Текст книги "Мой... нет - наш! (СИ)"

Автор книги: Светлана Михайленко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

– Здравствуйте, – в отличие от остальных, у Гарри было хорошее воспитание (спасибо Гермионе и ее неустанным попыткам привить мальчишкам правила хорошего тона). – Спасибо, профессор Дамблдор, я только что позавтракал. А зачем вы меня вызвали?

Присутствующие в комнате поздоровались, только Рон промолчал и, скривившись, отвернулся.

– Видишь ли, мой мальчик, – продолжил вещать директор, – мы все обеспокоены тем, что ты отдалился от нас. Согласен, с Джиневрой мы поспешили. Если бы мы знали о твоих предпочтениях, то подобрали бы тебе подходящую кандидатуру.

– Что вы имеете в виду? – Гарри начал закипать. – Неужели нельзя просто оставить меня в покое? Я думал, что после победы буду жить самостоятельно и сам принимать решения. Да, кстати, а что здесь делает Рон?

– Гарри, сынок, – запела миссис Уизли, – но Рон же твой друг и беспокоится о тебе.

– Вы ошибаетесь, миссис Уизли, Рон не общается со мной уже довольно давно, поэтому я не рад его присутствию. Но это не важно, – отмахнулся парень от приставучей тетки. – Я не понимаю сути ваших претензий ко мне, директор.

– Как же, мой мальчик, я, как твой опекун, обязан позаботиться о твоем будущем. Мы посовещались и нашли подходящую кандидатуру для тебя. Это Кингсли, – объявил директор с таким видом, как будто сделал самый лучший подарок.

– Вы хотите, чтобы я поженился с Кингсли? – не поверил своим эльфячьим ушам Поттер, – А мое мнение не учитывается? Мне он не нравится. Кстати, директор, как совершеннолетний волшебник, я отказываюсь от вашего предложения. Вы больше не мой опекун, поэтому будьте добры, устраивайте жизнь кого-нибудь другого.

Выдав кучу эмоций, Гарри в ожидании уставился на директора. Но группа поддержки старческого маразма не дала Дамблдору ответить. Со всех сторон Гарри слышал о том, что он неблагодарный мальчишка, что не ценит заботу о себе убогом, что он должен быть благодарен за то, что о нем заботится такой великий волшебник и т.д. и т.п. Гарри смотрел со своего места на это цирковое представление и тихо зверел. Значит, как Волдемортов убивать, так он взрослый, аж с первого курса, а как жить самостоятельно, так он маленький и несмышленый. Минут через пять гнев народа начал утихать, по причине потери голоса – к концу почти все охрипли от криков, и только Ремус сидел в уголке, с видом побитой собаки, а, нет, с видом побитого волка… или все же собаки, но вид точно побитый. Когда наступила тишина, слово взял светлейший.

– Гарри, это не обсуждается! – громыхал он. – Через две недели состоится обряд помолвки, а через месяц свадьба, на которой ты, в качестве младшего мужа, войдешь в семью Шеклболта. И в качестве информации к размышлению: ты находишься под моей опекой до окончания школы. Твое совершеннолетие не играет никакой роли, потому что ты сирота, а моя обязанность, как директора, заботиться о сиротах. А теперь ступай и хорошенько подумай о том, что ты сейчас обидел людей, искренне заботящихся о тебе.

Гарри застыл на своем месте от обиды, ведь он когда-то доверял этим людям жизнь. Хотелось их обломать сию секунду, объявить, что он Лорд, и они не могут ему приказывать. Но, взяв себя в руки, промолчал. С этих станется накачать его какой-нибудь гадостью, да так, что он «мяу» сказать не сможет. Юный Лорд встал и, на негнущихся ногах, покинул кабинет. В голове крутились мысли, но ни одну из них он не мог поймать. Больше всего его потрясло предательство Ремуса. Сидел, молчал, прятал глаза. Фу! Гарри решил, что на уроки он сегодня не пойдет, и отправился в свое убежище – Выручай Комнату. Пришел, упал на кровать и уснул.

В это время в классе зельеварения коршуном летал между партами профессор Снейп. «Да, не повезло, в этом классе его нет». Сегодня у профессора Снейпа должна было быть еще одна пара с седьмым курсом, так что отчаиваться рано. Но ему не повезло и на следующем уроке, его тоже не было. Сев за свой стол, он думал… думал… думал… Черт! На первом уроке отсутствовал Поттер и, зная свою везучесть, зельевар практически не сомневался, что его личная Немезида и есть их с Люцем партнер. Ну ничего, во время ужина можно будет подойти к нему (причина? А что причина, на уроке его же не было) и назначить отработку. Но все планы рухнули, потому что на ужин Поттер не явился. Северус так пристально наблюдал за столом гриффиндорцев, что от него не укрылся ни самодовольный вид шестого Уизли, ни подавленное состояние мисс Грейнджер, ни перешептывания. «Интересно, что бы это могло значить? Может, с Поттером, что-то случилось».

– Поппи, – обратился он к своей соседке, – скажите, а мистер Поттер случайно не в больничном крыле? Его сегодня не было на моих уроках, а, зная его умение найти себе проблем, не удивительно будет, окажись он у вас.

– Нет, Северус, он не у меня. Я смотрю, ты все так же за ним приглядываешь.

– Старые привычки изживаются с трудом, – недовольно пробурчал зельевар и, попрощавшись, отправился к себе.

«Надо бы сообщить Люциусу, но к чему расстраивать раньше времени? – думал он, идя по подземелью. – Хотя, может, лучше и сказать, пусть тоже нервничает и привыкает к мысли на всякий случай».

А причина тяжелых мыслей зельевара металась в беспокойном сне. Вздрогнув, Гарри резко проснулся.

– Мордред, я думал, что это сон, – парень потер руками лицо, – как мне теперь себя обезопасить? Черт, уже девять вечера, ужин проспал. Добби! Тихо, тихо, – Добби, как всегда пытался пробить головой пол. – Принеси мне, пожалуйста, сэндвичи и чай. И будь добр, скажи мисс Грейнджер, что я жду ее здесь.

Добби с хлопком исчез, а через минуту появился с подносом и Гермионой.

– Спасибо, Добби, можешь идти.

Гермиона подошла к сидящему в кресле парню, приподняла лицо за подбородок и заглянула в глаза.

– Гарри, что случилось? Тебя не было целый день, а Рон ходит с таким видом, как будто выиграл миллион и всем говорит, что ты, наконец, получишь по заслугам.

В глазах Гермионы Гарри увидел неподдельную заботу и, не выдержав, разрыдался. Девушка обняла его и укачивала, позволяя другу выплеснуть эмоции. Немного успокоившись и выпив наконец-то чаю, парень все рассказал. Во время рассказа Мио несколько раз тянулась к палочке, не в силах себя сдержать. Она не понимала, как можно быть такими неблагодарными. Когда она услышала о том, что, по замыслу этих интриганов, Гарри должен стать младшим мужем, Миона пришла в бешенство.

– Гарри, это ужасно! Младший супруг – это практически раб. Входя в семью, он отдает все свое имущество старшему мужу.

– Так вот что они задумали! Значит, им нужны мои деньги! – парень, до этого метавшийся по комнате, осел. – Из-за этого они готовы пожертвовать мной, моим счастьем, моей свободой? Знаешь, Мио, иногда мне кажется, что я убил не того. И Темный Лорд Дамблдор гораздо страшнее Волдеморта.

– Надеюсь, ты им не рассказал про себя ничего?

– Нет, но очень хотелось. А потом я испугался, если честно, никогда так не боялся. С Ридллом все было просто, или я его или он меня. А здесь… я не знаю, что бы они сделали.

– Так, хватит раскисать. У нас есть две недели на решение этих проблем. А теперь вставай, и пойдем в нашу башню, негоже прятаться здесь, как будто бы ты в чем-то виноват.

Ребята собрались и пошли к себе. Зайдя в гостиную, им на глаза попался Рон, смотревший на них с издевкой.

– Что, Гарри, не хороша была для тебя моя сестра? Такому педику, как ты, и не должны доставаться хорошие девушки. А ты, Гермиона, подумай, кому мы можем отдать тебя?

– Мечтать не вредно, Рон! – ответила Гермиона и увела, опешившего Гарри в спальню.

А Рон уверенный, что его все поддерживают, победным взором обводил гостиную. Но на него все смотрели, как на предателя.

– Правильно вас называют предателями крови, – сказал, всегда тихий Невилл, – ваша суть лезет наружу при любом удобном случае.

Он развернулся и пошел за Гарри, Симус и Дин присоединились к нему.

На следующее утро Гарри, Гермиона и Невилл завтракали, когда за их спинами раздался голос профессора Снейпа.

– Мистер Поттер, потрудитесь объяснить, почему вы отсутствовали вчера на уроке, – хоть Северус и говорил язвительно, но внутри него все тянулось к этому мальчишке. Уже на подходе к столу Гриффиндора, Снейп понял – вот он.

– Профессор, меня вызывал к себе директор… – Гарри плыл от ощущения, что здесь и сейчас рядом с ним находится его второе сердце, и говорить связно было очень сложно.

– Видимо, он продержал вас у себя весь день?

– Нет, сэр.

– Тогда почему вы отсутствовали и на остальных уроках?

– Яа… яаа… меня…

– Потрясающее красноречие. Я назначаю вам отработку. Будьте добры прийти в класс зельеварения, если вы еще помните, где он находится, к восьми часам. Вы меня поняли?

– Да, сэр.

Северус развернулся и пошел к себе в подземелья, а его мантия, как крылья, летела за ним.

Весь день, после этого, Гарри ходил, как сомнамбула, пытаясь сохранить ощущение счастья еще чуть-чуть. Он решил подождать и не рассказывать Мио о своих ощущениях. Не зная почему, Гарри хотел сохранить их только для себя.

========== глава 6 ==========

Без двух минут восемь Гарри стоял перед кабинетом зельеварения, время от времени поднимая руку, чтобы постучаться. Наконец, собравшись с силами, легонько, как будто боясь кого-то спугнуть, он постучал. Дверь немедленно открылась и из глубины класса он услышал голос профессора.

– Ну что, мистер Поттер, так и будете прятаться за дверью или все-таки зайдете?

Голос звучал насмешливо, но, как ни странно, без язвительных ноток. Гарри шагнул внутрь, и дверь за его спиной закрылась с громким хлопком, как будто отрезая Гарри от всего мира.

– Проходите, мистер Поттер, и принимайтесь за работу. Котлы вас заждались. Отмойте все без магии. Может физический труд вас отучит прогуливать занятия.

Все слова проходили мимо сознания Гарри, но ощущение жизни и ПРИСУТСТВИЯ преследовало его, а голос профессора буквально завораживал. С трудом сообразив, что от него требуется, юный эльф принялся за работу. Северус немного понаблюдал за Гарри, а потом решил, что тянуть нечего и пошел вызывать по камину Люциуса. Зря он все-таки его не подготовил к такой новости. Сам Северус уже практически смирился с тем, кто его партнер. Только он не понимал, почему запах их мальчика не соответствует его виду. Не беда, вот привяжут его к себе, потом можно и разобраться с этим. С этими мыслями он дошел до своих покоев. Кинув в камин летучий порох, Северус вызвал Люциуса. Через пять минут блондин ворвался в покои зельевара.

– Сев, ты нашел его? Скажи, что нашел. Мерлин, ну что ты молчишь?

Люциус схватил Северуса за плечи и тряс его, аки яблоньку. Тот перехватил его руки и прижал к себе.

– Люц, у меня две новости стандартного набора. Хорошая и плохая. Выбирай, но сначала – на вот, выпей.

Северус всунул в руки партнера пузырек с успокоительным, Малфой беспрекословно принял зелье.

– Ну, давай свои новости, – уже спокойно проговорил вейла, усаживаясь в кресло, – сначала хорошую.

– Я его нашел, это первое. Он точно одинок, это второе. И он сейчас на отработке в моем классе, это третье, – сообщил Северус.

– А плохая?

– Это Поттер.

Несколько минут стояла оглушающая тишина, а зельевар, зажмурившись, ждал бури.

– Нет, этого не может быть. Мерлин, ну почему из всего огромного количества вариантов, нам достался он? Если он нас не убьет при попытке сближения, то мы умрем, вытаскивая его задницу из приключений на оную. Сев, дай выпить, а? Такие новости без огневиски не говорят, вообще-то.

Пока Северус наливал бодрящий напиток, Люц напряженно думал.

– Подожди, но ведь Поттер человек, а тот малыш был точно магическим существом! – загорелся Люц. – Может это все-таки ошибка?

– А вот это самое интересное. Запах я впервые почувствовал на балу, вместе с тобой. До этого дня он так не пах, уж можешь мне поверить. И вид на балу у него был совсем другой, и это точно был не костюм, не чары и не маска. А в понедельник остался только запах. Теперь ответь мне, Люц, как такое может быть? – Северус от волнения нарезал круги по своей гостиной. – Если бы не видел своими глазами, то никогда бы в такое не поверил.

Блондин задумчиво перебирал подвеску на своей груди. И вдруг его будто подкинуло.

– У него скрывающий артефакт! Смотри, у меня такой же.

– Люц, ты бредишь. Где бы он его взял? Такие штучки на каждом углу не валяются, – глаза Северуса вдруг стали раза в два больше. – Мы два дурака, если он вступил в наследие, то это что значит?

– Черт побери, он чистокровный. Но ведь Лили была маглорожденной. Хотя, с чего бы тогда Поттер в нее так вцепился?

– Мы можем долго гадать, а можем с ним поговорить. Как думаешь?

– Да, давай поговорим.

И два мага пошли в класс, где, как золушка, трудился несчастный эльф. Он стоял у стола и натирал чистым полотенцем до блеска различные колбы. Гарри был, как будто, в трансе, и не заметил приход своего профессора. Люциус благоразумно занял место подальше от Гарри и затаился, а Северус тихо подошел почти вплотную к юноше, слегка наклонился к нежному ушку и прошептал:

– Уже закончили, мистер Поттер?

Гарри подпрыгнул на месте, как ужаленный, но при попытке к бегству был крепко схвачен и прижат спиной к груди зельевара.

– Тише, мистер Поттер, не нужно так вырываться, – мурлыкающие интонации прокатились по всему телу, а запах, окутавший юного эльфа, лишил последней воли к сопротивлению.

Северус крепко держал свое неугомонное чудо поперек груди, слегка поглаживая другой рукой по лицу и шее.

– Ну, успокоились? А теперь нам нужно поговорить. Давайте пройдем ко мне в комнаты, там нам будет удобнее.

Развернувшись, вместе с Гарри, от стола, они застыли. Прямо перед ними стоял Малфой. Он взял Гарри за подбородок и приподнял его лицо. Из-за этого действа Гарри пришлось полностью откинуться на зельевара и положить голову на плечо, а Люциус, слегка наклонившись, поцеловал его в приоткрытые губы. Гарри испуганно посмотрел на него.

– Здравствуй, Гарри, – прошептал Люциус.

Ничего не понимая, юноша обернулся к своему профессору и тут же получил еще один легкий поцелуй, теперь уже от Снейпа. Разум (какой еще остался), кричал – беги, а чувства шептали – останься. И шепот оказался громче крика, потому что Гарри добровольно пошел следом за Снейпом и не отнимал руки у Малфоя. Зайдя в апартаменты зельевара, взрослые маги решили дать Поттеру осмотреться. А посмотреть было на что. Раньше ребята забавлялись в гриффиндорской башне, представляя себе, как живет их самый нелюбимый профессор (цепи на стенах, паутина по углам, черепа и прочие кости, пыточные орудия и несчастные жертвы в клетках, были самыми популярными вариантами). На самом деле Гарри оказался в уютной гостиной с камином, выдержанной в классическом стиле. Большие кожаные кресла и просто огромный диван стояли вокруг столика. Пушистый, цвета кофе с молоком, ковер с геометрическим рисунком закрывал почти весь пол. Стены были заставлены книжными шкафами. Северус и Люциус расположились на диване. Перед ними на кофейном столике стояли бокалы с коньяком для них и пирожные с чаем, видимо, для Гарри. Поманив его, Северус предложил юноше присесть в кресло. Гарри сел и уставился на собеседников, ожидая от них начала разговора.

– Гарри, – начал Люциус, – почему ты так выглядишь?

– А как я должен выглядеть? Если вам что-то не нравится, то я могу уйти, – а про себя подумал, что Малфой, хоть и аристократ, а церемонии разводить не стал. Значит и Гарри может не стесняться в выражениях.

– Нет, нет, – вступил Северус, – ты его неправильно понял. Мы хотели бы узнать, как ты скрыл изменения в своей внешности.

– А откуда вы знаете про изменения? – сдал сам себя Гарри и прикрыл рот ладошкой.

Глянув на взрослых, Гарри выскочил из кресла и метнулся к выходу, где тут же был пойман подозрительно быстрым зельеваром. К ним тут же присоединился Люциус, и Гарри уже второй раз за вечер оказался зажат между ними. Он дергался, как рыба в сетях, но выскользнуть не мог. Ему задрали подбородок и влили что-то в рот, но из рук не выпустили. «Слаженно работают, сволочи» – уже как-то безразлично подумал Гарри. Все-таки зелья от Мастера работают без сбоев. Его подвели к дивану и усадили между ними. Северус обнял Гарри за плечи, а Люциус грел в своих руках его ледяные ладошки.

– Гарри, мы должны извиниться, мы не должны были пугать тебя. Я понимаю, для тебя все это ново, но и ты должен знать, что мы спрашивали не из праздного любопытства. Гарри, пожалуйста, покажи нам себя.

Вот это «пожалуйста» и абсолютная искренность, которую Гарри чувствовал всей кожей и сподвигли его снять браслет. Как только Гарри выпустил браслет из рук, перед изумленными взглядами волшебников появился светлый эльф.

– Ну вот, как-то так, – прошептал он, пряча глаза.

Северус и Люциус, как дети, получившие подарок, рассматривали юного эльфа, перебирали его волосы, трогали чувствительные ушки. А Гарри, пообвыкшись со своим положением, неожиданно извернулся и хлопнул бесцеремонных магов по рукам.

– Я вам что, игрушка что ли? Трогаете, гладите, поите всякой гадостью. Ну все, посмотрели и хватит!

Гарри схватил со столика браслет и надел его. Разозлившись не на шутку и, попутно, потеряв страх, он решил высказаться.

– Я вас разве спрашиваю, кто вы, что вы и как выглядите? Будьте благодарны, что вообще показался. Все, цирк закрыт!

Ему даже не дали двинуться с места. Люциус рванул его за руку и усадил на место.

– Ты прав, но позволь нам тебе все объяснить. Ты знаешь, как волшебные существа находят свою пару? У нас, прежде всего инстинкты. Когда мы находим себе пару, то его вид и, прежде всего запах, дают понять, что перед тобой твоя судьба, тот, с кем ты будешь счастлив, тот, кто будет тебя любить больше, чем себя. Когда мы увидели тебя, все так и было. Гарри, ты наша пара.

– В смысле я должен выбрать кого-то из вас?

– Нет, глупенький. В смысле, что мы оба для тебя. Понимаешь? – вступил в разговор Северус.

Гарри долго вглядывался в его глаза, ища в них хоть маленький намек на ложь. Не найдя, он кивнул, соглашаясь. А Северус продолжил рассказывать ему про то, что такое триады. Про себя (даже клыки показал, над чем Гарри дико хохотал, попутно объясняя, что все так и думали), про Люциуса, который ради Гарри развернул крылья, чем очень сильно засмущал мальчишку, раздевшись при нем. Но справившись со смущением Гарри даже потрогал перья. Они были абсолютно белые, как снег, и невероятно мягкие. Еще Северус рассказал, что жизни без партнера не будет в принципе, а отказаться от найденного невозможно.

– Я так понял, что выбора особого у меня нет? – в конце монолога Северуса спросил Гарри.

– Нет, выбора нет, малыш. Или мы или смерть, найдя пару, магическое существо не может без нее жить. Это относится и к нам, мы тоже не сможем без тебя, – ответил Люциус и добавил, – нам в течение месяца необходимо будет пройти брачный ритуал. Ты будешь принят в нашу семью младшим мужем…

Не успел он договорить, как с Гарри случилась форменная истерика.

– Младшим мужем?! – кричал он, – и вы туда же?! Никогда в жизни я не пойду на это добровольно! Хватит с меня и Шеклболта и всего остального ордена. К нему младшим мужем, к вам младшим мужем. А может вы в сговоре с Дамблдором, а? Я вам поверил, а вы… Все, с меня хватит, я ухожу!

И Гарри, в который раз за сегодня, рванул в сторону дверей. На этот раз его остановил гневный окрик Снейпа.

– А ну стоять! Что ты там говорил про Кингсли? Кто на нем женится? – тренированный мозг шпиона, сразу выхватил важную информацию. – Подойди, сядь и не беси! Отвечай быстро и по делу.

Такому тону зельевара противостоять было невозможно, и Гарри в подробностях рассказал про разговор у директора.

– Гарри, – начал Люциус, – когда я сказал, что ты должен стать младшим мужем, то я ни в коей мере не хотел тебя оскорбить. Видишь ли, я Лорд и Северус тоже. Ты не можешь быть с нами в браке на равных правах.

– То есть, если бы я был Лордом, то вы бы не предложили мне быть младшим мужем?

– Ну конечно нет, у меня нет желания хоть чем-нибудь унизить тебя. Но с Родовой Магией не шутят, попытайся я быть с тобой в браке на равных, будет такой откат, что небо с овчинку покажется.

Пока Люциус и Гарри разговаривали, Северус размышлял над полученной информацией. Это было плохо. Если Дамблдор втемяшил себе что-то в голову, то переубедить его очень сложно. Северус не понимал выгоды директора. Герой и так подконтрольный. Зачем его женить, причем так скоропалительно? А если директор узнает про наследие, то это будет еще хуже. Надо быстрее жениться на мальчишке, только так его получится обезопасить. Пусть сейчас сопротивляется, время сгладит острые углы, и он их полюбит. А Гарри немного успокоил разговор с Малфоем и теперь эльфеныш напряженно размышлял, рассказывать о своем титуле или нет. Решив, что чем дольше он скрывает, тем хуже, Гарри сделал видимым перстень Главы Рода. Удобно усевшись, положив ногу на ногу, он сложил руки на коленях таким образом, чтобы было видно перстень, и принялся ждать реакции. Первым украшение заметил Малфой. Он взял Гарри за руку и поднес ее к глазам.

– Что, плохо видно, Лорд Малфой? – он издевался над Люцем с самым невинным видом. – Может вам дать очки или лупу? Что вы там так долго разглядываете? Неужели так плохо разбираетесь в геральдике или не можете поверить своим глазам? – Гарри забрал руку.

– Что это? – до сих пор не мог прийти в себя сиятельный Лорд Малфой, теряя аристократический вид из-за отвисшей челюсти.

Его эстафету перехватил Снейп, абсолютно повторяя выражение лица своего блондинистого друга. Гарри встал, отошел на свободное место, снял браслет, принимая свой истинный вид, и сказал:

– Позвольте представиться, Гарольд Джеймс Эланиус Поттер, Лорд Поттер, Лорд Блек, – произнес эльф и слегка поклонился.

– Люциус Абрахас Малфой, Лорд Малфой, – ответило за Люциуса его воспитание и поклонилось.

– Северус Тобиас Снейп, Лорд Принц, – на автомате представился, поклонился и, в шоке, сел.

– Я так понимаю, что разговоров о неравном браке больше не будет? – поинтересовался Гарри, любуясь на ошеломленные лица собеседников.

Он был уверен, что это уникальная возможность – увидеть потерявших дар речи Лорда Малфоя и Лорда Принца.

– Да… конечно… мы… ты…

– Какое красноречие, Лорд Принц, – вернул шпильку Гарри. – Я могу идти, профессор?

– Да. Иди… Что? Стой, ты что задумал, опять сбегаешь?

– Не сбегаю я, просто поздно уже и скоро отбой.

– Хорошо, иди. Только ответь еще на один вопрос. Почему ты не выпил чай?

– Если честно, то я боялся. Вдруг опоите еще чем-нибудь?

– Но ты же выпил зелье.

– Да, только успокоительное я даже на запах узнаю, – чудо лукаво улыбнулось и исчезло за дверью.

На диване сидели двое и пытались собрать по крупицам взорванный мозг.

– А ведь какой шельмец, мы ведь с ним так ни о чем и не договорились, – сказал Северус и по подземельям прокатился взрыв хохота.

========== глава 7 ==========

Комментарий к глава 7

Дорогие мои читатели. Хочу сказать вам огромное спасибо за то, что следите за моим трудом и не даете лениться. У всех, кто ждал продолжение вчера, хочу попросить прощения за задержку. Но нежданные и незваные гости это, скажу я вам, страшный зверь. Пришли, набардачили и ушли. Так что выкладываю сегодня. С уважением и любовью, я.

В тишине подземелий, в покоях профессора зельеварения сидели в глубоких креслах двое магов. Попивая коньяк и закусывая (только никому ни слова) шоколадом, они размышляли каждый о своем, но, в принципе, об одном и том же. Юный эльф прочно обосновался в их мыслях и, похоже, насовсем.

POV Люциуса.

Да, жить становится все интереснее и интереснее. И почему я был так против Гарри? Да, Гарри, и никак иначе. Я не буду, как Северус, называть его по фамилии. Нужно привыкать, нам с ним еще жить и жить. А ведь каков нахал, а? Утер нам нос и даже не вспотел. Надо же, дважды лорд. И когда все провернул? Ведь Северус прав, в наследие вступил только-только. Видно, что ему еще непривычно. Надо у Сева спросить про его друзей, кто из них помог все провернуть. А директор, старый козел, женить мальчика насильно, и на ком? Как только у Кингсли совести хватило на это согласиться? Хотя, если участники птичьего ордена знали о наследстве, то причины понятны, деньги все любят, а о чести и достоинстве они слыхом не слыхивали. Вот обломаем их и заживем, бородатому нужно придумать казнь лютую, чтоб до конца жизни глаза закрыть боялся. И не только ему, а всем, кто в этой афере замешан.

А нам повезло и нужно это признать. Как наш партнер, герой магической Англии, очень выгодная партия. Вот восстановим репутацию, а там можно и в министры податься.

POV Северуса.

Альбус, Альбус, Альбус. Что же ты творишь? Как тебе в голову могла прийти мысль насильно женить Поттера, да и вообще кого угодно? Играешь чужими жизнями и не боишься, что когда-нибудь придет время отвечать, не перед людьми, так перед Высшими силами. Сидишь у себя в башне и плетешь паутину, тарантул недоделанный.

А Гарри молодец! Как он нас обломал, да, с таким хитровывернутым жизнь скучной точно не будет. Такое ощущение, что мы с Люцем еще попрыгаем вокруг него. Примет ли он меня? Столько лет я над ним, эх, да что говорить, попросту измывался. Да, защищал, но это ничего не меняет. Память штука избирательная, а плохих воспоминаний обо мне у него явно больше, чем хороших. Надо исправляться, поменьше претензий, да и его друзей лучше не трогать. За них он горло перегрызет не хуже меня. А какой у него заразительный смех, и не побоялся же надо мной смеяться. А смущается как мило… Люц стервец, стриптиз, не моргнув глазом, устроил, а Гарри застеснялся, покраснел, ммм… А поцелуй этот сладкий, вроде на миг прикоснулся к губам, а сердце чуть не выпрыгнуло.

– Северус, а кто у Гарри лучший друг? – Прервал тишину блондин.

– Если бы ты спросил меня пару дней назад, то я бы сказал, что это Рон Уизли и Гермиона Грейнджер. Но теперь, наверное, только мисс Грейнджер, ну, может, еще Лонгботтом. А что?

– Маглорожденная и предатель крови, да, хороша компания была. Слава Мерлину, Уизли сам отбраковался. А наследник Лонгботтом, как мне кажется, неплохой вариант для общения. А что мисс Грейнджер, какая она?

– Она умная, начитанная и целеустремленная. Сколько я за ними наблюдаю, она ни разу не отвернулась от Гарри, в отличие от Уизли. Вот где флюгер, куда все, туда и он. Во время Тремудрого турнира он первым из всех от Гарри отвернулся. А мисс Грейнджер я не советую недооценивать, она самая сильная ведьма на курсе.

– А кто надоумил его пойти к гоблинам?

– Ну, это точно мисс Грейнджер, больше некому. Она хоть и маглорожденная, но прочитала столько книг и не просто прочитала, но и усвоила, что знает не меньше многих чистокровных.

– Ладно, с друзьями разобрались, теперь враги. Я думаю, Дамблдор затеял эту свадьбу из-за денег. А мотивы Кингсли мне непонятны. Что ты думаешь по этому поводу?

– В свете последних новостей… вспоминается мне один разговор. Я был на собрании ордена и случайно услышал (конкретно подслушал), как Альбус говорил Кингсли и Грюму, что к Гарри перешла сила Темного Лорда, и что его необходимо жестко контролировать. После этого была попытка женить его на младшей Уизли. Из нее контролер так себе, а вот Молли вполне бы справилась. Но тогда Гарри уперся рогом, и они отступили, но, видимо, не надолго.

– Жуть какая. Им в этом ордене мозги птичка их недожаренная выклевывает, что ли. Не бывает такого. Сила что – заразная болезнь, переходить от одного к другому? – возмущался Люциус.

– Альбус знает, что все это чушь, а остальным просто навнушал всякой ереси. Зная о двух огромных состояниях, не может выпустить добычу из рук. А Кингсли просто послушная пешка. Уизли ввязались в это дело точно из-за денег. С Грюмом неясно, но я попробую что-нибудь выяснить.

– О, вот Аластор с его «постоянной бдительностью» может поверить в любой бред. Он же сумасшедший, так что его в расчет можно не брать. Ладно, с тобой хорошо, но мне пора. Дела, развод и прочее, – Малфой поцеловал любовника и отбыл через камин.

Северус посидел еще немного и отправился спать.

***

В это время в кабинете директора школы шло полным ходом собрание по поводу дележки шкуры неубитого медведя, то есть, неполученного наследства Гарри.

– Альбус, вы обещали Джинни не только мужа, но и наследство Блеков, – визжала противным голосом Молли Уизли, – а теперь что – ни денег, ни мужа!

– Молли, я уже объяснял. Как только Гарри женится, я лично переведу на ваш счет в Гринготсе пять миллионов галеонов, – Альбус еле сдерживался, чтобы не проклясть эту мерзкую бабу, черт его дернул с ней связаться.

– Раз так, я согласна, – успокоенная ценой отступных, Молли уселась на свое место.

– А меня кто-нибудь спросил, хочу ли я делиться своими деньгами? – возмутился Кингсли, – между прочим, это мне жениться и мучиться с этим придурком. Он же убийца, а мне с ним хоть раз, но переспать придется. Да и не нравится он мне, малахольный какой-то. Я люблю, чтоб мясо на костях было.

– Ты, Кинг, не возмущайся. Если бы не я, то тебе такие деньги и во сне не видать, – сказал Альбус, недовольно поморщившись, – а насчет мяса на костях, будешь хорошо кормить – нарастет, а плохо – помрет. И будешь ты молодым (относительно) и богатым вдовцом.

Еще два часа бывшие соратники, а теперь видимо подельники, делили деньги и решали, сколько дать Гарри жить. К двум часам ночи Альбус с горем пополам их выгнал и, усевшись в кресло, погрузился в раздумья.

POV Дамблдора.

Мерлин, как они меня замотали. Как мы выиграли эту войну с такими кретинами? Благо, что сопляк Поттер был на нашей стороне, иначе… Да, хорошо мальчишка не знает всей своей силы, стер бы нас всех с лица земли походя, и не заметил. Хорошо, что я такой умный и прозорливый. Вовремя я навесил на него ограничители, а теперь осталось женить его на Кингсли, и дело сделано. Кинг ему долго жить не даст, и откат попадет только по нему, дааа. А свое завещание на мое имя Кинг под «Империо» уже написал и у гоблинов заверил. Хорошо, я его тогда в банк не послал, а гоблина на дом вызвал. В банке этот фокус вряд ли бы прошел. Теперь надо с Уизли что-то делать. Наверное, вызову Молли и Артура на чистку памяти, хи-хи-хи. Надо же быть такими дурнями, я бы точно непреложный попросил. Все-таки хорошо быть сильнейшим, а главное, светлейшим, магом современности. Ох, и умотался же я. Все, спать.

***

Утро, как всегда наступило неожиданно. И, как всегда, Гермиона будила проспавшего Гарри.

– Гарольд Джеймс Эл-м-м Поттер, чем ты так занят по ночам, что мне регулярно приходится тебя будить?

– Мионочка, солнце мое ясное, если бы ты только знала, чем я был занят, ты бы пожалела и не будила, – Гарри вытягивался на простынях и мурлыкал, как кот.