Текст книги "Месть"
Автор книги: Саймон Скэрроу
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
XI
Они пошли дальше по дороге к Афинам. После ночевки в дешевой гостинице в Коронее Марк утром снова начал тренировать Лупа, не обращая внимания на жалобы писаря на боль в мышцах. Но что-то между ними изменилось. Беспечные разговоры стали реже, мальчики шагали вперед, погруженные каждый в свои мысли.
Луп, как и обещал, больше не заговаривал о пророчестве оракула, но тем не менее постоянно бросал на Марка испытующие взгляды, а Марк, хотя и замечал их, делал вид, что не обращает внимания. Фест обычно шел впереди и редко оглядывался на своих спутников. Только когда они останавливались, чтобы отдохнуть или наполнить свои фляги водой из горных источников, Фест обменивался с мальчиками словом-другим. Но теперь каждый раз, когда телохранитель смотрел на него, Марк видел в его глазах подозрение. Мальчику до сих пор было стыдно за свою ложь, и еще он боялся, что ему, возможно, придется когда-нибудь остерегаться Феста или даже защищаться от него.
К вечеру друзья добрались до маленького городка под названием Левктры. Здесь как раз проходил какой-то религиозный праздник, и все дешевые гостиницы были набиты битком. Единственный свободный номер, который им удалось найти, оказался в довольно дорогой гостинице на городской площади, и Фест заскрипел зубами от разочарования, узнав об этом.
– Ну, тут ничего не поделаешь. Придется нам еще раз переночевать на открытом воздухе.
Луп посмотрел на небо. Над горами весь день клубились облака, угрожавшие дождем.
– А я-то надеялся, что у нас будет хоть какая-то крыша.
– Ничего не выйдет, – сердито ответил Фест. – Так что давайте лучше поспешим и поищем что-нибудь поближе к городу.
Тут вмешался Марк:
– А еще мы можем поставить на самих себя побольше денег и выиграть достаточно, чтобы покрыть расходы. Что скажешь?
Фест уже хотел отказаться, но тут со стороны окружающих гор послышался отдаленный раскат грома. Фест окинул взглядом площадь: хотя многие торговцы уже начали укладывать свои товары и закрывать ларьки, вокруг все же толпилось еще немало народа. Он взвесил возможности и кивнул:
– Хорошо. Все так же, как всегда. Пошли.
Они направились к статуе Гермеса, возвышающейся над площадью, и сняли плащи, а потом достали из мешков учебное оружие. Луп остался стоять возле их вещей, держа в руках толстую палку.
Марк отступил немного назад, а Фест вскинул вверх руки и начал свою игру.
– Друзья, послушайте меня! Добрые жители Левктр, для меня честь побывать в вашем городе. Не сомневаюсь, что здесь найдется множество мужчин, которые ведут свой род от великих воинов, служивших благородным Левктрам в войнах против Рима…
Пока Фест продолжал, Марк оглядывал толпу. Он заметил обычную для таких мест банду молодежи, а также компанию мужчин разбойничьего вида, сидевших за столиком перед винной лавкой. Он решил, что найти противников среди этих людей не составит труда. Мужчины у винной лавки повернулись к Фесту, прислушиваясь.
Когда Фест бросил вызов, главарь этих людей, сидевший во главе стола, что-то сказал своим дружкам, и те расхохотались. Мужчина был могучего сложения, с темными волосами, и он носил кожаные напульсники. Легко вскочив на ноги, мужчина жестом велел своей банде следовать за ним и подошел к небольшой толпе, собравшейся вокруг Феста. Четверо местных юнцов уже вызвались драться и выступили вперед, чтобы взять деревянное оружие. Мужчина и его угрюмые приятели протолкались сквозь толпу.
– Эй, оставьте это! – приказал мужчина юнцам.
Один из них, высокий, хорошо сложенный подросток, сердито обернулся, сжимая кулаки. Но как только он увидел говорившего, то сразу струсил, и Марк увидел, как нервно подпрыгнул его кадык, когда мальчишка забормотал:
– Ой, прости, Прокруст… Я н-не знал, что это т-ты…
– Ну а теперь знаешь, так что убирайся отсюда со своими сопляками.
– Да-да. Конечно. – Парень повернулся к своей компании. – Эй, ребята, идем…
Они торопливо побросали учебные мечи и отступили в толпу. Телохранитель Цезаря одарил Прокруста широкой улыбкой:
– Я так понимаю, что ты вышел вперед, потому что готов принять вызов – мой и моего мальчика, да, господин?
Грек ответил бешеным взглядом:
– Нет. Я вышел вперед, чтобы дать тебе пинка, римлянин. Ты не можешь явиться в мой город и играть тут в свои игры, не спросив у меня разрешения. Так уж принято у нас в Левктрах.
– О, нижайше прошу меня простить! – Фест склонил голову. – Я просто не знал о таком протоколе.
– О протоколе? – Прокруст резко засмеялся. – Слышали это, парни? К нам явился настоящий римский господин! Ну, римлянин, я тебе вот что скажу. Ты отдашь мне свои вещи и свой кошелек и сейчас же уберешься из города, а я не стану тебя колотить, как обычно поступаю с теми, кто не соблюдает правил… э-э… протокола!
Марк заметил, как слегка сжались кулаки Феста, и это был явный признак того, что Фест в любой момент ожидает нападения. Марк оглянулся на Лупа и, кивнув на мешок Феста, прошептал:
– Вооружись!
Продолжая улыбаться, Фест обратился к греку:
– А если я откажусь отдать тебе наше имущество? Что тогда?
– Тогда я с моими парнями задам тебе такую трепку, какой ты никогда в жизни не забудешь.
– Понятно. – Фест окинул грека взглядом с головы до ног. – Я так понимаю, что ты местный царь бандитов.
– Неплохо сказано. Но я предпочитаю смотреть на себя как на непредусмотренного законом дельца.
Фест коротко хохотнул:
– А ты умеешь пошутить. Это хорошо. Но умеешь ли ты также и драться, господин? Поскольку я не готов отдать свое имущество, позволь сделать тебе встречное предложение. Ты и трое твоих парней сразитесь со мной и моим мальчиком, Марком, вот он стоит. Если вы победите, выигрыш ваш: десять или даже двадцать денариев. А если победим мы, вы заплатите нам столько же.
Прокруст ткнул Феста в грудь своей мощной рукой:
– Для меня оскорбителен такой легкий вызов. Я и в одиночку с вами справлюсь. А чтобы было смешнее, я принимаю твое пари. Только давай сражаться на серьезную ставку. Если ты проиграешь, то потеряешь все, что у тебя есть, включая и этих двоих. – Он кивнул в сторону Лупа и Марка. – За них дадут неплохую цену на рынке рабов в Афинах. А уж если ты меня поколотишь и победишь… ну, тогда заплачу я тебе сто денариев. А это вдвое больше, чем стоит все твое барахло, не считая мальчишек. Ну, что скажешь?
– А если я откажусь?
– А ты не отказывайся, – произнес Прокруст с угрозой в голосе. – Если хочешь дожить до завтрашнего дня.
– Но тогда какой у меня выбор?
– Никакого. И вот еще что. Деремся только мы. Мальчишки пусть держатся в стороне. Мне они нужны в хорошем состоянии, когда я тебя прикончу.
Фест немного подумал, потом кивнул. И протянул греку деревянный меч:
– Только и ты вели своим приятелям очистить побольше места.
Пока Прокруст рычал на свою банду, отдавая приказы, Фест подошел к Марку и Лупу и заговорил тихо и настойчиво, передавая Марку свой кошель:
– Если я проиграю, бегите отсюда со всех ног. Бегите, не останавливаясь ни по какой причине. Доберитесь до Афин. Тамошний наместник должен вам помочь.
Марк покачал головой:
– Мы уйдем только с тобой. Давай прямо сейчас удерем из города. Все вместе.
– Я не могу, Марк. Мы уже сделали выбор, и в толпе нам далеко не уйти. Придется испытать судьбу.
Марк посмотрел на Прокруста – тот взмахнул мечом, испытывая его вес и балансировку.
– Он знает, что делает. Это не будет так легко, как обычно.
Фест выбрал для себя деревянный меч и проследил за взглядом Марка. По тому, как главарь бандитов стоял и двигался и как держал оружие, было ясно, что он опытный боец.
– Он точно выступал на арене, – решил Марк. – Или же был какое-то время солдатом.
– Ну, значит, толпа увидит отличное зрелище, а у меня будет возможность по-настоящему испытать мое искусство, – спокойно ответил Фест. – А мне как раз этого и не хватало во всех тех городах, где мы устраивали свои спектакли.
Он снова повернулся к Марку и Лупу:
– Помните, что я сказал, мальчики. Если я проиграю, бегите со всех ног. Сразу же! Поняли?
Луп кивнул, но Марк промолчал. Фест крепко сжал его руку:
– Думай о своей матери! Если не сделаешь, как я сказал, то никогда больше ее не увидишь!
Эта мысль наполнила Марка болью, но выбирать между другом и матерью не приходилось. Он кивнул.
– Отлично. А теперь пожелайте мне удачи и молитесь богине судьбы!
Фест повернулся и вышел на открытое пространство, освобожденное от толпы людьми Прокруста. Повернувшись лицом к противнику, он встал в боевую стойку. Прокруст сделал то же самое и покрутил головой, разминая шею. Грек зловеще ухмыльнулся, обнажив зубы, многих из которых недоставало, – наверное, он потерял их в схватках. Шея у Прокруста была короткой и толстой, и голова словно сливалась с плечами, а грудь была похожа на бочонок. Здоровенные ноги, видневшиеся из-под края туники, стояли на земле так же прочно, как ножки какого-нибудь огромного стола. Руки бойца напоминали окорока; легко описывая перед собой круги мечом, он кричал, обращаясь к толпе:
– Эй, народ Левктр, я вас сегодня здорово повеселю! И заодно преподам урок. Вот что случается с теми, кто осмеливается противоречить Прокрусту. Левктры – мой город. Мой! И я раздавлю любого, кто об этом забудет. Ну а теперь начнем урок, да?
Он шагнул к Фесту, но приостановился на расстоянии длины двух мечей. Марк наблюдал за тем, как противники присматривались друг к другу, а потом Фест сделал шаг и вытянул руку, коснувшись оружия противника концом деревянного меча. Прокруст крепко держал свой меч и легким движением руки оттолкнул оружие Феста. Телохранитель Цезаря решительно бросился вперед, делая выпады и нанося удары греку, но тот легко блокировал каждый удар с большой скоростью и ловкостью, хотя и не слишком изящно, и демонстрировал блестящую технику. Марк понимал, что его другу понадобится все его умение и весь опыт.
– Твой друг просто дурак, – прошипел рядом чей-то голос.
Марк оглянулся и увидел женщину средних лет, закутанную в черный плащ. В ее темных волосах пробивалась седина, а глаза как будто провалились.
– Прокруст раздробит все косточки в его теле задолго до того, как кончится схватка.
– Откуда тебе знать?
Женщина повернулась к нему; ее взгляд словно пронизывал Марка насквозь, а губы дрожали.
– Оттуда, что это чудовище именно так поступило с моим сыном, когда тот отказался платить за свой прилавок на рынке. Через несколько дней после этого сын умер.
Марк некоторое время молчал, потом тихо произнес:
– Мне очень жаль.
– Прибереги сожаления для своего друга.
Марк снова повернулся в сторону бойцов.
– Фест прекрасно может постоять за себя.
– Тогда, если справедливость существует, он унизит Прокруста.
Фест немного отступил, чтобы между ним и греком образовалось пространство, и греческий бандит ухмыльнулся:
– Что, уже достаточно? Наелся? Тогда моя очередь…
Он шагнул вперед, пружиня на слегка согнутых ногах, отлично держа равновесие, и сделал несколько стремительных выпадов. Громкий стук дерева о дерево раздавался над площадью и толпой, и люди, до этого момента молчавшие, начали негромко бормотать что-то и испускать продолжительные вздохи, видя, с какой легкостью защищается Фест.
– Давай, Прокруст! – проревел один из бандитов. – Вышиби ему мозги!
Грек на мгновение приостановился и крикнул в ответ:
– Когда буду готов! Мне хочется сначала поиграть с этим отбросом!
Луп сложил ладони рупором и крикнул:
– Сделай его, Фест! Ты можешь, я знаю!
Люди в толпе посмотрели на него с удивлением, а женщина в плаще подтолкнула Марка в бок:
– Я бы на твоем месте заставила этого молодого человека замолчать. Если, конечно, ты хочешь, чтобы он остался в живых после того, как Прокруст победит вашего друга.
Марк глубоко вздохнул и закричал:
– Давай, Фест! Уложи его поскорей!
– Ну все, ты покойник, – сказала женщина.
Прокруст снова ринулся вперед, рубя мечом и делая выпады. Фест проворно уходил в сторону и парировал удары, и грек наконец снова отскочил назад, тяжело дыша.
– А ты неплох, римлянин. Признаю. Лучше тех, с кем мне приходилось сражаться в последнее время. Ты быстро двигаешься, но в твоих ударах нет настоящей силы.
Фест слегка улыбнулся:
– Тебе так кажется? Ну тогда тебя ждет сюрприз.
Он прыгнул вперед и занес меч над головой грека. Прокруст инстинктивно вскинул свое оружие, чтобы блокировать удар. А Фест тут же изменил направление атаки и опустил меч ниже. Марк сразу понял, что Фест слишком поторопился, – и действительно, Прокруст успел подставить руку, чтобы блокировать удар. А Фест, к изумлению Марка, внезапно изогнул запястье – и меч с силой полоснул грека по голове сбоку.
Толпа закричала от неожиданности, когда Прокруст попятился назад, отчаянно пытаясь избежать новых атак. Деревянные мечи громко стучали друг о друга, пока бойцы двигались по открытому пространству. Фест нанес еще один удар, на этот раз по левому запястью бандитского главаря, и тот взвыл от боли и ярости, отдернув руку назад.
– Врежь ему еще разок, римлянин! – пронзительно закричала немолодая женщина, размахивая костлявым кулаком.
Ее голос заглушили крики, раздавшиеся в толпе, и бандиты Прокруста тут же завертели головой, пытаясь понять, кто это выступает против их главаря. Марк подумал, что позже они наверняка отомстят крикунам. Если, конечно, их боец победит.
Фест вовсю использовал свое преимущество, его деревянный меч мелькал в воздухе с бешеной скоростью, не давая мечу противника коснуться его самого. Еще несколько сильных ударов – и отчаянно защищавшийся Прокруст отступил, напирая спиной на своих дружков. В толпе раздавалось все больше и больше голосов, подбадривавших Феста, и Марк почувствовал, как в нем разгорается надежда, и тоже закричал, размахивая кулаком в воздухе.
Новая атака римлянина загнала Прокруста в ряд его приспешников, и Фест шагнул вперед, чтобы закончить бой. Он не заметил угрозы со стороны. А Марк заметил, но слишком поздно, он не успел крикнуть и предупредить Феста. Один из бандитов сжал кулаки, как следует уперся ногами в мостовую и налетел на Феста, молотя кулаками по его груди и голове. Фест от изумления пошатнулся, а толпа разъяренно завопила. Но это дало Прокрусту возможность перехватить инициативу, и он снова бросился в атаку, упорно стараясь выбить меч из рук Феста.
Марка взбесило постороннее вмешательство в схватку, и его гнев еще более усилился при виде того, как Фест отступает назад, крутя головой, чтобы прийти в себя. Прокруст сделал выпад и восторженно заорал, когда острие его меча коснулось бедра римлянина прямо над коленом. Лицо Феста искривилось от боли. А грек тут же атаковал снова, ударив деревянным мечом по руке Феста, и меч римлянина отлетел в сторону футов на двадцать, оставив Феста безоружным.
Сторонники Прокруста завопили во все горло и начали тыкать кулаками в воздух, снова и снова выкрикивая его имя. Грек выпрямился во весь рост и самодовольно выкрикнул, обращаясь к противнику:
– Давай-ка закончим этот урок старомодным способом!
И тут же схватил свой меч обеими руками и ударил им о согнутое колено. От резкого движения дерево с треском разлетелось в щепки. Главарь бандитов отбросил в стороны то, что осталось в его руках, и сжал кулаки.
– Марк!
Марк оглянулся, почувствовав, что Луп дергает его за тунику. Писарь кивком указал на ближайшую из улиц, уводивших с площади:
– Мы должны бежать! Сейчас же!
Марк застыл на мгновение, потом посмотрел в сторону бойцов и увидел, что Фест едва двигает руками, защищаясь. Что бы ни произошло, Марк не мог оставить товарища. Он вырвался из хватки Лупа.
– Нет.
– Но он сам велел нам бежать, если проиграет. Мы должны исчезнуть, пока это еще возможно.
– Фест не проигрывает, – резко возразил Марк.
– Марк, не будь дураком! Бежим!
– Я останусь до конца.
– Ну как хочешь, – огрызнулся Луп и начал проталкиваться сквозь толпу.
Марк разрывался между желанием последовать за писарем и желанием остаться, но победило невыносимое ощущение предательства, затаившееся в глубине желудка.
На площадке среди толпы Прокруст упорно наседал на своего римского противника, его кулаки описывали в воздухе небольшие круги. Фест тряхнул головой, собираясь с силами, и неловко вскинул руку со сжатым кулаком. Марк подумал, что его друг выглядит не слишком многообещающе. Грек был почти в два раза крупнее Феста, а в его кулаках ощущалась огромная сила. Прокруст выбросил вперед правый кулак, и Фест в отчаянии отбил его в сторону, другой рукой прикрывая голову. Но Прокруст продолжал молотить кулаками, добираясь до противника, и хотя лишь малая часть его ударов достигала цели, Марк морщился каждый раз, когда голова его друга откидывалась назад. Потом грек изменил тактику и попытался атаковать широкую грудь Феста. И снова часть его ударов оказалась удачной, и Фест отступил назад, задыхаясь, а по его лицу полилась кровь из раны над правой бровью.
– Ха! – проревел Прокруст, поднимая руку вверх и готовясь праздновать победу.
Он неторопливо повернулся к толпе, чтобы все его хорошо видели. Но хотя дружки-бандиты приветствовали его во всю глотку, остальные зрители мрачно молчали, и теперь уже никто не решался поддержать криками противника огромного грека.
Марк стиснул зубы.
– Только не сдавайся, Фест! Только не сдавайся!
Словно в ответ на его мольбу, телохранитель глубоко вдохнул и выпрямился. И стремительно шагнул к Прокрусту. В последний момент один из бандитов заорал, предупреждая главаря, и грек начал разворачиваться – как раз вовремя, чтобы получить отличный удар в челюсть справа. Фест тут же повторил прием слева, потом снова справа, а удар в ту же несчастную челюсть снизу заставил голову бандита резко откинуться назад. Прокруст получил еще несколько отличных ударов, прежде чем восстановил равновесие, готовый возобновить схватку. Но Фест не собирался продолжать надоевший ему спектакль. Шагнув вперед, он отвел назад правую руку, как бы собираясь стукнуть противника по лицу. Грек инстинктивно вскинул кулак, чтобы блокировать прием. И тогда Фест воспользовался ногой, нанеся бешеный удар ботинком в колено великана. Прокруст взвыл от боли и пошатнулся назад, а Фест нацелился ногой еще раз – в пах. Грек согнулся пополам – и получил коленом по лицу, а потом еще несколько раз по голове, и Фест не стеснялся вкладывать в эти удары всю свою силу.
– Давай, Фест! – раздался голос Лупа.
Марк оглянулся и увидел, что юноша стоит у него за спиной.
– Я думал, ты убежал!
Писарь пожал плечами, смущенно улыбнулся Марку и тут же снова закричал, поддерживая их товарища.
И толпа тоже взбодрилась, а женщина, стоявшая рядом с Марком, завизжала так пронзительно, что у Марка зазвенело в ушах:
– Убей его! Сверни ему шею!
Фест наклонился вперед и левой рукой взялся за подбородок противника. Грек покачнулся, его глаза бешено сверкнули. Фест сжал в кулак правую руку и отвел ее назад как можно дальше, а потом нанес удар от плеча, вложив в него весь свой вес и всю свою силу. Прокруст дернулся назад и тяжело рухнул на мостовую. Фест шагнул к нему, тяжело дыша, и его кровь капнула на лишившегося сознания противника. Марк схватил Лупа за рукав и потащил вперед, к Фесту. Толпа восторженно приветствовала победителя. Члены банды грека неуверенно оглядывались по сторонам, и на лицах некоторых бандитов был написан страх, когда люди вокруг радовались падению Прокруста.
– Ты как, в порядке? – встревоженно спросил Луп.
По лбу Феста стекал пот, грудь тяжело вздымалась. Порез над бровью начал распухать. Фест облизнул губы и сплюнул, а потом, вскинув брови, посмотрел на писаря:
– Да я великолепно себя чувствую! Будут еще глупые вопросы? – Он глубоко вздохнул и поморщился, прижав ладонь к боку. – Мне надо где-нибудь отдохнуть и привести себя в порядок… Ох, прекрасный Юпитер, у этого урода кулаки, как кузнечные молоты! Но теперь он немного поутихнет. Вот только, прежде чем уйти, заберем свое.
Фест наклонился над Прокрустом и выдернул из-за пояса грека кошель. Но кошель из мягкой кожи был слишком легким, в нем явно лежало не так уж много монет.
– Ну, что есть, то есть. А теперь давайте уберемся отсюда. – Фест кивнул в сторону бандитов, которые начали понемногу продвигаться в их сторону. – Вид у них не слишком добродушный. Пошли!
Они вернулись к своим вещам, причем Марк и Луп поддерживали Феста, и взяли мешки. Женщина, которая недавно разговаривала с Марком, подбежала к Фесту и поцеловала его в щеку, хихикая как сумасшедшая; после этого она вернулась в толпу. Другие горожане выкрикивали поздравления и хлопали Феста по спине, пока трое друзей пробирались к краю площади.
Внезапно вспышка молнии залила город ослепительным белым светом. А через мгновение с небес донесся раскат грома, и начался дождь – сначала на черепичные крыши упало несколько капель, но уже через мгновение на Левктры обрушились мощные серебристые потоки.
– Надо искать укрытие, – сказал Марк.
Фест покачал головой:
– Только не здесь. Не в городе. Снаружи.
– Что? – Луп повернулся к Фесту и удивленно уставился на него. – Я думал, ты именно ради этого дрался. Разве мы не можем позволить себе приличный ночлег?
– Все это было до того, как наш поверженный приятель решил использовать ситуацию, чтобы укрепить свою власть над городом. Он не слишком долго будет вне игры. И нам совершенно незачем оказываться поблизости, когда он наконец придет в сознание. Что-то мне подсказывает, что он сильно обижен. Так что мы должны выбраться из города, пока Прокруст не опомнился и не бросился нас искать…
