355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Энтони Сальваторе » Тёмное наследие » Текст книги (страница 1)
Тёмное наследие
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 19:18

Текст книги "Тёмное наследие"


Автор книги: Роберт Энтони Сальваторе



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Роберт Сальваторе
«Тёмное наследие»

Диане – раздели это со мной



Пролог

Дайнин осторожно пробирался темными улицами Мензоберранзана, города дроу. Бездомный скиталец, уже больше двадцати лет живший в одиночестве, был настоящим воином. Он хорошо знал опасности города и умел избегать их.

Проходя мимо опустевшей территории Дома, протянувшейся вдоль западной стены пещеры на целых две мили, Дайнин не удержался и замедлил шаг. Двойные сталагмиты подпирали разрушенную ограду, окружавшую здание, а двое ворот, одни внизу, а другие за балконом двадцатью футами выше, нелепо повисли на скрученных опаленных петлях. Сколько же раз сила левитации поднимала Дайнина на этот балкон и он входил в личные покои благородных членов его дома, Дома До'Урден?

Дом До'Урден. В городе дроу запрещалось даже произносить это название. Когда-то семья Дайнина была восьмой по положению среди почти шестидесяти семей Мензоберранзана; его мать заседала в Совете, а он, Дайнин, был Мастером Мили-Магтир Школы Воинов в знаменитой Академии дроу.

Сейчас, когда он вновь стоял перед родным Домом, Дайнину казалось, что с того славного времени минула тысяча лет. Семьи больше не было, его Дом лежал в руинах, а сам Дайнин вынужден был связаться с бандой наемников Бреган Д'эрт просто для того, чтобы выжить.

– Но когда-нибудь… – торжественно и тихо пообещал себе Дайнин. Он пожал плечами и натянул на себя маскирующий плащ пивафви, отлично зная, насколько уязвим в Подземье бездомный бродяга. Быстрый взгляд в центр пещеры, на колонну Нарбондель, подсказал ему, что уже поздно. В начале каждого дня Архимаг Мензоберранзана выходил к Нарбондель и наполнял ее волшебным, долго сохранявшимся теплом, которое сначала поднималось вверх, а потом опускалось. Чувствительные глаза дроу, видевшие в инфракрасном спектре, наблюдали за уровнем тепла в колонне и определяли по нему время.

Сейчас Нарбондель почти остыла – заканчивался еще один день.

Дайнину предстояло пересечь город, чтобы попасть к Клорифте – глубокой пещере в северо-западной стене Мензоберранзана. Там, в одном из своих многочисленных укрытий, его ждал Джарлакс, главарь Бреган Д'эрт.

Воин-дроу обогнул Нарбондель, лавируя между пустотелыми сталагмитами, отмечавшими границы семейных территорий, украшенными сказочной скульптурой и горгульями. Они сияли разноцветными феерическими огнями. Солдаты, охранявшие входы в Дома и на мосты, останавливались и внимательно разглядывали одинокого незнакомца, держа наготове свои арбалеты и отравленные стрелы, пока пришелец не исчезал из виду.

В Мензоберранзане приходилось быть всегда начеку, не доверяя даже собственной тени.

Добравшись до Клорифты, Дайнин внимательно осмотрелся, затем скользнул вниз и, используя врожденную способность к левитации, стал медленно спускаться в пещеру. Сотней футов ниже на него вновь нацелились арбалеты, но, едва стража узнала в Дайнине одного из своих, оружие убрали.

«Джарлакс ждет тебя», – беззвучно сообщил ему один из стражников, используя сложный язык жестов темных эльфов.

Дайнин и не подумал отвечать. Объясняться с каким-то солдатом! Он грубо растолкал стражников и вошел в короткий туннель, вскоре влившийся в запутанный лабиринт коридоров и комнат. Несколько раз повернув, темный эльф остановился перед мерцающей дверью, настолько тонкой, что она казалась полупрозрачной. Он прижал к ней ладонь, чтобы чувствительные к тепловому излучению глаза по ту сторону двери восприняли тепло его тела как стук.

– Наконец-то, – услышал он голос Джарлакса. – Войди, Дайнин, мой Хал'аббиль. Ты заставил меня ждать слишком долго.

Дайнин слегка помедлил, раздумывая над всегда непредсказуемыми словами и интонациями главаря наемников. Джарлакс назвал его «Хал'аббиль» – «мой верный друг»; это прозвище он дал Дайнину после того набега, когда был разрушен Дом До'Урден (набега, в котором Джарлакс сыграл не последнюю роль), но в тоне главаря не было заметно никакого сарказма. Казалось бы, все как обычно. Но с чего это вдруг Джарлакс оторвал его от выполнения рискованного разведывательного задания в Доме Вандри, Семнадцатом Доме Мензоберранзана? Дайнин был озадачен. Он потратил почти год, чтобы внедриться в никому не доверяющий Клан Вандри, и не сомневался, что его положение там сильно пошатнется из-за необъяснимого исчезновения с территории Дома.

Что ж, есть только один способ все узнать, решил бездомный солдат. Он задержал дыхание и шагнул вперед. Его встретила упругая водяная стена, но он был совершенно сухим, когда, сделав несколько больших шагов через текучую границу, разделявшую разные уровни бытия, преодолел обманчиво тонкую волшебную дверь и оказался в маленькой комнате Джарлакса.

Она была залита приятным красным светом, и глаза Дайнина перестроились с инфракрасного на обычный спектр. Он моргнул, когда завершилось превращение, и моргнул вновь, как всегда, когда видел Джарлакса.

Главарь наемников сидел за каменным столом в необычном мягком кресле, поддерживаемом единственной ножкой на шарнире, так что оно могло сильно отклоняться в разные стороны. Как всегда, удобно расположившись, Джарлакс откинулся назад, скрестив руки на затылке наголо обритой (что было весьма необычно для дроу!) головы.

Словно ради забавы Джарлакс положил одну ногу на стол, позвякивая шпорой высокого черного сапога, затем поднял другую ногу и ударил по камню так же сильно, но на этот раз совершенно беззвучно.

Дайнин заметил рубиново-красную повязку на правом глазу главаря.

У стола стояло дрожащее подобие человека. Ростом оно было едва ли по пояс Дайнину, даже если принимать в расчет небольшие белые рожки на круглой головке существа.

– Один из кобольдов Дома Облодры, – небрежно пояснил Джарлакс Дайнину. – Бедняга смог проникнуть сюда, но найти обратную дорогу оказалось не так-то просто.

Дайнина это не удивило. Дом Облодра, Третий Дом Мензоберранзана, был закрыт для посторонних и занимал территорию в самом конце Клорифты. Там, по слухам, держали тысячи кобольдов, чтобы пытать их ради развлечения или использовать в качестве живого щита во время войны.

– Ну что? Хочешь уйти? – спросил Джарлакс на примитивном гортанном наречии кобольдов.

Кобольд тупо закивал.

Джарлакс указал ему на темную дверь, и существо рванулось к ней. Однако у него не хватило силы преодолеть преграду, и его отбросило назад, к ногам Дайнина. Еще не поднявшись, глупый кобольд сердито фыркнул в сторону главаря наемников.

Джарлакс несколько раз взмахнул рукой, так быстро, что Дайнин не успел сосчитать сколько. Он рефлекторно напрягся, хотя прекрасно знал, что Джарлакс никогда не промахивается.

Когда он снова взглянул вниз, из безжизненного тела кобольда уже торчало пять кинжалов, образуя правильную звезду на его маленькой тощей груди.

Джарлакс только пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Дайнина.

– Не мог же я позволить этой твари вернуться в Облодру, – пояснил он. – После того как он узнал, что мы находимся так близко…

Дайнин рассмеялся вместе с ним. Он начал вытаскивать кинжалы, но Джарлакс напомнил, что необходимости в этом нет.

– Они вернутся сами, – бросил главарь, приподнимая широкий рукав и показывая волшебные ножны, охватывавшие его запястье. – Садись, – пригласил он своего друга, указывая на стул рядом. – Нам нужно многое обсудить.

– Почему ты меня отозвал? – прямо спросил Дайнин, сев за стол. – Я уже совершенно втерся в доверие к Вандри.

– Ах, мой Хал'аббиль, – ответил Джарлакс, – вечно ты о делах. Я просто восхищаюсь этим твоим качеством.

– Улн'хирр, – парировал Дайнин, что на языке дроу означало «лжец».

Оба они рассмеялись, но Джарлакс оборвал смех и подался вперед, сцепив руки, украшенные кольцами и браслетами, драгоценностями, которым позавидовал бы и король (кто знает, сколько из этих мерцающих сокровищ были волшебными? – часто спрашивал себя Дайнин), и лицо его внезапно стало серьезным.

– Что, пора атаковать Вандри? – спросил Дайнин, думая, что разгадал загадку.

– Забудь о Вандри, – ответил Джарлакс. – Не в них дело.

Дайнин оперся острым подбородком на свою тонкую руку. Не в них дело! Ему хотелось вскочить и придушить этого пещерного вождя. Он потратил целый год…

Однако он заставил себя отвлечься от мыслей о Вандри, внимательно посмотрел на всегда спокойное лицо Джарлакса, ища подсказки, и вдруг понял.

– Моя сестрица… – сказал он, и Джарлакс кивнул, прежде чем он успел докончить фразу. – Что она натворила?

Джарлакс выпрямился, посмотрел в другой конец маленькой комнаты и резко свистнул. По его сигналу каменная плита поднялась, открывая альков, и Вирна До'Урден, единственная из единокровных братьев и сестер Дайнина, оставшаяся в живых, ворвалась в комнату. Она казалась еще великолепнее и прекраснее, чем во времена славы их Дома.

Дайнин широко открыл глаза, поняв, что на ней было одеяние верховной жрицы Ллос, затканное орнаментом из пауков и оружия, знаками Дома До'Урден! Дайнин, не видевший подобного уже больше десяти лет, даже не подозревал, что Вирна сохранила свою одежду.

– Ты рискуешь… – начал он, но остановился, увидев ее гневное темное лицо и горящие, как уголья, красные глаза.

– Я вновь обрела благосклонность Ллос! – объявила Вирна.

Дайнин посмотрел на Джарлакса, который лишь пожал плечами и передвинул повязку с правого на левый глаз.

– Паучья Королева указала мне путь, – продолжала Вирна, и ее голос, обычно такой мелодичный, срывался ст волнения.

Дайнин подумал, что она на грани безумия. Вирна всегда была сдержанной и терпимой, даже после внезапной гибели Дома До'Урден. Однако в течение последних лет ее поведение становилось все более странным, и она проводила много времени в одиночестве, в безысходных молитвах, обращенных к безжалостному божеству дроу.

– И ты поведаешь нам, что за путь указала тебе Ллос? – после продолжительного молчания спросил Джарлакс, похоже нисколько не удивленный.

– Дзирт. – Нежные губы Вирны искривились от злости, когда она произнесла имя брата-отступника.

Дайнин вовремя прикрыл рукой рот, удержавшись от недоверчивого смешка. В конце концов, несмотря на все свое безрассудство, Вирна оставалась верховной жрицей богини.

– Дзирт? – спокойно поинтересовался Джарлакс. – Твой брат?

– Он не брат мне! – выкрикнула Вирна, метнувшись к столу, словно намереваясь броситься на Джарлакса. Дайнин успел заметить неуловимое движение главаря, поднявшего руку с кинжалами.

– Предатель Дома До'Урден! – кипела Вирна. – Предатель всех дроу!

Внезапно ее крик сменился улыбкой, презрительной и зловещей.

– Если принести Дзирта в жертву, я снова обрету милость Ллос, я снова… – Она резко оборвала себя, очевидно не желая посвящать их в свои планы.

– Ты говоришь, как Мать Мэлис, – отважился вставить Дайнин. – Она тоже объявила охоту на нашего бра… на предателя.

– Ты помнишь Мать Мэлис, женщина? – поддразнил Джарлакс, надеясь, что связанные с этим именем воспоминания несколько охладят пыл Вирны. Мэлис, мать Вирны и Матрона Дома До'Урден, умерла, в конечном счете, из-за того, что не смогла поймать и убить предателя Дзирта.

Вирна притихла, потом зашлась в припадке истерического смеха и долго не могла остановиться.

– Понял, почему я тебя вызвал? – обратился Джарлакс к Дайнину, игнорируя жрицу.

– Ты хочешь, чтобы я убил ее, пока она не доставила нам неприятностей? – так же спокойно спросил Дайнин.

Смех Вирны смолк; ее широко открытые глаза остановились на дерзком брате. « Вишия!» —вскричала она, и волна магической силы сбила Дайнина с ног и припечатала к каменной стене.

– На колени! – приказала Вирна, и Дайнин, не владея собой, упал на колени, беспомощно глядя на Джарлакса.

Главарь тоже не мог скрыть изумления. Приказ был довольно простым заклинанием, которое, конечно, не могло подействовать на столь закаленного и крепкого воина, как Дайнин.

– Милость Ллос на мне, – бросила им Вирна, стоя прямо, с высоко поднятой головой. – И если вы помешаете мне, то исчезнете, и не будет вам защиты от моих проклятий, потому что в них – сила благословения Ллос.

– Последнее, что мы слышали о Дзирте, – это то, что он выбрался на поверхность, – сказал Джарлакс Вирне, чтобы умерить ее растущий гнев. – И, по всем сведениям, там он и пребывает.

Вирна кивнула, загадочно улыбаясь, и ее жемчужные зубы ярко блеснули на фоне эбеновой кожи.

– Он там, – согласилась она. – Но Ллос указала мне дорогу к нему, дорогу к славе.

Джарлакс и Дайнин вновь смущенно переглянулись. Для них все, что говорила Вирна, – и она сама – было безумием.

Но, вопреки своей воле и представлениям, Дайнин никак не мог подняться с колен.

Часть первая
ТРЕВОГА

Почти тридцать лет прошло с той поры, как я покинул свою страну, – ничтожный срок для эльфа-дроу, но для меня – почти целая жизнь. Все, чего я хотел, или думал, что хотел, когда вышел из темной пещеры Мензоберранзана, – это иметь настоящий дом, уютное место, где я мог бы повесить свои сабли над горящим камином и мирно беседовать у огня с друзьями.

Все это я обрел рядом с Бренором, в гулких чертогах его юности, где царят мир и согласие. Я ношу оружие только во время пятидневных переходов между Мифрил Халлом и Серебристой Луной.

Но прав ли я?

Никогда не сомневаясь и не раскаиваясь в своем решении покинуть тьму Мензоберранзана, сейчас, пребывая в мире и спокойствии, я начинаю думать, что мои желания в то давнее время родились из отсутствия опыта. Просто спокойная жизнь была мне неведома.

Конечно, сейчас я живу лучше, в тысячу раз лучше, чем в Подземье. Я даже не помню, когда в последний раз чувствовал тревогу, нарастающий страх надвигающейся опасности, ту дрожь, которую испытываешь, когда враг приближается и надо принять брошенный вызов.

Нет, я помню один особенный миг – около года назад, когда Вульфгар, Гвенвивар и я работали на расчистке нижних туннелей Мифрил Халла, – хотя это чувство, мгновенный укол страха, уже давно поблекло в моей памяти.

Но я задаю себе вопрос: остались ли мы людьми действия? Не будем ли мы цепляться за удобство и покой, если жизнь вызовет нас на бой?

Должен признаться, не знаю.

Однако есть одна вещь, для меня несомненная, одна истина, которая обязательно поможет мне избавиться от сомнений. Рядом с Бренором и его родом, рядом с Вульфгаром, Кэтти-бри и Гвенвивар, милой Гвенвивар, я сам волен выбирать свою судьбу.

Конечно, сейчас я в большей безопасности, чем за все шестьдесят лет моей жизни. Надежды на будущее, на непрерывный мир никогда еще не были столь оправданными. Но, несмотря на это, я чувствую себя смертным. Впервые я оглядываюсь назад, а не смотрю в будущее. И не могу объяснить почему. Я просто чувствую, что смерть ходит рядом, и все истории, которыми я хотел поделиться с друзьями, скоро станут прошлым, и ничто не придет им на смену.

Но я вновь напоминаю себе, что выбор за мной.

Дзирт До'Урден
Глава первая
НАЧАЛО ВЕСНЫ

Дзирт До'Урден медленно шел по тропинке вдоль самого южного из отрогов Гребня Мира. Разгоралась утренняя заря. Далеко на юге, за долиной, у Торфяных болот, он заметил отблеск огней какого-то далекого города, похоже Несма, блекнувших перед набиравшим силу восходом. Когда Дзирт прошел еще один поворот, он увидел внизу маленький городок Сеттлстоун. Там варвары, родня Вульфгара из далекой Долины Ледяного Ветра, уже начали свои утренние хлопоты.

Дзирт наблюдал за суетящимися фигурами, казавшимися крохотными на таком расстоянии, и вспоминал недавнее время, когда Вульфгар и его гордый народ кочевали по холодной тундре на северо-западе, по ту сторону большой горной цепи, в тысяче миль отсюда.

Приближается весна, сезон торговли, и смелые, закаленные жители Сеттлстоуна, став посредниками дворфов из Мифрил Халла, смогут обрести богатое и спокойное существование, о котором они едва ли могли мечтать в своей прежней жизни. Варвары откликнулись на призыв Вульфгара, доблестно сражались бок о бок с дворфами в старых пещерах и скоро пожнут плоды своего труда, навсегда позабыв о безрадостной кочевой жизни и об оставленном в прошлом нескончаемом безжалостном ветре своей Долины.

– Да, все мы прошли долгий путь, – произнес Дзирт в холодной пустоте утреннего воздуха и усмехнулся двойному смыслу этих слов, вспоминая, что сам он только что вернулся из Серебристой Луны, великолепного города далеко на востоке, где раньше скиталец-дроу и надеяться не мог обрести приют. Когда он сопровождал Бренора в поисках Мифрил Халла, два года тому назад, его не пропустили даже за ворота Серебристой Луны.

– Только ты один прошел сотню миль за неделю, – последовал неожиданный ответ.

Тонкие черные руки Дзирта машинально сжали рукояти кривых сабель, но он тут же успокоился, узнав мелодичный голос, говоривший на языке дворфов с едва заметным акцентом. Секундой позже, прыгая по камням, из-за скалистого выступа показалась Кэтти-бри, приемная дочь Бренора Боевого Топора, из рода людей. Горный ветер трепал ее золотисто-каштановую шевелюру, а темно-голубые глаза блестели в ясном свете утра, как влажные сапфиры.

Дзирт улыбнулся, заметив веселую упругость ее походки и живость, на которой не сказались даже жестокие битвы последних нескольких лет. Сердце Дзирта теплело всякий раз, когда он видел Кэтти-бри. Девушка поняла и приняла его с их самой первой встречи на каменистом, продуваемом всеми ветрами склоне лет десять тому назад, когда она была в два раза моложе. И тогда, и сейчас для нее не имел значения цвет его кожи.

Темный эльф ожидал, что в следующее мгновение из-за обрыва покажется сопровождающий Кэтти-бри Вульфгар, который вскоре должен был стать ее мужем.

– Ты слишком далеко ушла одна, – заметил Дзирт, когда тот так и не появился.

Кэтти-бри скрестила руки на груди, нетерпеливо притопывая ногой.

– А ты говоришь как мой отец, а не как друг, – ответила она. – Что-то не вижу, чтобы кто-нибудь охранял Дзирта До'Урдена.

– Неплохо сказано, – согласился дроу без малейшего сарказма в голосе.

Девушка напомнила ему, что она в состоянии сама о себе позаботиться. На поясе у нее висел короткий меч, сделанный дворфами, а под шубкой был надет отличный панцирь, не хуже той кольчуги, что Бренор когда-то подарил Дзирту. За плечом у Кэтти-бри Дзирт увидел Тулмарил Искатель Сердец – волшебный лук, невиданное по мощи оружие. К тому же приемная дочь Бренора выросла среди отважных дворфов, и отец воспитал ее крепкой, как скала.

– Ты любишь встречать рассвет? – спросила Кэтти-бри, следя за устремленным на восток взглядом темного эльфа.

Дзирт присел на плоский валун и жестом пригласил Кэтти-бри сесть рядом.

– Я наблюдаю рассвет с первых же дней, проведенных на поверхности, – сказал он, откидывая на спину тяжелый зеленый плащ. – Хотя тогда глаза мои так болели… Наверное, это было напоминанием о том месте, откуда я пришел. Но теперь, к счастью, я могу выносить яркий свет.

– Ну и прекрасно, – ответила Кэтти-бри. Она пристально смотрела в удивительные лавандовые глаза дроу, принуждая его взглянуть на нее, заметить на ее лице ту самую невинную улыбку, которую он увидел много лет назад, встретив девушку на склоне Долины Ледяного Ветра.

Улыбка его первого друга.

– Это значит, что тебе предназначено жить под солнцем, – продолжала Кэтти-бри. – Впрочем, как и всякому существу любой расы.

Дзирт снова посмотрел на восходящее солнце и ничего не ответил. Кэтти-бри тоже молчала, и они долго сидели в тишине, наблюдая, как просыпается мир.

– Я пришла, чтобы встретиться с тобой, – вдруг сказала Кэтти-бри.

Дзирт удивленно взглянул нч нее.

– Ну, то есть, – объяснила девушка, – ты сказал, что вернешься в Сеттлстоун и придешь в Мифрил Халл через несколько дней. С тех пор я каждый день жду тебя здесь.

Выражение лица Дзирта не изменилось.

– Ты хочешь поговорить со мной наедине? – спросил он, чтобы помочь ей найти слова.

Кэтти-бри медленно кивнула, и Дзирт понял – что-то произошло.

– Никогда не прощу тебе, если ты не будешь на свадьбе, – тихо сказала она, прикусила губу и жалобно шмыгнула, старательно делая вид, что ей зябко.

Дзирт обнял ее за сильные плечи:

– Неужели ты можешь хотя бы на минуту вообразить, что я не приду, пусть даже все тролли Торфяных болот станут между мной и церемониальным залом?

Кэтти-бри повернулась к нему и широко улыбнулась, прекрасно зная, что он ответит именно так. Порывисто обняв его, девушка вскочила, потянув эльфа за собой.

Хотел бы Дзирт почувствовать такое же облегчение или, по крайней мере, заставить ее в это поверить. Кэтти-бри знала, что он ни за что не пропустил бы бракосочетание двух своих самых близких друзей. Зачем тогда эти еле сдерживаемые слезы? – удивлялся чуткий эльф. Почему ей потребовалось искать его здесь, если через несколько часов он будет в Мифрил Халле?

Он не спросил ее об этом, но был сильно обеспокоен. Как всегда, когда замечал слезы в синих глазах Кэтти-бри.

* * *

Черные сапоги Джарлакса гулко стучали по камню, пока он в одиночестве шел по извилистому туннелю в окрестностях Мензоберранзана. Большинство дроу, оказавшись одни за пределами большого города, в дебрях Подземья, были бы чрезвычайно осторожны, но наемник знал, с чем можно встретиться в туннелях, а в этой их части знал даже каждое существо, обитающее тут.

Сильной стороной Джарлакса была информация. Разведывательная сеть Бреган Д'эрт, банды, которую Джарлакс создал и сделал могущественной, была более разветвленной, чем у любого Дома дроу. Джарлакс был в курсе всего, что случилось или должно было случиться в самом городе и вокруг него, и, вооруженный этой информацией, смог прожить столетия, оставаясь бездомным изгнанником. Он так долго был неотъемлемой частью всех интриг и козней Мензоберранзана, что уже никто, за исключением только, может быть, Первой Матери Бэнр, не знал о его происхождении.

Сейчас на нем была мерцающая накидка, цвета которой, переливаясь, сменяли друг друга, а наголо обритую голову покрывала широкополая шляпа с огромным плюмажем из перьев диатримы, большой бескрылой подземной птицы. Узкий меч бил его по одному бедру, а у другого был подвешен длинный кинжал. Но те, кто был знаком с хитрым наемником, знали, что на самом деле оружия было гораздо больше, просто Джарлакс прятал его на себе и мог легко извлечь в случае необходимости.

Гонимый любопытством, Джарлакс невольно ускорил шаг, но, заметив это, сразу же пошел медленнее, решив явиться на неформальную встречу, которую устраивала сумасшедшая Вирна, с некоторым опозданием.

Сумасшедшая ли?

Джарлакс надолго задумался, даже остановился и прислонился к стене, вспоминая множество требований жрицы за последние несколько недель. Все, что сначала казалось отчаянными метаниями разоренной аристократки, не имевшей ни малейшего шанса на успех, теперь быстро складывалось в последовательный план. Джарлакс пошел на поводу у Вирны скорее из любопытства, чем веря, что они убьют или хотя бы обнаружат давно пропавшего Дзирта.

Но все же что-то явно руководило Вирной, и Джарлаксу пришлось признать, что это могла быть Ллос или кто-то из ее могущественных приближенных. Похоже, что священные силы вернулись к Вирне в полной мере. Она давала Джарлаксу ценные сведения и даже нашла отличного шпиона. Теперь они точно знали, где именно находится Дзирт До'Урден, и главарь наемников начал подумывать, что убить предателя-дроу будет не так уж сложно.

Стук сапог Джарлакса возвестил о его приближении, прежде чем он показался из-за последнего поворота туннеля и вошел в просторное помещение с низким потолком. Вирна уже была здесь вместе с Дайнином, и Джарлакса поразило (еще одно наблюдение его расчетливого ума), что Вирна чувствовала себя в этих диких местах намного увереннее брата. А ведь Дайнин провел в туннелях много лет, руководя патрулями, в то время как Вирна, тщательно оберегаемая знатная жрица, редко бывала за пределами города.

Однако если она действительно считала, что на ней благословение Ллос, тогда ей нечего было бояться.

– Ты передал наш дар человеку? – сразу же нетерпеливо спросила Вирна.

Джарлакс подумал, что все вдруг в ее жизни стало не терпящим отлагательств.

Этот внезапный вопрос вместо приветствия или хотя бы замечания, что он опоздал, на минуту сбил наемника с толку, и он посмотрел на Дайнина, беспомощно пожавшего плечами в ответ. Лицо его выражало покорное смирение, тогда как глаза Вирны полыхали огнем.

– Человек получил серьгу, – ответил Джарлакс.

Вирна достала плоский диск с таким же орнаментом, как и на другой, отданной серьге.

– Прохладный, – сказала она, проведя рукой по его металлической поверхности, – значит, наш шпион уже далеко от Мензоберранзана.

– Далеко, и с дорогим подарком, – саркастично заметил Джарлакс.

– Необходимым и полезным для нашего дела, – осадила его Вирна.

– Если этот человек действительно окажется таким ценным лазутчиком, как ты говоришь… – начал Джарлакс.

– Ты в нем сомневаешься? – Слова Вирны эхом отдались в туннеле и прозвучали как угроза, а Дайнина повергли в еще большее уныние. – Меня привела к нему Ллос, – с насмешливой улыбкой продолжала Вирна, – Ллос, указавшая мне, как вернуть честь моей семьи. И ты сомневаешься…

– Я не сомневаюсь ни в чем, что касается нашей богини, – тут же перебил ее Джарлакс. – Серьга, с помощью которой можно следить за этим человеком, доставлена ему, и он уже отправился в путь. – Наемник почтительно согнулся в низком поклоне, коснувшись своей широкополой шляпы.

Вирна успокоилась и казалась умиротворенной. Ее глаза горели воодушевлением, а на лице появилась блуждающая улыбка.

– А гоблины? – спросила она с заметной неприязнью в голосе.

– Они скоро встретятся с этими жадными дворфами, – ответил Джарлакс. – К собственному позору, без сомнения. Мои агенты уже проникли к ним. Если твой братец примет участие в этом столкновении, мы будем знать.

Видя явное удовлетворение на лице Вирны, наемник скрыл снисходительную улыбку. При помощи несчастного племени гоблинов жрица рассчитывала всего лишь получить подтверждение о местонахождении своего брата, но у Джарлакса на уме было нечто большее. Между гоблинами и дворфами существовала взаимная ненависть, такая же сильная, как между дроу и их родственниками – надземными эльфами, и любая встреча между этими группами неминуемо заканчивалась сражением. Могла ли Джарлаксу представиться лучшая возможность тщательно изучить оборонительную систему дворфов?

И найти в ней слабые места.

Потому что если стремления Вирны были вполне определенными – все, что она хотела, это убить своего предателя-брата, – то у Джарлакса были далеко идущие планы. Он подумывал, как сделать еще прибыльней предприятие по добыче мифрила, находящегося так близко к поверхности.

Потирая руки, Вирна резко повернулась к брату. Джарлакс едва не рассмеялся, заметив слабую попытку Дайнина воспроизвести на своем лице такое же сияющее выражение, как у сестры. Но Вирна была слишком поглощена своими мыслями, чтобы заметить очевидный промах Дайнина.

– А гоблины, эти твари, осознают, что у них нет выбора? – спросила она, снова повернувшись к наемнику, и сама же ответила, прежде чем Джарлакс успел открыть рот: – Ну конечно же!

Джарлаксу внезапно захотелось погасить это пламя чрезмерного воодушевления.

– А что будет, если гоблины убьют Дзирта? – нарочито невинно спросил он.

Лицо Вирны странно сморщилось, и она запнулась, не зная, что сказать.

– Нет, – наконец нашлась она. – Мы же знаем, что в пещерах живет не меньше тысячи дворфов, а может, даже в два-три раза больше. Они просто раздавят гоблинов.

– Но дворфы и их союзники все же могут потерять кого-то, – рассудил Джарлакс.

– Только не Дзирта, – неожиданно угрюмо вмешался Дайнин, и Вирна с Джарлаксом не стали ему возражать. – Ни один гоблин не убьет Дзирта. Их оружие не сможет даже коснуться его тела.

Довольная улыбка на лице Вирны показала, что она не уловила откровенного страха за словами Дайнина. Он-то был единственным из них, кто встречался с Дзиртом в бою.

– В туннелях, ведущих к городу, все чисто? – спросила Вирна и, когда Джарлакс кивнул, поспешно удалилась, не желая попусту тратить время.

– А ты хочешь, чтобы все это скорей закончилось, – заметил Джарлакс, оставшись наедине с Дайнином.

– Ты просто никогда не видел моего брата, – спокойно ответил тот, а его рука машинально сжала рукоять великолепного меча, как будто одно упоминание о Дзирте заставляло его быть настороже. – По крайней мере в сражении.

– Боишься, Хал'аббиль? – Вопрос задевал честь Дайнина и прозвучал скорее как издевка.

Однако тот даже не попытался спорить.

– Кстати, тебе нужно опасаться своей сестры, – рассудил Джарлакс, взвешивая каждое слово.

На лице Дайнина изобразилось отвращение.

– Паучья Королева или кто-то из ее приближенных определенно говорили с ней, – добавил Джарлакс скорее для себя, чем для своего товарища. На первый взгляд, одержимость Вирны казалась безнадежной и опасной, но Джарлакс давно жил среди хаоса Мензоберранзана и знал, что многие из обладающих властью, включая и Мать Бэнр, в свое время носились с похожими неистовыми фантазиями.

Почти все значительные личности в Мензоберранзане, включая и членов Совета, пришли к власти с помощью действий, казавшихся обреченными, и протискивались к славе через колючую паутину хаоса.

Может быть, Вирна была следующей, кому повезет?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю