332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Рой Медведев » Неизвестный Сталин » Текст книги (страница 59)
Неизвестный Сталин
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:26

Текст книги "Неизвестный Сталин"


Автор книги: Рой Медведев


Соавторы: Жорес Медведев

Жанр:

   

Политика



сообщить о нарушении

Текущая страница: 59 (всего у книги 60 страниц) [доступный отрывок для чтения: 21 страниц]

Много пометок сделал Сталин на страницах романа Льва Толстого «Воскресение». Прочитав размышления князя Нехлюдова о том, что если люди будут следовать заповедям Нагорной проповеди, то наступит на Земле Царство Божие, Сталин написал на полях: «Л. Т. Ха-ха!». И эта же надпись «Ха-ха!» вместе с отчеркиванием красным карандашом сопровождает слова Толстого о гармонии в природе и дисгармонии в обществе – как и другие места романа. В одном из словарей против изречения, говорящего о народной любви к хорошему правителю, Сталин написал: «Лучше пусть боятся, чем любят». Именно этому правилу следовал Сталин всю свою жизнь.

В последние недели жизни Сталин читал и просматривал несколько книг по архитектуре и строительству. Такие книги и журналы Сталин стал выписывать еще в конце 1940-х годов. В это время по его инициативе в Москве начали строиться высотные здания, и Сталин в беседах с архитекторами удивлял их знанием некоторых профессиональных деталей их ремесла. Несколько журналов и книг по архитектуре лежали еще 5 марта 1953 года у изголовья Сталина на широкой вертящейся этажерке для книг. Сталин любил читать книги, лежа на диване. Последние бандероли и пакеты с книгами в адрес Сталина были получены в его секретариате в самом конце февраля 1953 года. Но Сталин не успел их даже пролистать.

Судьба и смерть матери Сталина

Жизнь и судьба Екатерины Георгиевны Джугашвили никогда не занимали заметного места в мыслях и чувствах ее сына – Иосифа Сталина. Историк Владимир Антонов-Овсеенко в очерке «Сталин и его время» утверждал, ссылаясь на свидетельства некоторых грузинских большевиков и их родственников, что Сталин грубо и цинично отзывался о своей матери и приказал тщательно следить за ней, поручив это двум наиболее доверенным женщинам-коммунисткам [697]697
  Вопросы истории. 1996. № 4. С. 45.


[Закрыть]
. Это – явный вымысел, хотя и противоположные свидетельства о внимании и любви, которые испытывал Сталин к матери, также не соответствуют действительности. Дочь Сталина Светлана писала, что «он был плохим, невнимательным сыном, как и отцом и мужем… Все его существо было посвящено политике, борьбе, – поэтому чужие люди были для него важнее и значительнее близких» [698]698
  Аллилуева С.Двадцать писем к другу. С. 145–146.


[Закрыть]
.

Весной 1904 года, после бегства из первой ссылки в Сибирь, Сталин провел несколько недель у матери в небольшом грузинском городе Гори. Это была их последняя продолжительная встреча. Приближалась революция, и Сталин, ставший уже заметной фигурой среди большевиков Закавказья, не мог отдыхать. Он работал в Тифлисе и Баку, в Батуми и Кутаиси, выезжал в Петербург и Финляндию, заботился о транспортах с оружием. В 1905 году Сталин женился. По одной из версий, невесту для сына нашла его мать. Это не так. С Екатериной Сванидзе Сталина познакомил его близкий приятель по Тифлисской семинарии и брат Екатерины Александровны Сванидзе. Позднее известный в Грузии и Москве Алеша Сванидзе был арестован, приговорен к высшей мере наказания и расстрелян 20 августа 1941 года, о чем Берия лично доложил Сталину в тот же день.

В 1907 году Сталин с женой и маленьким Яковом перебрался на жительство в Баку. Он был в тюрьме, когда Екатерина умерла от пневмонии. Тюремные власти разрешили Сталину присутствовать на похоронах. После смерти жены Сталин приезжал в Грузию по партийным делам, но встречаться с матерью у него не было ни возможности, ни нужды. После еще двух арестов и ссылок Сталин покинул Закавказье и ничего не знал о жизни и судьбе матери. Ничего не знала о сыне более десяти лет и Екатерина Джугашвили. Она была слишком далека от политики и могла лишь молиться о благополучии своего Сосо, продолжая, как и прежде, работать прачкой, швеей и прислугой у богатых соседей.

После Гражданской войны в мае 1921 года Сталин отправился на лечение и отдых в г. Нальчик. Отсюда в конце июня он выехал в Тифлис, где за несколько месяцев до этого к власти пришли большевики. Как народный комиссар по делам национальностей и как член Политбюро ЦК РКП (б) Сталин участвовал в работе пленума ЦК КП(б) Грузии, встречался с партийными лидерами республики, большую часть которых знал и раньше. Он виделся с семьей Сванидзе и со своим сыном Яковом, которого взял в Москву, в свою новую семью.

Он не встречался с матерью, но просил новых руководителей Грузии позаботиться о ней. В книге Дмитрия Волкогонова о Сталине говорилось, что его мать была в Москве в гостях у сына в 1922 году [699]699
  Волкогонов Д.Триумф и трагедия. С. 37.


[Закрыть]
. Этот факт, однако, не подтвержден никакими документами. В апреле 1922 года вторая жена Сталина Надежда Аллилуева вместе с маленьким сыном Василием провела несколько недель в Грузии. Она встречалась с матерью Сталина и передала той первое письмо сына: «16 апреля 1922 г. Мама-моя! Здравствуй! Будь здорова, не допускай к сердцу печаль. Ведь сказано: „Пока жив – радовать буду свою фиалку, умру – порадуются черви могильные“. Эта женщина – моя жена. Постарайся не дать ее в обиду. Твой Сосо». Следующее письмо Сталин написал лишь 1 января 1923 года, и оно было еще короче: «Мама-моя! Здравствуй! Живи десять тысяч лет. Целую. Твой Сосо» [700]700
  Иосиф Сталин в объятиях семьи: Сб. док. М., 1993. С. 6, 8.


[Закрыть]
.

Более подробные письма Екатерина Георгиевна получала с осени 1922 года от Надежды Аллилуевой. О жизни и судьбе сына Екатерина Джугашвили узнавала и от других людей, проявлявших теперь немалое внимание к матери Сталина, которая не говорила по-русски и не могла читать и писать по-грузински.

Но Сталин мало интересовался жизнью матери и, отдыхая в Грузии, не приглашал ее побыть рядом с ним. Не посещал Сталин и Гори, где еще при его жизни в небольшом доме семьи Джугашвили, который был обнесен большим, отделанным мрамором павильоном, был устроен музей И. В. Сталина. Этот музей несколько раз закрывался, но сегодня он снова открыт, обновлен и не страдает от недостатка посетителей. Здесь много фотографий и портретов молодого Сталина и его матери. Несколько лет назад в музее появился портрет отца Сталина – Виссариона Джугашвили, сапожника по профессии, умершего при невыясненных обстоятельствах в конце позапрошлого века. Позднее Сталин никогда не упоминал об отце, и даже дата его смерти не приводится ни в одной из официальных хронологий жизни и деятельности Сталина. Портрет Виссариона Джугашвили был «найден» только в 1989 году. Внешнее сходство со Сталиным очевидно, но некоторые из биографов считают этот портрет подделкой.

Лидеры Грузии не могли, конечно, проявлять равнодушие к матери Сталина, власть которого непрерывно усиливалась и чья жестокая воля ощущалась во всех уголках необъятного Советского Союза. Руководители республики настояли, чтобы Екатерина Джугашвили переехала в Тифлис, где в ее распоряжение предоставили флигель небольшого дворца в центре города, – в прошлом здесь была резиденция российского наместника на Кавказе. Мать Сталина перебралась в столицу Грузии со своим скарбом и заняла в отведенной для нее части дворца только одну комнату. Когда кто-либо из руководителей Грузии выезжал в Москву, Екатерина Георгиевна диктовала письмо сыну. Она отправляла ему и посылки – с кавказскими сладостями и вареньями. В ответ Сталин отправлял матери немного денег и короткие записки, которые Екатерина Георгиевна бережно хранила, их было всего восемнадцать за 16 лет (1922–1937 гг.). Позднее они хранились как «секретные» документы в одном из фондов Сталина при Институте Маркса – Энгельса – Ленина. По заданию ЦК КПСС историк Шота Чивадзе перевел письма Сталина на русский язык, но сохранил у себя черновики переводов. Незадолго до смерти Чивадзе передал эти черновики своему сослуживцу профессору Леониду Спирину, который первым поведал о них общественности [701]701
  Независимая газета. 1992.13 авг.


[Закрыть]
. Сегодня письма Сталина и Надежды Аллилуевой Екатерине Джугашвили хранятся в Архиве Президента Российской Федерации в бывшей кремлевской квартире самого Сталина. Здесь с ними смог ознакомиться и Эдвард Радзинский, который рассказывает о них едва ли не как о своем новейшем открытии [702]702
  Радзинский Э.Сталин. С. 28.


[Закрыть]
.

Сталину было трудно писать матери не только из-за занятости. Он хорошо говорил, иногда читал по-грузински, но у него не было нужды писать на этом языке. В семье Сталина долгое время жил сын профессионального революционера Артема (Федора Сергеева), погибшего в 1921 году в одной из аварий. Сталин называл Артема другом и взял его малолетнего сына, также Артема, в свой дом, в одну комнату с маленьким Василием. Через 70 лет в одном из интервью на вопрос: «Приезжала ли в Москву мать Сталина?» – Артем Федорович Сергеев ответил: «Она всегда жила в Тбилиси. Я помню, как он однажды сидел и синим карандашом писал ей письмо. Одна из родственниц Надежды Сергеевны говорит: „Иосиф, вы грузин, вы пишете письмо матери, конечно, по-грузински?“ Знаете, что он ответил? „Какой я теперь грузин, когда собственной матери два часа не могу написать письма. Каждое слово должен вспоминать, как пишется“» [703]703
  Правда. 1991. 2 янв.


[Закрыть]
.

Самое большое письмо матери Сталин написал в марте 1934 года, через полтора года после самоубийства Надежды Аллилуевой. «Здравствуй, мама-моя! Письмо твое получил. Получил также варенье, чурчхели, инжир. Дети очень обрадовались и шлют тебе благодарность и привет. Приятно, что чувствуешь себя хорошо, бодро. Я здоров, не беспокойся обо мне. Я свою долю выдержу. Не знаю, нужны ли тебе деньги или нет. На всякий случаю посылаю тебе пятьсот рублей. Посылаю также фотокарточки – свою и детей. Будь здорова мама-моя. Не теряй бодрости духа! Целую. Твой сын Coco. 24/111-34 года. – Дети кланяются тебе. После кончины Нади, конечно, тяжела моя личная жизнь. Но ничего, мужественный человек должен всегда оставаться мужественным» [704]704
  Медведев Р.Семья Сталина. Н. Новгород, 1993.


[Закрыть]
. О самоубийстве Надежды Аллилуевой знали очень немногие члены партийного руководства. В официальном сообщении и многочисленных некрологах говорилось о «кончине», «преждевременной смерти», «болезненном состоянии», здесь были слова «смерть вырвала», «смерть скосила». Никакого медицинского заключения о причинах смерти не публиковалось. Внимательный осмотр тела Надежды Аллилуевой производился главным врачом Кремлевской больницы А. Каннелем и врачами Л. Левиным и Д. Плетневым. Их убеждали подписать бюллетень о смерти Аллилуевой от аппендицита, но все трое отказались [705]705
  Общественные науки. 1989. № 4. С. 147.


[Закрыть]
. В 1932 году это не повлекло для них никаких последствий. Слухов появлялось немало, но они не могли дойти до матери Сталина, которой сообщили полуофициальную версию об остром приступе аппендицита.

О матери Сталина очень заботились. Она находилась под наблюдением лучших врачей, ее скромные потребности удовлетворялись за счет государства. У старой женщины, которая большую часть жизни прислуживала другим, более богатым людям, появилась теперь своя прислуга. Но мать Сталина не злоупотребляла новым положением, она сохранила почти все старые привычки и отказывалась от многих предлагаемых ей привилегий. Ей выдали постоянный пропуск в ложу Грузинского оперного театра, но она предпочитала церковь.

Сталин был не единственным и не первым сыном Екатерины Георгиевны. Ей было 16 лет, когда родился ее первенец – Михаил, но он умер через год. Вторым сыном был Георгий, но и он умер в малолетстве. Сталин был третьим. Только в 1990 году историки познакомились с рядом документов из церковных и иных архивов Тифлисской губернии. Они с удивлением обнаружили, что Сталин родился не 21 декабря 1879 года, как говорилось во всех его биографиях, а на год раньше. В первой части метрической книги Горийской Успенской церкви отмечено, что в 1878 году, 6 декабря, у жителей Гори, православных крестьян Виссариона Ивановича и его законной жены Екатерины Гавриловны Джугашвили родился сын Иосиф. 17 декабря того же года он был крещен в церкви протоиреем Хахановым и причетником Квиникадзе. Та же дата рождения имелась и в документах Горийского духовного училища, которое Иосиф окончил с отличием в июне 1894 года [706]706
  Известия ЦК КПСС. 1990. № 11. С. 132–133. Отчество матери Сталина в разных документах писалось по-разному: Георгиевна, Гавриловна, Габриэловна. По новому календарю 6 декабря соответствует 19 декабря.


[Закрыть]
. Мать Сталина вряд ли помнила точный день и год его рождения. Но она хорошо помнила всех своих сыновей. Когда руководители Грузии в конце каждого года приходили поздравить ее с днем рождения «великого Сталина», независимая и острая на язык Екатерина Джугашвили нередко говорила, что именно ее первенец Михаил был способнее, умнее и красивее двух других.

В начале 1930-х годов здоровье Екатерины Георгиевны пошатнулось, она часто болела и почти не выходила из своей комнаты. В июне 1935 года Сталин решил послать своих детей в Тифлис навестить бабушку. В письме от 11 июня он сообщал матери: «Направляю к тебе своих детей. Приветствуй их и расцелуй. Хорошие ребята. Если сумею, и я как-нибудь заеду к тебе повидаться». Много позже Светлана Аллилуева вспоминала: «Я помню, как Яшу, Василия и меня послали в Тбилиси навестить бабушку, она болела тогда. Около недели мы провели в Тбилиси – и полчаса были у бабушки. Она жила в каком-то старом, красивом дворце с парком; она занимала темную, низкую комнату с маленькими окнами во двор. В углу стояла железная кровать, ширма, в комнате было полно старух – все в черном, как полагается в Грузии. На кровати сидела старая женщина. Нас подвели к ней, она порывисто всех нас обнимала худыми, узловатыми руками, целовала и говорила что-то по-грузински. Понимал один Яша, и он отвечал ей, а мы стояли молча… Все старухи – бабушкины приятельницы, сидевшие в комнате, – целовали нас по очереди и все говорили, что я очень похожа на бабушку. Она угощала нас леденцами, и по лицу ее текли слезы. Мы скоро ушли и больше не ходили во „дворец“, и я все удивлялась: почему бабушка так плохо живет? Такую страшную черную железную кровать я видела вообще впервые в жизни» [707]707
  Аллилуева С.Указ. соч. С. 188–189. Столица Грузии сохраняла название Тифлис до 1936 года.


[Закрыть]
.

Здоровье Екатерины Георгиевны продолжало ухудшаться, и осенью Сталин решил сам после многолетней разлуки навестить мать. В республиканской газете «Заря Востока» 18 октября очень большими буквами было напечатано сообщение: «Товарищ Сталин в Тифлисе. Семнадцатого октября утром товарищ Сталин прибыл в Тифлис навестить свою мать. Проведя с матерью весь день, товарищ Сталин отбыл ночью семнадцатого октября в Москву». Подробностей встречи не сообщалось. Лишь через три дня в гости к Екатерине Джугашвили пришли сотрудники ТАСС. Их репортаж с обычными для того времени стереотипами был опубликован 22 октября в «Заре Востока» под заголовком: «Беседа с матерью товарища Сталина». Вот несколько отрывков из этой беседы. «Моя встреча с Сосо… Я не видела его уже порядочно времени. Нездоровится мне, чувствую себя слабой, а при встрече с ним так обрадовалась, словно крылья выросли. Сразу прошли и слабость и болезнь… Спросила я и о внучатах. Я люблю их больше всего на свете, моих Светлану, Яшу и Васю… Время летело незаметно. Вспоминали старые годы, друзей, близких. Он много шутил, смеялись. Долго сидели вместе, и я была очень счастлива, со мною ведь был мой Сосо». «Внимательно и напряженно, – заключали журналисты свой репортаж, – слушали мы медленную речь этой худенькой старушки, подарившей миру величайшего из людей».

Аналогичный репортаж был опубликован 23 октября и в Москве газетой «Правда». Через несколько дней в передовых статьях многих газет зазвучала по-новому тема детей и родителей. Отмечалось, что за годы Гражданской войны, коллективизации и индустриализации многие большевики потеряли связь со своими родными и не знают часто, где и как живут их родители. Долг таких большевиков – проявить внимание и заботу о своих родителях и престарелых родственниках.

По свидетельству Л. Спирина, Екатерину Джугашвили предупредили о приезде сына всего за час до появления Сталина, который решил после проведенного в Гаграх отпуска вернуться в Москву через Тифлис. Сталин приехал с охраной. Екатерина Георгиевна знала, что ее сын большой «начальник» в стране, но плохо представляла его реальное положение. Она спросила: «Иосиф, кто ты теперь будешь?» – «Секретарь Центрального Комитета ВКП(б)», – ответил Сталин. Но его мать плохо понимала, что такое «Секретарь ЦК». Сталин поэтому пояснил: «Вы, мама, помните нашего царя?» – «Как же, помню». – «Ну вот, я вроде царь» [708]708
  Независимая газета. 1992.13 авг.


[Закрыть]
. По свидетельству дочери Сталина, он часто вспоминал некоторые слова матери. «Почему ты меня часто била?» – спросил Сталин. «Вот ты и вырос хорошим», – ответила мать. Прощаясь, она сказала: «А жаль, что ты так и не стал священником».

Здоровье Екатерины Джугашвили не улучшалось. В конце мая 1937 года она заболела воспалением легких. Несмотря на все меры, доступные в те годы врачам, 4 июня поздно вечером мать Сталина скончалась. Об этом немедленно сообщили в Москву Сталину. Он не поехал в Тбилиси, как полагает Э. Радзинский, опасаясь мести людей, уже задетых репрессиями. «Он знал: на Кавказе умеют мстить. И он не посмел приехать в Грузию, проводить ее в могилу. Этого он тоже не забудет: враги не дали ему проститься с матерью» [709]709
  Радзинский Э.Указ. соч. С. 413.


[Закрыть]
. Это не так. Сталин много раз бывал в Грузии и после 1937 года. Но в начале июня 1937 года Сталина мало волновала судьба матери.

В конце мая репрессии в стране ужесточились: только в Москве ежедневно арестовывали сотни людей – крупнейших военачальников, членов ЦК ВКП(б), хозяйственных руководителей, наркомов, ученых и писателей. Были арестованы такие известные полководцы, как М. Тухачевский, И. Якир, И. Уборевич, Б. Фельдман, А. Корк, В. Примаков, В. Путна и другие. С 1 по 4 июня в Москве был созван Высший Военный Совет, на котором присутствовали сотни высших лиц армии. Обсуждалась деятельность «изменников» и «шпионов», пробравшихся в ряды Красной Армии. Выступали Ворошилов и Сталин. Через несколько дней Военная коллегия приговорила всех уже арестованных военачальников во главе с Тухачевским к расстрелу. Готовился июньский пленум ЦК, на котором НКВД был наделен чрезвычайными полномочиями и был подчинен одному Сталину. В стране вводился фактически режим чрезвычайного положения и ничем не ограниченной личной власти. В отдельные дни только в Москве расстреливали до тысячи человек. Государство было парализовано страхом. Сталин просто не думал в эти дни о матери. Во избежание кривотолков он распорядился не помещать в газетах сообщений о ее смерти. Не было поэтому никаких соболезнований и некрологов.

Однако Грузия не могла «не заметить» смерти матери Сталина хотя бы потому, что ритуал похорон занимает особое место в грузинских традициях. В субботу 5 июня все газеты Грузии поместили фотографию Екатерины Джугашвили и следующее сообщение: «Центральный Комитет Коммунистической партии (большевиков) Грузии, Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров Грузинской ССР извещают трудящихся Грузии, что 4 июня в 23 часа 05 минут у себя на квартире, после тяжелой болезни (воспаление легких) при явлениях паралича сердца, скончалась мать товарища Сталина Екатерина Джугашвили». Комиссию по похоронам возглавил Председатель Совнаркома Грузии Г. Мгалоблишвили. В нее вошли старые большевики: А. Кекелия, Г. Стуруа, М. Ниорадзе, Г. Гочашвили. Хотя мать Сталина всю жизнь была глубоко религиозной женщиной, ее было решено хоронить по светскому ритуалу, установленному для выдающихся партийных и государственных деятелей. На следующий день газеты Грузии сообщили о переносе тела Е. Г. Джугашвили из ее квартиры во Дворце правительства на улице Руставели в Дом Красной Армии и Флота. Для желающих проститься с покойной было отведено три дня – 6, 7 и 8 июня; в первые два дня до 10 часов вечера, 8 июня – до 4 часов дня.

Среди десятков венков у гроба на переднем плане выделялись большими размерами два венка с надписями на грузинском языке: «Дорогой и любимой матери от сына Иосифа Джугашвили (от Сталина)» и «Дорогой и незабвенной Екатерине Гавриловне Джугашвили от Нины и Лаврентия Берия». Три дня мимо гроба матери Сталина шли сотни людей со всей Грузии и делегации из соседних республик. Как писали газеты: «Растянувшись на несколько кварталов, до позднего вечера, движется бесконечная лента людей, пришедших отдать последний долг Е. Г. Джугашвили». В печати появился некролог, подписанный руководителями Грузии, с краткой биографией Екатерины Георгиевны. В некрологе можно было прочесть, что у родителей Екатерины Джугашвили, крестьян из селения Гамбарсулы, была не только дочь, но и несколько сыновей, которым они сумели дать образование. Речь шла о близких, по грузинским понятиям, родственниках Сталина. Однако никого из них не было на похоронах, и о судьбе этой ветви родственников Сталина мы ничего не знаем.

8 июня в 4 часа дня состоялась краткая гражданская панихида. В 5 часов 15 минут Л. Берия, Г. Мгалоблишвили, Ф. Махарадзе, В. Бакрадзе, Г. Мусабеков и С. Гоглидзе подняли гроб и вынесли его из Дома Красной Армии. Как писала «Заря Востока»: «Траурная процессия медленно движется по улицам и направляется к Давидовой горе. Многочисленная толпа трудящихся Тбилиси следует за гробом. По высоким нагорным улицам города, под звуки траурного марша, процессия приближается к зданию Мтацминдского музея писателей, недалеко от которого вырыта свежая могила. Минуты последнего молчания» [710]710
  Заря Востока. 1937. 8,9 июня. Музей писателей был создан в 1930-е годы на месте ныне восстановленного храма. Кладбище при нем имеет неофициальный статус Пантеона Грузии.


[Закрыть]
. С короткими речами выступили представители грузинского правительства, а также руководители Азербайджана и Армении, народный артист СССР Акакий Хорава, представители трудовых коллективов города. В 6 часов 50 минут гроб с телом Екатерины Джугашвили опустили в могилу. Там, недалеко от могил А. Грибоедова и Н. Чавчавадзе, нашла вечный покой мать Сталина, простая крестьянка, швея и прачка, которая мечтала, чтобы ее сын стал священником, и не желала видеть в нем нового бога или царя, дарованного нам судьбой или революцией. Она продолжала верить в Бога на небесах, но ее гроб опустили в могилу под звуки «Интернационала».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю