Текст книги "Ревизор: возвращение в СССР 43 (СИ)"

Автор книги: Серж Винтеркей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Да вы что, совсем тут с ума посходили! – продолжила возмущаться Инна, все больше повышая голос. – Это же антисанитария. Неизвестно, как и из чего их там в Африке сделали. И страшные они до жути. Это же детям психику травмирует. Немедленно убирайте и не смейте больше к детям приносить! Какая безответственность!

Пока сестра кричала и возмущалась, я потихоньку доходил до точки кипения. Давно мы не общались с сестрой лично, особенно на сложные темы. Отвык я основательно от Инниной нахрапистости. И сейчас, чем дольше ее слушал, тем больше у меня пригорало. Да и Руслан с Андрюшкой сделали уже характерные мордочки, готовясь разрыдаться. Мало того, что орут тут все, так еще и такое впечатление, что поняли пацаны, что громкая тетя на их подарки покуситься собралась.

– Петя, отведи пока Аришу с Сашей на кухню, пусть компотику попьют и успокоятся, – предложил я деверю.

– Так давай я лучше маски унесу, тяжелые небось, ты покажи куда, а Инна детей на кухню отведет, – двинулся Петр к африканским изделиям, намереваясь выполнить указания жены.

Руслан с Андрюшкой начали кукситься и похныкивать, глядя на него.

– Нет, Петя. Маски останутся на месте, – твердо ответил я. – Займись своими детьми, а то изревелись уже все. Собственно, это у них с ними проблемы только…

Петр покосился на Инну, но все же подхватил Сашку на руки и, взяв Аришку за ручку, направился к кухне.

– Ты ничего не попутала, сестренка? – перевел я взгляд на Инну, стоявшую, уперев руки в бока и возмущенно глядя на меня. – Ты находишься в моем доме, а не в своем. Немедленно прекрати командовать здесь и тон сбавь, детей моих пугаешь.

– Я пугаю?! Да их маски твои дурацкие пугают! – аж задохнулась от возмущения сестра, продолжив кричать. – И вообще, если ты сам не соображаешь ничего и ведешь себя безответственно, то что мне, молчать?!

– Да уж, ты у нас прямо образец ответственности, детей заражаться вирусом привела, – не сдержал я сарказма. – А про маски повторюсь – дом мой, а не твой. Правила здесь мои, у себя командуй. Маски детям нравятся и будут стоять там, где стоят.

– Да много ты понимаешь?! Детям надо ветрянкой переболеть, вот и привела. Диплом медицинский получи, прежде чем говорить что-то… – выговорила мне сестра.

О, вот и контузия вылезла. Здравствуйте, давно не виделись, – мысленно констатировал я, вздохнув.

– А дети твои еще маленькие совсем, ничего не понимают. Нельзя им потакать в их капризах. Это твое дело как родителя, убирать от них все опасное и вредное. – никак не могла угомониться Инна.

– Давай я тебя тогда тоже на кухню провожу, к мужу и детям, – покладисто кивнул я, подхватывая сестру под локоть, полностью согласный с тем, что «опасное и вредное, и вдобавок громко кричащее» надо срочно от моих детей убрать…

– Я про маски, – яростно вырвала у меня свою руку сестра.

Надо же, уловила сарказм, – мысленно восхитился я.

– Да пойми же ты Паша, это безответственное поведение для родителя! – стала Инна в пафосную позу. – А-А-А! Что это?! – тут же заорала сестра, когда одна из масок внезапно вывалила длинный пушистый «язык».

Весь пафос с Инны моментом слетел. Она с визгом выскочила из комнаты. Андрюшка с Русланом дружно захихикали. В комнату тут же ворвались Галия с Эльвирой, перепуганные Инниной реакцией.

– Что такое? – встревоженно поинтересовалась жена, быстро осматривая смеющихся детей.

– Панда, блин! – только и смог просипеть я, тоже давясь от смеха.

– Фух! А я уж испугалась, – тут же поняла Галия, о чем я.

Успокоившись немного, пояснили недоумевающей Эльвире, в чем дело. А дело было в том, что наша кошка, изучив в первый же вечер подаренные капитаном маски, придумала новое развлечение, которое изрядно веселило детей и пугало нас с женой первое время до чертиков.

Панда забиралась за одну из масок и высовывала хвост в прорезь для рта, что само по себе уже выглядело эпично. Эдакий «мохнатый длинный белый язык». Так мало того, она еще начинала при этом водить хвостом из стороны в сторону, что делало зрелище просто ужасающим, особенно для неподготовленного зрителя. Мальчишки от новой задумки Панды были в полном восторге, каждый раз безудержно хохоча над этим представлением.

– Вот же проказница! Придумать такое, надо же, – погрозила кошке Эльвира, от души посмеявшись над ситуацией.

В кошке нашей бабуля души не чаяла, считая самым красивым животным, что видела в жизни, так что ко всем ее проделкам относилась с симпатией.

Но маски все же жутковатые, – констатировала она, снова рассмеявшись над «пушистым языком», который, ненадолго пропав, снова появился.

***

Москва, Кремлевский дворец

Посол Кубы в Советском Союзе Мануэль Диас был чрезвычайно доволен своей интуицией. Она подтолкнула его подойти к тому самому парню, который, неожиданно для всех, стал звездой на приеме в японском посольстве.

Когда он там его увидел, ожидая своей очереди переговорить с послом Японии, то поначалу решил, что он из одной из стран НАТО. Ну а что еще думать, если парень одет в дорогие вещи от европейских дизайнеров? Но пока дожидался посла Японии, услышал, что тот говорит на русском без всякого акцента, значит, он гражданин СССР.

В тот вечер он все же так и не решился подойти к молодому человеку, уж больно много с ним врагов Кубы общалось, включая и американского дипломата. Такие знакомства ему не очень нужны. Но когда увидел его на международном конгрессе, организованном Москвой, то решил, что все же стоит познакомиться с ним. К чему терять время зря, если все равно пока больше никого знакомого нет на горизонте? Ну и тем более, вряд ли на такое мероприятие Кремль отрядил бы от СССР кого-то не заслуживающего доверия, это же не прием у посла Японии, ближайшего союзника США, заклятого врага Кубы…

И теперь он радовался, что сделал этот шаг! Сразу началась цепочка приятных последствий. Парень оказался журналистом крупной газеты и своим вопросом тут же навел его на мысль задействовать для интервью Вильму Эспин. Жена Рауля Кастро была чрезвычайно влиятельна на Кубе. Неудивительно, учитывая, что к ней очень хорошо, помимо мужа, относился и сам Фидель. И перед ним совершенно четко в МИДе поставили задачу, чтобы по возвращении из Москвы домой она была всем довольна. Для такой энергичной особы это означало обеспечить вовсе не рестораны три раза в день, а задействовать ее и по политической линии.

Интервью для «Труда» оказалось в итоге экспромтом, о котором он заранее сам не подумал, но он уже знал, что окружение Вильмы оценило его очень высоко. Она и сама тоже наверняка уверена, что он заранее его продумал и специально его организовал. А ведь потом, когда статья выйдет, он еще и отправит ее диппочтой для Вильмы с лучшими пожеланиями, еще раз напомнив о себе…

А тут еще и оказалось, что русский журналист скоро едет на Кубу. И вполне может быть, что снова встретится там с Вильмой. И если повезет, то и тогда она вспомнит о том, что именно он привел его к ней.

А ведь у него через год, если не продлят, закончится срок работы в СССР. И по возвращении он, как и все дипломаты, приезжающие из-за рубежа после долгого отсутствия в стране, окажется в подвешенном состоянии. Связи многие будут утеряны, некоторые после такого долгого отсутствия и в МИДе не могли какую-то позицию снова занять. Вот тут ему может и пригодится состоявшееся знакомство с Вильмой…

Главное, конечно, чтобы этот парень на Кубе достойно себя вел. Впрочем, понаблюдав за ним, больших сомнений в этом он не испытывал. Несмотря на юный возраст, вел себя он и во время знакомства с ним, и на интервью с Вильмой, очень деловито и обстоятельно…

Дочитали главу – порадуйте автора, поставьте книге лайк, если еще не сделали этого раньше! Вам несложно, а мне – приятно!!! /work/480034

Глава 8

Москва, квартира Ивлевых

Вернулись с женой и бабушкой на кухню, где нас дожидалось возмущенно-мрачно-заплаканное семейство Жариковых.

– И чего ты крик такой устроила, перепугала всех, – тут же припечатала Инну Эльвира. – Подумаешь, кошечка с масками играет...

– Ты что? Ты видела те маски, вообще?! – попыталась вскинуться в ответ Инна.

– А ну цыц! – шикнула на нее бабуля. – Не смей голос повышать, дети только успокоились. Ишь нервная... Видела я те маски, ничего такого. Привыкнуть можно... Наверное...

– Но они же детей пугают, – ухватилась Инна за последний аргумент. – Разве можно такое детям?..

– Да дети Пашины хохочут и веселятся, – махнула рукой Эльвира. – Значит, ничего плохого.

– А Аришенька с Сашей? – возмутилась сестра. – Видела, как они плакали.

– Ну да, испугались с непривычки, бывает, – пожала плечами бабуля. – Ты вон в детстве бабочек боялась, причем до одури. Так что теперь?! Убивать всех бабочек надо было? У всех свои страхи, перерастут.

– Все равно, могли бы и убрать эти маски свои, пока мы здесь, – насупилась Инна, обиженная тем, что бабушка встала на нашу сторону.

– Чего это вдруг? – улыбнулась Эльвира. – Чтоб Андрюшка с Русланом расстроились? Это же их подарки. – строго посмотрела на внучку бабуля. – Да и чего ты командуешь тут вообще? Все никак не отвыкнешь, что Паша младший брат твой? Отвыкай. Взрослый он уже, глава семьи, – усмехнулась она.

– Но... – не сдавалась Инна.

– Все, цыц, вопрос закрыт, – скомандовала Эльвира, добавив в голос стали.

Инна послушно замолчала, хоть и смотрела по-прежнему возмущенно.

– А как тогда детям поиграть вместе, если ваши там, а наши здесь? – несмело поинтересовался Петр.

– Подожди пару минут, сам увидишь, – улыбнулся я, садясь за стол с племянниками и наливая себе компота из кувшина.

Мы расселись за столом, Галия с бабушкой начали хлопотать, готовя все к чаепитию. Я же с удовольствием начал болтать с Аришкой, которая уже успокоилась и стала оживленно лопотать, отвечая на мои вопросы про братика, друзей и новые игрушки.

Первой на кухню заглянула Панда, аккуратно проскочив мимо малышни и пристроившись на подоконнике поближе к бабуле.

– Знает, кто может вкусной деревенской курочкой угостить, – усмехнулся я.

– Вот плутовка, – шутливо погрозила кошке Эльвира с таким видом, что было сразу понятно – угощение хвостатая точно получит.

Следом за кошкой на кухню заглянул Тузик. Бдительно осмотрел все, потом исчез, после чего раздались знакомые шлепки ручек по полу и в кухню заползли Руслан с Андрюшкой, с любопытством на всех посматривая. Пес шел следом за детьми, всем своим видом показывая, кто тут на самом деле самый ответственный и следит за порядком. Оказавшись на кухне, пацаны застеснялись, что ползают, и начали вставать. Ходить они уже тоже вполне могли, но предпочитали все же ползать на дальние дистанции…

– А вот и мальчишки, – улыбнулся я, – соскучились и сами приползли.

Аришка сразу слезла со стула и пристроилась в углу играть с нашими пацанами. Сашка сначала дичился немного, но, когда Галия принесла на кухню машинки и солдатиков, тоже слез и присоединился к детской компании.

Так и общались в итоге по-семейному на кухне всей толпой. Инна еще дулась какое-то время, но, поняв, что никто не собирается идти у нее на поводу, минут через десять не выдержала и вклинилась в общую беседу, сказав торжественным голосом:

– А у нас с Петей важная новость!

Петр при этих словах жены приосанился и улыбнулся во все тридцать два зуба.

Неужто Инна забеременела? – подумал я, и перехватил взгляд жены, направленный в сторону живота Инны. Похоже, она то же самое подумала…

– Нам квартиру дадут, – выпалила Инна радостно, – трехкомнатную. В кирпичном доме!

– Здорово как, поздравляем! – обрадовалась Галия.

Начали все обнимать и поздравлять Инну с Петром. Новость действительно была отличная. Довольно быстро им этот вопрос решили, – мысленно прикинул я, – неужто Петр таки внял советам и подсуетился на работе? Молодец!

– Это еще не все, – продолжила сестра, очень довольная всеобщим вниманием, – наш дом будет совсем рядом с вашим, буквально пять минут через дворы, – выпалила Инна. – Непросто было, но Петр молодец, договорился!

И вот тут радость моя внезапно поутихла. Я знал, где у нас новые дома строятся, гулял там рядом с Тузиком неоднократно. Это действительно совсем близко от нашего дома. Не было печали, блин... Я сестру люблю, конечно, но любовь моя к ней прямо пропорциональна расстоянию до их семьи. А тут это расстояние до критического минимума упадет. Хуже было, только когда мы их к себе в квартиру пустили пожить однажды... И потом выселить не могли.

– Это будет чудесно, правда же? – весело щебетала тем временем Инна. – Наши дети смогут на одной площадке с вашими играть, представляете? И в одну школу ходить. И оставлять деток друг у друга можно будет... У вас тем более няня все время дома, вообще удобно...

***

Москва, квартира Андриянова

Поздно вечером Антона разбудили сногсшибательные запахи из кухни. Лениво потянувшись и надев халат, он пошел на заманчивый аромат. Прогуляли они почти весь день, вот и свалился на кровать без задних ног, когда домой добрался…

Оксана хлопотала у плиты.

– Здравствуй, милый! – поприветствовала она его довольной улыбкой. – Садись ужинать, я блинчиков напекла.

Антон не стал заставлять себя ждать, тут же налив себе кофе из уже заваренного кофейника и начав накладывать на тарелку аппетитные румяные блинчики.

– Пахнут просто изумительно, – похвалил он.

– Сметанки возьми, – поставила Оксана рядом баночку.

– Спасибо! – поблагодарил ее Андриянов. – А ты чего не ужинаешь?

– Я уже поела, – улыбнулась Оксана. – Да и борщ делаю, не хочу отвлекаться.

– О! Борщ – это хорошо, – одобрительно кивнул Антон. – Борщ у тебя прекрасный выходит.

– Рада, что тебе нравится, – кокетливо улыбнулась Оксана, снова повернувшись к плите.

Антон ужинал, наблюдал за гостьей и мысленно удивлялся.

Вот вроде обычная женщина из провинции, заведующая детским садиком, а выглядит на зависть многим. Уж не говоря про готовку, в которой она вообще спец. И сравнить ее с той кикиморой, с которой бухгалтерша наша свести хотела… Бр-р-р! – Андриянова аж передернуло при воспоминании о золотозубой Анечке. – Хотя ведь та вроде как москвичка… И вот как так бывает?..

Вспомнив о сестре бухгалтерши, Антон немного расстроился. Сегодня он с Оксаной половину Москвы обошел в надежде встретить сослуживцев и показать, что у него есть женщина его возраста. И в парке гуляли, и по улицам ходили, и в несколько крупных магазинов зашли, и в ресторан сходили пообедать, в который Рябко и начальник соседнего отдела любили по выходным жен водить. Но все напрасно. Не встретили вообще никого из знакомых Андриянова. Все сослуживцы словно специально попрятались.

Обычно же в выходные на улицу не выйти без того, чтоб хотя бы двух-трех коллег не повстречать, а тут как сговорились все. Такими темпами скоро придется каждый день от «заманчивых кандидатур» на работе отбиваться, – мрачно размышлял Антон. – Вряд ли бухгалтерша будет единственной, кто попытается ему кого-то из своих родственниц подсунуть…

И ведь выговаривала еще мне в конце рабочего дня, – с досадой вспомнил Антон. Мол, «Что это вы Антон Григорьевич, телефонами с Анечкой не обменялись? Чем она вам не угодила? Она ведь всего на пару лет вас старше, да и обеспеченная, все у нее есть, квартира своя однокомнатная, не комната в коммуналке, ребенок почти взрослый уже… Чего вам не хватает? Или вам только молоденьких да замужних подавай?..» А стервы эти из бухгалтерии стояли рядом да поддакивали… Не дадут мне жизни точно…

– Как тебе сегодня наша прогулка понравилась? – поинтересовался Антон у Оксаны.

– Да неплохо, – ответила та. – А что?

– Да хотел снова с тобой погулять по городу пойти завтра, – предложил Андриянов. – Погода вроде бы по прогнозу будет хорошая. Может, на Воробьевы горы съездим? Там эскалаторная галерея, и на канатном подъемнике прокатиться можно.

– Не знаю. Можем съездить, конечно, – ответила Оксана не очень охотно. – Но может, просто неподалеку в парке прогуляемся? Мы сегодня столько всего обошли. А если на Воробьевы горы поедем, это же надолго будет.

Оксана совсем не горела желанием выходить в воскресенье из дома куда бы то ни было. Ей сегодня Андриянов устроил такой тур по городу, что она до сих пор в себя прийти не могла, все ноги сбила.

– Просто хочется показать тебе красивые места, пока погода позволяет, – улыбнулся Антон Оксане как можно обворожительней. – Такую красивую женщину грех в простом сквере у дома прогуливать. Да и надолго пойти не получится, у тебя же вечером поезд… Кстати, может ты и на следующие выходные ко мне приедешь? – предложил вдруг Андриянов.

– А я пока никуда и не уезжаю, – кокетливо подмигнула ему Оксана, загадочно улыбнувшись.

– То есть как? – уточнил удивленно Антон.

– Это сюрприз, – ответила Оксана, оставив готовку и присев к нему на колени. – Я подумала, чего на пару дней туда-сюда мотаться. Поэтому взяла неделю за свой счет на работе. Так что я до следующих выходных свободна и могу никуда не уезжать. Ты же рад? – переспросила она его, немного насторожившись и внимательно всматриваясь в его лицо.

– Конечно, – постарался улыбнуться Андриянов максимально естественно. – Просто не ожидал. Умеешь ты удивлять!

Оксана кокетливо улыбнулась, поцеловала его и вернулась к плите. А Антон, стараясь сохранить нейтральное выражение лица, лихорадочно размышлял. Такого поворота он совершенно не ожидал.

Вот и позвал на выходные скромную провинциалку! – крутилась в его голове тревожная мысль. – И что теперь делать? Целая неделя вместе – это же уже практически отношения. Так и до женитьбы недалеко…

***

Италия, о. Сицилия

Неожиданный приезд Альфредо домой стал для семьи приятным поводом погрузиться в хлопоты о младшем сыне. Мать четыре раза в день готовила для него его любимые блюда. Отец, приходя с работы, пытал сына вопросами о том, как у него продвигается диссертация и в целом, как он привыкает к жизни в Советском Союзе. Ну а брат вообще ходил за ним тенью. И даже черепаха, похоже, соскучилась. То и дело подходила к стулу, на котором он сидел, и билась панцирем о ножку, напоминая о себе…

Альфредо с сожалением подумал о том, как поменялись роли в семье его и брата. Старший брат, который раньше всегда служил для него примером, сейчас, по сути, на его фоне успешного аспиранта, обучающегося за рубежом, стал выглядеть уже как младший. Ну да, когда ты живёшь на деньги своих родителей, не в силах найти нормальную работу, о каком уважении к себе можно мечтать? Нет, никто не попрекал Микеле куском хлеба, но быть приживальщиком в возрасте двадцати пяти лет, само собой, не очень весело.

Как в такой ситуации быть нормальным старшим братом? Альфредо подумал, что он бы, наверное, оказавшись в такой ситуации, не сидел бы на шее родителей. А пошёл бы всё же к дяде на подработки. Всё лучше, чем на шее у семьи сидеть...

Так что, учитывая, какой заботой охватило его семейство, к дяде он смог вырваться только на третий день. Предварительно позвонил ему, конечно. Профессия у Джино такая, что сюрпризы он не любит. Но Альфредо порадовала искренняя радость, прозвучавшая в голосе дяди, когда тот услышал про его предстоящий приезд…

Ну что же, пришла пора отрабатывать деньги и такую приятную поездку к семье, что обеспечил ему Павел Ивлев!

***

Глава 9

Москва, квартира Ивлевых

Сидел и смотрел на сестру в тихом ахере. Вроде «деточке» и годиков немало совсем, и детей своих уже двое, а мозга это почему-то не прибавляет по жизни, равно как и совести.

И ладно бы это была чистая и наивная радость человека, который действительно в восторге от того, что будет жить рядом с родней и помогать, когда будет нужен. И хотел бы поверить, но нет, иллюзии давно рассыпались. Инна совсем другой породы. Да, она сейчас радуется абсолютно искренне, и даже прикрывает это все красивой картинкой, мол, к родным переберусь поближе наконец-то… Но знаю ведь точно, что на самом деле она спит и видит, как на шею всем нам сядет, ножки свесив и ручки благостно сложив. И картина перед глазами четкая вырисовывается, для нас в перспективе безрадостная. Ведь мама с нами в одном подъезде живет…

Сам бы я сестру нашел как приструнить, и отказать бы смог спокойно на излишние притязания. Но ведь если я не дам ей, скажем, у нас детей своих постоянно оставлять, а именно так она и собирается делать, к гадалке не ходи, то ведь она сразу их маме подкинет этажом выше. А у Поли при всех ее достоинствах есть один большой такой недостаток – материнский инстинкт безудержный и беспощадный, забивающий все остальное намертво. До сих пор в глазах картина стоит, как она в Святославль по морозу без сапог от Инны приехала, той их оставив…

Поля «кровиночке» своей никогда и ни в чем не откажет. И будет смотреть не только за маленьким Ринатом, но и за Инниными двумя. А я же такого точно не допущу, у матери здоровье не то уже, а значит к себе так или иначе с Галией заберем малых, вынуждены будем… Замкнутый круг какой-то…

– Мы поверить не могли своему счастью, когда Петю командир вызвал и новость сообщил, – продолжала радостно рассказывать Инна, уплетая тортик. – Думали, как минимум год ждать придется еще.

– Ну, по факту где-то еще полгода ждать надо, – усмехнулся Петр. – Раньше никак построить и сдать дом не успеют. Сама же видела, там еще только начало, а ведь зима на носу…

– Ничего. Зато теперь хоть точные сроки знаем, – отмахнулась Инна. – Это совсем не то же самое, что жить в общаге и не знать, сколько еще все это продлится.

– Это да, согласен, – закивал Петр довольно.

– Молодец, Петя, – похвалила его Галия, – свое жилье – это очень важно. Совсем другие ощущения, гораздо меньше тревог, когда знаешь, что семье есть, где жить.

Петр аж расцвел, довольный похвалами в свой адрес.

– И даже не думайте, полгода там или год пролетят быстро, и не заметите, – махнула рукой Эльвира. – Оглянуться не успеем, а уже новоселье справлять надо будет.

– Скорее бы… – мечтательно протянула Инна. – Кстати, – оживилась она, – у вас ремонт шикарный просто в квартире. Нам бы тоже хорошо такой сообразить себе…

Сказала сестра это, почему-то выжидательно на меня глядя, а не на своего мужа.

– Почему нет, делайте конечно, – пожал плечами я, улыбнувшись. – Надо будет покрасить что-то или обои поклеить, зовите. С удовольствием поможем.

– Обои сначала еще купить надо, – поджала губы сестра.

– Так у вас еще полгода впереди, полно времени, – ответил спокойно.

– Правда, Инна, что ты опять заранее начинаешь проблемы выдумывать, – попенял жене Петр, не особо довольный тем, что фокус с его большого достижения в виде квартиры сместился на бытовые хлопоты, – празднуем же сегодня. Давай просто порадуемся, а завтра уже начнем думать, когда и как все будем организовывать.

– И верно, внучка, о проблемах всегда подумать успеешь, без них в жизни никак, – поддержала Петра бабуля. – Да и не проблемы это на самом деле. Какая по большому счету разница, в цветочек там обои или в полосочку, если они в собственной квартире вашей будут, да еще и в столице! Радуйся, большой вопрос решили для будущего вашей семьи. Еще раз поздравляем вас и желаем счастья на новом месте!

Все дружно чокнулись чашками, но я успел заметить, как сестра недовольно поджала губы. Чувствую, предстоит еще нам сложный разговор, и не один причем.

И тоже мне продумать все надо здесь хорошо. Сестра все же, во-первых, и сейчас у нас здесь Советский Союз, самый что ни на есть настоящий. Все всем помогают чем могут, о деньгах часто речи вообще не идет. Да и заводить такой разговор о деньгах нельзя, многие обижаются, причем искренне. Особенно, если речь о родне идет. Так что мне тут снова надо думу думать и шаги просчитывать, чтоб кучи камней подводных обойти. Это в XXI веке у народа уже мышление рыночное и вопросом про деньги никого не удивишь и не шокируешь. Скорее удивятся, если его не поднимешь…

А сейчас… Взять тот же ремонт, например, или няню нашу, на которую сестричка, как внезапно выяснилось, почему-то искренне рассчитывает. Инна же не из тех, кто может детей раз в месяц, когда реально припрет, привести, она их при малейшей возможности подкидывать будет. Кукушка та еще. Предложу я, например, Инне няню пополам оплачивать или ценник за материалы и работу по ремонту покажу… Уже же понятно, что она хочет ремонт именно как у меня, не как у моих соседей. И что? Знаю ведь, что дальше будет. Она в своей «искренне непосредственной» манере тут же рванет жаловаться маме и бабушке. В случае с няней жаловаться будет на сквалыгу-брата, который родной сестре пожалел услуг няни для детишек «буквально на один денечек», денег содрать решил. А в случае с ремонтом – просто пожалуется, как все дорого и как ей с двумя детьми такое потянуть… Ну да, откуда у нее с Петей такие деньги возьмутся…

А дальше начнется для меня черная полоса. Потому что никакого понимания и близко не будет. В ситуации с няней меня и мама, и бабушка дружно осудят, для них невозможно такую ситуацию понять. И сами еще и скинуться решат со своих пенсий и зарплат за Инну. Со стыда и злости сгорю точно… Не вариант.

С ремонтом будет полегче в плане урона моей репутации у близких, но все равно все будет плохо. Так как и Эльвира, и Поля дружно потащат все нажитое «кровиночке» на ремонт «как у братика». А Инна ведь еще исподволь подогревать ситуацию станет наверняка фразами вроде «как же бабушка/мама будет без денег сидеть…» или «я отговаривала, но они ни в какую, пришлось брать, хотя теперь ведь у них шаром покати…». И вот что, спрашивается, тогда делать мне?!... Как из всей этой ситуации вылезти по возможности не давая сесть сестре на шею и без больших потерь?!.. Задачка, блин, со звездочкой!

И Ахмада жалко… У него вон, свой парень подрастает, а Поля будет все Инне тащить, что только можно будет. Он, конечно, не жадный мужик, но все должно быть в меру. Злиться точно будет, если дома голяк, чужие дети постоянно на шее у жены, а Инна в пышном ремонте в трешке одна с мужем довольная сидит, расслабляется… Как бы до развода не дошло у них…

Принимать весь удар на себя, защищая маму и бабушку от аппетитов Инны? Так она же не угомонится… Вспомнил анекдот про разговор журналиста с миллиардером – «Расскажите, что мотивировало вас стать миллиардером из мультимиллионера? – Хотел проверить, хватит ли тогда жене моих денег…». Вот Инна из той самой породы. Валентину Никаноровну обременю еще и ее детьми, и ремонт ей проплачу как у меня – так она в раж точно войдет. И машину придется ей покупать тогда, и дачу не хуже, чем у себя делать… А затем и платья, и обувь потребует ей везти, как у Галии из Италии… А не привезешь, демонстративно поссорится с такими жадинами и начнет маме с бабушкой нас грязью поливать…

Посидели, «попраздновали» в итоге часа полтора почти. На кухне сидеть было тесновато, в детскую племянники по понятным причинам идти отказывались наотрез, так что Инна решила, что «общения с ветрянкой» детям хватило, и они засобирались домой.

– Ну что, до свидания, соседи, – весело попрощалась Инна, уходя. – Оглянуться не успеете, как уже вместе жить будем.

Закрывая за нежданными гостями дверь, заметил, что это «вместе» тряхануло неслабо, похоже, не только меня, но и Галию. Уж больно взгляд у нее был выразительный.

– Все обсудим, милая, но не сейчас, – прошептал в ответ на немой вопрос в глазах жены. – Бабушку отправим домой и обо всем поговорим. Полгода у нас есть, помнишь же? – добавил шутливо.

– Да уж. Шесть месяцев… Пролетят, и не заметишь, – грустно усмехнулась в ответ Галия.

***

Сицилия

Джино встретил Альфредо лично на пороге своего дома. Видимо, в окно увидел, как он идёт.

После объятий с дядей Альфредо пожал руки и телохранителям, поздоровавшись и с ними.

– Опять, небось, на автобусе приехал, – сокрушённо покачал головой Джино, увидев его запылившиеся ботинки-туфли. – Ну хоть обратно давай я скажу парням, чтобы тебя на машине домой привезли.

– Нет, дядя, не надо. Отцу кто-нибудь стуканёт, что твои парни меня на машине домой привезли, так у меня потом дома скандал будет серьёзный. Лучше я и домой обратно на автобусе поеду.

Передвижение на городских автобусах по Сицилии было настоящим приключением. Расписание формально существовало, но водители его не соблюдали. Автобус мог приехать случайно по расписанию, но мог и на полчаса позже, а то и вовсе не приехать. Так что да, все солидные люди на Сицилии ездили на своём собственном транспорте. Но раз Альфредо тут пока не собирался жить, то и речь о своей собственной машине он, естественно, не заводил.

Дядя, как и остальные родственники до этого, тоже начал его расспрашивать про то, как ему жилось эти почти два месяца с их прошлой встречи.

Альфредо привычно рассказал то, что уже рассказывал родителям и брату: погода в Москве в это время паршивая, не сравнить с сицилийской. Зато люди дружелюбные, и друзья хорошие. Всегда помогут, если что. А уж девушки очень красивые в любое время года.

Услышав про девушек, дядя радостно захохотал и потёр руки:

– Так ты, племянник, и жену-коммунистку, небось, из Москвы привезёшь сюда к нам?

– Нет, я пока и вовсе не собираюсь жениться, – перепуганно перекрестился Альфредо, вызвав новый взрыв смеха у дяди.

– Правильно, племяш, правильно! Нагуляйся как следует со всякими шалавами, а как домой вернешься, я тебе лично подберу скромную католичку-девственницу с отменной фигурой! Сам понимаешь, люди меня уважают, и подскажут нормальные варианты, без обмана! И начнешь новых Моретти строгать, как заведенный!

Потом, естественно, начались расспросы о семье. Дядя неодобрительно покачал головой, услышав, что у Микеле всё ещё нет работы.

– Вот что ему стоит хотя бы позвонить мне? Что я, послал бы его обязательно с моими парнями, что ли, раз он так отца слушается? Я бы ему чистую работу нашёл прямо в вашем городке… Мог бы просто проявить уважение, и я бы сразу и помог…

– Ну, дядя, что тут поделать, – развёл руками Альфредо, – зашугал отец моего брата. Боится он к вам обращаться. Помнит, что родственники, уважает вас, но…

– Ладно, – махнул тот рукой, – я сам поговорю кое с кем, чтобы ему работу предложили, но чтобы как бы случайно всё это вышло. Племянник всё же, хоть и непутёвый, не уважает дядю.

Услышав это, Альфредо обрадовался: вот как он даже до своей миссии ещё не добрался, а уже что-то хорошее в результате его приезда произойдет. У брата будет работа. Не зря приехал…

Поблагодарив дядю за помощь Микеле, он сказал:

– Пусть брат мой и не узнает, что это вы помощь ему оказали, но я-то всегда буду помнить об этом. Всегда буду за это благодарен.

Дядя довольно закивал, мол, хоть кто-то ценит его семейную заботу о родственниках.

Альфредо счёл момент удачным, чтобы спросить: