Текст книги "Медицинский террор. Лечиться или жить?"

Автор книги: Светлана Троицкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Один из побочных эффектов кесарева сечения не обязательно проявляется в первые недели или месяцы после рождения. Дело в том, что дети, рожденные таким путем, чаще становятся жертвами жестокого обращения со стороны взрослых. Матери, родившие посредством кесарева сечения, обычно не имеют возможности находиться вместе с детьми в первые часы и дни их жизни, поскольку иногда требуется много времени, чтобы полностью прошли последствия анестезии. Кроме того, они плохо себя чувствуют из-за операции. Нарушается установление первых, самых важных, родственных уз между матерью и ребенком. Вместо радости и любви к чаду женщина испытывает боль и разочарование.

«Концлагерь» для новорожденных

Конечно, все матери, как пережившие нормальные роды, так и родившие недоношенных детей, заслуживают того, чтобы первые часы и дни после рождения младенца провести рядом с ребенком. Но если мать, отстаивая свои права, не устроит адское побоище (а это нелегко сделать после родов, эпизиотомии и анестезии), то ее чадо мгновенно утащат в «концлагерь», называемый отделением для новорожденных. Больничный режим все больше изолирует ребенка от матери, а роженицу – от родственников. Ограничения в посещениях вносят раскол в семью, вынуждая молодую маму выбирать одного-двух членов семьи, которые могут ее посетить одновременно. Я не знаю лучшего повода для обид, чем выбор между мужем, матерью, свекровью, отцом, свекром, тетями, дядями и двоюродными братьями и сестрами.

Педиатры, как и акушеры-гинекологи, ослабляют семейные связи. Они начинают с того, что заставляют мать чувствовать себя совершенно неспособной обеспечивать благополучие своего ребенка. Еще до того, как на сцене появляется педиатр, передачу ребенка в его руки готовит целый взвод детских медсестер, которые непрерывно изводят мать своими указаниями по каждому вопросу ухода за ребенком. Конечно, они всего лишь выполняют распоряжения врача.

Первая благая весть об отношениях между матерью и ребенком, которую педиатр доносит до матери, – это его «совет» относительно вскармливания малыша. Маме говорится, что искусственное питание во всех отношениях так же хорошо, как и естественное, будто Бог сделал ошибку, наполнив ее грудь молоком, а не «Симилаком».

Искусственное вскармливание новорожденных – часть всего неполноценного питания (быстрого, вкусного и сытного, но не имеющего питательной ценности). «Симилак» и подобные жидкости никогда не смогут заменить молоко матери. Человеческое молоко предназначено для детей, коровье – для телят. Структура и состав каждого из них подходит тому, для кого это молоко создано природой. Если используются молочные смеси, которые изготавливаются из соевого молока с использованием генномодифицированной инженерии, то последствия такого искусственного замещения – не только тяжелейшие болезни, но часто даже смерть новорожденного. (Более подробно об этом рассказано в моей книге «Пищевой террор». – С. Т.)

Человеческий детеныш, вскармливаемый из бутылочки, подвергается гораздо большей опасности пострадать от кошмарного набора болезней – диареи, коликов, желудочно-кишечных и респираторных инфекций, менингита, астмы, крапивницы, других аллергических заболеваний, пневмонии, экземы, ожирения, повышенного давления, атеросклероза, дерматита, отставания в росте, гипокальцемической тетании, гипотериоза новорожденных, некротизирующего энтероколита и синдрома внезапной детской смерти. С научной, биологической точки зрения искусственное питание нельзя рассматривать как приемлемую альтернативу грудному молоку – особенно учитывая тот факт, что 99 % молодых матерей замечательно могут кормить детей грудью.

Даже недоношенные дети должны получать грудное молоко. Когда более 25 лет назад я проходил специализацию по педиатрии, на меня, к счастью, сильно повлияла одна из величайших медсестер по уходу за недоношенными детьми Эвелин Лундин (Evelyn Lundeen). Мисс Лундин не просто поощряла матерей передавать молоко своим детям, даже тем, кто весил всего 900 г, а заставляла их делать это. Я помню, как мужья приносили бутылочки со сцеженным грудным молоком. Ничуть не сомневаюсь, что недоношенные дети, вскармливаемые грудным молоком, поправляются гораздо лучше, чем недоношенные, вскармливаемые искусственно. В ходе своей собственной практики я выписал из больницы многих детей, весивших менее 5 фунтов, – все они, конечно, были на грудном вскармливании – и теперь я не стану лечить ребенка, прежде чем не заставлю мать кормить грудью.

Сообщать матерям, что грудное вскармливание значительно лучше искусственного, – мой способ уничтожения современной педиатрии. Когда педиатр говорит правду, это может вызвать чувство вины у матери, решившейся на искусственное вскармливание. Конечно, такая мать может пойти к другому педиатру, который будет рад избавить ее от сомнений, сказав, что нет никакой разницы между грудным и искусственным вскармливанием. Но, с другой стороны, у женщин, кормящих грудью, дети никогда не болеют. Им просто не нужна педиатрия! (Может быть, с этим связана весьма странная позиция педиатров в отношении питания младенцев?)

Грудное вскармливание укрепляет семью

Неудивительно, что у большинства педиатров наблюдается «раздвоение сознания»: они утверждают, что грудное вскармливание – это отлично, но искусственное – ничуть не хуже. Некоторые педиатры раздают бесплатные упаковки искусственной смеси молодым матерям; другие настаивают на том, чтобы использовались бутылочки с подслащенной водой; есть педиатры, которые заставляют кормящих матерей применять бесплатные наборы для «докармливания»; иные специалисты отговаривают от грудного вскармливания, если дети набирают вес не так, как напечатано в руководствах, распространяемых, как ни странно, изготовителями искусственного питания. Кроме того, педиатры забывают предупредить матерей о том, что искусственная смесь может содержать в 10, а той в 1000 раз больше свинца, чем грудное молоко. Они также забывают рассказать матерям, что грудное молоко защищает детей от тех инфекционных заболеваний, которыми мать переболела или которые она перенесла «на ногах», и что грудное вскармливание способствует правильному развитию костей и умственному развитию, а кормящую мать защищает от рака груди.

Грудное вскармливание играет важную роль и в укреплении семьи. Связь между матерью и ребенком при грудном вскармливании обеспечивает защиту и здоровье. Гормоны, выделяющиеся в организме матери, когда ребенок сосет грудь, не только предотвращают послеродовое кровотечение и общее недомогание и заставляют матку быстрее сокращаться, но также доставляют женщине чувственное удовольствие, в отличие от кормления из бутылочки.

Покинув больницу и вернувшись домой, женщина, ее новорожденный ребенок и вся семья все еще остаются незащищенными от «набегов» врачей.

Традиционный совет педиатров и медсестер, способствующий разрыву семейных уз, звучит примерно так: «Помните, если ребенок закричал, дайте ему прокричаться, потому что крик развивает его легкие, и к тому же так вы приучите его не плакать, когда ему что-нибудь нужно». Такой совет – это не просто вызов здравому смыслу, это полное безразличие к инстинктам, – как детей, так и всех матерей, которых я когда-либо встречал. Очевидно, Бог сделал еще одну ошибку, научив детей выражать свои потребности плачем!

Чем дальше – тем хуже: врачи злоупотребляют своим авторитетом, чтобы заставить семью отказаться от своих традиций. Вместо того чтобы довериться мудрости накопленного веками опыта, супруги теряют уверенность в себе, пасуя перед «образованностью» врача, перед его «документально подтвержденной ученостью», удостоверенной дипломами и другими сертификатами. Если вы спросите врача, где написано, что педиатр-мужчина, который, может быть, еще никогда не был отцом и уж, конечно, никогда не станет матерью, может лучше мамы или бабушки разбираться в том, что ребенок хочет выразить своим плачем, то он, скорее всего, укажет на висящие на стене дипломы в рамочках.

Так как очень немногие американские супруги живут вместе или рядом со своими родственниками, то мамы лишены утешения и поддержки, которую могли бы им оказать их матери и бабушки. Лучший способ сделать мать, по меньшей мере, нервной, а в худшем случае – свести с ума, это оставить ее дома одну рядом с новорожденным ребенком и толпой несогласных друг с другом специалистов – уж они-то сделают первые месяцы жизни ребенка невыносимыми. Такая ситуация может превратить женщину в неврастеничку еще до того, как ребенку исполнится год. Молодой отец в такой ситуации не продержится и месяца. Так как дома женщине некому помочь, она начинает искать помощи вне дома. Во многих случаях напряженность между супругами достигает такого накала, что они начинают видеть друг в друге врага, что приводит к разводу. Возможно менее радикальное решение: женщина, не теряя времени, начинает искать «творческую» работу вне дома. В любом случае ребенок отправляется в детский сад.

Спасут ли семью дошкольные учреждения?

Несмотря на то что ребенку положено покидать дом в 6 лет, теперь, когда детские центры распространились по всей стране, матери активно способствуют их наполнению. Они отдают туда малышей максимально рано – ребенок идет в ясли-сад, как только ему исполнится год!

В Европе детские центры зачастую расположены хотя бы неподалеку от места работы матери, чтобы мать могла смягчить стресс, вызванный разлукой, навещая ребенка и обедая вместе с ним. Однако в Соединенных Штатах такие центры (как и в России детские сады) находятся зачастую слишком далеко, и мама лишена возможности встречаться с ребенком. На долю детей достается только поспешное прощание, после которого мать мчится через весь город на работу, чтобы вернуться усталой и недовольной после восьми или девяти часов «творческого» труда.

В детском учреждении ребенка кормят посторонние люди, а не мать. Природа предусмотрела тончайший механизм, с помощью которого ребенка воспитывает его семья. Мы его «отменили» и теперь имеем ситуацию, когда на малыша в решающий период его развития оказывают влияние чужие люди. А чтобы придать разлучению ребенка с семьей видимость наукообразия, создали «факультеты подготовки специалистов по дошкольному образованию».

Во многих детских центрах дети получают завтрак, обед и полдник. В результате они проводят все больше и больше времени с людьми, которые, скорее всего, не разделяют ценностей и традиций их семей. Что же получается из ребенка, который отлучен от семьи в тот важный для него период, когда формируется его характер? Он действительно вырастает «самостоятельным», независимым от всего, что дорого его семье, и от самой семьи…

Все это не стало бы возможным, если бы врачи не одобряли и не поощряли нездоровые идеи о «самостоятельности». Взаимозависимость между матерью и ребенком нормальна, она приносит здоровье. Члены семьи должны зависеть друг от друга!

Когда ребенок начинает ходить в школу, современная медицина призывает на службу специалистов по образованию, задача которых состоит в том, чтобы держать семью в безвыходном положении. Родителей удаляют с поля боя, где идет борьба за умы их детей. Хитрая тактика изменения обучения – новая математика для одного поколения, старая для другого – не дает родителям играть существенную роль в образовании детей. Они не в состоянии даже помочь своему ребенку делать уроки! Освещение вопросов половых взаимоотношений, которое дается и школе, обычно не совпадает с семейными ценностями. Родительские собрания отнимают у семьи вечера, которые можно было бы провести вместе, детей все чаще оставляют на дополнительные занятия. Зона отчуждения между родителями и детьми постепенно расширяется.

Когда приходит время ответственных решений, родители оказываются уже слишком далеки от своих детей, чтобы чем-то помочь им. У них украли то доверие, которое, возможно, было вначале.

Когда-то дети делали полезную работу по дому. Теперь все их способности полностью реализуются вне дома. Та же судьба ожидает стариков. К пожилым людям относятся с презрением и помещают их в дома престарелых. Да и что им делать дома? К их советам относятся без уважения, так как их таланты и умения не развивались в течение жизни. Современной медицине гораздо удобнее отделить стариков от семьи, лишив их уважения родственников. Таким образом они обеспечивают медицину большим количеством потенциальных пациентов, которые обречены на неизбежную слабость в старости, на долгую и мучительную смерть. Но и в свой смертный час умирающий разделен со своей семьей, связанный и опутанный проводами в отделении интенсивной терапии. А чувства родственников, оплакивающих его во время похорон, притуплены седативными средствами и транквилизаторами, которые врач раздает близким усопшего, дабы они могли получить облегчение. Даже в этих условиях современная медицина лишает людей естественного отношения к жизни.

Глава 7
Материнско-медицинский террор

С преступного благословения политиков и дельцов от современной медицины то, что раньше считалось грехом, больше таковым не считается. Попирая самую главную заповедь «не убий», врачи массово соучаствуют в убийстве невинных младенцев, втягивая в свой кровавый террор еще и растерянных, запуганных будущих матерей, делая их вечной жертвой своего насилия. И дело не только в тех физиологических последствиях, с которыми связан аборт. Гораздо более важно тяжелое чувство вины за содеянное, которое всю последующую жизнь преследует и мучает мать-детоубийцу, особенно если человек признает христианскую концепцию вечной жизни души и поймет, что последствия своего греха лягут на него тяжким бременем и в жизни вечной.

Литературы, посвященной этой страшной теме, выходит достаточно в наши дни, и не найти ее можно лишь при сознательном нежелании знать правду о медицинском и материнском терроре, спрятанном за обтекаемой фразой «искусственное прерывание беременности». Однако, как бы ни хотелось избежать знания горькой правды об истинном значении этих слов, считаю своим долгом привести здесь краткие выдержки из небольшой брошюры, выпущенной издательством «Азбука веры» в 2009 году. Составители книги Максим Воробьев и Михаил Фомин сопроводили свое повествование жуткими снимками, на которых запечатлены младенцы, снятые во внутриутробном состоянии, и инструменты, которыми их извлекают на свет уже в виде расчлененных трупиков. При желании эти и другие подобные снимки легко можно найти в Интернете – на сайтах организации «Жизнь» (www.lifecenter.spb.ru, abortamnet.ru) и других сайтах. А пока приведем лишь некоторые сведения из этой ужасающей книжечки про убийства детей.

Трагическое заблуждение

М. Воробьев и М. Фомин пишут:

Если мать зачала долгожданного ребенка, она говорит: «У меня ребеночек!» Но если она не хочет рожать или, что называется, «залетела», то для нее это уже не ребенок, а «плод».

Многие женщины, совершающие убийство, просто «не ведают, что творят». Они полагают, что пока младенец не родился, он еще не живой человек, а только часть их тела, а своим телом каждый может распоряжаться, как хочет. Такие идут на аборт легко, словно удалять зуб или вырывать гланды.

Но это трагическое заблуждение, которое рано или поздно обязательно рассеивается, и тогда вся дальнейшая жизнь становится драмой. Таким женщинам нужно сказать: нет, аборт не является вашим личным делом. Это дело было бы личным, если бы касалось только вашей личности. Но оно касается еще и другой личности – личности вашего ребенка.

Чтобы не осталось места для самоуспокоения и самооправдания, разберемся: когда же в действительности начинается человеческая жизнь?

Во Франции жизнь ребенка начинает защищаться государственными законами через 10 недель после зачатия, в Дании – после 12 недель, в Швеции – после 20, во многих странах жизнь юридически защищена только после рождения. Лауреат Нобелевской премии доктор Джеймс Уотсон предложил охранять жизнь ребенка через 3 дня после рождения. Так кому же верить: французам, датчанам, шведам или Джеймсу Уотсону?

Совершенно очевидно, что в данном случае надо прислушиваться не к мнениям лиц, обладающих сомнительной «компетентностью», например, тех, кто делает на абортах грязные деньги, или «видавших виды» советчиц. Для получения действительно независимого и авторитетного мнения, стоит основываться на взглядах Церкви и выводах настоящих ученых. И здесь, к счастью нет разногласия: и отцы Церкви, и современные священники, и порядочные научные деятели говорят одно: жизнь человека начинается тотчас после зачатия.

В частности, вселенский учитель Церкви, святитель Василий Великий пишет: «Умышленно погубившая зачатый во утробе плод подлежит осуждению, как за убийство».

О возрасте плода, как видим, нет ни слова: безразлично, когда зачатый – хоть 10 недель назад, хоть вчера, хоть час назад, хоть минуту.

Это мнение разделяют все святые отцы. Среди них, кроме святителя Василия Великого, такие столпы православия, как святитель Григорий Богослов, святитель Иоанн Златоуст, святой Ефрем Сирин, преподобный Максим Исповедник.

С церковной точки зрения человеческая жизнь начинается не рождением и кончается не смертью. Этими двумя вехами ограничивается лишь один из этапов человеческой жизни. Этому этапу предшествует внутриутробная жизнь, за ним следует загробная жизнь.

Что же говорят о начале человеческой жизни ученые?

Это уже бесспорно установленный научный факт: человеческая жизнь начинается в тот самый момент, когда встречаются и соединяются две половые клетки: мужская и женская, и в результате этого соединения образуется одна клетка, содержащая неповторимый генетический материал.

В этой микроскопически маленькой клеточке заложен пол человека, его группа крови, даже цвет глаз и волос – все это уже есть и в дальнейшем будет только развиваться и выявляться. Все, что необходимо для образования из этой маленькой клеточки взрослого человека – это пища, кислород и время. Это – все. Каждая такая клеточка-зародыш есть уже уникальный и неповторимый человек. Другого такого еще никогда не было в мировой истории; и сколько бы веков или тысячелетий она еще ни продолжалась – другого такого уже никогда не будет.

Изучая разные стадии внутриутробного развития, мы убеждаемся, что нерожденный ребенок ничем не отличается от нас. Первое его сердцебиение регистрируется на 18-й день после зачатия (примерно 4-й день задержки месячного цикла). На 21-й день начинает действовать собственная кровеносная система: кровь ребенка не смешивается с кровью матери и может отличаться от нее по группе. После 4 недель формируются позвоночник, ручки, ножки, глаза, уши. В возрасте 6 недель можно снять энцефалограмму мозга. Когда малышу 8 недель, он может сосать свой палец, реагирует на поглаживание живота, хотя мать не ощущает его шевелений до 18–20-й недели. На 10-й неделе развития малыш так мал, что мог бы стоять на мизинце своего отца, но у него уже есть отпечатки пальцев. Он глотает околоплодные воды, если они сладкие, и перестает глотать, если они будут горькими.

После 10–11-й недели все системы органов человеческого организма у ребенка полностью сформированы. С этого времени во Франции, например, жизнь ребенка начинает охраняться законом. Законы других стран разрешают убивать этого уже сформировавшегося человечка. Почему? На том основании, что он хоть и сформировался, но не успел еще окончательно развиться?.. Но развиваться он будет и после появления на свет, еще не много не мало 12–14 лет. Если можно убивать по причине недостаточного развития, тогда вместе с еще не рожденными детьми давайте разрешим убивать и всех детей до окончания подросткового возраста.

Безмолвный крик

Особенно ярко представлена ситуация аборта в знаменитом фильме американского гинеколога доктора Бернарда Натансона. В начале просмотра авторы предупреждают, что снятый ими фильм документальный, и они не рекомендуют смотреть его без соответствующей подготовки. Нужно быть осторожными при его показе слабонервным людям, поскольку некоторые кадры могут вызвать шок от увиденного: безмолвный крик, искаженное лицо ребенка, погибающего на наших глазах.

Мы приведем здесь лишь комментарий жуткого зрелища, снятого с помощью высокоточного ультразвукового прибора. Этот фильм впервые помогает увидеть аборт глазами его жертвы. Ультразвуковая запись показывает, как ребенка разрывают, расчленяют, четвертуют, размалывают и уничтожают холодные стальные инструменты врача, производящего аборт.

Сейчас на экране мы видим 12-недельного ребенка в ультразвуковом изображении в реальном масштабе времени. Вот его голова, вот тело. А это рука, тянущаяся ко рту. Если мы рассмотрим изображение поближе, то различим глаз, нос, рот. А вот здесь, внизу, у края экрана – ноги. Мы видим, как бьется сердце, совершая около 140 ударов в минуту. Ребенок время от времени немного меняет свое положение. Его движения спокойны, он находится в защищенном пространстве.

Тень, появившаяся сейчас внизу, рядом с границей экрана, – вакуум-кюретка, специальный инструмент, присоединенный через вакуумную трубку к электронасосу с засасывающим давлением примерно 55 мм рт. ст. Вы увидите, как кюретка будет приближаться к ребенку, а он попытается отодвинуться от нее и начнет совершать активные панические движения.

Хотя инструмент еще не коснулся ребенка, он уже возбужден. Его рот раскрыт, сердце бьется быстрее. Он чувствует угрозу, отодвигается в сторону в попытке спрятаться от безжалостного инструмента, которым врач собирается его убить. Сердечные удары еще заметно учащаются и уже достигают приблизительно 200 в минуту. Ребенок, несомненно, ощущает смертельную опасность.

Вакуум-кюретка нащупывает ребенка, и он вновь широко открывает рот в безмолвном крике. Плодный пузырь прорван, околоплодная жидкость вышла, инструмент присасывается к телу ребенка и под действием давления отрывает его от головы. Ног уже нет. Мы видим движения инструмента, разрывающего тело. Вся сила отрицательного давления направлена против ребенка. Тело уничтожено.

Теперь врач вводит другой инструмент, абортцанг, чтобы крепко обхватить им голову, раздавить ее и удалить из матки. Голова схвачена. Мы можем рассмотреть только куски тканей и осколки, указывающие на то, что здесь недавно было живое беспомощное крошечное человеческое существо.

Выход этого фильма всколыхнул западную общественность, многие сторонники абортов стали противниками детоубийств. Доктор Бернард Натансон, бывший ранее владельцем одного из крупнейших в мире абортариев, где и снимался этот фильм, посвятил всю свою дальнейшую жизнь борьбе против кровавого кошмара абортов.

Другой борец, врач Кэролл Эверетт, которой раньше принадлежали абортарии, честно пишет в предисловии к своей книге:

Каждая женщина всегда спрашивает: «Это ребенок?» «Нет, – уверяет ее врач, – это продукт зачатия (сгусток крови или кусок ткани)».

Хотя врачи ежедневно видят этих шестинедельных детей, менее дюйма длиной, с ручками, ножками и глазами, закрытыми, как у новорожденных щенков, – они лгут женщинам.

Многие ли решились бы на аборт, если бы им сказали правду?

Изуверские операции на живой плоти

Правда заключается в том, что в стенах абортариев применяются просто-напросто разные методы убийства младенцев, при этом обтекаемо называемые «искусственным прерыванием беременности».

Описанный в фильме Натансона способ «вакуум-аспирации» применяют обычно на ранних стадиях материнства.

Гнусная суть этого метода заключается в том, что младенца вытягивают из материнского лона, как пылесосом высасывают мусор из ковра. В матку женщины вводится пластмассовая трубка с острыми краями. Тело ребенка разрезается на части и отсасывается наружу в специальную емкость.

Если беременность более поздняя, в матку вводится кюретка – острый петлеобразный нож. Этим ножом разрезается ребенок и им же выскабливается полость матки. Зачастую эта изуверская операция сопровождается тяжелыми повреждениями матки и вызванными этим обильными кровотечениями.

После 12 недель беременности необходим еще один инструмент, подобный щипцам, так как у ребенка уже есть ручки, ножки и начали кальцинироваться кости. Этим инструментом врач захватывает ручку, ножку или другую часть тела ребенка и скручивающим движением отрывает ее. Это повторяется снова и снова, до тех пор пока весь ребенок не будет расчленен на части.

Позвоночник должен быть сломан, а череп раздроблен, чтобы их можно было удалить. В обязанность медсестры входит собрать после опорожнения матки все части этого расчлененного тельца, дабы убедиться, что все извлечено.

Чувствует ли младенец боль?

Ужас происходящего усугубляется тем, что нерожденный ребенок чувствует боль так же, как и рожденный. Это сегодня общепризнано и научно установлено. Уже 7-недельный малыш отдергивает или отворачивает голову при боли так же, как и взрослый. После 11 недель не только лицо, но и все части ручек и ножек младенца становятся чувствительными к прикосновению. К 13-й неделе реакция на боль происходит на всех уровнях нервной системы.

В страшных кадрах фильма доктора Натансона на экране прибора УЗИ отчетливо видно, как ребенок раз за разом пытается увернуться от вакуум-отсоса, быстро и тревожно двигается. Частота его сердцебиения при этом удваивается. Наконец, когда тело пойманного ребеночка начинают расчленять, его рот широко раскрывается в беззвучном крике – отсюда название фильма: «Безмолвный крик». Никакого обезболивания для плода при аборте не предусмотрено.

Болевые ощущения нерожденного малыша достигают кульминации, когда в качестве метода для аборта выбирается солевой амниоцентез. За этим выражением скрывается следующее: через брюшную стенку матери в околоплодные воды ребенка вводится большая игла. Через нее подается концентрированный раствор соли. Ребенок глотает этот раствор, он дышит им, обжигается и начинает биться в конвульсиях, испытывая нестерпимую боль. Если все проходит, как было задумано, на следующий день мать рожает мертвого ребенка.

Детей, абортируемых этим способом, иногда называют «леденцовыми детьми». Дело в том, что соль, как известно, имеет разъедающее действие. Нежная кожица ребенка в результате такого действия на нее соли отслаивается, и под ней обнаруживается рыхлая красная блестящая подкожная ткань, похожая на глазурь, – отсюда и название.

Есть еще один тип аборта, именуемый гистеротомией. Этот метод используется обычно уже в конце беременности по медицинским показаниям и более известен под названием «кесарево сечение». Что происходит в этом случае? Врач разрезает живот матери (брюшную стенку), потом матку и извлекает живого ребенка вместе с плацентой (детским местом). Далее младенец лишается жизни тем способом, каким захочет врач.

Отсасывание мозга делается после 4-го или 5-го месяца беременности. Большинство детей при этом жизнеспособны. Это напоминает роды при ягодичном предлежании. Извлекается все тело ребенка, кроме головы. Основание черепа зажимается щипцами. В череп вводится трубка, через которую отсасывается головной мозг.

И всем этим ужасам мать добровольно подвергает свое дитя только потому, что боится осуждения окружающих людей, лишних хлопот и расходов, связанных с появлением ребенка в ее жизни. Есть еще одна причина такого легкомысленного и безответственного отношения к материнству – самому таинственному и святому событию в жизни. Она заключается в том, что многим женщинам упорно внедряется в сознание мысль, что до определенного периода младенец в их утробе еще не является человеком, а потому и нельзя считать убийством аборт на ранних сроках беременности. Это трагическое заблуждение приводит к тому, что человек может всю жизнь прожить с этим нераскаянным грехом, совершенно не связывая его со своими проблемами в жизни, в отношениях с мужем и детьми. Поэтому каждому необходимо твердо знать бесспорный научный факт: человеческая жизнь начинается в тот самый момент, когда встречаются и соединяются две половые клетки: мужская и женская, и в результате этого соединения образуется одна клетка, содержащая неповторимый генетический материал.

Куда деваются нерожденные дети?

Что же делают с останками несчастного, загубленного в утробе матери младенца? Впрочем, иногда на свет божий извлекаются и живые дети.

В документальной книге Дж. и Б. Уиллке «Мы можем любить их обоих. Аборт: вопросы и ответы» описывается, как врач достал ребенка, который дышал, пытался плакать, двигал ручками и ножками. Врач зажал ладонью личико ребенка, и тот задохнулся. Другой способ убийства малыша – утопить его в ведре с водой. Некоторые предпочитают убивать ребенка прямо в матке, для этого они перерезают пуповину, лишая малыша кислорода. Минут через пять, когда тот умирает от удушья, они извлекают его на белый свет уже мертвым.

Далее ребенок или оставшиеся от него части отправляются в мусорное ведро либо используются как сырье для косметической промышленности.

Впрочем, даже если так называемый абортивный материал просто выбрасывается, любые способы прерывания беременности выгодны врачам и всей медицинской индустрии, так как приносят им огромные деньги.

Стоимость аборта в США – 300–400 долларов. Абортная индустрия приносит ежегодную прибыль 500–600 миллионов долларов и является одной из наиболее доходных отраслей. Эти нечистые деньги делаются на страдании невинных жертв, не только детей, но и женщин, не имеющих правдивой информации о подлинной сути аборта.

Прибыли от абортов в России нам не известны, возможно, они скромнее (по крайней мере, по официальным данным). Однако не будем забывать про интересы политиков – никто не заинтересован в приросте здорового населения в нашей стране. И если против рожденных детей вовсю применяется алкогольно-наркотический террор, то для уничтожения жизни в зародыше, помимо абортов, придуманы и широко рекламируются и пропагандируются различные способы контрацепции, что дает возможность получения колоссальных барышей.

Контроль рождаемости любой ценой?

Многие женщины пользуются сейчас различными контрацептивами. К ним относятся барьерные, гормональные, химические и внутриматочные средства.

Увы, не все знают, что только барьерные контрацептивы (презервативы, влагалищные колпачки и другие) обладают исключительно противозачаточным действием. Они препятствуют продвижению сперматозоидов в маточные трубы, оплодотворению яйцеклетки и возникновению беременности. Все остальные средства могут способствовать прерыванию уже начавшейся беременности, то есть являются абортивными.

Одним из главных постулатов последнего времени стало утверждение контроля рождаемости любой ценой. И неважно, что некоторые средства оказывают негативное воздействие на жизнь того, кто пользуется ими.