Текст книги "Минни шопоголик"

Автор книги: Софи Кинселла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

10

Хм. Вот тебе и «Совершенные няни». Надо пожаловаться в правительство. Агентства нянь должны соблюдать конфиденциальность. Они должны быть тактичными. А тут история о мамаше и морковке мусолится в каждом таком агентстве Лондона. Позвонила Сьюзи и сконфуженно поведала, что в школе Святого Кутберта все только и говорят об этом, что пошла гулять новая городская легенда, только теперь рассказывают, будто мы с Кайлой под конец швырялись морковью друг в друга.

Люк не проникся пониманием, сколько я ни талдычила ему о том, что Кайла нам абсолютно не подходит. Теперь «Совершенные няни» наверняка решат, что мы «слишком проблемное семейство». Поэтому мне пришлось обратиться за помощью к маме, а она обиженно фыркнула: «Значит, я снова достаточна хороша для вас?»

В довершение всего вчера вечером я наконец как следует изучила фунтовые покупки. Первым делом распечатала упаковку с карточками для гостей – оказалось, на них написано: «С днем рождения, Майк». А у меня их две сотни.

Какое-то время я подумывала, а не наградить ли Люка таким прозвищем. Почему бы ему не зваться Майком? Что, если начать посылать ему маленькие электронные письма, в которых буду называть его Майки, и приучить маму с папой обращаться к нему так же, и даже пару раз выдохнуть во время занятий сексом: «О, Майк, Майк!»? И тогда он успеет привыкнуть к этому имени до вечеринки.

Но подставки для салфеток с надписью «Поздравляем, Лорен!» поставили крест на этом моем плане.

Однако есть и приятные новости. Мой бартер обернулся подлинным триумфом – потрясающе, но Джесс оказалась права! Почему люди вообще покупают вещи, если можно заняться бартером? Я получила множество ответов на свои объявления, и сегодня вечером мне назначено несколько встреч. Если так пойдет и дальше, то я обернусь с организацией вечеринки вовремя и не истрачу ни пенни!

Джесс прислала мне также адреса некоторых экологических оформительских сайтов, и хотя большинство их идей оказались дрянными, я нашла и одну прикольную. Можно нарезать старые пластиковые пакеты на полоски и сделать помпоны – получается очень симпатично. Это же бесплатно! Поэтому я начала мастерить их, когда Люка нет поблизости. К счастью, у меня имеется огромный запас таких пакетов. Помпоны от «Селфриджз» выглядят потрясающе, такие яркие, желто-зеленые. Теперь мне нужно сделать несколько белых. (Можно отовариться в продуктовом отделе «Харви Николс». У них, конечно, дороговато, но зато я стану по-настоящему «зеленой».)

А еще один большой плюс – это наш новый дом, дело с которым медленно, но верно продвигается вперед. Я пошла туда со Сьюзи во время ленча, и дом показался мне еще лучше, чем прежде.

– Бекс, восторг! – Сьюзи стучит каблуками по ступенькам лестницы, на ее лице радость. – Он такой светлый! А лестницы такие массивные! А спальни! Они словно возникают из ничего!

– Невероятно, правда? – Я гордо сияю.

– Теперь видно, на что способны архитекторы. – Она с удивлением качает головой. – И с ним нет никаких затруднений? Никаких проблем?

Бедняжка Сьюзи знакома с сагой о наших прошлых попытках купить дом.

– Ничего! Мы заплатим за него на следующей неделе, и после этого придется подождать еще недели две. Мы заказали большой фургон и все, что нужно, – весело докладываю я. – На этот раз дом будет нашим.

– Вы должны чувствовать такое облегчение. – Сьюзи обнимает меня. – Не могу поверить, что наконец-то вы заполучили дом!

– Пошли посмотрим сад!

Мы выходим из дома и идем по лужайке к могучему ветвистому дубу, на нем висят качели, а еще здесь полно всяких приспособлений для лазания, а земля под ними посыпана измельченной корой.

– Твои дети могут приходить сюда играть, – гордо говорю я.

– Им это понравится! – Сьюзи усаживается на качели и начинает раскачиваться.

– Как Эрни? – неожиданно вспоминаю я. – Как прошло собрание в школе?

– Его еще не было. – У Сьюзи вытягивается лицо. – Я так боюсь. Мне придется на следующей неделе пойти в школу на одно мероприятие, и директриса наверняка возьмет меня за шкирку… – Она внезапно останавливается. – Эй, Бекс, а ты не сходишь со мной? Выступишь в роли буфера. Она не сможет подличать, если ты будешь стоять рядом, верно?

– Да с удовольствием! – Если честно, жду не дождусь, когда смогу добраться до этой самой директрисы.

– Там будет художественная выставка. Дети нарисовали картинки, мы выпьем по чашечке кофе и посмотрим на рисунки. А затем нужно будет внести денежное пожертвование.

– Разве вы не платите за школу? – удивляюсь я. – Зачем нужны еще какие-то пожертвования?

– Это только начало, – объясняет мне Сьюзи, словно я бестолковая. – Кроме того, бывает сбор денег неизвестно на что, и благотворительность, и помощь учителям. Я только и делаю, что выписываю чеки.

– И после всего этого они ведут себя так подло?

– Да. – Сьюзи сникает. – Но это очень хорошая школа.

Школьное надувательство уже сейчас кажется мне ночным кошмаром. Надо найти какую-нибудь альтернативу школе. К примеру, Минни будет учиться дома. Ладно, не дома. Это слишком скучно. Мы можем проводить уроки в… «Харви Николс». Да. Отлично. Я вижу, как сижу за маленьким столиком, пью латте и зачитываю Минни из газет интересные сведения о культуре. Мы сможем учиться сложению на кубиках сахара и изучать географию в Зале международного дизайна. Меня станут называть девушкой-которая-учит-своего-ребенка-в-Харви-Николс, и я положу начало мировому тренду «Обучение в магазинах»…

– Бекс. – Сьюзи перестает качаться и подозрительно косится на мой бархатный топ. – Это мой топ? Тот самый, что я одолжила тебе, когда мы только въехали в квартиру? – Она слезает с качелей. – А потом я потребовала его назад, а ты сказала, что он случайно сгорел в костре.

– Э… – Непроизвольно делаю шаг назад.

Да, что-то такое было. Почему я сказала, что сожгла его? Теперь и не вспомню, ведь прошло столько времени.

– Ну да! – Она внимательно изучает его. – Тот самый топ! Мне одолжила его Фенни, а я одолжила его тебе, и ты сказала, что не можешь найти его, а потом, что он сгорел. Ты хоть знаешь, как мне досталось от Фенни?

– Можешь забрать его, – поспешно говорю я. – Прости.

– Теперь он мне не нужен. – Она с возмущением смотрит на меня. – А почему ты его носишь, кстати говоря?

– Потому что он был в моем шкафу, – угрюмо объясняю я. – А я должна надеть каждую вещь три раза, прежде чем смогу опять отправиться по магазинам.

– Что? – Сьюзи поражена. – Но… почему?

– Это случилось после того, как лопнул банк. Мы с Люком договорились: он не станет покупать новую машину, а я – одежду. До октября.

– Но, Бекс… – Сьюзи явно обеспокоена. – А это не скажется на твоем здоровье? Разве ломка не опасна? Я как-то смотрела одно телешоу. Людей начинает трясти, у них случаются провалы в памяти. Тебя еще не трясет?

– Точно! Меня действительно трясло, когда я проходила мимо «Фенуике» во время распродажи!

О боже. Мне никогда не приходило в голову, что отказ от шопинга может угрожать моему здоровью. Нужно посоветоваться с врачом!

– А как же вечеринка для Люка?

– Ш – ш-ш! – Я оглядываю сад в приступе паранойи. – Не оповещай о ней весь белый свет. Что ты хочешь сказать?

– Ты собираешься покупать новое платье? – одними губами выговаривает Сьюзи.

– Конечно, собираюсь… – И замолкаю, словно онемев.

Мне это даже в голову не приходило. Я не могу купить платье для вечеринки, раз наша с Люком договоренность остается в силе.

– Нет, – тяжко вздыхаю я. – Не могу. Придется взять что-то из шкафа. Я ему обещала.

Чувствую себя так, будто из меня выкачали воздух. То есть, не то чтобы я устраивала вечеринку только ради нового платья. Но все же.

– А… как идет подготовка? – после паузы спрашивает Сьюзи.

– Превосходно! – отмахиваюсь я. – Все хорошо. Я пришлю тебе приглашение. Когда они будут готовы.

– Отлично! И… тебе не нужна помощь?

– Помощь? – переспрашиваю я. – Зачем мне помощь? Все схвачено.

Видела бы она мои помпоны.

– Блеск! Я так жду. Уверена, вечеринка будет превосходной. – Сьюзи опять начинает раскачиваться, не глядя мне в глаза.

Она мне не верит, это очевидно. Но тут мое внимание привлекает чей-то крик.

– Вот они! Вот они, дьяволы! – Мужчина средних лет с красным лицом выходит из соседнего дома и жестами показывает на меня.

– Кто это? – бормочет Сьюзи.

– Понятия не имею, – тихо отвечаю я. Мы никогда не видели соседей. Риелторы говорили, что рядом живет старик. Что он болен и никогда не покидает свой дом… Я могу что-то для вас сделать? – говорю я громче.

– Сделать? – Он впивается в меня взглядом. – Можете объяснить, что вы сотворили с моим домом? Я вызываю полицию!

Мы со Сьюзи с опаской переглядываемся. Мой будущий сосед – психопат?

– Я ничего не делала с вашим домом!

– А кто тогда украл мои спальни?

Что!

Не успеваю ответить, потому что в сад вбегает наш риелтор. Его зовут Магнус, он носит костюмы в светлую полоску, а голос у него низкий и сдержанный.

– Миссис Брендон, я все улажу. У вас какая-то проблема, мистер…

– Ивэнс. – Он подходит к Магнусу, и они общаются через забор. До меня долетают только короткие обрывки разговора, но поскольку я слышу «подам в суд», «вопиюще» и «грабеж средь бела дня», то пребываю в полном недоумении.

– Как ты думаешь, что-то не так? – тревожно спрашиваю у Сьюзи.

– Разумеется, все в порядке! – заверяет меня подруга. – Просто какое-то недопонимание. Такие вещи улаживаются за чашкой чая. Возможно… речь идет о заборе! – поспешно добавляет она, когда мистер Ивэнс начинает грозить Магнусу кулаком.

– А что, можно так расстраиваться из-за забора? – пугаюсь я.

– Сам возьму кувалду… злостных демонов надо наказать… – надрывается мистер Ивэнс.

– Очень хорошо. – На Магнусе лица нет, он спешит к нам. – Миссис Брендон, возникло маленькое недоразумение, оно касается спален. По словам вашего соседа, некоторые из них были… отобраны у него.

Я тупо смотрю на Магнуса, ничего не понимая.

– Он уверен, что кто-то пробрался к нему через общую стену и… украл его спальни. Если быть точным, то три.

– То-то мне показалось, что дом слишком большой! – вскрикивает Сьюзи.

– Но вы сказали нам, что здесь восемь спален! Это было в описании дома!

– В самом деле. – Магнус все больше и больше теряется. – Такие сведения дал нам застройщик, и у нас не было причин подвергать их сомнению…

– Значит, застройщик просто пробил стену, украл комнаты, и никто даже не проверил? – недоверчиво спрашиваю я.

Беспокойство Магнуса растет.

– Не сомневаюсь, застройщик получил разрешение у совета…

– Как? – Мистер Ивэнс появляется рядом с нами, явно устав ждать. – Подделав документы и дав на лапу – вот как! Я возвращаюсь из Штатов, иду наверх – и что там нахожу? Половина верхнего этажа исчезла! Кто-то проник в дом и захапал мое имущество!

– А почему этого никто не заметил? – разумно вопрошает Сьюзи. – Не слишком ли беспечно с вашей стороны было позволить им это?

– Мой отец глух и почти слеп! – все больше ярится мистер Ивэнс. – Его сиделки приходят и уходят, что с них взять? Беспомощного человека ограбили, вот в чем все дело. – Его лицо становится почти багровым, а глаза полны такой злобы, что я сама не своя от страха.

– Я тут ни при чем! Я ничего не украла у вас! Я даже не знала! И вы можете получить свои спальни обратно! Или… мы можем их у вас купить. Мы в безвыходном положении. Живем с моими родителями, у нас двухлетняя…

– Я звоню своему адвокату. – Мистер Ивэнс разворачивается и направляется к дому.

– Что это было? – требую я ответа у риелтора. – Чего нам еще ждать?

Магнус избегает моего взгляда.

– Боюсь, дело запутанное. Нужно просмотреть документы, получить юридическую консультацию. Возможно, дом придется вернуть в прежнее состояние, если мистер Ивэнс не согласится… Думаю, вы выиграете суд у продавца, а его, вероятно, будут судить за мошенничество.

Я смотрю на него в полном смятении. Мне не нужен суд. Мне нужен дом!

– Значит, мы не сможем внести плату на следующей неделе?

– Боюсь, сделка сорвалась.

– Но нам нужен дом! – вою я в голос. – Это уже пятый вариант!

– Прошу прощения. – Магнус достает мобильник. – Пожалуйста, извините меня, я должен известить наших юристов.

Я смотрю на Сьюзи:

– Нас сглазили?

– Все обойдется, – успокаивает она. – Риелторы подадут в суд на застройщика, и вы в конце концов получите дом. Твоя мама будет только счастлива, что вы еще немного поживете у них.

– Не будет она счастлива! – сварливо возражаю я. – Она разозлится! Сьюзи, нет у нее синдрома опустевшего гнезда. Мы все не так поняли.

– Что? – Сьюзи шокирована. – А я-то считала, что она начнет тосковать и подумывать о самоубийстве.

– Это было сплошное притворство! Она ждет не дождется, когда мы свалим! И все соседи ждут этого. – Горестно обхватываю голову руками. – Что мне делать?

Может, стать сквоттерами? Захватить пустующий дом… Или разбить в саду большую палатку… Если придерживаться альтернативного образа жизни, то можно поселиться в юрте.

Я буду называть себя Радугой, Люк станет Волком, а Минни – Бегущей по Траве.

– И что ты собираешься делать? – Сьюзи вырывает меня из воображаемого мира, где мы сидим у костра, Люк в старых кожаных штанах рубит дерево, а на костяшках его пальцев красуется татуировка «Волк».

– Не знаю.

Вернувшись домой, я застаю маму и Минни в кухне, обе в фартуках, покрывают глазурью маленькие кексы. Мама купила приспособление для этого в магазине, где все стоит фунт. И кексы тоже там купила. Они так поглощены своим занятием и так счастливы, что не замечают меня. И перед моими глазами внезапно возникает Элинор – старая, печальная и одинокая.

Она видела Минни только младенцем. И мимо нее уже прошла такая важная часть жизни Минни. Я знаю, она сама в том виновата. И все же…

О боже. Я разрываюсь на части. Следует ли мне позволить Элинор повидаться с внучкой? Не то чтобы я представляю, как они покрывают глазурью кексы. Но займутся вместе чем-то еще. Полистают каталог «Шанель», например.

Минни очень сосредоточенно прилепляет к кексам разноцветные карамельные крошки, и мне не хочется отвлекать ее. Личико у моей куколки розовое, носик наморщен, к щекам прилипла карамель. Вот так могу стоять хоть вечность и любоваться. Но тут она замечает меня, и ее личико расплывается в улыбке.

– Мамочка! – Она гордо показывает мне кекс.

– Молодец, Минни! Только посмотрите на эти чудесные кексики! – Наклоняюсь и целую дочку.

– Ешь. – Минни радостно запихивает кексик мне в рот.

– Ням-ням! – Не могу удержаться от смеха. – М-м-м.

– Ну, Бекки! – Мама отрывает взгляд от своих произведений. – Как дом?

– О… Он великолепен.

И это чистая правда. Дом действительно великолепен, если отвлечься от того, что половина его украдена.

– И вы собираетесь в ближайшее время въехать в него?

– Ну… – Я тру нос, и крошки падают на пол. – Возможна небольшая отсрочка…

– Отсрочка? – настораживается мама. – Почему?

– Я еще ничего толком не знаю. Надеюсь, все будет в порядке.

Исподтишка наблюдаю за мамой. Ее плечи напряжены, а это плохой знак.

– Конечно, если отсрочка… – каким-то чужим голосом произносит она, – то вы останетесь здесь. Об этом можно только мечтать.

О боже. Она такая великодушная и способная на самопожертвование. Я не в силах это вынести.

– Уверена, все утрясется! – даю я задний ход. – А если что-то не так… мы всегда можем… снять. – Последнее слово я едва осмеливаюсь выговорить.

Мама молниеносно реагирует на него, словно почуявшая кровь акула.

– Снять?! Вы ничего не будете снимать, Бекки! Это все равно что выбрасывать деньги на ветер.

Мама ненавидит аренду. Каждый раз, когда я предлагала снять дом, она вела себя так, словно мы согласны платить деньги владельцу только из желания угробить ее. А когда я говорю: «Да в Европе полно людей снимают жилье», она презрительно фыркает и цедит: «Подумаешь, Европа!»

– Бекки, у вас какие-то проблемы? – мама сверлит меня взглядом. – Вы съезжаете или нет?

Не могу сказать ей правду. Мы должны съехать. В любом случае.

– Конечно, съезжаем! – самым веселым голосом уверяю я. – Конечно! Я просто сказала, что возможна небольшая отсрочка. Думаю, переедем недели через три. – И поспешно покидаю кухню, прежде чем она успевает засыпать меня вопросами.

Так. У меня три недели на то, чтобы разрулить ситуацию с домом. Или найти другое решение. Или купить юрту.

Боже, юрты такие дорогие. Только что посмотрела в Интернете. Тысячи долларов за лоскут брезента. Не станем мы покупать юрту. Что же делать?

Но мне пока не до жилищных проблем, я готовлюсь совершить мою первую бартерную сделку. Мамы с папой нет дома, у Люка деловой ужин, Минни сопит в кроватке, так что путь открыт. Я волнуюсь! Начинается новый этап моей жизни. Нулевое потребление, «зеленый», этический бартер в местном сообществе. Именно такой должна быть жизнь. Возможно, я никогда больше не пойду по магазинам. Люди станут называть меня девушкой-которая-не-делает-покупок.

Моя первая партнерша по бартеру по имени Клэр должна прийти в семь часов с шатром, я отдам ей две сумочки от Марка Джейкобса, и это, я думаю, хорошая сделка, тем более что я больше не пользуюсь ими. Я завернула их в яркую бумагу, положила в фирменные пакеты и даже щедро добавила брелок от Марка Джейкобса. Единственное неудобство, которое я предвижу, – наверное, трудно будет занести шатер в гараж, если он окажется слишком уж тяжелым. Но я уверена, что справлюсь.

Затем появится пожиратель огня, Дэрил, который обменивает свои услуги на клатч от Луэллы (это немного странно, но, может, он подарит его своей девушке). А потом жонглер, он получит сандалии от Джины. Затем – женщина, специалистка по канапе, взамен я вручу ей пальто от Миссони. (Мне будет жаль расставаться с ним, но куртка «Банана Репаблик», которую я выставила сначала, никого не прельстила.)

Больше всего я беспокоюсь по поводу пожирателя огня. Он сказал, что продемонстрирует свое искусство. Неужели он явится в усеянном блестками костюме? Раздается звонок в дверь, и я тороплюсь открыть. Должно быть, принесли шатер!

– Добрый вечер! – Распахиваю дверь, почти надеясь увидеть огромный, похожий на свадебный, шатер, установленный на лужайке перед домом и освещенный.

– Привет. – На крыльце худенькая девушка. Ей лет шестнадцать, у нее прямые распущенные волосы и бледное лицо, и, похоже, при ней нет никакого шатра, если только он не сложен в маленький сверток.

– Ты Клэр? – неуверенно спрашиваю я.

– Ага. – Она кивает, и меня обдает запахом мятной жвачки.

– Ты пришла обменять шатер на две сумочки от Марка Джейкобса?

Наступает длинная пауза, словно она переваривает услышанное.

– Можно посмотреть на них? – неуверенно просит она.

Все идет не так, как я ожидала.

– А можно мне посмотреть на шатер? – задаю я встречный вопрос. – Какой он величины? Там разместятся две сотни людей? Он полосатый?

Еще одна долгая пауза.

– Мой папа – владелец компании, изготавливающей шатры, – наконец произносит она. – Я могу заполучить один для вас, клянусь.

Она может заполучить его? Что за вшивый бартер?

– Предполагалось, что ты принесешь шатер! – негодую я.

– А… Ну… Я не могла… – угрюмо бормочет она. – Но я достану вам шатер. Когда он вам нужен? А это сумочки? – Ее жадный взгляд падает на пакеты у моих ног.

– Да, – неохотно подтверждаю я.

– Можно взглянуть?

– Думаю, можно.

Она разворачивает первую сумочку – серую, с двумя ручками, – и у нее перехватывает дыхание, а лицо так и сияет. Знаете, я эту девчонку понимаю. Она, очевидно, такая же любительница сумочек, как и я.

– Боже, она мне безумно нравится. Я должна иметь ее. – Она уже повесила сумочку на плечо и вертится туда-сюда. – А другая?

– Послушай, ты сможешь забрать их, только если принесешь мне шатер…

– Привет, Дэрил! – Клэр машет худому подростку, появившемуся на подъездной дорожке. На мальчишке черные джинсы, волосы перетянуты резинкой, а за плечами старый рюкзак.

Это он пожиратель огня?

– Ты его знаешь? – с легким недоверием интересуюсь я.

– Мы вместе учимся в колледже. – Клэр жует свою жвачку. – Там мы и увидели ваши объявления в Интернете.

– Привет! – Дэрил поднимает тошую руку в знак приветствия. – Я Дэрил.

– Пожиратель огня? – Я ожидала увидеть рокового мачо с опасной улыбкой. Но может, Дэрил вырос в цирке?

– Ага. – Взгляд его уходит в сторону.

– И ты хочешь взамен клатч от Луэллы?

– Я собираю вещи от Луэллы. Обожаю Луэллу.

– Дэрил – дизайнер сумочек, – встревает Клэр. – Он очень талантливый. Где вы их купили? – Она по-прежнему в трансе от Джейкобса.

– В «Барниз», в Нью-Йорке.

– В «Барниз»? – не верит она своим ушам. – Вы там были? Какой он?

– Вообще-то я там работала.

– Не может быть! – Дэрил взирает на меня с благоговением. – Я коплю на поездку в Нью-Йорк.

– Я тоже, – энергично кивает Клэр. – Перед Рождеством у меня было сто шестьдесят фунтов. Но потом начались распродажи. И я пошла в бутик Вивьен Вествуд. – Она морщится.

– А я в «Пол Смит», – вздыхает Дэрил. – И у меня осталось всего тридцать фунтов.

– А у меня минус восемьдесят, – мрачно говорит Клэр. – Я задолжала папе. Он, типа: «Зачем тебе еще один жакет?» – а я, типа: «Папа! Это Вивьен Вествуд!» А он только хмыкнул.

– Согласна с тобой. – Я не могу не сочувствовать ей. – Они просто не понимают. Что за жакет? Изумительного красного цвета и на подкладке?

– Да! – Ее лицо озаряется улыбкой. – И эти потрясные туфли… У меня где-то есть фотка… – Девушка хватается за телефон.

Она совсем как я! У меня есть фото всей моей любимой одежды.

– Можно подержать клатч? – просит Дэрил, пока я любуюсь туфлями Клэр.

– Разумеется! (Дэрил благоговейно принимает сумочку.) Так, может… приступим к делу? Продемонстрируешь свое мастерство? Это для вечеринки. Мне нужно действительно клевое представление.

После небольшой паузы Дэрил говорит:

– Да. Конечно. Продемонстрирую.

Он ставит рюкзак на землю, роется в нем, достает длинную деревянную палку и зажигает ее от «Зиппо».

Она не похожа на палки, которые имеются у пожирателей огня, а скорее смахивает на бамбук из сада.

– Давай же, Дэрил! – Клэр сосредоточенно наблюдает за ним. – Ты сделаешь это!

Дэрил откидывает голову, выставляя напоказ внушительный кадык, и поднимает палку. Дрожащей рукой он подносит пламя к лицу, оно оказывается в нескольких дюймах от его рта, но тут он вздрагивает и быстро опускает палку.

– Прошу прощения, – бормочет он. – Немножко горячо.

– Ты можешь это сделать! – снова подбадривает его Клэр. – Ну, давай! Подумай только, Луэлла!

– Хорошо. – Его глаза закрыты, похоже, он накручивает себя. – Я это сделаю. Я это сделаю.

Палка теперь наполовину в огне. Ни малейшего шанса, что этот парень настоящий пожиратель огня.

Дэрил вновь поднимает палку, но я останавливаю его:

– Подожди! Ты когда-нибудь занимался этим?

– Учился по «ю-тубу». – Лицо Дэрила блестит от пота. – Я сделаю это!

– Выдохни, Дэрил, – беспокоится Клэр. – Помни, надо выдохнуть.

Он подносит палку ближе ко рту, его руки дрожат. Огонь вздымается вверх, словно адское пламя. Он всех нас подожжет.

– Ну, – продолжает бормотать мальчишка. – Ну же, Дэрил!

– Прекрати! – в ужасе кричу я. – Ты обожжешься! Послушай, можешь забрать клатч, понял? Можешь забрать его! Только не сожги лицо!

– Правда? – Дэрил опять опускает палку, а затем неожиданно подскакивает, потому что пламя лижет ему руку. – Уй! Черт!

– Ты вовсе не пожиратель огня, верно? – печально говорю я.

– He-а. Просто хотел получить клатч. Я действительно могу взять его?

Не мне парня винить. Честно говоря, если бы я увидела объявление, в котором предлагалась дизайнерская сумочка в обмен на пожирание огня, то, возможно, тоже выдала бы себя за огнееда. Но я страшно разочарована. Что мне теперь делать с вечеринкой?

– Да, – вздыхаю я. – Бери.

На лице Клэр надежда, она все еще сжимает в руках серую сумочку от Марка Джейкобса. А я больше не пользуюсь этими сумочками. И что-то подсказывает мне: я не получу за них шатер.

– Клэр, ты тоже можешь забрать сумочки, если хочешь.

– Невероятно! – Она чуть не умирает на месте от счастья. – Вы не шутите? Хотите… я помою вам машину или еще что-то сделаю?

– Нет, спасибо! – Я невольно смеюсь.

Глаза Клэр лучатся.

– Это фантастика! Ой, посмотрите, Джули идет.

– Еще одна ваша подружка? – настораживаюсь я.

В руках у девушки-подростка со светлыми волосами, что идет по подъездной дорожке, три разноцветных мячика.

– Привет! – неуверенно улыбается она. – Я жонглер. За сандалии от Джины.

– Ты умеешь жонглировать? – прямо спрашиваю я.

– Ну… – Она с тревогой смотрит на Клэр, та, скорчив рожицу, мотает головой. – Э… я быстро учусь.

Дэрил, Клэр и Джули удаляются, а я опускаюсь на ступеньку и смотрю им вслед, обхватив колени. На душе тоска. Такой вот бартер. Не то чтобы мне жалко своих вещей. Я рада, что они попали в хорошие руки. И все трое искренне благодарны мне.

Но сделки вряд ли можно назвать успешными. Бартер – паршивая затея, не знаю, почему я пошла на поводу у Джесс. Я лишилась трех дизайнерских сумочек и сандалий, а взамен не приобрела ничего. Подготовка вечеринки застопорилась… и у нас нет дома…. а мы должны переехать… Закрываю лицо руками, а спустя несколько мгновений слышу тихий голос:

– Ребекка?

Женщина в приталенном жакете и широкой юбке держит в руках поднос с едой.

– Я Эрика, – говорит она. – Канапе в обмен на пальто от Миссони. Я решила принести вам образцы, чтобы вы могли сделать выбор.

С трудом поднимаюсь и какое-то время подозрительно смотрю на нее:

– Вы действительно умеете готовить?

Эрика смеется.

– Попробуйте, – она приподнимает поднос, – и сами скажете.

Беру канапе и откусываю. Креветки с чили на песочном тесте, и такая вкуснотища! И авокадо с моцареллой тоже.

Я приканчиваю все и начинаю чувствовать себя в миллион раз лучше. Эрика – настоящая! Она сделает столько канапе, сколько надо, и сама подаст их. И пальто от Миссони смотрится на ней замечательно, особенно когда я присовокупляю к нему ремень и сапоги от «Прада» (они врезаются мне в голени, я их не ношу) и на скорую руку сооружаю ей прическу.

И Эрика говорит, если я хочу, чтобы она обслужила вечеринку целиком, то она готова и на другие сделки!

Я свечусь от радости. Сработало! Вот она я, занимаюсь бартером в местном сообществе, вся из себя «зеленая» и заслуживающая уважения, пользуюсь естественными ресурсами, как повелось с начала времен. Никаких тебе денег, никаких кредитных карточек, никаких трат. Будет что рассказать Джесс!

Безумно довольная, я вхожу в дом и проверяю, как там Минни. Затем включаю ноутбук и из чистого интереса захожу на сайт Эрики. Ничего себе! Действительно производит впечатление. Вот она, такая приятная, такая деловая в своем фартуке. Здесь есть страничка с отзывами… меню для вечеринок… и…

Что?

В шоке смотрю на компьютер. И не верю своим глазам.

Пальто от Миссони, сапоги от «Прада» и ремень стоили по меньшей мере тысячу шестьсот фунтов, а здесь сказано, что я могу получить столько же канапе за тысячу двести.

Я переплатила четыреста фунтов. Ничего удивительного, что она так старалась.

Закрываю компьютер, кипя от возмущения. Я была права. Бартер – идиотское, никчемное занятие, неудивительно, что он вышел из моды. Чем, скажите, нехороши деньги?

ДОКТОР ДЖЕЙМС ЛИНФУТ

Харли-стрит, 36

Лондон W1

Ребекке Брендон

«Сосны»

Элтон-стрит, 43

Оксшотт

Суррей

17 февраля 2006 года

Уважаемая Ребекка,

Спасибо за Ваше письмо от 15 февраля.

Я действительно специалист по болезням в области кардиологии и заболеваниям легких, и мне было грустно читать про Ваши симптомы. Но я не думаю, что они были вызваны «отказом от шопинга».

Не согласен, что Вам необходимо «купить несколько вещиц ради поддержания здоровья», и не могу сделать Вам «предписание заняться шопингом».

Предлагаю Вам посетить местного терапевта, если симптомы не исчезнут.

Всего Вам доброго,

Джеймс Линфут

ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ДЕПАРТАМЕТ ПО ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЙ ПОЛИТИКЕ

5-й этаж

Уайтхолл-плейс, 180

Лондон SW1

Миссис Ребекке Брендон

«Сосны»

Элтон-роуд, 43

Оксшотт

Суррей

20 февраля 2006 года

Уважаемая Ребекка,

Благодарю Вас за письмо от 16 февраля.

Мне понятно, как Вы несчастливы из-за Вашего недавнего неуспешного бартера. И я, если у меня будет такая возможность, предупрежу министра финансов о том, что «бартер – не выход из положения». Пожалуйста, не беспокойтесь: он еще не приступил к «обмену всего нашего имущества на вещи из Франции».

Возможно, Вам станет утешением то обстоятельство, что неэффективность неликвидных финансовых инструментов всегда являлась источником разочарования для инвесторов. По случайному совпадению я в настоящее время пишу статью «История методов оценки неликвидных инвестиций с 1600 года по настоящее время» для «Британского журнала по монетарной экономике». С Вашего разрешения, я бы хотел использовать Ваше разочарование в бартере в качестве примера из жизни. Я, разумеется, упомяну Вас в сноске, если Вы того желаете.

Искренне Ваш

Эдвин Тредуэлл, директор аналитического отдела

ИЗДАТЕЛЬСТВО «АПАРИС»

А/я 45

Лондон Е16 4JK

Миссис Ребекке Брендон

«Сосны»

Элтон-роуд, 43

Оксшотт

Суррей

27 февраля 2006 года

Уважаемая Ребекка,

Спасибо за присланный диск «Вдохновляющие речи Бекки», который мы внимательно прослушали. Они, несомненно, очень яркие, и некоторые эпизоды весьма занимательны.

Вы утверждаете, что Ваше «глубокое и духовное послание изложено громко и ясно». К сожалению, после нескольких прослушиваний мы не смогли понять, что это за послание. На самом деле, похоже, у Вас их несколько – и все они противоречат друг другу.

Таким образом, мы решили не выпускать издание Ваших речей в двенадцати частях и не рекламировать его на телевидении, как предлагаете Вы.

Искренне Ваша

Селия Хирфорд, директор