332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Энтони Сальваторе » Воин » Текст книги (страница 2)
Воин
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:28

Текст книги "Воин"


Автор книги: Роберт Энтони Сальваторе






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

Глава 2
УГРЫЗЕНИЯ СОВЕСТИ

Дзирт перестроил зрение для восприятия инфракрасного спектра. Ночное зрение позволяло ему различать градации тепла так же ясно, как предметы при свете дня. И вот теперь его глаза видели яркое сияние клинков, согретых свежей кровью, и растерзанные тела гноллов, тепло которых разливалось в холодном воздухе.

Он пытался отвести взгляд, хотел обследовать тропу, по которой Гвенвивар унеслась в погоню за пятым гноллом, однако его глаза то и дело возвращались к трупам гноллов и к обагренным кровью клинкам.

– Что же я наделал? – громко спросил Дзирт.

Он действительно еще не понял этого. Гноллы говорили об убийстве детей, и эта мысль пробудила в Дзирте ярость, но что было ему известно о раздоре между гноллами и людьми из селения? Возможно, люди, и даже человеческие дети, были настоящими чудовищами? Может быть, они напали на селение гноллов и беспощадно их убивали? Может быть, гноллы хотели нанести ответный удар, потому что у них не было выбора, потому что они были вынуждены защищаться?

Дзирт убежал от ужасного зрелища на поиски Гвенвивар, надеясь догнать пантеру прежде, чем она умертвит пятого гнолла. Если бы ему удалось найти гнолла и поймать его, он смог бы получить ответы на некоторые мучившие его вопросы.

Его бег был быстрым и грациозным; когда он пробирался сквозь заросли, обступившие тропу, слышался только легкий шорох. Он без труда обнаружил следы, оставленные бегущим гноллом и, к своему ужасу, убедился, что Гвенвивар тоже не сбилась со следа. Добежав наконец до узкой рощицы, Дзирт был совершенно уверен, что поиск окончен. И все-таки его сердце екнуло, когда он увидел пантеру, развалившуюся рядом со своей последней жертвой.

Гвенвивар с любопытством глядела на поспешно подбегавшего Дроу.

– Что же мы наделали, Гвенвивар? – прошептал Дзирт.

Пантера наклонила голову, словно не понимая.

– Кто я такой, чтобы выносить приговор? – продолжал Дзирт, обращаясь больше к самому себе, чем к пантере. Отвернувшись от Гвенвивар и мертвого гнолла, он направился к кусту с густой листвой, чтобы обтереть кровь со своих клинков. – Гноллы не нападали на меня, хотя я был целиком в их власти, когда они обнаружили меня в ручье. А я отплатил тем, что пролил их кровь!

С этими словами Дзирт повернулся к Гвенвивар, словно ожидая и даже надеясь, что пантера начнет бранить его, осуждать и обвинять. Гвенвивар не сдвинулась ни на дюйм, и ее круглые глаза, поблескивающие в ночной мгле зеленоватым золотом, не сверлили Дзирта и не предъявляли ему никаких обвинений.

* * *

Он начал было возражать, желая упиться своей виной, но ему так и не удалось пошатнуть спокойного одобрения Гвенвивар. Когда они вдвоем блуждали по дебрям Подземья, когда Дзирта охватывали безумные и дикие желания, превращавшие убийство в наслаждение, Гвенвивар иногда отказывалась повиноваться ему и даже возвращалась на Астральный уровень, хотя Дзирт ее не отпускал. Но сейчас пантера не выказывала желания оставить его и не проявляла ни малейших признаков разочарования. Она поднялась на ноги, стряхнула грязь и щепки с блестящей черной шерсти и ткнулась носом в Дзирта.

Постепенно Дзирт расслабился. Он еще раз обтер клинки, на этот раз о густую траву, и убрал их в ножны, а затем благодарно положил руку на огромную голову Гвенвивар.

– Слова обнаружили их порочность, – прошептал Дроу, чтобы утешить себя. А их намерения вынудили меня действовать.

Его рассуждениям недоставало убедительности, но Дзирту было просто необходимо поверить в них. Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, и заглянул себе в душу, чтобы обрести необходимую силу. Вспомнив, что Гвенвивар уже долгое время находится с ним и нуждается в отдыхе на Астральном уровне, он потянулся к маленькому мешочку, висящему на боку.

Не успел Дзирт вытащить из мешочка ониксовую фигурку, как пантера подняла лапу и выбила фигурку из его руки. Он удивленно взглянул на Гвенвивар, и огромная кошка тяжело привалилась к нему, чуть не сбив его с ног.

– Мой верный друг, – сказал Дзирт, сообразив, что усталая пантера хочет остаться с ним. Он вытащил руку из мешочка, опустился на одно колено и крепко обнял Гвенвивар. А потом они бок о бок зашагали прочь от рощицы.

Этой ночью Дзирт совсем не спал; он смотрел на звезды и размышлял.

Гвенвивар чувствовала его тревогу и оставалась рядом от восхода до захода луны, а когда Дзирт отправился встречать утреннюю зарю следующего дня, утомленная Гвенвивар побрела рядом с ним. Они нашли каменистый гребень в предгорьях и сели, чтобы полюбоваться предстоящим зрелищем.

Внизу, в фермерском селении, гасли последние огоньки в окнах. Небо на востоке порозовело, затем стало пурпурным, но Дзирт думал о другом. Его взгляд не отрывался от далеких фермерских домиков; его мозг пытался воссоздать повседневную жизнь этого незнакомого сообщества и найти какое-нибудь объяснение событиям предыдущего дня.

Он знал, что эти люди были фермерами и к тому же усердными тружениками, потому что многие из них уже вышли на свои поля. Хотя эти обстоятельства и обнадеживали, Дзирт вряд ли мог с уверенностью утверждать, что подобным поведением отличается вся человеческая раса.

Когда дневной свет щедро разлился по небу, осветив деревянные постройки селения и широкие поля злаков, Дзирт принял решение.

– Я должен узнать побольше, Гвенвивар, – тихо сказал он. – Если я… если мы останемся в этом мире, нам нужно научиться понимать образ жизни наших соседей.

В подтверждение своих слов Дзирт кивнул. Тому, что он неспособен равнодушно наблюдать за происходящим на поверхности, уже имелось доказательство, и не из приятных. Совесть часто побуждала Дзирта к действию, он не мог противиться ее зову. Но все же он так мало знал о народах, населявших этот край, что невольно мог впасть в заблуждение и навредить, тем самым сокрушая принципы, которые всегда защищал.

Дзирт прищурился от утреннего света, всматриваясь в далекое селение в поисках хоть какого-то ответа.

– Я пойду туда, – сказал он пантере. – Я пойду, чтобы наблюдать и учиться.

* * *

Все это время Гвенвивар сидела не шевелясь. Дзирт затруднялся сказать, одобряет пантера его намерения или нет и понимает ли она их вообще. Однако на этот раз Гвенвивар не стала мешать, когда он потянулся за фигуркой из оникса.

Несколько секунд спустя огромная пантера уже неслась по соединявшему уровни туннелю в свой астральный дом, а Дзирт двинулся по тропе, ведущей к селению, где его ждали ответы на вопросы. Он остановился только один раз, у тела мертвого гнолла, и взял его плащ. Воровство заставило Дзирта содрогнуться, но ночной холод напомнил ему, что утрата пивафви может обернуться большой неприятностью.

Сведения о людях и их обществе, которыми располагал Дзирт, были весьма ограниченными. Обосновавшись глубоко в недрах Подземья, темные эльфы почти не имели связей с поверхностью и не интересовались ее обитателями. Единственный раз за всю свою жизнь в Мензоберранзане Дзирт слышал о людях во время обучения в Академии, когда провел шесть месяцев в Магике, школе магов. Наставники предупредили тогда школяров-Дроу, чтобы они никогда не пользовались магией так, «как это сделали бы люди», подразумевая опасное безрассудство, часто свойственное расам с коротким сроком жизни.

«Человеческие волшебники, – говорили наставники, – обладают не меньшим честолюбием, чем маги Дроу, но Дроу могут потратить пять веков, чтобы достичь цели, а у людей в распоряжении всего несколько коротких десятилетий».

Этот урок Дзирт помнил вот уже двадцать лет, а в последние несколько месяцев, глядя на человеческое селение, он вспоминал его почти каждый день.

Если все люди, а не только маги, так же жаждут власти, как фанатичные Дроу, которые способны потратить лучшую часть тысячелетия на достижение своей цели, не значит ли это, что исступленная целеустремленность людей граничит с истерией? Впрочем, Дзирт надеялся, что истории о людях, услышанные им в Академии, были всего лишь обычной ложью, окутавшей общество Дроу паутиной интриг и болезненных подозрений. Возможно, люди ставят перед собой более разумные цели, находя радость и удовлетворение в маленьких удовольствиях, наполняющих короткие дни их существования.

Только однажды Дзирту довелось встретиться с человеком, и это случилось во времена скитаний по Подземью. Тот человек, маг, вел себя безрассудно, непредсказуемо и крайне опасно. Он превратил друга Дзирта, безобидного маленького пича, в жуткого монстра. Когда Дзирт и его товарищи пришли к башне волшебника, чтобы попытаться исправить положение, они были встречены огненными молниями. В конце концов человек был убит, а друг Дзирта, Щелкунчик, закончил жизнь в страшных мучениях.

Происшедшее оставило у Дзирта чувство ужасной опустошенности, потому что этот человек стал примером, подтверждавшим правдивость учителей Академии. Это чувство владело им и сейчас, когда он осторожно приближался к селению людей, испытывая нарастающий с каждым шагом страх от того, что убийство гноллов было ошибкой.

Дзирт решил понаблюдать за тем самым уединенным фермерским домом на западной окраине города, который гноллы избрали целью своего налета. Это была длинная приземистая бревенчатая постройка с одной дверью и несколькими окнами с закрывающимися ставнями. По всей длине фасада располагалась крытая галерея.

Рядом с домом находился двухэтажный амбар с широкими высокими дверями, в который могла бы пройти большая повозка. Загородки различной формы и высоты усеивали прилегающий к амбару дворик: в некоторых бегали цыплята или лежали свиньи, в одной стояла коза, а другие огораживали прямые ряды лиственных растений, неизвестных Дзирту.

С трех сторон дворик окружали поля, но позади дома, на склоне горы, рос густой кустарник и лежали валуны. Дзирт укрылся под низкими ветвями сосны, растущей возле заднего угла дома, что позволяло ему обозревать почти весь двор.

* * *

Трое взрослых мужчин этой семьи (судя по внешнему виду, три поколения) работали в поле довольно далеко от деревьев, и Дзирту не удалось как следует разглядеть их. Зато возле дома возились четверо детей: совсем юная девушка и трое мальчиков помладше. Они спокойно занимались домашней работой, задавали корм курам и свиньям и пропалывали огород. Большую часть утра каждый занимался своим делом и почти не отвлекался, поэтому Дзирт мало что узнал о взаимоотношениях в семье. Когда крупная женщина с такими же пшеничными волосами, как у всех пятерых ее детей, вышла на крыльцо и зазвонила в большой колокол, Дзирту показалось, что вся живость, до поры до времени дремавшая в работниках, внезапно пробудилась и вырвалась из-под контроля.

С улюлюканьем и радостными криками трое мальчиков побежали к дому, задержавшись только для того, чтобы закидать старшую сестру гнилыми овощами.

Сначала Дзирт подумал, что они вот-вот подерутся, но когда девушка ответила им тем же и все четверо залились смехом, он понял, что это игра.

В этот момент самый молодой из трудившихся в поле мужчин, вероятно, старший брат детей, появился во дворе, крича и размахивая железной мотыгой.

Девушка криком подбодрила нового союзника, и трое мальчишек ринулись к крыльцу.

Однако юноша оказался проворнее. Подхватив одного из сорванцов сильной рукой, он кинул его в корыто для свиней.

Все это время женщина у колокола беспомощно качала головой и беспрерывно ворчала. Женщина постарше, сухонькая и седая, вышла на крыльцо и встала рядом с ней, угрожающе размахивая деревянной ложкой. Явно удовлетворенный, юноша обнял девушку за плечи, и они вошли в дом вслед за первыми двумя мальчишками.

Оставшийся мальчик выбрался из мутной воды и попытался проскользнуть за остальными, однако деревянная ложка в руке старухи заставила его остаться на улице.

Разумеется, Дзирт не понимал слов, которые они произносили, но ему показалось, что женщина не хотела пускать сорванца в дом до тех пор, пока он не обсохнет. Непокорный мальчишка что-то пробурчал в спину старухе, когда она повернулась, чтобы войти в дом, но выбрал для этого неудачное время.

Пока он ворчал, двое других мужчин, пришедших с поля, – один с густой седой бородой, а другой чисто выбритый, – подкрались к нему сзади. Бедняга опять оказался в воздухе и с громким всплеском шлепнулся назад в корыто. От всей души поздравив друг друга, мужчины под радостные возгласы остальных вошли в дом. Насквозь промокший мальчуган снова заохал и плеснул водой в рыло свинье, вздумавшей проверить содержимое корыта.

Дзирт наблюдал за людьми со все возраставшим изумлением. Он не увидел ничего определенного, но шутливое поведение семьи и добродушная покорность того, кто проиграл в этой игре, обнадежили его. Дзирт почувствовал общий дух семьи, где все стремятся к общей цели. Если эта ферма отражает настроения всего поселка, значит, его можно сравнить скорее с Блингденстоуном, городом глубинных гномов, чем с Мензоберранзаном.

Вторая половина дня прошла так же, как и утро: работа перемежалась с игрой. В дом семья ушла рано, погасив свет вскоре после заката, и Дзирт поглубже забрался в заросли на склоне, чтобы поразмыслить над увиденным.

Он по-прежнему ни в чем не был уверен, но этой ночью ему спалось гораздо спокойнее, и тревожные мысли о смерти гноллов не посещали его.

* * *

Целых три дня Дроу прятался в тени деревьев позади фермы, наблюдая за тем, как семья трудится и отдыхает. Сплоченность этого маленького сообщества становилась все более и более очевидной, и стоило только детям затеять настоящую ссору, как находящийся ближе других взрослый тотчас же вмешивался и завершал дело миром. Через какое-то время драчуны снова играли вместе.

Все сомнения покинули Дзирта.

– Берегитесь моих клинков, негодяи! – прошептал он однажды ночью, глядя на тихие горы.

Молодой Дроу-отступник решил, что если какие-нибудь гноллы, гоблины или твари, принадлежащие к иной расе, попытаются напасть на эту фермерскую семью, им сначала придется познакомиться с летающими саблями Дзирта До'Урдена.

Дзирт понимал, что, ведя наблюдение за фермерской семьей, он подвергается риску. Если люди заметят его (а это было вполне вероятно), их охватит паника. И все-таки Дзирту хотелось воспользоваться представившейся возможностью. Отчасти он даже надеялся, что его обнаружат.

Ранним утром четвертого дня, незадолго до того, как солнце начало свой путь по небу, Дзирт отправился на ежедневную проверку холмов и леса вокруг уединенного дома. К тому времени, когда Дроу вернулся на наблюдательный пункт, работа на ферме шла полным ходом. Дзирт удобно разместился на постели из мха и вглядывался из тенистого укрытия в сияние безоблачного дня.

Менее чем через час из дома вынырнула одинокая фигурка и крадучись направилась в сторону Дзирта. Это был самый – младший из детей, мальчик с волосами песочного цвета, который не по своей воле провел в корыте почти столько же времени, сколько вне его.

Не зная, каковы намерения паренька, Дзирт торопливо спрятался за стволом ближайшего дерева. Однако вскоре он сообразил, что мальчик вряд ли его заметил, потому что ребенок скользнул в кустарник, фыркнул через плечо, оглянувшись на дом, и повернул к лесистому горному склону, на ходу все время посвистывая. Тут Дзирт понял, что парнишка отлынивает от домашней работы, и чуть не зааплодировал его беззаботности. В то же время это было довольно глупым поступком – улизнуть из дома и отправиться блуждать в одиночку по такой опасной местности. Ребенку было не более десяти лет; он казался тоненьким и хрупким, его невинные голубые глаза сияли из-под янтарных кудрей. Дзирт немного помедлил, чтобы дать мальчику возможность уйти вперед, а также посмотреть, не преследует ли его кто-нибудь, и двинулся за ним, прислушиваясь к свисту.

Мальчик уверенно поднимался в горы, а Дзирт следовал за ним в сотне шагов, утвердившись в намерении уберечь малыша от любой опасности.

В темных туннелях Подземья Дзирт мог бы вплотную подползти к мальчишке, к гоблину или к кому угодно, оставаясь незамеченным, и хлопнуть его по заду.

Здесь же, на поверхности, примерно через полчаса погони изменения в поведении мальчика и скорости его движения, да еще то, что посвистывание прекратилось, показали Дзирту, что мальчик обнаружил преследование.

Чтобы проверить, не почувствовал ли ребенок присутствие кого-то третьего, Дзирт при помощи фигурки из оникса призвал Гвенвивар и послал пантеру в обход, а сам осторожно двинулся вперед по тропе.

Мгновение спустя, услышав испуганный крик ребенка, Дроу выхватил сабли и отбросил всякую осторожность. Он не понимал ни одного слова мальчика, но отчаяние в детском голосе не требовало перевода.

– Гвенвивар! – позвал Дзирт, пытаясь вернуть пантеру назад. Но он не мог стоять и спокойно ждать, а поэтому рванулся вперед.

Тропинка круто взмыла вверх, внезапно выбежав из-под деревьев, и закончилась на краю широкого, футов двадцать шириной, ущелья. Через расселину было перекинуто одно-единственное бревно, и на нем, ближе к противоположному краю, висел мальчик. При виде темнокожего эльфа с саблями в руках его глаза широко распахнулись. Заикаясь, он пробормотал несколько слов, разобрать которые Дзирту было не под силу.

При виде ребенка, подвергшегося опасности, Дзирта охватило чувство вины, ведь в такое затруднительное положение мальчик попал только потому, что его преследовали. Глубина ущелья была почти такой же, как его ширина, но, сорвавшись с бревна, мальчик упал бы на острые камни и колючие кусты ежевики. В первый момент Дзирт замешкался, ошеломленный неожиданной встречей и ее неизбежными последствиями, но тут же забыл о собственных проблемах. Опустив клинки в ножны и скрестив руки на груди, что у Дроу являлось мирным знаком, он поставил одну ногу на бревно.

Мальчик расценил это по-другому. Едва оправившись от изумления при виде странного существа, он раскачался и прыгнул на противоположный край ущелья, а затем столкнул бревно с того места, где оно лежало. Дзирт проворно соскочил с бревна, и оно рухнуло в пропасть. Тогда-то Дроу и понял, что ребенку не грозила никакая опасность, просто он притворился испуганным, чтобы сбить с толку своего преследователя. И если бы им оказался один из членов фермерской семьи, как, без сомнения, думал мальчик, угроза его гибели уничтожила бы все мысли о наказании.

* * *

Теперь в затруднительном положении оказался Дзирт. Его наконец обнаружили.

Он попытался найти с мальчиком общий язык, объяснить причину своего появления и предотвратить панику. Но мальчик не стал ждать никаких объяснений. Широко раскрыв глаза от ужаса, он вскарабкался на уступ, этот путь был ему хорошо знаком, и метнулся в кустарник.

Дзирт беспомощно огляделся.

– Подожди! – крикнул он на языке Дроу, хотя знал, что мальчик его не поймет, а если и поймет, то все равно не остановится.

Темный кошачий силуэт возник рядом с Дроу и взлетел в воздух, с легкостью перепрыгнув через ущелье. Гвенвивар мягко приземлилась на другом краю расселины и исчезла в зарослях.

– Гвенвивар! – крикнул Дзирт, пытаясь остановить пантеру. Он не представлял, как Гвенвивар поведет себя с ребенком. Насколько ему было известно, пантере только один раз довелось встретиться с человеком – с магом, впоследствии убитым друзьями Дзирта. Он огляделся в поисках какого-нибудь способа последовать за пантерой. Можно было бы спуститься вниз, пересечь ущелье и снова вскарабкаться наверх, но это заняло бы слишком много времени.

Дзирт отбежал на несколько шагов назад, а затем устремился к обрыву и прыгнул вперед, призывая свою прирожденную способность к левитации. Он испытал истинное облегчение, когда почувствовал, что его тело освободилось от оков земного притяжения. Возможностью левитировать он не пользовался с тех пор, как вышел на поверхность. Для Дроу, прячущегося под открытым небом, в этом не было надобности. И все-таки первоначальный толчок донес Дзирта до дальнего края расселины. Он начал концентрироваться на том, чтобы плавно опуститься на камень, но внезапно действие чар прекратилось, и Дзирт плюхнулся вниз. Не обращая внимания на ссадины на коленях и не раздумывая над тем, почему его заклинание так плохо сработало, он побежал дальше, умоляя Гвенвивар остановиться.

Обнаружив кошку, Дзирт с облегчением вздохнул. Гвенвивар мирно сидела на полянке, небрежно придавив лапой мальчишку, лежавшего лицом к земле. Мальчик продолжал кричать, вероятно призывая на помощь, но был совершенно цел и невредим.

– Иди сюда, Гвенвивар, – тихо и спокойно сказал Дзирт. – Оставь ребенка в покое.

Гвенвивар лениво зевнула и подчинилась, заняв место рядом с хозяином.

Какое-то время мальчик лежал без движения. Наконец, собрав все мужество, он вскочил на ноги и оказался лицом к лицу с темным эльфом и пантерой. Его глаза на чумазом лице раскрылись еще шире, являя собой карикатурное воплощение ужаса.

– Ты кто? – спросил мальчик на языке людей.

Дзирт развел руками в знак того, что ничего не понимает. По какому-то наитию он ткнул пальцем себе в грудь и ответил:

– Дзирт До'Урден.

Он заметил, что мальчик незаметно пятится назад, и не удивился (на этот раз он был убежден, что удержит Гвенвивар), когда мальчик круто повернулся и побежал прочь, отчаянно вопя:

– На помощь! Это дзиррит!

Дзирт взглянул на Гвенвивар и пожал плечами, и ему показалось, что кошка повторила его жест.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю