Текст книги "Вернуть ее чувства (ЛП)"

Автор книги: Скай Корган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

восхищаться великолепным домом Селии.

Они встали и пошли через кухню. Затем Селия отвела ее наверх и показал две спальни, одна из

которых, они надеются, скоро будет детской. После этого они вернулись вниз и прошли через

спальню прежде, чем закончить тур в гостиной, где Дэвид все еще смотрел телевизор.

– С тобой все в порядке? – спросил он сочувственно.

– Она будет в порядке, – Селия сжала руку Анне, – она просто немного ошеломлена, узнав, что Райан

Блэк в действительности Бреннан Демарс.

– Ни хрена себе? – Дэвид повернулся, чтобы посмотреть на них, глаза его были широко раскрыты.

– Ага. Это объясняет, почему он не вернулся, когда обещал, что вернется.

– Ох, блин. Я ненавижу быть вестником плохих новостей, но это не та причина, почему он не

вернулся.

Анне понадобилось все ее самообладание, чтобы не сказать ему замолчать. Она знала причину – это

было напечатано на обложке журнала. Бреннан Демарс женится на какой-то супермодели. Она не

102

должна была слышать это снова; это было просто слишком болезненно. Но Селия спросила, – О чем

ты говоришь?

Глаза Дэвида медленно двигались от Селии к Анне, как будто он боялся сказать что-то. Анна

посмотрела на него с предупреждением, надеясь, что он сменит тему. Но то, что он затем сказал, лишило Анну дыхания.

– Бреннан Демарс в коме. Он вчера попал в авиакатастрофу. Много людей погибло, но они считают, что он выживет.

103

Глава 20

Идея полететь испугала Анну после того, что произошло с Бреннаном, но это не имело значения.

Она на следующий день первым же рейсов отправилась в Нью-Йорк, направляясь к

неопределенности.

Приняла щедрый подарок от Селии и Дэвида, и очень неохотно дар мамы, который так нужен ей

сейчас, но они все понимали, это был не отпуск. Это способ быть ближе к нему.

Разыскать больницу было легче сказать, чем сделать. Понадобились часы телефонных звонков и

исследований. Фактически, только когда Анне пришла идея позвонить Элиасу, она продвинулась

вперед. Разговор проигрывался в голове снова и снова во время полета.

– Элиас, привет. Это Анна Уайт, вы работали над моим делом о клевете против Рика Фаскена. Я

надеюсь, вы не возражаете, что я позвонила настолько поздно, но это чрезвычайная ситуация, – она

виновато сморщила лицо. Слава Богу, он дал ей свой номер сотового телефона, в противном случае

ей пришлось бы долго ждать, чтобы получить информацию о Бреннане.

– Что за срочность? Все идет гладко с вашим делом.

– Бреннан Демарс попал в авиакатастрофу. Я должна знать адрес больницы, куда послать цветы, -

Анна попыталась сказать это нейтрально.

Элиас колебался. – С чего вы взяли, что я владею такой информацией.

– Райан сказал мне, кто он на самом деле, – соврала она.

Он вздохнул, и на мгновение, Анна заволновалась, что возможно поняла все это превратно. Но затем

Элиас сказал, – Я хочу, чтобы он предупредил меня, когда решит прекратить играть в эти маленькие

игры.

–Пожалуйста, Элиас. Он так мне помог. Я хотела бы послать мои соболезнования. Это меньшее, что я

могу сделать.

– Он в больнице Маунт Синай в Нью-Йорке, но не ожидайте, что удастся увидеть его.

– Я не буду. Спасибо. Я ценю это.

– Берегите себя, Анна.

Это было подтверждением. Райан Блэк был Бреннанан Демарс. Он лгал Анне о своем имени, а были

ли ложью его чувства? Она должна, по крайней мере, попытаться пройти к нему. Если он

действительно любил ее, с ее стороны будет большим предательством не быть с ним в оставшиеся

дни?

Но теперь стало сложнее увидеть его. После регистрации в отеле, Анна даже не потрудилась

позвонить в больницу. Она была уверена, у них была политика не разглашать информацию о

знаменитостях, которые проходят лечение. Ей придется приложить немало усилий, чтобы увидеть

Бреннана.

104

Как только она добралась до больницы, пошла прямо в реанимацию. Она почитала все новости, которые смогла найти об аварии, и до сих пор, не было информации об изменении в его состоянии, поэтому он все еще должен быть в реанимации. Если он не там, то она обыщет всю больницу, пока

не найдет его.

Как и ожидалось, все в больнице молчали. Она не могла даже получить подтверждение, что Бреннан

Демарс был в Маунт Синай. Но у Анны все еще была ее козырная карта. Она позвонила Элиасу, снова, и он подтвердил, что Бреннан в реанимации. Тогда она умоляла его приехать и проводить ее к

нему, Элиас был непоколебим.

– Вы его не увидите, Анна, простите.

– Вы не понимаете. Единственная причина, по которой он попал в авиакатастрофу, было то, что он

возвращался в Техас, чтобы увидеть меня. Если я не увижу его, я никогда себе этого не прощу.

– Я не могу вам помочь. Семья страдает сейчас, и они пытаются провести как можно больше времени

с Бреннаном. Они не позволяют приходить посетителям.

– Пожалуйста, Элиас, я вас умоляю.

– Я сожалею, Анна, но ответ нет.

Анна нажала кнопку сброса вызова с такой силой, что чуть не сломала экран. Если бы она не

выглядела как сумасшедшая, то бросила бы телефон. Зачем же я проделала весь этот путь, если даже

не могу увидеть его? Побег в Нью-Йорк не самая лучшая идея. Она подпитывалась болью и

эмоциями и семья поддержала ее. У них было достаточно денег, чтобы она продержалась в течение

недели. Позже, ей придется вернуться домой, и может быть, никогда больше не увидеть Бреннана.

Разочарованная, она сидела на скамейке в больнице и плакала в течение нескольких минут, прежде

чем взяла себя в руки, и подготовила энергичную речь. Не было ничего иного, что она могла сделать, кроме как раздражать медсестер до тех пор, пока они либо не впустят ее либо не выгонят из

больницы.

Побежденная, она покинула больницу, чтобы поесть, а затем вернуться в свой гостиничный номер на

ночь, решив начать заново на следующий день. Было нелегко звонить Молли и Селии и рассказывать

им о своей неудаче, но Анна заверила их, что сделает все, что в ее силах, чтобы убедиться, что их

деньги не пропали даром. Удивительно, они обе были отзывчивы, особенно мама, которая сказала, что если бы Бреннан действительно скончался, он улыбался бы с небес, зная, как сильно она его

любит и как далеко она пошла, чтобы увидеть его в последний раз. Трепетное чувство довело Анну

до слез, и она провела остаток ночи плача, и задаваясь вопросом, что она собирается делать.

На следующий день, она проснулась пораньше, и направилась обратно в больницу. Удача и сегодня

не улыбнулась ей, хотя, вместо того, чтобы просить увидеть Бреннана, она спросила об изменении

его состояния, даже этого сотрудники больницы ей не сказали.

105

Если Анна и чувствовала больше отчаяния за всю жизнь, то не могла вспомнить этого времени. Она

ничего не добилась. Варианты кончились, и она сидела в приемной держась руками за голову. Кого

она разыгрывала? Они никогда не позволять ей увидеть Бреннана. Она должна просто пойти домой.

Это пустая трата времени.

Анна решила обратиться к медсестрам в последний раз, прежде чем возвратится в отель, и поменять

билет на рейс, чтобы отправиться домой пораньше. По крайней мере, если она отменит бронь до

конца недели, то сэкономит на оплате номера в гостинице, в котором она будет только плакать. Анна

может сделать это дома, бесплатно.

Она взяла себя в руки и поплелась к стойке, чтобы постучать в окно. Анна была совершенно уверена, что персонал вздохнет с облегчением, когда она уйдет.

Как и ожидалось, медсестра была не рада видеть ее. – Я уже говорила вам, Бреннана Демарса здесь

нет. Она проговорила последние слова, как будто у Анны проблемы со слухом.

– Я знаю. Вы продолжаете говорить мне это, – устало ответила Анна. – А я говорю вам, что знаю, что

он здесь. Но это не имеет значения. Не могли бы вы просто передать ему, когда он очнется,– потому

что Анна должна верить, что он придет в себя, – Анна Уайт приходила, чтобы навестить его? Он

знает кто я.

– Анна Уайт? – Мужской голос раздался позади нее, испугав. Она повернулась, чтобы увидеть

незнакомого человека, стоящего в дорогом сшитом костюме. – Вы говорите, ваше имя Анна Уайт?

– Да, – Она посмотрела на него растерянно.

– И вы здесь, чтобы увидеть Бреннана Демарса?

– Я, – Анна была не уверена, как много информации может предоставить. Она не знала, был ли этот

человек папарацци, и, безусловно, не хотела бы причинять неудобства сотрудникам больницы, или

семье Бреннана, позволяя лишним людям знать, что он был в Маунт Синай.

Лицо мужчины растянулось в неожиданной улыбке, и он протянул руку. – Меня зовут Мэтт Демарс.

Я брат Бреннана. Он рассказал мне о вас.

Облегчение затопило грудь Анна, и надежда пропитала душу. Не похоже, что этот человек связан с

Бреннаном, но ее это не волнует. Он может ее провести. Это было все, что имело значение.

– Вы – брат Бреннана? Она повторила, немного скептически. Бреннан был высокий и худощавый, Мэтт же был низким и коренастым. У него было длинное угловатое лицо, большие голубые глаза, и

кривой нос, когда-то сломанный. Его короткие каштановые волосы были тонки и зачесаны. Два

мужчины выглядели настолько непохожими, сколько бы не старались. – Он рассказал Вам обо мне?

– Вы – женщина, которую он собирался увидеть в Техасе, правильно?– теперь он выглядел не

уверенным.

– Да. Бреннан жил со мной и мамой на нашем ранчо.

106

– Мне грустно, что мы встретились при таких трагических обстоятельствах, но я уверен, что Бреннан

будет в восторге, что вы пришли навестить его, – дружелюбное выражение лица Мэтта угасло. -

Только семья допускается, чтобы увидеть его прямо сейчас.

– Это нормально. Я просто счастлива, разговаривать с кем-то, кто может дать мне хоть какую-то

информацию, – это было не совсем правдой. Анна хотела увидеть его, но наличие связи с его семьей

было лучше, чем ничего.

– Ну, им удалось стабилизировать его состояние, они считают, что он не очнется в ближайшее время.

Травма головы была слишком сильной. Все-таки мы надеемся на лучшее, должно пройти некоторое

время. – Он посмотрел в пол, и Анна смогла почувствовать тяжесть его слов. Некоторое время. Это

сколько? – Они готовятся, перевести Бреннана для дальнейшего лечения в палату, так что вы

выбрали подходящее время. Не будет ограничений посещения. Я могу поставить ваше имя в список

посетителей.

– Я бы этого очень хотела, – ведь она была здесь, чтобы попробовать увидеть Бреннана, и теперь все

складывалось.

107

Глава 21

Встреча с родителями Бреннана казалась каким-то нереальным и немного подавляющим событием, особенно учитывая обстоятельства. Его мама и отец встретили ее по-доброму, когда Мэтт

представил ее как женщину, у которой Бреннан находился в Техасе. Это была ложь. Она была

намного больше? Мэтт бы не занес ее в список посетителей, если бы она не была дорога Бреннану.

Но все, что имело значение – это увидеть Бреннана.

Когда Анна впервые увидела его, она ослепла от слез. Там был ее Райан, лежа в больничной койке, весь в бинтах, подключенный к разным аппаратам, которые хором пищали.

Мэтт подошел к ней, глядя серьезно.

– Вероятно, не таким, ты хотела его увидеть.

Анна не поняла, что ее рука прикрывает рот. Бреннан выглядел хуже, чем она могла себе

представить, с повязкой вокруг головы, темными синяками под глазами, и гипсом на ногах.

Она пыталась говорить, но вышел лишь небольшой сдавленный звук. К удивлению Анны, Мэтт

обнял ее, и она дала волю своему отчаянию, рыдая в пиджак.

– Идем, – он повел ее из палаты в коридор.

– Я сожалею,– она застонала, как только восстановила мужество. – Гормоны от беременности. Все. Я

просто -

– Не ожидала, что это будет так плохо?

Они остановились в середине зала, и он повернулся к ней, держа на расстоянии вытянутой руки, как

будто был готов поймать ее, если она упадет.

– Я просто... Прости, – она вытерла глаза тыльной стороной руки.

– Не расстраивайся, у нашей мамы была аналогичная реакция в первый раз, когда она увидела его.

Трудно держать себя в руках. Ты не знаешь, чего ожидать, когда войдешь.

Она слышала авария была сильной. Девять человек погибли и сто восемьдесят получили ранения, в

том числе Бреннан. Т.к. он был в реанимации, она знала, что его травмы серьезные, но увидев его, ее

ударила реальность, что он может не выжить. Аппараты были единственные, что поддерживало его

дыхание. Просто мысли об этом заставляли ее глаза слезиться.

– Я не была готова к этому , – призналась она.

– Я хотел бы сказать, что это не так плохо, как кажется, – Мэтт засунул руки в карманы. – Он Боец.

Они не думали, что он будет жить так долго. Он прошел через все операции вопреки всему. Теперь

мы просто должны подождать и посмотреть, если он очнется.

– А если он не очнется? Как долго ты собираешься ждать?– Анна боялась ответа и то, как Мэтт

посмотрел на нее, она могла сказать, что есть для этого причина.

– Давай не думать об этом. Он стабилен, – Мэтт повернулся, ведя ее к выходу из больницы.

108

– Я чувствую, что это моя вина. Если бы я не умоляла его вернуться, он мог и не попасть на этот

самолет.

– Не кори себя. Это не твоя вина. Никто не мог предсказать, что так случится, – они прошли через

автоматические двери и остановились у края тротуара. – Послушай, ты должна уйти сейчас. Что-

нибудь поесть. Приходи завтра, когда возьмешь себя в руки. Как долго ты будешь в городе?

–Неделю.

–Где ты остановилась?

Анна покопалась в сумочке и протянула Мэтту визитную карточку из отеля, где остановилась. -

Номер 101.

– Я позвоню тебе, если его состояние изменится.

– Я была бы тебе очень признательна,– Анна обернулась и посмотрела в сторону больницы, на белую

плитку и стены, которые заставляли это место выглядеть через чур, стерильно. Знание того, что

Бреннан был внутри, погруженный в кому, из которой он может никогда не выйти, убивало ее. -

Спасибо за все, Мэтт. Я надеюсь, ты не возражаешь, что я нахожусь здесь. Я бы хотела провести

столько времени с Бреннаном, сколько смогу, прежде чем возвращусь в Техас.

Мэтт одобрительно кивнул.

– И если Бреннан действительно очнется, можешь ли ты сказать ему, что я здесь и не о чем

беспокоиться?

– Конечно, – Мэтт положил руку ей на плечо и сжал, прежде чем отправиться обратно.

Анна проклинала себя за то, что расклеилась. Если бы она держала себя в руках, может быть Мэтт не

отправил бы ее. Он ждал, пока родители не сделают перерыв, чтобы пойти поесть, прежде чем

привел Анну к Бреннану, возможно ожидая ее реакцию. Вероятно, это единственный раз, когда она

получила шанс быть с ним наедине, так как огласили остальной части их семьи, что Бреннан на

долгосрочном лечении, и к нему пускают посетителей. В ближайшие дни, их тети, дяди и кузены

появятся, чтобы помолиться за Бреннана и высказать свои соболезнования.

И что делать Анне? Просто находится рядом. Она была не уверена, чем была больше расстроена: фактом, что ее парень лежал полумертвый в больнице или фактом, что она не могла находиться

рядом с ним, не чувствуя себя обузой. Конечно, его семья должна была быть с ним, и это осознание

делало ей еще больнее. Она даже не принадлежала ему? Они знакомы в течение двух недель.

Она пребывала в дурном настроении, когда пошла в местный гастроном, чтобы заказать сэндвич, тот

самый, в который она часто ходила, когда работала в Нью-Йорке. Анна была так погружена в свои

мысли, что даже не заметила знакомую фигуру, идущую в очереди за ней.

– Посмотрите, кто у нас здесь

Голос Рика Фаскена заставил холодок скатиться по позвоночнику Анны, и ребенок толкнулся в ее

животе.

109

– Рик.

Он выглядел как хищник, который только что поймал зайца в чистом поле.

– Я думал, что ты, возможно, придумала беременность, но похоже, что все-таки беременна, – его

глаза упали на живот и усмешка заиграла на губах. Руки Анны накрыли живот. – Это был смелый

поступок, чтобы подать иск о клевете против меня. Я, честно говоря, не думал, что в тебе это есть, или деньги, чтобы нанять такого хорошего адвоката.

– Есть много вещей, которые ты не знаешь обо мне, Рик, – как и то, что она никогда бы не заявила на

него, если бы не Бреннан. Теперь, когда Бреннан был на грани смерти, она чувствовала себя

одинокой и уязвимой.

–Что ты все-таки делаешь в Нью-Йорке? Я думал, ты вернулась в Техас.

– Это не твое дело, – отрезала она, повернувшись лицом к прилавку.

Рик наклонился, чтобы прошептать ей на ухо. – Ты, возможно, выиграла битву, но я выиграю войну.

Ты можешь готовиться, что я захочу пройти тест на отцовство, когда ребенок родится, и если он мой, то получу полную опеку.

Она удержалась чтобы, не дать ему пощечину. Она шагнула к нему ближе, лицом к лицу, принимая

такую же запугивающую позу и сказала.

–Ты можешь бороться со мной за право опеки, но ты не выиграешь. Не думай, что я не подниму дело

о клевете в борьбе за опекунство. Какой порядочный судья передаст ребенка в руки такому

корыстному человеку как ты? – Она ткнула пальцем в его грудь. -Послушай, Рик, ты умный парень.

Мы оба это знаем. Суды будут в пользу меня. И если я в состоянии нанять адвоката, как Элиас

Эскобар для дела о клевете, только представь себе, кого я найму для дела об опеке. Сократи свои

потери, заплати мне столько, сколько должен, и убирайся из моей жизни.

Это была месть. Рик собирался устроить ей ад в сражении за своего ребенка, не потому, что он хотел, а потому, что он мог себе это позволить. Он собирался обобрать ее до нитки за каждый пенс, который она получила от дела о клевете, и даже больше. И хуже того, он мог бы победить.

Анна сидела в гостиничном номере и плакала, из-за смеси печали за Бреннана и страха грядущего.

Единственным спасением было еще пять месяцев, прежде чем она родит, значит, что у нее будет

много времени, чтобы разобраться. Суды захотят, чтобы она доказала, что может поддержать

ребенка и дать ему хороший дом. Это означало, что, как только она вернется в Техас, ей нужно, начать искать постоянную работу. Даже если она жила с матерью, должна показать, что, по крайней

мере, пытается сделать свою жизнь.

Анна лежала в кровати, уставившись в потолок, пытаясь успокоить дыхание. Так много обрушилось

на нее. Ее самая большая любовь может умереть в любой момент. Ей по-прежнему приходится иметь

дело с Риком, чтобы урегулировать дело о клевете. А через несколько месяцев, ей придется иметь

дело с ним снова в битве за опекунство.

110

Не было никакого смысла в том, чтобы заострять внимание на вещах, которые произойдут в

будущем. То, что было самым важным, было здесь и сейчас. У Анны по-прежнему было чуть больше

пол недели в Нью-Йорке, и поэтому она решила сосредоточиться на Бреннане. Она отодвинула свои

опасения быть обузой и возвратилась в больницу, представившись его семье, когда они пришли.

" Я – Анна, близкий друг Бреннана”, сказала бы она им. Даже если Бреннан умер, и никто не знал, кем она была, это не имело значения, потому что он знал.

Поскольку Анна была не занята и лучшее, что она могла сделать, это остаться в больнице, навещая

семью Бреннана и узнавая все про него. Хотя с ней он никогда не говорил о его реальной жизни, Анна почувствовала, как будто она знакома с ним через его семью. Они присоединили все

недостающие кусочки жизни Бреннана, показывающие, что он был человеком – столь же

замечательным, как и тот, что появился на ранчо ее мамы.

Неделя приближалась к концу и тому времени, когда Анна должна была вернуться домой, и печаль

наполнила ее, зная, что ее не будет в больнице, когда Бреннан очнется: если он очнется. Накануне ее

отлета, она сидела в палате, держа левую руку Бреннана, пока его мама, держала правую руку. По

некоторым причинам это вошло в привычку – так сидеть. Часто, когда все остальные уходили в

течение дня, они оставались и делали этот небольшой ритуал, сидя в тишине.

– Анна, я могу поговорить с тобой минутку? – Мэтт просунул головой в палату, даря своей маме

улыбку, прежде чем кивнуть Анне, чтобы та присоединилась к нему в коридоре.

– Что случилось?– спросила она, когда они вышли через зал к стеклянной стене, глядя на небольшой

двор.

– Слушай, я знаю твой самолет, улетает завтра, но мне интересно, хотела ли ты остаться еще на

несколько дней, – он снова взглянул на больничную палату брата.

– Я бы с удовольствием, но не могу себе этого позволить.

– Не волнуйся о стоимости. Я заплачу за твой номер и обратный полет.

– Это ужасно мило с твоей стороны, – она заколебалась.

– Ты практически не выходила из больницы, как только попала сюда. Я знаю, что Бреннан

чувствовал к тебе. Он рассказывал мне по телефону. И видя тебя в больнице каждый день с утра до

ночи знаю, что ты чувствуешь то же самое по отношению к нему, так что думаю, что ты должна быть

здесь. Еще два дня.

– Еще два дня. Я думаю, что смогу остаться.

– Спасибо. Я ценю это. Уверен, что Бреннан поступил бы так же. Думаю, маме нравится то, что ты

рядом. Зная, что ты сидишь там с ней помогает ей держаться.

– Тогда я останусь, – она положила руку ему на плечо в знак утешения, прежде чем вернуться на

место, скользнуть рукой по руке Бреннана и держать ее так, как будто она никогда не отпустит.

111

Глава 22

Следующие два дня прошли так же, как и остальные. Посетители приходили и уходили.

Родственники плакали. А Анна боролась, чтобы держать себя в руках посреди всего этого горя.

Молли недолго поворчала, что накопились дела, но быстро уступила. Анна плохо себя чувствовала, но настойчивость в голосе Мэтта удерживала ее здесь. В конце концов, ей придется вернуться к

своей нормальной жизни. Ей давно пора к врачу, еще в прошлый раз она должна была узнать пол

ребенка. Это было первое, что она сделает, когда вернется домой. УЗИ. Она сидела в палате

Бреннана, положив одну руку на живот, другую переплела с его пальцами, разговаривая с мамой

Бреннана о ребенке, когда снова вошел Мэтт. Последние несколько дней, он, казалось, был на

взводе, его тело напряжено, а глаза потемнели от ночей беспокойного сна.

–Анна, можно мне с тобой поговорить? – он жестом указал на дверь.

– Почему ты никогда не хочешь разговаривать при мне? – его мама нахмурилась.

Он просто смотрел на нее, открыв рот, как будто собирался что-то сказать, но потом вышел наружу с

Анной.

– Если ты попросишь меня остаться еще на пару дней, боюсь, мне придется отказаться. Мне нужно

вернуться и начать готовится к делу об опеке, – ее пальцы погладили живот, и малыш пнул в ответ.

Мэтт ничего не сказал. Он даже не мог взглянуть ей в глаза. Просто полез в карман и вытащил

небольшую черную коробочку, которую протянул ей, не сказав ни слова.

– Что это? – спросила она, поворачивая ее в руках.

– Открой.

Комок образовался в горле Анны, когда она открыла коробку. Внутри было самое красивое кольцо, которое она когда-либо видела. Платиновый ободок инкрустированный бриллиантами, а камень в

середине был огромный и также окружен бриллиантами. Оно должно быть стоило дороже, чем ее

машина, даже в новом ее состоянии.

– Это было в кармане Бреннана, когда его вытащили из самолета. Я думаю, что он хотел сделать тебе

предложение, когда добрался бы до Техаса.

Слезы навернулись на глаза Анны, угрожая пролиться. Ее рука дрожала так сильно, что она едва

могла держать коробочку. Ее глаза встретились со взглядом Мэтта, голос ее дрожал так же сильно, как и руки. – Почему ты отдаешь мне это?

Выражение его лица было мужественным, но где-то в глубине голубых глаз Мэтта, была видна

обреченность. – Бреннан не очнется.

– Что ты имеешь в виду? Конечно, он очнется, – ее взгляд метнулся обратно к палате, где Бреннан

лежал без сознания. В ней проснулся защитный инстинкт. Он не мог умереть. Не сейчас. Не после

всего.

– Я должен принять это решение, – голос Мэтта надломился. – Это то, чего бы он хотел.

112

–Нет, – Анна покачала головой. – Нет. Вы не можете. Я не позволю вам.

Он схватил ее за плечи и осторожно стряхнул ее. – Ты не можешь вернуться туда. Они еще не знают.

Я хотел сказать тебе первой. И отдать кольцо, потому что знаю, он хотел этого.

О, Боже, его мама не знает. Это осознание убило Анну. Она хотела, кричать и плакать, упасть на

колени, но она знала, что не могла. Она должна была уйти.

– Нет, – сказала она Мэтту в последний раз, хотя даже не была уверена, что это значило.

Расстроенная, она направилась по коридору, вышла из больницы, подошла к машине, взятой на

прокат, залезла внутрь, и только потом горе затопило ее.

Анна знала, что где-то в больнице, мама Бреннана делала что-то подобное, сжимая рубашку мужа, проклиная небеса за то, что это произошло с ними. Ни одна мать не должна испытать потерю

ребенка.

Анна сидела в машине целый час, прежде чем смогла взять себя в руки настолько, чтобы вернуться в

палату Бреннана. На удивление, его родители ушли. Там был только Мэтт, он сидел один, спрятав

лицо в ладонях, локтями упираясь в край кровати Бреннана.

Когда он услышал шаги Анны, он посмотрел вверх. Сердце Анны разбилось от его вида. Вся сила, на

которой он держался, должно быть, исчезла, когда он рассказал новости родителям. Он начал

рыдать, и она, обойдя угол кровати, обняла его.

– Почему он не приходит в себя?– спросил Мэтт. – Я сказал ему, что мы не можем сделать ничего

другого. Спросил, почему он оставил это решение в моих руках. Рассказал, что ты его ждешь.

– Тсс. Все в порядке, – она держала его, сглатывая свои собственные слезы, чтобы поддержать его.

Мэтт прокашлялся и наклонился в сторону. Она стояла рядом с ним, глядя на Бреннана с пустотой в

груди. Ее сердце было разбито. И она знала, что оно никогда не будет прежним.

– Мама ненавидит меня, – продолжал он. – Она не понимает, почему это надо сделать. Она бы

продолжала держать Бреннана на искусственном жизнеобеспечении всегда, если бы это зависело от

нее. Но это не то, чего бы он хотел. Он мне всегда говорил, что если он когда-нибудь будет в такой

ситуации, то дать ему неделю и затем отпустить. Она не знает, как это тяжело для меня? Он мой

брат, – на этих словах Мэтт замолчал.

– Я знаю. Это нелегко для любого человека, – глаза Анны горели, и она знала, что это еще не конец.

Вскоре, она увидит Бреннана в гробу. Она не могла не задаться вопросом, был ли он сейчас с ними, или он действительно умер в том самолете, и здесь лежало только его тело, ожидая, чтобы быть

похороненным?

– Завтра. Мы подождем до завтра. ты не обязана оставаться. Я держал тебя здесь достаточно долго.

– Я останусь, – это был даже не вопрос для Анны. Как она могла не остаться?

113

– Все попрощаются, и тогда я начну планировать похороны, – Мэтт резко встал и вышел из палаты.

Возможно, ее присутствие заставляет его нервничать. Или, может быть, он просто не мог больше

сидеть и смотреть на Бреннана, зная, что предстоит сделать.

Анна села, чувствуя тепло, что оставило тело Мэтта. Это было место, обычно отведенное для мамы

Бреннана. Так много людей сидели в этом кресле. Так много людей, которые любили Бреннана, держали его за руку и говорили с ним.

– Детка, мне нужно, чтобы ты очнулся, – прошептала она. Каждое слово, которое выходило угрожало

задушить ее. – Пожалуйста. Пожалуйста, Бреннан. Я умоляю тебя.

Он не пошевелился. Единственное, что слышала Анна, было пиканье аппаратов, окружающих его.

– Мэтт отдал мне кольцо. Оно красивое. Я люблю его. Но я обменяла бы тысячу колец на то, чтобы

ты вернулся. Мне даже не нужно кольцо. Я бы вышла за тебя и без него, – она шмыгнула носом. -

Пожалуйста, детка, пожалуйста. Дай мне знак. Все что угодно. Все что угодно, лишь бы заставить их

не отключать тебя. Ты не должен даже просыпаться. Просто дай мне знак.

Его руки были холодными. Он не двигался, не шевелился, даже не дергался. Он был безжизненным, только все еще дыша из-за всех труб, подключенных к ним, которые заставляли его органы

функционировать. Это было бы не справедливо заставить его остаться. Так, как он был миром для

нее, самое доброе, что она может сделать, позволить ему уйти.

Ее рейс был во второй половине дня. В то время как Анна хотела остаться, но она знала, что должна

уехать домой. Там будет много времени, чтобы оплакать его вместе с мамой и сестрой. Ее сердце и

ум оцепенели, поскольку пришло время, проститься с Бреннаном.

Она торжественно стояла с его семьей возле палаты. Они будут входить по одному, чтобы

проститься с Бреннаном, а потом они будут все вместе стоять, пока персонал больницы отключает

аппараты.

Его тети, дяди и кузены пошли первыми. Они вошли в палату, крепясь, но выходили плача. Анна

даже не пыталась быть сильной. Она стояла рядом с мамой Бреннана, ожидая своей очереди. Это

будет последний раз, когда она видела Бреннана живым.

После того как, попрощавшись ушла его семья, настала очередь Анны.

Пять минут, сказала себе Анна, когда вошла в палату. Она не могла остаться здесь навсегда, столько, сколько хочет. Вся семья тихо считала секунды в обратном порядке.

Он выглядел умиротворенным. Синяки под глазами начали заживать. Если бы Анна

проигнорировала гипс и аппараты вокруг него, она могла притвориться, что он спит. Почти.

Она приблизилась к кровати и поворошила пальцами волосы, торчащие из – под бинтов. Каштановые

волосы. Анна была рада, что ее мама не видела его таким. Он навсегда был Солнышком для Молли, мальчик, который появился как герой, чтобы исправить все, ничего не требуя взамен. Он не только

114

починил забор и сарай, он также исцелил Анну, заставил ее понять, что жизнь не закончена даже

если споткнулась. Он дал ей жизнь, а вселенная забрала его. Это был не справедливый обмен.

– Ты пришел ко мне, как Райан Блэк, а оставляешь как Бреннан Демарс. Я хочу, чтобы ты показал

мне себя настоящего. Я знаю, что ты прячешься от мира, но твоя любовь ко мне была настоящей. Ты

должен был доверять мне больше. Я могла бы..., – она могла бы поехать с ним в командировку, но

тогда где бы она была? Лежала бы рядом с ним? Мертва? – Я бы любила тебя в любом случае. Чтобы

понять это, заняло бы некоторое время, но я все равно бы любила тебя. Я все еще люблю тебя, -

непрошеные слезы подступили к глазам, и ей пришлось сесть, чтобы не упасть. Ее рука нашла его и

она сжала ее. Она была холодной, как и остальное тело. Почему он такой холодный?

– Я не знаю, почему Бог привел тебя в мою жизнь, но это жестокая шутка – отнять тебя снова. В

любом случае я хочу, чтобы ты знал, что я буду в порядке. Быть с тобой, даже такое короткое время, дало мне силы, чтобы сделать то, что я думала никогда не смогу. Я не буду бояться Рика и не

собираюсь отступать. И когда ребенок родится, если это мальчик, я назову его Бреннаном. Я

запуталась, потому что не знаю, что еще сказать. Ничего не могу сказать, чтобы вернуть тебя. Я

люблю тебя, Бреннан Демарс. И всегда буду.

Она стояла, зная, что ее время, проведенное с ним, истекло. У нее сжималось сердце, когда она

смотрела вниз на его красивое лицо. Анна погладила его по щеке, позволяя кончиками пальцев