![](/files/books/160/oblozhka-knigi-chernaya-perchatka-374595.jpg)
Текст книги "Чёрная перчатка"
Автор книги: Сергей Мари
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)
Сергей Мари
Чёрная перчатка
«…любовь длинною в боль»
Предисловие
Эта разноцветная пыль, что девушки сыпят себе над глазами, чтобы образ их становился ярче, чтобы добавить целый пакет изюминок, лишь бы отличиться. Эти тени совсем запудрили им глаза…
В окружающем мире имеются другие тени. Люди, решившие отстраниться от однотонных, ярких единомышленников. Их вкусы, интересы, образ жизни никогда не пересекутся. Лишь формальные группы заставляют два общества столкнуться, по большей части, в конфликтах интересов, где бескомпромиссность объявляет войну. И эти войны нескончаемы. В них нельзя погибнуть. Человек подставляется под удар раз за разом. В его силах остановить эту игру или поменяться, меняя и её…
Простым примером станет школа, где растущие, становящиеся личности борются с собой и группами, так непохожими на них. Та самая война, толкающая молодняк на самостоятельные решения. Стоит взять увеличительное стекло, направить его на глобус и можно узреть многие детали одной из войн…
Глава 1: «Новое мясо»
Улицы Красного города сегодня полонились людьми. Тёплые дни наступившей осени вызывали улыбку, всё же находились люди мрачнее ноября. Черно-белая форма радовала глаза учителей. Аккуратные, ухоженные юноши и девушки грели сердца своим видом. Обе стороны по сотне раз видели друг друга, но летняя разлука оставляла плохие моменты и обыденность где-то в стороне. И даже самый нелюбимый негодяй становился симпатичен классному руководителю.
В новом городе, уже в который раз сменяя место жительства, приспособиться ко всему и всем казалось нетрудным. Однако, будучи в стороне, одиноко перебирая недавно наложенные ногти, наблюдая, как все друг друга знают, почувствовать себя изгоем становилось легче простого. Даже если на тебе та же палитра цветов: черный и белый.
Её черные, уложенные волосы по плечи, две окрашенные пряди свисали перед лицом ледяной белизной, касаясь маленького носика, чудом не путаясь в объемных ресницах, словно тушь никогда не притрагивалась к ним. На ней почти не было косметики: розовая помада, карандаш на бровях и лёгкие тени, из-за которых ее глаза темного янтаря представлялись изредка сверкающими пуговками. Короткий воротник с серебряной брошкой, короткие рукава оголяли светлую кожу тонких рук, где у кистей игрался в солнечном свете металлический браслет с игральными костями, как подвеска, а на мизинце бликовало крохотное кольцо с розовым камнем. В прямых брюках черного цвета фигура отчетливо выделялась, как и ремень того же цвета с серебряной бляхой. Внизу красовались белые кеды с розовым принтом единорога с наружной части.
Стоя под большой, ветвистой ивой, чьи слезы сыпались рядом, что необычно для осени, в рябых тенях листвы девушка поглаживала небрежный партак под запястьем, где виднелась решетка, а рядом цифра "один". Она прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Ветер прошелся по лицу. Открыв, девушка испугалась, схватившись за лямки сумки. Перед ней улыбалась девушка чуть выше ростом со светлыми волосами, собранные в крупный пучок. Кроме нее она не видела себе подобных. В рубашке и брюках, и в белых кедах. Словно копия.
– Привет, я довольно долго за тобой наблюдала, – протянула незнакомка ладонь, – и должна заявить, что мы обязаны стать хорошими подругами.
Такая энергичная, яркая душой. Они пожали легонько руки. Новенькая улыбнулась, но ненадолго.
– Я часто переезжаю. Не думаю, что это будет хорошей идеей, – опустила она взгляд.
Блондинка взяла её за плечи, приманив взгляд.
– Поверь, в этот раз всё поменяется. Мы поставим школу с ног на уши. Выпускной бывает раз в жизни. Я так рада, что ты появилась. Ты мне так нравишься! – потянулась она с объятиями к новенькой.
Та не ожидала такого порыва. Новая знакомая уже была близко, и отказать в объятии было невозможно. Неуклюже приобняв её, они направились ко входу через короткий мостик над школьным прудом.
– О, Боже! – воскликнула блондинка, двигаясь в пол оборота. – Меня зовут Саника. Я веду школьную стенгазету. Знаю многое, я тут – уши каждой стены. Если что, только спроси. Всё… расскажу, – подмигнула Саника.
– Можешь не запоминать моё имя. Я, Катри, – серо выдала она, оглядываясь на просторы территории школы.
– Так просто и красиво. Выше нос, крошка! Эта школа может оказаться у твоих ног.
С каждым словом Саника стала замечать, что Катри больше не заходит в серые темы, улыбаясь, поддерживая настрой, созданный за мгновение. Трехэтажная, бежевая каменюга встретила девушек распахнутой дверью. Пройдя металлораму, проверку охранника, они оказались в чистой, полной света из широких окон, школе, что во снах и не снилась. Сотни учеников разных классов – черно-белое море. Смех и галдеж были девизом школы. Стены полонились энергией. Катри это нравилось, что аж дух захватывало.
– Пойдем, еще успеем прогуливать уроки, – взяла под плечо Саника и поторопилась с Катри на первый урок.
По лестничным пролетам, под дворцовыми люстрами на потолке, мимо школьных наград, прямо в открытую аудиторию, точно, за минуту до звонка. Они уселись по середине второго ряда, чем Катри показалось не лучшим местом, ведь они были в самом центре. Начался гулкий шепот. Образ новенькой вызывал бурю эмоций у обоих полов. Но какого настроения?
Звонок прозвенел в коридоре. Через мгновение в аудитории появился широкоплечий мужчина в сером костюме и, уложенной до идеала, прической. Его острые черты лица резали глаз, а голубая радужка с густыми волосами трепетали сердца юных девиц. Он поставил на кафедру черный дипломат, расстегнул пиджак, и в аудитории быстро стало пахнуть его одеколоном, затмевая прочие ароматы.
– Тишина в классе! – низкий голос требовал.
И все строго слушались.
– Радует, что, хоть, на последнем году, что я вас вижу, вы решили взяться за свою пунктуальность, – добил он, опираясь на кафедру.
Вдруг, дверь открылась. Тёмная одежда показалась на пороге. Растрепанная причёска, черная кофта с капюшоном, из-под которой виднелась не заправленная белая футболка, свободные, укороченные джинсы под цвет кофты, светлые носки и черные кроссовки с белой подошвой, а за спиной серый рюкзак. Сонная гримаса встретилась с преподавателем.
– А, ну точно, – недовольно сказал преподаватель. – Как же без тебя! Что на этот раз скажешь, Андри?
Парень убрал волосы в сторону, являя всем видом безразличие.
– Перепутал туалет с вашей аудиторией, Олег Павлович, – сказал он, шагнув внутрь.
– Оригинально, – ухмыльнулся Олег Павлович, бросив вслед. – Прошла целая неделя, ты так и не начал следовать школьной форме, распорядку дня, и отношение к преподавателям у тебя так и не изменилось. Я поднял вопрос о тебе на педсовете! В четверг у тебя беседа с директором.
Вздохнув, Андри прошел тучей мимо рядов. Заметив подножку от футболиста, он наступил на ногу всем телом.
– Смотри, куда прёшь, ущербный! – вскочил парень, толкнув в спину Андри. – Готовься, твоя жопа будет болеть, как никогда раньше.
Никакой реакции. Андри сел в конец второго ряда, уткнувшись в рюкзак лицом.
– Как видишь, скучно здесь не будет, – шепнула Саника.
Катри вспоминала прочие школы, понимая, что и эта полна своих причуд, но жизнь в новых стенах так быстро затягивала, что она стала теряться.
– Каплева Катри! – громко озвучил Олег Павлович.
Он поднял взгляд суровее зимы и увидел, встающую, девушку с белыми прядями волос. Она видела в нем зверя, которому нужна была добыча. Настало и её время.
– Вы… новенькая ученица. И решили сразу же прогулять целую неделю?
Катри поколеблилась от пристальных взглядов вокруг.
– Я недавно переехала в этот город. Я помогала сестре с переездом. Понадобилось больше времени, чем мы думали, – оправдывалась она.
Олег Павлович помолчал мгновение.
– Добро пожаловать в рай, который окажется для вас адом, Катри! Здесь люди ломаются, чтобы стать совершеннее, умнее, хитрее. Это не школа, это место, где вы, мясо, становитесь ограненными камнями. Желаю успехов в учебе, Катри!
Она села, словно пораженная током. Еще не встречала она таких властных преподавателей. Посмотрев на Санику, та прижала губы и покачала головой.
– Это только начало, – шепнула Саника.
Глава 2: «Близко»
Коробки ещё стояли в разных углах комнат и коридоров двухэтажного домика на окраине города. Каждый день их становилось меньше, а домик всё больше обретал бывалый уют и грел душу и тело своим комфортом. Дни чередовались, кто следующей будет разбирать коробки с вещами, собирать мебель, ухаживать за домом. Катри и Аделя. Две сестры, держащиеся друг за друга бессмертными тисками. Кроме них, никто не знал, что осталось за их спинами, какие города, какие люди. Пока совершеннолетняя Аделя работала с вечера на раннее утро, Катри охраняла очаг. Пока Катри училась, Аделя приводила в порядок новый уголок. Сестры стали реже видеться, от чего тоска в сердце Катри обретала место. Школа и новая знакомая, Саника, отгоняли грустные мысли. Саника вводила новенькую в кипящую жизнь школы и Красного города, предупреждала о возможных опасностях и наставляла свою новую подружку на жизненный путь. За что Катри была благодарна.
В руках Катри держался пластиковый контейнер с под остывшими трубочками с вареной сгущенкой. Кожаная, черная сумка билась о бок. Ветерок сентября разгонял ночные пряди. Саника спешно вела подругу по школьному парку, пока еще были свободные столики. Столовая встала на ремонт, ученикам разрешили питаться в парке, принося из дома еду собственного приготовления. Заняв предпоследний, свободный столик, девушки плюхнулись на стулья, радуясь победе.
– Вот, это тебе, – улыбчиво подвинула к Санике контейнер, – спасибо тебе, что помогаешь мне, проводишь столько времени со мной. Я ценю твои старания. Спасибо.
Саника удивленно молчала, глядя на Катри. Редко, кто благодарил её, тем более, дарил что-нибудь.
– Я же сейчас расплачусь, – махала она себе руками. – Тушь потечет. Ты такая добрая. Что за вкуснятина! – открыла она контейнер.
Катри хихикнула, сгорбившись.
– Сама приготовила. В смысле, испекла, – румяна покрыли щёки розоватостью.
Они достали термокружки с чаем. Обед удался на славу вместе с выпечкой. Подруги сидели у фонтана, чьи капли играли свою мелодию. Время обеда мимолетно уходило через пальцы.
– Интересно, мы же могли сесть за другой стол, почему этот? Или просто случайность? – задумалась Катри, попивая чай из металлической чашки с розовой резинкой по середине.
– Вот, почему, смотри! – игриво показала она в сторону футбольного поля, где на траве сидели и обедали спортсмены.
Все красавцы школы собирались у поля в это время. Столики занимались девушками не столь для обеда, сколько для наблюдения за своими любимчиками.
– О, Боже, – закатила глаза Катри, откинувшись на спинку стула.
– Дорогая, ты просто не понимаешь, – задумчиво говорила Саника, наблюдая за парнями. – Когда ты упустишь место здесь, будешь жалеть о каждом потерянном мгновение, что ты могла посмотреть на своего любимчика, к которому никогда не подойдешь, какой бы ты независимой и сильной не была.
Катри только посмеялась, всё же, направила взгляд в сторону парней.
Словно дикари, футболисты даже в обеденный перерыв играли с мячом, не снимая рубашек и брюк, в которых им придётся еще несколько часов находиться в теплых аудиториях. Некоторые терлись у турников, делая мелкие подходы, кто-то же, и правда, обедал, сидя на траве. Гогот и громкая музыка доносились от их компании. Пока в сотне метров напротив парни, выбравшие искусство и музыку, наслаждались спокойной компанией своих людей.
– И кто твой любимчик? – спросила Катри, заплутавшую в мечтах, Санику.
– Его нет среди них, – вздохнула Саника. – Он выпустился в этом году. Теперь просто появляется время от времени.
Интерес закрепился в голове Катри. Что за выпускник? Вдруг, послышался рев мотора. Все обернули взгляд, наблюдая, как со школьного двора к футбольному полю едет тюнингованная машина. Серебристая, тяжелая на глаз, злые фары, широкий глушитель, массивные колеса. За темными окнами прятался человек, кого многие знали. Автомобиль красиво и плавно прошел поворот и встал точно у первых травинок натурального поля. Люди в парке наблюдали с трепетом, когда многие футболисты собрались в тучу, когда двери открылись, и на свет вышел парень с короткой прической, чёрной олимпийке и серых джинсах. А вслед за ним из соседней двери Андри…
– Это… правда, Андри? – подняла брови Катри.
Саника встревожилась, глядя, как футболисты окружают у машины гостей.
– Что-то мне не нравится, что там происходит, – захлопали её глаза.
Неожиданно, парень в олимпийке ударил наповал одного, следом второго футболиста и сбил с ног третьего, после чего толпа отшагнула назад. Парень наказывал им пальцем, приобняв за плечи Андри. Начался разговор между некоторыми членами клуба и тем парнем, после которого обе стороны пожали друг другу руки.
– Видишь, всё хорошо? – улыбнулась Катри.
Саника выдохнула.
– Так, кто он – твой… фаворит?
– Виктор Волков. Дерзкий, сильный, бывший футболист. Мечта любой добрячки, – представляла Саника. – Он – бунтарь, но помогал школе и преподавателям с организацией всяких праздников. Его уважали, любили. На него равнялась малышня. Но что-то у него пошло не так в жизни…
– Что? – увлеклась Катри.
– Я не знаю, – тяжко вздохнула Саника. – Я бы всё отдала, чтобы ему помочь.
Катри погладила ее руку. Обменявшись улыбками, они собрались и отправились на уроки.
День казался длинным. После учебы Катри не отпускало состояние подруги, что та испытывала к Виктору, лишь мечтая о нем. Казалось бы, глупо, но Катри не ощущала подобного состояния ни разу за свои шестнадцать лет. Попрощавшись с Саникой, она направилась к автобусной остановке, где такси без заморочек прибыло бы к ней. Неожиданно, она встретила на скамье остановки Андри, что, свесив голову, бормотал под нос, пока на асфальте сохли капли.
– С тобой всё в порядке? – неуверенно спросила Катри, стоя на безопасном расстоянии.
Андри шмыгнул носом, посмотрел на Катри, и та увидела сквозь волосы синяк и красный глаз. Его кофта была в пыли. Руки его тряслись. Он посмотрел вперед, вытер нос и отдышался.
– А ты видишь петлю на шее? – съязвил он, поправив волосы.
– Зачем же так? – тихо выдала она. – Я не люблю, когда людей избивают.
Андри ухмыльнулся.
– Кому ты врешь? – встал он, отряхиваясь. – Ты увидела во мне того, с кем можно легко найти контакт, с кем можно подружиться, ведь вокруг одни зазнавшиеся мажоры. Наверно, как и ты, да?
Она видела в его разбитых глазах отчаяние и презрение. Отчасти Катри его понимала, но не могла позволить его обиде срываться на ней.
– Не пойти бы тебе куда подальше, а? – разозлилась она. – Раз так много знаешь, чего тут учишься? Уйди от меня, пока я тебя не прибила сумкой! – замахнулась она.
Красная, как дипломная корка, её вид насмешил Андри. Он сдерживал смех, улыбаясь. Вновь серебристая машина проревела, подкатив к остановке. Музыка громко наигрывала из окон, что опустились через секунду.
– Поехали! – послышалось изнутри.
Андри стоял, глядя на Катри.
– Нет, спасибо, я жду такси, – скорчила она гримасу, язвя.
– Да кому ты нужна?! – крикнул недовольно Виктор. – Малыш, ты глухой?
Андри посмеялся над Катри, закинул рюкзак на заднее сиденье и запрыгнул в машину, оставившая девушку в облаке дыма. В этот момент Катри так их ненавидела, что ни одно описание Саники не перекрасит их.
– Нам нельзя и близко находиться друг с другом. Мы разные. Нам не понять друг друга, согласись, – сказал Андри напоследок.
Всем сердцем Катри соглашалась. Здесь они поняли друг друга.
Глава 3: «Одна кровь»
Прохладная плитка ванной не ощущалась через меховые тапочки. Андри стоял у небольшого зеркала над раковиной, рассматривая побагровевший синяк. Медленно, но верно, капилляры в глазу восстанавливались, всё же вид казался пугающим. Опустив лицо в раковину, Андри умылся холодной водой. Снова взглянув в зеркало, его передернуло от испуга. За спиной стоял Виктор, недовольно разглядывавший трехдневный синяк брата. Взяв за подбородок, он повернул его к себе лицом, хмурясь.
– Прости, братишка, – холодно сказал Виктор. – С моим уходом ты совсем остался без защиты.
Андри смахнул его руку, являя своё недовольство.
– Если твоя память позволяет, я говорил, что не нуждаюсь в помощи или защите! – вышел он из ванной, направляясь к своей комнате.
– В последний раз ты был не против, чтобы я избил их, – говорил Виктор в спину брата.
– Потому что ты сильнее меня! В любом плане. Просто взял верх над моей волей, – захлопнул он дверь.
– Может, пора быть самому сильным? – крикнул Виктор.
– С Божьей помощью! – повысил тон Андри.
Разозлившись, Виктор ударил кулаком по деревянной двери.
– Люблю тебя, братец! – гневно сказал он и ушел из дома.
…Одевшись, как обычно, Андри чёрным пятном направлялся в школу, но уже пешком. Черно-белые люди мозолили глаза. Можно было только радоваться, что весь мир не состоит из двух цветов. Времени имелось с достатком. Шаг Андри становился быстрее. Хотелось отсидеться в какой-нибудь коморке в одиночестве перед часами нахождения в кругу неприятных ему людей. Золотеющая осень не привлекала. Виды города неслись мимо глаз. Андри почти не поднимал головы, задумываясь о словах брата. Как, вдруг, белые кеды перед ним заставили его резко сбросить темп. Обходя прохожих, белые пряди коснулись его лица. Сладкий аромат духов разбудил. Андри прошел еще немного и развернулся. Перед ним были Катри и Саника, с недоумением переглядывающиеся. Андри поправил волосы, после лямки рюкзака и поднял взгляд на Катри, сияя багровым пятном под глазом.
– Наверно, мне стоит извиниться за своего брата, – слова с трудом складывались в голове, – за его слова. Это было грубо.
– За брата? – нахмурилась Катри, скрестив руки. – И только?
Андри тяжело набрал воздуха.
– И за своё поведение, – растянуто говорил он, глядя в небо, после на Катри. – Я.... погорячился.
Катри молчала, глядя на него. И Саника вмешалась.
– Не подходи к нам больше, хорошо? – выпустила она шипы, подойдя ближе.
Катри, вдруг, растерялась, посмотрев на подругу. Голова качнулась. Он увел взгляд, развернулся и набрал свой шаг. Довольная Саника взяла под плечо подругу и двинулась дальше.
– Он же извинился, – сказала Катри. – Зачем ты так с ним?
– Милая, он – парень, а в их словах редко встретишь искренность, – выдала Саника.
День шёл своим чередом. Те же уроки, те же лица. Катри почти не участвовала на уроках. Мысли полонились утренней встречей. Она видела, как Андри отстранен от общества. Однако, ему хватило смелости, чтобы самому начать разговор в присутствии Саники, которую, явно, знает неплохо. Его слова показались ей довольно искренними. Любой другой начал бы отшучиваться или отыгрывать на улыбке, но Андри и мышцей не повёл, пока говорил, преодолевая себя. Вспоминая своё молчание, Катри почувствовала, что следует закончить разговор самой без третьих лиц.
Когда последний урок закончился, она потеряла из виду Андри. Он тенью проскользнул в коридор, где и там девушку настигла рассеянность. В черно-белых волнах ей с трудом удавалось обходить все возможные аудитории, но даже в комнате отдыха его не было. Коридоры пустели, кислород заполнял пустоту. В тишине стен Катри отчаялась и направилась к выходу.
– Это мой шанс! – послышалось из коморки уборщика.
Катри остановилась, услышав знакомый голос. Встав у приоткрытой двери, она прислушалась.
– Глупо так рисковать, – говорил Андри.
– Что с тобой не так? – не довольствовал Виктор. – Мы же – братья! Мы должны помогать друг другу, поддерживать. Забыл?
– В этот список обязанностей входит и спасение тупоголовых братьев от тупых наивностей мышления легкого ума! – заткнул он брата.
– Ты разбиваешь мне сердце, брат.
Дверь открылась. Виктор застал Катри и только оттолкнул её плечом, выйдя из школы. Андри остался в коморке среди моющих средств, швабр, ведер и пресных тряпок. Он сидел на небольшом столе, взволнованно стуча по столу пальцами, мельком заметив Катри. Девушка вошла в коморку, приблизившись, она видела, что Андри не в духе, как в прошлый раз на остановке. Хотелось уйти, понимая, что всё может повториться, но на полуобороте Катри взяла себя в руки.
– Просто послушай меня, – спокойно сказала она, выставив ладони. – Я хотела сказать, что не держу зла на тебя, да и на брата твоего тоже. Я не ожидала, что ты вообще со мной заговоришь. Все-таки разошлись не на самой хорошей ноте. В этом городе так же, как и везде, много…
– …самовлюбленных, слепых эгоистов, – дополнил Андри, встав со стола.
В блеклом свете Андри казался таким высоким. Волосы тенью крыли лицо. Он не огрызался, был сдержан. Это успокоило девушку.