![](/files/books/160/oblozhka-knigi-seyn.-put-chesti-si-369399.jpg)
Текст книги "Сейн. Путь чести (СИ)"
Автор книги: Саша Ларина
Соавторы: Ли Мезина
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 17
Сейн.
Дурак. Какой же я дурак! Вбил себе в голову, что веда мне не подходит. Нельзя крутить роман с коллегой, так ведь? Но Мири не мой напарник, она – сногсшибательная, веселая подруга, которая всегда со мной. Обижается, если рядом другие женщины, кусает пухлые губы, когда я обнимаю ее, хватает ртом воздух, стоит мне только провести рукой по крутому бедру, по тонкой талии, коснуться шелковистой кожи изящной шеи. Такая нежная, чувственная отзывчивая. И так красноречиво смотрит на меня. Как я мог не заметить ее чувств? Своих?
Говорю же, дурак! Мое тело так ярко реагировало на нее, тянуло, требовало. А я так зациклился на решении своей физической проблемы, что не заметил, как влюбился в девчонку. Я не чувствовал ничего настолько яркого даже к Насте, рядом с Мири я, честно говоря, совсем забыл о ней. Не чувствовал когда целовал Виеру, или Клубничку. Имя, и правда, странное… Хорошо, что их компания уже покинула таверну, когда мы спустились. Не пришлось объясняться.
Уже показались первые лучи солнца. Несу веду на руках, прижимая к себе и втягиваю дурманящий запах ее волос. Красные яблоки, смородина и ландыш. Она сладко спит, уткнувшись носом в мою грудь. А я не могу сдержать глуповатую улыбку. Эта ночь могла запечататься в памяти томными взглядами, ритмичным дыханием и надрывными стонами, но мы запомним лишь сумасшедшие танцы, отменное вино, заразительный смех и поцелуй. Наверное, единственный, который я не смогу забыть никогда. Он возглавит мой личный топ, несомненно. “Засунул язык в рот” надо было такое выдать? Сумасшедшая.
Толкаю дверь, вхожу в небольшую комнату, укладываю веду на постель, прямо в одежде и ложусь рядом. Продолжим завтра, обязательно. А сейчас спать.
Проснулся через несколько часов с тяжелой головой и слабостью. Похмелье. Прижал веду, забираясь рукой под тонкую ткань майки. Глажу бархатную кожу, моя, наконец-то.
– Эй, ты что делаешь?! – девчонка подрывается и садится на кровать, натягивая одеяло.
– Продолжаю то, что мы начали вчера, забыла? – не ожидал такого поворота событий.
– Ты головой ударился, умник? – какой удивленный взгляд, а чего покраснела?
– Мири, ты издеваешься? – конечно, издевается, зачем спрашиваю.
– Я не знаю, что ты там себе придумал! – рыжая поднимается и планирует побег, определенно.
– Стоять! – перехватываю сорвавшуюся веду и прижимаю к кровати. Собой. – Что происходит, Мири?
– Ты дурной? – задыхается веда, отчётливо чувствуя мое желание.
– Мирида, я не сумасшедший. И я прекрасно помню каждую секунду вчерашней ночи. – соврал, после того как мы сбежали от похотливого блондина, моя память начала активно избавляться от лишних подробностей.
– Тебе показалось… – уже не так уверенно врет девчонка.
– Может ты просто передумала? – надо дожимать ее.
– Может ты просто всё придумал? – не сдаётся, что ж. Сжимаю бедро веды, притягивая ближе.
– Может хочешь сделать вид, что ничего не было? – прикусываю чувствительную кожу шеи, отчего Мири тихо стонет.
– Может… хочешь сделать вид… что что-то… было? – делает долгие паузы между словами и шумно выдыхает она.
– Может хочешь вернуться к блондину? – уже рычу, проводя языком от ямочки на шее ниже, к вздымающейся груди.
– А может ты сам хочешь? – прыснула девчонка, выдавая себя с потрохами.
– Попалась. – хриплю я и резко поднимаюсь, чтобы посмотреть в ее бесстыжие глаза.
– Ой! – веда вжимается в подушку – Я… Я… Меня сейчас стошнит!
– Не ври!
– Я… Мне надо в уборную!
– Потерпишь!
– А если я скажу “пожалуйста”? – какой умоляющий взгляд.
– Нет! – маленькая обманщица – Объясни, что происходит, Мири!
Настойчивый стук в дверь, мое секундное замешательство, рыжая толкает меня в грудь и скатывается на пол с ловкостью дикого зверя, вскакивает, хватает рубашку и несётся наружу, чуть не сбив с ног гостя.
– Ух, какая прыткая козочка! – усмехается мой вчерашний «таксист» – Ты ее так взбутусил?
– Дед, ты чего тут делаешь? – я уставился на визитера, пытаясь придумать причину, которая могла привести его сюда.
– О, мимозыря! А я тебя сразу и не признал! – усмехнулся старик и зашёл в комнату – Как звать-то тебя?
– Сейн, – я поднялся с кровати и подошёл к гостю – а ты?
– Федосил я, милок. – дед снял с головы потрепанную фуражку и смял ее в руках – Помощь твоя дюже нужна. Уразумеешь?
Я предложил новому знакомому спустится вниз и обсудить всё за сытным завтраком. Федосил рассказал мне, что по городу уже легенды ходят о могущественной веде и её бравом воине-спасителе. Он как только услышал, сразу пришёл просить об услуге. Единственный сын и его молодая супруга пропали без вести пару лет назад, оставив старику мальчика, внука. А неделю назад, тот серьезно заболел и с каждым днём ему становится только хуже. Кожа бледнеет и покрывается легким серебристым налетом, яркие синие глаза выцветают, превращаясь в прозрачные холодные льдинки. Мальчишке все сложнее двигаться, уже не поднимается с постели и есть почти перестал, только воды просит. Они с женой уже все лекарства перепробовали, травами малого лечили, к знахарям водили, а толку нет. Как и денег на услуги мага. Я внимательно выслушал историю Федосила, симптомы болезни мальчика и, честно говоря даже предположить не мог, что за хворь одолела пацана и как я могу помочь. А вот беглянка, наверняка, в курсе, нужно только найти ее. После утренней сцены Мирида, как будто, испарилась.
– Так, дед. Расскажи где живешь, я найду веду и мы навестим тебя, как только сможем, договорились?
– Всё отдам, милок! Хоть клячу мою старую забери, ток подмоги, спаси пацаненка!
Я пообещал старику, что сделаю всё, что в моих силах, но взамен ничего не возьму и отпустил его домой. Мириду долго искать не пришлось, сама пришла, как проголодалась, а трактирщик, которому я любезно предложил пару золотых за информацию, тут же доложил мне, что веда в зале. Я быстро спустился вниз по крутым ступеням и как только веда увидела меня, тихо выругалась и ринулась к двери.
– Стоять! – заорал я, в два шага преодолев расстояние и перекрывая выход.
– У меня дела, умник! – нахмурилась веда – Отойди!
– Не хочешь сознаваться, что влюбилась в меня? – щеки рыжей зарделись и она спешно уставилась в пол, рассматривая свои ноги.
– Размечтался. – вот, уже не такая дерзкая.
– Твое поведение мы обсудим позже, дорогая. – я сверкнул глазами, предвкушая момент, когда она расслабится, а я загадаю свое первое желание. Честно заработанное в неравном бою, между прочим.
– Ты мне не настоящая мать, Сейн! – начала кривляться девчонка. Признаю, сам научил, виноват.
– И это радует. У меня больше способов, чтобы наказать тебя. – я хищно ухмыльнулся, а Мири закусила губу, заливаясь краской.
– Ой. – шепнула она и замерла. То-то же. Я терпеливый. Как говорится, месть – это блюдо которое нужно подавать холодным.
– Расслабься. Помощь нужна. Тут в паре кварталов мальчишка болеет, глаза светлеют и кожа серебром покрывается. – быстро выдал информацию, пока Мирида еще чего не придумала.
– Святые веды! – веда испуганно вскрикнула и зажала рот руками – Давно болеет?
– Неделю, вроде как. – напрягся, вспоминая детали – Не встает, не ест, только пьет… Помочь можешь?
– Время еще есть, – засуетилась веда, потирая виски – сейчас соберу все необходимое и идем, нельзя терять ни минуты.
Мирида убежала наверх, а я остался дожидаться ее в зале таверны. Вскоре, она спустилась, в закрытом черном камзоле, узких брюках и перчатках, в цвет. Волосы собраны в пучок на затылке, а в руках увесистая кожаная сумка. Я забрал у нее тяжелую ношу и мы направились к Федосилу. По дороге я пересказал наш с дедом разговор, стараясь не упустить ни одну мелочь, а веда мрачнела с каждым моим словом.
Мы подошли к покосившемуся невысокому дому на окраине, а старик уже ждал нас во дворе. Завидев нас, он широко улыбнулся и рассыпался в благодарностях, затаскивая веду в дом. Внутри было чисто и уютно, масляные лампы освещали небольшое помещение с маленькими окнами, скрытыми под легкими кружевными занавесками. На темных бревнах стен не было ни пылинки, да и скрипучий пол, еще влажный, после уборки. Пахло свежим хлебом, пряностями и заботой. На небольшом столе, накрытом простенькой расшитой скатертью, стояла тусклая ваза со свежими полевыми цветами, рядом массивная печь, а за ней, в углу на растянутой веревке, сушились травы. Там же, потупив глаза, стояла хозяйка, жена Федосила.
– Сюда, миленькие, проходите. – дед приоткрыл неприметную низкую дверь и мы шагнули в маленькую коморку, где, на узкой кровати, лежал бледный худой мальчишка, лет восьми.
У постели больного стоял табурет, укрытый мягкой вязанной салфеткой и столик с лампой и многочисленными баночками, заставленный мазями, микстурами, настоями и другими жидкостями.
– Как зовут ребенка? – строго сказала веда стягивая перчатки, под которыми прятались тонкие серебряные кольца с прозрачными камнями.
– Матя, Матеуш – ласково ответил дед – Поможешь ему, драгоценная моя?
Мирида задала десяток вопросу опекунам ребенка, уточнила симптомы, спросила чем лечили и попросила в подробностях рассказать о состоянии больного.
– Дня за три управлюсь. Мне нужны травы. – внимательно выслушав, веда нахмурилась и потерла лоб – И еще кое-что, записывайте.
Мири долго перечисляла ингредиенты, а глаза Федосила становились все грустнее и грустнее с каждой секундой.
– Эт, послухай… – замялся старик, когда рыжая закончила – Не потяну я, продать даже нечего. Ежели ток с соседкой побалакать… Бурочки жёнины заберет за пару монет иль…
– Не надо! – перебила веда и покопавшись в сумке, протянула мне полотняный мешочек – Сейн, возьми, здесь талары от Тучного тушканчика. Эрион передал только часть, но этого должно хватить.
– Коль жив буду, всё для вас сделаю! – дед вдруг упал на колени и заплакал.
– Федосил, соберись! – я сжал зубы, пытаясь сдержать эмоции – Хватит сырость разводить, пацана твоего спасать надо, идем!
Два часа мы с дедом бродили по лесу, собирая необходимые травы, потом по городу, в поисках паучьих глаз, слюны альрика, волшебной пыльцы и прочих странных вещей. Не ведьма она, как же! Самая настоящая! На обратном пути, старик заметно повеселел, узнав, что мальчишку еще можно спасти и снова принялся травить байки.
– Слушай, Федосил, – перебил я поток странных историй – А где малец заразу подцепил-то?
– С утра до ночи по болтом шляются с ребятней, да по лесам, плешки тараканьи! – завелся дед – Кто ж их, глупендяев, разберет, где лазают!
– А учатся когда? – удивился я – Школа есть у вас?
– Так этмо, негде у нас знаниев набираться! – усмехнулся старик – Была одна школа, так этот ирод проклятый деньги все забрал. До последнего учились чертята, а потом и крыша прохудилась, и окошки рассохлись, и крысы завелись, так и забросили.
– А главный ваш что? – вот это поворот, Вангор и тут приложил свои пальцы узловатые.
– Так он, стал быть, человек подневольный! Вон хата его, кстати, нарядная. – Федосил указал на роскошный дом, с расписными ставнями, рядом с которым стоял тучный, богато одетый мужик, жадно впиваясь в румяный бок свежей буханки хлеба.
– Интересно… – протянул я.
– Да шел бы он козе в трещину! – плюнул дед – Что император не отбирает, себе в карман тащит, свинюка нешкрябанная!
– Разберемся. Где у вас тут детвора время коротает, покажешь?
– Сходим, коль не шутишь, хлопец, токмо Матеушке лекарства снесем и провожу!
Следующие три дня веда никого не пускала в каморку и не отходила от пацана и, кажется, даже не спала, а мы носили ей еду, воду, травы и всякие странные вещи типа куриных лапок и шерсти свинорогов, к счастью, мне не пришлось знакомиться с животными лично, все эти прелести продавались в местных ведовских лавках. В перерывах я общался с детворой и их родителями, осторожно вносил в массы мысль о небольшом перевороте и ремонте школы за счет средств упитанного городничего. Осталось призвать толстяка к ответственности и припугнуть совсем не светлым будущим, в случае отказа. Других вариантов у меня не было.
К вечеру третьего дня, Мири наконец вышла из комнаты. На бледном лице ярко светились неестественно зеленые глаза, щеки впали, а без того изящная шея, как будто стала еще тоньше. Темные, тяжелые мешки под глазами завершали невеселую картину.
– Мири! Как ты? – я подлетел к девчонке и подхватил на руки, боясь что она упадет.
– Спать… – шепнула она и опустила ресницы, пытаясь спрятать руки.
– Это что? – я уставился на ладони веды по которым растекался тонкий слой серебра, а прозрачные камни на кольцах почернели – Мири?
– Надень перчатки и сними кольца, Сейн – из последних сил прошептала рыжая – Я не могу, я…
– Святые веды! – вскрикнула хозяйка дома – Она забрала хворь себе? Как же… Что же теперь делать?
– Перчатки, плотный мешок, теплую воду и постель! – скомандовал я, подхватывая девчонку на руки, а внутри все дрожало, от страха потерять девчонку.
Я дождался когда Федосил с женой выполнят мою просьбу, аккуратно уложил веду на импровизированную постель, которую хозяйка соорудила в углу, за печью, заботливо завесив убежище простыней. Пока дед извинялся за полевые условия, я надел перчатки, стащил тяжелые кольца, оставившие за собой тонкие черные полоски, аккуратно сложил в мешок и принялся за веду, отправив всех спать. Не знаю, что мной управляло, но я отчаянно хотел смыть с ее рук всё серебро и полосы, которые оставили украшения. Всю ночь я омывал ее руки, менял грязную воду на чистую и снова тер, как умалишенный. Серебра становилось меньше, как и моих сил. С первыми лучами солнца девчонка, наконец, открыла глаза.
– Сейн, ты дурной? – шепнула она, улыбаясь.
– Тише, Мири, спи. – устало сказал я, поглаживая влажную ладонь.
– И ты спи, чего дурью маешься? – слабый смешок и взгляд, полный нежности – У меня уже морщинки на пальцах.
– Хворь смываю, не видишь что ли? – нахмурился, наверное не понимает еще ничего.
– Умник, у меня ведовская кровь. Она выжжет заразу сама, не надо ничего мыть.
– Оттирается же, смотри. – не унимался я.
– Знаешь, так, действительно, проще, только холодно. – Мирида осторожно вытянула ладонь из моей руки, спрятала под одеяло и отодвинулась к стене, освобождая место – Ложись, надо отдохнуть.
– Прям с тобой? – наконец, улыбнулся я, почувствовав облегчение – Не боишься?
– У тебя другие варианты есть? – шумно выдохнула веда, опустив ресницы.
В ответ, я молча лег рядом, нежно обняв девчонку и прижимая к себе. А она лишь удобнее устроилась в моих объятиях и через минуту засопела, согреваясь теплом моего тела. Моя. Живая. Слава всем святым!
Глава 18
Я проснулся ближе к закату, веда все еще спала, а в доме было подозрительно тихо. Аккуратно выбрался из импровизированной постели, поднялся и вышел на улицу. Почему так пусто? Странно. Надо добыть немного еды для нас с Мири, пока она не проснулась. Я направился в сторону ближайшей лавки по узкой каменистой дорожке, а мне на встречу вылетел, кто бы вы думали, розовощекий, полностью здоровый, активный мальчишка, Матеуш.
– Сейн, здравствуйте! – засиял пацан, сжимая в руках сверток – Дедулечка наказал вам харчей принести, вот я туточки с тепленьким!
– Привет, Матя. – улыбнулся в ответ, поражаясь, как быстро дети перенимают манеру разговора у старших, ладно про коз и трещины пока не упоминает – А где все?
– Так, стал быть, сборище на центральной площади! – начал объяснять Матеуш, направляясь к дому – За школу воюют с городничим, прикидываете?
– И как? – с интересом спросил я, неужели прислушались? Сами собрались?
– Городничий этот, чтоб его свинюки подрали, отпирается, говорит ни одного талара не брал, все в казну отправляет – пацан искренне разозлился – А вы дом-то его бачили? Дворец себе отгрохал, ирод проклятый!
– Так.
– Прижали его наши! Дедулечка мой родненький переговоры ведет, вы б видали! – с гордостью сказал малец, шагая в дом. – Уже на ремонт выбил, теперь за книги новые торгуется!
– Прекрасно! – выдохнул я, помог чем смог, а нам пора в путь, всего три дня осталось, чтобы спокойно пройти третье испытание.
– Ну не мед, конечно! – совсем по-взрослому сообщил Матеуш – На иструменты, да на материалы для починки денег даст, а вот ремонтировать самим надобно, но эт мелочи, так ведь?
– С этим разберемся, не переживай, малой! – потер затылок, надо задержаться еще на денек, оценить фронт работ, помочь.
– Тетенька Веда! – заверещал пацан, увидев копну рыжих волос, выглядывающую из-за простыни.
– Матя, мы же договорились! – засияла веда, выбираясь из укрытия – называй меня Мири, хорошо?
– Спасибо, Мири! – мальчишка подбежал к рыжей и крепко обнял.
– Перестань, милый, как ты себя чувствуешь?
– Хорошечно! – не отлипая протянул малой – А еще я у деда спросил, он разрешил жениться!
– Рано тебе еще, парень. – улыбнулся, наблюдая трогательную картину.
– Может и рано, но невесту я уже выбрал, так что подрасту и сразу свадьбу сыграем, да? – пацан вопросительно уставился на Мири, не выпуская ее из объятий.
– Ты вырасти сначала, – засмеялась веда – а там посмотрим!
– Чего? – нахмурился я – А вдруг у Мириды уже жених есть?
– Моя веда! – отрезал пацан – Никому не отдам!
– Понял, умник! – усмехнулась Мири, сверкнув зелеными глазами.
– Это мы еще посмотрим – свел брови, жадно рассматривая веду. Мою веду.
Через час вернулись хозяева дома с отличными новостями. Федосил с упоением рассказывал о переговорах, как они собрались почти всем городом и пришли брать штурмом дом городничего. Обещали выселить его из дома, заколотить двери и окна, голодом морить и другие ужасные вещи, а он… Он даже не догадывался, что им нужна школа. После закрытия никто даже не пожаловался, что детям негде учится. Перешептывались, косые взгляды бросали, а восстановить не просили. Странное поведение, для человека его должности, но ничего не поделаешь. Люди повозмущались, поругались и начали договариваться. Делиться мужчина, конечно, не хотел, поэтому было решено, что он оплатит все материалы и закупит новые книги, а за работу мастера денег не возьмут и ремонт горожане проведут своими силами. Я внимательно выслушал старика, условия, конечно, не честные, но выгодные. Да и аванс городничий дал, так что завтра приступаем. А пока Мири снова надо отдохнуть, так что мы собрались и направились в таверну, в свою комнату с мягкими уютными кроватями.
Веда удобно устроилась и быстро уснула, предварительно еще раз пояснив, что много сил потратила, надо восстанавливаться. Я прилег, успел подумать, что заснуть будет сложно, и уже через несколько минут провалился в сон.
Среди ночи я проснулся от знакомого чувства. Святыня. Зовет. Тянет. Я, наверное, сам никогда не пойму, как это работает. Мы провели в городе несколько дней, рядом с ней, а она молчала. Почему?
Веду беспокоить не буду, пусть восстанавливается. Быстро поднялся, натягивая рубашку и штаны, вышел на улицу и устремился вперед. Совсем рядом, метров семьсот, в сторону леса. Я ускорил шаг, проходя по мощеным улочкам, между невысоких домов. Город спал, на улицах пусто, но это к лучшему. Вперед, надо бежать. Виднеется окраина и темный густой лес впереди, еще чуть-чуть. Я делаю последний рывок, цепляюсь ногой за что-то мягкое, влажное и с грохотом падаю на землю. Что за…
– Уррррр! – шар темной свалянной шерсти, размером с автомобильную шину, раскосые желтые глаза, тонкие лысые лапы и огромные уши, как у фенька.
– Святые… – нечто толкает меня в плечо и скалится. Два ряда мелких острых зубов заполняют небольшой круглый рот, а над ним подрагивает крупный черный пятачок, прямо как у свиньи.
– Хозяин! – пищит оно и прижимается ко мне грязным мокрым боком – Шлип запутаться, а ты спасать Шлип!
– Оно говорящее! – с отвращением шепчу я, пытаясь отлепить от себя скользкую массу, но тщетно.
– Ш-ш-шлип! – оно издало странный звук и откатилось, давая мне возможность подняться.
– Слушай, извини, но мне идти надо… – зверь, или что это, вцепилось в мою ногу мертвой хваткой.
– Ты х-х-хозяин, я – Ш-ш-шлип! – заурчало оно, перебирая тонкими лысыми лапами – Ш-ш-шлип с-с-лужить!
– Да не надо, у меня дела, говорю же… – тряхнул ногой и замер, осознавая, что зов прервался. Черт! Святыня больше не зовет, я опоздал? Оглянулся по сторонам, закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Короткая вспышка и снова тишина. Нет, не зовет. Проклятие! Все из-за этой… из-за Шлипа. Чем бы оно не было.
– Прости, дружище, но мне, правда, пора. – я отлепил нечто от своей ноги и направился в сторону таверны – Нам завтра ещё школу строить..
– Шлип с тобой! – пискнуло существо, запрыгивая на спину – Помогать строить!
– Ну уж нет!
– Да-а-а-а! – довольно протянуло оно – Ш-ш-шлип всегда рядом!
– Отвали, говорю! – завелся я – Нельзя со мной!
– Ш-ш-шлип нельзя прогонять! – обиделась зверюга, больно ущипнув меня за руку – Дружить!
– Слушай, давай проваливай, я не могу тебя с собой взять. – я медленно шагал к таверне, в надежде, что новый знакомый отвалит – Я спать хочу, мне отдохнуть надо, завтра длинный день.
– Спать! – зашипел Шлип и дернулся, ударяя меня в спину так сильно, что я упал и отключился.
Очнулся, судя по всему, часа через два. Светает. Мимо проходят люди, бросая недоумевающие взгляды, за кустом притаились дети, перешептываются и таращатся на мохнатое нечто, которое храпит рядом. Что ж, мерзкий новый знакомый, пора прощаться, дети позаботятся о тебе. Тихо поднялся, чтобы не разбудить существо и спешно зашагал к таверне, от греха подальше! Ох и не везет мне в Кариаде на ночных знакомых!
– Хозяин! – раздалось за спиной и Шлип вцепился в мою ногу, заставив меня сбавить ход – Теперь домой?
– Да твою ж! – это что за хрень навязчивая? Что мне с ним делать? – Иди домой, давай, уходи!
– Домо-о-о-й! – заверещало существо, сбило меня с ног, усаживая на грязную мохнатую спину и рвануло в сторону таверны, с немыслимой скоростью.
Я изо всех сил прижался к существу, потому что из за встречного потока ветра даже глаз открыть не мог! В ушах свистело, мышцы сводило от напряжения и я уже вынашивал план побега и думал о том, что сломать руку не так уж и страшно, даже приятнее, чем провести еще несколько часов в компании этого…Шлипа. Наконец, оно резко остановилось, в отличие от меня, я полетел вперед и вписался в холодную стену таверны, больно ударился спиной и упал на землю, застонав.
– Вот ты где! – на пороге стояла Мирида, жуя горячую лепешку – Чего разлегся?
– Подруж-ж-жка? – шепнул Шлип, каким-то чудом оказавшийся рядом со мной – Хорош-ша!
– Это что за… – Мири замерла с набитым ртом, уставившись на существо, а то, недолго думая, запрыгнуло ей на спину и лизнуло щеку, оставляя широйки влажный след на коже.
– Вку-у-усная! – зажмурился Шлип и начал урчать.
– Отвали! – заверещала Мири, пытаясь освободиться от цепких лап зверюги.
– Отлично, теперь это твое проклятье! – усмехнулся я, поднимаясь с земли и потирая ушибленную руку – Развлекайтесь, а я пойду перекушу!
– Еда! – пискнул Шлип и перепрыгнул на меня, освобождая веду от душных объятий – На!
Я допустил ужасную ошибку, сообщив всем, что голоден. Существо удобно уселось у меня на плече, повозилось в густой сваленной шерсти, доставая оттуда съедобные, на его взгляд, предметы и через секунду мой рот наполнился жухлой листвой, ветками, не хочу об этом думать, но мне кажется, там даже были дохлые жуки. Нет. Нет! Это ветки хрустели. Однозначно!
– Ми-и! – попытался заговорить я, прикрывая рот руками и выплевывая содержимая – Помоги!
– Кушай, дорогой! Я не голодна! – прыснула веда, хватаясь за живот – Хочешь пить? Принести?
– Пить! – оживился Шлип и прыгнул в лужу, у таверны, видимо собирая воду для веды.
– Бежим! – заорал я и затащил веду внутрь, закрывая дверь перед носом очень проворного существа.
Послышался глухой удар и жалобный стон, а следом душераздирающий плач.
– Бросишь его? – тихо шепнула Мири.
– А ты что предлагаешь? – я вскинул брови, уставившись на жалостливую девчонку.
– Дружи-и-ить! – послышались из за двери всхлипы – Не броса-а-ать! Шлип хор-р-роший!
– Жди там! – рыкнул я и закатил глаза.
– Есть ждать! – моментально повеселел новый друг и, судя по грохоту, улегся прямо на крыльце таверны.
– Так что предлагаешь? – выдохнул я, кажется у нас есть немного времени.
– Дружить, не бросать. – хихикнула веда – Ты голодный? Хочешь пое…
– Тихо! – шикнул я, лучше не говорить вслух о своих планах, пока я не придумаю что делать с этим… Шлипом.