355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Саша Кругосветов » Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА IV. Киты и люди » Текст книги (страница 5)
Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА IV. Киты и люди
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 22:30

Текст книги "Победители Первого альтернативного международного конкурса «Новое имя в фантастике». МТА IV. Киты и люди"


Автор книги: Саша Кругосветов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Беседа четвертая. Происхождение человека

Беседы Его Преподобия с Долом и Зюлом отличались большим разнообразием интересных тем. Расскажу об одной из таких бесед, которая может показаться тебе любопытной. О происхождении человека. Беседа началась так.

Л. Д. Вы знаете, что знаменитые естествоиспытатели находили много общего в строении тела современного человека и человекообразных обезьян – орангутангов, шимпанзе и горилл[12]12
  Кард Линней, шведский ученый.


[Закрыть]
. Создатель теории эволюции[13]13
  Чарльз Дарвин.


[Закрыть]
сделал вывод, что человек произошёл от обезьяны, которая была общим предком людей и человекообразных обезьян. Что вы об этом думаете?

Настала очередь Дола.

Дол. Я изучал по книгам особенности анатомии – строения тела – человека и высших обезьян. Этого оказалось достаточно, чтобы сделать некоторые выводы. Больше всего на роль общего предка претендуют австралопитеки, которые жили три с половиной миллиона лет тому назад. Но очень большое отличие человека и современных высших обезьян заставило меня подумать, что их общий предок, возможно, жил гораздо раньше.

Задаю сам себе вопрос: чем люди отличаются от высших обезьян? Люди ходят на двух ногах, держатся прямо. Это освобождает их руки для труда и создания орудий труда. Шейные позвонки, это очень важно, также держат голову прямо, а голова в процессе эволюции увеличивается в весе за счёт существенного увеличения головного мозга. Всё сказанное общеизвестно, и это главное отличие человека, – но не только от обезьян, но и от всех представителей животного мира.

Я подумал, каковы же ещё существенные различия высших обезьян и человека? И когда стал их перечислять, понял, что второе важное отличие человека от обезьян состоит в том, что предки высших обезьян всегда жили на земле или на деревьях, а предок человека жил в воде, и это была, видимо, водная обезьяна.

Не удивляйтесь, я всё объясню. Во время занятий по плаванию и нырянию с капитаном Александром я заметил, как хорошо обычные люди и мы, великаны, приспособлены к движению и жизни в воде. Я вспомнил, как хорошо себя чувствует в воде новорождённый младенец, он сразу может нырять, задерживать дыхание и двигаться в воде наподобие лягушонка. Почему так?

Изучение строения тела человека тоже может дать ответ на этот вопрос.

У сухопутных животных дыхание выполняется непроизвольно – так же, как происходит биение сердца. Нос у них соединен напрямую с дыхательным горлом, а рот – с пищеводом, и эти каналы разъединены. У человека дыхательное горло не отделено от пищевода, и гортань сильно опущена. Человек, как и водные животные, не может одновременно есть и дышать. Зато он может дышать и носом, и ртом, легко задерживает дыхание, без труда перекрывает ртом и гортанью поступление воды в дыхательное горло при нахождении под водой. Кстати, способность человека управлять дыханием дала ему возможность говорить.

Ноздри человека направлены вниз, а не фронтально, как у обезьян. У человека есть слёзные железы, отсутствующие у сухопутных животных. Излишне развитые (в сравнении с сухопутными животными) сальные железы и слишком сильное потоотделение затрудняют жизнь человека вне воды.

Можно перечислить десятки признаков того, что человек вышел из воды. Утрата волосяного покрова; расположение волос на теле по направлению движения воды; подкожный жир, отсутствующий у высших обезьян; кожа, плотно прикреплённая к мышцам; выступающие, а не плоские, как у обезьян, молочные железы; расположение молочных желез в грудном отделе, а не в нижней части туловища; кожистые перепонки между пальцами рук и ног (остатки ласт); ноги, которые не исполняют функции рук, и не могут хватать; пальцы рук, которые раскрываются не более чем на 90°, и т. д.

Вывод таков: человек, видимо, всегда был двуногим. Предком его была, возможно, обезьяна из семейства «проконсул», жившая двадцать миллионов лет назад. Повышение уровня океанов, жаркий и сухой климат загнали её в воду в поисках богатой белком пищи и в целях защиты от хищников. «Проконсулы» стали подолгу находиться под водой. Часть обезьян уходила всё дальше от берега, и они не вернулись к наземной жизни.

С улучшением климата и появлением возможности найти пропитание на суше другая часть обезьян вышла на берег. Они уже умели создавать орудия труда и защиты. Эта группа обезьян, видимо, и стала предком человека. 3,5 миллиона лет назад по земле ходили австралопитеки. Ходили они хуже, чем человек. Их стопы больше напоминали ласты, а ноги ещё не выпрямлялись до упора, как у прямоходящего человека. Я видел найденный учёными скелет девочки-австралопитека, которую назвали Люси. Очевидно, что ходьба ей давалась хуже, чем плавание. Но, видимо, были причины, по которым водяная обезьяна вернулась на сушу. Может быть, причиной стало охлаждение или пересыхание морей и уменьшение количества доступной пищи в море.

А что же случилось с теми, кто остался в море? Их мозг также развивался, но руки и ноги были не нужны, они превращались в боковые и задние плавники. Вместо речи у них развился язык свиста. Тело вытянулось и округлилось, как у рыбы. И они превратились… – в кого? Кто получился в результате? Дельфин? Ламантин? Дюгонь? Конечно, мы не знаем этого точно. Нужны поиски, исследования, раскопки, доказательства существования других предков. Но если мое предположение верно, то человеку гораздо ближе дельфин, чем высшие обезьяны.

Л. Д. Браво, Дол! Как смело и неожиданно! Я бы назвал твой доклад – «Человек-дельфин». Хотя со многими его положениями я не могу согласиться, да и с главным выводом тоже можно было бы поспорить.

Зюл. Интересно послушать ваши возражения, учитель.

Л. Д. Наука пока не даёт ответа на вопрос о происхождении человека, но у меня есть возражения против главного утверждения Дола о том, что родиной человека является море. Вот они:

– австралопитек Люси плохо ходила по земле не потому, что её предки только что вышли из моря, а потому, что они только что слезли с дерева;

– задержкой дыхания обладают не только люди, но и многие сухопутные животные, такие как змеи, ящерицы, собаки, бегемоты, слоны;

– необходимость в волосяном покрове, защищающем тело человека от жары и холода, отпала в связи с длительным ношением одежды многими поколениями людей, а вовсе не в связи с морским прошлым людей.

Льюис Доджсон хотел продолжить, но в этот момент на пороге появился капитан Александр, который слышал конец разговора:

– Не продолжайте, Ваше Преподобие. Я знаю, кто нам поможет поставить точку в этом споре. Надо спросить Люси, она всё объяснит.

Увидев изумлённые лица всей честной компании, Александр улыбнулся и позвал:

– Люси, Люси, иди скорей сюда!

На пороге появилась маленькая девочка-орангутанг. Она испуганно огляделась, подбежала к капитану Александру и прижалась к нему щекой, крепко обхватив руками ногу капитана.

– У вашего капитана – сказал Доджсон, обращаясь к Долу и Зюлу, – поразительное умение обращать в шутку любую неприятную ситуацию – если обсуждение проблемы зашло в тупик, если спорщики запутались, если они не знают уже, как выпутаться.

– Люси дала мне понять, что эти большие дяди не должны спорить. Парадокс нашей жизни состоит в том, что любое справедливое утверждение содержит долю ошибочности и лукавства. Так что правы обе стороны.

– Ты хочешь сказать, что эта маленькая обезьянка Люси – австралопитек, и она может нас рассудить? – обиженно спросил Дол.

– Да успокойся ты, Дол. Конечно, Люси – не австралопитек, австралопитеки давно вымерли, она – орангутанг. Но немножко и австралопитек. Так же, как и мы с тобой.

– Откуда ты, прелестное дитя? – спросил Доджсон, заглядывая в лицо Люси.

Люси не отвечала, теснее прижимаясь лицом к ноге Александра.

– Её поймали в джунглях и хотели отвести в зоопарк. Мне стало жаль Люси, и я решил выкупить её, чтобы найти впоследствии хорошего хозяина.

Громадный Дол присел на корточки и поманил Люси рукой:

– Иди сюда, малышка.

Люси недоверчиво посмотрела на молодого великана, потом неожиданно подняла вверх руки и с визгом бросилась к Долу. Тот подхватил её на руки и тихонько прижал к своей могучей шее.

– Сестричка моя, – нежно пророкотал он.

– Все мы, люди и животные, родственники на этой земле, – задумчиво сказал Льюис Доджсон.

*

Вот так, не совсем обычно, закончилось обсуждение доклада Дола о происхождении человека. В компании капитана Александра появился новый персонаж – девочка-орангутанг Люси. Как ей жилось на «Быстрых парусах» и что с ней случилось дальше – мы с тобой ещё узнаем, а пока вернёмся к теме нашего рассказа о том, как проходили занятия Л. Д. с Долом и Зюлом.



«Обезьянка Люси недоверчиво посмотрела на молодого великана»

Долу и Зюлу эти занятия очень нравились и, каждый раз, возвращаясь из плавания, они хотели поскорее встретиться с Его Преподобием.

Но однажды они спросили Л. Д. и капитана Александра, зачем они, Дол и Зюл, занимаются вещами, которые никогда в жизни им не пригодятся? Интересно, что же им ответили Его Преподобие и капитан Александр?

Л. Д. Не надо всё время думать только о пользе и о земных вещах – они того не стоят. Мудрый Бернард сказал:

– Если у вас есть яблоко, и у меня есть яблоко, и мы поменяемся ими, то у нас останется по яблоку. Если у вас есть идея, и у меня есть идея, и мы поменяемся ими, – у нас будет по две идеи.

Александр. Дорогие Дол и Зюл. Я знаю, как вам нравятся эти занятия. Вы любознательны. Вы видите то, что есть, и спрашиваете «Почему?». А я бы хотел, и Его Преподобие хочет, чтобы вы мечтали о том, чего никогда не было, и говорили: «Почему бы и нет?». Ваш ум должен быть подобен кактусу в пустыне: создавать движение и жизнь из пустоты и мёртвой материи. Вот поэтому вы занимаетесь науками в дальних странствиях, и с этой целью вы встречаетесь с Его Преподобием. Придёт время, когда вы узнаете о своём предназначении, и вы должны быть подготовлены к той миссии, которую вам предстоит выполнить. А пока продолжайте размышлять, думать, учиться, тем более что вам эти занятия по душе.

Наш рассказ об учёбе Дола и Зюла заканчивается. В этом рассказе нет ни путешествий, ни приключений, ни добрых животных, ни злых разбойников. Разве что мы познакомились с маленькой девочкой-орангутангом, но это ведь совсем маленький эпизод. Здесь мы встречаемся в основном с приключениями наших мыслей в лабиринтах заблуждений и небольших откровений. Эти маленькие заблуждения и маленькие откровения обязательно приведут самых пытливых, самых настойчивых и самых по-хорошему упрямых из вас к большим озарениям и настоящим научным прорывам, открывающим для нас, людей, новые горизонты. Я попытался показать тебе, что эти приключения наших мыслей могут быть не менее интересны, чем морские. Но морские приключения тоже от нас не уйдут. В следующем рассказе мы вновь последуем за кораблём «Быстрые паруса» и узнаем о новых путешествиях, новых приключениях, о неожиданных встречах и новых друзьях капитана Александра и его команды.

Черепаха Гала

Рассказ о путешествии капитана Александра на Черепаховые острова

Однажды корабль «Быстрые паруса», путешествуя в южных морях, приблизился к группе Черепаховых островов и бросил якорь около одного из них. Остров выглядел пустынным и безжизненным, и никто из членов экипажа не захотел сойти на берег. А капитан Александр сказал Долу и Зюлу:

– Не обращайте внимания на кажущуюся пустынность этих мест. Давайте высадимся на сушу, и, я обещаю, – мы встретим много интересных животных и птиц.

Глава первая,

в которой мы узнаем о жизни премудрой черепахи Талы, о том, как сбылась её мечта и как она чудесным или почти чудесным образом оказалась на вершине скалы Родондо и смогла осмотреть сверху все Черепаховые острова.



«Именно в это время мимо проползала большая морская Игуана»

Гигантская слоновая черепаха Гала пребывала в плохом настроении. Она жила на этом острове уже более трёх сотен лет, изучила все его тропинки, дороги к водопою, знала, где растут особенно вкусные кактусы, была знакома со всеми его обитателями. Не раз забиралась она на самые высокие скалы, и не раз случалось ей падать оттуда. Ой, как же это было больно! После таких «полётов» на панцире черепахи появлялись глубокие трещины и шрамы. Много кораблей за это время побывало на острове, и Гала успела повидать самых разных людей – учёных, путешественников, пиратов, авантюристов, просто сбившихся с пути и отчаявшихся, приезжавших сюда в поисках новой жизни и не нашедших здесь счастья. Словом, в маленькой головке этой немолодой черепахи накопилось немало знаний и впечатлений, но поделиться ими ей было не с кем: обитатели острова – ящерицы и птицы, да и другие, более молодые черепахи – были не настолько умны, чтобы выслушать и, тем более, понять мудрую черепаху Галу. По правде говоря, их ничего не интересовало, кроме того, как бы потуже набить собственные животы и поспать после обеда.

Недавно у Галы появилась мечта – побывать на всех островах архипелага или хотя бы издали посмотреть на них. Она часто поглядывала на гигантскую скалу Родондо, которая, словно круглый стометровый столб, поднималась из моря неподалёку от её острова, и с вершины этой скалы, наверное, можно было бы увидеть все острова архипелага, но как это сделать?

Мечтательная черепаха не находила ни одного способа добраться до вершины Родондо, и по этой причине, а также в силу всего того, что было сказано раньше, нашей героине было очень и очень грустно.

Именно в это время мимо проползала большая морская Игуана.

– Скажите, любезнейшая, – обратилась к ней Гала, – не доводилось ли Вам побывать на скале Родондо и забираться на её вершину?

Игуана была глупа и ленива. Пока Гала задавала свой вопрос, ящерица самозабвенно зевала, раздирая рот, потом внезапно закрыла глаза и мгновенно уснула, плюхнувшись пузом на землю. Гала повторно обратилась к ней с тем же вопросом. Игуана открыла один глаз, потом другой. Ещё раз зевнула, медленно оторвала брюхо от земли и почему-то опять ничего не ответила. Видимо, не услышала. С третьего раза до неё, наконец, дошло, о чем её спрашивают. Задумчиво посмотрела она на скалу Родондо, на черепаху и, наконец, медленно произнесла:

– Тебя, Гала, все почему-то считают умной. Почему – непонятно. Ты сама-то понимаешь, о чём говоришь, что ты несёшь? Просто удивляюсь тебе – чушь несусветная! – Игуана опять зевнула. Закрыла и вновь открыла глаза. – На этой скале нет ничего, кроме птичьего помёта. Ни травы, ни водорослей. Порядочному животному нечего делать на Родондо! – вот что ответила на вопрос Галы морская Игуана. Она медленно развернулась и величаво удалилась, оставив за собой, как всегда, последнее слово.

Гала пыталась обсудить эту тему с пушистым Бурым Пеликаном, который внимательно выслушал её и сказал:

– Я уже совсем стар и не могу понять, о чём ты толкуешь, Гала. Давай я пришлю своих детей, они молодые и потолковее меня будут.

«Что с него возьмешь? – думала Гала. – Завит, как овца, и так же развит».



«Прилетели два брата Фрегат и Фаэтон и их сестра Олуша. Они сели на песок поближе к черепахе»

Трое детей Пеликана, два брата Фрегат и Фаэтон и сестра Олуша, которую братья ласково называли «неуклюжая Бо-бо», были прекрасными летунами и великолепными рыболовами. Они прилетели и сели на песок между валунами поближе к черепахе. Гала начала так:

– Милые друзья! Вы, конечно, не раз бывали на вершине Родондо. Не могли бы вы отнести меня на эту Родондо или хотя бы рассказать, что видно оттуда и как выглядит наш архипелаг?

Все животные острова очень уважали черепаху Галу. Все, кроме разве что туповатой Игуаны. Птицы были взволнованы предстоящей беседой. Черепаха долго объясняла им, что её интересует.

Старший из детей Пеликана, Фрегат, смелый, отчаянный охотник, настоящий морской разбойник, придавал особое значение встрече с авторитетной черепахой. Для пущей важности он, как всегда в ответственные моменты жизни, принялся надувать на груди и шее огромный красный мешок. Мешок становился всё больше и больше. А Фрегат продолжал надувать его, и при этом он так дулся и сопел, что не смог ни услышать, ни понять хоть что-то из сказанного Галой.

Брат его, Фаэтон, – большой франт. Больше всего ему хотелось, чтобы Гала увидела два длинных красных пера в центре его хвоста. Старательно поднимал он хвост вверх, всё выше и выше, и, в конце концов, опрокинулся и уткнулся головой в песок. Перепончатые лапы Фаэтона, приспособленные больше для плаванья и ныряния, чем к ходьбе по суше, были расположены в самой задней части его туловища. И как ни загребал Фаэтон лапами песок и гальку, – ни встать, ни вытащить голову из песка у него не получалось. Он просто барахтался на брюхе и пыхтел. Конечно, ему тоже было не до того, чтобы выслушать и понять многомудрую черепаху.

Сестра их Олуша, что о ней скажешь? Эта морская птица считала себя необыкновенной красавицей. И хотя на суше была довольно неуклюжа, так же, как и её братья, некоторые основания для таких мыслей у нее все же были: её забавная головка на тонкой шейке и большие перепончатые ярко-голубые лапы выглядели весьма привлекательно. Когда черепаха обратилась к ней, Олуша подумала: «Наконец-то, наконец-то Гала обратила внимание, какая я необыкновенная красавица». Она встала повыше, чтобы все увидели её замечательные голубые лапки, вытянулась, ещё немного вытянулась… и замахала крыльями что было сил. В голове её билась одна только мысль: «Ах, какая я красивая!» – и, конечно, она, так же, как и братья, так и не осознала сути сказанного Галой.

Черепаха закончила свою речь, задумчиво посмотрела на всех троих и поняла, что ничего ей от них не добиться.

– Большое спасибо, мои юные друзья, за то, что вы так внимательно выслушали меня. Я не хотела бы вас больше задерживать и отрывать от ваших очень и очень серьёзных дел, – сказала черепаха и попрощалась с птицами.

Дети Пеликана тут же взлетели и, удаляясь, каждый с удовлетворением вспоминал о том, как умно и достойно он вёл себя при встрече со столь уважаемым и авторитетным животным, каким, без сомнения, была наша черепаха.

Оставшись одна, Гала с грустью думала:

«Никто, никто меня не понимает», – и на её морщинистую щёку выкатилась скупая черепашья слеза.

Как раз в эту минуту из-за поворота горной тропы показался капитан Александр. Заметив появление нового персонажа, Гала мгновенно забыла обо всех своих обидах, встрепенулась и подняла повыше голову на длинной шее, чтобы капитан Александр смог её заметить. Александр подошёл к черепахе.

– Добрый вечер, сударыня! Вы прожили, я думаю, долгую жизнь и, наверно, повидали многое на своем веку. Как вас зовут? – спросил капитан Александр и вежливо поклонился.

– Добрый вечер, милый путешественник. Зовут меня Гала, а отца моего звали Пагос. Он родился на острове Паг в Средиземном море. Так что я – Гала Пагосовна. Повидала я действительно много, и прожила не один век, целых три века, а может, и того больше. Но прежде чем говорить об этом, расскажите, кто вы и как сюда попали?

– Прибыл я на корабле «Быстрые паруса», а зовут меня капитан Александр – друг китов и великанов.

– О, я много слышала о вас, дорогой путешественник, и очень рада, что мне представился, наконец, случай познакомиться с самим капитаном Александром. А рассказывал о вас – Его Преподобие Льюис Доджсон, ваш друг, который побывал здесь однажды у меня в гостях. Меня тогда очень огорчили матросы, прибывшие с ним на одном корабле. Какие, однако, это были невоспитанные люди! Вы даже представить себе не можете. Мало того, что они отнеслись без должного уважения к моим годам, – они хотели сделать из меня черепаховый суп! Вы только подумайте! Сварить меня в кипятке. Меня спасла только лишь хитрость вашего друга. Его Преподобие объяснил этим невежам, что я не настоящая черепаха. Квазичерепаха. Как бы черепаха. И из меня не получится настоящий черепаховый суп, потому что я ненастоящая. Может быть, вы и слышали обо мне, как о черепахе Квази[14]14
  Черепаха Квази – персонаж книги Льюиса Кэрролла «Приключения Алисы в стране чудес».


[Закрыть]
.

Лучше не вспоминать об этом грустном эпизоде в моей биографии. Как вы понимаете, никакая я не Квази, а самая что ни на есть настоящая слоновая черепаха.

Капитан Александр поудобнее устроился рядом с Галой, и они начали неторопливую беседу. Очень скоро моряк и черепаха почувствовали взаимную симпатию и перешли на «ты». Оказалось, что у них есть и другие общие знакомые. На острове побывали сэр Чарльз Дарвин, знаменитый английский учёный, и сэр Герман Мелвилл, знаменитый американский писатель. Черепаха похвасталась, что она имела честь покатать каждого из них на своей спине. Потом она сказала о своей самой большой мечте – побывать на скале Родондо. И о том, что, к сожалению, этой мечте, видимо, никогда уже не суждено осуществиться. Чем очень развеселила капитана Александра, который ответил ей, что эта беда – не беда.

– Зачем ты смеёшься надо мной? Зачем дразнишь? Разве ты можешь помочь мне взобраться на Родондо? Посмотри, какая я огромная – ведь у меня длина больше двух метров, а вес побольше трёхсот килограммов будет.

– Да не смеюсь я над тобой, Гала, просто радуюсь, что могу помочь. Когда я позову своих друзей, ты без труда поверишь, что это возможно. Я имею в виду твою мечту – попасть на Родондо. Только не пугайся, когда увидишь этих парней.

Черепаха действительно много повидала на своем веку, но и она ахнула, когда увидела двух молодых богатырей, Дола и Зюла.

Познакомившись с Галой, юные великаны – а я хочу напомнить, что капитан Александр научил их говорить на языках многих животных – с удовольствием присоединились к общей беседе.

Чтобы удобнее было разговаривать, капитан Александр забрался повыше на скалу, а черепаху Галу великаны без труда подняли и поставили рядом с ним. Дол и Зюл спросили у Галы, встречала ли она когда-нибудь таких больших людей, как они, и может быть, она знает, откуда они, Дол и Зюл, родом и кто их родители.

Гала ответила, что не раз встречала очень больших, можно даже сказать – огромных людей.

– Когда я была совсем маленькой, на нашем острове побывал знаменитый великан, француз Грангузье. У него был очень широкий камзол, панталоны до колен и широкополая шляпа. Очень галантный господин! Он сказал, что дома у него остался ребенок, сын по имени Гаргантюа. Но сам Гаргантюа здесь не появлялся. Зато совсем недавно, лет сто назад, приходил на корабле англичанин Лемуэль Гулливер. Он был великим путешественником и рассказывал, что побывал на острове Бб… роб… динг… нег – уф-ф-ф, как я это запомнила! – где жили одни исполины. В наших школах маленькие черепашки изучают жизнь великанов. Есть даже специальный предмет – Грангузьеника.

– Имя этого известного великана Грангузье нам тоже знакомо, – сказал Александр. – Так же, как имена его сына Гаргантюа и внука Пантагрюэля. Все они – достойные люди и много сделали для блага Франции. О путешествиях англичанина Гулливера мы также премного наслышаны. Гулливер был посвящён в тайные знания острова, где жили одни исполины. Он дал клятву никому об этом не говорить, поэтому, вернувшись из путешествия, до конца жизни заперся в конюшне и никогда оттуда не выходил. Гулливер один знал язык этого древнего народа. А Ббробдингнег – название острова великанов на их языке. Видимо, это тот самый язык, на котором говорили родители Дола и Зюла.

Очень давно, три с половиной тысячи лет назад, великанов на земле было гораздо больше, и жили они на большом архипелаге в Атлантическом океане, а может быть, на большом острове в Средиземном море. Платон называл их страну Атлантидой, а жителей – атлантами. Он описал изумительные города и мудрое устройство жизни великанов, которое, видимо, опиралось на их тайные знания.

В наше время многие знаменитые мореплаватели пытались найти Атлантиду или остров Ббробдингнег, открытый Гулливером, но никому из них ничего подобного найти не удалось. Я всегда думал, что лодки родителей Дола и Зюла плыли с Лазурных островов. После знакомства с этими двумя парнями я специально побывал там, но не обнаружил ни великанов, ни их построек, ни других следов этого народа. От некогда больших островов остались только вершины вулканов, одиноко возвышающиеся среди безмолвного моря. Возможно, острова опускались в океан при землетрясении или при извержении вулкана, и островитяне погибали в пламени или во время наводнения. Хотя, судя по тому, что мы сейчас беседуем с этими двумя «малышами», – Александр с улыбкой посмотрел на Дола и Зюла, – кое-кто из великанов все же уцелел, и не исключено, что мы когда-нибудь ещё встретим родителей этих ребят, – сказал капитан, который обычно знал больше, чем говорил.

– Было бы очень хорошо встретить наших родителей, – вздохнул Зюл, – но мне кажется, это вряд ли когда-нибудь осуществится. Скажи, капитан, почему на островах, где мы жили раньше, не только люди были великанами, но и все растения и животные? Интересно также, почему ничего не известно о потомках Гаргантюа и Пантагрюэля?

– Я не учёный, а просто путешественник, и не смогу точно ответить на твои вопросы. Можно предположить, что на архипелаге были какие-то особые условия: меньшее притяжение земли или, возможно, радиация, и из-за этого люди, растения и животные быстро росли, достигая огромных размеров. И наоборот. Попадая в обычные условия, великаны в последующих поколениях уменьшались в росте и становились обычными людьми, в которых мы не можем теперь опознать потомков великанов Гаргантюа и Пантагрюэля.



«Громадная черепаха тихо поднялась над землей и медленно поплыла в сторону Родондо»

Капитан Александр закончил свой рассказ и добавил:

– Друзья, мы совсем забыли о желании Галы побывать на Родондо, давайте подумаем, как исполнить её мечту.

Александр и Зюл увлечённо обсуждали возникшую проблему. Капитан Александр в юности служил юнгой и матросом на больших парусных кораблях и был прекрасным верхолазом, так что он без труда смог бы подняться на стометровую скалу Родондо. Но взять с собой черепаху, которая больше его самого, он, конечно, был не в состоянии. Эта очень крутая скала с почти отвесными стенками была достаточно высокой даже для Дола и Зюла. Им, как и капитану, придётся карабкаться на нее, держась обеими руками за выступы. Так что освободить одну руку, чтобы держать Галу, у них не подучится. Сумки с собой не было, а в карман великанской куртки Гала не помещалась.

Великан Дол не принимал участия в беседе. Он слушал в пол-уха и делал кисточкой зарисовки животных на заранее подготовленных кусках парусины.

А потом произошло нечто такое, чего никто не ожидал. Рисуя Галу, Дол нацелился на неё кисточкой и приготовился сделать очередной мазок. Но, вместо этого, задумчиво приподнял кисточку чуть вверх, и вдруг громадная черепаха, как бы следуя за кисточкой, тихо поднялась над землёй, кисточка приподнялась выше – черепаха тоже поднялась выше, потом кисточка стала поворачиваться в сторону Родондо, и черепаха медленно поплыла в том же направлении.

– Осторожно, Дол, осторожно, – сказал капитан Александр, – не урони её, а ты, Зюл – встань под скалой, чтобы поймать Галу, если она вдруг начнёт падать.

Все, как заворожённые, смотрели на медленные движения кисточки Дола, а Гала с расширившимися от ужаса глазами и растопыренными лапами тихо плыла по воздуху, пока Дол не опустил её на вершину Родондо.

Вслед за черепахой был отправлен капитан Александр, за ним друг Зюл, после чего и сам Дол, держась за кисточку, как за зонтик, тоже медленно взлетел на вершину. Да, здесь было чему удивиться. Даже обычно невозмутимый капитан, и тот выглядел в этот момент несколько растерянным.

– Неужели это было так на самом деле? – что-то не верится.

– Не знаю, правда ли это. Так рассказывают те, кто лично знал капитана Александра, Дола и Зюла. Можно было бы это выяснить, если бы у нас была возможность лично поговорить с капитаном Александром. Ведь наш герой никогда и никого не обманывал. Но поговорить с ним невозможно. Больше ста пятидесяти лет отделяют нас от этих событий. Можно было бы, например, попробовать отыскать мудрую Галу. Но, даже если она жива, всё равно мы не смогли бы поговорить с ней, потому что только Александр и молодые великаны умели разговаривать с животными.

А теперь давай-ка продолжим. Мы остановились на том, что наши путешественники то ли почти волшебным образом, то ли это было только со слов очевидцев, а на самом деле всё было совсем по-другому, оказались на вершине скалы Родондо.

– Что скажешь, Дол? – спросил капитан Александр.

– Сам не знаю, как это получилось. Вспоминаю, что у меня на родине были люди, которые движением руки могли передвигать огромные предметы. Но это разрешалось делать не всем – лишь некоторым особо уважаемым людям из тех, чей возраст перевалил за пятьдесят. И то – в случае крайней необходимости.

– Почему же тогда, – спросил капитан Александр, – твой отец не воспользовался своим даром для спасения тебя, матери и самого себя?

– Наверное, это может получиться только в некоторых отдельных точках земли, – предположил Дол, – на моей земле, а теперь, как видишь, – на Черепаховых островах. Возможно, где-то существуют ещё такие земли. Скорее всего, в море отец ничего не мог сделать.

Обсудив случившееся, путешественники вместе с подопечной черепахой с высоты огромной скалы осматривали архипелаг. Гала была в восторге. Птицы, живущие на Родондо, кружились над вершиной, радовались, видя эту необычную компанию, свистом и криками приветствовали моряков и черепаху. Они по очереди подлетали и садились на Родондо. А черепаха Гала представляла их путешественникам.

Был уже вечер, темнело. Капитан Александр предложил на этот раз Зюлу попробовать проделать тот же трюк с перелётом, только в обратном направлении, и у того тоже всё получилось.

Вернувшись на остров, друзья договорились, что они заночуют на корабле, а завтра утром вернутся и снова встретятся с черепахой Галой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю