332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Шайла Блэк » Их невинная заложница (ЛП) » Текст книги (страница 5)
Их невинная заложница (ЛП)
  • Текст добавлен: 5 ноября 2017, 16:30

Текст книги "Их невинная заложница (ЛП)"


Автор книги: Шайла Блэк






сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Доминик вглядывался в лицо Лоу, пока тот смотрел на доказательства перед собой. Черт, он знал, что был виноват в этой ошибке. Он позволил Лоу полностью сосредоточиться на наблюдении и не посвящал в ход расследования. Все, что было нужно Лоу – твердая уверенность в участии «его милой» в организации Дженсена, тогда он перестанет думать членом и будет готов повторить миссию.

Лоу отошел от Кинли:

– Когда деньги начали исчезать? Дата? В котором часу чек обналичили?

Райли провел пальцем по экрану:

– Первая дата – десятое мая. Время на чеке – два сорок пять.

Лоу поднял руку:

– Подожди минутку.

Кинли осела на стуле:

– Я не понимаю. Я знала, что баланс был плох, но я не подозревала, что счет почти пуст. Грэг обещал выписать чек на сто тысяч в качестве свадебного подарка для меня.

– Свадебный подарок, чтобы покрыть твои траты? – Доминик начал мерить шагами комнату.

– Что? Нет! Мне нечего скрывать. Это была первая часть из пятидесяти миллионов долларов, которые он обещал передать на благотворительность.

– Ладно. Он просил тебя вывести средства?

Настал момент и место сыграть роль «хорошего копа». Дом будет лучшим копом, если она поможет ему пресечь незаконные действия Дженсена.

– Грэг ни разу не говорил об этом. Я понимаю, что все выглядит очень подозрительно.

– Это похоже на преступление, – добавил Райли.

– Но я не причастна к этому.

«Она говорила правду?» Доминик сел напротив девушке. Иногда он думал, что стал слишком циничным, подозревая ложь во всем. Тем не менее, у него были эти чеки. Девушка подписала их. Она взяла деньги. Может у нее были благие намерения. А может, и нет.

Доминик ощутил легкую волну умиротворения. Он снова все контролировал. Именно то, что ему было необходимо. «Она еще не знала, но он был ее лучшим вариантом, чтобы избежать тюрьмы или покончить собой».

– Тогда не заставляй меня использовать это. Сотрудничай. Давай поговорим о твоем женихе.

– Я уже пытался, мужик, – сказал Райли.

Он проигнорировал друга:

– Федералам не удалось подловить ее жениха, но мне удастся.

Девушка подняла голову, и сузила глаза, глядя на него:

– Как ты сказал, тебя зовут?

– Доминик Энтони.

Не было причин лгать девушке. В конце концов, она будет благодарна, за то, что он ей помог. И если ее благодарность не убережет их от тюрьмы, тогда он будет шантажировать ее информацией, на которую он сейчас смотрела.

– Ты родственник Кэрри Энтони?

Его внутренности сжались. «Этот ублюдок говорил о ней?»

– Да. Она была моей младшей сестрой.

В карих глазах Кинли появилось сочувствие:

– Сожалею о ее смерти. Она была слишком молодой, чтобы покинуть этот мир.

– Да, была. – Он позволил на минуту воцариться тишине. – Особенно тогда, когда ее убил Грэг. – Теперь она должна понять, почему он избрал этот способ.

– Так вот в чем дело? – она уставилась на него. – Мистер Энтони, я глубоко сожалею о вашей сестре. Грэг говорил, что она была прекрасной женщиной. У него дома есть ее портрет. Она была такой красивой.

Он едва дышал от ярости, возникшей при мысли о том, как Дженсен смотрит на фотографию его сестры и вспоминает, как легко забрал ее деньги и жизнь.

Кинли наклонилась вперед, ее ладонь почти прикоснулась к его руке:

– Но она была больна. И в этом нет вины Грэга. Он пытался отправить ее на лечение.

Перед глазами Доминика словно стояла красная пелена. Прежде чем он понял что делает, мужчина перевернул стол, разбрасывая все по полу. Он не собирался выслушивать, как шлюха Дженсена говорит ему, насколько наркозависимой была его сестра.

– Она никогда в своей жизни не принимала наркотиков. Он жадный убийца. Неужели ты настолько тупая?

Девушка подняла подбородок:

– Очевидно, ты очень расстроен. Я понимаю, ты не хочешь верить…

– Он забрал двухмиллионную страховку сестры. Знаешь, что он купил на деньги от ее смерти? Чертову квартиру. А две недели спустя, он поселил в ней свою любовницу.

Кинли откинулась на спинку стула, пытаясь отгородиться от него:

– Он не убивал ее. Он не мог это сделать.

Доминик не собирался давать ей возможности отодвинуться. Он встал, нависая над девушкой:

– Зачем ты это говоришь? Потому что не можешь примириться с мыслью, что ты трахалась с убийцей? Или потому, что знаешь, на что он способен и не любишь быть застигнутой врасплох?

– Дом? – вмешался Райли, в его голосе чувствовалось напряжение. – Успокойся, парень. Думаю, ты пугаешь ее.

– Не думаю, что она достаточно напугана.

– Я очень напугана, но тебе стоит знать, что я не позволю себя «сломать». Возможно, я кажусь тебе глупой, и ты можешь назвать меня так, как вздумается, но я не позволю использовать меня против людей, о которых забочусь. Поэтому, если это твой лучший ход, «Мистер Энтони», то ты его провалил. Уверена, вы подделали эти записи. Или сами украли деньги. Ты все еще скорбишь, и мне жаль, что твоя сестра мертва, но я не допущу, чтобы твоя жажда мести разрушила мою жизнь. Прими решение. Отпусти меня или поддайся жажде мести, в которой ты так отчаянно нуждаешься, и быстро заверши начатое.

Мужчина замер:

– Что?

Кинли трясло, но она упрямо смотрела ему прямо в глаза.

– Я бы предпочла, чтобы ты убил меня быстро. Очевидно, ты не можешь меня отпустить, и это будет отличный способ отомстить Грэгу, если он меня любит. Хотя ты знаешь, что это не так. Думаю, я ему нравлюсь, но он женится на мне ради своего бизнеса. Я очень хорошая хозяйка и что немаловажно, смогу помочь Грэгу с «высшим обществом». Он, скорее всего, расстроится, но сомневаюсь, что будет долго оплакивать меня.

«Кинли подумала, что он собирается убить ее? Она на самом деле считала, что он заберет ее жизнь взамен жизни его сестры?» Сейчас, Доминик не мог придумать ни единой причины, почему она не должна считать его убийцей. Мужчина попятился, ощущая подкатывавшую тошноту.

– Я не собираюсь убивать тебя.

– Тогда отпусти меня домой.

Он не мог. Из-за него они все оказались в этой ситуации, и не было выбора кроме как дойти до конца. Он должен доказать ей виновность Дженсена. Он должен «сломать» ее.

– Нет. Ты отдохнешь немного. Затем мы поговорим. Я знаю, ты мне не поверишь, но это ради твоего же блага.

– Вы не можете вечно меня здесь удерживать.

Доминик развернулся, собираясь уходить. Ему нужно приготовить свою «тяжелую артиллерию». Он надеялся избавить ее от худшей части информации, но ей нужно понять, кого именно она пыталась защитить.

Это превращало его в ублюдка, но он должен уничтожить все ее иллюзии. Он задумался лишь на толику секунды, спасал ли он ее на самом деле. Если девушка действительно была такой невинной, какой казалась, то, когда он расскажет ей правду, это, скорее всего, разобьет ее сердце.

Что же, он был ярким примером того, что человек мог жить без него.

– Посмотри на меня.

Глава 5

Кинли осмотрела свою довольно приятно обставленную «тюрьму» с простынями из египетского хлопка, внушительной деревянной мебелью и потрясающей, как в спа-салонах, ванной. Когда Доминик сказал, что они смогут удерживать ее здесь вечность, она решила, что тот преувеличивал. Теперь же девушка не была так в этом уверена. Ее «клетка» и то, что она увидела в доме, определенно выглядело как вполне самодостаточное место, имеющее все необходимое, чтобы осуществить его намерения.

Девушка проверила все двери и окна, даже попыталась разбить одно из них. Но кто-то установил невероятно толстое стекло, поэтому все ее ничтожные попытки, привели лишь к разочарованию и боли в руках.

Кинли, наконец, сдалась и приняла душ, затем надела чистую одежду. Выбравшись из своего платья, она словно попала в рай. Девушка предпочла джинсам хлопковую юбку и футболку с длинным рукавом. Было похоже на то, что изнасилование не входило в планы ее похитителей. У них была уйма возможностей сделать это, пока она была в отключке, но они не воспользовались ими. «Так как юбка всего лишь упростит им попытку изнасилования, почему бы в таком случае не выбрать комфорт?»

Проснувшись в своей роскошной «тюрьме», Кинли была удивлена, обнаружив весь свой багаж и одежду, которую она упаковала для медового месяца на Каймановых островах – сандалии, купальники и сарафаны. Кинли собиралась не для поездки на Аляску, где, как она подозревала, находилась сейчас. Не было слышно шума вентилятора или кондиционера. «Если бы она была на севере штата Нью-Йорк, те ведь понадобились бы для охлаждения воздуха уже к полудню?»

Еще одно доказательство? Теплая одежда, которую ей принесли парни. «Лоу?» Он казался заботливым. Кинли была поражена тем фактом, что мужчина купил практичную одежду, которую она предпочитала носить. Свитера были все мягкими и светлых тонов как те, которые она сама бы себе купила, потому что они ей идут. Спортивные штаны были очаровательны – с расшитыми по бокам брючинами. Даже носки были розовыми и пушистыми. Все было так, словно кто-то учитывал ее вкусы при покупке вещей. «Зачем им заботиться о том, чтобы одежда пришлась ей по вкусу?»

Они были весьма необычными похитителями, которые, очевидно, не смотрели телевизор и не видели, как на самом деле плохие парни должны себя вести. Сейчас, ей стоило быть такой же напуганной, как и при пробуждении, когда поняла, что она заперта в незнакомой спальне. Но страх было трудно поддерживать на том же уровне, поскольку похитители кормили и одевали ее. Кто-то даже зарядил ее iPad, чтобы она не скучала. Раз они давали ей возможность отвлечься, Кинли не могла представить себе, что они будут загонять ей зубочистки под ногти или пытать водой.

Единственное чего ее лишили: это чувство времени. «Солнце все еще светило, разве на Аляске летом оно не садится?» Девушка не знала, сколько времени прошло с момента ее похищения. Мужчины забрали все часы. Без интернета, ее планшет не покажет время в текущем часовом поясе. И у нее нет доступа к сотовой связи. Комната была довольно пустой: роскошная кровать королевского размера, элегантная прикроватная тумбочка, один стул и лампа, которая, по сравнению с окном, оказалась не такой уж и прочной. Один бросок и она была разбита.

«Возможно, это было не самым лучшим решением. Когда наступит ночь, она останется одна в темноте?»

Девушка взглянула в окно на озеро и горы, виднеющиеся в дали, густо укрытые зеленью – деревьями, кустарниками, мягкой травой, с вкраплениями распускающихся цветов. Вид был потрясающим, невероятным. Кинли лишь однажды была в штате Нью-Йорк, и в ее воспоминаниях все не выглядело так величественно. Тем не менее, она надеялась, что находилась не так далеко от цивилизации, чтобы сбежать, и что дом был не в тысячах миль от…

Раздался едва слышный стук в дверь, после которого та быстро распахнулась. Даже при всем желании Кинли не успела бы забаррикадироваться.

Самый крупный из мужчин вошел в комнату, неся в руках то, что определенно заставит ее чувствовать себя лучше.

– Решил, что она может тебе понадобиться, – мужчина держал Джиджи в своих огромных, мозолистых руках, которые были такими нежными, когда он освобождал Кинли из ужасного корсета. Это был Лоу. Имя подходило ему.

Ее милый йорк выглядела не сильно потрепанной. Крошечное тело Джиджи затряслось, собачка взвизгнула и тявкнула от радости.

Со слезами облегчения на глазах Кинли схватила свою маленькую собачку и прижала к себе, испытывая одновременно вину и счастье. Она ненавидела тот факт, что Джиджи была в плену и переживала о том, как та переносила все это. Но девушка радовалась присутствию своего питомца – одной из самых ее успокаивающих вещей.

– Они привезли тебя сюда? Ох, малышка. Ты в порядке? Ты испугалась?

Джиджи лизнула ее в нос, прижимая свою мордочку к лицу девушки.

– Она, должно быть, напугана, но сопротивлялась, – Лоу улыбнулся уголком губ.

«Боже, когда он улыбался…» Ее сердце не должно так реагировать на мужчину, который похитил ее и накачал наркотиками.

Преступник не должен иметь такой улыбки.

– Она хорошо знает, когда укусить моего брата. Он получил от обеих самок Кол.

Мысленно Кинли аплодировала своей собаке.

– Джиджи очень ласкова со мной, но не особо с другими. И она может лаять как сумасшедшая, если не покормишь ее вовремя. Она привыкла, что ее кормят два раза в день и знает когда у нее обед.

– Это многое объясняет. Она была немного нервной, – мужчина стал серьезным, когда взглянул на лампу, лежащую на полу. – Ты пыталась разбить окно или лампа оскорбила тебя?

– Вы не можете ожидать от меня, что я буду тихо сидеть и не попытаюсь сбежать.

Девушка отвернулась. Если она будет игнорировать его, он уйдет. Лучше быть одной, чем с преступниками. «Грэг тоже преступник?»

– На окнах противоударное стекло. Несколько лет назад, у владельцев поместья были проблемы с охотниками и шальными пулями. У них есть дети и куча денег, поэтому они поменяли все окна в доме. Стекла очень тяжелые и их практически невозможно разбить. В доме первоклассная охранная система, как и на территории всего имения. Мы быстро узнаем, если кто-то попытается взломать окно, и окажемся рядом, – его голос смягчился. – Ты не сможешь убежать Кинли, но если все же удастся, ты будешь не очень рада этому. Мы в сотнях миль от того, что ты называешь цивилизацией. Здесь и вправду водятся медведи. Ты можешь пострадать.

Девушка сжала в руках свою собаку:

– Если ты так волнуешься обо мне, тогда почему вы похитили меня из красивого свадебного люкса на Манхэттене и привезли в эту дикую местность?

Лоу сел на кровать, его большое тело не сочеталось с цветочным принтом покрывала, словно мускулистый зверь в девичьей обстановке.

– Ты не поверишь мне, но мы пытаемся защитить тебя, дет… Кинли.

«Ага, она купилась на это».

– Это касается мести больших парней. Как ты оказался вовлечен во все это?

– Мы с Домиником прошли сквозь огонь и воду. Всегда были вместе и всегда будем.

Девушка поняла, что идея «разделяй и властвуй» не будет иметь успеха. Если Лоу готов рискнуть своей свободой, чтобы помочь Доминику, это говорит о серьезности связи между ними. Единственной, ради кого она бы сделала то же самое, была Аннабелль, поэтому она понимала, что причины должны были быть вескими.

– Послушай, мне очень жаль его сестру. Но не думаю, что я могу дать ему что-либо… из того, что он ищет.

Кинли и правда сожалела. Она просто не могла себе представить, каково это – потерять сестру. Бекс может и не была самым заботливым родственником на планете, но она была родной кровью, семьей. Какой бы ни была его вина, а она определенно была, Доминик любил свою сестру и скорбел по ней. Потерять ее в результате передозировки наркотиками, должно быть, ужасно.

– Кэрри никогда не принимала наркотики, – тихо произнес Лоу. – Я вырос с ней. Я был в одном классе с Домиником, но мы, как минимум, были по разные стороны жизни.

– Он вырос в богатстве, – предположила девушка.

От него веяло властью, которую источали состоятельные мужчины. И «мир лежал у их ног».

– Более чем. А мы с Ри… нет.

– И как вы познакомились с Домиником?

Обычно дети с таким разным воспитанием не находят общих точек соприкосновения. Они с Аннабелль были скорее исключением.

Лоу пожал плечами, не от того, что не знал ответа, а скорее от того, что говорить на эту тему было неловко:

– Наш отец ушел, когда мы с Ри были еще детьми. Мама… ну, она делала все, чтобы мы были одеты и сыты. Я занимался мошенничеством в кинотеатре. Карты, кости, любая игра, где можно было смухлевать. Я никого не избивал, но другие маленькие ублюдки этим занимались. Они начали приставать к Доминику, потому что он был богатым, а еще маленьким, поскольку не перерос половое созревание. Я решил, что три подростка против двенадцатилетнего пацана очень несправедливо и мерзко. Я был на несколько месяцев старше и уже начал расти… и мне нравились драки, поэтому я вмешался. Ри помог. После этого Доминик стал нашим лучшим другом. Так как Кэрри была младше его, я вроде как присматривал за ней. Она не принимала наркотики. Никогда.

«Лоу был влюблен в нее?» Кинли знала, что ей должно быть все равно, но мужчина был таким нежным сейчас, легко было представить, как он дарил эту нежность Кэрри… пока она не умерла. Тем не менее… Кинли, пришлось признаться самой себе, что влюбленность Лоу в сестру Доминика ее беспокоила.

– Возможно, не в подростковом возрасте, – возразила она. – Но она была моделью. Этот «мир» очень легкомысленный. Ты не можешь знать, что она делала. Разве что ты был с нею в Нью-Йорке.

Мужчина покачал головой:

– Нет. Наши задницы обстреливали в Афганистане.

– Тебя и Райли?

– Нет, меня и Доминика.

«Зачем богатенькому парню отправляться в зону боевых действий?»

– Он учился в одной из военных академий?

– Нам было по девятнадцать, когда произошла трагедия 9/11 (прим.: имеется в виду теракт в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года). Доминик сказал, что не может сидеть в классе, когда его страна в опасности. Он бросил Гарвард и вступил в армию. Я последовал за ним, – Лоу пожал плечами. – Я не мог отпустить его одного.

«Ее сестра даже не ходила с ней в туалет. Только Аннабелль была такой подругой». Девушка понимала, что только глубокая привязанность заставила Лоу последовать за другом на войну. Кинли даже зауважала Доминика. «Каким мужеством надо обладать, чтобы оставив богатство и привилегии, служить своей стране на другом конце земного шара?»

Конечно, Лоу мог врать ей, чтобы заслужить расположение, симпатию или что-либо еще. Похитители были преступниками, которые обычно не совершают хороших поступков.

– Мне не нужно знать вашу историю.

Девушка просто хотела убежать. Возможно, они с Грэгом смогут быстро организовать свадьбу в том же месте. Конечно, она могла убедить его оплачивать процедуры отца, пока они снова не назначат дату церемонии. Первый взнос на счет больницы нужно было внести уже через неделю. «Ее жених не накажет ее отца, заставляя отказаться от лечения, потому что ее похитили… разве нет?»

– Нет, тебе нужно знать эту часть. Мы завершили свой третий срок службы, а потом вернулись в Штаты для обучения. Кэрри вышла замуж за Грэга, пока нас не было. Затем, нас перевели в спецвойска, где наши миссии были связаны с национальной безопасностью. Мы не смогли присутствовать на свадьбе, но там был Райли. Он сказал, что нам с Домиником следует всерьез задуматься о том, как Грэг обращается с Кэрри. Однажды ночью, пару месяцев спустя, она позвонила Доминику. Она оставила голосовое сообщение, потому что у нас был отгул, и мы воспользовались им.

Лоу немного покраснел, давая понять Кинли, что в это время они явно не в шарады играли. Кинли нахмурилась. «Они разделили кого-то между собой? Нет. Ой. Ой. Они были геями?» Эта мысль была ужасна. Для женщин во всем мире было бы оскорбительно, если бы два таких потрясающих образца мужественности интересовались друг другом. Она бы никогда не сказала это наверняка, но…

«С чего бы ее похитителям быть геями? Бессмысленно». Она заставила себя уйти от этих мыслей.

– Что она сказала в сообщении?

Грэг рассказывал, что его первая жена страдала от приступов депрессии. Он хорошо о ней заботился, но, в конце концов, его любви оказалось не достаточно, чтобы спасти девушку.

– Она была напугана, – Лоу посмотрел на Кинли, словно хотел, чтобы она поняла. – Она сказала, что уходит от Грэга и попросила Доминика перезвонить. Она была в здравом уме, но очень напугана. Она не принимала наркотики.

– Но…

– Полиция нашла ее тело спустя двенадцать часов, и я прекрасно знаю, что это Грэг убил ее. Кэрри была мне как сестра. Доминик – мой лучший друг. Я не могу просто стоять в стороне.

– Грэг был в Сан-Франциско, когда она умерла. Он не мог убить ее.

Горе Доминика мешало ему мыслить логически. Кинли может и не любила Грэга Дженсена, но она определенно не могла представить себе, как он убивает свою жену. «Так почему же крошечная часть ее вздохнула от облегчения, что сейчас Кинли не в свадебном путешествии?»

– Что ты знаешь о человеке по имени Винсент Дарго?

Кинли вздрогнула. Он был начальником службы охраны Грэга. Ей очень не нравилось, как он смотрит на каждую проходящую мимо женщину, словно на кусок мяса, который он с нетерпением разорвал бы. Жестко. Свирепо.

– Я не часто пересекалась с ним.

– Я убежден, что он насильно скормил Кэрри наркотики той ночью по приказу своего босса, Грэга Дженсена.

Слова Лоу «нарисовали» ужасную картину, от которой Кинли вздрогнула и обхватила себя руками.

К несчастью, ей не пришлось напрягаться, чтобы представить, как это делает Дарго. Но… «Грэг приказал ему?»

– Почему? Почему я должна тебе верить? И почему тебя должно волновать, что случится со мной?

Мужчина встал и, казалось, заполнил все пространство комнаты.

– Я не джентльмен, Кинли, но я буду предельно честен с тобой, потому что слишком много людей в твоей жизни не такие, – он шумно выдохнул. – Я много месяцев наблюдал за тобой.

Девушка шагнула назад:

– Ты преследовал меня?

– Думаю, это слово ты будешь использовать на суде. Я должен был узнать какая ты. Должен был узнать: будешь ты партнером или жертвой, в браке с Дженсеном. И я кое-что понял о тебе.

– Правда? Уверена, это впечатляюще. Ты совсем меня не знаешь. Фотографии с расстояния не скажут обо мне ничего.

– Разговоры с тобой в течение последней недели определенно сказали.

Кинли замерла. «О чем он? Не то, чтобы она боялась, того кем он был. Пожалуйста, нет».

– Я никогда не разговаривала с тобой до вчерашнего дня.

– Разговаривала, – Лоу смотрел на нее сверху вниз. Его голос полностью изменился, стал немного выше и чуть гнусавее, усилился акцент. – Ты знаешь. И не все это было ложью, Кинли.

Слезы полного унижения наполнили ее глаза:

– Ты – Майк.

– Это мое второе имя, если тебе от этого будет легче, – голос снова изменился. Все намеки «Майка» исчезли.

– Нет, – девушка отвернулась и начала ходить по комнате, не в состоянии смотреть на него. – Вау, какая же я дура. – Но он говорил другим голосом, черт возьми. И почему она решила, что Майк из Калифорнии будет в Нью-Йорке?

Несмотря на все это, она должна была догадаться, что он слишком хорош, чтобы быть реальным, но она так отчаянно хотела верить, что могла понравиться кому-то, просто потому что это она. Чтобы наслаждаться фантазией, где есть приличный парень, который хотел проводить время с ней, не обращая внимания на ее имя или родословную.

– Ты не дура! Доверчивая, да. Но не дура. И как только все закончится, мы обсудим твою дурную привычку оскорблять себя. Я не потерплю этого, – его голос стал ниже с сексуальной хрипотцой.

– Ты, должно быть, смеялся надо мной, над тем, сколько я рассказала о себе, над переживаниями которыми я делилась…

– Нет, если я и смеялся над чем-то, так это над тем, что я никогда столько не говорил. Я никогда не был так открыт. Ни с кем. Поэтому они чувствуют себя в безопасности, когда я говорю с тобой.

– Они? Ты о других парнях?

– Я должен был «внедриться», задать пару вопросов, узнать тебя и все. Мы не рассчитывали, что я буду говорить с тобой часами, но… я не смог остановиться. Боже, Кинли, когда я впервые услышал твой смех, он словно… Я увидел все краски мира. Это глупо. Забудь. Я не хорош в этом. Это по части Райли.

Девушка не могла понять, о чем он. Она все еще не отошла от того, насколько наивной оказалась.

– Я заглотила эту наживку и облегчила тебе задачу. Я рассказывала о свадьбе и в каком номере буду.

– Ты рассказывала мне, как была напугана, и как сильно хотела, чтобы мама была рядом и могла что-то посоветовать. Ты рассказывала, что я не должен стыдиться своих желаний, хотя я знал, как ты была шокирована, когда я объяснил что хочу найти женщину, которую смогу разделить со своими братьями.

Мужчина говорил о том, как рос в бедноте. Как, после ухода отца, его мама стала заниматься проституцией, чтобы прокормить их. Он утверждал, что знает, как носить выцветшую поношенную одежду в школу, потому что именно так и делали он и его брат. Кинли плакала из-за него. Она повесила трубку и плакала, потому что ее сердце разрывалось от боли за того маленького мальчика, которым он когда-то был.

– Как ты мог врать об этом?

– Ничего из того что я говорил, не было ложью, детка. Я рассказал тебе все о своей жизни. Мама умерла, когда мне едва исполнилось восемнадцать. Я работал на двух работах, чтобы Райли смог окончить школу, затем я пошел с Домиником в армию. У меня было всего две работы, потому что Доминик давал нам наличные сколько мог. Поэтому мы трое были семьей очень долго. – Лоу уперся руками в бедра и шумно выдохнул. – И я собираюсь пойти ва-банк и все выложить, Кинли. Я думаю, ты могла бы стать той женщиной, которая дополнит нашу семью, потому что ты показала «Майку» насколько ты милая. Боже, Кинли. Ты не должна слушать свою сестру или таблоиды. Ты умная. Ты преданная. Ты… черт, ты очень хорошая. И я знаю вся эта ситуация полностью вышла из-под контроля, но я хочу тебя – и не просто на пару ночей. Думаю, я смог бы стать лучше, если бы ты была в моей жизни. На самом деле, ты можешь всех нас сделать лучше.

Миллион мыслей пронесся в ее голове. «Лоу был «Майком», а «Майк» мог играть с ней. Какая прекрасная речь… но что если она лишь для того, чтобы завоевать ее доверие и выудить информацию. Доминик очевидно думает, что она что-то знает и хочет заполучить информацию, но… Он был слишком зол, чтобы самому спросить? Возможно, они все считали, что она жалкая и не поведется на одну и ту же уловку. Или может…»

Лоу наклонился и прижался своими губами к губам девушки, обрывая поток мыслей. И дыхание.

Сердце Кинли забилось сильнее. Кожу мгновенно обдало жаром. «Какого черта происходит?» Мужчина так нежно обхватил своими ладонями ее лицо, смотрел на нее так, словно она разгадка всех тайн во вселенной, словно она прекрасна и драгоценна. Кинли поняла, что застыла в ужасе, но какая-то часть ее предвкушала момент, когда он «захватит» ее рот.

«Мягкие». Она не ожидала, что его губы будут такими мягкими. Или время словно остановится на один восхитительный момент. Кинли и раньше целовалась: неуклюжие поцелуи, которые лишь заставили задуматься из-за чего весь шум? Даже поцелуи ее жениха были обычными. Чмок тут. Чмок там. Он утверждал, что хотел подарить ей чувство безопасности в браке, пока не наступит момент их первой настоящей близости, но она знала правду. Она ему не нравилась.

Дело в том… девушка никогда не считала секс чем-то важным.

Лоу заставил ее пересмотреть эту позицию. Он относился к ней так, словно она была желанной. Словно она была чем-то роскошным, а он был мужчиной, который никогда не пробовал чего-то настолько прекрасного и возможно никогда больше не испробует. Лоу держал ее, будто она была бесценной.

Кинли не могла не закрыть глаза и не запечатлеть этот момент – как соприкасались их носы, как его губы впивались в ее нижнюю губу, заставляя дрожать от восторга. Она старалась запомнить каждое легчайшее движение его языка и тот факт, что каждое поглаживание посылало импульсы к ее соскам. Мужчина приятно пах: чистотой и мятой. Он почистил зубы перед приходом, словно хотел, чтобы это произошло. Он хотел поцеловать ее.

«Кроме этого он похитил и обманул ее. Боже, она целовала своего похитителя».

Девушка оттолкнула его, ее губы все еще покалывало.

– Нет.

Лоу смотрел на нее, сжав упрямо челюсть:

– Кинли, я знаю, что ты не можешь понять, что происходит сейчас, детка, но со временем поймешь. Я думал, что слишком груб с тобой, но теперь вижу, что именно такой мужчина тебе и нужен.

– Оставь меня в покое. Мне не нужен преступник, – она попятилась, но с каждым шагом ее тело протестовало и стремилось обратно, к нему.

– Ты нуждаешься в нас троих, – продолжал Лоу, – мы позаботимся о тебе. Я не позволю, чтобы с тобой что-то произошло. Я схожу по тебе с ума, Кинли. Мы удостоверимся, что Дженсен не навредит тебе, как сделал это с Кэрри. Как только он окажется за решеткой, если ты захочешь уйти, я отпущу тебя. Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты осталась с нами.

– Лоу? Если вы там закончили, ты нужен нам в кабинете.

Девушка ахнула и повернулась. Райли стоял в дверях. Она не слышала, как он пришел, но она была глупой девочкой, целовавшей своего похитителя. И наслаждалась этим. К слову сказать, Кинли думала о том, что она почувствовала бы, если бы они повторили поцелуй. Она упустила свой шанс, и ее губы словно «заныли» от потери.

Кинли отвернулась, отказываясь смотреть на Райли, и сильнее сжала в руках Джиджи. Она не могла прижаться к Лоу, так как между ними была ее собака. «Что если бы она не держала щенка на руках? Притянул бы Лоу ее ближе? Почувствовала бы она как прижимается его эрекция к ее животу? Или нет, потому что все это было игрой?»

Большие ладони накрыли плечи девушки:

– Я вернусь, Кинли. Веди себя хорошо. И Джиджи, не кусай Райли.

Сначала, Кинли хотела попросить его остаться, но подавила это желание. Он снова играл с ней. Он совершил преступление. Она не должна чувствовать себя в безопасности с ним. «Он был просто умным, роскошным мужчиной, который использует любые средства в своем распоряжении, чтобы она была посговорчивее». Она должна помнить об этом. «Грэг клялся, что поможет ее благотворительному фонду и отцу – вот ее будущее».

И не важно, во что хотело верить ее сердце.

***

Райли запер за собой дверь и поспешил перехватить брата:

– Какого черта только что было?

Он стоял и наблюдал за ними: он никогда не видел, чтобы его брат был настолько нежен с женщиной. Он будто был другим человеком. Лоу был… черт. Он казался почти счастливым.

Его брат повернулся к нему:

– Я просто разговаривал с ней. Я вернул ей собаку, пока Бутч не съел ее. Мы не должны пугать ее, чтобы она помогла нам. Она будет намного полезнее, если будет счастлива. Я могу заслужить ее доверие.

– Я застал более чем дружественную беседу. Ты целовал ее.

Небольшая улыбка появилась на губах Лоу:

– Да.

Райли осознал, что у него отвисла челюсть:

– Ты понимаешь, что выглядишь сейчас, как чертов подросток, который целовался в первый раз.

Лоу пожал плечами, излучая почти эйфорию:

– Может, это я и чувствовал. С ней, словно… все впервые.

– Она по уши в этом дерьме, Лоу, – прорычал он. – И ты знаешь это лучше всех.

– Я знаю, что ее нужно спасти. Дженсен использует ее. У меня есть доказательства того, что это не она обналичивала чеки. Вы с Домиником думаете, что изучили ее, но я нашел несколько фотографий, сделанных в тот момент, когда был обналичен первый чек. Ни один из вас не спросил меня, перед тем как обвинить ее в воровстве средств, а она была в двадцати кварталах от банка. Кто-то подделал ее подпись. У меня трое подозреваемых, и последние два не в счет.

Если Лоу говорил правду, тогда Райли тоже догадывался, кто подделал подпись Кинли. И если она была не виновна… она вскоре будет опустошена. Конечно, когда она неизбежно разобьет сердце Лоу, именно он будет опустошен. Даже если она никогда никого не обижала, эта девушка из мира богачей. Она не выйдет замуж за сына шлюхи, тем более за двух, а третьего возьмет ради забавы. Ее друзья и семья будут шокированы. Их мнение значит многое для такой девушки как Кинли.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю