Текст книги "Новейшая история ислама в России"
Автор книги: Роман Силантьев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Он отметил, что значительная часть рецензентов солидарна со мной в положительных оценках научного труда Р.А. Силантьева и согласился с тем, что автор должен учесть высказанные замечания в своей дальнейшей работе. Для ЦДУМ особенно значимо, что Патриарх поблагодарил нас за конструктивную позицию по этому вопросу, а также выразил признательность Координационному центру мусульман Северного Кавказа и тем представителям Совета муфтиев России, которые объективно оценили книгу Силантьева. На этом, я полагаю, вопрос с «Новейшей историей исламского сообщества России» исчерпан», – заявил он тогда. И действительно, на этом вопрос с книгой был исчерпан.
В итоге самым пострадавшим в этой истории оказался Равиль Гайнутдин. Неприглядные для него факты из книги была растиражированы центральными СМИ вне своего контекста, в результате чего слухи о связях московского муфтия с различными преступными группировками стали восприниматься мусульманами как реальный факт. Помимо этого, Гайнутдин смог в очередной раз убедится в том, что его точка зрения малоавторитетна для большинства российских муфтиев и почти всех исламоведов, а заодно поссорился с православной общественностью. «Так уж вышло, что Силантьев сорвал овечьи шкуры с волков и показал истинные лица тех людей, которые хотели захватить власть в российском исламе. Теперь этим людям, которые хотели стать единоличными властителями отечественной уммы, следует подумать – а не стыдно ли им за свое прошлое? За предательство близких родственников, учителей и соратников, за реверансы в сторону бандитов и террористов, за оскорбления инаковерующих?», – говорилось в принятом ее активистами обращении. Вряд ли повысился авторитет московского муфтия и в глазах высокопоставленных чиновников, которые воочию убедились в том, что он может устроить масштабный скандал на пустом месте и на основании непроверенных данных спровоцировать межрелигиозный конфликт. Лидеры иудейской общины также не порадовались случившемуся и выразили готовность предъявить Равилю Гайнутдину претензии относительно антисемитских выпадов его сопредседателя Мукаддаса Бибарсова. Зато председатель ЦДУМ получил немало бонусов как мудрый и рассудительный духовный лидер, миротворец и настоящий друг Церкви.
Самолюбие московского муфтия не позволяло ему признать тот факт, что автором такой красивой партии выступил «сумасшедший» Талгат Таджуддин, поэтому вся ответственность за случившееся была возложена на «антиисламское» крыло Русской Православной Церкви . В середине февраля Гайнутдин нанес по православным ответный удар, заявив, что мусульман в России проживает в семь раз больше, чем православных, и вообще «православные архиереи занижают число мусульман в стране». Затем он подверг резкой критике Межрелигиозный совет Россиии объявил о создании при Совете муфтиев альтернативной ему комиссии по исламо-христианскому диалогу во главе с «русским» мусульманином Искандером Казаковым. Кроме того, Совет муфтиев России выступил со специальными заявлениями против введения «Основ православной культуры» и института военных священников, в которых присутствовали следующие оценки: «Введение курса «Основ православной культуры» в основную программу государственной школы станет проявлением государственной политики в сфере образования и первым шагом к проявлению признаков становления «православного» государства» и «нашу тревогу разделяют все, кроме РПЦ, представители религиозных направлений, в том числе христианские. Они, как и мы, выступают против поспешного введения в Армии института военных священников». На этой почве Совет муфтиев попытался сблизиться с католиками и протестантами, однако вопреки его ожиданиям Католическая церковь поддержала все указанные инициативы Московского Патриарха, а протестанты без восторга восприняли специально направленный против них труд Полосина. Конфликт Совета муфтиев с Русской Православной Церковью получил отражение и на региональном уровне.
После ряда провокационных антиправославных публикаций на официальном сайте ДУМ Нижнего Новгорода и Нижегородской области.
Нижегородская епархия прекратила с ним всякие отношения и выступила со специальным заявлением следующего содержания: «В последнее время некоторые представители Духовного управления мусульман Нижегородской области (ДУМНО) выступили с заявлениями, которые дестабилизируют сложившиеся межконфессиональные и межэтнические отношения в регионе. В связи с этим Нижегородская епархия Русской Православной Церкви заявляет, что Нижегородскую область всегда отличали веротерпимость, межрелигиозный мир и взаимное уважение традиционных для нашей страны религиозных сообществ. Подобного рода безответственные действия представителей Духовного управления мусульман Нижегородской области являются провокационными и направлены на разжигание межнациональной и межконфессиональной вражды. Нижегородская епархия выражает серьезную озабоченность в связи с вышеизложенным и призывает все здоровые силы общества противостоять участившимся попыткам расшатать стабильную политическую и религиозную ситуацию в регионе».
22. Исламское возрождение в период трансформации раскола
К середине 2006 года стало очевидно, что исламское возрождение в России состоялось. Количество мечетей в целом по стране практически сравнялось с дореволюционными показателями, а в некоторых регионах даже их превысило. Мусульманские общины, зарегистрированные и стихийные, появились в каждом регионе России, в каждом крупном городе. Количество исламских учебных заведений, внесенных в реестр Министерства юстиции на начало 2004 года, достигло 68, в то время как Русская Православная Церковь на это время располагала всего 59 учебными центрами. Значительный прогресс по сравнению с 1996 годом наблюдался и в других сферах.
Общее положение российской уммы на середину 2006 года.
На начало 2005 года исламское сообщество России располагало 3642 зарегистрированными общинами (16,3% от общего числа зарегистрированных общин), которые управлялись 59 централизованными структурами. Наибольшее количество мусульманских общин действовало в Республике Татарстан (1016), Республике Дагестан (622) и Республике Башкортостан (448). При этом в Совет муфтиев России входило около 1800 общин, в КЦМСК – около 1000, и в ЦДУМ – около 800. Перепись населения 2002 года показала, что верхняя планка численности российских мусульман даже с учетом неграждан России не превышает четырнадцати с половиной миллионов человек. За время, прошедшее с переписи 1989 года, этнический состав российской уммы претерпел существенные изменения. В ней возросла доля выходцев с Северного Кавказа и Средней Азии, в то время как доля татар заметно упала. В связи с растущей полиэтничностью исламской общины России татарский язык постепенно вытеснялся из мечетей языком межнационального общения – русским, на котором стала выпускаться основной объем религиозной литературы.
Внешняя политика российской уммы.
Заключительный период реисламизации характеризовался также значительным развитием внешних контактов российской уммы, которая окончательно осознала себя неотъемлемой часть мусульманского мира. Делегации российских мусульман стали чаще выезжать в арабские страны Ближнего Востока, принимать участие в исламских конференциях и вступать в международные мусульманские организации – Организацию Исламской конференции, Европейскую исламскую конференцию, Лигу исламского мира и целый ряд других. В марте 2004 года на II Межрелигиозном миротворческом форуме был создан Межрелигиозный совет СНГ, в который вошли шесть российских мусульманских лидеров – муфтии Исмаил Бердиев, Равиль Гайнутдин, Талгат Таджуддин, Мухаммадгали Хузин, Шафиг Пшихачев и имам-хатыб Харис Саубянов. Соответственно в 2002 и в 2004 году муфтии Равиль и Талгат Таджуддин были приглашены в Европейский совет религиозных лидеров, действовавший под эгидой Всемирной конференции религий за мир – самой крупной и авторитетнои международной межрелигиознои организации.
Растущее число мусульман, желающих выехать на хадж, сделало это ежегодное паломничество вопросом государственной важности. 18 июня 2002 года по настоянию Саудовской Аравии был образован Совет по хаджу при Правительстве РФ, в который вошли представители всех крупнейших российских муфтиятов и ряд государственных чиновников.
Этот совет был уполномочен решать все связанные с хаджем вопросы и делать его проведение максимально удобным для паломников, которые прежде нередко становились жертвами недобросовестных посредников. Уполномоченным по хаджу стал депутат Госдумы Ахмад Билалов, баллотировавшийся по спискам движения «Рефах».
К этому времени он прекратил свое участие в программах Абдул-Вахеда Ниязова и сконцентрировался на внешнеисламской деятельности. Трудами Билалова и его совета процедура выезда на хадж упростилась, однако при этом ежегодная квота российских паломников была сокращена.
Внутренняя политика российской уммы.
К 2006 году в большинстве мест компактного проживания мусульман, а также крупных городах в достаточной мере сформировалась халяльная инфраструктура, позволявшая приверженцам ислама чувствовать себя максимально комфортно. К появившимся еще в начале 90-х годов специализированным кафе и ресторанам добавились «шариатские» супермаркеты, на многих мясокомбинатах и кондитерских фабриках были запущены специальные линии халяльной продукции, а в парфюмерных магазинах стал доступен большой ассортимент восточных благовоний и духов. Кроме того, стали повсеместно возникать бутики мусульманской одежды, один из которых даже открыл специализированный сайт «Аль-Баракят». «Бадр-Форте Банк» и потребительское общество «Мэнзил» разработали даже схему мусульманской ипотеки, при которой стало возможно приобретать квартиры в кредит сообразно нормам шариата. Значительный прорыв был достигнут в сфере медицинских услуг, ранее ограничившейся только кабинетами для сунната – обрезания. В 2002 году в Татарстане была создана Ассоциация табибов – мусульманских врачей, призванная с исламских позиций бороться с распространением алкоголизма, наркомании и курения. Усилиями правозащитной ассоциации «Хак-Справедливость» осенью 2005 года в Москве открылись мусульманский родильный дом и семейный стоматологический центр, работающие в соответствии с требованиями шариата. Впрочем, доходило и до курьезов – так, в 2006 году в Москве начал работу Центр пророческой медицины, специалисты которого обещали вылечить большинство известных болезней кровопусканием и черным тмином. Инициаторами создания Центра выступили представители салафитского крыла «русских мусульман», многие из которых действительно имели большой опыт в кровопускании. Со своей стороны, муфтияты не оставляли попыток изыскать дополнительные источники финансирования. Так, ДУМ РТ не оставляло надежды возродить практику закята, для чего организовало Комитет по сбору и Совет по распределению закятных средств. ДУМЕР решило зарабатывать деньги на маркировке халяльной продукции, обязав ее производителей делать благотворительные взносы в свою пользу, а также ввело принудительное платное рецензирование для литературы, распространяющейся в его книжных киосках. При этом большинство муфтиятов активно участвовало в организации хаджа, что также приносило определенный доход. В то же время ни одна мусульманская структура не последовала примеру Русской Православной Церкви и не открыла собственных производств или сельхозпредприятий.
23. Новые тенденции в информационной сфере российского ислама
Печатные СМИ
Первая серьезная попытка создать общероссийскую мусульманскую газету была предпринята в преддверии парламентских выборов 1999 года. В начале декабря этого года мусульманский деятель Вячеслав-Али Полосин совместно с движением «Рефах» основал новое печатное средство массовой информации, без особой фантазии названное «Мусульманской газетой». Тираж первых выпусков «Мусульманской газеты» составлял 500 тысяч экземпляров и распространялся преимущественно бесплатно, что стало прямым следствием ее рекламного характера. На страницах этой газеты преобладали материалы, восхваляющие движение «Рефах» и его союзников в исламском мире – в первую очередь муфтия Нафигуллу Аширова. Довольно быстро лидер «Рефаха» Абдул-Вахед Ниязов посчитал, что «Мусульманская газета» выполнила все поставленные перед ней цели, и прекратил ее финансирование, однако идея создать полноценную общероссийскую исламскую газету оставалась весьма заманчивой. В конце 2001 года бывший главный редактор «Мусульманской газеты» Вячеслав-Али Полосин с помощью ДУМ Дагестана нашел средства на издание газеты «Все об исламе», ориентированной на максимально широкий круг читателей. Параллельно с этой газетой ДУМ Дагестана начало издавать богато иллюстрированный глянцевый журнал «Ислам», который, правда, выходил не чаще четырех раз в год. Таким образом, к 2002 году Махачкалинский муфтият завершил создание сильной медиа-группы федерального значения, которая включала в себя не только упомянутые печатные, но и сетевые СМИ. Из других мусульманских газет, возникших после 1995 года, можно отметить издания ДУМАЧР – газеты «Мусульмане Сибири» и «Регион Сибирь», издававшиеся довольно крупным тиражом и освещавшие жизнь зауральских общин в выгодном для ДУМАЧР свете. Новые издания появились и у других муфтиятов – Регионального ДУМ Пермской области (газета «Халык Авазы»), Единого ДУМ Пензенской области (газета «Солнце Ислама»), ДУМ Республики Мордовия («Ислам в Мордовии»), ДУМ Самарской области (газеты «Азан» и «Салам») и целого ряда других. Печатными СМИ располагали и радикальные мусульмане – в первую очередь к ним относилась газета Исламского конгресса России «Мысль» (или «Современная мысль»), а также скандально известные издания ижевской ваххабитской общины «Саф Ислам» и «Ихлас».
Радиоэлектронные СМИ
Долгое время эта область СМИ была болезненным местом российской уммы. Конечно, в Дагестане, Ингушетии, Татарстане и Чечне таких проблем с освещением исламской жизни не существовало, однако многих мусульман обижало недостаточное, по их мнению, внимание к этой теме центральных телеканалов и радиостанций.
Действительно, из светских радиостанций место для мусульманской передачи предоставило только «Радио России», на волнах которого с 1990 года выходила программа СергеяДжанната Маркуса «Голос Ислама». Ориентированные же на мусульман передачи на федеральных каналах телевидения быстро закрывались из-за недостатка финансирования либо по идеологическим соображениям. Из подобных неудачных проектов можно вспомнить исламский раздел в религиозной программе «Ныне» на Первом канале, передачи «Все суры Корана» на канале «Культура» и «Тысяча и один день» на канале РТР. Следует заметить, что на закрытие этих программ не в последнюю очередь повлиял маргинальный философ Гейдар Джемаль, не стеснявшийся использовать их для пропаганды своих экстремистских взглядов. 15 февраля 2002 года в эфире канала РТР вышел первый выпуск пятнадцатиминутной программы «Мусульмане», которая быстро завоевала популярность среди российских мусульман. Как и предыдущие телепередачи, она была ориентирована на Совет муфтиев России, что, впрочем, объяснялось большей активностью этой структуры в информационном поле. К началу 2005 году программа «Мусульмане» выглядела успешным телевизионным проектом и не собиралась прекращать свою деятельность.
Сетевые СМИ
С развитием информационных технологий в сети Интернет с 1998 года стали проявляться мусульманские русскоязычные ресурсы, количество которых к 2004 году достигло нескольких десятков. Большая часть подобных сайтов содержала только небольшую библиотечку исламской литературы, а также подборку статей с элементарным описанием мусульманского вероучения и культовой практики, однако лицо мусульманского Рунета определяли не они.
Самым посещаемым исламским сайтом стал «независимый информационный портал «Ислам.ру», который в действительности лоббировал интересы ДУМ Дагестана и всего тарикатистского движения этой республики. Публикации портала отличались непримиримым отношениям к ваххабизму и одновременно содержали жесткую критику всего официального мусульманского духовенства – особенно муфтия Равиля Гайнутдина и руководства ЦДУМ.
Запущенный в 2000 году портал «Ислам.ру» практически сразу стал доминировать в мусульманском информационном пространстве, и лишь в 2003 году были предприняты попытки создать альтернативные ему новостные ресурсы, призванные отражать точку зрения Совета муфтиев России.
Поставленных целей эти попытки не достигли – имевший все шансы стать серьезным конкурентом «Исламу.ру» портал «Исламинфо.ру» проработал всего год и прекратил свое существование из-за недостатка финансирования, а созданный на его базе сайт Союза мусульманских журналистов «Ислам-инфо.ру» оказался способен транслировать лишь выборочные новости и аналитические материалы. Помимо упомянутых ресурсов, интересы Совета муфтиев России в Рунете представляли его официальный сайт «Муслим.ру», аналитический портал ДУМ Поволжья «Ансар.ру», сайт настоятеля московской Мемориальной мечети имам-хатыба Шамиля Аляутдинова «Умма.ру», а также сайты ДУМ Республики Мордовия и ДУМ Нижнего Новгорода и Нижегородской области. Отдельного упоминания заслуживает блок татарстанских исламских сайтов, в первую очередь – официального сайта ДУМ Республики Татарстан и действующего при нем новостного портала. Свои странички в сети имели и отдельные общины Совета муфтиев – ивановская, санкт-петербургская, петрозаводская и некоторые другие. ЦДУМ вело свою работу в Интернете в основном благодаря усилиями пермского муфтия Мухаммадгали Хузина.
Первые несколько лет все новости ЦДУМ транслировались через сайт Регионального ДУМ Пермской области www. rdumpo.permonline.ru, затем были разработаны более мощные порталы «ЦДУМ.ру» и «Мослем.ру». К 2004 году главным ресурсом ЦДУМ стал сайт «Мослем.ру», по целому ряду параметров превосходивший аналогичный сайт Совета муфтиев России. Также в сети появились сайты и отдельных муфтиятов ЦДУМ – самарского, екатеринбургского, омского, ханты-мансийского, украинского и чувашского. Слабее всего в Рунете оказались представлены традиционные мусульмане Северного Кавказа. Как уже упоминалось выше, портал «Ислам.ру» и другие дагестанские ресурсы не стали выразителем их интересов, а другими крупными ресурсами северокавказские мусульмане не располагали. В то же время радикально настроенные группы внутри российской уммы ориентировались преимущественно на главный новостной сайт чеченских боевиков «Кавказ-центр» и его многочисленные клоны, а также на сайты Исламского конгресса, Исламского комитета, портал «русских» мусульман «Коран.ру» и ресурс «Ваххабизм.ру».
Книгоиздательство и новые переводы Корана.
Исламское книгоиздательство в России к 2004 году по-прежнему пребывало в неудовлетворительном состоянии. За прошедшие с начала исламского возрождения 15 лет книжный рынок оказался практически не заполнен сочинениями российских мусульманских деятелей. Ведущие издательства духовной литературы – «Бадр», «Ансар», «Умма» и фонд Ибрагима Бин Абдулазиза Аль Ибрагима выпускали в основном книги арабских и турецких мыслителей, немалую часть из которых составляли откровенно экстремистские сочинения.
Ассортимент среднестатистического мусульманского книжного магазина выглядел довольно скромно и был представлен в основном многочисленными переводными пособиями для неофитов, сочинениями многогранного турецкого ученого, скрывающегося под псевдонимом «Харун Яхья», календарями и полуоккультной литературой – сонниками, исследованиями о природе джиннов и инопланетян, любви и сексе с точки зрения шариата. По-настоящему серьезная литература часто ограничивалась различными переводами и пересказами Корана, а также сборниками хадисов и тафсиров. Среди российских мусульманских лидеров наиболее популярными писателями оказались имам-хатыб московской Мемориальной мечети Шамиля Аляутдинова и имам набережночелнинской мечети «Таубэ» Идрис Галяутдинов. В Москве в книжных ларьках и магазинах можно было часто встретить книги муфтия Равиля Гайнутдина, в Татарстане – муфтия Гусмана Исхакова и его первого заместителя Валиуллы Якупова, а в Дагестане – наиболее известного тарикатистского шейха Саида-афанди Чиркейского.
К началу нового века российская умма располагала значительным количеством русских переводов Корана, в том числе и совсем новыми – Магомеда-Нури Османова и Виктора Ушакова. Несмотря на это, наибольшей популярностью среди российских мусульман продолжал пользовался выдержавший более 10 изданий перевод И.Ю. Крачковского образца 1963 года. В Казани даже возникла исламская секта «крачковцев», признававшая только эту версию перевода.
С другой стороны, часть склонных к реформированию российского ислама деятелей выбрала своим идеалом уже упоминавшейся ранее перевод Валерии Пороховой, обвиняя Крачковского в серьезных искажениях коранического текста. Впрочем, алимы ДУМ Дагестана вообще объявили антиисламским любой перевод Корана на русский язык.
24. Исламское просвещение в период трансформации раскола
К началу XXI века система исламского образования в России была количественно восстановлена в полной мере, однако качественно оказалась одной из худших в мусульманском мире. В 2004 году количество зарегистрированных средних и высших медресе, а также исламских институтов и университетов достигло 68. Очевидными центрами исламского просвещения стали Москва, Казань и Махачкала, где оказались сосредоточены самые известные мусульманские вузы. В целом же большинство исламских учебных заведений среднего и высшего уровня действовало под эгидой ДУМ РТ и ДУМ Дагестана.
Самым крупным и технически оснащенным исламским вузом России стал Российский исламский университет (РИУ), открытый в Казани в 1998 году. Его явные претензии на лидерство в сфере исламского просвещения были благожелательно восприняты не только республиканскими властями, но и федеральным центром, который был готов признать РИУ за образец умеренного и прогосударственного высшего медресе. В рамках РИУ предусматривалась возможность подготовки не только богословов, но и специалистовтеологов, получающих дипломы государственного образца. К сожалению, 19 сентября 2005 года лицензия этого университета на образовательную деятельность не была продлена – неожиданно выяснилось, что действующий как светское учебное заведение РИУ не может преподавать чисто религиозные предметы. ДУМ РТ было предложено либо преобразовать РИУ в сугубо светское учебное заведение, либо зарегистрировать его как религиозную организицию.
Руководство Казанского муфтията выбрало второй вариант, однако из-за юридических сложностей не смогло его реализовать. В итоге 28 марта 2006 года муфтий Гусман Исхаков подал в отставку с поста ректора РИУ, а через месяц его примеру последовали более 20 преподавателей университета.
Сейчас усилиями нового ректора РИУ Ильдуса Загидуллина этот вуз преобразуется в светское учебное заведение, что означает конец истории самого известного высшего медресе России. Впрочем, существует шанс, что традиции РИУ продолжит специально созданный в мае 2006 года Казанский исламский институт.
Ведущим мусульманским вузом в столице считается Московский исламский университет (МИУ), образованный в 1999 году на базе Высшего духовного исламского колледжа при ДУМЕР. По количеству студентов и преподавателей он значительно уступал РИУ, хотя также претендовал на ведущую позицию среди российских высших медресе. При этом в 2005 году суммарный годовой выпуск дневных отделений РИУ и МИУ не превышал 10 человек. В Республике Дагестан головным мусульманским вузом стал Северокавказский исламский университет им. Мухаммада Арипа (СИУ), открытый в 2000 году в Махачкале.
Столь громкое название этого университета было во многом оправдано – действительно, сопоставимого с ним по уровню высшего медресе не было ни в одном регионе Северного Кавказа. Как и в случае с РИУ, ректором которого стал татарстанский муфтий Гусман Исхаков, СИУ возглавил муфтий Дагестана Ахмад Абдулаев. Кроме СИУ, в Дагестане на стыке веков появились и другие ВУЗы – Исламский университет им. Имама Шафии (Махачкала), Исламский университет им. Сайфуллы Кади (Буйнакск), Институт им. Имама Шамиля (Кизилюрт), Институт им. Сайидмухаммадхаджи Абубакарова (Хасавюрт) и целый ряд других высших медресе с общим количеством студентов более 5000 человек. В июне 2000 года в Дагестане открылось специальное медресе для женщин «Муслимат», филиалы которого вскоре появились во всех крупных городах республики. Осенью 2004 года женское отделение было открыто также в РИУ, а за несколько лет до этого специальные женские курсы появились при МИУ. Так выглядела ситуация в российской умме на середину 2006 года. Хотелось бы надеяться, что самые тяжелые потрясения остались для традиционных мусульман в прошлом, однако никаких серьезных оснований для такой надежды нет. Ситуация имеет устойчивую тенденцию к ухудшению, и это печальный факт.
Как сказал первый заместитель муфтия Нижегородской области Дамир Мухетдинов о перспективах российского ислама: «Есть глубокий системный кризис. Старое, «бухарское» поколение не совсем осознает, как решать проблему в новом времени, прежде всего проблему образования. Ситуация предреволюционная: верхи не могут управлять по-новому, низы, то есть мы, рядовые граждане, не можем жить по-старому. Нас не устраивает, когда в нас стреляют в любой момент по непонятной причине. Нас не устраивает, когда мы не знаем, чему нас учат в медресе и кто выходит из этих учебных заведений. Революция – худший вариант. Я думаю, что старое поколение должно эволюционно достойным образом подготовить новую элиту. Но этого, к сожалению, нет. Поэтому дела не очень обнадеживающие и радостные. Кавказ наступает».
