Текст книги "Жнец (СИ)"

Автор книги: Сергей Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Следуя за очередным провожатым, жнец оказался на большой уютной поляне, в центре которой стоял горящий куст. Языки желтого пламени неподвижно застыли на ветвях этого растения, поэтому свет, исходящий от него был ровным как от лампочки и в то же время мягкий как от костра. По периметру поляны был неровно выложен круг из брёвен. Эльфы пользовались этими брёвнами как сиденьями, диванами, столами некоторые их дети даже как трамплинами для прыжков друг через друга. Здесь царила атмосфера веселья и радости. Мелодичные голоса окружающих не перекрикивали друг друга как на городских рынках, а мягко сплетались в приятный обволакивающий гул водопада. Кто-то ел диковинно выглядящие плоды, кто-то дремал, эльфята резвились, в общем, никакой организации – каждый занят своим делом.

Всё это время Сету приходилось таскать с собой Ненависть, и даже не столько, потому что он боялся оставить её без присмотра, сколько потому что её просто некуда было пристроить. Зная из художественной литературы, как трепетно эльфы относятся к растениям и животным, он боялся положить отравленный клинок в траву, а голой земли вокруг совсем не было. Воткнуть же ядовитое лезвие в какое-нибудь дерево и вовсе бы было святотатством. Оказывается, отсутствие ножен может жутко усложнить жизнь. Представьте странного тихого парня вышедшего на пляж в разгар сезона со штуковиной очень похожей на автомат Калашникова и вы поймёте что чувствовал жнец пробираясь между сидящими и лежащими эльфами и представляя себе как он выглядит. Впрочем, окружающие никаких признаков паники не проявляли, да и вообще практически не обращали внимания на гостя.

Его усадили между капитаном воинов Диграссой и шаманом Шинтиссой, которые, улыбнувшись гостю, продолжали степенно беседовать о чём-то своем, рассчитывая, что тот не понимает языка. Жнецу стоило немалых усилий не разубедить их в этом каким-нибудь жестом или выражением на лице.

– Думаешь, он понимает, что наносит нам оскорбление, носясь с обнаженным клинком по роще, друг Диграсса?

– Меня больше интересует, что он предпримет, если мы предложим ему выспаться под нашей опекой. Будет спать с вытянутой рукой? Как считаешь друг Шинтисса?

– У меня есть несколько предположений, но после предыдущего спора. – Шаман провёл ладонью по лысому черепу. – Боюсь мне больше нечего ставить на кон, друг Диграсса. Именно поэтому я оставлю свои соображения при себе, и тебе не удастся втянуть меня в ещё одну глупую дискуссию.

– Я всего лишь хотел поинтересоваться твоим мнением мудрый шаман.

Они беседовали ещё некоторое время в течении которого Сет упрямо корчил глупое выражение лица и улыбался. Ничего конкретного в их разговоре не было. Каждый пытался мягко подшучивать над оппонентом, но во фразах слышалось глубокое уважение друг к другу.

Подошла молодая эльфийка и положила перед ними громадный лист какого-то растения по форме напоминающий лодку. Лист был наполнен ягодами и фруктами, а может и овощами, поскольку Сет не видел раньше ничего подобного, то ручаться не брался. Хозяева “стола” одновременно сделали гостю приглашающий жест. Естественно есть с ядовитым мечем в руке было бы неудобно, а возможно и неприлично. Нужно было что-то делать.

Взвесив все за и против, Сет просто воткнул клинок в лежащее рядом сухое бревно являющееся частью разложенного круга и, бросив взгляд на эльфов, принялся за еду. Эльфы молча переглянулись, и Шинтисса спросил.

– Скажи младший, что заставило тебя выбрать для отравленного лезвия именно это место и время?

– Это единственное неживое, что мне удалось найти в вашей роще. Не хотелось причинять вреда растениям.

– Хм. Похоже он больший перворожденный, чем некоторые из наших братьев.

Сет самодовольно улыбнулся раньше, чем понял, что капитан Диграсса говорил на эльфийском, поэтому схватил первый попавшийся плод из листа перед собой и начал, чавкая, есть, стремясь придать лицу выражение сельского дурачка. Эльфы казалось, не заметили его маленькой оплошности.

– Ясень? – Капитан по прежнему говорил на своём языке, но теперь Сету удавалось делать вид, что он не понимает ни слова.

– Он ещё недостаточно крепок.

– Думаешь это опасно?

– Мой долг заботиться о его безопасности как твой о безопасности наших братьев. Лучше перестраховаться.

– Мы соблюдём все меры предосторожности.

– Ты ещё слишком молод Диграсса, что бы … да и никому не дано видеть будущее.

Если до этого их разговор был странным и свитым из недомолвок и намеков, то дальше вообще пошла полная чушь. Было только понятно, что они о чём-то спорят. Зато у жнеца отпала проблема притворяться непонимающим, потому что он действительно перестал понимать, о чём идёт речь. Наконец дискуссия прекратилась, кто именно вышел победителем, не стоило даже гадать, в поведении эльфов ничего не изменилось. Хотя даже понаблюдав за перворожденными несколько факелов, становилось ясно, что их чувства никогда не отражаются на их лицах. Подчёркнутое холодное дружелюбие, словно маска застыло в чертах этих созданий.

Эльфы замолчали, терпеливо дожидаясь пока Сет, закончит трапезу. Как только им показалось, что это произошло, сразу же поступило предложение прогуляться по роще. Всё это было несколько странно, гулять с набитым желудком, но отказываться было не вежливо, да и выглядеть отказ мог подозрительно.

Петляя между строений деревни, их троица скоро вышла к ручью и двинулась вверх по течению. Затем они достигли небольшой лужи, из которой собственно ручей и начинался. Скорее всего, на дне этого маленького водоёма был родник. Это место чем-то неуловимым выделялось среди окружающего пейзажа. То ли этому способствовало, то, что прямо у воды росло только одно единственное чахлое деревце, то ли потому что остальные деревья окружали поляну с водоёмом правильным кольцом. Чувствовалась вокруг какая-то невероятная мощь и сила. Сет подошел к воде ближе. Слабый порыв ветра колыхнул редкую крону деревца и один из листочков прикоснулся к его плечу.

Рубаха была велика и постоянно сползала с одного плеча на другое, оголяя кожу. Именно к голой коже и прикоснулся лист. Распространяя тепло, по всему телу пробежала волна. Сет вдруг понял, что это и есть тот самый ясень, о котором говорили эльфы. Это не просто растение это центр и сердце рощи. Корни этого тщедушного на вид ростка оплетали всё вокруг и чувствовали все, что происходит в их пределах.

Растение даже умело говорить. Конечно, на своём удивительном языке, но Сет понял, что оно предлагает дружбу. Отказать этому чистому как родник существу было невозможно. Жнец согласился прежде, чем осознал своё согласие. Как только он осознал, что согласен, лист оторвался от ветки и впился ему в кожу, просачиваясь внутрь. Это не вызывало никаких ощущений а через миг на плече остался только силуэт, словно голографическая картинка или мастерски нанесённая татуировка.

Шум в ушах стих, зрение прояснилось, а состояние опьянения и эйфории ушло. Сет понял, что всё это происходило с ним, только когда все эти чувства отступили, и он снова оказался на поляне у небольшой лужицы с чахлым деревцем.

– Убей его Диграсса.

Услышав за спиной звук выдвигаемого из ножен меча, Сет очень пожалел, что оставил Ненависть торчать в бревне, у которого они обедали. Хотя даже если бы она и была у него в руке, врядли он бы успел что-то предпринять стоя к врагу спиной, но и сдаваться без боя было глупо. Жнец резко пригнулся и прыгнул вперед, перекатившись и разворачиваясь лицом к нападавшему.

А нападавший в это время в развалку стоял у родника, и казалось совершенно не намеревался нападать. По крайней мере, ничего похожего на оружие у него не было. К тому же оба эльфа довольно улыбались, непонятно чему радуясь.

– Я же говорил Шинтисса, что он понимает язык.

– Ну, это стало ясным почти сразу. Меня больше интересует поведение Ясеня. Он не так силён, что бы разбрасываться листьями направо и налево.

– Великий шаман не понимает? Я поражен. – Естественно на лице капитана никакого удивления не было и в помине, только лукавая улыбка. – Предполагаю, что наш маленький друг просто не то чем пытается казаться. Двигался он только что совсем не так как подобает сельскому свинопасу.

– Да и понимать наш язык удовольствие малодоступное необразованной деревенщине. – Поддержал Диграссу шаман.

Сет понял, что глупо попался на уловку перворожденных и его инкогнито раскрыто. Становилось ясно, что о свиньях тут вполне осведомлены, но помочь это знание ему уже не сможет. Нужно срочно придумывать новую легенду и желательно как можно правдоподобнее. Идею рассказать всю правду жнец отбросил сразу. По уверениям Клыка эльфы ненавидят нежить – признаться, что он один из них значит подписать себе смертный приговор. Придумывать небылицы на ходу – нарваться на ещё одно разоблачение. Есть только один способ себя не выдать – не говорить вообще ничего, но вот как это сделать, если вопросы будут задаваться настойчиво? Воспользоваться пятой поправкой к конституции США?

Оба перворожденных изучали Сета внимательными взглядами. Казалось, что их янтарные глаза проникают в сами мысли и чувства жнеца. Он даже испугался, что они уже всё поняли и размышляют теперь, как поступить с наглой нежитью. Хотя погодите он ведь совсем не нежить. Он можно сказать потомок небесных ангелов воплоти. К тому же только что подружился с их Ясенем. То, что Ясень существо живое и одухотворённое сомнению даже не подвергалось. А то, что эльфы говорили о нём, наводило на мысль, что к мнению этого кустика тут прислушиваются.

Сет выпрямил спину и стал говорить на чистейшем наречии перворожденных.

– Ясень обещал мне дружбу.

Он ясно ощутил, что говорит совсем на другом языке совсем отличном от того, что использовал в общении с Клыком только когда стал выговаривать первое слово. Даже по невозмутимым лицам эльфов было заметно, что их удивило полное отсутствие, какого либо акцента в его выговоре. Впрочем, это удивление длилось лишь одно мгновение, после чего лица перворожденных снова стали похожи на маски.

– Мы и не собирались причинять тебе вреда, “выбранный Ясенем”. – Сказал шаман. – Но объяснить нам кое-что ты просто обязан.

– Глава 16

Они сидели в уютной комнатке свитой из веток и листьев. Всё те же ветки образовывали вдоль стен извилистые полки стеллажей просто ломящихся от свёрнутых свитков. В комнате было достаточно светло, потому что каждый листок, растущий из тонких стен, светился бело-изумрудным светом. Шаман заканчивал свой рассказ, а жнец силился переварить услышанное.

Оказывается эльфы – великие лорды зари и перворожденные дети солнца, обитающие ныне в огромных белокаменных замках и обладающие невероятными познаниями в магических науках, на заре времён жили совсем не так как ныне. Их городами были рощи, в центре которых гигантским исполином обязательно возвышался дух леса принявший облик дерева. Вместо магии – древнее шаманство, вместо стальных доспехов и мечей – короткие отравленные клинки и луки, вместо напыщенности и превосходства – дружелюбие, миролюбивость и мудрость природы.

Сет наслушался таких высокопарных речей ещё в детстве от директора сиротского приюта. Разлюбезный Николай Иванович любил блеснуть эрудицией, витиевато наставляя воспитанников на путь добра и человеколюбия что, правда, не мешало ему приглашать на ночь к себе в кабинет особенно смазливых старшеклассниц. Потому статья, по которой он попал за решетку, была совсем не престижной и, по словам некоторых беспризорников, судьба его ожидала незавидная. Поэтому жнец старался пропускать мимо ушей многословные увещевания шамана, пытаясь выделять только зёрна фактов.

Факты же говорили, что этот клан перворожденных пытался вернуться в прошлое, ушедшее и почти забытое современниками. Это было собрание чудаков-единомышленников верящих, что истинное счастье в единении с природой. Они ушли от сытой и обеспеченной жизни в надежде воссоздать старые традиции. Их группа была малочисленна и слаба, вследствие чего не воспринималась в серьёз другими представителями их расы. Что-то вроде движения “хиппи” в шестидесятых годах, только без наркотиков и разврата. Безусловно, начинание доброе, но как считал Сет обречённое на провал, как и любая утопия, если бы не одно маленькое “НО” – Ясень. Это чахлое на вид растение на самом деле обладало невиданной мощью, даже сейчас, будучи только ростком. Правда только в пределах, куда достигали его корни, но в необозримом будущем по мере взросления Ясень мог бы стать сильным союзником или врагом.

Жнец очень нуждался в союзниках пусть даже пока слабых. Враги же, как показывал опыт, имеют обыкновение появляться сами по себе, для этого даже не обязательно затевать ссору – достаточно просто существовать. Однако, даже не смотря на это, раскрывать свою историю жнецу не хотелось. Дружба дружбой, а осторожность не помешает никогда, тем более что подружился то он с Ясенем, а перед ним сидели эльфы. Что взбредёт им в голову ещё лет эдак через триста только Богу известно.

– Дух леса выбрал тебя своим опекуном. – Тем временем продолжал Шинтисса. – Значит ты наш брат. Нам всё равно кто ты и откуда, поскольку Ясень видит помыслы и желания. Если он находит разумным сотрудничать с тобой нам остается только радоваться его выбору, хотя хотелось бы узнать о тебе больше. История с выбрасыванием Ненависти в Безымянную, как ты понимаешь, кажется нам теперь несколько неубедительной. Впрочем, сама задумка неплоха.

– Только реализация её в жизнь немного подкачала. – Вставил Диграсса, улыбаясь только уголками губ.

– Честно говоря, идея не моя, знакомый вампир подсказал. – Сет решил, что лучшая ложь – полуправда, есть смысл поведать часть истории, что бы, если что-либо выплывет не показаться обманщиком. – Он сейчас любезно сбивает со следа толпу серафимов, которые за мной гоняться.

– Думаю, мы можем легко остановить погоню, поручившись за тебя перед Орденом, если ты, конечно, не совершил ничего предосудительного.

– Ну… – Вводить в заблуждение эльфов оказалось не таким простым делом, как Сет планировал, а врать он всё-таки опасался. – Они считают, что я устроил бойню в селении лесорубов в Бархатном лесу.

– А это сделал ты? – Диграсса слегка напрягся, задавая этот вопрос, его глаза блеснули холодом.

– Это сделал вампир, который помогает мне уйти от погони.

– Но это же бессмыслица. – Шинтисса явно возмутился. – Он помогает тебе уйти, хотя должен спасаться сам. Мы сейчас же оповестим серафимов об истинном положении дел…

– Нет. – Твёрдо проговорил Сет.

– Нет?

– По причинам, которые я не могу вам открыть, это не моя тайна, этот убийца мне нужен живым и по возможности невредимым. Я прошу вас не вмешиваться.

– Хорошо оставим это на твоей совести брат. Надеюсь, ты знаешь что делаешь.

Самое смешное то, что жнец говорил почти правду и при этом перворожденные понимали её по своему. Пока получалось накормить волков, оставив в живых овец. Главное что бы это получалось и далее, а для этого стоило перевести разговор в другое русло.

– Мне нравиться думать что знаю. Как я уже говорил – это не моя тайна и я пока хотел бы оставить её тайной. Что касается меня то, как вы уже поняли я не совсем человек.

– Жнец. – Утвердительно сказал Шинтисса.

– Это так заметно? Вампир уверял меня, что перворожденные никогда не догадаться.

– И он совершенно прав. Я только высказал предположение. Есть всего несколько учёных допускающих возможность вашего существования. Официальная наука энергий отрицает это. Я не беру в расчет магов людей – эти готовы верить во что угодно, а имею в виду только эльфийский социум. Ты, безусловно, согласишься, что найдётся мало существ разбирающихся в магии, так как мы. В бытность свою адептом науки энергий я подымал вопрос о возможности перерождения вампиров в высших существ, к сожалению, мой голос не был услышан. Впрочем, как и многие разумные голоса. Это ещё одна из причин, по которой я, вернее мы решили отделиться от нашей костенеющей расы. – Увидев на лице капитана скептическое выражение, шаман поспешил закончить свою разросшуюся речь. – Скажи, сколько времени тебе понадобилось для перерождения в жнеца? Ты начал с полукровки или сразу восстал свободным? Я думаю, это заняло не одно тысячелетие, ты должен быть достаточно известным, если прожил так долго?

– Если ты перестанешь постоянно спрашивать я, может быть, смогу ответить.

– О! Прости… – Эльф умолк, вопросительно глядя на Сета.

– Мне понадобилось несколько дней. Я жнец по рождению уже около полугода и никогда не был вампиром.

Диграсса громко выдохнул, расслабляя руки, которые почему-то были у него за спиной. Сет только теперь заметил, что пока шаман говорил, капитан эльфов напрягся, словно перед прыжком, а сам шаман творил руками замысловатые пассы. Это не было простым разминанием рук, как казалось в начале, эльф рисовал в воздухе руны. Сет перешел на истинное зрение и заметил быстро исчезающую ауру вокруг себя, Шинтисса его проверял.

– Могу я взглянуть на ваше оружие капитан или вы всё ещё намерены пустить его в ход? Просто интересно, чем пользуются перворожденные для убийств невинных жнецов. – Сет поднял руки и обезоруживающе улыбнулся.

– Я же говорил что парень не дурак Шинтисса, моя интуиция никогда меня не подводила.

Капитан извлёк, откуда-то ссади, небольшой меч и передал его Сету лезвием вперёд. По форме это была точная копия Ненависти, только рукоять была зелёного цвета, а на лезвии тускло светилось несколько рун. Жнец повертел меч в руках и вернул его капитану, так же как тот передавал его. В последствии он узнал, что передавать эльфу меч лезвием к себе было оскорблением, поскольку это символизировало неуважение к оппоненту как к фехтовальщику.

– Ещё раз прошу прощения за наше поведение. – Сказал Шинтисса. – Теперь, просканировав тебя, я уверен в выборе Ясеня. Сам понимаешь – если бы ты оказался вампиром, даже в прошлом, это означало бы что твои руки по локоть в крови невинных. Такого союзника мы не можем себе позволить. Нежить должна лежать в земле.

– Понимаю. – Пробубнил Сет, похвалив себя за то, что сразу отделил выбор Ясеня от выбора эльфов и не рассказал им всю историю с самого начала, с остроухими нужно быть осторожным. – А этот клинок, это ведь…

– Ненависть. – Сказал Диграсса.

– Я думал он существует в единственном экземпляре.

– Вообще-то он входит в стандартное вооружение “танцующих с клинками”. – Продолжил капитан. – Только тот, что у тебя, очень древний, я таких даже не видел раньше. Где ты его взял?

– В Империале.

– Ого! – Воскликнул Шинтисса. – Всего за пол года ты успел насолить ордену, побывать в городе предтечей и подружиться с вампиром?

– Нет. Это заняло гораздо меньше времени. Наверное, около недели.

– Великий Ясень! С таким размахом тебе долго не протянуть.

– Поэтому я ищу как можно больше друзей.

– В этом деле нужно придерживаться определённых правил. Обретая друзей среди нежити, ты автоматически обретаешь могущественных врагов среди людей и эльфов, имей это в виду.

– Я учту.

– Итак. Какие же планы у тебя на будущее?

– Пока, минимальные – остаться в живых.

Через какое-то время двое эльфов прогуливались по поляне вокруг Ясеня и неспешно беседовали.

– Всё же кое-чего я понять не могу Шинтисса. – Тихо говорил капитан.

– Чего же, друг Диграсса?

– Перерождение вампира в жнеца – это ведь только теория, неподкрепленная никакими доказательствами. Ты сам в ней не уверен, так?

– Ты совершенно прав.

– Я не оспариваю твоей мудрости, но не могу взять в толк, почему ты ни мгновения не сомневался, когда он сказал что является жнецом по рождению? Это ведь ещё больший миф, чем перерождение из вампира.

– На самом деле как раз наоборот. Некоторые старые манускрипты упоминают о таких существах, а вот информации о “переродившихся” нет.

– То есть этот младший родился демоном?

– Думаю, не стоит думать о нём как о “младшем”. Он не человек. Его предки бороздили своими крыльями это небо, задолго до того как на землю из солнечного луча ступил первый эльф. Демон ты или ангел – это лишь слова, намечающие твой жизненный путь. Я только знаю, что наш подопечный никогда не был мёртвым, значит он не нежить.

– Ты увидел это, взглянув на него “оком правды”?

– Да.

– Что ещё ты увидел мудрейший?

– За его спиной стоит ТЬМА, но выбор Ясеня даёт понять, что зла в его намерениях нет.

– Пока, нет. – Холодно сказал капитан.

– Оставить положение вещей таким, каково оно сейчас, в наших силах Диграсса. Нужно попытаться воспитать в этом звере добро. К тому же я считаю, что это начало пророчества предтечей: “И придёт новая тьма и окрепнет. И вернётся старая тьма. И тьма сойдётся с тьмою. И тьма победит”.

– Это новый воин тьмы? – Тон Диграссы стал сомневающимся.

– Я полагаю что да.

– Даже если и так. В пророчестве не ясно, какая именно сторона одержит верх. Это может быть и Каин.

– Не упоминай при мне его имени. – Зашипел Шинтисса.

– Прости мудрейший.

– В любом случае между ними будет война. Кто бы не победил, он ослабнет, а дальше уж наш черёд наносить удар. Пошли в Александрию вестника, пусть отзовут серафимов из сумеречных земель.

– Исполнено мудрейший.

– Кстати чем занимается наш юный друг?

– Наблюдает как сержант обучает детей обращаться с клинками.

– Стоит немного помочь жнецу, его ожидает трудный путь. Покажи ему несколько движений, и ради Ясеня, достань ножны, пока он никого не поранил.

Наблюдая за тем, как грациозно движутся эльфийские подростки, плавно двигая короткими деревяшками, имитирующими ножи, Сет просто сгорал от зависти. Знахарь, конечно, многому его научил, но перворожденные не просто делали выпады и ставили блоки, они танцевали, парили над землёй. Одно движение плавно и незаметно переходило в другое так гармонично и четко, что дух захватывало.

– Да. Джедаи отдыхают.

– Что, прости? – Жнец не заметил, как капитан стражи Диграсса оказался рядом.

– Просто мысли в слух.

– Вижу тебе интересно фехтование.

– Ещё как.

– Я мог бы показать тебе несколько способов работы с Ненавистью. Конечно, полное обучение займёт не один год, но кое-чему можно научиться и за несколько факелов.

– Я был бы очень признателен тебе за науку Диграсса.

– Тогда покажи мне, что ты уже умеешь.

Капитан вручил жнецу сук, отдалённо напоминающий короткую катану, и стал в стойку. Сет сделал несколько пробных выпадов. После чего стал яростно атаковать всеми известными ему способами. Несмотря на то что перворожденный всегда стоял рядом и почти не сопротивлялся, деревяшка лишь рассекала воздух совсем рядом с ним, так ни разу и не прикоснувшись к телу эльфа. Сет уже стал подумывать, что Диграсса и вовсе бестелесный дух настолько близко клинок пролетал мимо, не встречая никакого сопротивления, когда капитан вдруг сделал неуловимое движение и сбил жнеца с ног.

– Ну что ж. Определённые навыки у тебя уже имеются. Могу дать несколько советов. Во-первых, не держи клинок обратным хватом, для начинающего воина это чревато возможностью задеть самого себя. Такое оружие как Ненависть не прощает промахов даже своему владельцу. Будешь использовать его так, когда наберешься опыта. Во-вторых…

Перворожденный стал объяснять и показывать и снова объяснять. Ничего сложного в том, чему он обучал Сета, не было. Многое тот знал и сам, различия заключались лишь в определённых позах и напряжении или расслаблении определённых групп мышц, слегка изменённом наклоне лезвия при атаке, перенесении точки опоры на другую ногу, даже замены выдоха на вдох при ударах. Однако использование этих маленьких хитростей совершенно меняло стиль боя. Сет просто физически ощущал, как меняется скорость, и сила удара, если делать, так как говорит капитан. И ещё у него было одно большое преимущество, перед другими учениками: проделав движение один раз, его тело навсегда запоминало последовательность действий. Нужда в повторении начисто отсутствовала. Даже Диграссу несколько обескуражило, что Сет, за каких то четыре факела умудрился запомнить и главное идеально воспроизвести столько финтов, сколько иные подопечные капитана учили месяцами.

Напоследок эльф преподнес жнецу ножны для Ненависти и объяснил причину, по которой эти клинки снискали дурную славу. Лезвие короткого меча не было цельным. Дымчатая сталь клинка, с помощью специальных условий ковки, была испещрена множественными отверстиями и углублениями. В сердцевине же лезвия была небольшая пустота. После кузнечных работ клинок на неделю помещали в ядовитый мох выращиваемый перворожденными. Мох врастал в лезвие и навсегда оставался опасным гостем меча, питаясь влагой оседающей на нём и кровью жертв. Яд, выделяемей этим растением оправданно считался одной из самых жутких субстанций – вызывая неимоверные приступы боли при соприкосновении с нервными окончаниями жертвы. Впрочем, многие рассказы о жутких смертях от него, были просто сказками, яд не являлся смертельным.

– Достаточно просто протереть рану сухой тканью и боль утихнет, а вот водой промывать не следует, сделаешь только хуже. Многие обжигаются именно на этом заблуждении вот и повод окрестить клинки проклятыми. – Улыбаясь, рассказывал Диграсса. – Что касается ножен, то для Ненависти их действительно не существует. Яд разъедает практически все материалы, а изготавливать ножны из дымчатой стали слишком дорогое удовольствие. Поэтому, как только те ножны, что я тебе дал, сменят цвет с чёрного на серый избавься от них. Мы подарим тебе новые.

– И надолго их хватит.

– Обычно хватает на год, может чуть больше.

В поселении светорожденных спали по очереди, поэтому основная масса народа постоянно циркулировала по округе, от этого казалось, будто в роще вообще никогда не спят. Сет же был слишком возбуждён новыми открытиями, что бы тратить драгоценное время на сон. Нужно было скорее двигаться к Клыку, пока тот не натворил проблем. Хотя конечно хотелось задержаться у эльфов подольше, узнать их получше, да и потренироваться с Диграссой тоже. Всё это Сет пообещал себе проделать позже. Если конечно провидению будет угодно что бы это – “позже” наступило.

Он уже привык к однообразному освещению, но вот потеря чувства времени несколько выбивала из колеи. Он считал время по приёмам пищи в роще эльфов. Дело конечно глупое, но лучше это чем вообще ничего.

После пятого приёма пищи жнец попрощался с гостеприимными хозяевами и продолжил свой путь. Диграсса провёл его до самой реки и пожелал удачи. Видимо с таким же отсутствующим выражением на лице он и проклинал своих врагов и встречал друзей. Ох уж эти остроухие со своими лицами – масками. Никогда не знаешь что у них на уме. Первые несколько минут Сет даже не оглядывался, боясь увидеть нацеленную в спину стрелу. Мало ли что там решили между собой перворожденные. Хотя захоти они его убить, скорее всего, убили бы прямо в роще. Сет припомнил разговор у Ясеня. А ведь если бы даже на секунду Шинтиссе показалось, что жнец опасен, верный капитан шамана перерезал бы ему горло прямо на полянке у ручья. Дикие нравы.

Роща Ясеня между тем осталась позади, изумрудные травы сменились гигантами Бархатного леса. Сет мимо воли стал задумываться, как там поживает Клык. Клеймо на вампире воспринималось жнецом как частичка самого себя оставленная дома, она не давала почувствовать, насколько далеко находится Клык, но направление движения можно было ощутить легко.

Он прибавил шагу и даже стал насвистывать себе под нос незамысловатую мелодию. Чего, собственно говоря, раскисать, если дела вроде налаживаются. Ещё парочка дней и можно будет обнять любимую бабушку, а заодно дать волшебный “пендель” Знахарю, если конечно его не линчевал Тихий Совет. Хотя, может и не было никакого предательства и нападения. Может старый вампир – пройдоха сам всё подстроил, чтоб загнать Сета в портал. “Добровольно – принудительно” так сказать. В любом случае как минимум подзатыльник Знахарь заслужил.

Под ноги то и дело стали попадаться корни и сухие ветки. Сет, конечно, забрал свои кроссовки из рощи, выглядели те жалко но, по крайней мере, защищали ступни ног. Штаны, подаренные эльфами, не смотря на свою кажущуюся дряхлость, держались молодцом, плавно скользя по острым веткам. Старые джинсы, пожалуй, уже украсились бы дюжиной новых дыр. В лесу царила необычайная тишина. Видимо вблизи мёртвой реки птицы и звери предпочитали не селиться. Сама река была спокойной, ни один всплеск не нарушил её мутных чёрных вод за всё время движения жнеца.

Сет тем временем чувствовал, что Клык находиться немного в стороне от того направления, по которому протекает речка. Наверное, русло здесь выгибалось дугой. Идти лишнее расстояние по лесу полному колючего кустарника не хотелось. Он без раздумий решил срезать путь, ориентируясь на клеймо вампира как на компас.

Буквально через сотню шагов от Безымянной бурлила лесная жизнь. В ветвях раздавались переливчатые трели, а между деревьев суетливо сновали рыжие белки. Грызуны вели себя совершенно бесцеремонно, пробегая практически рядом с путником и всем своим видом показывая, что хозяева тут они.

Сет так увлекся, разглядывая хвостатых красавиц, что чуть не вступил в костер, разложенный посреди небольшой прогалинки. Всё-таки к дикой жизни он приспособлен мало, ну как скажите можно не заметить огонь в ночном лесу, пока тот не окажется перед самым носом. Жнец был неприятно удивлён своей рассеянности. Ещё больше удивления было на лицах трёх здоровенных амбалов жарящих нанизанные на прутики грибы. Рядом с каждым прямо на земле лежало по здоровенному ножу напоминающему мачете. Мелькнула мысль, что эти парни совсем не лесорубы, раз таскают с собой такие штуки. Впрочем, удивление здоровяков довольно скоро сменилось весёлостью.

– Что ж ты друг шляешься по дебрям совсем один и без торбы. Честным людям гляди и разжиться то у тебя нечем. – Начал самый бородатый мужик. – Ладно, уж снимай хоть рубаху и то прибыль.

– Да она вам только на пол плеча налезет товарищ. – Промямлил жнец.

– Это да. – Легко согласился мужик, поглаживая бороду. – Ну да я её на обмотки разорву мои вишь прохудились совсем.

С этими словами он приподнял ногу, обутую в истёртый лапоть. Обмотки под лаптем действительно поизносились, но жертвовать своей рубахой ради удовольствия разбойника Сету совсем не хотелось. Да и врядли его оставят в покое пока совсем не разденут. Жнец уже хотел быстро ретироваться в чащу, но вдруг обнаружил, что остальные двое бродяг уже обступили его с боков и глупо скалясь, поигрывают ножами.

– Люди добрые отпустите Христа ради, нет у меня ничего, оставьте хоть одежду. – Заскулил Сет, медленно переводя руку ближе к рукояти Ненависти.

– Христа чего? – Бородатый приподнял брови. – Да ну тебя. Кончайте его хлопцы, глядите только рубаху мою не заляпайте, уши оторву.