![](/files/books/160/oblozhka-knigi-posledniy-demon-raya.-kniga-3.-magiya-dyshaschih-peskom-376681.jpg)
Текст книги "Последний демон рая. Книга 3. Магия дышащих песком"
Автор книги: С. Гвоздев
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Так он и рвался в бой… день назад.
А сегодня ощутил: кто же знал, что это так страшно – увидеть, как акулы рвут тела твоих друзей, которых шальной волной смыло за борт! И предчувствовать, что одним из них вполне сможешь стать и он, Бык, среди бешеного волн штормового моря и коварных рифов…
«И вот теперь ещё сверху падает на галеру боевой снаряд» – беспомощно огляделся Рогач, но спастись с корабля никакой возможности не предвиделось.
Между тем метровый раскалённый магический шар, взмыв вверх, казалось бы завис, искрясь и роняя красную окалину посреди глубокого ночного неба. Все на борту застыли. А шар, достигнув предельной высоты стал опускаться вниз, несясь прямо на их корабль. У Рогача отвалилась челюсть, и он невольно присел, прячась за фальшборт, будто дерево могло его спасти, когда такая магия прожигала даже кирпичную кладку стены зданий.
Шар, увеличиваясь в размерах, неумолимо приближался. Боевые маги на головном корабле тоже не дремали и сноровисто сплели заклинание шквального ветра. Но было слишком далеко и по прихоти судьбы снаряд вильнул вправо, и вместо корабля, на котором находился Рогач, попал в впереди идущий флагман с магами. Тот оказался битком набитым командными силами десанта – офицерами штаба, элитными рыцарями в полном боевом облачении, готовыми к десанту. Шар, пыша неземным жаром, неправдоподобно медленно рухнул на палубу, разбивая в огненные щепы доски и воспламеняя всё в радиусе пяти метров. Паруса с готовностью вспыхнули и заполыхали лучше, чем промасленная бумага. А на нижней палубе истошно закричали гибнувшие в пламени гребцы. На верхней – вторили им кони и люди, превращаясь в живые, мечущиеся по палубе факелы.
Магический огонь, уничтожив команду магов, уже беспрепятственно выел середину корабля до самой ватерлинии. Две половинки галеры с громким хрустом просели, заскрипели посредине и стали разваливаться на куски.
Продолжая гореть, корабль перевернулся, высыпав людей и лошадей за борт, и стал рассыпаться головешками горящего и дымящегося дерева.
Всё рыцари тут же пошли ко дну, имея на плечах как минимум полсотни килограммов добротных железных доспехов. Надо полагать, что акулам не понравился металл, и высокородные рыцари утонули, долго не мучаясь. Хуже оказалось легко одетым морякам и прислуге, кто спасся от огня, и оказались в бурных волнах на плаву. Пьяные от крови акулы набросились на них, разбивая немногие шлюпки и отхватывая острыми зубами огромные куски мяса и конечностей жертв.
– Люди за бортом! – запоздало, да и вообще непонятно зачем завопил Рогач неожиданно тонким фальцетом.
С корабля Рогача стали сбрасывать концы канатов с петлёй, вылавливая немногих оставшихся в живых. Но бурное море и смертельный танец морских хищников всемерно затруднил эту задачу. Оказалось, что из более трёхсот десантников флагманского корабля выжили только меньше десятка молодых оруженосцев, одетых в лёгкие кожаные доспехи, и горстка гребцов с моряками.
В этой страшной суете спасатели как-то не заметили, как с неба свалился второй магический шар. Второй раз попадание не получилось так точно, как первое и это спасло жизни многих. Снаряд, едва не попав в судно Рогача, пролетел по косой линии над палубой и упал в море, мгновенно вскипятив воду. Тем не менее полсотни воинов, которые стояли посреди палубы, стали жертвой раскалённого шара, пострадав от ожогов. Храбрость не спасла от дальнобойной магии последнего лейтенанта рыцарей десанта, господина и опекуна Рогача, достойного пожилого рыцаря что оказалось совсем хуже некуда для Быка. Теперь, оставив оруженосца-Быка без покровителя, удача поставила крест на его карьере. Рогач обхватил мокрую голову и в отчаянье застонал, сразу забыв, что он совсем недавно считал себя без пяти минут героем.
С кормы озверело закричал, перекрикивая суету и шум волн, капитан, клан Орла:
– Полный вперёд, сухопутные крысы! Либо через минуту все будете на дне кормить акул!
Матросам и гребцам понукание и не требовалось. Все стали носиться как сумасшедшие, военные бестолково путались на тесной палубе и мешали экипажу, который костерил их самым отборным морскими ругательствами.
Но третий шар так и не настиг их, запоздало взорвавшись за кормой – ведь магу всегда нужно некоторое время, чтобы перезарядить заклинание и собрать Силу. Благодаря богам оставшиеся две галеры на всех парах завернули за скалы, едва ли не нарываясь на рифы и шар с берега уже пушенный по навесу и наугад, лишь упал сзади, среди акул и обломков, качающихся на свинцовых водах ночного моря. Взметнулся фонтан горячей воды и пара, обварив коней и прислугу на последней галере и все с облегчением выдохнули воздух.
Теперь до пристани оставалось меньше получаса плавания. И если большие береговые катапульты ещё находились в руках имперцев в порту, то десанту уже ничего не грозило.
Старший оруженосец Кот, неподалёку от Рогача, пританцовывая, зашипел и затряс ошпаренной левой рукой. Ожог оказался не глубоким, но неожиданно болезненным. Худощавый, среднего роста, как и все из клана Кота, около метр семьдесят, оруженосец осмотрелся, чтобы сорвать на ком-то свою злость. Нагловатый стройный двадцатилетний дворянин, он быстро сделал карьеру благодаря солидным залежам денег в подвалах банка его отца-банкира. Поступление на несколько лет на воинскую службу, непрерывные весёлые гулянки среди такой же золотой молодёжи, и вот он уже старший оруженосец! А через месяц, скорее всего, рыцарь. А потом… потом восхищение дам при дворе блеску его золотой цепи и лихо подкрученным усам, которые вот-вот станут достойными для лицезрения.
И тут эта нелепая, быстротекущая война!
Коту становилось не по себе при упоминании об пробивающих его доспех стрелах, а также топорах, отрубающих ему руки и падающих под ним конях, ломающих его ноги…Кошмар!
Для того, чтобы скрыть боль и страх перед грядущей битвой, Кот пристал к последнему магу, пожилой женщине из клана Змеи: с характерной для Змей небольшой продолговатой головой, узкими глазами и раздвоенным на самом конце языком, который им надрезали во младенчестве при посвящении в Змеи. Все её коллеги плыли на первом, рыцарском корабле, а её, как женщину уже в годах (пятьдесят лет, из них тридцать лет службы магом) оставили на втором, среди юнцов, как знак пренебрежения. Но это её и спасло.
Кот приступил к ней, приосанясь, как вожак в окружении таких же, как он взъерошенных и нервных богатых оруженосцев.
– Предскажи нам, м-м-м… Змея, что будет со мной в этой битве, – ухмыльнулся он, когда она вышла из-под брезентового навеса.
– Для тебя ничего хорошего, мальчишка, – буркнула женщина.
Она едва смерила его пренебрежительным взглядом, поскольку Кот был по рангу ниже её. И он знал, что если только тронет её хоть пальцем, его ждала хорошая порка перед строем.
Но по Уставу, она должна была давать все разъяснения для учеников, чем те частенько и пользовались, чтобы досадить ей. Знали они и том, что её колдовство на морской воде действовало слабо, в основном в форме целительства, поэтому приставали с каверзными вопросами порой слишком нагло. Маг-Змея, которую путешествие на болтающемся на волнах судне тоже досконально измотало, чувствовала себя, как побитая палкой собака. А тут ещё эти зелёные молокососы!
«Ну ладно же, получишь ты у меня, Кот!» – мстительно подумала Змея.
Она повернулась к нему и спокойно произнесла, пришепётывая, как все Змеи, из-за раздвоенности языка:
– Давай-ка руку, оруженосец, посмотрю, что там написано судьбой.
Коту не понравился её прищур, он вообще, честно говоря несколько опасался этих боевых магов с их заморочками. Ведь статус вожака оруженосцев требовал постоянного подтверждения своей дерзости и силы перед стайкой бесхребетных изнеженных прихлебателей.
Невольно отшагнув шаг назад перед незримой, но вполне осязаемой Силой этой «карги», как он её называл за глаза, Кот почти уронил лицо перед собутыльниками. Но тут же с сообразительностью истинного Кота, вывернулся. Протянув руку за спину, он вытащил из колчана арбалетную стрелу-болт. Один из десяти из них был фамильный, из старого серебра с редким ярким канареечным оперением, и надо же так было оказаться, что это оказался именно он.
Такой болт у знати служил как опознавательный знак его семьи: победив противника, воин втыкал его в тело, и спешил дальше в бой, зная, что метка оставлена и для всех тело противника – его трофей.
Кот не спасовал и вальяжно протянул болт наконечником вперёд, стараясь в отместку хотя бы уколоть женщину в руку остриём, делая вид, что сильно качается на пляшущей под ногами палубе корабля.
Не получилось. Маг неожиданно ловко, как истинная Змея, обвила тонкой ухоженной кистью серебряное древко арбалетного болта и всмотрелась в старое серебро с полустёртыми магическими рунами. Со снарядом она старалась обходиться осторожно, даже при том, что была в перчатках: маги не любят серебра и даже его прикосновения для них болезненно, а раны, нанесенные серебряным оружием вполне могут стать и смертельными.
– Так вот, Кот, эта стрела с рунами принесёт тебе сначала неудобства, потом радость. А затем боль и… смерть. Она так и просит крови. Сначала чужой, потом и твоей.
И она небрежно отдав ему дорогой снаряд, двинулась дальше. Кот, вытаращив и так круглые глаза, отшагнул в сторону. Расступилась и вся остальная разгульная братия, на которую сейчас как холодом подуло от слов пророчества мага.
Когда она удалилась достаточно далеко, Кот процедил тихо, чтобы она не расслышала:
– Старая карга! Наговорит всякой ерунды для дурачков, а те уши развесят и только внимают подобным «пророчествам».
Собутыльники же переминались с ног на ногу и отводили глаза: даже подвыпившие оруженосцы почувствовали в них Силу и достоверность предсказания. Коту показалось, что дружки немного отодвинулись от его как от чумного. А кое-кто даже сложил пальцы, творя отводящий от сглаза знак. Ситуацию надо было переломить самым решительным способом. Кот деланно рассмеялся и махнул рукой, перекрикивая шум прибоя:
– А вон и наш Бычок-простачок! Идём подколем нашего знаменитого снайпера.
Бык действительно отлично стрелял на короткой дистанции, до ста шагов, на удивление точно. А вот фехтовал мечом не артистично. Как никак сказывались долгие годы работы на ферме, которые больше располагали к мощным размашистым ударам тяжёлым топором или булавой, чем изысканное фехтование шпагой или рапирой.
Рогач тряхнул головой и вытер с лица брызги высокой волны, разбившейся об борт корабля. Как всё перевернулось! Сейчас же, как только стало известно об вторжении степняков-кочевников, их корабли срочно отправили в столицу. О, кто не мечтал попасть хоть на время в отпуск белокаменную столицу империи Рая! Все изыски, удовольствия и пороки, желанные для горячих оруженосцев только и ждали их там.
– Только не сегодня, – сплюнул в воду желчь Рогач.
И тут на его плечо опустилась рука в богато отделанной золотом кожаной перчатке. Он медленно развернулся, всё ещё погружённый в свои невесёлые размышления.
– Всё рыбок балуешь обедом, Бык? – ехидно осведомился Кот, подмигивая окружению. – Тут мы поспорили, попадёт ли такой увалень как ты в реальную цель, а не в соломенную мишень на тренировочной площадке. Кое-кто поговаривает, что крестьянам это не дано. Тем более на галере в море даже при такой небольшой качке.
Здесь он задел Рогача за живое. Да, Бык провёл пятнадцать лет на ферме, которая закалила его, но упоминать о таком провинциальном прошлом среди напыщенной «золотой молодёжи» было почти оскорблением. Конечно, за это не вызовешь на дуэль, поскольку являлось чистой правдой, но намёки на грубую работу и низкое крестьянское происхождение всегда вызывали у скучающих барчуков гримасы пренебрежения.
Бык отодвинулся, насупился и тупо уставился на докучливого Кота, с которым, как уже неоднократно убедился, лучше было вообще не спорить, поскольку тот всегда оказывался победителем в словестных перепалках – изворотливым и остроумным, как настоящий Кот.
– Ну и что? Стрелять придётся по тебе, Котяра?
Шутка вышла так себе, никто не рассмеялся, а Кот махнул рукой и один из пажей тут же протянул боевой ручной арбалет. Делая вид, что ищет подходящий болт, Кот обернулся и вытащил из колчана фамильный, который он за минуту до этого вложил туда и немного выдвинул над остальными вверх, чтобы легче найти на ощупь:
– Этот подойдёт? А цель… вот попади вон в ту акулу, что плывёт за нами. Попадёшь и пять серебряных монет твои.
Бык прикинул: пять серебряных монет – большие деньги и искушение для крестьянского сына, которому даже медяки давалась с большим трудом.
«А что? Я ничем не рискую. Попаду, так месяц смогу кушать от пуза. А не попаду– так значит есть на то воля Великого Отца-Быка».
Он кивнул и взял в руки арбалет, взвесил его. Натянув тетиву одним решительным движением приспособлением «козья нога», он вернул её пажу и вскинул оружие. Арбалет оказался с удобным прикладом из красного дерева и отлично полированным ложем. Вот только тетива немного провисла, возможно и промокла, хоть и была добротно сплетена. Арбалет видно принадлежал какому-то богатому отпрыску. Да и стрела-болт не из дерева, а серебра, тускло сверкнувшая в полусумраке – такую умеренный ветерок на двадцати шагах сильно не сдует. Прицелившись, он сделал поправку на качку, ветер и толчок оружия при выстреле. Затем затаил дыхание и мягко нажал на спусковой крючок, помолившись своему тотему: Большому Быку.
«Не оставь меня, Большой Бык в беде, и я не забуду о тебе в радости, сделав подношение».
Арбалет послушно тренькнул, мощно толкнув болт. Все примолкли, невольно затаив дыхание: спина акулы покачивалась, корабль то поднимался, то опускался, ветер дул порывами.
Болт послушно скользнул по гладкому ложу. Стремительно набирая скорость, он мелькнул синеватой молнией и вонзился в голову огромной морской хищнице. И вошел на треть, пробив череп и застряв в кости. Но даже такой сокрушительный удар в голову не умертвил морскую волчицу: она в бешенстве завертелась в пене, потом бросилась на судно, ударив его. Потом она подпрыгнула вверх, клацнув зубами перед носом у Быка, перекусив при этом арбалет. Вся братия оруженосцев и пажей отхлынула от борта, поражённая её живучестью и яростью. А когда все осмелились приблизиться и опасливо взглянули на барашки волн, там уже никого не оказалось.
Кот довольно рассмеялся и высыпал в мозолистую широкую ладонь Быка монеты-таллеры:
– Не промахнулся, увалень! Снайпер! – и отошёл вместе со «свитой», ухмыляясь и снова став весёлым.
«Вот старый болт и попробовал крови, как желала карга. Да ещё и сгинул вместе с акулой. Жизнь хороша и длинна, если ты умён и предусмотрителен!»
Бык же недоумевал:
«Чего он щерится, проиграв монеты и дорогущий болт, которые стоят больше моего годового жалования оруженосца?»
Теперь у борта он стоял в одиночестве, все остальные кучковались в центре палубы, инстинктивно прижимаясь к нескольким неразговорчивым старым рыцарям, которые сквозь зубы раздавали приказы и распоряжения перед предстоящей высадкой в порту, до которого оставалось всего ничего. И вот наконец показался огонь малого маяка над входом за волноломом имперского порта Столицы. Галера, убрав вёсла, сманеврировала и едва успела приостановиться, аккуратно приставая.
– Первый взвод! Выгружайся! – скомандовал рыцарь. – Второму приготовиться!
Едва корабли причалил, весь десант тут же выгрузили в самом спешном порядке, разве что не подгоняя пинками нерасторопных. Там оказалось ещё более неуютно, чем в море. Даже от территории порта ясно слышались крики, ржание коней, звон оружия, ночное небо вспышками расцвечивали всполохи взрывов магического огня.
Из двухсот уцелевших десантников только пятеро оказались младшими старыми рыцарями, остальные – оруженосцы и пажи. На третьем корабле находились в основном подростки-пажи, обслуживающий персонал, снаряжение, породистые кони, да провиант. Причалив, галеры десантников тут же оказались окружёнными парящими в воздухе маленькими красными светлячками. Светлячки в кромешной тьме ночи давали хоть какой-то слабый свет, достаточный для людей из кланов Котов и Волков. Для Быка же с его неразвитым ночным зрением светлячки оказались больше украшением или отвлекающей помехой.
На причале их встретил высокий чиновник, скорее всего, судя по его внушительным габаритам и хищности движений, клан Медведя. Он видимо уже побывал в гуще боя: голова забинтована окровавленным бинтом, а левая рука присутствовала на половину. Обведя прибывших сумеречным взглядом человека, присутствующим одновременно в трёх местах, он наконец выразительно выругался и начал горячо объясняться с новоприбывшими рыцарями-ветеранами:
– Это что такое? Это тот самый элитный отряд прорыва?! Где триста рыцарей десанта? Я тут вижу всего на всего двести зелёных оруженосцев и сотня детей-пажей?
Маг-змея, не теряя хладнокровия перед очевидной грубостью, невозмутимо ответила, глядя в сторону:
– Выгребли всех. Первый корабль с рыцарями… пал в бою… и утонул. Эти – последние. Или они или никто… А что, здесь всё так действительно плохо?
Медведь мотнул лобастой головой в бессильной ярости:
– И ещё хуже! Кочевники самым чудесным образом слишком быстро прорвались через все три Стены. Недавно они выпустили каких-то чудовищ у маяка. Одного победили инквизиторы Однорукого. Но второй монстр… его не берёт ни копьё, ни стрелы, ни магия… Мы его, возможно и победили бы…, наверное. Но не догнали. Оно играючи разворотило трущобы Дна, без труда пробило Стену и сейчас воюет где-то в Садах Рая у императорского Парящего дворца. На что вы надеетесь, господа? На этих юнцов?
– А что маги Императора? Они ведь всегда так…
– Каких магов вы имеете ввиду: тех, кого монстры растоптали, кого порвали в клочки или тех, кому посчастливилось свалиться в канаву, и они остались едва живы, хоть и покалеченными?
– Хм…м-да…
Медведь вгляделся в нестройные ряды выгружающихся новоприбывших:
– А где ваши десантные маги? Только не говори, что они оказались…
– Оказались… – нехотя подтвердила худшее Змея. – Я одна.
И хотя она был только младшим офицером, но всё равно переживала за эту досадную цепь неудач. Теперь она не понимала, как это произошло, что в спешке погрузки десанта почти все боевые маги оказались на одном судне, что было нарушением Устава при транспортировке боевых частей.
Медведь выругался и топнул железным сабатоном:
– Дерьмо! Один боевой маг! Такого ещё на моей памяти не было.
Новоприбывший престарелый рыцарь-Кабан нашёл в себе силу приосаниться и расправить звякнувшие металлом плечи:
– И тем не менее! Мы все давали присягу и негоже бояться каких-то тварей. Они там все подустали, вымотались… а мы свежие. И все наши рвутся в бой!
Медведь со скепсисом смерил взглядом робкую толпу десантников:
– Это эти-то, зелёные, которых укачало на судне? Или остальные – бледные, которые не падают от ужаса только от того, что опираются на тех, синих, кто трясётся от страха?
Но недальновидный и прямолинейный, как и все из клана Кабанов, младший рыцарь не боялся только потому, что не мог себе уяснить всю тяжесть ситуации. После совсем не свойственного его клану недолгого колебания, он решительно бросил Медведю:
– Значит, мы решим задачу и с этими силами! – и заорал. – Деса-а-ант, строиться!
Едва успели более-менее построить и распределить по подразделениям высадившихся, как к ним подскакал и почти свалился из седла совсем седой рыцарь-Орёл. Все присутствующие разом лязгнули сталью, опустившись на одно колено:
– Первый Мастер-рыцарь! – пронеслось по рядам.
Легендарный командующий всеми рыцарскими войсками в столице Рая, победитель всех немногих последних в истории Империи битв, сильно пожилой, но всё ещё не утерявший воинскую сноровку, он уверенно покинул коня. Откинув решетчатое забрало, Мастер-рыцарь опытным взглядом быстро оценил количество и качество последней подмоги. На лице опытного воина оруженосцы и пажи не увидели ни тени сомнений – Мастер понимал, что поддержка духа в такой сложной ситуации дело важное. Орёл выдавил из себя улыбку и как ни в чём ни бывало громко оповестил собравшихся:
– Господа, там, снаружи несколько сот кочевников думали нас остановить, но мы с двадцатью рыцарями смогли прорваться сквозь их толпу, легко истоптав полсотни оборванцев! Ни один степняк не смог вынести удар крепкой стали имперского меча!
Тут Орёл немного приврал: они прорвались только потому, что были для степняков полной неожиданностью, прокравшись в мраке ночи. И хотя от рыцарских доспехов стрелы отскакивали, отряд под ударами топоров и тяжёлых копий потерял половину состава. Но действительно прорвал на минуту блокаду порта степняками.
Его бравая речь, как и ожидалось, тут же подняла дух встревоженных десантников. Они приосанились и подняли головы, поверив в силу имперского оружия и своей воинской выучке. Они ещё не раз заставят немытых кочевников пожалеть о своём опрометчивом набеге!
Орёл тут же обратился к Медведю:
– Доспехи на складах порта остались?
Медведь с уважением поклонился и с почтением ответил:
– Железа хватает. Но оно для посвящённых рыцарей. Для оруженосцев есть кольчуги и кожаные доспехи.
Мастер ещё раз осмотрелся и вздохнул, принимая решение. Затем мгновенно выхватил из ножен длинный рыцарский меч. И нахмурившись, мотнул гривой седых волос, громогласно отдавая команду:
– Идите и готовьте доспехи. Быстро!
Приблизившись к тихо переговаривающемуся десанту, он воздел меч вверх и проревел хорошо поставленным командирским голосом, не утратившим с годами стальных интонаций:
– Оруженосцы! Все, кто из дворян, шаг вперёд.
Выступило несколько человек, среди которых гордо выступил и Кот.
Ничтожное количество ненадолго обескуражило опытного рыцаря:
– Шаг вперёд все бастарды, в которых есть хоть капля дворянской крови!
Тут уже большая половина оруженосцев дружно ломанулась вперёд. Подхваченный этим порывом, выдвинулся и ошалевший Рогач, которого просто сдвинули с места, зажав с боков более сообразительные товарищи.
Рыцарь удовлетворённо кивнул, пряча в седых усах усмешку и с пониманием оглядел сотню горящих желанием подвигов ярких юношеских глаз. Здесь были представители многих кланов, богатые и бедные, дворяне и простолюдины, но во всех вспыхнула отвага и желание скрестить клинки с захватчиками-кочевниками. Мастер вскинул руки вверх и тщательно сплёл сложное заклинание. Через минуту на высоте десяти метров над строем зажегся яркий метровый синий шар, придав построению торжественность.
Потом Орёл сверкнул глазами и скомандовал неожиданно сильным и глубоким голосом, заставив всех затрепетать и проникнуться важность церемонии:
– На колени, дети мои!
Все привычно одновременно бухнулись на деревянные доски и песок: всё-таки несколько лет обучения в учениках не прошли даром. Орёл прищурился и, надсаживаясь, зычно продолжил, не жалея Силы и изливая уверенность на присягавших:
– Властью, данной мне самим Его Высочество Императором и Большим Советом, я возвожу вас всех в сан имперских рыцарей! Подтвердите же своими подвигами высокое звание светоносного и непобедимого рыцарства! Да не дрогнет ваша рука и не усомнится в приказе старшего по званию. Служите Императору до последней капли крови! Верность и честь!
– Верность и честь! – закричали в ответ юноши, на глазах многих выступили слёзы.
И все прониклись уникальностью момента, осознав чудо: рыцарем можно было стать только через лет десять почти каторжных тренировок и службы или свершении сумасшедшего подвига. А тут…
Циничный Кот, шепнул Рогачу, кривясь в ухмылке:
– Не радуйся так громко, дубина. Это просто значит, что наши дела действительно хуже некуда, уж если рыцарские звания даются с такой лёгкостью! Спорим на жалование, что до рассвета вряд ли доживёт и десятая часть новых «рыцарей» и сотая часть пажей? Или ещё меньше…
– Заткнись, Котяра, или я сейчас сам заткну твою трусливую пасть! – сквозь зубы ответил Бык тут же замолчавшему Коту.
Орёл прошёлся вдоль рядов, хлопая им по плечам мечом: процедуру всё-таки соблюсти пришлось, даже несмотря на явную нехватку времени:
– А теперь все на склад. Одеть доспехи! Шлемы, нагрудники и наспинники обязательно – кочевники стреляют метко. Кто окажется порасторопней, выберет себе лучшего скакуна!
Через час, при помощи слуг и пажей они одели на грубые рубахи куртки, кольчуги, или латы: прочные, но тяжёлые нагрудники, наспинники, шлемы и защиту для ног и рук, железные сапоги-сабатоны. И даже накинули на плечи красные имперские плащи-сюрко с голубой эмблемой морского десанта: жёлтая молния на фоне бушующих волн.
Неповоротливый и ошеломленный стремительностью событий Рогач, который едва отыскал нужный размер и с трудом втиснулся в куртку пришёл в строй последним. Все остальные неожиданно уже получили по дозе целительного нектара Рая, от которого глаза заискрились, и все почувствовали необыкновенный прилив сил. Угостили Нектаром они и своих лошадей. Те стали пританцовывать и кусаться, топоча по камню мостовой в избытке боевого запала. На их радостном, даже несколько истерическом фоне Рогач и его не опоенный наркотиком конь смотрелись довольно бледно: увы, нектара хватило не всем, и среди неудачников – как всегда Рогачу.
Кот смеялся, живо жестикулируя, разминаясь в рыцарских латах, забыв о всех мрачных думах:
– Не дрейфь, Бычара! Львиную дозу нектара, который на вес золота, мы выпили, сэкономив себе почти годовое жалование. И к тому же продлив на месяц жизнь! И она хороша, когда в венах бурлит горячая кровь! Где эти грязные кочевники?
Рогач обречённо отмахнулся от назойливого приятеля и вздохнул, но радость от того, что он уже в рыцарском нагруднике и на коне, с рыцарским копьём и мечом постепенно захватила и его. Да, они оказались без золотых шпор и цепей, но… это не главное! Главное в том, что именно сегодня они станут знаменитыми воинами, совершив свои подвиги во имя Империи Рая и Императора!
Наскоро перекусив, они выдвинулись тремя отрядами. Впереди разместили главную ударную силу: закованных в железо молодых рыцарей, выставивших длинные копья. За ними следовали тоже на конях пажи. То есть уже не пажи, а оруженосцы в кольчугах с закинутыми за спину круглыми щитами и с основным оружием – лёгкими арбалетами и луками. Всё-таки подростки после несколько лет нелёгких тренировок неплохо стреляли и в рукопашной схватке ловко орудовали облегченным оружием. В третьем отряде к ним присоединились и почти все остальные воины порта, кто рвался в бой: пешие стражники и моряки. В общем войско насчитывало больше полутысячи воинов, что составило немалую силу.
Орёл напутствовал их с воодушевлением, не жалея похвал:
– У нас впереди великая миссия – спасти самого Императора! Вперёд посланы рыцари и стражники, которые отвлекут и отгонят войско подлых кочевников и скопище банд бандитов. Вам останется просто пройти по расчищенному коридору и … – он сделал затянутую паузу, оканчивая с пафосом опытного оратора, – спасти Его Высочество Императора! Это высочайшая честь, которая может выпасть за нашу жизнь! Грязные ублюдки-кочевники разобьются о нашу сталь рыцарских доспехов! Всего лишь доставьте Его Высочество сюда, на корабль, и каждый покроет себя геройской славой, совершив сей славный подвиг! Он получит земельные владения, золото и чины! Мы доблестно совершим сокрушительный прорыв и завтра барды сложат песни в нашу честь, дети мои! Вперёд, к победе и славе!
Кот ехидно вполголоса добавил, наклонившись к Рогачу:
– Вперёд к увечьям и смерти?
Бык, как всегда, сделал вид, что не слышит въедливого Кота, для которого не было ничего святого.
Тем временем войско поднялось вверх и скоро оказалось у ворот стены, защищающей порт. Тяжёлые ворота со скрипом отворились, выпуская рыцарей, наклоняющих копья.
Только и ожидая появления противника, на них ринулась лавина сотен улюлюкающих кочевников.
– Ура! Кровь! – вопили они, несясь, как ураган, на своих косматых лошадках.
Но неожиданно для себя нарвались в темноте ночи на острия длинных копий и непоколебимый железный строй хорошо обученной тяжёлой кавалерии, которая даже не дрогнула. Степняки, теряя своих воинов десятками, скоро рассыпались в стороны, как колосья под серпом. Кое-где они пытались сцепиться врукопашную, но не смогли прорвать боевое бронированное построение. Это было подобно бросанию в набегающую штормовую волну мелких камешков. И остатки кочевников с горестными криками обратились в бегство. Вдогонку им летели арбалетные болты и меткие стрелы, выбивая отставших из сёдел и увечивших коней. Раненных врагов добивали уже бежавшие следом толпой стражники и моряки.
Лёгкая и быстрая первая победа вдохновила всех, и молодые рыцари приосанились в высоких сёдлах, наконец-то действительно поверив, что спасение Императора Рая – всего лишь дело времени.
Длинный в несколько сот метров и узкий железный мост, висячий на цепях от порта до Первой, деревянной стены столицы они преодолели не быстро, так как по мосту могли проехать в ряд лишь трое рыцарей. Далее, оставив горящие трущобы Дна в стороне, они беспрепятственно въехали на улицы Нижнего города, который населяли в основном ремесленники, служащие и торговцы. Не потеряв ни одного воина, они, щадя лошадей, пересекли обширный одноэтажный Нижний города и въехали в выломанные ворота Второй, каменной стены, попав в Верхний город, где жили чиновники побогаче, банкиры и аристократия столицы.
И тут же, Верхнем городе, богатом и красивом, но уже несколько разграбленном и разрушенном, они столкнулись с врагами. Головные рыцари с разбегу налетел на большую банду мародёров, атакующих отряд стражников и теснивших его вниз. Полсотни пеших грабителей не остановили не на секунду бег рыцарских коней, разрезавших их разномастную стаю копьями, как нож масло. Кровожадные пажи, схоронясь за стальными спинами рыцарей, нервно тренькали тетивами, доставая стрелами тех грабителей, кто пытался улизнуть в переулки. Спаслись не многие подонки, устелив мостовую волной тел.
– Вперёд, время не ждёт! – понукал рыцарей Мастер.
Так они, стараясь не ввязываться ни в какие мелкие схватки, пересекли и Верхний город. Чем выше они поднимались, продвигаясь к Садам Рая, тем роскошнее становились дома и ожесточённой сопротивление грабящих их бандитов и кочевников.
Вот справа выскочила очередная сотня степняков. Они, осыпая стрелами передовой отряд, понеслись дальше так быстро, как позволяла ширина просторного проспекта центральной дороги. И тут же напоролись на второй отряд пажей, которые их основательно проредили. Пажи тут же с испугу дали плотный залп из арбалетов и луков без команды. Десятки лошадей и степняков тут же рухнули на каменную мостовою. Два десятков пажей тоже: степные луки били жёстко, пробивая кольчугу и на половину входя в тело, порой выбивая и из седла. Не подбирая раненых, десант стремительно продвигался дальше и дальше, приближаясь к Третьей стене.