Текст книги "Развод по щучьему велению (СИ)"
Автор книги: Рони Райт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Развод по щучьему велению
Глава 1
Дверь с грохотом распахнулась, и в квартиру вошел муж, подобно викингу, вернувшемуся с победой. Лёня сиял, как медный пятак.
– Голодный? Сейчас ужин готовить буду.
В одной руке муж держал пакет, во второй – внушительных размеров щуку, которая, казалось, вот-вот начнет возмущаться по поводу столь бесцеремонного обращения.
Из пакета выглядывали еще несколько рыбешек поменьше, заиндевевшие, словно новогодние игрушки.
Я бросила взгляд на часы. Шесть вечера. Как обычно, никаких предупреждений, никаких звонков. Сходил, называется, за хлебушком.
– Лиля, смотри, какой крокодил! – гордо провозгласил муж, занося рыбу в квартиру с видом триумфатора. – Килограмма три, не меньше! Сейчас нажарим, пальчики оближешь.
Чистить и потрошить рыбу, а потом и готовить, конечно, предстоит мне. Лёне же останется только облизывать пальчики.
– Ты же за хлебом ушел?
Где он только эту щуку откопал? В нашем городском пруду, где, кроме ржавых велосипедов и потерянных мобильников, ничего не водится?
– По дороге встретил Андрюху, заскочили на производство – вот экспериментальный образец.
Он швырнул рыбу на прогулочную коляску Гриши, с которой я только вчера оттерла засохший компот.
От этой картины у меня задергался глаз.
Коляска, между прочим, не из дешевых! А этот… рыбак… использует ее как садок на колесах! Она пережила зиму, весну, осенние лужи, но рыбный запах её точно добьёт.
Из детской выбежал Гриша. На его лице было восторженное изумление, пока он рассматривал рыбину с неподдельным интересом.
– Папа, а рыбка спит? – с серьёзным видом спросил сыночек, осторожно дотрагиваясь до щучьей чешуи и дергая за плавник.
– Спит-спит, – ответил Леонид, занятый тем, что стягивал ботинок. – Богатырским сном.
– Лёнь! Ты совсем сдурел?! На коляску рыбу класть?! Да еще и всю эту мелочь туда же!
Муж недоуменно посмотрел на меня.
– А чё такого? Коляска чистая. Гриша-то в санках катается.
Меня затрясло.
– Вот именно! Чистая! А вот эта рыба, наверное, всех бацилл подледного мира собрала!
– Не придумывай. Экопродукт! – он чмокнул пальцы, собранные горстью.
Я стояла у гладильной доски и бормотала себе под нос что-то про «жизнь как анекдот». Про несправедливость бытия и пустой холодильник.
Гриша решил, что раз рыбка спит, то её нужно устроить как следует. Схватив щуку за хвост, он помчался ко мне, гордо размахивая уловом, и громко крикнул:
– Спокойной ночи, рыбка!
Щука приземлилась на идеально выглаженную стопку белья на кровати.
Гриша заботливо попытался накрыть ее одеялом.
Я замерла. Минуту назад наволочка белела, как зимний пейзаж на открытке. Теперь же её «украшало» пятно, от которого пахло так, будто рыба решила отомстить за своё пленение.
Внутри меня закипело возмущение.
– Гриша! – взвизгнула я, хватая щуку двумя пальцами, словно радиоактивное вещество. – Ты что наделал?!
Из кухни донёсся довольный бас Лёни:
– Лиля, сейчас все организуем!
Он вошёл в комнату, весело размахивая разделочной доской.
– Ты совсем?! – Я сунула рыбу ему под нос. – В коляску рыбу класть. На белье кидать?!
– Да ладно тебе, Лилька, – пожал плечами муж. – Коляску спиртовой салфеткой протрешь, бельё постираешь в стиралке, и делов-то. Не сердись.
– Ты серьёзно? – в моём голосе зазвенели нотки, которые предвещали шторм. – Ты знаешь, сколько сил я трачу, обстирывая, готовя, убирая, занимаясь с сыном?! Никакого уважения, никакой помощи! А это пятно! Оно вообще может не отстирается!
Он потупил взгляд, но на лице всё ещё играла легкомысленная улыбка.
– Купим новую, Лиля, я ж добытчик, – проговорил он с апломбом. – Семью кормлю, рыба, между прочим, экологичная и диетическая. А ты всё брюзжишь.
– Добытчик? – повторила я, сузив глаза и смерив его убийственным взглядом. Это он про свою мизерную зарплату или про тех мальков, которых тайком утаскивает с производства. Так, только он их и ест. – Ты своими «трофеями» больше проблем приносишь, чем пользы. Ты хоть понимаешь, что мы еле-еле сводим концы с концами? Лучше бы работу нормальную нашел! Или с Андреем поставь вопрос ребром – пусть нормально платит.
– Горбатясь на работе, можно заработать только горб! – сказал он, гордо. – А с Андрюхой мы новую бизнес тему обмозговали, наконец-то признал мой стратегический гений.
– Пап, а давай покажем маме, какой ты новый стар-тер-гический танк купил, – подбежал радостный Гриша и подергал Лёню за штанину.
Вместо ответа муж выпучил глаза и стиснул губы, всем видом показывая сыну, что тот проболтался.
– Опять тратишь деньги на свои компьютерные игрульки?
– Это отдых, мы с Гришей так вместе время проводим, ты же сама хотела, чтобы мы были ближе.
Я знаю это совместное времяпрепровождение: Лёня сидит за компьютерной игрой и тянет пиво, а сын стоит рядом, переминаясь с ноги на ногу, и неотрывно лупит глаза в экран.
– Лёня! Новогодние каникулы, а у нас в холодильнике шаром покати. А ты нет бы счета оплатить, танки покупаешь.
– Наконец от этой горы жратвы холодильник освободили, – он отмахнулся.
Хотела напомнить, что эту «гору» я наготовила специально, чтобы угодить его родне.
Его родители приезжали погостить и повидаться с внучком на Новый год.
Сами они люди не плохие, но раздражают бесконечными разговорами о его первой любви – Танечке и такими же бесконечными сравнениями меня с ней.
Кроме того, заявились они, со своеобразными гостинцами.
– Не помню, чтобы ты отказывался есть. Уплетал за обе щеки и нахваливал.
– Ага, теперь ни в одну рубашку влезть не могу. Откормила как на убой. Только футболки остаются.
– Зачем тебе рубашка-то? Свататься, что ль к кому намылился? – подколола его.
– Нужна для солидности. Новое дело начинаю, – я закатила глаза, ох уж эти его прожекты. – Пора на ЗОЖ переходить. Чтоб как у нормальных людей в холодильнике не таз хрючева с майонезом, а йогурты, зелень.
– Ты на них заработал? На йогурты? И кто это в твоем понимании нормальные? Танечка твоя? – Судя по рассказам его матери – щепка, а по емким добавлениям его отца – еще и обладательница третьего размера. И мастерица на все руки.
– А хоть бы и Таня. Это не важно, важно питаться правильно, – он скривился.
– Питайся. Замороженная зелень на балконе, можешь начинать грызть, – сказала обиженно, вспоминая, сколько времени у меня ушло на одни салаты, не считая горячего к праздничному столу.
– А кое-кому и на одних съеденных новогодних салатах продержаться можно. – Он больно ткнул меня пальцем в бочок, туда, где после родов еще угадывалась талия. – Сейчас вот рыбку с овощами приготовим. Овощей то вон – полный балкон, родители из деревни тонну навезли, надо есть, а то пропадут, – сказал он про мороженную картошку и огурцы с перцами и баклажанами, находящимися, судя по виду, в криогенной заморозке. – Посидишь на овощах, похудеешь, а то совсем себя запустила. Скоро хрюкать начнешь.
Он задрал кончик носа пальцем.
В этот момент я почувствовала, как земля под ногами исчезает. Он не просто сказал это. Он сказал и показал это с таким видом, будто я... Я подошла ближе, сжав кулаки.
– Что. Ты. Сказал? – прошипела, чувствуя, как жар негодования поднимается от ступней до самой макушки. – Тоже мне Аполлон нашелся. Когда брал меня в жены, когда делал ребенка, тебя не смущали ни мой вес, ни мои формы, – прошипела, чтобы сыночек не слышал нашей ругани.
– Это было раньше, а сейчас у меня выгодное предприятие намечается. Думаешь, в гараже я просто так околачиваюсь? Нет, это дело перспективное! Деньги рекой польются. Новые связи, закрытые тусовки, – он довольно потянулся. – И к тому моменту ты должна соответствовать моему уровню и похудеть. Бегом, что ли, займись. Иначе…
– Похудеть? – я повторила медленно, выговаривая каждую букву так, будто это были гвозди для гроба его аргументов. – Ты серьёзно? Мне, которая тянет на себе весь дом, ребёнка, стирает твои носки, моет за тобой посуду и умудряется подработки искать еще и бегать? Слушай, «свободный предприниматель», не знаю, что там творится у тебя в голове и кто поселил туда такие мысли, но учти, дорогой – я идеальная и многие мужчины захотели бы быть со мной.
– Пф, конечно, все прям побегут, спотыкаясь.
– Лёнь, уйди от греха.
– Куда? – не понял муж.
– В… гараж этот твой. И рыбу свою вонючую забери.
Глава 2
Лёня обиженно надулся.
– Ты меня выгоняешь? – его глаза округлились, как у кота из мультика. – В такой мороз? Да я ж себе всё отморожу!
– Ты со своей рыбой и так отмороженный, – рявкнула я, переходя на крик. – Иди в свой мифический гараж! Там тебе и место!
Леонид, что-то невнятно бубня про женскую неблагодарность, начал натягивать куртку.
Гриша, который всё это время с интересом наблюдал за нашей перепалкой, вдруг перестал ковыряться в машинках и, нахмурив бровки, повернулся ко мне.
– Папа уйдёт? – его голос дрогнул, а глаза наполнились тревогой.
Моё сердце ёкнуло, но я быстро взяла себя в руки.
– Уйдёт, уйдёт. На рыбалку. Надолго.
Леонид пыхтел в прихожей, пытаясь втиснуть ноги в ботинки.
Он уже стоял в дверях, делая вид, что уходит навсегда, но как-то не очень убедительно.
– Лиль, ну чего ты сразу. Я же о твоем здоровье так забочусь.
– Иди уже! – гаркнула я. – Забери свой улов и ищи себе ночлег. У меня и без тебя голова кругом идёт!
– Иду, иду. Мне есть к кому пойти. Обогреют, приголубят, не волнуйся.
Я захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. В груди щемило от злости и бессилия, но ещё больше оттого, что Гриша, молча стоя у своих игрушек, смотрел на меня с укором.
– Мама… ты папу ругаешь, потому что рыбка была простая, а не золотая?
– Нет, малыш, – поджала губы, чувствуя, как подступают слёзы.
– Не сердись. Эта щука волшебная была, как в сказке, и я загадал, чтобы папа был хорошим и не обижал тебя.
Мой любимый мальчик. Солнышко.
Меня затрясло. Чтобы сын не видел моих слез, я пошла в ванную.
Встала перед зеркалом. На меня смотрела симпатичная, еще не старая женщина с растрёпанными волосами и лишним весом. Повернулась боком, втянула живот. «Похудеешь…» – злобно прошептала я своему отражению.
Я никогда не была худышкой, плюс поправилась после родов. Но ведь он сам говорил, что любит меня такой, какая я есть! Говорил, что я его «аппетитная пышечка», и «в женщине должно быть за что подержаться»! Хотел троих детей, а после первого же сыпет такими комментариями и поперся к той «кто его приголубит».
Закрыла глаза, и на меня словно накатила волна воспоминаний. Гоа. Солнце, песок, кокосовые пальмы.
Наша первая дискотека на пляже.
Лёня – загорелый, в свободной рубашке, – уверенно пригласил меня на танец под луной. Тогда я смеялась и пыталась отнекиваться.
Помню, как коктейль закружил мне голову, и я завалилась на Лёню, когда оступилась в песке.
«Танцую, как слон в балетной пачке» – сказала самокритично, опережая любые попытки понасмехаться.
А он только улыбнулся своей фирменной обезоруживающей улыбкой: «Слоны так не танцуют, поверь. Ты богиня».
И ведь я поверила! Как не поверить такому обаятельному мужчине? Тогда Лёня был… другим. Он был словно магнит, а я чувствовала себя желанной.
Честно, я не привыкла к такому обхождению и, наверное, первый раз в жизни, вдали от дома и от насмешек прошлого, позволила себе расслабиться.
Улыбчивый, он кружил меня в своих объятиях, и мы танцевали до рассвета.
Лёня был как вечный праздник, человек, который знал, как превратить обычный день в незабываемое приключение.
Днем Лёня устраивал экскурсии для туристов, возил их на стареньком джипе к древним храмам, показывал скрытые уголки и даже придумывал для них тематические квесты. Он был любимцем всех, кого встречал.
В его компании невозможно было чувствовать себя несчастной.
Вечерами он превращал пляж в танцевальный рай.
Я вспомнила, как он возил меня на байке по запутанным улочкам маленьких индийских деревень.
Ветер трепал мои волосы, пока я визжала от восторга и страха одновременно. Лёня громко напевал что-то невнятное на хинди, и я не могла перестать улыбаться.
Он посвящал мне свои пляжные дискотеки, танцуя со мной до утра.
Мы строили планы о том, как у нас будет трое детей и дом с террасой. Мы встречали рассветы на пустынных пляжах.
Он показывал мне звёзды, рассказывал, как из них можно сложить «пьяную корову» – только Лёне такое могло прийти в голову.
Романтические ужины… Плед, свечи, бутылка местного вина и фрукты. Он умел окружить вниманием, заставить почувствовать себя особенной. А как он говорил: «Лиля, ты – моя главная находка. Если б я мог, я бы украл тебя и не отпустил никогда».
И что теперь? Тот Лёня, которого я знала, остался там, на Гоа. Загорелый, в рубашке и с ослепительной улыбкой. А здесь, в этой жизни, с ипотекой, счетами и танками, он превратился в… то, что превратился.
Я открыла глаза и повернув кран, быстро вытерла слезы.
Ипотека сама себя не оплатит, а я сижу и распускаю нюни.
М-да… можно сказать, мне еще повезло – утешала себя. Когда я решилась на покупку квартиры, процент по кредиту был низким, зарплата достойной, а уверенность в завтрашнем дне железобетонной.
Из детской послышалось бормотание Гриши.
Я глубоко вдохнула, постаралась собраться и пошла к нему.
– Мамочка, ты плакала? – мое счастье, которое я не променяла бы ни на что бы на свете. Он обнял меня.
– Всё хорошо, солнышко, – ответила я, стараясь звучать бодро. – Мама просто... устала.
– Жалко, а то я кушать хочу.
– Мой сладенький, мама сейчас что-нибудь придумает.
Не время для самокопания. У меня есть сын. И я должна быть сильной. Ради него.
Глава 3
Гриша, наконец, уснул, обняв своего плюшевого ежика. Его маленькие пальчики крепко сжимали игрушку, а на лице застыла лёгкая улыбка. Каждый вечер, укладываясь спать, он обязательно шептал ему что-то на ушко, словно тот был живым. Я смотрела на него и не могла не улыбнуться.
Перед тем как он задремал, у нас состоялся короткий разговор.
– Мам, а ежики тоже кушают? – спросил он, поворачиваясь ко мне с серьёзным видом.
– Конечно, кушают, – ответила я, присаживаясь рядом на край кровати. – Они любят яблочки, грибочки… и даже иногда молоко.
Гриша задумался, щекоча игрушке носик своим пальцем.
– А наш ёжик, что любит?
– Наверное, бананы, как и ты, – улыбнулась я, протягивая ему половинку банана, оставшегося с ужина.
Гриша осторожно «накормил» ежика, а потом поднёс кусочек ко мне.
– Мамочка, ты кушай. Ты же не ела. А ёжику хватит.
Я почувствовала, как защемило в груди, но улыбнулась сыну.
– Спасибо, мой хороший. Кушай сам. Ежик будет счастлив, что поделился с тобой.
– Мам, – вдруг сонно пробормотал он и зевнул.
– Ты ещё не спишь? – тихонько спросила я, улыбаясь.
– А папа вернётся? – прошептал он, обнимая ёжика ещё крепче.
У меня на мгновение сжалось сердце. Я погладила его по макушке, надеясь, что в моём голосе не будет ни одной дрогнувшей ноты.
– Конечно, малыш. Папа просто пошёл прогуляться. Попозже он обязательно вернётся.
Гриша закрыл глаза, но не унимался:
– А ты любишь папу?
Я застыла. Такой простой вопрос. И такой сложный.
– Мы с папой… как солнышко и тучка, – попыталась объяснить я. – Иногда мы спорим, и тогда хмурая тучка закрывает веселое солнышко, но ты для нас – самый дорогой. И мы оба тебя любим.
Гриша улыбнулся, не открывая глаз.
– А я люблю ёжика. И маму. И папу. И кашу с бананом, – сонно пробормотал он и прижался щекой к игрушке.
– Завтра я обязательно тебе ее сварю, – пообещала, целуя его в лобик. – Спи, мой хороший.
Он окончательно погрузился в сон. Я тихонько вышла из комнаты, стараясь не потревожить его покой.
В животе снова громко заурчало.
Поужинать пришлось тем, что недоел сын.
Завтра нужно сходить в магазин. Свободных денег после праздников совсем мало, а остатки декретных, что лежали на карте, для меня что-то вроде неприкосновенного запаса. Тратить их я боюсь, словно эти деньги требуется растянуть на всю жизнь.
Включила компьютер, чтобы проверить биржу фриланса. Может, появились какие-то подходящие задания. Я неловко задела ногой системный блок.
Раздался глухой стук, и боковая крышка отвалилась, открывая взору пыльные внутренности компьютера. Оттуда мне подмигнул высохший, одинокий паук. Видимо, решил погреться у процессора.
– Вот же криворучка, – пробормотала я, пытаясь поддеть паука ватной палочкой.
Открыв окно, отправила мумию паука в свободный полет.
Стоя у окна, взгляд упал на небольшой бархатный футляр, запрятанный в глубине системного блока между проводами, рядом с вентилятором.
Что это? Я точно знаю, что его там раньше не было. Ага, паук принес. В качестве компенсации за моральный ущерб.
Любопытство распирало меня, и я, вернувшись к системному блоку, осторожно достала коробочку. Она была теплой – видимо, процессор хорошо прогрел.
Открыла ее. Внутри лежало кольцо с крупным драгоценным камнем.
Я замерла, чувствуя, как к горлу подступает ком. Это же… Не может быть! Подарок для меня?
Лёня! Видимо… еще не все потеряно.
Я улыбнулась.
Неужели вспомнил… Конец января. Годовщина нашего знакомства!
В тот год я как раз перевыполнила план по поставкам новогодней выпечки и сладостей. Начислили хорошую премию, и я не смогла отказать себе в удовольствии и отправиться на свой первый отдых на Гоа. Там мы и познакомились с Лёней.
Значит, он не забыл! Он купил мне подарок! И спрятал его в компьютере, подобно тому как он прячет свои рыболовные крючки и блесны от Гриши на антресоли.
Наверное, боялся, что я найду его раньше времени. А я… я его выгнала! Назвала бездельником! А он вон, скопил – заработал.
Все равно это не уменьшает обиды и горечи от его жестоких слов.
С начальником опять поругался, а на мне сорвался – начала искать ему оправдания.
Ничего, посидит на голодном пайке в холодке, подумает.
Я задумчиво покрутила колечко, любуясь им с разных сторон. Ну на годовщину, так на годовщину. Решила примерить, но оно оказалось слишком мало. Понимаю, если брать размер побольше, то уже намного дороже. Ничего страшного. Отнесу в ювелирную мастерскую, может расширят. Потом уберу на место, время еще есть.
Засунула пустой футляр на место и прикрутила крышку компьютера.
Страшное предположение ослепило: а вдруг оно не для меня?
А если муж загулял? Только не это.
Трясущимися руками открыла браузер и проверила историю. Ничего криминального. А что у него в соцсети?
Сделала то, что никогда не приходило в голову – открыла его страницу. Мелькнуло входящее сообщение от некой Sweetbaby…
Я открыла переписку, но не успела прочитать – сообщение удалили.
Понятно. С телефона переписывается с ней и тут же стирает. Подлец.
Нашла ее через общих друзей – так вот кто это. Его бывшая Танечка.
Мы как-то шуткой про нее все время. Но, похоже, только для меня являлось чем-то нелепым, что он может к ней уйти.
В сообщении мелькнула и тут же пропала ее откровенная фотография в нижнем белье и сообщение:
«Скучаю»…
Перед глазами поплыли круги. Давление подскочило и во рту стало кисло.
Зажмурившись, я отдышалась, пытаясь совладать с трясучкой.
Зачем он так со мной по-скотски.
Я не давала ему повода, заботилась, не пилила… Почти. Помогла устроиться, когда он вернулся из Индии.
Ребенка ему родила, все как он хотел.
А теперь, когда он более-менее освоился, на горизонте появилась его бывшая.
Для нее он приготовил кольцо. Не для меня.
Тощая селедка! Хотелось плюнуть в ее нахально лыбящуюся рожу на фотографии. Разлучница.
И словно мне было мало этого удара судьбы.
Телефон дрогнул в руке, но не от извинений Лёни.
На экране высветился нулевой баланс на карте.
Внутри все похолодело.
Я приложила ладонь к груди.
Что происходит? Мои последние деньги! Меня взломали?
Дрожь прокатилась по телу и накатила удушающая паника.
Зашла в приложение банка в попытке отменить перевод и заблокировать карту. Голова от шока не соображала, буквы лихорадочно прыгали перед глазами.
Да где же эта блокировка?
Нужно срочно дозвониться до поддержки банка.
Провисела бесконечно долго в попытках победить «робота» в трубке.
Выслушала рекламные предложения, все варианты соединения с оператором, от которых началась изжога.
Так и не добившись связи с живым человеком, оставаясь на линии, с чувством полной безысходности открыла холодильник, чтобы налить молока и унять жжение, но тут услышала тяжелые шаги в коридоре.
– Все жрешь и жрешь, никак не нажрешься. Замок на холодильник повешу, – Лёня появился как черт из табакерки, напугав до жути.
Глава 4
– Меня взломали! – прошептала я едва слышно, пропуская его обидные слова и на мгновение забыв о его проклятой переписке. Сжала телефон так, что побелели костяшки пальцев. – Все деньги списали!
Эта потеря и осознание, что я могу остаться без квартиры, затмили все остальное.
Лёня, стоявший в дверях кухни, даже не вздрогнул. Вместо того чтобы броситься меня утешать или хотя бы выразить сочувствие, он лениво махнул рукой.
– Хорош трындеть, – сказал он буднично, словно речь шла о прогнозе погоды. – Деньги перевел я, поставщику оборудования через банкомат, – он достал из кармана мою карту и потряс ей.
У меня отвисла челюсть. На секунду я просто замерла, не в силах произнести ни слова. Потом воздух всё же нашёл дорогу к лёгким, и я выдохнула:
– Ты?! – голос дрожал от гнева. – Мои последние деньги?! Да как ты… да за что?!
Лёня, нисколько не смутившись, с лёгким шлепком припечатал выпотрошенную банковскую карту ладонью к столу.
– Тише, тише, Лилька. Всё не так страшно. Я же не просто так их перевел. У меня… бизнес-план на мази!
Я уставилась на него, как на человека, заявившего, что он открыл портал в параллельную вселенную.
– Чего?
Ошеломлённо смотрела на него, пытаясь разглядеть в этом человеке своего мужа.
– Короче, сегодня на производстве предложил Андрею стартап, и он согласился. Как все великие я начну в гараже. Там будет экспериментальная рыбная ферма.
Невероятно. Он все-таки сделал это.
– Ты хочешь сказать, – медленно начала я, отчётливо проговаривая каждое слово, – что ты перевел мои деньги, на минуточку, мои последние деньги! Чтобы вложить их в… гаражную рыбоферму?
Лёня улыбнулся, как человек, который только что раскрыл перед толпой главный секрет жизни.
– Скоро верну всё до копейки! И ещё заработаем! Будем своими карасями весь город кормить!
Он сиял, и, кажется, даже ждал, что я его похвалю.
– Ты… Мы на них должны были дотянуть до выплаты! Как ты вообще мог?!
Он, словно не заметив моего возмущения, продолжал расписывать достоинства своего плана:
– Да не кипятись. Представь: свежая, натуральная рыба прямо к столу. Ну, это ж идея века! Ты просто пока не видишь всей картины…
Я закрыла глаза и сосчитала до десяти, чтобы не начать кричать. Но потом поняла, что это бесполезно. Муж никогда не слушал, если у него на уме был очередной «гениальный» план.
Стоп! Он сейчас мне лапшу на уши вешает.
– Я думаю, ты потратил все мои сбережения на любовницу. На эту селедку Танечку. Променял будущее нашего сына на кувыркания в пастели. Оно хоть того стоило?
– Да ты что несешь-то?
– Не отпирайся. Рыбоферма! Я видела вашу переписку. Она тебя ждет.
Он посмотрел на меня с видом человека, который только что услышал, что солнце больше не будет светить.
– Слежку за мной устроила, не ожидал, – он покачал головой.
– Думай что хочешь, но деньги верни, а сам пошел вон. Видеть тебя не могу. Пусть она твои бизнес-идеи оплачивает.
– И не подумаю, – он усмехнулся. – Денежки с Андреем уже в оборудование вложили.
– Тогда я обращусь в полицию.
– Какая же ты. Рубишь все мои идеи на корню. Где та Лиля, с которой я познакомился. Добрая, открытая.
– Ты ее загнал в долговую яму и сверху накрыл крышкой, на которой с любовницей кувыркаешься.
– Знаешь, я хотел дать тебе шанс, поделиться будущими прибылями, но вижу, что ничего не получится. Ухожу к Тане, она ценит меня, и знаешь, что? За это я готов и могу носить ее на руках. Не то что тебя.
– Я подаю на развод! – не собираясь терпеть издевательства, выпалила ему в лицо.
– Отлично. Ты не только денег не увидишь, но и полквартиры я у тебя отсужу.
– Пупок не развяжется?
– Смотри, чтоб у тебя не развязался от обжорства, – никогда раньше он не смел оскорблять меня так, как сегодня.
Лёня заметался по квартире. Его лицо выражало смесь упрямства и какой-то театральной обиды, как у ребёнка, которому отказали в игрушке.
– Начнём новую жизнь! С чистого листа!
Он вытащил мою любимую толстовку – в которой я ходила по квартире когда становилось прохладно, она приятно пахла детским кремом, которым я мазала Гришину кожу.
– О! Толстовочка! – провозгласил он, тряся ею в воздухе. – Помнишь, как я её купил на Гоа? Тогда ещё уговорил продавца сделать скидку, а ты смотрела на меня, как на героя! Теперь буду в ней ходить, вспоминать, какой я был заботливый!
Я сжала кулаки, чтобы поколотить его.
– Положи её на место. Это моя толстовка.
– Ах, твоя? – усмехнулся он, опуская её в свою сумку. – А я думал, мы поделим всё поровну. Ладно, что у нас дальше? – Вот, глянь-ка! Кружечка.
– Ты серьёзно, Лёня? – прошептала я, чувствуя, как обида закипает в груди. – Ты собираешь вещи, которые дороги мне? Только чтобы мне было больнее?
Он остановился на мгновение, оглянулся и хитро улыбнулся.
– Больно? А как думаешь, мне? Ты требуешь деньги, которых у меня нет, унижаешь, будто я ничтожество. Это я ещё слишком мягкий!
Он специально смотрел на меня, проверяя мою реакцию, прежде чем подхватить следующую вещь.
– Положи всё на месте! – воскликнула я, чувствуя, как слёзы начинают заполнять глазам. – Ты уходишь – уходи. Но не надо уносить с собой то, что мне дорого. Это... подло.
Он посмотрел на меня, и на мгновение мне показалось, что его лицо дрогнуло. Но это длилось всего секунду.
– Подло? Да это ты подлая! – бросил он через плечо. – Я только хотел сделать нас богатыми, а ты устроила истерику. Ладно, поживи одна, может, поймёшь, кого потеряла!
– Гришу тоже заберешь?
– Нет, Гриша твой, а жизнь теперь моя. А вот компьютер заберу.
– Он мне нужен для работы, – я встала грудью.
– Ага, сейчас, – он выдернул провода и подхватил системный блок. – монитор так и быть тебе оставляю, все пополам.
– Ну раз уж мы все делим пополам… – я взяла его любимую удочку, которую подарила на день рождения и с треском сломала ее об колено. – Выбирай какую тебе часть.
– Толстая дура. Совсем мозги жиром заплыли? – он метал молнии ненавидящим взглядом.
