Текст книги "Космический патруль [=Космический кадет]"

Автор книги: Роберт Энсон Хайнлайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Не волнуйтесь, все хорошо, – посоветовал сержант. – Не надо сворачиваться в такой тесный клубок, и в следующий раз вытягивайтесь чуть раньше. У нас много времени.

Мэтт опять свернулся в клубок, но на этот раз не прижимал колени к груди. Корабль снова показался в поле зрения, хотя и гораздо дальше. На этот раз он выпрямился до того, как шлем скафандра был на одной линии с кораблем. Фигуры на его поверхности казались совсем крохотными и продолжали уменьшаться. Расстояние превышало триста футов. Мэтт выбрал чей-то шлем в качестве цели, включил двигатель и начал отсчет.

В первые секунды ему показалось, что он неподвижно висит в пространстве, и его охватило беспокойство. Фигурки на поверхности корабля не увеличивались и начали медленно отходить в сторону. Ему захотелось снова включить двигатель, но объяснения Ханако были совершенно ясными – и он удержался.

Корабль исчез из поля зрения; Мэтт собрался в клубок, чтобы побыстрее завершить разворот. Когда корабль снова показался в поле зрения, он был гораздо ближе, и Мэтт почувствовал облегчение. Два небесных тела – корабль и космонавт – сближались со скоростью пяти футов в секунду, что равняется скорости медленно идущего пешехода.

Прошло чуть больше минуты после того, как Мэтт выключил ракетный двигатель. Мэтт согнулся, приподнял колени и совершил мягкую посадку в десяти футах от инструктора.

Цокая магнитными подошвами, Ханако подошел к Мэтту, прижал свой шлем к его шлему, чтобы можно было говорить с глазу на глаз, не включая радио.

– Молодец, парень. Мне понравилось, как ты сохранял самообладание, когда увидел, что промахнулся в первый раз. Итак, я перевожу тебя в группу более опытных курсантов.

Мэтт едва не забыл выключить радио.

– Спасибо, сержант! – воскликнул он, не скрывая восторга.

– Меня – то за что благодарить – ведь это ты справился с задачей, а не я. – Сержант включил радио. – Продолжаем тренировку. Номер четыре.

Мэтту хотелось поскорее вернуться обратно, отыскать Текса и с гордостью рассказать о своем успехе, но оставалось еще семь курсантов. Несколько человек справились с заданием, остальных сержанту пришлось подтаскивать на страховочном тросе.

Последний курсант превзошел всех остальных. Он не выключил ракетный двигатель, несмотря на неоднократные команды сержанта Ханако. Курсант летел прочь от корабля по кривой и начал кувыркаться; сержант травил и травил страховочный трос, пытаясь остановить вращение курсанта и повернуть его к кораблю, Прошло пятьдесят долгих секунд, и двигатель выключился из-за того, что кончилось топливо; к этому моменту курсант был уже в тысяче футов и продолжал быстро удаляться от корабля.

Сержант отлавливал курсанта подобно рыболову, борющемуся с барракудой; наконец ему удалось медленно и осторожно – потому что скорость курсанта была уже велика и прочность троса тоже имеет пределы – подтянуть неудачника к поверхности корабля.

Когда, наконец, курсант встал на обшивку корабля, магнитные подошвы его сапог надежно прилипли к стали и сержант закрепил его коротким страховочным тросом, Ханако устало вздохнул.

– Вот это да! – заметил он. – Я уже подумал, что придется лететь за ним и буксировать обратно… – Он подошел к курсанту, прижал свой шлем к его шлему и выключил радио. Курсант, однако, не догадался выключить свой передатчик, и остальные курсанты отчетливо слышали его объяснения.

– Не знаю, сержант, – растерянно отвечал курсант. – Со стартовой кнопкой все в порядке – я просто не мог заставить себя пошевелиться. Отчетливо слышал ваши команды, но не мог даже двинуть пальцем.

Вместе со всей группой Мэтт вернулся в шлюз; его настроение было уже не таким восторженным, как раньше. Судя по всему, думал он, за ужином будет еще один свободный стул. Начальник Академии – коммодор Аркрайт – считал, что отчисленного курсанта нужно отправлять с «Рэндольфа» как можно быстрее. Мэтт не имел намерения оспаривать справедливость действий коммодора, но его неприятно поразила неумолимая жесткость в их осуществлении; он почувствовал, что холодный ветер неудачи пролетел совсем рядом.

Но как только сержант отпустил курсантов, Мэтт снова приободрился. Он быстро снял скафандр, осмотрел его и повесил в шкафчик, как этого требовали правила, и сразу помчался в свою каюту, отталкиваясь на поворотах от стенки движениями, совсем не предусмотренными уставом.

Мэтт влетел в каюту и принялся стучать в дверь комнатушки Текста. Ответа не последовало – Текса не было в каюте. Не оказалось дома и Пита с Оскаром. Расстроенный, Мэтт забрался в свою каютку и включил учебную кассету.

Не прошло и двух часов, как Текс ворвался в каюту в тот самый момент, когда Мэтт собирался на обед, и закричал: «Эй, Мэтт! Поздравь космонавта!» – Что случилось?

– Я только что успешно сдал экзамен по основам маневрирования в космосе. Сержант сказал, что это был лучший первый полет, который он когда-либо видел!

– Вот как?

– Точно. Да ты понимаешь: меня теперь пустят в увольнение на космическую станцию Терры!

VIII. СТАНЦИЯ ТЕРРЫ

– Увольняющимся с корабля пройти на борт шаттла!

Мэтт застегнул молнию космического скафандра и поспешно проверил его. Оскар и Текс, стоявшие у двери, торопили его, потому что курсанты, получившие разрешение на увольнение, уже проходили через двери воздушного шлюза. Старший курсант, исполняющий обязанности вахтенного офицера, быстро осмотрел Мэтта и закрыл дверь шлюза позади него.

Воздушный шлюз представлял собой длинный коридор, закрывающийся с обеих сторон герметическими дверями. Он вел в ангар, углубленный в борту «Рэндольфа»: там стояли ракетные шаттлы. Давление в коридоре начало понижаться и, наконец, сравнялось с наружным. Дверь, ведущая в ангар, открылась; перехватывая руками натянутый трос, Мэтт попал внутрь шаттла и обнаружил, что для него, последнего из всей группы, не осталось свободного места.

Выпускник, сидящий в кресле пилота, поманил его к себе. Мэтт; пробрался к нему и прижал свой шлем к его шлему.

– Мистер, – спросил пилот, – вы умеете управляться с инструментами?

Полагая, что речь идет о несложной контрольной панели шаттла, Мэтт ответил: «Да, сэр».

– Тогда садитесь в кресло второго пилота. Какова ваша масса?

– Двести восемьдесят семь фунтов, сэр, – Мэтт сообщил пилоту общую массу своего тела и космического скафандра. Он быстро пристегнулся, затем посмотрел по сторонам, стараясь найти Текса и Оскара. Ему казалось, что он получил весьма ответственное задание, хотя, если говорить по правде, шаттлу нужен второй пилот, как свинье – запасной хвост.

Пилот ввел массу своего нового второго пилота в компьютер, который сделал необходимые поправки в расположении центра тяжести и инерционный момент, задумчиво посмотрел на экран и бросил Мэтту:

– Попросите Д-З поменяться местами с Б-2.

Мэтт включил радио и отдал приказ. После толкотни, длившейся несколько секунд, крупный и рослый курсант поменялся местом с невысоким щуплым юношей. Затем пилот сделал знак курсанту, управляющему механизмами ангара; шаттл с удерживающей его механической рукой был выведен из корабля и оказался в космосе.

Шаттл представляет собой пассажирскую ракету в своей первобытной простоте, и его можно описать как ракетный двигатель с закрепленными на нем фермами, к которым пристегиваются пассажиры. Поскольку шаттл летает только в безвоздушном пространстве, ему не требуется обшивка и обтекаемая форма.

Сам ракетный двигатель ничем не прикрыт. Закрепленные вокруг него фермы с пристегнутыми к ним пассажирами не имеют никакого сходства с самым примитивным космическим кораблем, обладающим герметическим корпусом. Да здесь он и не требуется. Ведь шаттл нужен всего лишь для коротких перелетов между «Рэндольфом» и космической станцией Терры. Лишь пилот и второй пилот сидят в чем-то, напоминающем кресла.

Когда механическая рука вынесла шаттл за пределы ангара, курсант, руководящий стартом, с помощью гидравлических устройств развернул шаттл в сторону космической станции Терры. Пилот нажал на кнопку включения двигателя, и шаттл сорвался с места, выбрасывая из дюз двигателя языки пламени.

Пилот не сводил глаз с экрана радиолокатора. Когда расстояние между шаттлом и космической станцией начало сокращаться со скоростью восьмидесяти восьми футов в секунду, он выключил двигатель.

– Свяжитесь со станцией, – приказал он Мэтту.

Мэтт повернул тумблер и вызвал станцию. – Шаттл номер три с «Рэндольфа», полет по расписанию. Прибываем через девять минут, плюс или минус минута, – передал Мэтт и мысленно поздравил себя с тем, что потратил немало времени на изучение кассеты с инструкцией по управлению малых пассажирских ракет.

– Принято, – ответил женский голос, затем добавил, – заходите на посадочную платформу «Б».

– Понятно, платформа «Б», – повторил Мэтт. – Есть другие транспортные средства вблизи?

– На внешних орбитах нет. «Крылатая победа» – на внутренней орбите, в процессе стыковки.

Мэтт доложил результаты радиопереговоров пилоту.

– Значит, никого на внешней орбите, – повторил старший курсант. – Мистер, я пока вздремну. Разбудите меня, когда мы приблизимся на полторы мили.

– Будет исполнено, сэр.

– Вы считаете, что сумеете подвести шаттл к станции?

– Постараюсь, сэр, – с трудом выдавил Мэтт.

– Обдумайте свои маневры, пока я сплю, – и в следующее мгновение пилот закрыл глаза, удерживаемый ремнями в состоянии невесомости, будто он удобно расположился на своей койке в каюте «Рэндольфа». Мэтт следил за показаниями приборов на контрольной панели.

Через семь минут он разбудил пилота, который открыл глаза и сразу спросил: – Какой маневр вы собираетесь использовать?

– Ну, э-э, если мы продолжим полет не меняя направления, то пролетим мимо станции с внешней стороны. Я не стал бы менять курс. После сближения на четыре тысячи футов включу двигатель и доведу относительную скорость сближения до десяти футов в секунду, после этого буду управлять полетом вручную, не включая радиолокатора.

– Вижу, вы потратили немало времени на подготовку, – улыбнулся пилот.

– Вы считаете, я упустил что-то? – спросил Мэтт обеспокоенным голосом.

– Нет. Берите управление на себя. Действуйте. – Пилот взглянул на экран чтобы убедиться в том, что шаттл действительно летит по курсу, пролегающему мимо станции. Мэтт следил за тем, как сокращается расстояние. Радостное волнение переполняло его. Он мельком взглянул на гигантский сверкающий цилиндр космической станции и тут же отвел взгляд. Через несколько секунд он нажал на кнопку включения двигателя, и перед ними выплеснулся яркий язык пламени. Шаттл имел двигатели на обоих концах: оба двигателя получали топливо из тех же баков, и топливо перекачивалось одним насосом через систему соединяющихся трубопроводов. Управляют шаттлами обычно на глаз, вручную, без сложных математических расчетов. Являясь, по сути дела, простейшими транспортными средствами при полетах в космосе, шаттлы представляют собой незаменимое средство обучения курсантов полетам на ракетных кораблях.

По мере приближения к станции Мэтта начало охватывать тревожное чувство – вечный вопрос пилот-ракетчиков: правильно ли он рассчитал курс и не случится ли столкновения? Беспокойство не покидало его, хотя Мэтт и был уверен, что, следуя по проложенному им курсу, шаттл минует край гигантской станции. С чувством непередаваемого облегчения Мэтт снял палец с кнопки включения двигателя.

– Вы узнаете платформу «Б», когда мы будем рядом с ней? – спросил пилот.

– Нет, сэр, – покачал головой Мэтт. – Это мой первый полет на станцию Терры.

– Первый полет? И я позволил вам управлять шаттлом! Вон она, эта платформа – третья снизу. Начинайте торможение.

– Слушаюсь, сэр. – Шаттл летел вдоль борта станции на расстоянии около ста ярдов до нее, со скоростью быстро идущего пешехода. Мэтт дал возможность шаттлу еще немного приблизиться к платформе «Б» и включил тормозной двигатель на несколько секунд. Ему показалось, что шаттл почти не замедлил движения, поэтому Мэтт снова включил двигатель, на этот раз чуть дольше.

Несколько минут спустя шаттл замер в пространстве рядом с выделенной им платформой. Мэтт повернул голову к пилоту и посмотрел на него вопросительным взглядом.

– Мне приходилось видеть маневры куда хуже, – буркнул пилот. – Передайте им, чтобы нас подтащили к станции.

– «Рэндольф» номер три, готовы к стыковке, – сообщил по радио Мэтт.

– Видим вас, – послышался в наушниках женский голос. – Принимайте трос. Трос, выстреленный специальным устройством, полетел от станции к шаттлу по идеально прямой траектории и попал точно в кольцо на корпусе шаттла.

– Я сменяю вас, сэр, – сказал пилот Мэтту. – Лезьте к кольцу и закрепите трос.

Через несколько минут шаттл подтянули к стыковочной платформе «Б», и курсанты начали входить в шлюз платформы. Мэтт нашел Текса и Оскара в раздевалке, где они снимали космические скафандры.

– Как вам понравился полет и стыковка? – с напускной небрежностью поинтересовался Мэтт.

– По-моему, неплохо, – ответил Текс. – А почему ты спрашиваешь?

– Я управлял шаттлом.

– Ты? – Оскар с любопытством взглянул на Мэтта. – Молодец!

– Пилот разрешил тебе управлять сближением и стыковкой? – на лице Текса появилось изумленное выражение. – Во время твоего первого полета?

– А почему бы и нет? Ты что, не веришь?

– Нет, верю, просто удивлен. Можно, я потрогаю тебя за руку? Не дашь ли автограф?

– Ладно, кончай кривляться!

Курсанты находились, разумеется, в той части станции, где господствовала невесомость. Уложив в шкафчики космические скафандры, они поспешили во вращающуюся часть станции, где прогуливалась публика. Оскар был знаком – более или менее – со станцией, потому что во время перелета на базу Академии ему пришлось совершить здесь пересадку. Он провел их к двери рядом с осью вращения – единственному месту, где можно было перейти из зоны невесомости в зону, на внешней части которой царила нормальная сила тяжести.

От центральной оси курсанты спустились на несколько уровней, мимо служебных кабинетов и кают к одному из первых уровней, отведенных для посетителей. Фактически этот уровень ничем не отличался от широкой, ярко освещенной улицы с высоким потолком и движущимися тротуарами по сторонам. Слева и справа вдоль улицы выстроились рестораны и магазины. Движущиеся тротуары исчезали вдали, поворачиваясь вверх и в сторону, потому что широкий коридор опоясывал всю станцию.

– Это, – сообщил друзьям Оскар, – Райская улица.

– Понимаю, почему ее так назвали, – присвистнул Текс. Остальные курсанты посмотрели в ту же сторону, что и он. Высокая стройная блондинка, одетая в короткое голубое платье, которое закрывало такую малую часть ее тела, что простора для воображения почти не оставалось, стояла у витрины ювелирного магазина.

– Не увлекайся, Текс, – предостерег Оскар. – Она выше тебя.

– Такие высокие мне особенно нравятся, – бросил Текс. – Смотрите!

Юноша небрежными шагами подошел к молодой особе. Мэтт и Оскар не слышали фразы, с которой Текс обратился к женщине, но она не почувствовала себя оскорбленной, потому что рассмеялась. Затем она окинула Текса взглядом с ног до головы, внимательно и чуть насмешливо, и заговорила. Ее голос был отчетливо слышен даже на расстоянии.

– Я замужем и по крайней мере на десять лет старше вас. И не в моих привычках знакомиться с курсантами.

Текс на глазах у своих приятелей съежился и вернулся, подобно побитой собаке, поджав хвост. Он начал сердитым голосом: – Ну и что, по крайней мере, я сделал попытку… – и в этот момент женщина обратилась ко всем троим:

– Подождите, юноши! Да-да, вы – трое! – Она подошла к ним и улыбнулась Мэтту и Оскару.

– Вы ведь совсем новые курсанты, верно?

– Действительно, мадам, мы стали курсантами совсем недавно, – ответил Оскар.

Женщина открыла свою сумочку, усыпанную драгоценными камнями, и что-то достала оттуда.

– Если вам хочется повеселиться и встретиться с молодыми девушками, приходите по этому адресу, – и она вручила Оскару визитную карточку.

Оскар взял карточку и удивленно посмотрел на женщину. – Спасибо, мадам.

– Не стоит благодарности, – Женщина повернулась и исчезла в толпе.

– Что там написано? – с любопытством спросил Мэтт.

Оскар посмотрел на визитную карточку, затем передал ее Мэтту.

– На, читай.

На квадратике белого картона было написано:

ПЕРВАЯ БАПТИСТСКАЯ ЦЕРКОВЬ СТАНЦИИ ТЕРРЫ

ПАСТОР ДОКТОР ТЕОЛОГИИ Р. СМАЙЛИ

ЗАЛ ВСТРЕЧ тел. 2437, уровень «С»

– Вот видите, никто не сможет сказать, что моя попытка оказалась совершенно неудачной, – усмехнулся Текс.

Разгорелся спор. Мэтт и Текс хотели отправиться в зал встреч немедленно, тогда как Оскар настаивал, что проголодался и хочет поесть по-человечески. Чем дольше продолжался спор, тем разумнее казались аргументы Оскара. Наконец Текс присоединился к Оскару, и Мэтту пришлось согласиться с мнением большинства.

Уже через несколько минут, увидев цены блюд на ресторанном меню, Мэтт пожалел о своей уступчивости. Ресторан, куда зашли юноши, обслуживал преимущественно туристов и представлял собой роскошный зал с примыкающим к нему баром. Вместо автоматически обслуживаемых столов здесь работали настоящие официанты: соответственно высокими были и цены.

Текс увидел, как помрачнел Мэтт.

– Не расстраивайся, – сказал он. – Я угощаю – мой старик прислал чек.

– Нет, я не могу согласиться на это.

– Ты что, хочешь поссориться?

Мэтт улыбнулся.

– Нет, только не из-за этого. Я согласен.

– Насколько тяжелым должно быть твое наказание, Текс? – спросил Оскар. – В объеме чая с бутербродами?

– Нет, ребята, заказывайте что угодно. Давайте отпразднуем по-настоящему. Между прочим, нужно заказать выпивку.

– Что? удивился Оскар. – Чтобы нас задержал военный патруль? Нет уж, спасибо!

Мэтт тоже начал возражать, но Текс уже встал.

– Положитесь, ребята, на дядю Джермэна. Уже давно пора вам, бедным недоразвитым иностранцам, попробовать настоящий мятный коктейль с чистым виски! – И он направился в бар.

Оскар беспомощно пожал плечами.

Перед тем как войти в помещение бара, Текс произвел тщательную разведку. В баре, разумеется, не было курсантов; еще более важным оказалось то, что там не было офицеров, военного патруля или космических пехотинцев. В это раннее время бар выглядел покинутым. Текс подошел прямо к бармену.

– Вы можете приготовить мятный коктейль? – спросил он.

– Иди, гуляй, – посмотрел на него бармен. – Мне запрещено продавать курсантам спиртные напитки.

– Я ведь не спрашиваю, запрещено это или нет. Так вы умеете готовить мятный коктейль? – и с этими словами Текс сунул бармену банкноту. – И не один, а три.

Бармен уставился на деньги, затем сделал едва заметное движение рукой – и банкнота исчезла.

– Идите к себе за стол, – сказал он.

– Понятно! – с энтузиазмом ответил Текс. Через несколько минут официант поставил на стол перед тремя курсантами чайный прибор, но в чайнике был не чай, а нечто иное. Текс аккуратно разлил по чашкам содержавшийся в чайнике напиток, следя за тем, чтобы каждому досталось равное количество.

– Ну, за нас, друзья, выпьем за наш успех.

Мэтт осторожно попробовал напиток.

– Похоже на лекарство, – сообщил он.

– Лекарство? – запротестовал Текс. – Этот благородный эликсир? Южанин не в силах вытерпеть такого оскорбления; встретимся на рассвете, сэр, кофе и пистолеты на двоих.

– А мне все равно кажется, что это лекарство. Как ты думаешь, Оскар?

– Можно терпеть.

Мэтт решительно отодвинул свою чашку в сторону.

– Ты что, действительно отказываешься от своей порции? – спросил Текс.

– Спасибо, Текс, я просто боюсь, что мне будет нехорошо. Можешь считать меня маменькиным сынком.

– Ничего не поделаешь, не пропадать же добру, – Текс взял его чашку и вылил половину в свою. – Тебе налить, Оскар?

– Нет. Пей сам.

– Если ты настаиваешь, – и Текс вылил себе остальное.

Когда подали обед, у Текса пропал аппетит. Мэтт и Оскар накинулись на мясо, а Текс пытался убедить их спеть хором.

– Ну давай, Оскар, не ломайся! Я научу тебя словам песни.

– У меня нет голоса.

– Есть, не ври. Я слышал, как ты пел в сопровождении оркестра Свинячьего закоулка. Сделаем так: я спою куплет, потом все захлопаем в ладоши и исполним припев: «В самом… сердце… Техаса». Вот так.

– Сейчас же замолчи, Текс, – предостерег его Оскар, – а то окажешься в самом деле перед крупными неприятностями!

– Ну и человек! Не хочет повеселиться! Давай с тобой, Мэтт.

– Я не могу петь с набитым ртом.

– Слушай, Мэтт, – прошептал Оскар. – Мне не изменяет зрение?

Мэтт повернул голову и увидел лейтенанта Вонга в дальнем углу ресторана. Офицер подошел к столу, сел, оглянулся по сторонам, заметил курсантов, кивнул и принялся изучать меню.

– Боже мой, – выдохнул Мэтт.

– Если уж вы не хотите петь «В самом сердце Техаса». – настаивал Текс, – я согласен на «О, Айова!» Мы, Джермэны, – люди широкого кругозора.

– Мы ничего не будем петь. Ради Бога, Текс, заткнись! В ресторан только что вошел офицер.

Где он? – воскликнул Текс. – Пригласим и его. Я не такой человек, чтобы затаить на кого-нибудь злобу. Все они хорошие парни, мерзавцы.

Мэтт осторожно повернул голову и взглянул на лейтенанта Вонга. В это мгновение офицер посмотрел на него и поманил к себе пальцем. Мэтт встал и подошел к лейтенанту.

– Додсон…

– Слушаю вас, сэр.

– Идите обратно и убедите Джермэна успокоиться, пока мне не пришлось подойти к вашему столу и поинтересоваться его именем.

– Будет исполнено, сэр!

Когда он вернулся к столу, Текс уже утихомирился и вроде протрезвел, но казался крайне озадаченным. Лицо Оскара, обычно спокойное и улыбающееся, покраснело от гнева.

– Каким будет приговор?

Мэтт рассказал ему о словах лейтенанта.

– Понятно. Вонг – хороший парень, на него можно положиться. А сейчас нужно увести отсюда этого идиота. – Оскар подозвал официанта, расстегнул сумку Текса и расплатился.

– Пошли, – сказал он, поднимаясь из-за стола. – Соберись с силами, Текс, а то я сломаю тебе шею!

– Куда мы пойдем? – спросил Мэтт.

– Нужно найти освежитель.

Через несколько минут им удалось найти освежитель, никем не занятый. Оскар подвел Текса к раковине, заставил его наклониться и приказал сунуть в рот два пальца.

– Зачем? – удивился Текс.

– Потому что если ты не выплюнешь всю эту гадость, мне придется сунуть тебе в пасть свои пальцы. Слушай-ка, Мэтт, займись им. Я сейчас вернусь.

Прошло целых двадцать минут, прежде чем Оскар вернулся с литровым картонным контейнером горячего черного кофе и несколькими таблетками. Он заставил Текса выпить горячее кофе и проглотить полдюжины таблеток.

– Что это за таблетки? – спросил Текс слабым голосом.

– Хлористый тиамин.

– Кто научил тебя всему этому?

– Видишь ли… – Оскар наморщил лоб. – Венера мало похожа на Землю. Это все еще дикая, малоосвоенная планета. Там можно встретиться с чем угодно. Хватит болтать, Текс, допивай кофе.

– Слушаюсь, сэр. Как вам угодно, сэр.

– Посмотри, Оскар, у него испачкан комбинезон на груди, – заметил Мэтт.

– Действительно. Жаль, что мы не подумали об этом раньше. Нужно было сначала раздеть его.

– Что же теперь делать? Если он вернется на «Рэндольф» в таком виде, нас начнут расспрашивать, причем самым подробным образом.

– Дай подумать. – Наконец Оскар повернулся к Тексу. – Иди вон туда, – сказал он, показывая на одну из кабин освежителя, – и сними комбинезон. Дай его нам, а сам запрись внутри. Мы скоро вернемся. – Текс, казалось, понимал, что с ним обращаются как с ребенком, но у него не осталось сил для сопротивления. Он вошел в кабину, и через несколько минут Мэтт и Оскар вышли из освежителя. Под мышкой у Оскара был туго свернутый курсантский комбинезон.

Они объехали на движущейся дорожке половину станции, обгоняя толпы прекрасно одетых, смеющихся людей, промелькнули мимо роскошных, ярко освещенных витрин магазинов. Мэтт наслаждался невиданным зрелищем.

– Говорят, – заметил Оскар, – что так выглядели большие города до наступления периода Беспорядков.

– Да, это мало похоже на Де-Мойн.

– И ничуть не напоминает Венеру, – согласился Оскар.

Наконец он заметил место, которое они искали, – автоматическую прачечную, скрытую в узком коридоре, рядом с залом ожидания для эмигрантов. Пришлось довольно долго ждать, однако они получили безупречно выстиранный и отглаженный комбинезон, завернутый в аккуратный пакет. Поскольку прачечная находилась на космической станции Терры, стоимость услуг здесь была астрономической. Мэтт с унынием подсчитал, сколько у него осталось денег.

– Чего уж тут жадничать, – сказал он и купил на всю оставшуюся мелочь фунт вишен в шоколаде. После этого они поспешили обратно. Текс был так расстроен их долгим отсутствием и стал самым счастливым, когда друзья наконец вернулись, что Мэтт в приступе щедрости передал коробку конфет Тексу.

– Это наш подарок тебе, несуразное ты существо.

Текс был глубоко тронут таким жестом; впрочем, это был действительно всего лишь жест, потому что конфеты и другие подарки делились, по древней традиции, между всеми курсантами, живущими в одной каюте.

– А теперь одевайся побыстрее, Текс. Шаттл отправляется через тридцать две минуты. – Через двадцать пять минут одетые в космические скафандры друзья вошли в шлюз станции. Текс прижимал локтем коробку с конфетами.

Перелет к «Рэндольфу» прошел без приключений, если не считать маленького происшествия: Мэтт забыл предупредить Текса, что для коробки конфет требуется герметическая упаковка. Еще перед тем как Текс пристегнулся к ферме шаттла, коробка раздулась. К тому моменту, когда шаттл состыковался с «Рэндольфом», вся передняя и боковая сторона его космического костюма оказалась покрыта пенящейся липкой массой, состоящей из вишневого сиропа, сока, жидкого сахара и коричневого шоколада, потому что шоколадные конфеты с жидкой начинкой закипели и расширились в пустоте безвоздушного пространства. Текс собрался было с отвращением выбросить бесполезную теперь коробку, если бы не старший курсант пристегнутый к ферме рядом, который напомнил ему о суровом наказании за засорение мусором пространства, где постоянно летают пассажирские и транспортные корабли.

Курсант, отвечающий за порядок в ангаре, с презрением посмотрел на испачканный скафандр Текса.

– Почему вы не сунули коробку внутрь скафандра? – недоуменно спросил он.

– Как-то не пришло в голову, сэр.

– Хм-м! Надеюсь, в следующий раз это все-таки придет вам в голову. Зайдите к вахтенному офицеру и сообщите о моем замечании за «поразительную неопрятность при ношении формы». И не забудьте как следует вычистить свой скафандр.

– Будет исполнено, сэр.

Когда они вернулись в каюту, Пит уже ждал их. Он вышел навстречу из своей комнатушки.

– Ну что, хорошо повеселились? Жаль, что я был на дежурстве и не смог отправиться с вами.

– Не расстраивайся, ты мало что потерял, – успокоил его Оскар.

Текс посмотрел на друзей виноватым взглядом.

– Извините меня, ребята, что я испортил ваше первое увольнение.

– Ничего страшного, успокоил его Оскар. Станция Терры никуда не денется и через месяц.

– Совершенно верно, – согласился Мэтт. – Вот только скажи честно, Текс. Это был первый коктейль в твоей жизни, верно?

– Да, – покраснел Текс. – Все мои родные – трезвенники, если не считать дяди Боди.

– Забудь про дядю Боди. Если я еще раз поймаю тебя за коктейлем, тут же и ухлопаю тебя бутылкой.

– А-а, перестань, Мэтт!

Оскар посмотрел на Мэтта скептически.

– Ты уж полегче с подобными заверениями, дружище. Такое могло случиться и с тобой.

– Могло, не отрицаю. Когда-нибудь, возможно, вам придется вести меня под руки, и я узнаю, как чувствуют себя пьяные. Но только не в общественном месте.

– Договорились.

– Послушайте, ребята, – воскликнул Пит, переводя взгляд с одного из них на другого. – Я не понимаю, что там с вами случилось?