Текст книги "Слёзы Солнца"

Автор книги: Степан Мазур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Скорпион намекнул Сёме, что неплохо бы передать вора кому-нибудь другому и потихоньку сваливать.

– Люди, придавите этого гада до прихода милиции. Нам на следующей остановке выходить, – попросил Сёма. На ворюгу навалились трое парней под руководством пожилой дамы.

Сёма поблагодарил. Скорпион потащил к двери. Спускаясь по ступенькам, замер, оглянувшись на водителя. Тот оскалился. Сергей нерешительно вышел. Автобус тронулся дальше. На следующей остановке их ждал наряд милиции. Карманников задержат, свидетелей куча. Но что-то не так. Едва автобус отъехал, попросил у Сёмы сотовый, быстро набрал 02 и сделал как можно старший голос:

– Это по части задержания воров в коммерческом автобусе. Есть подозрения, что водитель тоже причастен. Проверьте, пожалуйста. – После чего нажал отбой и вернул сотовый.

– Ты чего?

Скорпион вытянул руку, стал загибать пальцы:

– Кондуктора у него нет. Деньги собирает через раз. Значит, ему не так и нужна эта работа. Лицензия в поле зрения отсутствует, хотя должна висеть на выходе. Автобусы никто никогда не останавливает, когда они гружённые пассажирами. Да и начинал, наверное, ехать не с конечной, так как там все водители друг друга знают. А с второй-третий остановки. Пассажиров мало. Ещё кресла в салоне частью отсутствуют, а частью сделаны так, что очень удобны для прикрытия карманников. Ну, это всё мелочи. Главное, он был единственный, кто не поблагодарил нас. Лицо выдавало. Аж зубы свело.

Сёма треснул себя по лбу, воздел руки к небу:

– Ну, ты даёшь, Шерлок Холмс!

…На следующее утро, Дмитрий, листая утреннюю газету за чашкой кофе, наткнётся на статью о двоих неизвестных, поймавших с поличным карманников. Скрылись, не удостоившись награды. Ниже прочтёт, как дальнейший анонимный звонок помог следствию дополнить дело задержанием ещё четверых соучастников. Следствие установило, что банда нелегальных водителей в союзе с карманниками на частном ПАЗике по разным маршрутам вклинивалась в схему проездов автобусов, и после этого неоднократно поступали жалобы на кражи.

Отец Скорпиона улыбнётся. Описания приёмного сына трудно перепутать с кем-то иным. Потянется к телефону, по квартире раздадутся странные слова:

– Код 707. Срок лимита четыре года. Объект для подготовки найден, повод для продолжения обеспечен, отбой…

Скорпион сладко потянулся на скамеечке, вместе с Сёмой беседовали и созерцали катающихся роллеров, да проплывающие облака. Наступающий солнечный денёк сулил чистое ясное небо. Сёма вертел в руках свой спасённый бумажник, извлёк кредитную карточку.

– Надо было отдельно носить. Карточка отдельно, деньги отдельно, сотик отдельно, так больше шансов спасти.

– Зевать меньше надо. Заслушался в поиске смысла в бессмысленных песнях. Так и до турнира не дотянем.

Сёма всплеснул руками:

– Скорп, признаю, исправлюсь. Лучше скажи мне, как ты относишься к роликам? Кататься умеешь?

Скорпион задумался:

– Как-то не приходилось. Надо попробовать.

Сёма подскочил:

– Брат! Ты же мне уже кровный брат. Кровавейший. Брат во крови или кровавый брат во второй степени. Короче, другом ты мне был до того как жизнь на ратном поле спас. А сейчас и довольно крупненькую сумму сохранил. Вот на этой самой карточке. – Сёма продемонстрировал запрограммированный кусок пластика. – Отец ещё при моём рождении выделил мой личный счёт в банке и постоянно пополнял его. Там одних процентов на пол жизни вперёд. На десятилетие дал эту карточку и сказал, что я могу делать с ней всё что захочу. А я ещё ни разу и не пользовался. Не было необходимости. Если бы потерял, пришлось бы ждать возвращения отца, чтобы заблокировать счёт, я в этих банковских операциях не разбираюсь. Всё бы уже потратили ворюги. Кстати, поедание родительских процентов считается мажорством?

Скорпион ушёл в мысль:

– Это когда даже в зрелом возрасте живут за счёт родителей?

– Примерно так.

– Ну, если будешь много тратить без нужды, обещаю надавать тебе по репе. Так что не волнуйся.

Глаза Сёмы загорелись шаловливым огоньком:

– Вот именно! Да всё равно всё отдам, отработаю.

– Я тоже когда-то так говорил. В той далёкой больнице, когда кроссовки стащил. Только это была необходимость, чтобы выжить. Так что не сравнивай.

– Да ладно, Скорп. Не препирайся. Шут с ними, с кроссовками. Вот если бы ты убил кого-нибудь…

– Сём…

– Что?

– Это была тоже необходимость. Я спас Дмитрия и Елену.

– Один раз не считается.

– Четверо.

– Законодательством разрешается применять силу в случае самообороны. Они же хотели убить твоих новых родителей?

– Хотели.

– К тому же они были совсем не ангелами?

– Это точно.

– Вот и забей на совесть. Мы идём покупать пару-другую роликов.

– Как у тебя всё просто.

– Слушай, ты когда-нибудь в шутеры гонял? Стрелялки.

– Я с компьютерами пока не очень.

– Так вот, там для прохождения игры, в среднем совершаешь тысячу-другую убийств. Наше поколение достаточно закалено кровавыми играми, фильмами и сводками новостей.

– Всё никак не могу привыкнуть к цивилизации. Ну да ладно, уговорил. Пойдём в магазин, – улыбнулся Скорпион и добавил, – напомни мне как-нибудь покатать тебя на джипе. И научить стрелять с автомата. Интереснее игрушек.

Сёма вскинул брови до неба. Чуть не выскочили, требуя подробного рассказа. Под оживлённый разговор пошли бродить по бульвару, подставляя солнцу белые после лечения плечи.

Спортивный магазин располагался в здании пятиэтажки, блестел на солнце старой вывеской. Приветливо распахнул двери.

Продавщица помогла подобрать ролики по размеру. Сёма закупил дополнительные колёса, полный набор амуниции от перчаток до наколенников и шлема. Брат от всего этого с улыбкой отказался, кроме удобного крепкого рюкзака для транспортировки роликов.

На улице Скорпион первым надел ролики. Придерживаемый Сёмой, постарался обрести равновесие. С координацией дружил. За пять минут освоил нехитрый способ нового передвижения и стал помогать Семёну.

Пришлось ждать, пока блондин облачится во всю амуницию. Сергею казалось, что этот роликовый рыцарь только и делает, что хочет опробовать новое снаряжение. Сёма каждые пятнадцать секунд падал, чиркал перчатками об асфальт, быстро вскакивал и тут же падал снова.

– Слушай каскадёр. Летай тут пока, а я пойду минералки возьму, – Скорпион покатился к дальнему лотку со снедью.

Небольшая очередь задержала. Пятиминутного отсутствия хватило, чтобы Сёма нашёл партию трудностей.

Не врала старая поговорка: “Кто ищет, тот всегда найдёт”.

Горе-роллер умудрился освоиться в вертикальном положении и с ходу решил взять максимальную крейсерскую скорость. Проходящий отряд цыганёнков не догадывался о возможностях роликов и подспудном желании Сёмы к большой скорости. Скорпион застал момент столкновения Сёмы с одним из четырёх цыганёнков. Лет под шестнадцать. Сёма неосознанно выбрал самого рослого и крепкого. Боец. Интуиция.

Сёма раздумывал о системе торможения и достижениях цивилизации в этой области, как перед ним вырос человекообразный с замедленной реакцией на самосохранение.

“Так вот на чём основана система торможения”! – Успел подумать Сёма и взмыл в воздух с пассажиром.

Небо и земля поменялись местами.

Скорпион заскользил на всей скорости к лётчику-каскадёру. Блондин просто возлежал на асфальте и готовился быть убиенным на месте бандой справедливо озверелых цыганят.

– Аслам, по-моему, твой нож залежался в ножнах. – Раздалось над ухом Сёмы.

– Не зря я его стащил у Тёти Цыли. Ох, как не зря. Сколько там Гошик за ролики давал?

– Нам хватит.

Скорпион развеял мечты цыган и беспокойства Сёмы. Если уж убивать, то только собственноручно. И только зубрением правил ниндзя. Не сбавляя скорость, добавил к полётам Аслама ещё один, проехал по ногам второго. Двое других, замерев, наблюдали, как чёрнявый схватил добычу за рюкзак. Добавил пинок роликом для ускорения горе-каскадера. После чего тот вскочил со скоростью молнии, и заскользил быстрее черноволосого.

Опомнившись, цыганята помчались следом, забыв про Аслама. Скорпион догнал Сёму, схватил за рукав и повлёк вперёд ещё быстрее, корректируя своим телом новые попытки упасть.

Сзади раздавались крики и лютые угрозы цыган. Постепенно отдалялись.

Свернув за поворотом, оторвались от погони.

Скорпион сбавил скорость. Затормозил, резко развернувшись полукруго. Затормозил и Сёму, который закрыл глаза и пытался врубиться в стену изо всех сил.

– Переобуваемся. Быстро! – бросил Скорпион.

Сёма опустил голову, медленно достал из рюкзака кроссовки, подкатился к стенке. Понимал, что Скорпион снова спас ему жизнь. Долго раздумывал с чего начать разговор.

– Скорпионыч, признаю – был не прав. И тебе не стоило меня вытаскивать. Ну, помяли бы рёбра, отобрали бы ролики и всё. Поделом.

Скорпион приподнял уголки губ, обнял за плечи:

– Да ну их. Грозные слишком. Я тебе лучше сам по репе настучу.

– Брат! – Сёма обнял Скорпиона. – Ты мне действительно, как брат.

Оба вышли на набережную реки, сошли на берег и прошлись до конца набережной. Там влились в поток гуляющих людей по Уссурийскому бульвару. Он оживлённее Амурского. Здесь находились городские пруды. Свернули и поднялись на центральную улицу Карла Маркса меж двумя бульварами.

Сёма, с видом экскурсовода, объяснял наличие магазинов, кинотеатров. Вдруг резко остановился. Глаза загорелись. Схватил за руку и потащил в большой выставочный компьютерный зал.

Сёма надолго застыл у стенда с игровыми приставками, как раз презентовали новую игровую лабораторию. Сёма потянулся к кредитке и через пять минут с самой довольной миной складывал в рюкзак новую игровую приставку. Кейс с двадцатью новыми играми пришлось нести в руках.

Следующий стенд вновь завладел вниманием блондина. Замер, как леопард в кустах. Глаза хитро прищурены. Сверкают выставленные в ряд жк-мониторы с диагональю 30 дюймов. Руки вновь потянулись к карточке.

– Ты что-то там про растраты говорил, – напомнил Скорпион.

– Нам жить осталось три дня! – Воскликнул Сёма, добавил, – а если выживу, то отработаю с тройной выгодой.

Сёма оформил заказ с доставкой на дом и Скорпион быстрым шагом потащил к выходу мимо стендов принтеров, сканеров, виртуальных очков, девайсов и спутниковых антенн. Но Сёма как монумент застыл напротив четырёхядерных процессоров. За стёклами возвышались эксклюзивные экспонаты. Стильные чёрно-красные корпуса с водной системой охлаждения были напичканы последними процессами, материнскими платами, последними в своём классе видео картами. Все виды приводов, несколько самых вместительных жёстких дисков.

Сёма как в бреду горячо шептал характеристики и малознакомые термины, объяснил, что отец последним звонком просил купить хороший компьютер и ноутбук, так как в первом случае, старый компьютер безнадёжно устарел за месяц. А ноутбук отец обронил с вертолёта где-то над Тихим океаном.

Скорпион пожал плечами. Внимание отвлекли сражения цветастых бойцов на огромном плазменном телевизоре. Двое японцев проламывали друг другу черепа, ломали кости, швырялись всем, что попадёт под руку. Многие приёмы были знакомы, но полёты по крышам, разве такое возможно?

“Надо попробовать. Если могут японцы, то почему не он? Хуже сенсея что ли?”, – с наивной простотой подумал Сергей.

Оформив компьютер, поспешили меж стеллажей искать “порядочный”, как пояснил Сёма, ноутбук. Выбрав самый дорогой, Сёма доверил его нести брату, ссылаясь на то, что при доставке обязательно “пиксели погнут”, а сам обязательно уронит.

– День прошёл, а мы так и не тренировались, – напомнил Скорпион, выходя из здания выставочного зала на разогретую улицу. – Неплохо бы научиться прыгать, как те двое на экране.

– Ты про видео игры? Это же всё нарисовано!

– Нарисовано?

– Да. Это всё невозможно.

– Почему? Рысь с дедом может. Да и я кое-что.

– Да? Давай я познакомлю тебя с играми, а ты скажешь, что можешь и научишь. Договорились?

– Лады.

Жар цепко схватил в свои объятья. День стоял в самом разгаре.

– Эй, вы двое, пошли, поговорим. – Послышалось со стороны высокого парня в кожаной кепке.

Смуглый паренёк с карими глазами стоял у самого угла, подзывая к себе. Жаркая кепка совсем не подходила августовской жаре.

– Сёма тебе везёт, тренировка сама проситься в руки, – шепнул Скорпион и отдал кожаную сумку с ноутбуком и рюкзак с роликами.

– Ты поговори там с ними, я тут постою пока. Хорошо? И запомни, гопники вымерли. Это так, остатки. И ты им по возрасту не подходишь. Если что, просто скажи что ты из леса. Не поверят – дай в нос.

– Может, сам поговоришь?

– А кто ноутбук будет держать? Давай, иди. Я в следующий раз.

– Лады. – Ответил Скорпион и повернулся к парню. – Я сам с тобой поговорю.

Глаза парниши поймали татуировку скорпиона на плече вихрастого паренька и выразили полное сомнение в необходимости разговора. На языке зоны татуировка скорпиона означала: “злой”, ”агрессивный”, “боец”, “не подходи”, “опасный”.

Скорпион, понятия не имел ни о каких зонах, но об улице помнил, зевнул:

– Салют кепочникам. Сколько там твоих помощников?

– Чё? – сверкнул глазами парниша.

– Зови своих, говорю. Хочу посмотреть, сможешь по крышам летать или просто так кепку надел? – повторил Скорпион.

– А?

– Парень, а ты не слишком много мяса ешь? А то агрессия из тебя так и прёт, аж пучит всего. – Разъяснил, как мог Скорпион.

– Чё?

– Кепка перегревает мозг, в следствии чего, тот часто отсутствует. Выходит проветриваться. Понимаешь?

– А? – Парень совсем растерялся.

Двое в засаде тоже.

– Мне Сёма рассказывал про двоичный код, но я не думал, что познакомлюсь с ним так скоро. Ты перезагрузись, отдохни немного. Я пойду с твоими друзьями поговорю.

Скорпион ткнул большим пальцем под челюсть парниши. Тот грудой костей свалился на асфальт. Пришлось оттащить к стенке. Двое выпрыгнули из кустов, с угрозами бросились отбивать товарища. В руке одного мелькнул выкидной нож.

“Вот тебе и центр города”, – подумал Скорпион.

Молниеносно пнул первого крепыша кроссовком в мениск, а обладателя ножика сбил с ног подсечкой. Первый покатился по земле, отдаваясь болевым ощущениям, а второй приложился о землю спиной. Но нож не выронил. Пришлось надавить на шею, отключая агрессора.

– Скорп, как ты тут? – появился из-за угла Сёма. – У меня совесть проснулась. Не до ноутбука.

Взгляд блондина пробежался по двоим отключенным. Третий кепочник катался по траве. Скорпион склонился над третьим, произвёл нехитрую манипуляцию двумя пальцами, налётчик затих.

– А я думал, на сегодня приключения достигли лимита, – обронил Сёма. – Ты же страшный человек, братик. Это же студенты… хотя и не того института.

– Не в библиотеку же дорогу просили. Очнуться, пусть им будет стыдно. Жалко, подлить не умею, так бы чего-нибудь придумал.

– Ладно, брат. Пусть получат второй шанс. Как я сегодня с роликами. Пошли домой.

– Когда я уже к себе домой попаду? – вздохнул Скорпион, выныривая из переулка.

Блондин поймал взгляд, усмехнулся:

– Твой дом там, где ты.

* * *

– Как-то нехорошо получается, – начал Сёма. – Весь день потратили на освоение техники, только далеко не боевой. Завтра на соревнования. Толком и не потренировались. Ну, твоя драка с гопами не считается. Их было всего трое, а ты… ты из леса, Скорп. Даже из тайги.

– М-да, подсадил ты меня на эти игрушки. Особенно эти… как их там?

– Стратегии, – подсказал Сёма.

– Вот именно. Они самые, – Скорпион не отворачивался от монитора.

Игра с современной мировой картой, со всеми странами, с официальными доходами, бюджетами, технологиями и населением предлагала играть за любую страну с любого промежутка времени.

– Я думал ты драками увлечёшься, а ты снова думать заставляешь. Ладно, прикрой тылы, пойду сока принесу.

Сёма оставил на мгновение державу без твёрдой руки, чем не преминул воспользоваться вражеский генерал, давая сигнал к атаке. Если бы не союзнические силы скорпионовой армии, ударившие напавшего с тыла, огромная империя Сёмы ничего не смогла бы сделать без ясных и чётких приказов верховного монарха. Из колонок посыпались встревоженные голоса министров, генералов, советников. Предложения и варианты действий посыпались снежным комом, но пропадали в бездействии без одобрения “высшего начальства”.

Весь день Сёма разъяснял строение компьютера, Интернет, показывал программы, оболочки. Под вечер смастерили сеть между настольным компьютером и ноутбуком. Бессонная ночь прошла за ратными сражениями.

Скорпион вздохнул, протёр красные, опухшие глаза и собранным войском отвёл угрозу от границ союзника.

Что значит логика? Набор объяснимых схем поведения в той или иной ситуации? Рассчитывая предсказуемое поведение, твой враг с лёгкостью предпримет ответные шаги. Только нелогические, не поддающиеся объяснению поступки всегда заводят вражину в тупик.

Размышления прервал голос Сёмы:

– Подбрось деньжат, я тебя ресурсами подбодрю. Логично будет заключить договор с югом. Ты ведь логичный?

– Сёма, ещё раз назовёшь меня логичным и получишь по лбу.

– Это плохо? – Возмутился Сёма.

– Это лишение главного козыря. Всё равно, что забрать половину силы, но заставить работать в три раза больше.

– Гм… а точнее.

– Нелогичность – закалка, тренировка к привыканию жизни в любых условиях. Эволюция, если можно так сказать. Тут не может быть стресса при попадании в непривычную ситуацию, смятения при отсутствии инструкции.

– Скорп, кто тебе поверит в десять лет? – Сёма разлил соку по высоким стеклянным стаканам, повторил. – Не поверят! Даже не смотря на акселерацию.

– Я есть вне зависимости от того, верят в меня или нет. Развитие в необычных условиях даёт необычные результаты. Я жил в таких условиях, где не было выбора, кроме как развиваться. Отсюда вся и загвоздка. Если человека ставить в такие условия, то сама эволюция широкими пинками заставит его идти вперёд. Толкнёт в саму сельву, дебри, тайгу. В иной путь. – Войска Скорпиона победно шествовали по столице врага, хилая армия Сёмы едва успевала за союзником.

– Ну, Скорп, признаю, ты стратег, но давай побегаем, постреляем. Вот и проверим у кого “рука быстрее”.

– В следующий раз, Сёма. – Скорпион тяжело поднялся из-за компьютерного стола, время пролетело незаметно. Спина выгнулась дугой, глаза засыпало песком, и ноги отсутствовали. Суставы жалобно затрещали. – В таком состоянии мы завтра и дойти то до соревнований не сможем. Идём разминаться.

– Я думал, спать пойдём.

– Некогда спать. Вырубай махину, полезли на крышу.

Сёма встрепенулся, глаза засветились, изображая трагикомического актёра, затараторил:

– Ты хочешь сказать, что мой дом не превратится в полигон? И даже рабочих не придётся заказывать, чтобы чинили мебель? Хвала Всевышнему, всем богам и персонально Будде.

– Стоп, ни слова больше. Мы идём тренироваться на крышу.

– Ха! Это тебе не панелька, там всё под замками.

– Тебе, как будущему тройному спецагенту очень полезна практика обращения с отмычками. – Ехидно улыбнулся Скорпион, поигрывая скрепкой.

– Тройной, это как? Знаю агентов. – Сёма загнул палец. – Двойных агентов, это которые предатели, – загнул второй палец. – А тройные, это как?

– Это втираешься в доверие шпионом, тебя “случайно” ловят, и ты начинаешь работать на другую сторону. Хм… до определённого момента. Потом получаешь коды доступов секретных секретов, денежные счета и возвращаешься на родину.

– Знаю я таких агентов! – Воскликнул Сёма. – Отец рассказывал, что ещё ни один не вернулся.

– Если создать условия, перспективы и… гм… то вернуться. Ну а параллельно можешь заниматься убеждением двойных агентов в переквалификации.

– Хватит с тебя стратегий, Скорп, ты меня пугаешь. Лучше бы стрелял.

– Ещё не время.

– Виртуально!

– А я как сказал? – глаза хищно сверкнули.

* * *

Солнце закатывалось за крыши домов, падало за виднокрай. Двое тяжело дышали, прижавшись спинами к разогретому за весь день парапету. Хорошо поиграли, хорошо потренировались. Баланс.

Прощальные лучи заходящего солнца светили в лицо. Воздух освобождался от напряжения дня. Город медленно остывал, зажигая ночной свет. Народ неспешно прогуливался вдаль улиц, и никто не допускал и мысли, что за ними сверху наблюдают двое подростков.

Прохладный ветерок прошёлся по разгорячённому лицу. Скорпион понимал, что завтра для победы мало шансов. Если в себе ещё уверен, то Сёме требуется больше времени для тренировки, о Даниле и Андрее совсем не имел понятия. С последней уличной драки на школьном поле так и не виделись. Вдобавок, Токаява и не думал рассказывать о правилах чемпионата. Что там будет? Какой силы противники?

Рядом чиркнул спичкой Сёма, поджигая кусочек бумаги. О пожаре не могло быть и речи, крыша залита негорючими материалами. Да и нечему гореть, на крайний случай бутылка с водой в рюкзаке.

Огонь зацепился за край бумаги, пополз вверх, оставляя после себя лишь чёрную гарь, что осыпалась белым пеплом под ноги. Скорпион зачарованно смотрел, как один из четырёх первоэлементов, олицетворяющий силу, стремительность, мощь, скорость…

Как молнией грянуло в мозгу забытая идея четвёртой ступени – первоэлементы. Надо понять суть четырёх начал… Начал!

Бумага быстро догорела. Сёма вздохнул, тоскуя по настоящему костру.

– Подожги ещё, мне кажется, я могу понять смысл четвёртых врат. – Медленно прошептал Скорпион.

Сёма посмотрел застывшими глазами. Всё-таки Скорпион хорошо погонял по крыше, размял так, что, лишних мыслей в голове не осталось. Хотелось отдыха, но рассказы о ступенях… Это интересно! Энергично стал подбирать залетевший на крышу мусор. Сам когда-нибудь начнёт проходить эти самые ступени. Пока рановато, не тянет, ещё не готов. А идти против себя не любил.

Листы сгорали в сгущающихся сумерках. Лицо Скорпиона то выражало полную задумчивость, то озарялось идеей.

В голове крутились определения огня. Тепло в малом количестве и жар в большой площади, скорость в воле, на просторе и рамки без ресурсов, в замкнутом круге, неотвратимая сила и слепая мощь…

Понятия слились в один калейдоскоп. Все чувства обострились, взгляд поплыл, голова закружилась. Тело пронзило волной энергии. Сёма всё жёг и жёг бумажки, а в глазах Скорпиона отражались оранжевые змейки. Тугая волна ударила в голову, упал на спину, зрачки расширились.

– Ты в порядке? – Затряс за плечи Сёма.

– В полном, четверть элементов понятна. – Прошептал Сергей охрипшим голосом, словно кричал во всю мощь лёгких не один час.

Вскочил на ноги, тело пошатывало, но устоял на ногах, расслабился. Поток ветра взъерошил волосы. Скорпион подошёл поближе к парапету. Сёма сзади схватил за ногу, понял, что таёжный парень собирается понять ветер, элемент воздуха. Только бы не свалился с крыши. Та ещё птица.

Стремительность, непостоянство, преодолимость, упорство, хаос, свежесть, ярость, буйство, штиль. Металось мысли. Хотелось чувствовать ветер всем телом, каждой клеточкой. Грудь часто-часто вздымалась, волосы трепетали, гул в ушах нарастал.

Скорпиона отбросило от парапета. Сёма схватил, придержал, но не смог устоять от мощного толчка. Оба завалились на спину.

Сергей тяжело дышал, улыбаясь, сквозь нехватку воздуха произнёс:

– О, Род… Как же всё просто… Это же, это… Гениально…

Сёма, пораскинув мозгами, достал бутылку с водой, отвинтил крышечку, и мелкая струя полилась на пол:

– Я не знаю как ты и что, даже почему, – подбирал слова Сёма. – Я тебя порой вообще не понимаю. Но тебе не стоит останавливаться, продолжай.

Неотвратимость, настойчивость, упорство, единство, определённость, непостоянство, буря, рамки, барьеры, цунами, наводнения.

Едва последняя капля покинула ёмкость, как Скорпион вновь рухнул на пол.

Сёма был свидетелем, как брат схватился за голову и покатился по полу. Из носа пошла кровь, по телу прошла судорога. Затем резко замер. Потрясённый голос прошептал:

– Люди сколько угодно могут смотреть в костёр, но никогда не понять его смысл. Скорее реки поменяют русла, чем человек ощутит себя на семьдесят процентов из воды. Ты можешь слышать ветер, но никогда не услышатьего!

Сёма огляделся в поисках земли, в углах под парапетами ветром нанесло небольшие кучки, поросшие мхом. Скорпион взглядом показал отнести его к земле, сам уже не мог шевелить и пальцем.

Материя, твёрдость, мощь, постоянство, непреодолимость, устойчивость.

В наступившей тишине пересохшие губы прошептали последние слова перед тем как Скорпион отключился:

– Ходить по земле, но никогда её не признать… Позор…

* * *

Только одному Сёме известно, каких сил ему стоило тащить расслабленное тело домой. Мало того, что ноша весом тяжёлее, так ещё и совсем как кукла повис. Если ещё в шахту удалось поднять едва слышно, то металлический спуск лестничной клети гремел как оркестр.

Красный, как рак, Сёма ежесекундно представлял себе, что сейчас на этот грохот примчаться орды соседей. Поднимут гвалт, назовут какими-нибудь наркоманами, расскажут родителям, а то и вовсе милицию вызовут. Сёма пугался каждого вызова лифта, каждого постороннего шороха. Но не слышно посторонних криков, никто не спешит. То ли нет никого по квартирам, то ли звукоизоляция на высоте. А может и вовсе, нет никому дела до шума под крышей. Заняты. Деловые люди.

Скорпион не мог знать, как Сёма затащил его в квартиру, уложил спать. Едва наступило утро, как на пороге возник сенсей с Андреем и Данилой. У подъезда стоял серебристый джип с водителем спонсора организованных соревнований – Васи Хромого. Токаява, приняв решение всё же взять Скорпиона, подхватил на руки, перекинул через плечо и потащил на соревнования.

Сёме всё казалось до ужаса нелепым. Серебристый внедорожник с квадратным водителем плавно вёз к старому заброшенному цеху бывшего завода. Сенсей поздно понял, что попал впросак.

Чемпионат отменялся.

* * *

Скорпион стоял на огромной поляне среди ратников Коловратовых, видел собственными глазами хмурые лица героев. За спиной неприступной оградою стоял Козельск. Город оказался проклятием нашествия степняков. Его охраняли сердца всех его жителей, до последнего человека. Все, как один, стояли против полчищ инородного нашествия. Без помощи союзников, до последнего живя верой в правду. Умирая с улыбкой на лицах, бились за Русь.

Вечная память.

Лучшая конная сотня хана взяла одиннадцать едва живых воинов в кольцо. Но не было страха в глазах, скрытых в прорезях шлемов. Только последнее желание забрать с собой как можно больше врагов. Воины плечами поддерживали спящего стоя Коловрата. Стоило воеводе проснуться последний раз, воззвать к богам и всемогущие навсегда заберут на свой вечный пир, в мир прави, священный Вирий.

Коловрат был за старых богов, вся дружина, не смотря на всеобщую христианизацию в течение сотни лет, чтила Перуна, почитала Дажьбога, верила Световиту и каждый день поднимала взор к Яриле. Навязанная религия ничего не могли поделать с корнями. Но и на помощь никто не шёл. Братья по крови – враги по вере.

Скорпион помнил по рассказам деда, что Коловрат десятки лет жил по лесам с волхвами. Защищал их, когда полчища инквизиторов в рясах “искореняла бесовщину”. Огнём и мечом под любым предлогом уничтожали седых старцев, хранителей старого, кладезей опыта, сути славянства. Монахи ненавидели зрячих.

Коловрат вышел из леса и поселился в городище. За короткий срок, посвятив в свои воинские способности всех молодцев. Вскоре жители прияли его, как верховного воеводу. Козельск, как никакой другой город, был склонен к старым поверьям, богам. И когда христианские градарики, целые скопища крепостей, как орешки щёлкались монголами, маленький городишко держал целое войско на одном лишь боевом духе. Вере и правде. Ни один житель не открыл врат врагу. Ни один не смел просить пощады. Покорных не было.

Конная сотня, выставив копья, помчалась на горстку дерзких людишек, сжимая кольцо. Даниила подтолкнул Коловрата, молвил на ухо:

– Пора, Старший. И пусть Перун с гордостью примет нас в мир Прави.

– Пора, Равный. Да запомнят этот день сотни поколений потомков, которые будут жить в свободной Руси. По своей воле, а не по прихоти басурмана. – Коловрат с сухим треском разлепил синюшные веки.

Десять ратников-побратимов со страхом и болью в сердце наблюдали кроваво-красные глаза воеводы. Синие прожилки становились всё отчётливее с каждым мгновением. Теперь он закроет глаза только в последний раз.

Одиннадцать воинов с диким рёвом, от которого даже хвалённые своей послушностью лошадки монголов сбрасывали седоков, прыснули в разные стороны, навстречу кольцу.

Одиннадцать воинов швырнули щиты и одиннадцать вражеских всадников вышвырнуло ураганной силой с сёдел. Больше ни один не встанет.

Одиннадцать взмахов русских мечей и одиннадцать всадников кусками свалились с лошади.

Скорпион стоял в центре круга, наблюдая, как после второго взмаха мечей началась сеча. Всё смешалось в один сплошной бой, движение. Глаза успевали следить только за воеводой.

Ещё один всадник слетел с лошади, и вражеское копьё оказалось в руке воеводы. Пронзил лошадь вместе с монголом в седле. Лошадь завалилась на бок, подмяв под себя седока. Другой всадник мчался со спины. Коловрат развернулся и бросился под коня. Копыта махнули в опасной близости от лица, но русский меч подрубил жилу и ещё один всадник был задавлен своим же конём.

Меч не зависит от руки, со стороны кажется, что Коловрат и его меч живут совместной жизнью. Меч рубит одного, свободная рука хватает другого, а ноги ломают кости третьему. Воевода словно создан из чего-то смертельного, несёт смерть каждым касанием. Лик его грозен, цвет лица неестественно белый, кровь не успевает за движениями хозяина.

Две минуты хватило, чтобы от грозной сотни конных остались жалкие ошметки. Но вновь со стороны ордынского лагеря спешат ещё две сотни отборной гвардии.

Нет сухого места на одежде Коловрата, весь в чужой крови с головы до ног. Руки мелко дрожали, зрение высыхало, но враги падали под ноги с каждым дыханием. Поверженные ордынцы редели, и с каждым убитым у детей, стариков и женщин на городской стене было больше шансов выжить.

Где же подкрепление удельных князей? Не прикроют спину. А стоило сплотиться и дать отпор сообща, нашествие рассыпалась бы на части.

Ушёл в другой мир Даниил, придавленный и пронзённый десятками копий. Руки в предсмертной хватке крошат череп степняка. Один в другой мир не уйдёт. Высоко в небо взмыли последние слова из пронзённой груди:

– Слава Руси, Слава!!!

Слёзы застлали глаза Скорпиона. Слёзы лил не образ на поляне, рыдала сама душа.

Под тремя ударами быстрых ятаганов пал на колени Микула. И ещё семь раз копьё пронзило непокорного медведя, прежде чем испустил последний вздох. Богатырь, сломав коню ногу, задушил в предсмертных объятьях упавшего монгольского сотника.

Великий хан как одержимый шлёт в бой свои лучшие сотни, пальцы впиваются в лицо, оставляют широкие полосы. С губ падала слюна. Словно безумный орал одни и те же слова: