Текст книги "Крестник"

Автор книги: Роджер Джозеф Желязны

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

– С вами все будет хорошо, – сказал я ему.

– Какой курс лечения вы рекомендуете в дальнейшем? – спросил Пулео.

– Положите его в реанимационную палату и наблюдайте в течение двадцати четырех часов. Если после этого все будет в порядке, делайте с ним, что хотите.

– Нужно продолжать вводить лекарство?

– Нет, – ответил я. – Извините, мне пора. Когда я повернулся, чтобы уйти, она стояла в дверях.

– Привет, Бетти, – сказал я.

– Дэвид, он не умрет?

– Нет, – кивнул я и добавил после короткой паузы: – Как ты?

– Хорошо.

Я направился к выходу, но потом остановился.

– Мы можем поговорить наедине?

Она отвела меня в маленькую гостиную, где мы уселись в кресла.

– Я хочу, чтобы ты знала: все это время мне тебя не хватало, – смущенно проговорил я. – Мне очень жаль, что наши отношения прекратились, когда я уехал на Запад. Наверное, у тебя есть друг?

– Насколько я понимаю, ты все еще не обзавелся постоянной девушкой? – ответила она вопросом на вопрос.

– Верно.

– А если и я тоже пока одна?

– Я был бы рад начать встречаться с тобой. Чтобы снова тебя узнать. Есть у меня такой шанс? Ты согласна?

– Я могла бы сказать, что мне нужно поразмыслить, но это было бы неправдой. Я уже подумала, и ответ – да, я согласна.

Мы сидели и разговаривали два часа, а потом условились увидеться на следующий день.

Проезжая в темноте через парк, я включил фару и вспомнил о нашем «разговоре» с Дорелом.

– Говори! Черт тебя возьми! – воскликнул я,– Меня интересует твое мнение!

– Хорошо.

– Что?

– Я сказал «хорошо». Что ты хочешь узнать?

– А почему ты раньше мне не отвечал?

– Ты должен был отдать мне прямой приказ. Сейчас ты это сделал в первый раз.

– Кто ты – на самом деле?

– Я был врачом, которого Морри учил в начале девятнадцатого века в Вирджинии. Меня зовут Дон Лорел. Однажды я сделал то, что ему не понравилось: начал производить и продавать запатентованное лекарство «Блифедж Лорела».

– Должно быть, оно помогло многим людям, а это не устраивало Морри.

– Да, и нескольким лошадям.

– Я только что спас человека вопреки его воле.

– Не знаю, что и сказать тебе... Если не считать того, что я вел себя нагло и высокомерно, когда он спросил меня про «Блифедж Лорела» – и в результате превратился в транспортное средство. Возможно, тебе следует вести себя иначе,

– Спасибо за совет, – ответил. я вытаскивая из кармана монетку и подбрасывая ее в воздух. – Решка, Так я и сделаю.

Конечно, в тот же день Морри меня навестил.

– Добрый вечер, – сказал я. – Хочешь чаю?

– Дэвид, как ты мог? – укоризненно воскликнул он. – Я ведь хорошо к тебе относился, верно? Как ты мог пойти наперекор моему желанию?

– Извини, Морри. – проговорил я. – Мне просто стало жалко этого парня – он так много сделал для города. Вспомни хотя бы его программы по медицинскому страхованию! Поставил всех богатеев на место – а теперь должен был неожиданно покинуть политическую арену... Кроме того... ну, должен признаться: я встречался с его дочерью. Она и сейчас мне нравится. Вот почему я так поступил.

Он положил руку мне на плечо и сжал его.

– Дэвид, ты добрый мальчик, – заявил Морри. – Трудно винить человека за чувство сострадания, но моя работа накладывает определенные обязательства. Когда имеешь дело с моими пациентами, ты должен руководствоваться разумом, а не сердцем, понимаешь?

– Да, Морри.

– Ладно, давай выпьем по чашечке чая и поговорим о футболе.

Три дня спустя, когда я занялся уборкой по дому, зазвонил телефон. Я сразу узнал голос губернатора.

– Как вы себя чувствуете, сэр? – спросил я.

– Отлично, и я знаю, что обязан вам многим, но звоню совсем по другой причине.

Я все понял: Морри решил отомстить. Он устроил для меня испытание.

– Кому-то плохо? – спросил я.

– Да, Бетти. Пулео утверждает, что у нее те же симптомы, что у меня. Он не говорил, что моя болезнь может оказаться заразной.

– Я сейчас приеду.

– Вызвать «скорую помощь»?

– Нет.

Я повесил трубку, взял свой чемоданчик и направился к Дорелу. Пока мы ехали через парк, я рассказал ему о том, что произошло.

– Что ты собираешься делать? – спросил он.

– Ты и сам прекрасно знаешь.

– Я этого боялся.

И вот, когда я осматривал Бетти, в комнату вошел Морри и встал в ногах ее постели. Я набрал три кубика настойки в шприц, а потом развернул Бетти.

– Дэвид, я запрещаю тебе это, – резко заявил крестный.

– Мне очень жаль, Морри, – ответил я и сделал укол

Когда Бетти открыла глаза, я наклонился и поцеловал ее – и в тот же миг мне на плечо легла тяжелая рука Морри. На этот раз его пожатие было ледяным.

– Мне тоже, – сказал он.

...Потом в полнейшем молчании мы шли по тусклому коридору, а вокруг нас тени вели свой бесконечный танец. Я припоминаю, что мы двигались среди монохромных кусочков моего мира и мира Морри, под землей, среди пещер и тихих водоемов. Я понял, что мы прибыли на место, когда увидел туннель с бесконечными рядами свечей вдоль стен. Вскоре мы уже стояли в центральном гроте, где столько раз играли в шахматы и выпили множество чашек горячего шоколада.

Теперь я снова ощущал свое тело. Эхо моих шагов разносилось по пещере. И я опять почувствовал леденящую руку у себя на плече.

Тени отступили в сторону, словно кто-то отодвинул занавес.

Морри провел меня через грот, вверх по коридору, а потом вниз по узкому холодному туннелю, в котором я никогда раньше не бывал. Я был слишком горд, чтобы спрашивать, куда он ведет меня – и тем самым первым нарушить молчание.

Наконец мы остановились, он отпустил мое плечо.

Засунув руки в карманы, я взглянул туда, куда указывала его рука, но сначала не понял, на что должен смотреть.

Мы находились перед стеной, в нишах и на выступах которой стояло множество свечей. Тут только я заметил, что одна из них намного короче, чем другие, ее огонь уже начал мерцать; не вызывало сомнений, что скоро она догорит.

Решив, что свеча принадлежит Бетти, я ждал, пока невидимые слуги Морри заменят ее.

– Оно того стоило, – заявил я. – Ты ведь знаешь, я люблю ее.

Крестный повернулся и внимательно посмотрел на меня, а потом на его лицо легла печальная улыбка.

– О нет, – сказал он. – Ты думаешь, это ее свеча? Нет. Ты не понимаешь. Она будет жить. Ты об этом позаботился. Ее свеча уже в полном порядке. Это твоя свеча. Ты с самого начала не мог на многое рассчитывать. Мне очень жаль.

Я вытащил руку из кармана, протянул ее вперед и осторожно коснулся свечи.

– Хочешь сказать, что это все, что у меня осталось? Может быть, несколько минут? Ты не вмешивался из-за того, что зол на меня? Вот как обстоят дела?

– Да, – только и молвил Морри. Я облизнул губы.

– А есть ли... возможность продлить мой срок?

– После того как ты во второй раз не послушался меня? После всех предупреждений?

– Мне было трудно на это решиться, – попытался объяснить я. – Я же говорил тебе, что был знаком с Бетти несколько лет назад, и тогда она мне нравилась. Я не понимал, насколько сильно меня к ней влечет, до самого последнего времени. Я чуть не опоздал. Поэтому у меня не было выбора. Я должен был спасти ее. Наверное, подобные чувства тебе не совсем понятны...

Он снова рассмеялся.

– Конечно, я понимаю, что можно заботиться о ком-то! – перебил меня Морри. – Почему, интересно, я решил покончить с губернатором Кейссоном? По вине этого ублюдка город не стал покупать профессиональную футбольную команду – мою любимую! Я уже много лет добивался этого!

– Значит, ты действительно решил заграбастать его раньше срока?

–А что ж ты думал? И надо же тебе было вмешаться в мои дела!

– Я начинаю понимать... Скажи, Морри, ведь еще не поздно перенести мое пламя на другую свечу?

– Верно, – признался он. – К тому же ты мой крестник. А это кое-чего стоит...

Некоторое время Морри молча смотрел на свечу.

– Наверное, так и следует поступить, – сказал он. – Не могу же я вечно на тебя злиться. Семья – дело серьезное.

Он потянулся к открытой коробке, стоящей в нише. Вытащив оттуда свечу, выпрямился и протянул другую руку к мерцающему пламени моего огарка. Коснулся его и начал поднимать... В следующий миг я увидел, как остатки свечи выскользнули из его руки и упали на землю.

– Дерьмо! – выругался Морри. – Прости, Дэвид...

Лежа на полу и глядя на мерцающий огонек, я понимал: случилось что-то хорошее, только никак не мог вспомнить, что именно.

...Саднило разбитую щеку – в том месте, которым я ударился, когда упал...

Меня окружало бесчисленное множество огней. Мне нужно было кое-что сделать. Быстро. Только вот что?

Я поднял голову и осмотрелся. Морри ушел..

Ах да. Морри, мой крестный. Ушел...

Я уперся ладонями в пол и заставил себя подняться. Вокруг никого не было. Только я, мерцающий огонек свечи и черный велосипед. Что я должен был вспомнить? Мысли медленно сменяли одна другую.

– Вытащи свечу из коробки, Дэвид! И поторопись? – сказал мне Дорел. – Тебе необходимо это сделать еще до того, как твоя снова погаснет.

Снова погаснет.

Тогда я вспомнил все и содрогнулся. Вот что я сделал – умер. И умру окончательно, если стану медлить. Опасаясь худшего, я сумел купить себе маленькую передышку, разобравшись наконец, как пользоваться «Пятиминутным Деформатором Времени», который продолжал носить у себя в кармане. Но сколько он продержится? На этот вопрос у меня не было ответа.

Я двигался так быстро, как только мог, чтобы не загасить свечу – представление могло завершиться в любую секунду. Теперь в лужице воска плавал крохотный хвостик фитиля.

Я порылся в коробке, вытащил свечу и осторожно поместил над умирающим огоньком. На мгновение пламя опустилось, и в глазах у меня потемнело, а по спине пробежал холодок. Но фитиль новой свечи загорелся, и неприятные ощущения сразу исчезли. Я поставил свечу на место и опустил руку в карман. Там, в носовом платке, лежали сушеные стебли, цветы, корни и листья блифеджа.

Я положил платок на седло Дорела и начал разворачивать.

– Хорошая мысль, – заметил ой, когда я принялся поедать универсальное лекарство. – Как только ты закончишь, я отведу тебя в другой туннель, где мы спрячем твою свечу среди множества других. Но нам нужно торопиться, вдруг Морри где-то неподалеку.

Я засунул остатки блифеджа в карман и со своей свечой в руке зашагал вслед за Дорелом.

– А ты можешь найти свечу Бетти и спрятать ее? – спросил я.

– Раньше я работал здесь, – продолжал Дорел. – Я был невидимым слугой до того, как он превратил меня в велосипед. Если я снова стану невидимым и окажусь здесь, то смогу сколько угодно прятать твои с Бетти свечи. А еще я снова буду исправлять его мелкие злоупотребления, как и прежде. Если ты продолжишь исследования блифеджа, я буду зажигать для тебя новые свечи.

– Я согласен, – сказал я. – Что необходимо сделать, чтобы ты снова стал невидимым слугой?

– Мне не разрешено отвечать на этот вопрос.

– Даже если я прикажу тебе?

– Да. Здесь действует иной уровень запрета. Я не представляю себе, как можно обойти это условие.

Мы углубились в туннель, и Дорел остановился.

– Слева от тебя, – сказал он, – в глубине ниши, где горит несколько других свечей.

Я слил немного расплавленного воска на свободное место, а потом укрепил там свою свечу.

– Садись в седло, – предложил Дорел.

Я последовал его совету, и мы поехали дальше по извилистым туннелям. Вскоре я заметил, что появился знакомый стробоскопический эффект.

– Вернемся туда, откуда он нас забрал? – спросил Дорел.

Через некоторое время обычный мир стал возникать все чаще, а подземный постепенно отступал.

И вот мы уже притормозили возле особняка губернатора. Как только Дорел остановился, я сразу соскочил с седла. Еще не совсем стемнело, солнце зависло над западным горизонтом.

Когда я ставил Дорела, двери распахнулись.

–Дейв! – воскликнула Бетти.

Я поднял глаза и молча наблюдал за тем, как она спускалась по ступенькам. И вдруг понял, как она прелестна и как сильно я хочу защитить ее от всех невзгод... В следующее мгновение Бетти оказалась в моих объятиях.

– Дейв, что случилось? Ты исчез так неожиданно.

– Мой крестный отец, Морри, забрал меня с собой. Я сделал то, что ему не понравилось.

– Твой крестный отец? Раньше ты никогда не упоминал о нем. Как он мог?

– Он обладает великой властью над жизнью, – ответил я. – Именно Морри дал мне возможность предотвращать смерть. Сейчас, к счастью, он считает, что я мертв. Думаю, мне придется сделать пластическую операцию, изменить фамилию, отрастить бороду, переехать в другой штат и завести небольшую частную практику, доход от которой позволил бы мне заняться исследованиями блифеджа. Я люблю тебя. Ты выйдешь за меня замуж и уедешь со мной?

Неожиданно вмешался Дорел:

– Извини, Дейв, но не могу не отметить, что твоя речь несколько сумбурна.

Бетти уставилась на мой велосипед.

– Так ты ко всему еще и чревовещатель? – спросила она.

– Нет, это говорил Дорел. Он только что спас мне жизнь. Дорел – мятежный дух, который отбывает срок наказания. Морри превратил его в велосипед. Дорел со мной с тех пор, когда я был еще мальчишкой. Он и в те времена не раз меня выручал. – Я протянул руку и потрепал его по седлу.

Спустившись по ступенькам, Бетти наклонилась и поцеловала Дорела прямо в руль.

– Благодарю тебя, Дорел, – тихо проговорила она, – кем бы ты ни был.

Теперь, во всяком случае, он уже не был велосипедом. В лучах заходящего солнца заплясали сверкающие пылинки. Я завороженно смотрел на это удивительное явление – у меня на глазах пылинки превратились в шестифутовую башню.

Я услышал, как ахнула Бетти.

– Что я наделала? – выдохнула она.

– Понятия не имею, – ответил я. – Но, судя по тому, что рядом нет лягушки, я не думаю, что ты получишь в мужья прекрасного принца.

– Тогда я, пожалуй, останусь с тобой, – заявила Бетти, и мы вместе наблюдали за тем, как сверкающий вихрь постепенно обретал человеческую форму – перед нами возник высокий мужчина с бакенбардами и в плаще из оленьей кожи.

Он поклонился Бетти.

– Дон Лорел, – представился он. – К вашим услугам, мадам.

Потом повернулся и пожал мне руку:

– Очень жаль, что ты лишился средства передвижения, Дейв. Мое заклятие только что было снято.

– Нам следует это отпраздновать, – предложил я.

Он покачал головой:

– Теперь, когда я обрел прежнюю форму, мне нужно срочно найти свою нишу. В противном случае я могу исчезнуть навсегда. Поэтому я немедленно возвращаюсь под землю и буду находиться там постоянно. Морри не заметит появления еще одного невидимого существа. Я буду перемещать ваши свечи подальше от него. Успеха в исследованиях блифеджа! Я еще свяжусь с вами.

С этими словами он снова превратился в башню, сотканную из света. В воздухе заплясали разноцветные огоньки, и Дорел исчез.

– Какое облегчение, – сказал я, снова обнимая Бетти. – Однако мне жаль, что так получилось с Морри. Я всегда хорошо к нему относился. Мне его будет не хватать.

– По-моему, он не очень похож на симпатичного парня, – заметила Бетти.

– Работа не могла не наложить на него определенного отпечатка – пояснил я. – На самом деле он чувствительный.

– Откуда ты знаешь?

– Он любит футбол и шахматы.

– Но они представляют собой насилие – физическое и абстрактное.

– ...И горячий шоколад. И квартет Шуберта в до минор. И большую часть времени его заботит равновесие между жизнью и смертью.

Бетти покачала головой.

– Я знаю, что Морри для тебя – член семьи, – сказала она. – Но меня он пугает.

– Ну, теперь мы будем жить инкогнито. Морри нас не побеспокоит.

Мне довольно долго удавалось держаться от Морри подальше. Мы с Бетти поженились, я сменил фамилию и переехал в маленький городок на юге – однако делать пластическую операцию не стал. Борода, темные очки и новая прическа существенно изменили мою внешность – так, во всяком случае, мне казалось.

Постепенно у меня появилась вполне приличная практика, я построил теплицу и организовал дома маленькую лабораторию. Целый год я старался избегать критических случаев, когда больному грозила смерть, а навещая своих пациентов в больнице, ни разу не присутствовал при летальных исходах – что могло бы привести к нежелательной встрече с Морри. Можно сказать, что я был патологически аккуратен в таких вопросах; но несколько раз замечал спину Морри, когда тот сворачивал за угол.

И все же, учитывая род моих занятий, я постоянно размышлял: когда произойдет наша встреча, смогу ли я скрыть то, что вижу его?

Однако, как и следовало ожидать, мы встретились вовсе не в больнице, а в тот момент, когда я и думать забыл о Морри.

Это случилось октябрьским вечером, я сидел у окна. С улицы вдруг донесся визг тормозов, сопровождающийся звуком глухого удара. Я схватил фонарик и чемоданчик с инструментами и выбежал из дома. Бетти последовала за мной.

На перекрестке столкнулись две машины. Повсюду валялись осколки стекол, сильно пахло бензином.

В обеих машинах не было никого, кроме водителей. Один погиб на месте, а другой – совсем молодой парень – был тяжело ранен, но продолжал дышать.– Вызови «скорую»! – крикнул я Бетти, подбегая к молодому человеку.

Его выбросило из машины, и он лежал на тротуаре – крупный мускулистый парень. Я сразу увидел, что у него легочное и артериальное кровотечение, масса мелких ранений, перелом черепа и скорее всего позвоночника.

Когда я начал оказывать первую помощь, пытаясь остановить кровотечение, возле нас неожиданно возникла знакомая фигура. Я забыл о том, что должен делать вид, будто не вижу Морри. Учитывая экстремальность ситуации, я просто кивнул головой и сказал:

– Здесь я не могу с тобой спорить. Возьми его, раз так распорядилась судьба.

– Нет, – возразил он. – Спаси его для меня, Дейв. Сделай ему укол блифеджа. У тебя еще есть время.

– А что в нем такого особенного, Морри? Я не забыл, как ты со мной обошелся, когда мне захотелось сделать исключение.

– Хорошо. Я тебя прощу и обо всем забуду, если ты спасешь этого парня. Я часто говорил тебе, что моя власть не распространяется на смерть,

–Ладно. А как насчет того, чтобы дать мне обещание, что я могу спасать того, кого захочу, и продолжать исследования блифеджа?

– Похоже, ты и так это делаешь. Что ж, давай заключим формальный договор.

– Как жаль, что тебя не было на моей свадьбе, Морри.

– А я был.

– Да ну? Я тебя не заметил.

– Я стоял сзади. И оделся в яркие цвета, поэтому ты меня и не заметил.

– Так ты был тем типом в гавайской рубашке?

– Точно.

– Будь я проклят!

– И прислал тебе в подарок микроволновую печь.

– Я не нашел там никакой записки...

– Ну, мы же тогда не разговаривали.

– Меня смутило название фирмы производителя «Сердце Ада». Тем не менее печь оказалась отличной. Спасибо.

Мой пациент застонал.

– По поводу этого парня, Морри... Почему ты не хочешь его забрать?

– Неужели не узнаешь?

– У него все лицо залито кровью.

– Это же новый квотербек из «Соколов Атланты».

– Ах вот оно что. А как насчет баланса между жизнью и смертью и всего такого прочего?

– В этом сезоне им никак без него не обойтись.

– Я забыл, что ты болельщик «Соколов».

– Блифедж, мой мальчик, блифедж!

Ну, что еще сказать... «Соколы» отлично провели сезон. Во время их матчей смерти случались очень редко, потому что Морри приходил к нам в гости и мы за пивом и пиццей смотрели игру по телевизору. Конечно, он с особым рвением собирал свою жатву после того, как «Соколы» терпели неудачу. Почитайте газеты, и вы все поймете.

Морри не раз довольно прозрачно намекал, что ему хотелось бы знать, как мы поступили с нашими свечами. Однако я делал вид, что не понимаю, чего он от меня добивается.

Дон Лорел и я не теряем связи. Он всегда приходит на День всех святых, чтобы выпить стаканчик крови, и мы делимся последними новостями. А иногда вспоминаем прежние времена, он снова превращается в велосипед и мы путешествуем между мирами.

Сегодня утром я подошел к перекрестку, на котором произошло несчастье. Морри стоял у телеграфного столба и гладил погибшую кошку.

– Доброе утро, Дейв.

– Привет. Ты рано встал.

– Мне вдруг показалось, что ты захочешь выйти прогуляться. Когда подойдет срок?

– Весной.

– Ты действительно хочешь, чтобы я был крестным отцом?

– Не могу себе представить, кто лучше тебя справится с этой ролью. Моему отцу ты послал такой же сон?

– Нет. Для тебя я сделал новую версию. Я теперь смотрю MTV.

– Я так и подумал. Хочешь зайти на чашечку кофе?

– С удовольствием.

Мы вернулись в дом, когда бежали прочь последние утренние тени. Тот, кому удалось бы поймать их, мог бы скроить себе плащ из мрака.