Текст книги "Расходники 2.1 (СИ)"

Автор книги: Сергей Серобабин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 40 страниц)

Куда девать задержанных, вопрос не стоял, у него есть девственно пустая оружейка, в которой из всего имущества древние деревянные пирамиды и радиатор отопления. Ах да, там ещё лампочка есть. Забрал у дежурного ключи, вышел по громкой на дежурного по училищу, попросил разблокировать дверь. Узнал о себе много нового, логично, мужикам сейчас не до такой мелочи. Но свои проблемы они по любому ближе, по этому спросил, а готов ли товарищ дежурный взять на себя ответственность за содержание пленных. Узнал о себе ещё не много интересного, но оружейку разблокировали. Взял двоих ребят с автоматами, одного перекрыть следующий пролёт лестницы, второго перекрыть доступ в помещения казармы. Проинструктировал обоих, на счёт задержанных, кто такие не понятно, по этому пользоваться оружием не стесняться.

Странную компанию загнали в оружейку без эксцессов, предварительно залепив им рты скотчем, чтоб не сговорились. О чём? Да без разницы, вообще, молчание – золото. Осталась девочка, помыть покормить спать уложить. Первое и третье решаемое, со вторым могут быть проблемы. Её уши, это некая мутация, или принадлежность к другому виду? Что она жрёт? Судя по зубам, как у человека, жрёт она практически всё. Ладно, девка взрослая, предложим выбор, а дальше сама разберётся, по крайней мере, от жрачки в офицерской столовой ещё ни кто не пострадал, в отличие от курсантского меню. Жестами попытался обрисовать девочке проблему питания. Не понятно, правильно поняла его или нет, но на счёт пообедать возражений не возникло.

Дал денег одному из курсантов и озадачил его кормёжкой девочки, а сам взял ещё одного и пошёл докладывать Менгу. За время его отсутствия чучело не успело прошляпить замотанных с ног до головы тварей, это радовало. Полоснул ножом по скотчу на ногах и пинками погнал к штабу. Занятно, если предположить у них человеческое строение с расположением внутренних органов, то существа демонстрировали поразительную живучесть. У одной твари, была прострелена селезёнка, с момента ранения прошло больше часа, человек уже бы пластом лежал. У второй пуля попала точно в плечевой сустав, ранение припоганое, без обезболивающего ни куда. Третья получила две пули в бедро и в голову по касательной, хромает но самостоятельно идёт.

Тварей загнали в угол между учебным корпусом и стенкой входа в подвал, снова замотал им ноги. Курсант с автоматом на перевес встал напротив, если что, срежет одной очередью сразу троих, а сам Берсенёв пошёл к Менгу на второй этаж. В приёмной сидел незнакомый майор, который от его вида малость ошалел, потом взял себя в руки и поинтересовался его фамилией. Берсенёв, ах да, есть такой, давно ждём, проходи дорогой. У Менга естественно шло совещание судя по кислым лицам отцов командиров, навтыкали им по самое не хочу. Игорь зашёл как раз на самом интересном месте, докладывал зам по тылу. Ах да, командир тоже светился, фиолетовым.

В принципе, смысл всего доклада можно передать одним словом – жопа. Не, не так, ЖОПА, так понятней. Тяжёлого вооружения нет вообще. Есть пять РПГ-7, но к ним только учебные болванки. СВД в наличии аж десять штук, как в конце шестидесятых привезли, так в солидоле и лежат, который наверное уже окаменел. Снайперских патронов нет в принципе. ПК, две штуки, аналогично в солидоле, на каждый по две сто патронные ленты и сменный ствол. Гранат три сотни, все РГДшки, остались с тех времён, когда курсантов учили метать настоящие гранаты. За то, каким то боком, в наличии имелось аж три ПКТ, практически не стрелянных. Ну да, чего это он, ПКТ в ракетный войсках самый первый пулемёт. На стационарах, на подвижках, везде он трудяга. Вон, МОБД на гандбольной площадке стоит, у него в башенке как раз ПКТ и должен по штату стоять. Лучше бы конечно иметь технику с башней под установку "утёса", но это так, мечты. Видать в войсках протупили и технику присылали с вооружением, которое в училище благоразумно поснимали и спрятали по дальше от курсантских шаловливых рук. Ибо нефиг. Из пулемётов есть РПК-74, тридцать штук и по четыре сорока патронных магазинов на каждый. Хрень, получился и не автомат и не пулемёт. Почему Михаил Тимофеевич не предусмотрел для него альтернативное питание от ленты? Наверное лампасники испугались сложностью конструкции. Кто хоть раз разбирал израильский "негев", наверное так и подумает. И ошибётся. Израильская конструкторская мысль, она далеко не русская, не немецкая и даже не американская. Поставили бы мужику нормальную задачу и появился бы в армии нормальный пулемёт под автоматный патрон, а не это недоразумение. Впрочем, это лишь его, сугубо личное мнение.

С боеприпасами для всего оружия, тухляк, всему училищу пару дней хорошо пострелять. Это из калашей, а из пулемётов всего пол дня. Плохо конечно, но вопрос решаемый. Менг сейчас начальник гарнизона, склады под ним. Рядом беспокойный Кавказ, значит можно предположить, что стрелковкой они забиты под завязку. Жаль расположены в черте города, тяжёлого там ничего не будет, но возможно найдутся выстрелы к гранатомётам и снайперские патроны, будет чем ответить доблестной милиции и толерастам. Тут главное первым успеть. Если по боеприпасам хоть что-то было, то с продовольствием, атас. Не было вообще, сух пай на неделю, а остальное на отсосинге, в смысле на аутсорсинге. То бишь по питанию, то что сейчас в котлах, и всё.

Дальше было не очень интересно, техника на ходу, даже агрегаты уверенно бегают, и топливо есть, правда не много, а толку то. На кой хрен им сейчас тропосферные и релейные станции, аппаратные ЗАС и прочее добро на колёсах. С кем прикажете связь устанавливать, только с родным училищем, где второй комплект аппаратуры стоит? Учебный процесс ведь как задумывался, в училище, типа узел связи дивизии, на площадке узел полка и все машинки. На учениях курсанты выезжают на машинках в район третьей площадки и разворачивают там ещё один узел, типа дивизион. Потом связываются, все со всеми и в училище приходят телеги за нарушение частотного режима. Всё замечательно, в их положении одно плохо, ни одна из этих дур не бронированная!

Зам по тылу закончил своё грустное повествование и Менг обратил внимание на стоящего в углу капитана. Кивнул ему, предлагая начать доклад. Доложил, про стрельбы, тварей, количество убитых и раненных, уничтоженном вооружении, задержанных, о подозрительном поведении племянничка зама. О собственных проблемах с замораживанием и дыханием огнём предпочёл умолчать. Мало ли, а то сдадут в клинику для опытов, а вернее, запрут на конечную единицы.

– Ты сам как – указал на заляпанную кровью куртку – и вижу ты уже костылём не пользуешься.

– У меня ни царапины, даже нога пока не болит, стресс наверное.

– Ладно, хоть у кого-то что-то хорошее случилось. Тащи пленных, хоть посмотрим, что за твари такие – буркнул Менг.

– Я бы не рекомендовал – поморщился Игорь – воняют ужасно. Я их перед входом оставил.

– Ладно, товарищи, предлагаю не на долго прерваться и сходить посмотреть тварей – полковник поднялся и решительно направился к выходу, свита ломанулась следом.

На улице вокруг тварей уже собралась порядочная толпа любопытного народа, естественно вызвавшая начальственное недовольство.

– Товарищи курсанты, вам заняться нечем – рявкнул Менг – вроде задач всем нарезали выше крыши. И вдруг, появилась новая идея, выкопать окоп для МОБДа, добровольцы есть? Нет? Тогда бегом отсюда – Менг он такой, может быть очень убедительным.

– Занятно – полковник подошёл вплотную к тварям, взял одну за морду, развернул к себе и долго всматривался ей в глаза, подёргал за острые уши, оттянул верхнюю губу. Проделал ту же операцию с двумя оставшимися. Вытер руки платком, который тут же выкинул – товарищи, рекомендую полюбопытствовать.

Народ нехотя подтянулся поближе. Понятное дело, от тварей несёт мама не горюй, аж глаза режет, а все мальчики уже изрядно послужили в их милом сердцу училище, отвыкли от говнища и грязищи. Опа! Кстати о говнище, в докладе тыловика не отразился очень важный момент, а куда товарищи курсанты будут какать. Два курса это шесть рот, примерно четыре сотни рыл. Плюс старшие курсы, которых придётся перевести на казарменное положение, ещё тысячи две народу, засрут территорию в момент. Помниться в общаге один раз отключили на сутки воду, так уже к вечеру общими усилиями жильцов, в каждом унитазе был построен не хилый зиккурат. Древние вавилоняне обзавидуются.

– Б..., а ведь точно, при такой жаре это смерти подобно– раздался у Игоря в голове голос Менга – скважина у нас есть своя, но на такое количество народа она не рассчитана.

– Э..., я что это вслух сказал– подумал Игорь.

– Действительно, очень интересный феномен– отозвался командир. Повернулся к Берсенёву и воткнулся в него взглядом – так, сделай два шага назад. Поднятая вверх левая бровь, после выполнения команды – что ж, управление одним капитаном здорово упрощается. Будет время, после разгребания этой поганой истории, исследуем данный феномен более подробно.

– Могу предложить услуги молодого и амбициозного адвоката. В разгребании поганой истории, разумеется.

– Уже подсуетился, молодец. Может пригодиться. И ещё момент, ты ничего не хочешь добавить к сказанному, но теперь лично для меня?

– Мы в другом мире.

– Поясни.

– Вы помните о моём увлечении боевыми искусствами?

– Твоё кунфу хуже моего? Трудно забыть как ты штабелями укладывал наше доблестное ВДВ.

– Так вот, теперь оно работает как в китайском кино. Могу ударом кулака мозги вышибить, в прямом смысле. Я так одну тварь убил, пол башки ей разнёс. Теперь сложите всё вместе, настоящие джунгли рядом с городом, твари которых в природе не существует, ни какого радио, ни спутников, ни связи с внешним миром. Потом я вдруг начинаю драться как герой гонконгских боевиков и видеть вокруг людей свечение. Вот вы например, фиолетовым. А в довершении начинаю общаться с вами мысленно. У нас дома такого не бывает, значит напрашивается единственный вывод – мы не дома.

– Хорошо, твою точку зрения я понял. Сейчас возвращайся в роту, принимай командование, ни куда не отлучайся, чуть позже понадобишься. В целях экономии топлива, вскрой щитки и по отключай всё без чего можно обойтись. Вопросы?

– А твари?

– Уже не твоя забота. Всё, исполнять, бойца позже пришлю. Ах да, и рапорт в двух экземплярах на моё имя напиши. И ещё момент, понимаю, тебе сейчас не до подобных мелочей, но выдели пять минут на стирку, иначе доказательство твоей крутизны протухнет прямо на тебе.

Нормально, хоть тварей сплавил, уже одним геморроем меньше. Жаль что Менг пока тупит, не верит про другой мир. Сейчас каждая секунда на счету, кто больше под себя подгребёт, тот имеет шансы на выживание, остальные – до свидание. Вернулся в казарму, поинтересовался про Стрельченко, тот пока не вернулся. Приказал построить остатки курса, пора учить мальчиков военному делу настоящим образом, может кому и пригодиться его опыт городских боёв. Или лучше, пока электричество не кончилось, рапорт настучать? Или куртку постирать, ведь действительно, протухнет.

***

Чем занимается старый майор в преддверии дембеля? Правильно, готовиться лечь на горизонталь. Ещё, ну если конечно не лень и есть желание, передаёт опыт младшим товарищам. Демидову было не лень. Тем более, новый командир взвода разведки был ему симпатичен, чем-то напоминал его самого в молодости. А может и нет, он в его годы был по слабей и перерубить ударом ноги средних размеров берёзу, точно не мог. Оно и правильно, занятие для армейского офицера мало того, что бессмысленное, так ещё и вредит экологии. Летёха этого почему-то не понимал и сейчас пытался поделиться своими умениями с подчинёнными. Чему он хочет их научить, если срок службы всего год, не понятно, но всё равно ежедневно заставлял их махать руками и ногами.

Дождавшись окончания занятий, подозвал летёху к себе, усадил рядом на бревно.

– Серёг, завязывай с такой рукопашкой, у тебя во взводе одни призывники, ничему ты их толком не научишь, это раз. Доподлинно известно, в рукопашке побеждает тот, у кого больше патронов и кто стреляет лучше, это два. Я прошёл три компании и сходился в рукопашную всего один раз, когда дал в ухо нашему бывшему начальнику артвооружения. Хотел падла, чтоб мы из СВД пулемётными патронами стреляли. Взять языка или снять часового, рукопашный бой не нужен, это три. Теперь, о простой физике. На выход обычно, идёшь как ишак нагруженным, попробуй с пол ста килограммами на горбу ударить ногой в голову, в принципе, получиться, если твой противник уже лежит. По этому, если не хочешь у себя двухсотых, налегай на ОФП, тактику и стрельбу, благо теперь с этим по проще.

– Юрий Анатольевич, при всём уважении, но рукопашка воспитывает уверенность в себе и способность быстро принимать решения в критической ситуации, к тому же...

– Серёж, кто против, или возражает? Научи их паре простейших заломов, броску через бедро. Из ударов руками оставь один боковой, мощный и простой в обучении. Панч можешь оставить, а джеб вообще забудь, сам знаешь, он только на вид простой, а на практике над ним работать и работать. Ногами, два удара в колено и один по яйцам. И больше практики, возьми у физрука защиту, и пусть лупят друг дружку до посинения, чтоб на автопилоте выполняли. Через пол года, они будут у тебя и решительными и свирепыми, топором не отмашешься.

Демидов уже хотел перейти к практическим рекомендациям, как внезапно накатило. Что именно? Да шут его знает, такое впечатление, что мир рушился. Вот он Армагеддон, сейчас протрубит ангел и каждому выдадут окончательный расчёт. Лейтенант Серёжа тоже что-то почувствовал, подскочил с выпученными глазами подростка надышавшегося клея. Попытался сделать шаг, но запутался в ногах и рухнул плашмя. Демидов только успел подхватить его голову у самой земли. С его метр девяносто, да плашмя об асфальт, так можно и убиться насмерть. Или не можно? Как никак, Серёжа тоже выпускник родного Рязанского, стопку кирпичей головой разносит в пыль за один удар.

Дыхание ровное, пощупал пульс на шее, нормально, сердце работает. Вроде всё гут, только глаза у него шальные и вращаются как у хамелеона в разные стороны. Сильно, кто бы мог подумать, что человек так умеет. Оплеуха не помогла, последующая тоже. Приходить в себя начал только после третьей, наглядно демонстрируя на практике работу закона диалектики про переход количественных изменений в качественные.

– Ты как – озадачил Демидов подчинённого, как только у того сфокусировался взгляд – в норме? И почему вокруг тебя свечение?

– Не знаю, вроде нормально – задумался лейтенант – а что со мной было?

– Такое впечатление, что прямо во время нашего разговора ты что-то нюхнул и отрубился. А потом начал светиться.

– Светиться? Ну я на прошлой неделе диспансеризацию проходил с флюорографией, может там мощность излучения превысили?

– Звиздец, дитя дерьмократии! Лейтенант Синицын, отставить шуточки.

– Я, есть отставить шуточки. Блин, Юрий Анатольевич, кстати, вы тоже светитесь.

Демидов оглядел себя, покрутил перед собой руки, от которых действительно шло некоторое сияние, тусклый белый свет с золотыми искорками. Интересно, а у Серёги свечение красноватое.

– А ну, каким цветом я свечусь?

– Белый такой, холодный, как лампа дневного света и ещё что-то мелькает, не пойму. А я красным, да?

– Да, ты красным. Только что бы это значило?

– Как вам идея на счёт ауры, вроде некоторые её могут видеть?

– Ага, наш новый прапор на ГСМ её иногда видит. Потом нач мед, фиксирует его на койке и ставит капельницу с аскорбинкой, через пару дней, как новенький.

В ауру и прочую мутотень Демидов не верил, странные события вокруг, видел собственными глазами. Бойцы, отдыхающие после занятия потерянными не выглядели. Кроме одного, который подражая своему командиру валялся в отключке, молодёжь бестолково суетилась вокруг него, не зная что предпринять. Кстати, если приглядеться, становилось видно, бойцы тоже светились. Не так как он с летёхой, скорей даже не свечение, а словно марево вокруг тела. И кроме того, присутствовало ещё что-то, совершенно неправильное, но пока ускользавшее от майора.

– Тень! Грёбаная тень! Серёга, ты видишь – за время их диалога тень резко перепрыгнула в противоположную сторону, попутно здорово удлинившись.

– Точно, а я всё думаю, что за хрень, чувствую что-то не то, а не пойму. И солнце, часов на пять вечера.

– Да, примерно так. Ты вот что, разберись со своими бойцам, а я пока огляжусь.

Лейтенант побежал к отключившемуся бойцу, предоставив Демидову возможность сосредоточится на своих ощущениях. Вроде ничего не изменилось, кроме положения солнца. Кажется оно жарит чуть сильнее, для пяти вечера, но тут без термометра точно не скажешь. Расположение полка на месте, город тоже, даже непонятное свечение вокруг людей исчезло. Ан нет, стоит сосредоточится, так сразу видно. И ещё, в теле какая-то лёгкость, энергии как в молодости, словно сбросил лет двадцать пять. Нет, даже лучше, жаль скрипящие колени ни куда не делись.

Появилась ещё одна особенность, чувства оказались на столько обострены, словно он уже неделю в поиске на вражеской территории. Кто ходил, знает, когда все чувства работают в максимальном режиме и кажется, появляется одно дополнительное. Примерно то же ощущение, какое он испытывал, когда минировал мост через Селенгу. Тогда китайские часовые охранявшие мост, ощущались ещё и каким-то шестым чувством, иначе их успех трудно объяснить. Сейчас майор ощущал нечто подобное. С чего бы? Он уже месяц из города не выползал, даже на рыбалку не выезжал. Почему тогда всё его существо буквально вопит о том, что случилось нечто, глубоко неправильное. Понять бы ещё, что именно.

Обход территории полка ничего "глубоко неправильного" не выявил, кроме ещё нескольких солдатиков потерявших берега. Ладно солдатики, они сейчас хилые пошли, чего не скажешь о командире второго батальона. Коваленко, мужик проверенный, вместе с ним мост через Селенгу рвали. И вот сейчас, он сидел в курилке с мокрыми штанами и пускал слюни улыбаясь во все тридцать два зуба. Здесь Демидов испугался по настоящему. К счастью, ничего непоправимого с ним не произошло, несколько оплеух вернули приятеля к реальности. Он что-то забормотал, потом, словно в полусне начал отмахиваться от затрещин.

– Юр, отвали, чего прицепился – пробормотал комбат, всё ещё не раскрывая глаз. Опачки, у Демидова даже рука остановилась на пол дороги до его лица. Как он узнал, кто его мутузит?

– Как, как, каком – пробурчал Коваленко и осёкся на полуслове. Открыл глаза, и уже совершенно осмысленно спросил – а действительно, как? А последнюю фразу ты вслух сказал? И почему ты светишься?

– Каким светом свечусь?

– Как лампа дневного света, но с золотистыми искорками.

– Угадал.

– Юр, чё за нах?

– Я это пытался выяснить, когда наткнулся на тебя. И да, товарищ майор, похоже вы не только мысли читаете, но вдобавок обоссались.

Коваленко опустил взгляд и смачно выругался. Демидов был полностью согласен, для сорокалетнего мужика напустить себе в штаны поступок несколько странный.

– И что с тобой приключилось?

– Не знаю. Достал сигарету, хотел прикурить, и вдруг нахлынуло, ощущение какого-то счастья, совершенно невероятного. Словно в детстве... – Коваленко осёкся, вновь взглянув на мокрые штаны – гхм..., короче, не знаю что было, но я почувствовал каждое живое создание вокруг. Будто растворился среди них, стал одновременно и муравьём и одуванчиком и бойцами на плацу, и тобой.

– Знаешь, ты тут не один такой – покосился на мокрые штаны – в смысле на кого нахлынуло. Мой лейтенант в обморок грохнулся, потом глазами вращал в разные стороны, как хамелеон. Но большинство, похоже, вообще ничего не почувствовало. Ладно, вот тебе ключ от моего кабинета, пойди переоденься, там в шкафу хэбэшка висит. А я к начштаба.

– Благодарю, у меня всё своё, и кабинет и шкаф с хэбэшкой.

На том и разошлись, комбат поплёлся переодеваться, а Демидов в гости к одному, без преувеличения, уникальному человеку, который в настоящий момент являясь начальником штаба их отдельного десантно-штурмового полка, до кучи выполнял обязанности командира, в связи с временным отсутствием последнего. Ведь чем определяется эта самая уникальность? Некой исключительностью из общего ряда, своей неповторимостью. Те же швейцарские часы или английские авто которые выпускаются серией по два десятка экземпляров, проигрывают ему в уникальности по всем статьям. Ибо их начштаба, единственный в мире еврей на такой должности. Нет, есть конечно и Цанханим в Израиле, где вообще все евреи. Но Цанханим бригада, а у них полк, так что в пролёте.

Время и три компании показали, еврей десантник это круто, послушайся он своих родителей и стань юристом, наверное быть ему к своим годам миллионером. Однако, нет, молодой Михаил Маркович Лизерман юриспруденцию не любил, а любил он оружие бокс и небо. Странный набор, определивший его дальнейшую судьбу. С возрастом, однокурсник прыти поубавил, на ринг уже не выходил, но прыжков не пропускал и со стрельбища уходил, только настрелявшись до дрожи в руках. А про миллионера, это он погорячился, во вторую кавказскую, училищный товарищ мутил какие-то дела с разведкой. То ли продавал умерщвленных террористов в посольство Саудовской Аравии и прочих заинтересованных арабов, то ли отлавливал курьеров. Кто знает, может и заработал свой миллион. Хотел подключить своего училищного приятеля, но Демидов на отрез отказался, не тот склад характера.

По хорошему, быть Мишке командиром полка, да вот незадача, умные головы в министерстве обороны решили не отрывать призывников от мамкиной сиськи, пусть служат рядом с домом. Для их полка решение имело самые негативные последствия. Вместо здоровенных парней со всей страны, пришлось выбирать из одних местных, что естественно сказалось на качестве человеческого ресурса. А для поднятия боевого духа, в название полка добавили слово казачий. Ну как же, край то казачий, пусть и полк будет. Все посмеялись и забыли. Вспомнили, когда Лизермана решили поставить командиром полка. Это вообще как, командир отдельного казачьего десантно-штурмового полка полковник Лизерман, с позывным "Раввин", который у него уже три компании. Мишка был не лишён чувства юмора, в отличие от старших начальников. По тому и не стал полковником.

– Да заходи уже – раздалось из за двери. Ничего себе, Демидов только руку постучать занёс, а Мишка уже в курсе.

Однокурсник с задумчивым видом сидел на подоконнике и высунувшись на улицу что-то разглядывал в бинокль. На рабочем столе чай из перевёрнутой чашки залил документы, похоже Мишку тоже накрыло.

– Что интересного в унылом пейзаже – поинтересовался майор. В место ответа Лизерман протянул ему бинокль. Демидов высунулся в окно посмотрел в ту же сторону... ещё раз посмотрел, залез с ногами на подоконник и уцепившись за угол стены подался на улицу всем корпусом и ещё раз посмотрел.

– Что видишь – спросил Лизерман

– Конечно могу ошибаться, но кажется именно так выглядят джунгли – пробормотал Демидов. Естественно, в живую джунглей он не видел, но телевизор смотрел и книжки читал. И то, что сейчас располагалось не далеко от города, на них было очень похоже. Буйная тропическая зелень начиналась примерно в десяти километрах от города, Старомарьевки невидно вообще, сто пятьдесят четвёртое шоссе упирается в зелёную стену уже на выезде из Надежды.

– Это радует – отозвался начштаба.

– Что именно? Весёленький пейзаж или исчезновение Старомарьевки?

– Собственное психическое здоровье. Тараканы в головах у каждого свои, по этому, одинаковых зрительных галлюцинаций не бывает. Кстати, почему ты светишься?

– Каким светом?

– Ровным белым с золотыми искорками по всему объёму.

– Молодца, угадал, напомни, при случае принесу тебе шоколадку.

– Это мысль – Мишка вернулся к столу, достал из ящика начатую бутылку коньяка и стакан, набулькал в него треть и протянул Демидову, поднял опрокинутую кружку, налил себе. Выдохнули и выпили залпом, как водку.

– Ты кстати тоже отсвечиваешь. Сине-белыми полосами, этакий хай-тек, стильно.

– Да, начался денёк – процедил Лизерман – хотя судя по солнцу, рабочий день сейчас закончится. Юр, а ты собственно чего пришёл?

– Как чего, узнать мнение командования на происходящее безобразие.

– Чего тут думать, накажу кого-нибудь. Тебя бесполезно, поэтому начну со своего помощника. Кто-то же должен ответить, за то, что я вдруг отрубился и план развёртывания чаем залил – Мишка смахнул со стола мокрые бумаги в том месте, где под стеклом располагался список телефонов. Набрал номер начальника склада арт. вооружения и приказал немедленно доставить на крышу штаба стереотрубу. Позвонил дежурному, приказал открыть дверь на крышу, отмахнулся от его доклада, сказав "уже знаю" – если серьёзно, я пока не пойму, что происходит. Сижу значит, копаюсь в бумагах и вдруг, бах! Прихожу в себя через пару минут по часам, в то время, как по солнцу прошло уже часов семь. Выглядываю в окно, а на выезде из города джунгли. Потом я каким-то боком чувствую тебя за дверью, а дальше заходит парень, которого я знаю тридцать лет и вокруг него нимб... ну знаете.

– Ага, ты забыл про провалы в памяти, до училища мы не были знакомы. И чего это ты к моему нимбу цепляешься, в небесной канцелярии всяко лучше знают, кому нимбы раздавать.

– О, Юра вышел на тропу войны, Задорнов отдыхает.

– Если ты про уволенного министра финансов, то наверное так оно и есть.

– У тебя что, такая защитная реакция на стресс, или в маразм впадаешь перед дембелем?

– Это у вас стресс, потери сознания, провалы в памяти, а у меня всё заипца, чувствую себя двадцатилетним. Кажется, даже зрение острее стало.

– О бля, слона то я и не заметил – задумчиво пробормотал подполковник – ты себя в зеркало видел? Понятно, мухой в сортир и обратно. Майор Демидов, быстро, смотреться в зеркало и назад!

Быстро не получилось. Нет, конечно двадцатилетним он не стал, но на лице несколько разгладились морщины, а седой ёжик на голове вновь стал тёмно русым. В общем, из глубин зеркала на Демидова смотрел не побитый жизнью вояка с незадавшейся карьерой, а весьма серьёзный господин, место которого не на броне с солдатами, а в кресле солидного банка. Возможно, он и был именно таким лет в тридцать пять, если бы не та жизнь, которую диктовала ему военная служба. Весело, и кажется колени скрипят меньше. Перемены нравились, чего уж там. Не ясным оставался самый важный вопрос, что жизнь стребует в замен?

– Налюбовался на себя, жертва ботокса и прочих липосакций – встретил его возвращение сокурсник – пошли, там наверное уже трубу притащили.

Поднимались молча, иногда здороваясь со спешащими по своим делам сослуживцами. Похоже, для большинства из них, ничего странного не произошло. Логично, у Серёги тридцать человек во взводе, плюс он сам и Демидов, тридцать два человека. Почувствовали перемены только трое, в первом приближении один из десяти. Если взять это за аксиому, то десять процентов весьма серьёзная величина и через час вся часть только об этом и будет говорить. Значит, у них есть минут двадцать на то, что бы стать самыми информированными товарищами.

На крыше их встретили начальник склада с бойцом, устанавливающие стереотрубу на треногу и главный строевик, которому сегодня выпало дежурить. Он сразу подскочил к Мишке с докладом. Мимо части шла девка, которая вдруг бах и потеряла сознание, предприимчивый прохожий кинулись экспроприировать её сумочку, но не слишком удачно. Далеко не убежал, наткнулся на кулак дежурного по КПП, после чего сам потерял сознание. С девкой хуже, в сознание пришла только что. До скорой и до милиции не дозвониться, по этому девке помощь оказали силами собственной мед службы, а экспроприатора пока держат в наручниках на КПП. Всё произошедшее зафиксировали камеры наблюдения. Кроме того, им отключили воду. И ещё, пропало городское электричество, перешли на собственные генераторы. В довершения всех неприятностей, пропала связь с округом. Одновременно и через спутник и через арендованный канал. Теперь, строевик интересовался, что со всем этим делать.

На извечный русский вопрос у Лизермана всегда находился быстрый еврейский ответ. Девице показать видео, если нет претензий, то экспроприатору пинок под зад, если есть, то дозвониться до милиции и передать упакованным, понадобится видео, винт не давать, пусть снимают копию. Девицу пригласить для беседы с начмедом, вежливо. Про беседу правильно, что-то долгонько она была без сознания, не порядок и медик пускай по всем потерявшим сознание свою медицинскую статистику собирает, может пригодится. Особенно такие случаи, в общую картину не укладывающиеся. С электричеством, дозвониться в городскую электросеть и вставить пистон. Если слова не помогут, подогнать БТР и заблокировать въезд на их стоянку, после чего начать его чинить. Как только их директор захочет поехать на обед, электричество мгновенно появиться. С водоканалом он разберётся самостоятельно, связистов пока не трогать, пусть занимаются.

Закончив инструктировать КПП, капитан вернул рацию на пояс и поинтересовался у Лизермана, что собственно происходит. Тот пожал плечами и указал пальцем на уже установленную трубу, мол сам посмотри. Посмотрел, потом ещё раз посмотрел. Потом посмотрел начальник склада, выдавший после просмотра занятную фразу, состоящую сплошь из нецензурных словечек.

– О, Фёдор Иванович, зришь в корень – одобрил прапорщика Лизерман и сам встал за трубу. Долго рассматривал джунгли, потом пошёл осматривать местность по кругу. Хмыкнул каким-то своим мыслям и кивком предложил Демидову занять его место. Здание штаба далеко не небоскрёб и само расположение полка, под горкой, не способствовало наблюдению. По большому счёту просматривалось одно шоссе, где сейчас было интересно. Стерео труба конечно штука хорошая, но тут расстояние для неё слишком, по этому детали произошедшего терялись, однако, то что удалось разглядеть, заставляло задуматься.

Джунгли начинались в конце Надежды и тянулись в обе стороны на весь угол обзора. На оборвавшемся шоссе, перед стеной леса образовалось не большое скопление машин. Создавалось впечатление, что джунгли появились тут в один миг и один длинномер не успел затормозить, на полном ходу врезался в могучего представителя тропической флоры. Водители пяти ехавших следом легковушек, похоже просто ошалели от увиденного и поздно нажали на тормоза, создав на границе леса кучу малу из своих авто. На встречке ситуация ещё интересней. Метрах сорока от деревьев стояла половинка грузовой газели. Кабина и часть кузова, а зад как отрезало.