Текст книги "Заглянуть в туннель (ЛП)"

Автор книги: Р.С. Фауст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

С. Р. Фауст
Заглянуть в туннель

S. R. Foust – Tunnel vision

© 2025 by S. R. Foust – Tunnel vision

© Константин Хотимченко, перевод с англ., 2025

 https://vk.com/litskit

Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям.

* * *

Они тащили меня по земле. Было темно, и я не мог разглядеть, кто это делает. В воздухе пахло гнилыми листьями и стоячей водой. Асфальт с песком царапал мои ноги, пока они тащили меня все дальше и дальше. Мое сердце колотилось, как будильник. Страх душил меня.

Минуту спустя я уже опирался на что-то шаткое и неустойчивое. И хотя у меня болело все тело, сильнее всего болела голова. Я никогда раньше не ломал кости, но мне казалось, что мой череп расколот надвое.

Они направили мне в глаза луч фонарика. Их лица были скрыты темной пеленой.

Память постепенно возвращалась ко мне... по кусочкам.

– Ты в порядке, дружище? – спросил низкий голос. Должно быть, это был Руссо. – Ты упал, дружище.

– Я... я в порядке, – пробормотал я. – Сколько я был без сознания?

– Не знаю, – ответил другой голос, чуть более высокий. Мэтт. – Может, вернемся?

Я коснулся очага воспаленной, жгучей раны на макушке и, взглянув на ладонь, увидел, что она блестит от крови. Я вытянул шею, чтобы они могли посмотреть.

– Плохо дело, да?!

Ответа не последовало.

Их молчание меня встревожило.

В тот момент я слышал только эхо капель воды, доносившееся откуда-то издалека. В темноте вокруг меня пробежал холодок, и вдруг стало очень холодно.

– Я в порядке. Мы продолжим. Все хорошо! – сказал я и вздрогнул. Я был не в порядке.

Совсем не в порядке.

* * *

Тема туннеля всплыла накануне.

– Я не знаю, – сказал я. – Все знают, что в этом месте водятся привидения. Не говоря уже о том, что там, наверное, полно жуков, тараканов, клопов.

Я старался вести себя непринужденно, но даже мысль о том, что я могу увидеть привидение в этом туннеле, заставляла меня задерживать дыхание и прислушиваться к биению собственного сердца. А что, если на нас кто-то нападет? Может, там тусуются бездомные. Я слышал, что это место считается мертвой зоной. Зоной отчуждения. Там нет сигнала сотовой связи. Нам никто не поможет; если мы попадем в беду, кавалерия не появится по волшебству.

– Да ладно тебе, – сказал Руссо, доставая из мини-холодильника энергетик "Снапбл" (мы пока не рисковали пить пиво на крыльце), затем закрыл крышку и положил на него ноги. – Спорим на пятьдесят баксов, что ты не продержишься там и пяти минут.

– Ага, – поддержал Мэтт. – Тот, кто продержится в туннеле дольше всех, выиграет, э-э, сто пятьдесят баксов. Что, Джонни, боишься?

Я оттолкнул Руссо, затем залез в мини-холодильник и открыл банку вишневой колы.

– Да пошло оно все, я в деле. Можете уже сейчас отдать мне деньги.

Я написал своей девушке Молли, что мы собираемся в туннель, чтобы попытаться побить рекорд, и спросил, не хочет ли она с друзьями присоединиться к нам. Она была на год старше – училась на втором курсе колледжа – и намного умнее меня, поэтому, конечно же, она отказалась.

Только не умирай там и все такое, – написала она в ответ. – В этом месте действительно водятся привидения.

Не в силах придумать остроумный или уверенный ответ и немного испугавшись, я выключил телефон и положил его в задний карман.

Я не верю в призраков, – пробормотал мой разум, и я усмехнулся про себя.

Я взял из кладовки вяленую говядину и банку чипсов "Принглс", а затем достал из-под кровати спальный мешок. Разбивать лагерь в каком-то жутком туннеле было не самым удачным решением. Но я подумал, что, по крайней мере, мы проведем пару ночей в приключениях, прежде чем начнутся лекции и домашние задания. Может быть, мы придумаем историю, которой сможем похвастаться перед друзьями.

Когда мы добрались до Саутенд-драйв, уже стемнело. Руссо припарковал машину в конце улицы (нам пришлось выйти из машины и идти пешком, чтобы не попасться на глаза любопытным полицейским), затем мы достали из багажника рюкзаки и припасы. Мэтт потряс в руках двумя бутылками рома, а Руссо вытащил топор, которым мы могли бы нарубить дров для костра снаружи туннеля. Я показал им дополнительные худи, которые взял с собой на случай, если они кому-то понадобятся. (Ночью может стать холодно).

Я обратил внимание на то, что меня окружало. До моих ушей доносились только стрекот саранчи и гудок поезда вдалеке. Раньше эта местность была частью старого процветающего шахтерского городка, поэтому большая часть окрестных земель была выработана до основания. Отец рассказывал мне истории о том, как шахтеры погибали при обвале в шахтах. Земля поглощала их целиком.

В наши дни на этой улице сохранился только один дом, и он был весь заколочен досками и покрыт граффити. Крыша просела посередине, а стена рядом с дымоходом была покрыта черным нагаром – свидетельством сильного пожара. В воздухе все еще пахло дымом и пеплом.

Несмотря на то, что остался только один дом, почему-то продолжали работать уличные фонари. Они включились с тихим жужжанием, и я увидел, как Мэтт и Руссо окутались оранжевым светом. Внезапно их рюкзаки показались мне больше моего, и я забеспокоился, что не готов к тому, что нас ждет. Мой отец был хорошим человеком, но он никогда не учил меня выживать на природе. Тем временем Мэтт и Руссо рассказывали друг другу истории о походах на каноэ и байки про привидения у костра.

Мы остановились у знака "Мертвая зона" – дурное предзнаменование, если такое вообще возможно, – прямо перед опушкой леса. Руссо достал из карманов три маленьких фонарика и протянул один Мэтту, другой – мне, а третий оставил себе.

– Теперь это кажется настоящим, – сказал я. – Ребята, вы уверены, что хотите провести так ночь? Я имею в виду, отдать мне все свои деньги?

– Тссс, – Мэтт показал мне средний палец. – Надеюсь, ты взял с собой кошелек. Я ни за что не проиграю это пари.

Я ожидал, что Руссо тоже начнет нести чушь, но его лицо было бесстрастным, а взгляд – отсутствующим. Думаю, он тоже начал осознавать реальность того, что нам предстояло сделать. Он то и дело оглядывался через плечо на свою машину – как будто привязал к ней веревку, которая удерживала его в безопасности.

Он повернулся к нам и протянул вперед руку.

– Хорошо. Пора делать ставку.

– Кто тебя назначил хранителем денег? – спросил я.

– Потому что это я принес карту и фонарики, придурки. И плюс, я самый ответственный.

Мы с Мэттом переглянулись а потом достали несколько скомканных купюр и сунули их в руку Руссо. Я искоса взглянул на него.

– Откуда нам знать, что ты их не украдешь?

– Мне не нужно жульничать, – отрезал Руссо, засовывая деньги в карман. – Я уже думаю о том, на что потрачу деньги после того, как выиграю.

– Никакие деньги в мире не помогут тебе найти девушку, – сказал Мэтт, и мы оба не смогли сдержать смех.

Руссо ухмыльнулся.

– Очень смешно.

Но смех застрял у меня в горле. Потому что внезапно стало намного темнее, а температура, казалось, упала на десять градусов.

Я слышал, как Руссо и Мэтт пробираются сквозь заросли сорняков и кустарника позади меня, пока я шел в сторону леса. В воздухе пахло сухой травой и приближающимся дождем, а с каждым моим шагом стая саранчи становилась все ближе и громче.

Сумерки начали окутывать лес, словно огромная темная рука, и под светом полной луны я почувствовал, как по моей коже побежали мурашки, а волосы на руках встали дыбом. По лицу потекли холодные капли пота, я почувствовал соленый привкус на языке.

Мы одновременно включили фонарики, и тусклые лучи осветили всего несколько футов вокруг, словно слабые пальцы, а затем погасли в темноте.

– Эти фонарики – отстой, – заявил Мэтт, сбивая бейсболку с головы Руссо.

– Эй. – Руссо порылся в траве и нашел свой головной убор. – Я взял запасные батарейки.

Не знаю почему, но в тот момент я представил, как разворачиваюсь и бегу к машине. Я просто не мог избавиться от ощущения, что кто-то идет за нами. Мне казалось, что за мной наблюдают.

Мне не нравилось нарушать границы частной собственности, но я бы никогда не успокоился, если бы струсил. А Молли могла бы подумать, что я трус. Этого я допустить не мог. Кроме того, на кону были деньги на пиво. Кто не любит выпить бесплатно?

Чуть позже мы остановились, чтобы попить воды. Но тут мой взгляд кое-что зацепил. К одному из деревьев был прибит старый указатель со стрелкой и надписью "Туннель Зеленого человека", вырезанной под изображением черепа.

– Почему его вообще так называют? – спросил я, запивая водой.

– Ты это серьезно? – Руссо посветил на меня фонариком. – Ты правда не знаешь?

– Тише, – прошептал Мэтт, – и чувак, ты что, родился под чертовым камнем?

Я толкнул его.

– Просто хочу знать, во что я ввязываюсь.

– Немного поздновато для этого, придурок, – Мэтт оттолкнул меня.

– Хватит вам, ребята. Легенда гласит, что... – Руссо не направлял фонарик себе под подбородок и не делал ничего жуткого. Ему это было не нужно. Потому что мы с Мэттом тут же замолчали и стали слушать.

– Что... Зеленый человек был шахтером, в которого ударила молния рядом с туннелем, из-за чего его кожа стала темно-зеленой. Люди видели его призрак здесь после полуночи, когда он искал души для заклания. Но говорят, дело было не только в молнии. В туннеле самом по себе водятся призраки. Странный временной вихрь. Например, если кто-то проведет там месяц, то выйдет на десять лет старше…

– Это жутко, – сказал я, чувствуя, как сердце уходит в пятки. – Что будет, если мы проведем там ночь?

Он пожал плечами.

– Может, мы потеряем месяц из нашей жизни.

– Что за чушь, – возразил Мэтт. – Зеленый человек был реальным человеком.

– Да, ладно?! – одновременно произнесли мы с Руссо.

Мэтт кивнул.

– Я знаю о нем все. Когда он был ребенком, друзья подбили его забраться на троллейбусную линию, чтобы посмотреть на птичье гнездо. Он случайно коснулся провода под напряжением, и тот взорвался, ударив его 22 000 вольт чертового электричества! У него расплавились глаза, нос и рука, а от ожогов кожа стала темно-зеленой. Вот почему его прозвали Зеленым человеком.

– Вау, – сказал я. – Это, типа, самая печальная история на свете. И все из-за электричества. Но почему они назвали туннель в его честь?

– По месту обитания. Он бродил здесь по ночам. Днем он никогда не выходил, потому что люди его боялись. Мой отец и его друзья знали его. Они приносили ему пиво и сигареты, чтобы сфотографироваться с ним. Они говорили, что на самом деле он был очень хорошим парнем. Жаль, что какие-то придурки называли его Зеленым монстром.

– Какая веселая история, – вмешался Руссо. – Но мне больше нравится моя версия. Мертвый шахтер бродит по холмам ночью. Я бы посмотрел этот фильм.

После еще одной мили пути взору наконец предстал заброшенный туннель. Он находился примерно в сотне ярдов от нас и был встроен в склон холма, словно открытый рот. Его бетонные губы осыпались, а груды соли внутри напоминали гротескно бледный язык.

Не было ни дороги, ведущей внутрь, ни дороги, ведущей наружу; это была просто случайная дыра, соединяющая ничто с небытием.

Теперь мы шли втроем, плечом к плечу, но наши шаги были далеки от синхронных. Наверное, из нас получился бы худший взвод на свете.

– Кажется, это была плохая идея, – сказал Мэтт. Но это не помешало ему достать телефон и сделать пару фотографий, чтобы запечатлеть наше путешествие. – Не буду врать. Я сейчас немного напуган.

– Если ты хочешь повернуть назад, – заметил Руссо, – я буду только рад оставить себе твои деньги.

Мэтт усмехнулся.

– Не надейся, придурок.

Тяжелыми шагами мы пересекли грязную гравийную площадку и подошли к входу в туннель. Там было тихо, как будто все звуки поглощала тьма. Никто из нас не сложил ладони рупором и не крикнул в темноту, как это делают в фильмах. Думаю, мы слишком боялись потревожить что-то – или кого-то.

– Подождите! – сказал Мэтт. – Ребята, вы это слышали?

Я огляделся, но ничего не увидел.

Когда я снова повернулся к туннелю, из него с визгом вылетело что-то и направилось прямо на меня. Я пригнулся, а затем оттолкнул Мэтта в сторону. Мы повалились на землю.

– Это просто летучая мышь, – нахмурился Руссо, глядя на нас. – Они тут повсюду.

– Ага, конечно. – Мэтт отряхнул штаны. – Я напишу это на твоем надгробии.

После неловкой и напряженной паузы мы оба глубоко вздохнули и заулыбались.

Затем мы вошли в туннель.

– Странный запах, – прошептал я, прикрывая нос рубашкой. – Как будто пахнет серой. Как будто здесь кто-то умер. Я посветил фонариком на Мэтта. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, и я слышал, как он всхлипывает. Я положил руку ему на плечо. – Прости, дружище. Сохраняй спокойствие. Мы справимся.

Пройдя еще несколько шагов, мы подошли к куче соли, которая преграждала нам путь. Зажав фонарик в зубах, я начал взбираться наверх. Соль царапала мои руки и забивалась в ботинки. Я слышал, как мои друзья поднимаются следом за мной.

Через несколько минут я уже спрыгивал с другой стороны и плюхнулся в чертову лужу. Мои ботинки тут же наполнились водой, а носки промокли.

– О, прекрасно.

Однако, когда я сделал еще один шаг вперед, я перестал чувствовать землю под ногами. Я попытался удержать равновесие, но только размахивал руками и понимал, что попал в беду.

Я закрываю глаза. Ощущение падения. Все происходит за считаные секунды. Вот я шагаю, а вот земля под ногами уходит, вот я лечу вниз, в яму.

Время словно остановилось, и я с трудом осознал, что у меня адски болит голова.

* * *

Я открыл глаза.

Они прислонили меня к небольшой куче соли. Я потрогал шею и почувствовал резкий укол, похожий на след от укуса. Должно быть, я поцарапался, когда падал.

– Ты уверен, что с тобой все в порядке? – спросил Руссо. – Ты упал в довольно глубокую яму, приятель. Я целую вечность вытаскивал тебя оттуда. Был соблазн бросить тебя.

Мэтт хихикнул.

Я этого не слышал.

– Забудьте об этом, – отмахнулся я. – Я в порядке.

Я стал искать фонарик, но не смог его найти. Должно быть, я потерял его там...

Руссо вложил мне в ладонь новый.

– Не волнуйся. Я взял запасной.

– Спасибо.

Когда я включил его, то заметил что-то на потолке прямо над нами. Там сидела летучая мышь и наблюдала. Мне это напомнило Эдгара Алана По и его ворона. Смерть где-то рядом.

– Как давно эта штука здесь? – спросил я. – Немного жутковато, не правда ли?

Руссо поднял глаза и пожал плечами.

– Наверное, все в порядке. Раз она здесь сидит, значит тут безопасно. В любом случае нам нужно разбить лагерь.

– Прямо тут?

– Да. Ты был без сознания какое-то время. – Он прислонил топор к стене, затем включил светодиодный фонарь и поставил его на землю. – Всего две ночи, помнишь? А потом можно будет хвастаться всю жизнь.

Он поставил рюкзак на землю и начал доставать бутылки с водой и другое снаряжение. Я все еще держалась за пульсирующую от боли голову, пока они с Мэттом ставили палатки. Прочные на вид, не то что моя.

Как бы то ни было, мне удалось поставить палатку – хлипкую, которую я нашел в подвале родителей перед тем, как уехать из дома. В одном из углов была дыра, и я боялся, что туда заползет крыса в поисках тепла.

Закончив с палаткой и забравшись внутрь, я развернул спальный мешок и лег. Несколько минут мы втроем молча лежали в своих отдельных, застегнутых на молнию палатках, боясь заговорить.

Я слышал только сводящий с ума капающий звук, падающая капля воды, еще одна, и еще, стекающей с потолка снаружи моей палатки. Я ненавидел этот звук. С тех пор как я провалился в эту дурацкую яму, у меня на сердце было тяжело. Как будто часть меня все еще была там, внизу, в яме, совсем одна.

Может, так и было? И это был всего лишь кошмар? Воспаленная фантазия в моей разбитой голове? По спине у меня пробежал холодок, словно тысяченожка пробежала по телу. Я вздрогнул. В висках вспыхнула боль.

Через какое-то время мы втроем расстегнули молнии на наших палатках и легли на живот у входа в каждую из них. Руссо выключил фонарь (слетелось слишком много насекомых), но фонарик оставил включенным.

Мы слишком устали, чтобы возвращаться и рубить дрова для костра, и слишком волновались, чтобы пить ром, но все равно говорили о всяких обычных вещах – девушках, музыке, фильмах ужасов, – пока Руссо снова не упомянул "Зеленого человека". Его лицо стало смертельно серьезным.

– Знаешь, есть еще одна версия этой легенды. – На этот раз он действительно посветил фонариком себе под подбородок, и из-за покрытых мхом стен его лицо засияло желтовато-зеленым светом. – Говорят, какой-то парень зарубил здесь топором кучу людей. Говорят, что по ночам до сих пор слышно, как его жертвы зовут на помощь. Просто кричат и кричат и...

– Этого достаточно, – отрезал я. – Мы поняли суть.

– Кричит и кричит...

– Серьезно, чувак. Заткнись уже.

– Не указывай мне, что делать!

Мэтт смеялся над нами.

– Вот вы придурки! Расслабьтесь...

Внезапно я услышал приближающиеся шаги, и мы втроем замерли. Руссо выключил фонарик, и в туннеле стало совсем темно.

– Ты... ты это слышишь? – прошептал я.

Шаги становились все громче и громче. Затем они стихли, как будто кто-то остановился в трех метрах от нас.

Минуту спустя шаги начали стихать, но куда они направлялись – вглубь туннеля или к выходу? В каком-то смысле казалось, что звук проходит прямо сквозь нас, вызывая леденящие душу ощущения.

– Что. Это. Черт возьми. Было. Это? – Прошептал Мэтт. – Серьезно, что за...

– Ш-ш-ш!

Я не видел своих друзей, но предполагал, что они напуганы не меньше меня. Время, казалось, растянулось, стало размытым, а затем вывернулось наизнанку.

В тот момент я отчаянно хотел оказаться рядом с Молли. Или дома, за просмотром фильмов с отцом. Или на прогулке в парке с мамой, если бы она была жива. Я подумал о том, чтобы просто оставить все свои вещи и выбежать из туннеля. Мысль о том, что я больше никогда не увижу Молли или отца, наполнила меня печалью и паникой, но я был слишком парализован, чтобы пошевелиться.

Я включил фонарик и выбрался из палатки. Я снова услышал странный звук. Я посветил фонариком в сторону входа в туннель.

– Черт, что это было?! Тут кто-то есть...

Я услышала, как совсем рядом послышалось прерывистое мужское дыхание. Я побежал к палаткам Мэтта и Руссо.

– Кто-то идет!

Они вскочили на ноги. Опустив взгляд, я понял, что держу в руках топор Руссо.

– Что за черт? – прошептал Мэтт, взглянув на меня. Но он, должно быть, тоже услышал шум, потому что на его лице отразился ужас. Как и на лице Руссо.

– Он здесь! – сказал я, когда Мэтт и Руссо бросились от меня прочь, углубляясь в туннель. Я смотрел, как их фонарики освещают осыпающиеся стены и потолок.

Нет времени думать...

Я побежал за ними так быстро, что у меня перехватило дыхание. Я почувствовал вкус крови на языке. Я бежал так, как никогда в жизни не бегал, даже с тяжелым топором в руках.

Мое сердце бешено колотилось, пока я пробирался вперед в тусклом свете фонарика. Вдалеке я видел движущиеся тени, но в конце концов потерял их из виду. Казалось, что туннель тянется бесконечно.

Я заблудился, все вокруг изменилось.

Но я был не один.

Зеленый Человечек!

Я чувствовал его присутствие всеми своими нервными окончаниями. Может быть, мне удастся спрятаться. Я выключил фонарик и затаил дыхание.

Я стоял где-то посреди темного туннеля, весь в поту, дрожа от озноба, с лязгающими зубами. И неужели на моих губах выступила пена?

Это было самое странное, безумное мучение, которого я никогда раньше не испытывал. Потому что где-то в глубине моего угасающего сознания я понимал, что мы все-таки не побьем рекорд. Нет, это была наша последняя ночь в туннеле.

Внезапно я услышал, как позади меня кто-то крадется. Я поднял топор, развернулся и замахнулся.

И в этот момент я понял, что если в этом месте еще не было привидений, то скоро оно ими наполнится.