Текст книги "Попаданка для принца демонов (СИ)"

Автор книги: Светлана Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 14

На этот раз я уже не обозлилась. И даже не испугалась. И не испытала желания огрызнуться. Наверно, до меня все-таки дошло. Каэрх с Эглой полдня старались донести. Похоже, у них все-таки получилось.

Я чувствовала себя волчицей, на которую надели ошейник и поволокли за поводок мордой в пол. Еще и зубы с когтями выдрали. Ни убежать, ни укусить, ни разодрать. Смиренно принимать все, что пожелают со мной сотворить кошмарные хозяева.

Молча и безответно я проследовала за Эглой. Она подвела меня к зеркальным дверям шкафа-купе – еще одно удобное сходство с земной цивилизацией – и раздвинула их.

В шкафу красовалась лишь одна вешалка. Повинуясь жесту Эглы, я сняла ее с перекладины и присмотрелась к наряду. Злость, почти истаявшая под осознанием моей беспомощности, всколыхнулась мощным пламенем.

– Я это не надену.

Наряд состоял из прозрачных шаровар и узкого топа. Тоже прозрачного. Везде.

– Наденешь как миленькая.

Я швырнула вешалку на пол. Уперла руки в бока и бесстрашно вперилась в глаза Эглы. Демоница высокомерно ухмыльнулась.

– У тебя десять секунд, чтобы поднять и начать одеваться. Девять… Восемь…

Мы стояли, скрестив взгляды, точно шпаги. Эгла считала.

Что делать? Сложить руки на груди и ждать, пока она применит магию? Сдаться и подчиниться правилам сумасшедшего мира?

Вспомнила анекдот про молодую еврейку, которая пришла к раввину и спросила, надевать ли ей в первую брачную ночь ночную рубашку. «Сарочка, надевайте, не надевайте, итог все равно один”.

Так и у меня. Ерепенься не ерепенься – итог один. Как и Сарочку, поставят раком и…

Тут меня озарило. Я даже не успела мысленно оценить последствия гениальной идеи, которая стукнула мне в голову.

– Три, – досчитывала Эгла. – Два…

Прежде, чем она выговорила «один», я наклонилась и подняла вешалку. Демоница торжествующе осклабилась.

– Вот так. Умная девочка. Одевайся.

Сняла шмотки и развернула их. Сложила вместе топ и пояс шаровар. И пока Эгла растягивала ухмылку по самодовольной физиономии, я одним быстрым движением разорвала обе тряпки пополам.

Медленно разжала пальцы. Шелковая ткань мягко выскользнула на пол. Я презрительно посмотрела в глаза демоницы.

– Надеюсь, у вас найдется запасной вариант. Более пристойный.

Эгла продолжала ухмыляться, как ни в чем ни бывало. Прищелкнула пальцами – и я стала против воли нагибаться к полу, словно бы под действием неведомой силы. Руки сами собой подняли растерзанный костюм гаремной наложницы и протянули Эгле.

Демоница поводила ладонью над одеждой, даже не коснувшись.

– Бинго, милая. Надевай.

Все так же, под давлением чужого разума, я сунула ноги одну за другой в штанины. Шаровары были как новехонькие. Следом натянула топ, такой же целый и невредимый.

Что ж, этого следовало ожидать. Я ничего не добилась своей эскападой. Только продемонстрировала демонице бунтарскую натуру во всей красе. И получила магическое внушение.

Но что оставалось делать? Смириться, обрядиться в позорный наряд по собственной воле? Ни за что. Лучше так – с магическим принуждением демонов. Так мы обе знаем, что я не сдалась. Что они меня не сломили. А подчиниться добровольно, из одного только страха – не дождутся.

Так что пусть результат оказался тем же, что у Сарочки из еврейского анекдота. Пусть Эгла все равно нагнула меня, во всех смыслах.

Но я не уронила человеческого достоинства. В первую очередь – перед собой. Да и демоны пусть знают, чего стоит гордость человеческой женщины.

Эгла коснулась узора на стене – в точности как Каэрх в большом зале. Вспыхнул магический экран. На нем – голливудская физиономия брюнета во всей красе.

– Пятиминутная готовность, дорогой! – отрапортовала демоница.

– Умница! – обрадовался кудряха, разве что лапки не потер довольно. – Я не сомневался в тебе. Встречаемся там же.

Эгла швырнула мне роскошный гребень из незнакомого материала, инкрустированный мелкими самоцветами.

– Расчешись.

Пальцы сами собой провели зубчиками по волосам. Демоница толкнула меня к стене с зеркалом.

– Уложи волосы аккуратно.

Я послушно водила гребнем, разделяя прядки, укладывая челку. Волосы мгновенно фиксировались там, куда начесал их гребень, не смещаясь ни на миллиметр.

Приглядевшись к собственному отражению, я заметила, что на коже не осталось ни малейшего изъяна. У меня и так все было в порядке, но теперь не было ни единой морщинки, черной точки или другой неровности. Я выглядела отретушированной картинкой супермодели из глянцевого журнала. Ясно теперь, что за кисточка была у Эглы.

Демоница следила за моим принудительным прихорашиванием. Через несколько минут скомандовала:

– Достаточно, отложи гребень.

Я послушалась, и злобная тварь, схватив меня за руку, потащила в коридор. Я еле успевала переставлять ноги вслед быстрым шагам ее длинных мослатых циркулей.

Вскоре мы оказались в том зале, куда Каэрх телепортировал меня с консилиума восьми мальчишей-голышей. Курчавый уже поджидал нас. На этот раз – о боже мой! – одетый!!! В стиле, близком современному земному, как Эгла. Но с демонической спецификой.

Поверхность ярко-красной рубахи была словно бы трехмерной. Я не могла оторвать взгляд от огненных сполохов, перекатывающихся по груди и плечам Каэрха. Как мультик смотрела. Узкие облегающие штаны отливали перламутром, словно змеиная кожа.

Оглядел меня взглядом, недовольно скривился. Бросил Эгле:

– И как это понимать? Ты применила к ней подавление?

– Она отказывалась одеваться.

– Кто-то хвалился, что обучит девицу покорности. Использовать магию я бы и сам мог. Ты была нужна, чтобы она вела себя адекватно без внушения.

Эгла скорчила ответную гримасу.

– Требуешь невозможного. Сам сказал – только в рамках кодекса. Воспитать ее моими особыми методами запретил. А как еще объездить норовистую кобылку?

– Очень хорошо, – холодно бросил он. – Ты не справилась с заданием и не заработала поощрения. Я не заплачу тебе за нее.

– Мы же договаривались! – заныла демоница.

– Будешь вякать, расторгну все договоренности. Все, проваливай. Дальше буду действовать сам.

Глаза Эглы полыхнули яростью. Она хотела что-то сказать, но вместо этого повернулась и вышла. Несмотря на незавидное положение, я испытала каплю злорадства. Мерзкая девка схлопотала выговор из-за меня. И осталась без денег. До чего приятно! Не такая уж я беспомощная в этом мире, даже если спеленали по рукам и ногам магией.

Но все мое злорадство как корова языком слизнула, когда Каэрх повернулся ко мне, нехорошо сощурив глаза.

– Ну, Рябченкова? Ухмыляешься? Думаешь, легко отделалась? Ты еще сотню раз пожалеешь, что не уступила Эгле. Она ведь просто душка по сравнению со мной.

И тут я поняла, что влипла по-крупному…

Глава 15

Все еще храбрилась. Постаралась не выдать дрожь в коленках и выпалила как можно бойчее и увереннее:

– Блефуете. Вы ничего не сделаете донору класса А. Я ценный товар, и вы не пожелаете терять денежки.

Уф. Я смогла это сказать. Значит, чертова магия подавления или перестала действовать вдали от Эглы, или Каэрх снял ее. На миг меня окрылило… но мимолетная радость тут же улетучилась, когда курчавый протянул медовым голоском:

– А зачем делать что-то донору класса А. У меня есть донор класса Е. Который настолько дорог тебе, что ради нее ты сунулась в ловушку. А здесь только и спрашиваешь, что я собираюсь с ней делать. Жизнь твоей подруги у меня в руках, Алена Рябченкова.

Ублюдок. Отвратительный сукин сын. Эгла и правда ангел рядом с ним. Она грозила мне лишь унижениями да некими похабными игрищами. А этот козел угрожает Марине.

Хрипло выговорила, все еще пытаясь не сдавать позиции:

– Ты убьешь донора, на которого охотился, только чтобы унизить меня на аукционе?

Выкать ему больше не стану. Перебьется.

– Что за вопрос, – гаденыш удивленно поднял бровь. – Зачем мне унижать тебя? Наоборот, хочу чтобы ты блистала. Вопреки собственному упрямству.

– Блистала на аукционе, где меня продают как вещь?! Очень странное понятие блеска!

– Быть в центре внимания самых богатых и влиятельных мужчин целого мира – разве это не блистать? – ехидно ухмыльнулся демон. – Получить заботу и покровительство того, кто оценит тебя дороже десятка других богатеев. Тысячи женщин твоего мира продали бы душу за такой шанс. Не тысячи – миллионы!

– Вот пусть демоны тащат себе эти миллионы. Наверняка среди них полно ваших доноров, даже класса А. Они будут рады поблистать на аукционе рабов и продаться за покровительство демона-богатея. А вы получите своих доноров. Волки целы, овцы сыты. Я тут причем? Я не проститутка, мне не льстит быть купленной хоть за все блага вашего мира. Я хочу вернуться на Землю и жить своей жизнью. И Марина тоже!

Я с уверенностью вещала за подругу. Наверняка ей тоже много всего обещали, если согласится. Раз ее до сих пор приходится держать в цепях, значит, не купилась! И я пока еще не знаю главного – чем придется отрабатывать «блистание» на рабском подиуме. Чего требовали от Марины, что она вела себя как запуганный заяц, но при этом все равно не уступила? И чего потребуют от меня.

Каэрх продолжал:

– Знаю, знаю, вы гордые и упорные пташки. Давай попробуем договориться. Я позволю твоей подруге написать письмо родственникам. И передам его мужу, детям, родителям, друзьям – кому она пожелает. Взамен ты ведешь себя на аукционе спокойно и адекватно. Не катаешься по полу в истерических криках, не проклинаешь демонов и Мейлис, не плюешь в лицо мне или покупателям. Ну и тому подобные выходки. Позволяешь мне провести процедуру и спокойно уходишь с тем, кто даст за тебя максимальную цену.

– А потом? Что он сделает со мной? И не надо говорить, что это его обязанность рассказать мне. Я хочу все знать сейчас. На что я должна подписаться?

Каэрх вздохнул.

– Я не могу тебе сказать.

– Что значит не можешь?

– То и значит. Запрещено законами Мейлиса. Лишь сам хозяин может разъяснить донору его предназначение. В той степени, в какой посчитает нужным. Всем остальным грозит кара за разглашение. Могу сказать лишь, твоя жизнь и здоровье в безопасности.

Боженька ты мой… Да что же это за донорство такое, если даже закон запрещает рассказывать о нем?! Я-то думала, Каэрх просто ерничает и глумится, увиливая от моих вопросов. А он просто такой законопослушный. Кары боялся.

Ладно еще про жизнь и здоровье успокоил – и то мог брехать как сивый пес. Не проверю, пока не попаду к хозяину. А к хозяину ой как не хочется. Только никто не спрашивает о моих хотелках.

И как сейчас поступить? Принять его условие, пойти за ним покорной овечкой на рабские торги? Или… поторговаться самой? Потребовать больше?

– Я пойду на этот аукцион, если ты отпустишь Марину домой.

Демон заржал, как конь.

– Ну ты даешь, Рябченкова! У тебя, значит, торгашеские таланты имеются! Не будь ты донором, взял бы себе в помощницы!

– Вот уж не было радости стать помощницей работорговца! – фыркнула. – Спасибо, перебьюсь без такой чести. Ответь, согласен ли.

– Может, тебе еще договор кровью подписать? Ох, Рябченкова! Откуда у вас на Земле такие женщины только берутся? То-то будет развлечение твоему хозяину!

Только и делает, что изгаляется.

– А ты конечно же не пояснишь, почему к донору класса А относишься как к игрушке. Стоит проявлять больше бережности и уважения к такому ценному товару!

Я источала сарказм как амброзия аллерген. Вот бы наглый кудряха загнулся от анафилактического шока!

Но мечты оставались мечтами. Охальник, как ни в чем ни бывало, продолжал свысока умиляться.

– Ты даже не представляешь, Рябченкова, насколько бережно я к тебе отношусь! Тебе и в страшных снах не снилось, какое отношение ты схлопотала бы за свой язычок, не будь ты донором класса А.

– Почему это не представляю? Эгла отлично меня просветила. Когда предложила вылизать ей каблуки и трахнуть себя ножкой стула.

Тут Каэрх помрачнел.

– Зарвалась-таки, озабоченная нимфоманка. Штраф выпишу.

– И на цепь посади, как Марину. Этой картины мне тоже хватило, чтобы понять ваши милые нравы!

Настроение брюнета вконец испортилось.

– Ну все, хватит. Возвращаемся к нашей сделке. Отпускать никого не собираюсь. У всего есть цена. Твое поведение – это лишь вопрос моего личного комфорта. Не люблю, когда аукцион превращают в балаган. Я готов потратить время и энергию на переход в твой мир, чтобы доставить письмо от твоей подруги. За это ты будешь вести себя адекватно. Честная сделка: мой комфорт в обмен на твой комфорт. Тебе же будет комфортно знать, что родственники твоей подруги не тревожатся за ее судьбу. Хочешь большего, не получишь ничего. Я могу и потерпеть твои выкрутасы. Тебя так или иначе купят за большие деньги. Отпускать личного донора не стану. Твоя подружка мне нужна – и тебе нечего предложить взамен. Увы.

На глаза выступили слезы. Вот так, Рябченкова. Поторговалась с демоном. Мы в разных весовых категориях, чтобы у меня был шанс против него. Марину не вытащить из этой геены. Мы обе станем бесправными рабынями демонов.

– Как я узнаю, что ты выполнил обещание? – пыталась не сдаваться. – Ты можешь сказать что угодно, но как мы с Мариной проверим, получали ее близкие письмо или нет?

Каэрх качнул головой и прицокнул языком. Книгоед.нет

– Твоему упрямству нет конца и края. Если позволю тебе самой передать письмо, будешь смирной на аукционе?

Я не успела отвесить челюсть. Демон продолжал:

– Разумеется, так, чтобы тебя никто не видел. Мы используем артефакт невидимости и пройдем в твой мир. Ты подбросишь им записку – и мы тут же вернемся в Мейлис через портал. Устроит?

Я не поверила ушам. Демон отпустит меня на Землю?! Быть не может. Здесь какой-то подвох.

Глава 16

– Я не верю тебе.

– Клянусь благополучием Мейлиса, обмана нет, – проговорил демон серьезно. – Я намерен честно выполнить сделку.

Я напряженно смотрела ему в глаза. Каэрх смотрел прямо на меня. Ни следа обычной ухмылки или надменности.

– Ладно, договорились, – вздохнула я. – Идем к Марине за запиской.

И снова никакого спора или издевок. Спокойно пожал плечами.

– Идем.

Я внутренне сжалась, ожидая, что сейчас он схватит меня и перевоплотится. Но Каэрх лишь повернулся и вышел из зала. Я и забыла, что демоны принимают боевую трансформу, только чтобы пройти на дальние расстояния через порталы. По собственному дому Каэрх ходил голливудской няшкой, а не четырехметровым монстром.

Побежала за ним, чтобы не потерять из виду. Поблуждав дворцовыми коридорами, он вошел в одну из высоченных дверей, а я следом. Тут же узнала комнату, которую видела по магическому телевизору. А вот и Марина на кровати, изможденная и поблекшая.

Каэрх поднял руку, и в ней из воздуха материализовался лист бумаги и серебряный Parker. Он положил их на столик у изголовья.

– Можешь написать письмо родным, – бросил Марине и повернулся ко мне. – А ты помоги подружке, Рябченкова. Как закончите, позовешь меня и отправимся на Землю.

С этими словами демон вышел. Я метнулась к подруге.

– Маринчик… Как ты? Что они делают с тобой?! И чего хотят? Донором чего мы должны быть?

– Я не знаю, – слабо выдохнула она, качая головой. – Они ничего мне не говорят.

– Но чего требуют?! Зачем приковывают к колонне, чего добиваются?

– Чтобы я с ним спала, – со слезами на глазах проговорила Марина. – Им плевать, что у меня есть Костик. Что Люська с Витькой дома ждут. Плевать на все.

Земля ушла из-под ног. Вот почему Каэрх вышел. Не потому, что хотел дать поговорить по душам с подругой. Просто понимал, что выцарапаю ему глаза, когда услышу такое.

Нет, подсознательно я была готова к такому повороту. Голые демоны с членами наперевес, разговорчики и угрозы Эглы… Надо быть совсем наивным и слепым, чтобы не понять. Но услышать вот так от подруги, получить безжалостное подтверждение догадкам…

– Зачем? – глухо вырвалось из горла. – Это и есть донорство, которое им нужно? Пи…дой им надо донорствовать? Чем им шлюхи тогда не подходят?

Я не стеснялась в выражениях. Будь тут Каэрх, вылила бы на него весь запас матерных слов.

– Ален, не знаю… – повторила Марина. – Он просто заставлял. Сначала умасливал, чтобы легла с ним в постель. Потом угрожал, когда понял, что не соглашусь добром изменить мужу. Начал к этой колонне привязывать. Пока на пару часов, но грозился на всю ночь оставлять.

Мразь. Настоящий монстр.

– Хотя бы не в боевой трансформе трахать собирается?

Марина пожала плечами.

– Говорил, что не повредит мне. Но врал или нет – как знать.

– А про донорство ничего не говорил?

– Нет. Я поначалу задавала вопросы. Объясняла, что врач, что могу помочь. Он только смеялся и принуждал спать с ним. Врачи им тут не нужны. Любые раны исцеляются, когда они принимают боевую трансформу, а потом человеческий облик. Или наоборот.

Я вспомнила, как у Каэрха после повторного перевоплощения не осталось ни следа ран, нанесенных Лаймахом. Одно слово – демонюки.

Как же хочется плюнуть им всем в морды. Во мне клокотала злость на мерзавца Каэрха и ему подобных. Я смотрела на Марину и дивилась ее пассивности. Но она провела здесь уже неделю, а я пару-другую часов… Неужели пройдет несколько дней и я превращусь в такое же подавленное, забитое, затравленное животное?!

Пока меня трясло от ярости, Марина наконец обратила взгляд на ручку с бумагой.

– Он действительно отправит письмо Косте?

Я постаралась ответить подруге спокойно, проглотив невысказанную ярость. Ей и так плохо, в разлуке с семьей и угрозами изнасилования. Мои эмоции ей сейчас не помогут.

– Обещал. Даже возьмет меня с собой. Чтобы своими глазами убедилась.

Марина схватила «паркер» и попыталась начать письмо. И замялась. Оно и понятно. Вот о чем ей сейчас написать? Любимый муж, я попала в другой мир, и тут меня хотят трахнуть демоны. Пока держусь, только вот несколько часов в день вишу на цепи. Все еще жива и здорова, целую детей, твоя Марина.

Мы стали ломать головы вместе. Что можно написать, не зная, попадет ли Марина домой когда-нибудь? Сообщить, что с ней все в порядке, любит и скучает, но вернуться к семье не имеет возможности? А почему не имеет?

Единственная причина, которая могла выглядеть хотя бы отдаленно убедительно – Марину, как талантливого хирурга, экстренно призвали спецслужбы в горячую точку. Но спокойствия Косте и родителям это точно не прибавит.

А перечеркнуть все, сжечь мосты, написать – мол, я встретила свою любовь и укатила на Гоа… Вдруг демоны все же выпустят Марину каким-то чудом? Что она тогда скажет Косте, чтобы он ее простил и принял? Или хотя бы дал общаться с детьми.

После долгого отсутствия и внезапного возвращения может и в суд подать на лишение родительских прав. И суд стопудово вынесет положительное решение. Особенно если Костя предъявит такую записку про любовь в Гоа. Историю о демонском мире там не расскажешь. Мигом еще одно решение вынесут – признать недееспособной и запереть в психушке.

В итоге мы придумали компромиссный вариант. Марину все-таки призвали спецслужбы за ее врачебный талант. Но не в горячую точку, а в сверхсекретный проект. В его рамках ей запрещалось поддерживать любые контакты с внешним миром. Увидеться с семьей не сможет, написать еще раз – не известно. Пусть Костя успокоит детей, в полицию больше не обращается. Ни полиция, ни другие ведомства, даже ФСБ, не в курсе этого проекта. Вот такой он засекреченный.

Сочинив этот зачин для триллера, мы перенесли его на бумагу. Точнее, Марина перенесла своей рукой под мою диктовку.

– Может, он возьмет и меня с собой? – прошептала подруга, сворачивая лист. – Хоть одним глазком увидеть их.

Столько боли звучало в ее голосе, что у меня сжалось сердце.

– Возьмет! – уверенно заявила я. – Не то я ему покажу кузькину мать. Каэрх!

Имя демона я завопила благим матом, чтобы подонок точно услышал. Про себя добавила: иди сюда, Страшила Мудрый. То есть мудило страшный.

Глава 17

Наш красавчик-работорговец появился через несколько минут. И с порога получил мой презрительный взгляд.

– Вот ты какой, северный олень. Замужних женщин к адюльтеру склоняешь. Марина, между прочим, любит мужа. И дети у них. А ты ее насиловать собираешься. Мразь ты, Каэрх. Настоящая мразь.

Мне было наплевать на последствия. Я жаждала высказать демону все, что чувствую к нему. И пусть подавится. Сделать он мне ничего не сделает, ценному донору. Мне надо бояться будущего хозяина… а сволочь Каэрх за такое обращение с Мариной огребет от меня по самое не балуй!

Гаденыш вздохнул, словно опечалившись.

– Мда. Не повезло, что донор класса А оказался такой упрямой личностью. Начинаю опасаться, что твой буйный норов может повлиять на стоимость.

Нет, вы только поглядите на этого козлину! Все, что его волнует – моя стоимость! Сволочь, как есть сволочь!

Под моим ненавидящим взглядом гнусный демон продолжал:

– Большинство женщин вашего мира куда сговорчивее. Даже если поначалу устраивают истерику от шока, потом способны рационально оценить ситуацию. И собственное поведение. Когда они понимают, что их ждет, становятся милыми, уступчивыми и выполняют все, что от них требуется. Но изредка попадаются и такие как вы…

– Вот и набирайте сговорчивых шлюх, а нас с Мариной отпустите! – чуть не выплюнула в лицо демону.

– Кажется, ты забыла нашу сделку, Алена. Ты ведешь себя пристойно, а я отношу письмо твоей подруги.

– Условия изменились… милашка. Марина отправляется с нами. Пусть хотя бы посмотрит на своих детей, раз отпускать ее ты не хочешь.

– Я возьму ее вместо тебя, – ухмыльнулся демон. – Если она увидит своими глазами, что письмо получено, это достаточное свидетельство моей честности. Уж подруге ты поверишь, в отличие от меня.

– Нет, ты возьмешь нас обеих! – настаивала я. – Марине нужна моя поддержка. Ты совсем ее замучил сидением на цепи, а главное – грязными домогательствами! Я должна быть рядом!

Настала очередь демона выпускать струю воздуха из могучей груди.

– Да ты и верно завзятая торгашка. Ладно. Будь по-твоему. Возьму вас обеих. Но если ты потом выкинешь финт на аукционе…

И что же ты сделаешь, – фыркнула про себя. Письмо-то Костя уже получит. Черта с два я буду сидеть смирно. И плевать на обещания. Мудак, который принуждает спать с ним замужнюю женщину, честности не заслуживает. Но сейчас тебе знать об этом не стоит.

– Не выкину, – соврала вслух, не моргнув и глазом. – Давай уже отправим эту злосчастную записулину.

– Следуйте за мной в Портальный зал, – приказал Каэрх.

Командный тон демона меня выбесил. Но спорить и перевоспитать не было ни сил, ни смысла. Мы с Мариной молча пошли за ним и вернулись в тот самый зал с хрустальными колоннами, где я впервые оказалась в Мейлисе.

– Здесь находится портал в ваш мир, – пояснил брюнет. – Не вырони письмо…

Последние слова прозвучали глухо и рычаще, потому что Каэрх начал перевоплощаться. Четырехметровый монстр подхватил нас с Мариной под мышки и поднял в воздух. Ох, не зря предупредил про письмо. Со страха конвульсии начнутся и пальцы разожмутся.

Он направился к дверям. Тем самым, через которые вошла я… веря, что захожу в банальный промышленный склад. Монстр пнул створки одной ногой. Если бы захотел, наверно мог бы и членом. Тот так задорно топорщился, что казалось, вот-вот прошибет в двери здоровенную дырку. Окно в Европу прорубит.

Шагнув через порог, мы оказались под хмурым утренним небом. Желтая крыша склада виднелась прямо под моими болтающимися ногами. Я и правда вернулась в свой город.

Чудище поставило нас с Мариной на землю. Бережно и аккуратно, чего я никак не ждала от него. Думала, швырнет оземь так, что мы коленки и локти расшибем.

Сразу увидела в стороне частного детектива и вахтершу, которая проводила нас сюда. Ой что сейчас будет! Вой поднимется, мама не горюй!

Но тетка словно бы не видела нас, хотя смотрела прямо в нашу сторону. Ну да, гад обещал использовать артефакт невидимости. Я сделала несколько шагов, чтобы услышать их разговор.

Сыщик и вахтерша мирно беседовали, даже не упоминая меня. Может, думали, что я до сих пор брожу в ангаре? Я прислушалась.

– Расхаживала тут, рыскала что-то… Глаза пустые, как обкурилась чем-то. Я в сторонку отошла… и бегом за охраной. Стали искать – далеко она со склада не успела бы уйти. Но как след простыл.

Все то же самое, что женщина говорила утром о Марине при мне. Причем теми же словами! Как будто утреннего разговора и не было…

Сзади на плечо легла широкая ладонь. Слава богу, обычная мужская, а не огромная и когтистая. Вот он, курчавый. Тут как тут, ирод окаянный. Конечно же, голышом, во всей красе могучих мышц. И торпеда победно топорщится вверх. Хочется верить, это всего лишь побочный эффект перевоплощения, а не реакция на нас с Мариной.

– Близко не подходи. Полог невидимости работает не только на зрительное, но и на слуховое восприятие. А также пространственное. Вас с подругой ваши земляки не видят, не слышат, и стараются обходить. Но если нечаянно заденут, полог спадет.

Хм. Это быстро открыло мне соблазнительные возможности. Каэрх прочитал мои намерения по лицу.

– Бежать это не поможет, не рассчитывай. Я все равно нагоню тебя. Если понадобится – в боевой трансформе. А чтобы не оставлять следов в твоем мире, мне придется накладывать пространственно-временные искажения. Это не проходит даром для мира, поверь.

– Как это?! – напуганно выдавила я.

Я не ждала объяснений Каэрха, вопрос вылетел изо рта на эмоциях. Но как ни странно, гад ответил. Да еще как!

– В отдельных ситуациях, когда события принимают крайне нежелательный поворот, сущности высшего порядка – ангелы и демоны – могут создать альтернативную ветку реальности. Например, когда портал перенес тебя в Мейлис, на Земле запустилось формирование альтернативной реальности. Именно в этой ветке мы сейчас находимся. В ней ты не поехала с частным детективом. Не заходила ни в какой склад. Даже не вызывала такси. Тебя никто не видел. Просто этим утром ты исчезла из своей квартиры. Как след простыл.

Елки-моталки. Это еще что за метафизика?! Добро пожаловать в «Матрицу»?..

Я-то думала, что угодила в бордель, где всех жриц любви арестовала полиция нравов, и теперь клиенты ходят с вечным стояком, без надежды обрести удовлетворение. А эти демоны, оказываются, обладают не только необъятными торпедами, но и способностью искажать реальность! И еще ангелы где-то бродят.

– Я правильно тебя расслышала – в Мейлисе есть и ангелы?

– Нет. Мейлис – царство демонов. У ангелов свой мир – Сейлим. И они давно не суют к нам нос, а мы – к ним. Не передать как мы все рады этому. Так что защита светлых сил тебе не светит – прости за каламбур. Если ты вдруг на нее рассчитывала.

Да уж. Выхода нет. Даже если каким-то чудом сбегу от демонов… они запустят альтернативную ветку реальности, где я снова окажусь в их лапах. Или все-таки…

– А что случается с исходной веткой? – спросила я. – Альтернативная полностью ее заменяет? Или где-то сейчас сыщик и вахтерша бегают и суетятся, недоумевая, куда же я исчезла из склада, прямо у них на глазах?

Каэрх нахмурился.

– Хочешь лекцию об особенностях пространственно-временного континуума? Прямо сейчас? Я могу ответить, это не запрещено законом. Но может ты прибережешь вопросы для хозяина? Потому что во-первых, я не в силах объяснить так, чтобы скудный человеческий разум воспринял такую сложную информацию.

Ой кто бы сомневался. Конечно же, любая женщина по определению блондинка и не в состоянии усвоить жалким умишкой особенности пространственно-временного континуума. Мужской шовинизм одинаков во всех мирах – что у людей, что у демонов.

– Во-вторых, – продолжал Каэрх, – твоя подружка уже сгорает от нетерпения. – Хочешь, можем вернуться в Мейлис, и я устрою тебе лекцию с наглядными материалами. Но почему-то мне кажется, что вы обе сильно расстроитесь.

Ох. Нехорошо как вышло. Я бросила виноватый взгляд на Марину. Она стояла поодаль и не вмешивалась в разговор. Просто умоляюще смотрела на меня. Письмо в ее руках было уже влажным от пота.

– Марин… извини, родная! Я просто в шоке. Конечно же, скорее идем к Косте! Лекции подождут.

– Замечательно, – буркнул Каэрх. – Я уж думал, будем спорить еще пару часов. Тогда готовьтесь – обращусь и телепортируемся к вашему Косте.

Надо же – гад соизволил предупредить заранее! Какая муха его укусила?

Он начал расти в размерах. Но перевоплотиться в демона не успел. Воздух над желтой крышей склада вдруг пошел рябью. И откуда ни возьмись выпрыгнула фигура еще одного демона в боевой трансформе. Ужасный рев ударил по барабанным перепонкам.