![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ledi-vanessa.-molodost-si-380189.jpg)
Текст книги "Леди Ванесса. Молодость (СИ)"
Автор книги: Сергей Хабаров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 14
В какой момент гоблин потерял сознание – никто не обратил внимания. Он мычал, мычал, а потом перестал. Может, когда Ванесса вскрыла ему мошонку и удалила тестикулы, а может, когда размотала кишки, чтобы измерить их швейным сантиметром. Но он был жив, гоблин, может, и рад был бы отмучиться, да кто ж ему даст. Ванесса аккуратно удаляла ему внутренние органы, зашивала сосуды и рассовывала органы и железы по баночкам, оставляя гоблину ровно столько, чтобы организм мог поддерживать в себе жизнь. Спустя какое-то время, как Ванесса завершит свои дела, гоблину светила лоботомия. Ну, а пока у неё достаточно образцов для изучения. Посмотрим, сможет ли гоблин выжить и будет ли идти регенерация.
– Иглу и нить, – сказала Ванесса, протягивая руку в сторону.
Её просьбу проигнорировали.
– Злюка, иглу и нить, – повторила Ванесса.
Повторная просьба снова была проигнорирована. Ванесса обернулась, чтобы посмотреть, почему Злюка не реагирует. Каково же было её удивление, когда она увидела, что гоблинка нависла над тумбочкой с хирургическими инструментами, громко дышит и никак не реагирует на её голос. Она, оперевшись обеими руками о тумбочку, тёрлась пахом об её угол.
– Эй!
Ванесса положила скальпель и потрясла Злюку за плечи, та взглянула на неё пьяными расфокусированными глазами.
– С тобой всё хорошо?
– Гы.
– Нет. Ты не в состоянии мне ассистировать.
– Як гы… (гпг: Я могу помочь).
– Ты на ногах еле стоишь, иди приляг, отдохни.
– Гы.
Злюка развернулась и вышла из лаборатории. Между ног у неё текло, по пути она оставляла за собой узкую влажную дорожку. Ванесса посмотрела на угол тумбы, он был весь заделан слизью.
«Блин, она опять», – подумала Ванесса.
Взяв иглу и нить, она стала ловко зашивать гоблина. Покончив с работой, Ванесса отправилась за мышанами; требовалось оттащить гоблина обратно в темницу.
В опустевшую лабораторию зашла гоблинка. Захлопнув за собой дверь, она подошла к гоблину и внимательно стала рассматривать сделанные Ванессой стежки. Провела по ним пальцем и улыбнулась каким-то своим тёмным мыслям. Потом она взяла пинцет и зажала в нём тряпицу. Обмакнув её в очень пахучей жидкости, гоблинка поводила тряпицей перед носом у гоблина. Он сразу пришёл в себя. Злюка достала пузырёк с противоядием от паралича, потом отстегнула кляп и быстро вылила содержимое в рот гоблину.
Снова почувствовав свои конечности, гоблин задёргался.
– Ар-р-р гар-р… (гпг: Скорее освободи меня), – прорычал гоблин.
Злюка ничего не ответила.
– Ар-р-р хак чпок тук (гпг: Скорее помоги мне, странный гоблин, пока не вернулась та безумная самка с острым ножом).
Злюка снова промолчала.
– Раг хат гу-у-у? (гпг: Ты поможешь мне?) – гоблин начал понимать, что происходит снова что-то не то. И странный гоблин ведёт себя как-то не так.
– Вык, – ответила гоблинка, беря скальпель с полки.
– Гак хар хот?! (гпг: Что ты делаешь?)
Злюка медленно разрезала стежок на груди гоблина, один за другим.
– Вык-вык-вык, – загомонил гоблин, мечтая снова потерять сознание.
Когда отверстие стало достаточно широким, Злюка отложила скальпель и засунула внутрь гоблина руку. Он визжал и стонал, ощущения шарящей внутри руки были невыносимы. Потом гоблинка нащупала бьющееся сердце. Злюка взяла сердце в ладонь и стала медленно сжимать. Гоблин испустил истерический визг, чувствуя, как чьи-то пальцы медленно сдавливают его сердце, препятствуя биению. Несколько раз дёрнулся всем телом, чувствуя, что сердце больше не бьётся, заглянул в счастливые глаза безумной гоблинки и сдох.
Когда Ванесса вернулась в сопровождении двух мышан, она увидела, что эксперимент по регенеративным способностям гоблина «накрылся медным тазом», как любил говорить Шакал. Дохлый гоблин лежал на операционном столе с дырой в груди и выдранным сердцем. Оно, кстати, торчало у него из пасти. А под столом лежала Злюка. Спала и сосала свой большой палец, у неё было донельзя счастливое выражение лица и окровавленные руки. Возле операционного стола была целая лужа вагинальных выделений гоблинки.
– Блин, опять, – на этот раз Ванесса отвесила себе фейспалм, – сбросьте труп в биореактор.
Мышаны послушно отстегнули гоблина от стола и утащили. Ванесса недовольно посмотрела на Злюку, сопящую под столом. Потом достала из шкафа тканевое одеяло, которым обычно накрывают трупы, чтобы не пугать мышанок-уборщиц, и накрыла им Злюку, подоткнула ей под бок, чтобы та не замёрзла и не лежала на голом полу. Над наказанием за срыв эксперимента Ванесса подумает завтра, а сейчас пускай спит.
Глава 15
– Вот, – Ванесса продемонстрировала на вытянутых руках клочок чёрной ткани с двумя бантиками по бокам.
– Ар-р-р?.. (гпг: Это что?) – слабо отреагировала Злюка.
– Это конец моего терпения. Трусиками называется.
– Вык хок наг… (гпг: Нет, я это не надену).
– Вчера ты убила гоблина, сорвала мне эксперимент, да ещё и заснула на месте.
Гоблинка потупилась, сказать ей было нечего. Щёки Злюки почернели (так она краснеет).
– Ты полностью утратила над собою контроль. Я не могу допустить, чтобы ты вела себя так на задании, ты можешь всех подвести.
Злюка опустила голову и взглянула на Ванессу из-под бровей.
– Як Ар-р-р (гпг: Я справлюсь).
– Злюка, Злюка – Ванесса вздохнула, поставила стул напротив Злюки и села на него. – Это гиперсексуальность, с ней не справляются, её удовлетворяют.
– Вык гу-у-у хак… (гпг: Нет у меня никакой ги-пер-сек-суа-ль-нос-ти).
– Угу. Как же, – хмыкнула Ванесса и сунула ладонь гоблинке между ног.
Злюка оскалилась и собралась отдёрнуть руку Ванессы, но тело словно током пробило и парализовало. Сил хватило только на то, чтобы ухватиться за руку Ванессы и несильно её сжать. Дальше руку стало страшно отпускать потому, что Злюка почувствовала, что теряет равновесие. Ноги стали будто ватные, от паха растекались волны огня.
– Да ты даже стоишь с трудом! А что, если это случится с тобой во время боя?
Злюка разозлилась, злоба придала ей сил сопротивляться удовольствию.
– Як, Ур-р-р-р-р-р!.. (гпг: Злюка сильная, Злюка справится), – скорее прорычала, чем проговорила гоблинка.
Она почувствовала, что у неё достаточно сил убрать от себя руку Ванессы.
– Ага. Вот только это всего лишь начало.
Ванесса положила вторую ладонь на грудь гоблинке, зажала сосок между большим и указательным пальцем и немного его покрутила. Новый электрический разряд прокатился по телу гоблинки. Её спину выгнуло дугой.
– А-а-а-а-а, – совершенно по-человечески застонала Злюка.
В этот момент в покои Ванессы, привлечённая стонами, зашла Луна.
– Ого! А можно я к вам присоединюсь? – обрадованно воскликнула Луна.
– Пойми, девочка, ты борешься сама с собой, и ты уже проиграла, – Ванесса проигнорировала Луну.
Ласковые пальчики Ванессы проникли в Злюку, что окончательно её сломило. Ноги гоблинки подкосились, и она рухнула на пол.
– Ха, так можно было?! – похоже, Луне было сейчас весело.
– Вот, – Ванесса бросила перед Злюкой трусики. – Худо-бедно от случайностей они тебя защитят. А иначе сиди в башне. Никто не гарантирует твою безопасность за пределами этих стен.
Злюка молча сжала нижнее бельё в кулачок и медленно ушла к себе на крышу.
– Луна, ты чего-то хотела?
– Может, чего-то хотела, а может, кого-то, – Луна заинтересованным взглядом проводила Злюку до выхода. Когда за гоблинкой захлопнулась дверь, Луна облизнула губы. – А что это сейчас было?
– Урок сексуального воспитания для молодых девушек.
– Правда? Матушка, а может, и меня так повоспитываете?
– У нас слишком много дел. Так, зачем ты пришла? – Ванесса предприняла попытку повернуть разговор в деловое русло.
Луна, поняв, что сейчас ей ничего не обломится, не стала настаивать.
– Я сегодня говорила с Нежей, она просила передать, что тело, которое плавает в капсуле биореактора, созрело.
– Хорошо. Передай Храбру, чтобы собирался, если хочет пойти с нами. Завтра мы выступаем в город Бакан, в гости к графу Де’Лавансаль.
Ванесса подошла к своему столу. Открыла книгу магии на чистой странице, макнула перо в чернильницу и начала писать новый заголовок.
Проект «Искусственные люди» удался не полностью или частично провалился. Не знаю, как точно сказать. Восемь лет назад, когда я закончила биореактор, я решилась провести такой эксперимент. У биореактора есть одна особенность: он позволяет скомбинировать любой организм. Можно задать ему ограничения и параметры, срок их действия и срок их окончания, частично агрессивность и миролюбие, средний уровень интеллекта, физическую силу. Но личность биореактор скомбинировать не способен. Тут нужен маг-менталист. С биореактором же нам приходится работать сначала, а точнее, с младенца. Созданные биореактором взрослые формы – не что иное, как оболочки без цели и души; всё, что они могут, – это плавать в регенерине, ну, пока к ним не подселишь искусственную личность. Это, пожалуй, самое главное отличие биомантов, химерологов от меня. Они умеют выводить взрослые боевые особи, я – нет.
Восемь лет назад я нуждалась в помощнике. Жалко, не всюду вместо себя можно послать Шакала. Он хоть и умничка, но дальше, чем на километр отойти не может, только если на ограниченный срок времени. Недолго думая, в тот раз я использовала собственные гены. Думала, что кто поймёт меня лучше, чем я сама. Были заданы параметры стабильных физиологических изменений – это прочность скелета, прочность мышц, увеличение силы за счёт уплотнения волокнистой структуры мышц. Начальный метаболизм был увеличен в 4 раза, особь должна была расти в 4 раза быстрее обычного человека. За 4 года она должна была достигнуть возраста 16 лет, быть сильной, как 5 мужчин, и в случае опасности двигаться в 3 раза быстрее натренированного человека.
Каково же было моё удивление, когда в назначенный срок в пробирке биореактора я обнаружила вместо одного младенца четырёх. Первая паническая мысль – это избавиться от лишних младенцев, но тут Шакал со Злюкой сказали своё твёрдое НЕЛЬЗЯ, да и рука не поднималась. Знала бы, во что выльются эти «помощники», сейчас бы, наверное, поднялась, и что потом понадобятся помощники, чтобы справиться с помощниками.
Но тем не менее клоны были созданы и росли согласно заданным параметрам. Чтобы различать их, я задала им различную пигментацию. Но уже на втором году были выявлены их психологические дефекты, связанные с ускоренным взрослением. Особь с именем Ночь росла крайне малоэмоциональной, все данные ей указания воспринимала буквально. Например, на фразу «иди в лес, пообщайся со зверьми» она действительно отправилась в лес и была найдена с пойманным кроликом. Лапки его были связаны, а Ночь упорно смотрела на него, чего-то ожидая. Когда я пожелала узнать, чем она занимается, та ответила: «Я спросила, как у него дела, но он не отвечает». Тогда я сказала Ночи, что звери не умеют говорить. Она ответила, что знает эту информацию и что «абсурдность задачи не отменяет приказа». Идеальный солдат, блин, которому скажешь прыгнуть со скалы в пропасть – он и прыгнет.
Второй объект, получивший золотистые волосы и имя Аврора, обладал слабым критическим мышлением. Любую полученную информацию она воспринимала как истину; чем-то с Ночью они были похожи с той лишь разницей, что Ночь вряд ли будет с кем разговаривать, а Авроре попросту опасно с кем-либо разговаривать. В идеале из неё вышел бы неплохой боевик, только не давай ей ни с кем разговаривать, не оставляй без присмотра – и с ней можно работать. Медленно, но постепенно у Авроры вырабатывается критическое мышление.
Третий объект – Кассандра, красный пигмент волос. Гипертрофированное чувство юмора и озабоченность дурацкими шутками.
Тут Ванесса оторвалась от писания и инстинктивно потёрла свою попу. Сразу вспомнились те колючки, которые подбрасывала ей Кассандра на стулья. Кассандра оказала травмирующее, но благотворное влияние на Аврору и способствовала выработке у неё критического мышления. С годами гипертрофированное чувство юмора ослабло, и его собой частично заменила любовь к плотским удовольствиям. Таким как еда, алкоголь и мужчины. На всякий случай я иногда устанавливаю им всем блок на зачатие детей, блок нужно обновлять каждые три недели.
Луна, белая пигментация волос; пожалуй, самый тяжёлый случай.
Ванесса снова оторвалась от работы и инстинктивно потёрла себя, но уже не сзади, а спереди.
Серьёзное психологическое нарушение Луны заключается в том, что для неё нет различия между любовью и страстью. Для неё эти понятия едины: тот, кого она любит, к тому она испытывает страсть. Всё это вытекло в постепенно усиливающуюся нимфоманию. В подростковом возрасте Луна подвергла башню Пятицвет настоящему сексуальному террору. В этой ситуации умнее всех поступили мышаны – они просто замуровали вход в свою часть подземелий и не выходили оттуда пару месяцев. Очень важная информация, если это кто-либо когда-либо будет читать: в случае расстройства личности, подобной Луне, во избежание психологических травм у окружающих никогда, ни при каких обстоятельствах не дарите таким людям домашних любимцев.
Глава 16
Ванесса шла вниз по главной шахте подземелья мышан и рассматривала детские рисунки, изображённые на стенах и на полу. Подземелье мышан было безопасным местом для детей, и те гуляли, где хотели. Все коридоры и штольни были освещены мхом и грибами. В главной шахте эти растения не росли, но на неё мышаны не жалели солнечных камней, правда, их периодически приходилось заменять. Здесь не было ни хищников, ни посторонних. А по краю спуска главной шахты были очень высокие перила. Мышаны очень любили детей, сильный родительский инстинкт был занесён в их ген-код и был помечен как неизменный признак.
Свободные от занятий дети любили приходить в главную шахту и рисовать на стенах и полу. Ступеням мышаны предпочли плавный постепенный спуск по ровной поверхности. Когда возводили эту конструкцию, кто-то предположил, что по ней придётся транспортировать грузы и что ровная поверхность для этого подходит лучше, чем ступени.
Хозяйка башни Пятицвет прошла мимо двух малышей-мышан, которые рисовали на стене пони. Те были так увлечены своим занятием, что даже и не заметили её. А вот на полу было нарисовано солнышко. Ванесса узнала этот рисунок, его нарисовал ещё сам Храбр, когда был совсем мышонком. Тогда подземелья не были такими глубокими. Непоседливый мышан уже тогда любил выходить из своих подземелий на поиски приключений.
Вот кто-то нарисовал, как группа мышан возделывает свои подземные поля. А вот красивая мышанка лепит из глины посуду и обжигает её в печи. Очень качественный рисунок; похоже, среди мышан подрастает настоящий художник или художница. А вот напротив рисунок, сделанный совсем малышом; с помощью чёрточек и кружочков малыш изобразил, как какой-то мышан пытается починить механизм с торчащими из него ремнями и шестернями.
«Ха, гномы на минималках», – улыбнулась своим мыслям Ванесса.
Так, рассматривая творения своих творений, Ванесса дошла до помещения биореактора. На входе сидело двое мышан – они сторожили вход. Никакого вторжения никто не ожидал, у них даже не было оружия. Просто биореактор – это не место для игр юных мышан и вообще не место для посторонних. Туда имели доступ только обученный персонал или при сопровождении таковых.
Привратники поднялись и отвесили ей глубокий поклон, в ответ Ванесса тоже слегка поклонилась. В разговорах не было смысла, просто хозяйка в своём праве и может ходить где хочет. Привратники поклонились в знак уважения, Ванесса показала, что знак принят.
В помещении было четыре глубоких мраморных ванны, заполненных регенерином. По трубкам в ванны от биореактора поступал регенерин. Когда у регенерина выходил срок жизни – а он был короток, дня два, не больше – умерший регенерин менял свою плотность и оказывался на поверхности, вытекая через специальный желоб и заполняя сосуд, собирающий эту жидкость. Остановить реактор, сэкономить потребляемые им ресурсы и оптимизировать выработку регенерина было невозможно. Остановившийся реактор – это умерший реактор. Для него перестать вырабатывать регенерин – это как для человека перестать дышать. Сейчас одна из ванн не вырабатывала отработанный регенерин. Её поверхность была затянута желеобразной мембраной, а в розовой жидкости плавало тело красивой женщины лет 35–40. Все ресурсы ванны уходили на поддержание жизни этого тела, и их уходило много, ведь у неё даже не билось сердце, а мозг надо питать кислородом.
Ванесса села на край ванны и стала смотреть на тело женщины. В отличие от Ванессы, которая обладала фигурой хоть и очень привлекательной, но всё же девушки, в ванне сейчас находилось тело настоящей зрелой женщины. Округлые полные бёдра, роскошная грудь третьего размера, которая с трудом поместится в мужской ладони, широкое лицо с полными губами и большими глазами, длинные каштановые волосы. На левой скуле была родинка.
– Здравствуй, мама. А у нас всё хорошо.
Ванесса замолчала и кисло улыбнулась. В горле рос ком.
– Прости, мама, я давно с тобой не говорила. Твои внучки выросли настоящими красавицами, ага. Представляешь, скоро Ночь и Аврора замуж выйдут, представляешь. Сыновья целого барона. Я думаю, они смогут о них позаботиться.
Она смахнула пару предательских слезинок, выкатившихся из глаз.
– Я знала, что мы не всю жизнь будем с ними вместе, но не думала, что они будут уходить так скоро. Я к ним только привыкла.
Неловкий смешок вырвался из горла.
– Они все хорошие девочки, все-все. Даже Луна, ну-у-у-у, если не брать во внимание её заскоки.
Ванесса снова утёрла слезу с глаза.
– Злюка недавно начала становиться настоящей девушкой. Вот только мальчики ей пока не нравятся. Но, я думаю, это когда-нибудь изменится, всё же она довольно замкнутая.
Ком в горле всё рос и рос. Голос стал хриплым.
– А живём мы дружно и тихо… ну, почти тихо. Мышаны оказались очень смышлёным народцем, дед бы мной гордился. Ими правит Храбр и его подруга Нежа, у них недавно родился третий сыночек… Они все очень милые.
Слёзы из глаз Ванессы потекли ручьём. Мышаны, которые периодически что-то таскали в реактор, как-то незаметно все покинули помещение. Ванесса, прорывая мембрану, достала из ванны с регенерином руку женщины и приложила к своей щеке.
– Мама, мне так тебя не хватает… Я по тебе скучаю.
Плача и шмыгая носом, Ванесса поцеловала ладонь.
– Прости меня, мама, я же тогда даже не смогла похоронить тебя по-человечески.
Ванесса отпустила ладонь, та снова погрузилась в регенерин. Она ещё долго плакала над ванной с телом, пока слёзы не смыли печальные воспоминания и девушка не успокоилась. А успокоившись, Ванесса стала приводить себя в порядок, высморкалась, умылась. Только предательски красные глаза выдавали недавнюю драматическую сцену.
Она снова подошла к ванне, содрала с неё всю мембрану и за голову стала вытаскивать тело из регенерина. Когда спина тела смогла опереться на стенку ванны, Ванесса стала ощупывать голову, ища ложбинку на переносице. Это место на голове человека – то место, где срастаются лицевые кости, образуя череп, то место, где кость была наиболее тонкой, и, проткнув её, можно было добраться до мозга, не нанеся особых повреждений. Найдя место, Ванесса зафиксировала его большим пальцем правой руки. А из левой выпустила свой костяной шип. Аккуратно введя шип через ложбинку прямо в мозг Ванесса произнесла:
– Проснись, Шакал, это тело тебе.
В тот же миг сердце женщины застучало, лёгкие задышали, а большие зелёные глаза открылись и уставились на Ванессу.
– Здравствуйте, госпожа Ванесса, – сказала женщина.
– Здравствуй, Шакал, – ответила Ванесса.
Глава 17
– Долго я спал?
– Не очень, всего лишь пару недель.
Шакал вылез из ванны с регенерином. Посмотрел на свои руки, потом помял свою грудь.
– Я в теле Эльвиры? Опять тот самый день?
– Да, прости, что заставляю тебя в этом участвовать.
– Не извиняйтесь, мы уже говорили об этом несколько раз. Не могу сказать, что я одобряю такое поведение, но для меня важно служение как таковое.
Шакал в теле Эльвиры подошёл к шкафу, достал оттуда полотенце и стал вытирать своё тело, потом выжимать из волос регенерин.
– А кем ты был тогда, в прошлой жизни? Ты много знаешь и умеешь, я бы подумала, что ты учёный, но при этом ты дисциплинирован, исполнителен, фаталистичен, совершенно не боишься боли и смерти, владеешь приёмами рукопашного боя, но не владеешь ни одним холодным оружием. Ты был солдатом какой-то странной армии? Мне дед рассказывал, что далеко на востоке есть страна, у которой есть особые рыцари чести – «самураи». Эти рыцари в вопросах чести не идут на компромиссы и предпочитают смерть, чем бесчестие.
– Самураи, ха, ну надо же. Нет, госпожа Ванесса, в той жизни я был не кем, а чем. Даже если бы я захотел, я не смог бы вам объяснить, что я был такое. Мне надо принять душ.
Шакал накинул халатик, и они вместе отправились наверх.
– Мы сразу отправимся в город?
– Нет. По пути надо будет заскочить ещё в одно место.
– Какое?
– Зачем ты каждый раз вводишь себя в состояния сна? Мне не мешает твоё присутствие у себя в голове.
– Госпожа Ванесса, невозможность остаться одной может привести к нежелательным психологическим последствиям. Или представьте, что вы будете постоянно общаться со мной и перестанете уделять внимание окружающим, как это будет выглядеть со стороны?
– Ну-у, жители башни в курсе.
– Они в курсе, и все к этому привыкнут. А теперь представьте, что вы вышли в свет и стали вести себя как привыкли.
– М-м-м-м, да. Тогда, скорее всего, нам придётся собирать вещи и переезжать.
– Вот-вот. Так куда мы направимся?
– Тут сыновья одного барона сделали Ночи и Авроре предложения.
– Сочувствую им.
– Эй!!! – Ванесса пихнула Шакала в бок. – В общем, надо заехать к нему и разобраться, что ему на самом деле надо.
– Когда отправка?
– Да, в общем-то, всё готово. Мышаны целый караван с товарами собрали. Храбр отобрал из своего народа тех, кто полюбопытнее и посмелее. Хотят выйти на рынок со своей продукцией. Естественно, сами сливки пока придётся подержать под прилавком.
– Хм, любопытно, – так они дошли до ванных комнат. – Мне нужна одежда.
– Уже всё приготовлено. Там внутри найдёшь.
Ванесса спустилась во внутренний двор. Тут уже столпился небольшой табун из пони, навьюченных всякой разной утварью. Кавалеристы из мышан были так себе, а пони они использовали исключительно как вьючных животных. К башне Пятицвет не было дорог, и поэтому вариант одолжить у селян пару телег и нагрузить их, чем навьючивать целый табун пони, пришлось исключить. Всего с ними от мышиной колонии отправлялось шестнадцать пони, шесть мышан, две мышанки и, разумеется, Храбр, куда ж без него. Вот он, кстати, подходит, чего-то ему надо.
– Хозяйка, у нас всё готово, можем отправляться в любой момент. Ждём только Луну и Злюку.
– Подождите ещё немного, патриарх Храбр, с нами поедет ещё одна женщина. Она скоро выйдет, а за Луной и Злюкой я сейчас схожу самолично.
Ванесса проверила столовую – там было пусто, в ваннах сейчас Шакал. На четвёртом этаже никого не было, Кассандра, Аврора и Ночь сейчас были снаружи. В её покоях им просто делать нечего. Это что получается, они либо в тоннелях мышан, что сомнительно, потому что они стараются Луну к себе не пускать по понятным причинам, либо она со Злюкой на крыше. А вот это уже подозрительно. Они не то что бы не ладили, просто Злюка старалась держаться от Луны на расстоянии по опять же понятной всем причине. И то, что Злюка и Луна находились в одном помещении наедине, наводило на очень печальные мысли.
Ванесса поднялась на крышу, встала перед сарайчиком. Было подозрительно тихо. Она сглотнула слюну и уже потянулась рукой к двери, ожидая увидеть там что-то жуткое: от изнасилованной Злюки до Луны с перегрызенным горлом.
– Ну, не надо стесняться, раздвинь ноги пошире. Обещаю, больно не будет.
Ванесса остолбенела, притаилась возле двери и стала «греть уши».
«Жалко Шакала внутри нет, он бы мне слух накрутил», – подумала Ванесса.
– Злюка, у меня всё там то же самое, я не буду делать то, чего ты не захочешь. Ну давай, раздвинь, и не надо стесняться – мы же почти сёстры.
– Гы!
– Вот хорошо. Уф-ф-ф, ты сама это сделала?
– Гы.
– Ну и отёк. Нужно с собой как-то поаккуратнее! Ты же так можешь себя покалечить.
– У-у-у-у.
– Как будто насиловали, но ничего. У меня есть с собой масло, сейчас я тебя натру и отёк спадёт.
– Уг?!
– Что? Откуда у меня с собой масло?
– Гы!
– Тебя что, матушка не учила? Пузырёк со смазкой нужно всегда брать с собой, неизвестно когда и где он может пригодиться. Хотя, зачем ей тебя этому учить. Ты же не по этому профилю.
– Ар-р-р.
Ванесса рефлекторно сунула руку в карман. Её пузырёк с маслом на месте.
– Та-а-ак, сейчас ты почувствуешь себя лучше. Ого, офигеть, у тебя здесь такая нежная кожа, словно шёлк и бархат, а губки как два лепестка розы.
– АР-Р-Р-Р-Р-Р!
– Всё, всё поняла. Руки убираю. Ну что, так лучше, уже не больно?
– Гы.
– Ну, давай продолжим, сейчас я тебе объясню, что ты делала неправильно. Дай мне свою руку. Уф-ф-ф, ну и когти, как ты себя ими не поранила. Хорошо, что ты их не точишь.
– Ар-р.
– Вот, положи её сюда. Хорошо, теперь делай медленные круговые движения, нет, давить сильно не надо. Уже чувствуешь что-нибудь?
– Вык.
– Хм-м-м. А ты думай о чём-нибудь приятном, представь себе какого-нибудь симпатичного парня. Получается?
– Вык.
– Ну, не знаю. Подумай о том, что ты любишь. Например, о еде.
– Ар-р-р-р.
– Да шучу я. Эй, не останавливайся, продолжай делать круговые движения рукой! Сейчас что-нибудь придумаем. А ты попробуй думать об охоте. Чувствуешь что-нибудь?
– Гы, вык.
– Что-то есть?
– Гы.
– Тогда так. Ты на охоте, ты выслеживаешь добычу. Нет, не добычу, ты идёшь по следу отбившегося от отряда гоблина. Ну как?
– Гы-ы.
– Ты настигаешь его, атакуешь, ломаешь ему руки и ноги.
– Гы-гы-гы.
– А потом привязываешь к дереву. Он весь в твоей власти, начинаешь бить его кнутом. Ускоряй темп!
– Гы-гы а-а-а…
– По его спине течёт чёрная кровь, он ревёт и стонет от боли.
– А-А-А-А-А-А…
Ванесса бочком, бочком, на носочках, чтобы никто не услышал, отходила подальше от сарая.
– Какая гадость. Девочки, да я вас боюсь, – пробухтела себе под нос Ванесса.
Выйдя во двор, Ванесса снова нарвалась на Храбра.
– Хозяйка, вы нашли Луну и Злюку?
Ванесса аж вздрогнула от упоминания об этих двух.
– Да, они… им нужно ещё минут тридцать. Они на крыше.
– На крыше? Что они там делают? Заставлять вас ждать тридцать минут! Это неприемлемо, сейчас я сам поднимусь и потороплю их.
Ванесса схватила за руку Храбра, тормозя его.
– О-о-о, не стоит, патриарх Храбр. Поверьте, у них очень уважительная причина. ОЧЕНЬ.
– Какая?
– У-ВА-ЖИ-ТЕЛЬ-НАЯ!
– Ну, раз вы настаиваете.
– Угу. Настаиваю, и у тебя, Храбр, меньше седых волос будет.
Мышан подозрительно покосился на Ванессу.