Текст книги "Академия десяти миров (СИ)"

Автор книги: Снежана Альшанская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 18. Прошлое

– Не так! Невкусно! – год назад заявил Анх, сидевший на моем подоконнике в общежитии. – Вкусную энергию надо правильно распределять! Как будто картину рисуешь! Тогда и вкусно получится.

Анх говорил, а я пыталась магически увеличить свою блузку, которая была на меня мала уже года три. Располнела, блин! В корову не превратилась, конечно, но жирку прибавилось.

С помощью магии я подгоняла блузку под свои нынешние размеры, но то один рукав становился больше другого,  то слишком добавляла в талии, то в груди. Да ну его все! Три года про неё не вспоминала, а тут внезапно захотелось!

Со злости я схватила деформированную блузку и швырнула её в шкаф, сама же улеглась на кровать.

– Невкусно поступаешь! – прокомментировал Анх. – Межмировой маг до конца идти должен. Так правильно. Вкусно!

– А ты чем заслужил превращение в птицу? – спросила я, закрыв глаза.

– Ритуал провести пытался. Плохой ритуал! Невкусный!

– И для чего тебе понадобился невкусный ритуал?

– К жизни близкого человека вернуть хотел, – ответил Анх. – Очень хотел. Чтоб вкусно снова было.

– Благородная цель, – ответила я. – А это возможно? Антимагия позволяет воскрешать людей?

– Только физически, – с ноткой грусти ответил Анх. – Человек воскрешенный будет вкусным казаться первое время. Но это уже не он. На деле же невкусная антисущность в него проникнет и в нем развиваться будет. А потом, когда она созреет, начнет зло нести. Невкусное зло. Противное! Мерзкое!

– Кого же ты хотел воскресить?

– Свою девушку. Канирью. Она из-за несчастного случая погибла. Совсем погибла. Невкусно было Анху. Анх решил её вернуть. Но как вернулась она, сразу почувствовал, что не тот это человек. Будто вкусная оболочка, а внутри невкусное что-то. Противное. Анх знал, что накажут за это, но сильно любил её. Вкусной она была.

Грустная история. И вправду "невкусная". Прошла бы я на все, чтобы спасти близкого человека невзирая на последствия? Тогда я не знала.

Да, отказалась от родни ради того, чтобы антисущность их не настигла. Но тогда никто не умер, а мне в то же время мне было интересно. Охваченная чудесами, внезапным знанием о том, что магия есть, мне хотелось узнать что же будет дальше.

Я поднялась и посмотрела в окно, за которым моросил легкий дождик, а бегающие цветы радовались ему. Подпрыгивали, тянулись вверх, пытаясь ухватить побольше живительной влаги. Деревья леса, который окружал академию, понемногу начинали желтеть. Здесь этот процесс тут был побыстрее, чем у нас. За одну ночь почти полностью зеленый пейзаж за окном сменился красно-желтым. Лишь Король Леса все так же стоял в своем серебристом наряде и свысока смотрел на преображение его прислуги.

– Дэн идет. Вкусный Дэн. Хороший! – прощебетал Анх.

– Где? – я ведомая импульсом выглянула из окна, но там был лишь дождь да лужи.

– В коридоре он уже, – сообщила птица.

– Откуда ты знаешь, что это он? – поинтересовалась я, решив, что слух у птицы куда лучше моего. Но различать людей на звук по походке – это за пределами фантастики.

– Мысли читать умею. Вкусные мысли у Дэна – ответила птица. – Анх – птица -телепат. О чем – не скажу. Не могу. Извини. Но вкусные.

На слове "вкусные" в мою голову начала закрадываться пошлая мысль и тут же в дверь постучали.

Решив поиграть, я лениво спросила:

– Кто там?

– Я, – ответил главный маг восточной Европы. – Нас ждет небольшая прогулка.

– На Землю? – спросила его, подходя к двери и открывая её.

Дэн показался мне чем-то встревоженным, даже не улыбался. как обычно. Вместо этого он посмотрел на меня, вздохнул.

– Знаешь Александру Сомову?

– Знаю. Только не говори, что это она наложила проклятие.

Сашка Сомова меня точно не проклинала бы. Даже если допустить, что она маг.

Моя бывшая соседка была на пару лет старше, и именно она стала моей  лучшей подругой детства. Рассказывала мне о том, как следует вести себя с мальчиками, и как лучше одеваться. А когда её брат купил игровую приставку, мы безвылазно сидели у неё играя в видеоигры.

Потом её родители приобрели квартиру побольше и ближе к центру, с Сашей мы стали видеться куда реже, но все же иногда встречались. Регулярно приглашали друг друга праздновать дни рождения, иногда просто гуляли по Киеву. А затем у неё появился парень. Высокий, статный шатен, будто сошедший с экрана голливудского фильма. И подруга перестала мне звонить, а потом и вообще, кажется, позабыла о моем существовании.

– Я проверил магическую активность в Киеве за неделю до того,  как на тебя напала сущность, – объяснил Дэн. – Мир не магический, таковые редко случаются, но все же одна была. В доме, где живет Александра Сомова. Может, конечно, случайный всплеск, но лучше проверить.

– Мы отправимся в Киев?

Дэн кивнул.

– Наложу на тебя одно заклятие. Если она причастна к проклятию, то рядом с тобой начнет вести себя неестественно. Испугается или станет агрессивной. А может, наоборот, начнет подлизываться. Только мои коллеги стерли тебя с её памяти. Она тебя не знает. Так что не стоит с порога бросаться в объятья.

Возвращаться мне не сильно хотелось. За несколько дней я начала привыкать к смене места, к новому быту, к миру Кати с его парящими зданиями. А оказавшись дома...

Мне сразу же захочется увидеть маму и брата. Нахлынет тоска...

– А если захочу обратно? В прошлую жизнь? – я подняла взгляд на главного мага Европы, заглянула в его глаза.

– Ты же видела антисущность. Это необычайно сильное колдовство. Она может преследовать тебя сквозь миры, проникать повсюду, – ответил Дэн. – Платье померила? Иллюзия, конечно, хорошо, но лучше мерить вживую.

Он это спросил явно для того, чтобы сбить меня с грустных мыслей.

– Да, – закивала я. – Самая красивая вещь из всех, что я когда-либо видела.

Вчера я и действительно надела новый наряд, а потом часа три вертелась перед зеркалом, любуясь собой. Жаль, что создать прическу с помощью волшебства не очень получалось, и я надеялась, что парикмахеры в этом мире существуют.

– Ты еще всех чудес своего мира не видела. В Киеве живут несколько мимиков, – подмигнул Дэн. – Увидишь – удивишься.

– Мимиков?

– От слова мимикрия. Это существа из Эрхинопса. Имеют магическую природу, вырабатывают энергию, способны перемещаться между мирами,  но внешняя магия для них опасна, а потому они переселяются в немагические миры, мимикрируя  под что-то. Ты пробыла тут несколько дней, потому на тебя их иллюзии не подействуют. Они работают только на местных жителей.

– Неужели в центре Киева над Майданом Независимости летает невидимый дракон? – предположила я.

– Кое-что покруче. Увидишь. Только оденься теплее. Я подожду за дверью, – улыбка Дэна на этот раз показалась мне вымученной. Что-то он недоговаривал. Вопрос – что?

Зимней куртки среди вещей, что принес мне главный маг восточной Европы, не оказалось, потому я натянула ту же осеннюю ветровку, в которой впервые сюда попала. Только в этот раз поверх теплого свитера, который я всегда считала "бабским".

Завязала волосы так, чтоб они прикрывали уши (головных уборов никогда не любила), обула сапоги и вышла в коридор. Благо, далеко тащиться в этом всем по ранней осени Кати не пришлось. Мы спустились вниз и Дэн услужливо попросил миссис Ренуа открыть проход прямо из холла, на что та ответила кивком.

Она отворила одну из дверей, которая должна была вести на верхние этажи, и моему взгляду предстал Майдан Независимости.

В нос сразу же проник морозный воздух, добрался до легких, принялся холодить меня изнутри. Пространство наполнилось шумом двигателей машин, громкими голосами, чьими-то шагами.

– Пошли, – сказал Дэн, взяв меня под руку и шагнув в проход.

Небо родного города было чистым, без единой тучки. Как там Пушкин писал? "Мороз и солнце, день чудесный". Под ногами тихо потрескивал снег. Мороз с усердием принялся массировать мои щеки и уши. Надо было все-таки взять шапку.

Но несмотря на это, город показался мне тусклым по сравнению с Кати. Даже на лицах проходивших мимо людей читалась усталость, а местами даже грусть. Мимо пробежала женщина с ребенком. Неподалеку трое мужчин громко матерились. Интересно, мат существует только в земных языках?

Не сразу я заметила то, чего здесь быть не могло. Сознание поначалу будто отказывалось воспринимать огромный щупальцеподобный отросток, который высился там, где на моей памяти находился монумент Независимости.

Желто-коричневая штуковина, которая могла бы быть конечностью огромного осьминога, ходила из стороны в сторону, тряслась и вздрагивала. По всей её длине виднелись поры, из которых непрерывно выходил пар. Люди шли из стороны в сторону по своим делам, словно не замечая существа, которому тут явно было не место

– Что это? – спросила я, покосившись на Дэна. Он тоже слегка изменился. Точнее  его пиджак превратился в коричневую куртку с меховым воротником.

– Один из растительных мимиков.

– Это растение? – удивилась я, потому что то, что высилось впереди, больше походило на животное.

– Ага, – ответил главный маг Европы. – Живет тут с 2001 года, маскируясь под монумент Независимости Украины. Я сам видел как он дозревал.

– Оно не опасно?

– Нет. Разве что иногда может поймать птицу, – усмехнулся Дэн. – Если хочешь можешь прикоснуться к нему.

Прикасаться не хотелось. Уж очень отвратительно выглядело щупальце. Словно было измазано какой-то слизью. Да и касалась я его, даже не раз. Как и множество киевлян. Не представляя что скрывается за памятником на самом деле.

– Пошли, – сказал Дэн, легонько дернув меня за рукав, заставляя отвлечься от мимика. Я взяла его под руку. Интересно, со стороны мы выглядели красивой парой?

От прикосновения сразу же стало теплее.

Если это растение, то страшно представить как выглядит животное-пришелец. Как огромный паук, разгуливающий по киевским дорогам, но маскирующийся под обычный автомобиль?

А что, вполне возможно. Эта тентакля была по меньшей мере раза в два выше стелы Независимости и умудрялась скрывать свои истинные размеры.

Мы прошли через площадь, миновав группу детей, которых явно привезли сюда на экскурсию откуда-то из провинции. Направились в сторону никогда не знавшего пустоты Крещатика.

Я все время оглядывалась по сторонам в надежде увидеть то, что пряталось от моего взора раньше, но наблюдала обычные картины. Сигналящие автомобили, кутающихся в пуховики людей, яркую рекламу, призывающую купить новый смартфон или опробовать очередную марку кофе.

Появилось стойкое ощущение, что кто-то наблюдает за мной. Некто незримый словно бы прятался повсюду – в проезжающих мимо машинах, среди толп людей, в окнах домов.

Антисущность или что-то другое – я тогда не знала.

Глава 19. Будущее

Мне ужасно хотелось спать. Настолько, что готова была в любой момент свалиться с ног. Сходить в кабинет алхимии попросить зелье бодрости, что ли?

– О, привет, – окликнула меня внезапно появившаяся из-за угла Беатрис. – Ты чего не ночевала дома? У тебя было свидание? С ке-е-ем? – протянула она.

И почему мне так не везет на подруг? Что у Даны, что у Беатрис в голове одни сплошные свидания, парни да шмотки. Хоть и та, и другая – не дуры.

– Твое-то как? – решив уйти от ответа, спросила я.

– Ранзар сказал, что я ему должна целовать ноги! представь себе, ноги! – Беатрис состроила злобную физиономию. Знала бы она, что в то же время он был в другом месте! А может, и в третьем, с другой девушкой!

Но рассказать о его способности Беатрис я, конечно, не стала.

– Пойдешь еще с ним на свидание? – спросила вместо этого.

– Нет, конечно! – воскликнула та. – Кто его знает какие еще ритуалы есть у этих карсекорцев! Больше никаких бледнокожих!

– Историю миров надо было учить! – серьезным тоном, проговорила я.

– Ты знала про этот обычай? Почему не сказала?

– А ты бы поверила? Решила бы, что он мне тоже нравится, и я убираю конкурентку.

– Здравствуй, – сонная Дана умудрилась подкрасться сзади и взъерошить мои волосы. Она тоже выглядела как сонная муха, хоть и пыталась казаться не такой. Над ритуалом привлечения Марка всю ночь просидела, что ли? Сегодня она оделась в короткое черное платье с декольте, в котором одно неверное движение – и или грудь вывалится, или филейная часть покажется.

Она отвела меня в сторону, лишая возможности договорить с Беатрис, но та лишь помахала рукой на прощание и удалилась. Сейчас точно спросит что я делаю рядом с Марком.

Но она этого не сделала. Вместо этого продемонстрировала швейную иголку.

– Вот! Осталось лишь уколоть ей Марка и...

Лицо Даны сияло от счастья, будто она только что выиграла миллион. Только бы не сделала это когда Марк будет воровать ключ у Огруса. Он собьется, выронит ключ, а отследить телекинетическое действие не так и сложно.

Я не смогла мгновенно найти слова, которые не дали бы подруге это сделать. А в то же время рядом появился фантом Бойрака.

– Здравствуйте! Поздравляю вас с новым учебным днем, – заговорил основатель академии, в тот же миг я заметила, как Марк мне подмигнул.

Сказать ему о намереньях Даны, что ли? Тогда она до конца учебы на меня разозлиться. Черт!

Четкий голос Бойрака сказал об аудитории, в которой пройдет лекция по иллюзии. Пожелал лично мне, Кристине Хольской, всяческих успехов. Каждый слышит в его словах обращение к себе.

Нужная аудитория находилась на этом же этаже, и Дана со скоростью профессионального бегуна устремилась туда, мгновенно нашла место за Марком и уселась там. Я примостилась рядом. Может, получится помешать. Наташа-призрак вообще не явилась. Решила ждать за дверью?

Клаус Огрус тоже был здесь. В этом он казался полной противоположностью мистера Плинека – если тот всегда опаздывал, то этот входил в кабинет минут на пять раньше.

Преподаватель иллюзии был эрлисидцем, но об этом говорил лишь его загар. В остальном же – небольшое пузо вместо мышц, длинная черная борода вместо гладкого лица, связанные в хвост длинные волосы вместо модных в его мире из-за жары коротких стрижек. Чем-то он напоминал Хагрида из "Гарри Поттера", а чем-то Фиделя Кастро. Одет он был в свою фирменную черную рубашку с воротником-стойкой и такой же черный пиджак, из-за чего некоторые земляне за глаза называли его священником.

Он осмотрел аудиторию прищуренным взглядом из-под густых бровей.

– Все здесь?

Дана кивнула и тут же хихикнула мне, снова демонстрируя свою иголку.

– Может, в другой раз? – спросила я, но тут же Огрус меня оборвал.

– Тишина. Начинаем, – сказал он. – Что Кузму нужно было сделать для того, чтоб я не заметил его отсутствия на занятии? Кто ответит?

– Создать иллюзию себя и послать его на лекцию? – тихо ответила я.

– Тогда я бы заметил, – Огрус посмотрел на меня стальным взглядом – Плюса за старания это достойно, только до экзамена забуду. А вот сделай он невидимым журнал, мне бы потребовалось время на то, чтоб провести деиллюзию. А до конца лекции я бы и забыл про то, что не отметил. А потому поговорим о заклинаниях невидимости и малозаметности.

Преподаватель встал, взглянул на аудиторию, я же заметила большой ключ, висящий на его поясе. Ключ там висел всегда. Тогда как остальные преподаватели пользовались кодовыми словами или опознанием лица, Огрус говорил, что доверяет только ключам. Может, ему и в самом деле было что прятать?

В тот же момент ключ слегка дернулся. Макс проверял сможет ли он незаметно его снять. Потом он посмотрел на меня и легонько кивнул, что, конечно же, не осталось незамеченным Даной.

Подруга окатила меня злобным взглядом, повертела иголку,  погрозила пальцем. А Огрус тем временем продолжал.

– Иллюзию невидимости вам обычно предстоит применять в немагических мирах, что сложнее, ведь энергии там почти нет. А потому приходится рассчитывать только на свою внутреннюю батарейку. Невидимость, несмотря на кажущийся большой эффект изменения восприятия, чем у мимикрии, меньше расходует внутренний потенциал. А потому если вам понадобится совершить что-то в немагическом мире не привлекая к себе внимания местных – лучше воспользоваться ей. Любое заклинание невидимости строится в наложении иллюзий таким образом, чтобы они соответствующим образом заломляли свет, делая вас невосприимчивым для глаз человека-наблюдателя. Конечно, калисидец или демон увидит вас. Рассчитает ваше нахождение по движению воздуха или посмотрит в недоступном человеку спектре, но от взоров людей вы будете надежно защищены. Количества вашей внутренней энергии хватит на четыре-пять часов поддержания невидимости.

Я слушала преподавателя, пытаясь одновременно следить и за Даной, и за Максом. Но не заметила, как подруга уколола одногруппника своей иголкой и началось что-то невероятное.

Внезапно сорвавшийся посреди аудитории ветер взъерошил мои волосы и открыл дверь. На голову посыпался мелкий моросящий дождь, переходящий в ливень. Повеяло холодом, а спустя секунду Клаус Огрус потерял равновесие и упал. Я приподнялась, посмотрела – под преподавателем красовалась большая заледеневшая лужа.

Сверкнула молния, послышался раскат грома. Становилось то холодно, то жарко. А моя подруга недоуменным взглядом пялилась в меня.

– Кажется, я что-то напутала с заклинанием, – медленно, по слогах прошептала она.

– Кто? – крикнул Огрус, пытаясь встать, но тут же снова оказался на полу. Послышавшийся из-за спины хохот потонул в раскате грома. Дождь перерос в ливень, но тут же мои глаза наткнулись на ключ преподавателя.

Он лежал прямо перед открытой дверью. Марк мгновенно понял что делать. Несильно толкнул его телекинезом и тот улетел в коридор, где мелькнула Наташа, подняла добычу, показала мне жестом выходить и исчезла.

– Как это произошло? – кричала Дана, набрасывая на голову капюшон толстовки и направляясь к выходу.

Я пошла за ней и во внезапно возникшем тумане столкнулась лбами с Марго.

– Эль фатин-риккар-ду-бенг! Развейся!  – кричал преподаватель магическую формулу. Огрус все-таки умудрился встать, опереться на подоконник и изо всех сил пытался справиться с заклинанием.

– Зовите мисс Альши, – крикнул он.

Чего же такого нахимичила Дана, что даже опытный преподаватель не может развеять колдовство? Или библиотекарь склеил воедино погодные формулы и инструкции по соблазнению от Пеораны Сикви?

Прикрываясь сумкой от ливня, я все-таки умудрилась выйти из аудитории. По коже пробежал тянущийся из кабинета холодок. Пара преподавателей пронеслись мимо спеша на помощь своему коллеге. А Наташа снова вышла из невидимости и поманила меня рукой.

Наверное, то, что произошло – к лучшему. Огрус сам потерял свой ключ, Марк только помог ему добраться до Наташи.

В коридоре царила настоящая суматоха. из двери напротив выбегали мокрые студенты, пол коридора покрылся инеем, где-то блеснула молния. Дана-Дана! Теперь тебе точно несдобровать! На всю академию погодное заклятие наложила.

Хотелось найти её, но я пошла за Наташей. Лучшего момента для того, чтобы попасть в кабинет Огруса не будет.

– Телепорты временно не работают! – прогремел над головой голос из магического громкоговорителя. – Просим сохранять спокойствие.

Лестница была покрыта инеем и немного скользкая. Стараясь не упасть, я проследовала за демонессой.

– Калисидец отошел, – на ходу оповестила она. – По сердцебиению слышу. Пройдем без проблем.

Наверху был красивый холл, украшенный картинами и карликовыми пальмами, росшими прямо из пола и потолка.  Сюда заклинание Даны в полной мере не дошло – на полу виднелось лишь несколько луж. Пень-столик, за которым обычно сидел калисидец, пустовал. Россыпь росших со стены белых и фиолетовых цветов, формировавших эмблему академии, радовала глаз. Но я не любила это место. Бывать тут приходилось лишь когда вызывали в деканат.

Кабинет Огруса находился справа и скрывался за высокой, как и все здесь, двустворчатой деревянной дверью. Наташа вставила ключ, замок щелкнул и взгляду предстало рабочее место преподавателя иллюзии.

Понятно, почему он так беспокоился о безопасности. На стене раскинула крылья исполинская летучая мышь. Подвешенное на невидимых нитях чучело взирало на нас ярко-красными глазами. Казалось, что оно вот-вот оживет и полетит.

А ведь кланги (так назывался этот вид) охранялся межмировым законом об исчезающих видах. За содержание такого чучела Огруса могли лишить работы и впаять немаленький штраф.

Окна кабинета были плотно зашторены. Здесь не было ни столов, ни стульев. Только несколько тумбочек с какими-то пробирками, книжный шкаф, набитый толстыми томами, ковер на потолке. Действие заклинания измененной гравитации я почувствовала сразу как вошла сюда. Словно желудок поднялся кверху. Иллюзионист однозначно любил побродить по потолку.

А вот и еще одно почти вымершее животное. На противоположной стене висела эрхинопсианская летучая змея. Она высунула оба своих языка, на которых находилось по глазу, так и застыла в позе поиска добычи.

– Осторожно, – предупредила Наташа. – Огрусу не надо знать что кто-то рылся в его кабинете.

Попробуй тут осторожно! Я пробежалась взглядом по корешкам книг. "Король Адерус Восьмой", "История Эрлисида", "Создание трехмерных иллюзий при неравномерном освещении", "Роль иллюзии в современном театральном искусстве", "Средства от геморроя". Последняя как-то не вписывалась в ряд научных работ и монографий. Может, она открывает тайный проход, как в кино? Потянула – где там. Обычная книжка.

На верхнем этаже шкафа хранились алхимические реактивы, половины которых я не знала. Венерическая соль? Серьезно?

– Тут иллюзия, – кивнула Наташа в сторону свернувшейся на стене змеи. Она прикоснулась к глазу на её языке, взмахнула рукой, что-то пробормотала и пространство перед ней исказилось и пошло мелкими волнами. Спустя секунду там, где находилось чучело, проявился небольшой деревянный шкафчик, похожий на те, что остались у нас со времен СССР.

Еще несколько манипуляций демонессы – и дверцы разошлись. Изнутри повеяло ароматом сирени. И как Наташа его обнаружила? Я при своей девятке у Огруса даже не ощутила, что там что-то спрятано.

Внутри шкафчика обнаружилась пара папок, разглядывать которые не было времени, а потому я просто скопировала их вместе со всем содержимым простым заклинанием. Долго копия не продержится, но до конца дня просмотреть можно будет. Буду смеяться если там окажутся эротические рассказы или что-то в этом роде.

Закончив, я положила оригиналы на место, но одна из папок выскользнула, упала на пол и раскрылась. Бумаги рассыпались по полу. Карта с отмеченными точками местами, десяток исписанных от руки листов, запечатанное письмо, и фото.

– Черт его дери! – вырвалось у меня, когда взгляд всмотрелся в изображение. – Не может быть.

Подняв фото я присмотрелась, даже моргнула, решив, что показалось. Но наваждение не отступало. С фотографии на меня смотрела я сама.