Текст книги "Зона невозврата"

Автор книги: Шон Блэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 30

– У тебя нет на это полномочий, – застроптивился маршал.

– Послушай, Спарки. Мы обездвижены и окружены группой лихих людей с тяжелым оружием. По идее, я мог бы сейчас принять позу страуса и спрятать голову под кресло. Но вместо этого пытаюсь вытащить всех нас отсюда живыми.

Лок быстро глянул в один из иллюминаторов. По крайней мере трое вооруженных, среди них одна женщина. Райан посмотрел на часы: контакт длится уже пять минут. Какими бы отчаянными ни были эти налетчики, торчать здесь вечно они не могут.

Оглядев самолетный эскорт, Лок ткнул в Рипера большим пальцем.

– Поднимите его и обрядите в любое защитное снаряжение, какое есть в запасе.

– Это зачем? – насторожился тот.

– Хочу опробовать одну теорийку, которая сейчас стучится мне в голову, – раздумчиво ответил Лок, после чего перевел взгляд на Рипера. – Сдается мне, если бы эти сорвиголовы со своим нешуточным арсеналом думали Рипера прикончить, то они бы сейчас изо всех сил дырявили фюзеляж. Но этого не происходит. А значит, он им нужен живым.

– Тогда зачем ему защитное снаряжение?

– А вот посмотрим, – сказал Лок, в то время как один из маршалов взнуздывал Рипера на ноги.

– Что, кореш, – издевательски хмыкнул Рипер, – погряз в вычислениях?

– А вот ты мне скажи. Они здесь для того, чтобы тебя грохнуть или помочь тебе сбежать?

Тот молчал.

– Н-да, – пробросил Лок. – Стоило ожидать.

Ченс начинала беспокоиться. Не было четкого понимания, как проникнуть в самолет. Дверца снизу (в багажное отделение, что ли) никак не поддавалась. Получается, зря не захватили с собой слезоточивый газ, которым можно было бы выкурить наружу маршалов заодно с Рипером.

Она в сердцах пнула резину одного из колес, после чего пригнулась и из-под брюха самолета прокричала в дверную щель:

– У вас десять секунд на то, чтобы его сдать! Вы меня слышите?

Приглушенный фюзеляжем женский голос донесся внутрь вполне отчетливо. На Рипере теперь был противоударный шлем, напялить который стоило немалого труда: все равно что натянуть детский чепчик на башку бейсболиста.

– Слышать слышим, – отозвался подобравшийся к дверце Лок. – Только считалки до десяти нам будет маловато.

Реакция женщины была сухой и недвусмысленной:

– Десять… Девять… – повела она обратный отсчет.

За все это время один из маршалов успел поднять и провести Рипера на несколько шагов. По истечении отсчета нависла нелегкая тишина, которую, впрочем, уже через секунду пропорола автоматная очередь, с акульей свирепостью разорвавшая поролоновую начинку одного из кресел сзади салона – там, где расположено шасси. Все застыли.

– Что за дела? – озадаченно посмотрел один из маршалов. – Особенно если он им так нужен живым?

– Игра в баш на баш, – рыкнул в ответ Лок, решительно ухватывая Рипера и подводя к дверце в передней части самолета. – Эй, там! Прекратить огонь! – прокричал он наружу, одновременно давая знак одному из маршалов открыть на двери замок. – Я его выставлю! Только вам всем надо будет отойти от самолета! Прямо сейчас!

– Хорошо, мы отойдем. Выставляйте его.

Оставшийся наедине с Рипером Лок жестом указал двум маршалам приготовить оружие и занять места по обе стороны от двери, у ближних иллюминаторов.

– Сначала отойдите! – крикнул он наружу. – Как только я это увижу, я его выставлю!

Ченс отвела патрульную машину от самолета. С каждой секундой времени для маневра оставалось все меньше.

Упруго дрогнув, открылась дверь, развернулся трап, и вот уже на нем Рипер во всей своей красе. У Ченс сладко обмерло сердце. Все-таки сумели, успели…

Но что такое? С первым же шагом по трапу обнаружилось, что Рипер не один, а с каким-то мужиком. А мужик этот с «глоком», который он незамедлительно уткнул Риперу снизу в затылок, а свободной рукой поволок своего скованного наручниками пленника вниз. Внизу трапа он остановился и грубо сунул пистолет Риперу в рот.

– Вы в самом деле решили, что я вот так возьму и отдам вам этот кусок дерьма? – крикнул мужик.

Сзади из-за машины выглядывали Ковбой и Шуцман – один с переднего края, другой с заднего. Оба пытались найти подходящий угол для выстрела, но габариты Рипера были таковы, что, не задев его, того нахалюгу достать никак не удавалось.

– Ну, что, – выкрикнул Лок из-за спины у своего пленника. – Если он вам так нужен, подходите, забирайте!

Щит из Рипера, надо признать, был что надо: все равно что стоять за бронетранспортером. Один из налетчиков – тот, что в ковбойской шляпе, – вынырнул из-за машины, но уже спустя секунду жахнул выстрел, и возле его ног сердито визгнула отрикошетившая пуля, а горячий ствол «беретты» вновь уперся в голову Рипера.

– Давайте, братишки-блядунишки, примеряйтесь, подлезайте. Мне торопиться некуда, я так весь день могу.

Вынырнул еще один из троицы – бугай с блондинистой гривой – теперь уже с другой стороны. Под стегнувшим выстрелом Лок инстинктивно придвинулся к Риперу, хотя пуля все равно пронеслась безнадежно далеко. А на расстоянии, постепенно нарастая, уже бесновались полицейские сирены.

– Ребятки, простите за нескромный вопрос: вас время еще не поджимает?

Сирены слышала и Ченс; различала даже прерывистые красноватые отсветы маячков. В ярости она стиснула кулаки. Что делать: остаться, дать бой? Но против этой силы им не устоять. Их сомнут, и тогда всё дело псу под хвост. Если же уйти сейчас, то можно будет вернуться и повторить попытку.

Она сделала глубокий, до отказа, вдох и выбралась из «Краун-вика», прихватив с собой гранатомет. Рядом заскрежетали тормоза трофейного внедорожника: Ковбой с Шуцманом наперебой кричали срочно прыгать в машину. Однако Ченс еще подняла гранатомет и напоследок мстительно бабахнула боезарядом по «Сессне»: салют «Засракфлоту»!

Падая под свистом гранаты, Лок толкнул наземь Рипера. В небо с ревом взмыла стена огня, поглотившая весь фюзеляж: выстрел, судя по всему, пришелся в бензобак.

Страшно представить, что сейчас творится с теми, кто остался внутри.

Подняв глаза, Райан увидел, как уворованный внедорожник за периметром летного поля вырывается на подсобную дорогу.

– Стоять тебе все же перед судом, чувак, – с глумливой улыбкой сказал Лок в окаменелое лицо своего узника.

Глава 31

Полицейское авто медленно, словно поступью продвигалось по улице, будто на устроенном не по сезону параде Хэллоуина. О последнем свидетельствовали, в частности, кровяные пятна в стиле Хичкока, живописно разбрызганные по всему ветровому стеклу, а также корпус, обильно испещренный всевозможными дырами от пуль и осколков. Одна из шин была продырявлена так, что из обода при соприкосновении с асфальтом летели искры. За авто на такой же похоронной скорости следовал конвой из полицейских машин и фургонов «Скорой помощи».

Не имея возможности смотреть через стекло, Лок для отслеживания дороги свешивался из водительского окошка, лавируя ногой между газом и тормозом. Машину он остановил возле самых ступеней Медфордского суда и вылез из нее живым олицетворением побежденного апокалипсиса (а иначе как истолковать закопченное дымом лицо и надерганные явно из разных мест элементы защитной экипировки).

– Все, что плавает, прибито к берегу, – констатировал он.

Из задней дверцы Райан плечами вперед выволок Рипера, у которого, помимо обычных кандалов, теперь во избежание словесных излияний был заткнут еще и рот – тем самым носком, который, помнится, уже кратковременно втыкался туда в полете и за это время никак не посвежел.

На тротуар Рипер выгрузился, словно мешок картошки; Локу пришлось вздергивать его на ноги. На помощь устремились двое медфордских копов, но Лок отослал их бесцеремонным «канайте».

Подталкивая Рипера в спину, он повел его вверх по ступеням лестницы, где наверху среди изумленно застывшей толпы стояла Джалисия со всей прокурорской командой. Уже почти дойдя до верха, Лок случайно наступил Риперу носком на пятку, отчего тот растянулся вниз лицом непосредственно перед Джалисией. При попытке Рипера посмотреть вверх Лок придавил ему затылок кроссовкой, вынудив повторно притиснуться лицом к камню.

– Все, кто летел на самолете, мертвы, – объявил Райан, глянув на Рипера сверху вниз. – За исключением вашего покорного слуги и этого вот куска дерьма. – Из кармана он выудил ключи от кандалов и вручил их Джалисии. – Вот вам ваш свидетель. Передаю с рук на руки.

– Мертвы… все? – потрясенно переспросила Джалисия.

– На летном поле нам была уготовлена почетная встреча.

– Но как они могли узнать, что самолет прибывает именно туда?

Вопрос, занимавший ум Лока с того самого момента, как он заприметил боевой вертолет. Ответ напрашивался только один: где-то внутри сидит инсайдер, осведомитель. Но кто он? Один из маршалов? Охранник в той же «Пеликан Бэй»? Кто-нибудь в местных правоохранительных органах? Гадание на кофейной гуще. Не зная, что за группа организовала засаду, выявить, а тем более сузить круг подозреваемых было заведомо зряшным делом.

– Не знаю, но подготовлены они были очень хорошо. – В горле першила колючая пыль. – Пардон, – извинился Лок, деликатно отворачиваясь в сторону Рипера и сплевывая нагар взлетной полосы. – Да, и вот еще что. Я дал им в целом неплохую возможность пристрелить этот кусок дерьма, но они этого делать не стали. По какой-то причине он был нужен им живым.

Поднимать Рипера кинулись сразу два копа.

– Ну, а теперь, – произнес Лок, – с вашего позволения…

В десяти шагах среди прессы стояла со своим оператором Кэрри. Лок, любуясь, наблюдал, как она, занятая сейчас разговором с кем-то из репортеров, смахивает со своих синих вдумчивых глаз белокурый локон. Вот она повернулась и заметила его. Черты Кэрри смягчились. Скомкав разговор с репортером, она направилась к нему.

– Значит, пустяковое задание, да? – Исподлобья улыбаясь, на ходу подняла брови.

Лок пожал плечами.

– Во всяком случае, поначалу было так.

Бережно взяв в ладони ее лицо, большими пальцами он вкрадчиво провел ей по щекам.

– Вот так ты и всегда, – пожурила Кэрри с улыбкой.

Райан вместо ответа подался вперед и, сладко млея, коснулся губами ее губ.

Они неторопливо прошли в мини-вэн, отряженный телекомпанией Кэрри, и там Лок поведал ей всю историю, начиная с разговора в конференц-зале Сан-Франциско. Кэрри уже успела навести справки насчет Тая и сообщила приятное известие:

– Его как раз сегодня переводят в больницу Сан-Франциско.

Лок ощутил, как напрягшиеся мышцы спины и шеи блаженно расслабляются.

– Вот это здорово.

С минуту оба молчали. Райана волновало, что будет дальше. Он взялся за задание, которое иначе как самоубийственным не назовешь, не поставив при этом в известность Кэрри. Это грызло его все то время, что он находился в тюрьме, – вина, которую перевешивала лишь мрачная решимость посчитаться за гибель Кена Прэйджера и его семьи, доведя дело до суда над убийцами.

– Кен был моим другом, – признался Лок. – Я просто должен был сделать все возможное, чтобы те гниды оказались на скамье подсудимых.

– Верность – завидное качество, – сказала Кэрри, избегая глядеть ему в глаза.

Локу стало неуютно; сердце тревожно екнуло.

– Не знаю, Райан. Может, так оно действительно лучше. Скажем, когда я гоняюсь за каким-то сюжетом, у меня нет необходимости у тебя отпрашиваться, что-то там согласовывать… Это одна из черт, которые мне в тебе нравятся. Ты не ревнуешь меня к моей карьере. Уважаешь мою независимость.

Что правда, то правда. В периоды, свободные от работы, Лока абсолютно устраивало выгуливать в Центральном парке Энджела, пыхтеть в тренажерном зале, а затем не торопясь делать в гастрономе покупки и готовить ужин. Кэрри частенько его подначивала, что, завязав со своей тягой к «адреналиновым выплескам», он когда-нибудь сможет завести себе прекрасную женку, и они вместе над этим смеялись. Может, дело в веянии времени, но Лока действительно совершенно не заботили все эти пресловутые мужские заморочки насчет того, что место женщины на кухне у плиты. Наоборот, хорошо, что его подруга этим не страдает и строит свою жизнь, как сама считает нужным.

– И вместе с тем я где-то чувствую подвох, – поделился он подозрением.

– Да нет здесь никакого подвоха, – вздохнула Кэрри. – Просто я не знаю, насколько у нас с тобой все… правильно.

Вздохнул и Лок. Ну, не прощения же просить, в самом деле. И ни шанса исправиться. Не из гордыни, а просто по опыту он усвоил: если женщина решила что-то поменять в отношениях с партнером, то возврат к прежнему уже редко когда бывает. Уж такие они, дамы; в этом плане они жестче мужиков. Хотя сам Лок не сказать чтобы готов был отказываться от того, что и как у них сложилось.

– Ну, а поменяется ли что-нибудь, – спросил он, – если я скажу, что ни о ком все эти дни не тосковал так, как по тебе?

Кэрри снова отвела глаза. Чувствуется, что смягчилась.

– И как мне теперь все это искупить?

– Тебе подсказать? – уже с легкой игривостью спросила она, наблюдая, как Рипера наконец уводит с глаз целая когорта полицейских.

– Хотя бы намеком, – ловя момент, подольстился Райан.

– Помоги мне устроить интервью с Рипером.

Глава 32

Охранник открыл клетку, и Рипер шагнул наружу. Джалисия кивком указала снять с него кандалы. На громоздком туловище бывшего «арийского брата» топорщились разномастные, не по размеру щитки, некоторые из них все еще липкие от крови почивших маршалов. Впечатление такое, будто смотришь на некий гибрид Терминатора и мумии в защитной экипировке.

– Ему надо сменить антураж, – сказала Джалисия, протягивая магазинный чехол «Нордстрома» с торчащей головкой вешалки. – Столько людей погибло, чтобы вас сюда доставить. Так что вы теперь, хочешь не хочешь, должны смотреться презентабельно.

Понимая, что заключенный уже одной своей тюремной робой принижает статус свидетеля, она принесла Риперу набор цивильной одежды: темно-серый однобортный костюм, девственно-белую сорочку с еще магазинными складками, а также сдержанно-синий галстук в тон.

– Вот это да, – одобрил подношение Рипер, не выказывая ни малейших признаков потрясенности произошедшими событиями. – Спасибо.

– Надеюсь, вам будет по размеру.

Рипер взыскательно оглядел ярлычок на воротнике.

– Должно подойти.

– Лок считает, – кашлянув сказала Джалисия, – что те люди на летном поле пытались освободить вас из-под стражи. И что все ваше намерение свидетельствовать на суде – просто ширма. Как говорит Лок, финт ушами.

Рипер провел пальцами по шелковой глади галстука и степенно накренил голову, сверху вниз глядя на Джалисию.

– Мало ли что считает Лок, – с напускной небрежностью проронил он. – А тем более говорит.

– И тем не менее это так? Вы думаете меня надуть, Фрэнк? Прямо с трибуны в зале суда?

Судя по тому, как Рипер поджал губы, упоминание паспортного имени пришлось ему не по вкусу. Вероятно, отвык за давностью лет. Зрачки у него сузились до булавочных точек.

– Я мог бы вам сказать «нет» или, наоборот, «да», – ответил он. – Но мы же все знаем, что осужденные – народ скользкий, разве нет? Так что окончательные выводы сможете сделать лишь тогда, когда я начну отвечать на вопросы перед присяжными.

Джалисия отошла на шаг, чтобы у него, чего доброго, не сложилось ощущения негласного превосходства.

– Ответ довольно обтекаемый, – заметила она.

– Как и вопрос, – парировал Рипер.

– Ладно. Увидимся в зале. Позаботьтесь изъясняться внятно и четко.

Джалисия повернулась и вышла из комнаты ожидания. В коридоре она прислонилась к стенке и, прикрыв глаза, сосчитала до десяти. Надо, надо через все это пройти. Ставка как минимум служебная карьера.

В реальность ее вернул голос, прозвучавший над ухом с тонким ехидством:

– Молимся потихоньку, госпожа законница?

Гросс, главный защитник «Арийского братства». Судя по ширине улыбки, от взрыва в суде Сан-Франциско успел оправиться.

– Вам чего, Гросс?

– Я думаю предложить вам последнюю возможность избежать конфуза, – придвинувшись, вкрадчивым тоном заговорщика сообщил тот. – Мои клиенты готовы поименно назвать людей, убивших агента Прэйджера с его семьей.

Теперь улыбнулась уже Джалисия:

– Что же они не сделали этого с самого начала? Стольких смертей удалось бы избежать… О г оре я уж помолчу.

– Таковы правила игры, – развел руками Гросс. – Всегда приходится ждать, чтобы песок из часов высыпался по максимуму.

– Чего же они хотят взамен?

– Отмены смертного приговора, – учтиво сообщил «арийский» защитник.

– Позвольте напрямую. Вначале ваши подопечные заказывают убийство федерального агента – его самого, а также его семьи. Затем они устраивают взрыв в федеральном суде – да не в одном, а сразу в двух, – чтобы остановить процесс. И вот наконец, когда шансы устранить главного свидетеля оказываются на нуле, они вдруг начинают призывать меня к милосердию. То есть возвратиться к исходной точке, как будто с момента убийства ничего и не происходило. Хорошенькие дела. – Джалисия тоже подалась на шаг, оказавшись со щеголем Гроссом лицом к лицу. – Не выйдет.

– Вы идете на поводу у своих эмоций, – назидательно поднял палец адвокат. – В ущерб, заметьте, здравому смыслу.

В его словах был определенный смысл, что Джалисия, впрочем, не спешила констатировать глаза в глаза. Подобные сделки в США – как раз то, что исправно подмазывает конвейер системы правосудия. А Гросс, в свою очередь, известен своим вбрасыванием в последнюю минуту таких вот сладких пилюль, сбивающих решимость у обвинителей. Однако сейчас считаные минуты отделяли Джалисию от ключевого свидетельства, взрывной эффект которого может повергнуть на колени все «Арийское братство». Нет, призовой фонд слишком уж велик. А позднее можно будет по головам выловить непосредственно тех, кто спустил курок, унесший жизни Прэйджера и его домочадцев.

Гросс в эту минуту если и учуял ее сомнения, то виду предусмотрительно не показал.

– Советую вам все хорошенько взвесить, – сказал он. – Зачем упускать возможность, о которой можно потом пожалеть?

В зале судебных заседаний Лок, приобнимая Кэрри за талию, нашел впереди пару местечек. После адреналинового всплеска на летном поле уровень энергии в нем, само собой, шел на спад. Не способствовали настроению и раздумья о том, что может выкинуть Рипер, равно как и экспресс-допрос со стороны ФБР. Единственным отрадным лучиком была перспектива залатать отношения с Кэрри.

Когда они заняли места, она нежно коснулась его руки. Та доверительность, с какой она это сделала, вселяла надежду, что разлад еще можно как-то преодолеть.

– Ты думаешь, он все-таки заговорит? – шепотом поинтересовалась Кэрри.

– На трибуну он выйдет, тут даже сомнений нет. Самоуверенности в этом парняге столько, что Рэмбо нервно курит в сторонке. Беспокоиться надо лишь о том, что именно он скажет.

– Ты знаешь, после того взрыва во Фриско я подняла кое-какой материал по всем этим белым супремистам. Тюремным бандам вроде «Арийского братства», «Нацистских бунтарей», «Техасского круга»…

Перед глазами Лока сразу же возник двор «Пеликан Бэй», где посреди вытоптанной, с грязными проплешинами травы лежал вниз лицом Тай.

– И что?

– А то, что структура их не настолько однородна, как принято считать. Даже в отдельно взятой банде всегда есть разнонаправленные силы, вокруг которых все и вертится.

– Это какие же?

– Ну, скажем, своего рода криминальные авторитеты, застрельщики. Устанавливают свое главенство, а затем устанавливают связи с другими заключенными и начинают вводить в обиход элементы торговли – скажем, наркоту. Получается делячество. Этих ребят можно назвать прагматиками.

– Прагматиками? Слово какое-то… деляжное, на пять баксов.

– Да ты сам все знаешь. Есть среди них такие, кто и свастику у себя на лбу выколет, если только на этом можно срубить купюру.

Лок кивнул, припоминая Филеаса, чье алчное чутье деляги вполне могло бы при иных обстоятельствах обернуться успешной карьерой на Уолл-стрит.

– Но обычно там присутствует и другая сторона.

– У тебя и для нее есть словечко на пять баксов?

– Нет уж, тут бери на все десять. Этих ребят я бы назвала истинно верующими. С убеждениями.

– И куда же мы среди них приткнем Рипера?

– Его – однозначно к убежденным. А значит, и к бытующему у них закону чести.

Лок, не в силах скрыть ухмылку, цинично покривился лицом.

– Нет, ты дослушай, – взяла его под локоть Кэрри.

– Я слушаю, – вальяжно, с пародией на южный манер протянул Райан.

– Ты говорил, что парни вроде Рипера – прямо-таки ходячие персонажи из вестернов Луиса Ламура.

– Все как один.

– И разве не оттуда исходит одно из прозвищ «Арийского братства»? Клеймо. Это же по рассказу все того же Ламура.

– Насколько мне известно.

– Так вот «Клеймо» – я имею в виду рассказ – жило по своему закону чести, куда входило бережное отношение к женщинам и детям.

Лок неловко развернулся на стуле.

– Можно, я тебе скажу не как своей любимой до гроба Кэрри, а Кэрри-журналистке?

Она глазами выразила согласие.

– Все, о чем ты говоришь, мне известно. Так вот, каким боком, скажи мне, это соотносится с Кеном Прэйджером и его семьей? Как раз с ними «Арийское братство» не церемонилось – ни с женой, ни с ребенком.

– Вот и я про то же. «Арийское братство» преступило закон.

По короткому сигналу боковая дверь открылась, и в зал шаркающей походкой вошел Рипер, разительно преображенный костюмом с галстуком. Вежливыми кивками он поздоровался вначале с судьей, затем с Джалисией и стороной обвинения, ну и, наконец, со своими бывшими товарищами, молча ярящимися на него со скамьи подсудимых.

– Ну, так что, Райан? – спросила вполголоса Кэрри.

Лок медленно обвел взглядом Рипера, который сейчас с высоко поднятой головой пристраивался в загородке свидетеля, поблескивая немигающими, непроницаемо темными глазами.

– Он шахматист, – произнес Лок. – Гроссмейстер. И сейчас для него все мы – ты, я, Джалисия с Коберном, бывшие дружки-«арийцы» на той скамейке – лишь фигуры на клетчатой доске.