Текст книги "Дрянная девчонка"
Автор книги: Светлана Ивах
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 16
Тайный покровитель
– Сколько времени? – в который раз спросила Наташка.
– Двадцать один – десять, – ответил Потап и вздохнул.
– Зашибись! – восхитилась она.
В отделение нас доставили под утро. С тех пор шли разбирательства. Все усугублялось тем, что начинавшие заниматься нашим вопросом сотрудники вдруг отвлекались на другие, более важные дела. Так я узнала, что на районе за истекшие сутки муж убил жену, а какой-то наркоман покалечил свою бабушку. В обед сменился дознаватель. Перед этим ушел отдыхать наш участковый. Через пару часов он заявился вновь, уже в гражданской одежде. Еще мне дважды разрешили сходить за пирожками. На удивление, нас не стали закрывать ни в клетку, из-за решетки которой на присутствующих в холле таращилась какая-то женщина с землистого цвета лицом и подбитым глазом, ни в изолятор, которым по дороге все же припугнул старший наряда. Просто забрали документы и оставили сидеть в коридоре. Тем временем с хозяевами злополучной квартиры беседовали за дверями кабинета с табличкой «дознаватель Иванов И. И.». Потом туда вызывали каких-то людей. Привезли соседку, которую я видела в свой первый приезд.
Наконец в коридор соизволил выйти участковый уполномоченный.
– Весь день вами занимался! – обводя всех взглядом, посетовал он.
– И остаток ночи, – добавила я и зевнула.
– Никто ведь не заставлял, – заметила Наташка.
– Значит, так! – повысил голос полицейский. – Вы готовы на месте возместить ущерб гражданину Филимонову?
– А кто это? – зачем-то спросила я, хотя и так было ясно, что это фамилия Сергея Борисовича и его жены.
– Хозяин квартиры, – подтвердил он мои предположения.
Я посмотрела на Наташку, потом на Женечку. Я точно знала, у них денег нет. Оставалось уповать на милость парней. Потап с Веней, словно прочитав мои мысли, переглянулись.
– А сколько надо? – спросил Веня.
– С учетом пропавших драгоценностей, сто восемь тысяч рублей.
По мере того как я осмысливала в голове предъявленную нам сумму претензии, меня приподнимало над скамьей.
– Пусть докажут, что мы у них что-то взяли! – предложил Потап.
– Тогда будет возбуждено дело, и до его окончания всех вас мы возьмем под стражу, – доходчиво объяснил полицейский. – Радоваться должны, что так все закончилось.
– Дела! – протянул Веня и накинулся на меня: – Это все ты! Теперь доставай где хочешь деньги! Хоть почку продавай.
– Почку продавать не надо, – на полном серьезе возразил полицейский. – Это противозаконно…
– Моя почка, что хочу, то и делаю! – зачем-то огрызнулась я.
– Полностью согласен, – неожиданно сказал полицейский. – Только вот тот, кто ее купит, уже нарушит закон…
– Что делать будем? – спросила Женечка.
– А позвонить можно? – неожиданно поинтересовалась Наташка.
– Звонок другу? – справился полицейский и предупредил: – Если адвокату, то это уже другая история будет.
– Нет, не адвокату, – заверила его Наташа. – Есть человек, который деньги за нас внесет…
Пока знакомый Наташи говорил с ней в коридоре, я млела. Вот он миновал турникет с автоматчиком, неспешной походкой прошел мимо окна дежурного, невозмутимо брезгливо посмотрел на клетку с бомжихой… Высокий, стройный, с посеребренными ранней сединой висками брюнет с карими глазами.
– Почему ты про него ничего не рассказывала? – спросила я Наташку, во все глаза наблюдая за тем, как Антон садится в услужливо открытую охранником машину.
– А зачем? – удивилась она.
– Мы же подруги, а я о тебе ничего не знаю, – объяснила я и торопливо достала из сумочки косметичку.
– Теперь знаешь, – оправдалась Наташка.
– У тебя с ним серьезно? – допытывалась я, спешно разглядывая себя в зеркальце.
– Серьезнее некуда, – подтвердила Наташка и добавила: – Но Антон женат.
– Почему не разведется?
– Антон женат на дочери банкира, который финансирует его проекты, – пояснила она. – Так что бесперспективный вариант.
– Но ты хотя бы попросила, чтобы он квартиру тебе снял нормальную, – удивлялась я.
– Он предлагал купить, но я отказалась.
– Почему?
– Тогда это будет уже не по-настоящему, – сказала она тихо и потупилась.
– Так ты его любишь? – Я не верила своим ушам.
Нет, я, конечно, много знала про любовь и видела, но… В общем, меня обескуражило, что это может происходить совсем рядом и прямо на моих глазах.
– Сейчас куда? – спросила я, едва поспевая за Наташкой.
– Надо в магазин заехать!
– Зачем? – удивилась я. – Сегодня не наша смена.
– Куплю Антону фреш «Версаче», – ответила она.
– Для чего?
– Ну как, надо же как-то отблагодарить!
– Смешная ты! – восхитилась я. – Он за нас отвалил в сто раз больше, чем твой аромат стоит. К тому же, невзирая на бренд и статус нашей сети, я далека от мысли, что Антон пользуется таким.
– Ты не поверишь, но он, например, не любит, когда от меня чем-то дорогим пахнет.
– А что ему нравится?
– Запах земляничного мыла, а от волос – аромат ромашки, – перечислила Наташка. – Ты представляешь, Антон говорит, это все родом из детства! И вообще, по его мнению, это запахи чистоты и девичества.
– Он какой-то странный у тебя, – сделала я вывод, размышляя над услышанным. Странно, но я уже слышала нечто похожее от Лешки-Контекста, когда пару раз, ради выпендрежа, надушилась у Маринки «Гуччи». Он тогда убил меня своим умозаключением: «Люблю, когда твои волосы луговой травой пахнут, а не этой приторной дрянью…»
– Да нет, – возразила Наташка. – Обычный он. Я уже в который раз встречаю мужчин, которые на бренд не ведутся. Одному вообще запах чистого белья нравился и копеечный шампунь «Лаванда».
– А в этом что-то есть, – согласилась я, больше для того, чтобы закрыть тему.
Глава 17
Урок выживания
Я проснулась оттого, что в комнату вошла Наташка, однако виду не подала. Сейчас возьмет, что ей нужно, и выйдет. Дать понять, что уже не сплю, значит, заговорить, ответить на вопросы, которых у моей подруги за ночь копится с десяток, и встать. Но плестись в ванную мне не хотелось. Я разомлела и решила немного понежиться и помечтать. Как раз в такие вот утренние часы отдохнувший мозг был горазд на самые восхитительные образы и истории со счастливым концом. Я собиралась додумать, вернее, домечтать историю со вчерашним покупателем. Он, конечно, был не таким, как я представляла своего будущего мужа, но тоже высокий, статный и брюнет. Ему нужен был аромат для деловых встреч, и я предложила «Хуго Босс», о чем тут же пожалела. «Букет» ему сразу понравился, и клиент с покупкой ушел. Я же потом перебирала варианты знакомства и каялась, что сразу указала на подходящий бренд. Надо было начать со сладких. Такие, как этот клиент, не любят их, да и не сезон. Постепенно бы добрались до «Босса», а потом…
– Подъем! – раздался вопль, и одеяло резко слетело с меня.
«Нет, это уже ни в какие ворота!» – подумала я и сунула голову под подушку.
– Вставай, соня! – не унималась подруга и стала меня тормошить.
– Голова болит! – соврала я, не открывая глаз.
– Ты знаешь, который час?
– Не знаю и знать не хочу! – прорычала я из-под подушки.
Наташка задолбала меня своими побудками. Особенно я злилась, когда надо было вставать на работу. Еще раздражало, когда она начинала убирать комнату или мыть за собой посуду. В начале нашего совместного сосуществования это было нормой. Тогда я еще была вроде как гость. Потом стало напрягать. Если следовать логике, мы должны делить бытовые проблемы пополам и поровну выполнять эти работы, но мне об этом даже думать было больно, и тогда я утешала себя мыслью, что почти спасла ей жизнь. А сейчас даже в собственных глазах нечем было крыть мою лень. Хотя, кроме лени, было еще абсолютное неумение что-то делать. Я даже не умела правильно жарить яичницу, а неминуемая встреча со стиральной машинкой пугала меня, как индейца паровоз.
– Ты уже обед проспала! – наседала подруга.
– Стройнее буду!
– Марта! – уже с металлом в голосе позвала Наташка и потребовала: – Вставай немедленно!
– Я тебе что, мешаю? – огрызнулась я и села, при этом подушка с головы свалилась на пол.
Наташка подняла ее и бросила в меня со словами:
– Достала уже!
– Я достала? – возмутилась я, размышляя, как поступить и что ответить.
Но выходило, что после такого я должна буду собраться и громко хлопнуть дверью. Если исходить из того, что идти мне, собственно говоря, некуда, то этот вариант отпадал сам собой. Но оставаться в долгу не в моих правилах. Надо было что-то ответить. Но что?
И тут меня осенило.
– А давай я тебе платить буду! – предложила я.
– За что?
– За все…
– Постой! – Наташка медленно села на край стула, на котором валялась моя одежда. – Ты это сейчас серьезно?
– А почему бы и нет? – удивилась я ее реакции.
– То есть ты хочешь платить мне за то, что я буду за тобой убирать, стирать твои трусы и…
– Ты не так поняла, – заторопилась я.
– Да нет, все так! – криво усмехнулась она. – Боюсь спросить, а с чего ты взяла, что имеешь на это право?
– Может, тебе деньги нужны? – ляпнула я первое, что пришло в голову.
– Они тебе сейчас понадобятся, если я вдруг решу, что Антон в полиции дал взаймы, чтобы ты рассчиталась с Филимоновым…
От ее слов я пришла в ужас.
– Какая же я дура! Прости, пожалуйста!
Наташка молча встала и ушла.
Потом мы убирали пыль и мыли полы. Как я ни старалась, но выходило это у меня через пень колоду. Мне, например, долго не удавалось пересилить себя, чтобы прополоскать тряпку в ведре и отжать. Казалось, она собрала все существующие микробы. Кисловатый запах щекотал мое воображение, и вот я уже предстала в собственных глазах дурнушкой, с покрытыми страшными ранами руками.
– А у тебя есть перчатки? – спросила я с раздражением.
– Что, холодно? – пошутила Наташка, глядя на то, как я, морщась и воротя нос, пытаюсь выдавить из тряпки воду.
– Резиновые, – объяснила я, чуть не плача от бессилия и злобы.
– Перчаток, к сожалению, нет. – С этими словами она оттеснила меня от ведра и взяла тряпку.
– Я сама, – вяло произнесла я, делая вид, что обиделась.
Но Наташка стала увлеченно мыть пол и не обращала на мою надутость никакого внимания. Тогда я схватила другую тряпку и стала возить ею по журнальному столику. Тряпка быстро становилась черной. Я огляделась. На подставке для глажки белья стоял небольшой пластмассовый кувшин с водой для утюга. Вода в нем была не чета той, что в ведре, да и тряпка для пыли намного чище. Я полоскала тряпку, когда Наташка меня окликнула:
– Марта!
– Что?
Я подняла взгляд и неловко дернула рукой. Кувшин свалился на пол. Под ногами раздался хлопок. Бледная вспышка осветила стены. Враз перестал работать музыкальный центр.
– Звиздец! – проговорила Наташка.
Я посмотрела под ноги. Кувшин упал на переноску, в которую были включены все наши основные энергопотребители.
– Господи, мы не сгорим? – испугалась я и отскочила от растекающейся по полу лужи.
– Уже нет, – успокоила Наташка и отложила в сторону тряпку. – Какая же ты неловкая!
– Какая есть! – зло ответила я.
– Пойдем, покажу, как включать электричество, – миролюбиво предложила подруга.
Мы вышли из квартиры в коридор и стали пробираться между выставленными жильцами тумбочками, шкафом, сломанным велосипедом. Был здесь даже старый холодильник.
– Пожарных на них нет! – ворчала Наташка.
– Почему пожарных? – недоумевала я.
– Это пути выхода при эвакуации на случай пожара и неработающего лифта к лестнице, а они свободными должны быть, – пояснила она.
– Твой дом больше походит на общежитие, – заметила я.
– А это и есть общежитие. До того как Советскому Союзу распасться, на низкооплачиваемой работе в Москве трудились приезжие из других городов. Но квоты были ограничены…
– Узбеки, что ли? – не поняла я.
– Да нет же, гастарбайтеров тогда не было. Приезжали наши, русские люди. Вот такие лимитчики здесь и жили. Работали на заводе. Его сейчас уже нет, обанкротили, а землю продали. Общежития тоже некому стало содержать, и комнаты разрешили приватизировать. Ушлые москвичи сразу сообразили, что к чему, и стали их скупать. Правда, остались и те, кто здесь работал. Так и прижились…
– Лимитчики, – повторила я, наблюдая за тем, как она открывает щипчиками металлическую дверцу.
– Смотри, потом пригодится. – Наташка протянула руку к третьему сверху тумблеру и с силой надавила на него. Раздался щелчок, и сбоку загорелась маленькая лампочка. – Теперь понятно? – спросила она голосом учительницы.
– Значит, так включается у нас свет в квартире? – догадалась я. – А почему ты сказала «пробки выбило»?
– Не знаю. – Наташка захлопнула дверцу. – Так говорят…
– Кстати, – спохватилась я, когда мы направились обратно. – А какой у нас номер квартиры?
– Тридцать седьмая, – ответила она. – Я сначала хотела нарисовать белой краской цифры. Часто подруги приходят и путаются. Да что там, на третий раз вспомнить не могут, какая дверь. Здесь же не коридор, а лабиринт! Вот попробуй, угадай, по какой схеме они здесь пронумерованы? По логике вещей, с одной стороны должны быть четные, с другой нечетные. А здесь две подряд идут, потом…
Я зацепила рукой угол тумбочки и вскрикнула.
– Зато дешево, – сменила Наташка тему. – Я в месяц плачу столько, сколько в центре за два дня выходит.
Глава 18
Аська и ее зеленый имидж
– Ой, девки! – Аська закатила глаза и прижала руки к груди. – Как хорошо, что я вчера вышла вместо Таньки!
Я не знала, кто такая Танька, да и Аську видела впервые. Но что-то мне подсказывало, что это совпало с событием в ее жизни, которое все перевернет. Не у меня, конечно, и не у Наташки, а у Аськи…
Она была оригинальна, как и все приехавшие из глубинки девчонки, с головой окунувшиеся в сферу услуг. Аська работала «стилистом», как называла она свою профессию, или «парикмахером», как называла ее про себя я.
Первое, что вызвало у меня шок, это ярко-зеленые, с отливом, словно крылья попугаев, волосы Аськи и такого же цвета губы. На вопрос Наташки в дверях: «Что ты с собой сделала?» – Аська ответила сдержанно и надменно: «Эксперимент». Это была невысокого роста девушка, с болотного цвета глазами и округлыми бедрами.
– Он москвич? – засыпала Наташка вопросами.
– Нет, кажется, – ответила Аська и забралась на кресло с ногами.
– У-у-у! – протянула я, больше для того, чтобы как-то напомнить о себе. В принципе мне было все равно, кого она подцепила, это ее дело.
– Высокий? – продолжала допрос Наташка.
Вместо ответа Аська подняла над темечком выпрямленную ладонь.
– Понятно, – кивнула Наташка. – Метр с кепкой.
– Скажешь тоже! – фыркнула Аська.
Сегодня мы отсыпались. Хорошо, что наши злоключения пришлись на первый выходной. Мы работали два дня через два. А как еще назвать свободные от работы дни? Наташка подрабатывала между делом аудитором, а я пока не определилась. Да и некогда еще было. Как стажеру, мне предписывалось сдать в конце испытательного срока экзамен, и теперь приходилось учить названия компаний, производящих парфюмерию, их историю и даже особенности кожи мужчин и женщин… Много чего. Самым трудным было осилить кассу. Первую неделю я работала без выходных. Меня прикрепили к Наташкиной подруге Лере. Вообще я не думала, что продавец-консультант косметики, кроме продажи, выполняет еще массу другой работы. Мне поручили курировать косметику «Калистар». От помады до кремов… По утрам мы выкладываем товар, сканируем его специальными аппаратами и клеим ценники. Причем цены могут меняться каждый день, все зависит от курса доллара. Девчонки говорят, что можно задержаться и до утра. Так было в самом начале кризиса. В первый же день мне дали номер, на который я «била» на кассе продажи, и с этого номера мне начисляли зарплату. Можно ничего не набить, значит, ничего не получишь. Многое злило. Так, например, поручали каждой продавать определенный бренд – это в счет премии. Как назло, в обязательный перечень входили либо безумно дорогие вещи, либо ненужные, или вообще с отстойным запахом. Еще я должна была улыбаться, носить нелепую черную форму с белым воротничком, который постоянно норовил отвалиться, и быть вежливой, даже если тебя «отправляют» куда подальше. Кроме этого, следить за тем, чтобы не крали с полок товар и не портили. Да, еще забыла, дышать смрадом из сочетаний самых разных ароматов, которым брызгают, поливают, мажут и осыпают себя посетители. Большинство из них только за этим к нам и приходят. Они обливают себя лосьонами после бритья от «Гуччи», освежаются «Булгари» и идут на работу. Почти всех я знаю в лицо. Это жители близлежащих домов. Они делают вид, что зашли первый раз и с целью купить. Мы должны делать вид, будто их не знаем. Но самое гнусное во всей этой истории, что в мои обязанности входит подойти к каждому такому хитрецу. И я каждый раз подхожу и рекламирую товар, заведомо зная, что он не собирается его покупать. Можно не подходить, но сверху на нас «смотрят» камеры, и в любой день приехавший из головного офиса менеджер может прокрутить запись и проверить, как мы выполняем свои обязанности. Если увидит праздно шатающегося покупателя, а рядом бездельницу-консультанта, не видать премии как своих ушей. Можно и с работой попрощаться. А работой такой я дорожила. Относительно денежная, она позволяет быть в курсе брендовых новинок косметики, при этом есть масса свободного времени для устройства личной жизни. Еще к нам заходят те, на кого я расставила сети, и именно этот фактор перевешивает все остальные…
– Марта! – окликнула Наташка. – Какие планы на вечер?
Как оказалось, Аська уже давно закончила свой рассказ, и теперь они обе скучали. Наташка наконец докрасила глаз и внимательно разглядывала себя в зеркале.
– Даже не знаю, – призналась я. – Почему спрашиваешь?
– Думаю, на что время потратить.
– Наташ! – Аська бросила на меня изучающий взгляд и спросила: – У тебя не будет на пару дней десяти тысяч?
– Зачем? – поинтересовалась подруга.
– Надо! – лаконично ответила Аська. – Ты же знаешь, я отдам. Так как?
– Дам! – ответила Наташка без обиняков. – Ты за этим приперлась?
– И за этим тоже, – подтвердила Аська, воодушевленная обещанием. – Еще про Толика рассказать.
– Ну что, совет да любовь! – пожелала Наташка и снова посмотрела на меня.
– Что? – спросила я.
– Ты так и не сказала, чем будешь вечером заниматься, – напомнила она.
Меня наконец насторожила настойчивость подруги. Я поняла, что ей надо это знать не из-за праздного любопытства и не из-за того, что собирается предложить свою программу.
– Почему спрашиваешь?
– У Антона есть друг, так вот ему надо где-то переждать эту ночь.
– И «где-то» – это у тебя? – догадалась я и почему-то разозлилась.
Так бы сразу и сказала, что решила кого-то привести. Зачем строить из себя преданную недотрогу? Я все бы поняла. У Антона есть жена, и ты, то ли в отместку, то ли просто от желания, имеешь еще кого-то. Шмель – само собой, он не в счет, это как трудовая повинность за девичью глупость. Всегда хочется чего-то для души, а не из-за сострадания. Но это я только подумала, а вслух произнести побоялась. Ведь, как ни крути, а квартира Наташкина. Она ее снимает, а меня всего лишь пригласила пожить. Другая на ее месте и вовсе могла бы сказать, чтобы погуляла до утра. Мне это дело знакомо. Она же начала издалека и осторожно. Чтобы не обидеть. Еще бы, я все-таки подруга. Причем жестко проверенная и с ходу вставшая в разряд самых близких.
– А пошли со мной? – предложила вдруг Аська.
– С тобой? – Я попыталась представить себя рядом с этим позеленевшим существом и прыснула со смеху.
– Ты чего? – насторожилась Наташка.
– А пошли, – неожиданно согласилась я и спросила: – Только куда?
– Есть одно место, – заговорщицки подмигнула мне Аська.
Глава 19
И на старуху бывает проруха
Я вошла в подъезд и ощутила присутствие рядом еще кого-то. Желание закричать тут же пресекло едва слышное:
– Тсс! Не бойтесь, девушка!
Ничего себе не бойся! К тому же в полумраке я различила силуэты сразу четырех человек. Еще я отчетливо помнила, что свет в подъезде был. Выходит, эти трое мужчин и женщина кого-то караулят!
«И какого черта в клубе не осталась? – подумала я. – Могла бы и вовсе до утра подцепить кого-нибудь! Как назло! Все в кучу! И чего Максу отказала? Дура! Дура! Дура!..»
Я не боялась, что меня ограбят, поскольку брать, собственно, нечего, разве допотопный телефон, какие у любого метро или у автовокзала на развес продают… Вот же угораздило. Может, закричать? А смысл? Без зубов остаться? Ведь на крик все равно никто не выйдет. А эти, раз здесь стоят, точно об этом знают. Одно радует, их четверо, и убивать не станут. Вот когда один, это вряд ли хорошим кончится. Или маньяк, или грабить жестко будет.
– Это вы лампочку разбили? – зачем-то спросила я.
– Нет, она здесь не горела, – ответила за всех женщина.
Я различила ее силуэт у почтовых ящиков и подумала: «Странно, судя по голосам, не тот возраст, чтобы по подъездам прятаться», – а вслух спросила:
– Вы кого-то ждете?
– Проходите! – поторопил мужчина.
– Постойте! – неожиданно вмешалась женщина. – Вы из какой квартиры?
– Из тридцать… Хм! – Надо же, номер напрочь вылетел из головы. Вот так вот просто, раз и забыла. – Я, э-э… С третьего этажа! – нашлась я.
– Из какой квартиры? – переспросил ближе всех стоявший ко мне парень и переглянулся со своим дружком. Тот держался двумя руками за перила, и я сначала подумала, что он пьяный.
– Значит, вас Наташа зовут? – попытался угадать третий.
У меня в голове мгновенно всплыл допрос, который устроила мне Наташка по поводу вечера, и признание, что кому-то надо пересидеть у нее до утра. Вдруг эти люди по его душу пришли? Я ужаснулась. Значит, Наташке тоже угрожает опасность! Неужели мне в очередной раз придется ее спасать? От этой мысли стало смешно.
– Нет, меня зовут Марта, – ответила я как можно спокойнее.
– Марта? – переспросил один из мужчин и попросил: – А не могли бы вы показать документы?
Я немного успокоилась и осмелела.
– А вы, простите, кто? – поинтересовалась я.
– Полиция, – ответил мужчина.
– Разве вам можно отказать? – усмехнулась я и протянула паспорт.
– Вам знакома Наташа из тридцать седьмой квартиры? – допытывался мужчина, изучая мои документы при свете небольшого фонарика.
– Видела пару раз, – подтвердила я.
– Ваши квартиры на одной площадке? – уточнила женщина.
Я раздумывала, как поступить – подтвердить или опровергнуть ее предположение? Может, сказать, будто заскочила к знакомой на пару минут? Абсурд. Скоро утро. Кто в такое время по гостям ходит? К тому же я все-таки дала понять, что живу здесь, и назвала этаж. Хотя мой ответ можно трактовать по-разному. Я окончательно запуталась и разозлилась. Еще бы, как ни крути, а ведь оттого, как сейчас я поступлю и что отвечу, может, зависит будущее подруги. Поэтому надо было потянуть время, чтобы все еще раз взвесить.
– А вы можете подтвердить, что на самом деле из полиции? – нашлась я.
– В таком случае я – начальник отдела по борьбе с экономическими преступлениями Кондратьева Ольга Петровна, – представилась женщина и сунула мне под нос удостоверение, которое тут же ловко осветил фонариком стоявший рядом оперативник.
– Майор! – прочитала я громко.
– По имеющимся у нас данным, в квартире, расположенной по соседству с вашей, находится разыскиваемый нами человек, – сказала Ольга Петровна, убирая документ в кармашек куртки.
Я сделала вид, будто испугалась. Хотя мне на самом деле было не по себе.
– Он кто, убийца?
– Вы так и не ответили на мой вопрос, – напомнил мужчина. – Ваши квартиры на одной площадке?
Я снова сделала вид, будто не слышу, и спросила:
– А он может убить Наташу?
– Ну почему сразу убить? – изумилась Ольга Петровна.
– Ваша квартира напротив? – уже с раздражением спросил мужчина.
– Это не моя квартира, – поправила я, – а съемная.
– Это не меняет сути! – вздохнула Ольга Петровна.
– Да, наши квартиры на одной площадке, – подтвердила я, размышляя, как выкручиваться дальше. – Вернее…
– Что? – напрягся мужчина, который стоял ближе всех.
– Площадкой тяжело назвать наши коридоры.
– В смысле? – не поняла Ольга Петровна.
– Здесь площадки условно только, – стал объяснять тот, что держался за перила. – Общежитие, переделанное в жилой дом. В коридорах по восемь квартир.
– Понятно, – сказал кто-то.
– Значит, вы ждали меня, чтобы туда пройти? – попыталась я угадать, одновременно ломая голову, как предупредить Наташку.
– Нет, пройти мы собирались без вас, – вмешался в разговор третий член этой команды. – Но раз вы здесь, то наверняка поможете нам?
– Каким образом? – Волнение охватило меня с новой силой. – Позвонить и сказать, что соседка за солью?
– А кто у вас дома? – поинтересовалась Ольга Петровна.
– Сестра и брат, – соврала я и тут же зачем-то попыталась представить себя рядом с Наташкой. «А что, если в сумерках, то мы немного похожи. И вообще, чего я парюсь? В конце концов, можем быть и двоюродными сестрами».
– Вы не будете против, если мы воспользуемся вашей квартирой? – неожиданно спросила Ольга Петровна.
И тут у меня в голове возник план. Да такой, что от его гениальности я едва не закричала. Суть в том, что у нас на этаже на дверях привычных номеров нет. У соседей напротив остались лишь дырочки, а к нашим, после их замены на железные, и вовсе никто не удосужился прикрепить цифры.
– Я не против, только надо будет сестру предупредить.
– Хорошо, – обрадовался мужчина. – Валяй! Скажи, на кухне посидим…
– Ты чего такая напуганная? – удивилась Наташка, выглядывая в коридор, но я тут же толкнула ее своим телом, и она отлетела назад.
– Слушай! – попросила я и прикрыла за собой двери.
– Ты чего? – недоумевала Наташка.
– Не перебивай! – Я схватила ее двумя руками и стала оттеснять в глубь квартиры. – Где, кстати, твой гость?
– Здесь, а что? – Она показала на дверь в соседнюю комнату.
– Дай ему что-нибудь, и пусть на балконе сидит, – приказала я.
– Что? Зачем? – не могла она взять в толк.
– Быстрее! – поторопила я. – В подъезде полиция! Собираются его брать. Уже знают, что тебя Наташа зовут…
– А! – вскрикнула Наташка.
«Только паники нам сейчас не хватало!» – подумала я, а вслух заверила:
– Не бойся, мне кажется, я их обманула.
– Но как?
– Сказала, что тридцать седьмая квартира – это та, что напротив.
– Ты думаешь, в полиции дураки работают? – ужаснулась Наташка.
– Так или иначе, но сработало, – неуверенно проговорила я.
– Марта…
– Быстрее прячь своего гостя! Они собираются у нас устроить засаду. Обещали сидеть на кухне и никуда не совать носа.
– Если их впустить, где гарантия того, что на балкон курить не попрутся?
– Тогда в мою комнату, – приняла я решение. – Я все равно им сказала, будто живу с братом и сестрой…
– Неужели они, перед тем как сюда идти, не уточнили ничего ни о соседях, ни о том, где какая квартира? – не поверила Наташка.
– И на старуху бывает проруха! – ответила я ей словами бабушки, у которой стырила деньги. – Все, хватит гадать! Действовать надо!
– Наташа, кто это? – раздался от дверей голос.
Наташка вздрогнула, но тут же взяла себя в руки и представила:
– Знакомься, Вадик, это Марта.
Если в моем представлении уже было место идеальному мужчине или красавцу с голубыми глазами, то я никогда не задумывалась над антиподом. Они сплошь и рядом. Беззубые, рыжие, плюгавые, старые и маленькие… Вадим не был маленьким, и, пожалуй, это был единственный его плюс. Во всем остальном он был попросту некрасив. Еще он абсолютно не походил на человека, который способен преступить закон.
– Я тут краем уха услышал, что какой-то кипиш в подъезде? – поинтересовался он настороженно.
– Да, Марту попросили предоставить квартиру для засады на тебя, – сообщила Наташа и тут же пояснила: – У нас, мало того что в подъезде квартиры через одно место расположены, так на этаже еще и двери номерами не удосужились украсить. Вот они и думают, что ты в квартире напротив.
– Точнее сказать, это я их так запутала, – похвасталась я.
– Странно, а кто заложил? Вот суки!
– Ты не нервничай! – попросила я. – Сиди и не высовывайся. Если что, зовут тебя Петька, и ты мой двоюродный брат из Кушуева…
– Что вы так долго? – проговорила Ольга Петровна, когда я спустилась к ним.
– У меня брат уже спал, – стала я врать. – Пока разбудила, пока объяснила, что к чему… Сестра, опять же, стала со стола убирать. У нас, как всегда, свинарник.
– Брата могли не будить, – покачала она головой, – а к свинарнику нам не привыкать…
