахнешь, – шепчу ему на ухо и чувствую, как он весь напрягается.

– Да ты издеваешься, – Даня шумно выдыхает.

Вскрикиваю, когда он машина резко поворачивает, мы проезжаем ещё несколько метров и останавливаемся. Даня медленно поворачивает ко мне голову. Наши взгляды встречаются, и в ту же секунда по телу проходит волна жара. Я невинно хлопаю ресницами и мило улыбаюсь. А он молча сдвигает меня чуть в сторону, чтобы я в полной мере прочувствовала, как на него повлияли мои шалости.

– Ой, – выдыхаю смущённо.

– Ой…

Глава 42

Глава 42

Данил отодвигает водительское сидение, не разрывая нашего зрительного контакта, а после приподнимает меня и усаживает на свои бёдра лицом к себе.

Он смотрит на меня снизу-вверх, и в полутьме салона его глаза кажутся мне почти чёрными. Данил не торопится, не набрасывается на меня и это подкупает, конечно. Его правая ладонь лежит на моём бедре, большой палец медленно гладит ткань.

Я чувствую жар его тела даже сквозь одежду. Я чуть подаюсь бёдрами вперёд, чтобы сесть удобнее.

– Алина, – он снова рычит моё имя.

От его голоса с лёгкой хрипотцой внутри всё сладко сжимается, а внизу живота разливается тепло.

Я кладу ладони на его твёрдые плечи и с удовлетворением чувствую, как напрягаются мышцы под моими пальцами. Он слегка подаётся вперёд, сокращая расстояние между нами до считаных сантиметров. Сердце пропускает удар от этой близости и тут же ускоряется.

Данил медленно поднимает левую руку к моему лицу. Действует осторожно, чтобы не спугнуть меня, но мне и не страшно. Я, скорее, в предвкушении, что будет дальше.

Кончики его пальцев касаются моей скулы, ведут вниз, невесомо очерчивают линию подбородка. Дразнят. И я невольно прикрываю глаза от удовольствия.

Данил осторожно убирает прядь волос мне за ухо. Задерживается на мочке. Обводит её большим пальцем. Дыхание сбивается.

– Смотри на меня.

Это звучит не как просьба. Скорее, как приказ. Мягкий, но не терпящий возражений.

Я открываю глаза и смотрю на него. Данил улыбается только уголками губ.

Ладонь, которая лежала на моём бедре, медленно скользит выше. По телу прокатывается дрожь. И сейчас я, признаться честно, жалею о том, что на мне комбинезон, а не платье.

Данил наклоняется ближе. Его горячее дыхание касается моих губ. От его запаха, от его близости голова начинает кружиться.

И он не целует. Данил замирает всего в миллиметре от моих губ. Смотрит в мои глаза и очаровательно улыбается, а моё тело превращается в натянутую струну. Внизу живота пульсирует, а губы покалывает от желания подать вперёд и поцеловать.

– Данил, – выдыхаю его имя.

Только тогда он целует. Его губы легко касаются моих, но это похоже на короткий электрический разряд. Данил не спешит, будто пробует мой вкус. Его язык скользит по моей нижней невыносимо медленно, от чего у меня перехватывает дыхание. Пальцы сами собой зарываются в его волосы на затылке.

Данил углубляет поцелуй. Его язык проникает в мой рот, скользит вдоль моего, дразнит. Он целует глубоко, властно, но не грубо. Контролирует каждый момент. Когда он чуть отстраняется, я невольно подаюсь за ним. И когда он снова целует, я таю от переполняющих меня эмоций.

Рука на моём бедре сжимается сильнее, подтягивает ближе. Теперь между нами не остаётся ни сантиметра. Я чувствую возбуждение Дани, и низ живота простреливает сладким спазмом.

Я тихо стону ему в губы.

В ту же секунду поцелуй становится жаднее, глубже. Ладонь Данила скользит по моей спине вверх, задерживается между лопатками, прижимает ближе к горячей груди. Второй рукой он обхватывает мой затылок, мягко фиксирует, но при этом не оставляет возможности отстраниться.

Внутри всё плавится. Грудь наливается тяжестью, соски твердеют, трутся о ткань бюстгальтера при каждом вдохе, а дышать получается только между поцелуями.

Данил на мгновение отрывается от меня, но только, чтобы скользнуть губами по моему подбородку, к шее. Он находит место за ушком, где кожа особенно тонкая и чувствительная. Ведёт по нему языком, от чего я дрожу ещё сильнее. С губ срывается стон.

– С ума меня сводишь, Алина, – шепчет мне на ухо, и от этого шёпота по позвоночнику до самого копчика бегут мурашки.

Даня возвращается к моим губам. Теперь поцелуй другой. Глубокий, неспешный, на грани между нежностью и жаждой обладания.

Его ладони опускаются на мои бёдра, сжимают их. Он слегка качает меня на своих коленях, прижимая к своему твёрдому паху, и это трение даже сквозь одежду заставляет меня вцепиться в его плечи до побелевших костяшек. Из горла вырываются тихие, сдавленные стоны. Он ловит каждый поцелуем.

Когда Данил, наконец, находит в себе силы оторваться от меня, я смотрю в его глазах и вижу там столько обещания большего. Только не здесь. Не сейчас. Он тяжело дышит. Я улыбаюсь немного пьяно. Губы горят после поцелуев, между ног влажно и горячо, но мне совсем не стыдно.

Мне нужен был этот поцелуй, эти прикосновения, эти ласки, чтобы вернуть былую уверенность в том, что я привлекательна и желанна. Правда, в моём случае я чётко понимаю, что хочу быть желанной исключительно для одного мужчины. И он сейчас смотрит на меня потемневшим взглядом и явно собирает все силы, чтобы сдержаться и не продолжить начатое на заднем сидении.

– Домой? – спрашивает он хрипло.

Я молча киваю. Да, лучше домой, пока мы ещё в состоянии контролировать себя.

Прежде, чем пересадить меня обратно на пассажирское сидение, Даня тянется к моему уху и шепчет горячо:

– В следующий раз я не остановлюсь, Алина…