Текст книги "Мускан. Любовь, меняющая судьбы. История Таши. Книга I (СИ)"
Автор книги: Рейна Рой
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Певец подошел к Таше. Забрав из ее рук очередной чехол с рубашкой, повесил его на вешалку и развернул девушку к себе лицом. Она упорно не смотрела ему в глаза, уставившись в точку на стене поверх его плеча.
– Милая, успокойся, – Сону дотронулся пальцем до ее подбородка и, слегка приподняв его, заставил девушку встретиться с ним взглядом.
И Таша зависла. Кажется, певец нашел верное средство против всплесков ее дурного характера, потому что стоило ему прикоснуться, а их глазам встретиться, как девушка забыла, о чем говорила и о своем раздражении пять минут назад. Руки сами потянулись и легли на грудь парня, а он ближе притянул ее к себе, обняв за талию. Медленно склоняясь к ее лицу, Сону не отрываясь смотрел на ее губы…
– Сону, ты готов? – внезапно открылась дверь, и в комнату вошел Давид. – Упс!
Таша вздрогнула и быстро отстранилась, а Сону с легким упреком и досадой посмотрел на Давида.
– Я схожу за теплой водой, – промямлила девушка и выбежала из гримерной.
– Ну вы и нашли времечко и место для романтики, – по-доброму усмехнулся менеджер.
– К концерту все готово? – не поддержал тему Сону.
– Готово. А ты?
– Как всегда. И помни, о чем мы договорились. В нужный момент Таша должна находиться в зале.
– Не волнуйся, я уже все подготовил.
Таша дошла до буфета и поняла, что забыла термос. Впрочем, пофиг. Это был всего лишь повод выйти из неловкой ситуации, в которой их с Сону застал Давид. Концерт вот-вот начнется, а, значит, у нее будет еще время предаться самоанализу, закрывшись в гримерной певца.
– Ну? – ответила Таша на входящий звонок телефона.
– Таш, ты где? – в голосе Давида девушке послышалось недовольство. – Как помощник ты, по крайней мере, должна находиться за кулисами, чтобы быть на подхвате.
– Иду.
– Подожди. Я приготовил тебе место в партере. Это твой первый концерт, поэтому Сону хочет, чтобы сегодня ты была зрителем.
Когда Таша вошла в зал, он уже был заполнен пришедшими на концерт людьми. Кому не хватило сидячих мест, просто стояли в проходах. Девушка увидела, что один из охранников машет ей рукой, показывая на место в первом ряду. Что ж, она не против побыть зрителем и посмотреть, на что на самом деле способен Сону здесь, в его мире.
К концу концерта Таша убедилась в несомненном таланте певца. Она, как и все присутствующие в зале, была очарована его голосом и невероятным магнетизмом. Люди танцевали под зажигательные песни, плакали под печальные и подпевали за Сону, нисколько не смущаясь. Все словно находились в какой-то массовой эйфории.
Девушка так увлеклась наблюдением за реакцией окружающих на певца, что не сразу услышала его слова, с которыми он обращался к зрителям.
– … и человеку, который, я надеюсь, изменит мою Судьбу.. эта заключительная песня для него.
Таша посмотрела на Сону. А он… его глаза были устремлены прямо на нее. Даже через разделяющее их расстояние, она почувствовала тепло и нежность, исходящие от него. И девушка не смогла отвести взгляд.
Teri aankhein mujhko take is tarah
Jaise koi rishta ho inse mera
Haan main tera pyaar hoon intezaar hoon
Sun le kehna apne dil ka
Tu jo jaan le, toh phir jaan de
O meri jaan-e-jaan
Tere raaste mein tere waaste deewaana
Tujhe thaam loon
Toh ilzaam loon tere pyaar ka
Mera dil hai pata teri manzil ka
Твои глаза, не отрываясь, смотрят на меня,
Словно между мной и ними какая-то связь.
Да, я – твоя любовь, твое ожидание.
Прислушайся – это говорит тебе твое сердце.
Забирая жизнь, отдай взамен свою
О, любимая моя.
Я стою прямо перед тобой, безумный от любви.
Я схвачу и не отпущу тебя,
Приму обвинение в том, что люблю тебя.
Мое сердце – это адрес твоей конечной цели.
[Фильм Dulha Mil Gaya (2010)]**
Сердце Таши билось, как сумасшедшее, а дыхание сбивалось. Внезапно навернулись слезы. Ей казалось, еще немного, и потеряет сознание. Перед глазами плыло, и только голос Сону удерживал ее от падения в темноту. «Етить! Я таки попала!» – мелькнула последняя связная мысль в голове, и разум отключился.
Глава 7
После концерта Сону раздавал автографы поклонникам в холле клуба. И ему казалось, что эта очередь из желающих получить заветное фото с подписью кумира никогда не закончится. Давид с охранниками сдерживали особо нетерпеливых и старались придать незапланированному ранее мероприятию хоть какую-то организованность.
Молодой человек никак не мог сосредоточиться. Он часто смотрел на часы и нервничал. Но не по поводу происходящего, а потому, что после концерта ему не удалось увидеть Ташу. Давид сказал, что девушка почувствовала легкое недомогание, видно, из-за духоты в зале. И парни из охраны проводили ее в гримерную. Но все же на сердце Сону было неспокойно. И сейчас время от времени он посматривал на дверь, ведущую в служебные помещения, в надежде, что Таша появится в холле.
Прошло около часа, очередь за автографами, наконец, начала редеть. Терпение Сону было на пределе. Ему безумно хотелось поскорее закончить и отправиться на поиски Таши. Когда же он в очередной раз бросил быстрый взгляд на ту самую дверь, то увидел девушку. Стоя в проеме, она помахала ему рукой и улыбнулась. Так, как никогда до этого. Словно самая преданная и влюбленная в него по уши фанатка. Показав жестами, что ждет его в гримерной, послала воздушный поцелуй и исчезла за дверью. Сону выронил ручку, забыв про стоявшего перед ним очередного фаната. Ошеломленный он не слышал слов, обращенных к нему. И только подошедший менеджер смог достучаться до певца, пару раз тряхнув за плечо.
– Эй! Сону, ты слышишь меня?!
– А? Да… – парень сфокусировал взгляд на Давиде. – Ты видел это?
– Что? – Менеджер обернулся. – Там нет ничего. Давай, соберись, осталось недолго.
– Показалось что ли.. – пробормотал певец, возвращаясь к прерванному занятию.
Сделав заключительную подпись на фото для последнего подошедшего поклонника, Сону стремительно направился в сторону служебок. Таша действительно ждала его в гримерной и, как только он вошел, принялась суетиться вокруг него.
– Сонушка, ты, наверно, устал. Водички? – Она налила ему в стакан теплой воды, как он любил.
– Я заказала столик в ресторане. Но только для нас двоих. Хочу отпраздновать начало твоих гастролей. Надеюсь, Давид не обидится. Тебе помочь переодеться?
Говоря это, Таша сняла с вешалки темно-синий костюм, голубую рубашку и подала Сону с вопросом, и одновременно, обожанием в глазах. Певец лишь молча кивнул, не в состоянии вымолвить ни слова, пораженный произошедшими переменами в девушке. Не отрывая от нее изучающего взгляда, он машинально отпил из стакана воды, поставил его на стол и забрал из рук Таши одежду.
– Я переоденусь… сниму грим… и поедем, – на автомате ответил певец бесцветным тоном.
– Хорошо, дорогой, я подожду. Точно не нужна моя помощь?
Сону отрицательно покачал головой и зашел за небольшую ширму в углу комнаты. Повесив костюм на крючок, присел на стоявший там стул и, склонив голову, зарылся пальцами в волосы. В растерянности он просидел так пару минут, пытаясь привести мысли и чувства в порядок.
– Как дела? Где Сону? – услышал певец голос вошедшего в комнату Давида. – Я еду в гостиницу, подбросить вас?
– Спасибо, у нас планы, – ответила кокетливо Таша. – Романтический ужин.
И по-девчачьи смущенно хихикнула, прикрывая рот ладошкой. Давид поперхнулся минералкой и закашлялся. Сону, наконец, справившись с последней пуговицей на рубашке, схватил пиджак и вышел из-за ширмы. Он подхватил менеджера под руку и потащил в коридор, бросив Таше через плечо:
– Я быстро. Забыл кое-что спросить у Давида.
– Что это с ней? – воскликнул менеджер, едва они вышли. – Может, к Амрите вас отвезти?
– Тшшш, – зашипел на него Сону. – Тихо! Не надо к Амрите. Я потом объясню.
– А она точно в порядке? – уже тише спросил Давид.
– Не совсем.. но не в том смысле.. в общем, все сложно, – Сону запинался и поглядывал на дверь, боясь, что девушка может их услышать.
– Это как-то связано.. сам знаешь с кем?
Певец кивнул. И, схватив за руку, умоляюще посмотрел на менеджера.
– Только не произноси это имя.
– Хорошо-хорошо. Я чем-то могу помочь?
– Нет. Все нормально. Просто мне надо привыкнуть. – Сону снова с беспокойством глянул в сторону гримерной. – Ну, я пойду. Сходим в ресторан. Возможно, это временный эффект.
Однако прошла неделя, а эффект сохранялся. Таша по-прежнему вела себя, как любящая жена, нянька, мамка и личный помощник певца в одном лице, практически не отходя от Сону и исполняя все его желания, даже не озвученные им самим. А ему с каждым новым днем становилось все труднее смотреть ей в лицо.
Сону провел еще два концерта в Плешеваре, и теперь предстоял отъезд в следующий город – Чу́ртри.
Певец вернулся в гостиницу с вечеринки, организованной спонсорами, в его честь. Он был пьян и вымотан эмоционально. Ведь пришлось много улыбаться и расшаркиваться как перед спонсорами, так и перед организаторами концертов. Давид, как мог, пытался ему помочь, но все непременно хотели выпить со звездой вечера. Наконец, под предлогом раннего отъезда ему удалось сбежать с этого мучительного мероприятия. И когда он вошел в номер, мечтал только о прохладном душе, мягкой постели и сне до утра.
Собираясь принять душ, Сону разделся и только хотел включить воду, как услышал, что кто-то позвонил в дверь. Он решил проигнорировать незваного гостя, но тот настойчиво продолжал названивать. Наспех повязав большое банное полотенце вокруг бедер, певец открыл дверь с выражением крайнего недовольства на лице.
– Милый, а ты собрал чемодан? – Таша прошла в номер и открыла шкаф.
– Я так и знала! – Воскликнула она. – Завтра рано выезжать, а у тебя еще ничего не собрано.
– Таш.. – попытался остановить поток ее речи Сону, но она его перебила.
– Не волнуйся, я сейчас быстро соберу твои вещи. А ты будильник завел? Впрочем, зачем тебе будильник, когда есть я. Спи спокойно, дорогой, я разбужу тебя в нужное время.
Сону смотрел, как Таша достает чемодан и начинает аккуратно укладывать в него его рубашки, костюмы и прочее из шкафа, и в нем постепенно начало подниматься раздражение, превратившееся в злое отчаянье. Подскочив к девушке, он резко встряхнул ее за плечи.
– Таш, очнись! Хватит…
– Сонь, ты чего? – она прикоснулась к его лицу ладонью. – Устал, да? Да тут делов-то на пять минут осталось. Переодевайся в пижамку и…
– Уходи! – Он оттолкнул девушку и, подойдя к двери, открыл ее. – Иди к себе, слышишь?
– Но…
– Я сам! Иди. Прошу тебя, – уже более спокойным тоном попросил парень.
Таша недоуменно пожала плечами и вышла из номера. И едва за ней закрылась дверь, внутри что-то с грохотом разбилось.
Рано утром Сону и Таша выехали в Чу́ртри. Менеджер с двумя парнями из персонала ехал следом на другой машине, загруженной только ценным реквизитом и личными вещами. Остальной багаж был отправлен через фирму перевозок. Сону подозревал, что Давид неуютно чувствовал себя рядом с новой Ташей. С момента ее преображения он свел к минимуму их взаимодействие даже по рабочим вопросам.
Таша вызвалась сесть за руль, ссылаясь на похмелье Сону, он не возражал. Ему было стыдно за вчерашний эмоциональный срыв. По сути, девушка была ни в чем не виновата, и Сону разозлился не на нее, а на себя и собственную слабость. Пока еще он не был готов потерять все ради эфемерной надежды.
– Милый, сверься с картой, пожалуйста, – отвлекла его от невеселых мыслей девушка. – Не хотелось бы заблудиться.
Певец послушно достал из бардачка бумажную карту, развернул ее и сосредоточился на дороге. Навигатор в этой глуши без интернета не работал, так что пришлось пользоваться старым проверенным способом.
До города они добрались без происшествий и довольно быстро, сделав всего две остановки заправиться и перекусить.
На этот раз организаторы предоставили им для проживания небольшой двухэтажный дом на окраине, но чтобы добраться до него, нужно было проехать через весь город. Проезжая по улицам, Таша снизила скорость, с интересом рассматривая разноцветные дома, в основном, двухэтажные. Сону отметил, что домики смотрятся так, словно их только вчера покрасили свежей краской. Небольшие садики и дворики ухожены, газоны подстрижены, а заборы сверкали белым штакетником. И все это в целом создавало какую-то сказочную атмосферу. Сону ради интереса загуглил информацию о городке.
– Оказывается, – обратился он к Таше, оторвавшись от телефона. – Чу́ртри считается родиной домовых, представляешь? Неудивительно, что здесь практически культ домов.
– Очень необычно! Интересно, каким окажется наш дом.
– Смотри, дорогая, какие колоритные местные жители!
Девушка посмотрела на идущих по тратуару людей. Больше всего поражало буйство красок в одном наряде. Сону обратил внимание Таши на мужчину в ярко-синих, почти василькового цвета, шароварах и желтой длинной ку́рте [национальная индийская одежда – рубашка] то ли с заплатками, то ли разноцветными вставками по подолу. На женщинах помоложе были одеты короткие топы и широкие юбки чуть ниже колена с низкой посадкой на бедра из смеси разных цветов – оранжевого, желтого, зеленого, синего, красного, бордового. И накидки так же не уступали в яркости и пестроте.
В центре города они проехали мимо парка, на входе которого стоял памятник домовому. Это Сону так же узнал из интернета. А клуб, в котором ему предстояло выступать, находился в глубине парка, и с дороги его было не видно. Так же в центре располагались небольшие магазины и ресторанчики.
Наконец, они добрались до дома, в котором им предстояло поселиться на время концертов в этом городе.
– Неужто хозяева пожаловали?! Или опять съемщики…
На перилах второго этажа сидел пухленький мужичок. Со спутанными, явно давно не мытыми волосами, в выцветшей рубашке неопределенного цвета и шароварах в заплатках он был похож на бомжа. Мужичок с надеждой и любопытством разглядывал вошедших в дом девушку и парня. Они его, конечно, видеть не могли по одной простой причине – он так хотел.
– А домишко-то запущенный, – заметила Таша, осматривая первый этаж. – Что снаружи, что внутри. Надеюсь, коммуникации хотя бы работают исправно.
– Вода вроде есть, – крикнул Сону из кухни. – Насчет туалета и ванной не знаю, сейчас проверю.
Давид с помощниками занесли личный багаж и сразу отправились в клуб, сказав, что перекусят в городе.
– Сонушка, ты пока распаковывайся, а я быстро съезжу в центр, куплю провизии и приготовлю что-нибудь, – Таша направилась к машине, но Сону ее остановил.
– Ты наверняка устала с дороги. Может, давай закажем?
– И ты будешь есть непонятно что и непонятно кем приготовленное?! Нет уж! – девушка была настроена категорически. – Я быстро. Ты даже не успеешь соскучиться.
Едва Таша отъехала, Сону позвонил Давиду.
– Что там с клубом?
– Могло быть и лучше, но мы постараемся, чтобы все было на уровне. Вы как, обустроились?
– Какой там, – вздохнул певец. – Таша умчалась в магазин за продуктами.
– Ты, наверно, заметил, но мне дико видеть ее такой.
– Мне самому дико, но, кажется, начинаю привыкать. Иногда даже забываю, что все это ненастоящее.
– Тебе обязательно было так поступать с ней?
Сону молчал.
– Извини. Я, кажется, лезу не в свое дело, – стушевался менеджер.
– Нет. Ничего. Просто… у меня нет другого выхода.
– Выход есть всегда, – осторожно напомнил Давид.
– Возможно, я еще не готов сделать выбор.
– Если что, я всегда на твоей стороне.
– Я знаю.
К тому времени, как вернулась Таша, Сону успел распаковать чемодан в одной из спален на втором этаже. А во вторую занес вещи девушки. Негласно было решено, что Давид с парнями поселится в комнатах на первом этаже.
Таша приготовила ужин, а после того, как они поели, отправила Сону отдыхать. Сама же занялась уборкой кухни, а в итоге прошлась по всему первому этажу. Когда Сону спустился вниз, то застал девушку за мытьем окон.
– Душа моя, ты завтра не встанешь после такой нагрузки! – Он решительно отобрал у Таши тряпку, которой она протирала только что вымытую фрамугу, и снял девушку с подоконника. – Завтра пригласим кого-нибудь, чтобы убрали в доме. А ты даже не думай этим заниматься!
– Но, Сонь.. – и так она это сказала, с той же интонацией, как бывало прежде, что Сону вздрогнул, и внимательно всмотрелся девушке в лицо.
– Я же для тебя стараюсь! Чтобы ты пылью не дышал, – обиженно надув губки, отвернулась от него Таша.
– Эх, – вздохнул про себя парень. – Показалось.
Утро началось с пропажи. Сону спустился к столу с озабоченным видом, и Таша поинтересовалась, в чем дело.
– Я не могу найти свои любимые джинсы и синюю рубашку. Не мог же я их забыть в гостинице.
– Это которые с дырками на коленках и цепочками на карманах? – уточнила Таша про джинсы.
– Ага.
– Может, попали в чемодан со сценическими костюмами. Не расстраивайся, дорогой, найдем.
После завтрака мужчины уехали в клуб, а девушка, вооружившись справочником, задалась целью привести дом в порядок. И следующие три дня она была занята тем, что выбирала цвет краски для фасада дома, крыши, оконных рам и забора, доводя рабочих до истерики, так как по несколько раз на дню меняла решение. В то же время несколько женщин, которых Таша нашла по объявлению в местной газете, отмывали дом внутри. А приглашенный садовник косил бурьян вокруг дома и облагораживал посадки.
– Зачем ты так стараешься? – спросил ее Сону, когда вечером третьего дня приехал с генеральной репетиции перед концертом. – Мы ведь скоро отсюда уедем.
– Не знаю, – пожала плечами Таша. – Мне просто жалко его.
– Кого?
– Дом. И еще… мне бы хотелось жить в таком же. С тобой.
Сону сглотнул образовавшийся ком в горле и онемел. Просто смотрел на девушку во все глаза.
– Твой дом, конечно, красивый, но он, словно без души, холодный, – продолжала рассуждать Таша, не замечая состояния парня. – А этот, он как будто говорит со мной и радуется вниманию и заботе о нем. Когда вернемся в Мускан, надо будет подыскать что-то похожее.
Ну все, Сону больше не мог это слушать.
– Хорошо. Как скажешь, – постарался он произнести будничным тоном. – А теперь пошли спать. Придешь завтра на концерт?
– Конечно, приду! Прости, я немного забросила свои обязанности твоего помощника, но как только закончу здесь, отработаю.
– Не спеши. Занимайся тем, что тебе по душе, – Сону нежно провел рукой по волосам девушки, убирая прядку за ушко. И заметил, что пальцы дрожат.
Концерт прошел с аншлагом. Давид предложил отпраздновать успешное начало, пригласив всех в ресторан. Пока ждали заказ, Таше позвонил бригадир предупредить, что завтра утром рабочие планируют начать покраску дома. Ведра с краской уже подготовили и завезли, так что изменения по цвету больше не обсуждаются. Девушка так была взволнована этой новостью, что не смогла дождаться окончания ужина, и уехала раньше, чтобы как можно скорее убедиться, соответствуют ли цвета тем, на которых она, в конце концов, остановилась.
Подъезжая к дому, Таша увидела, что какой-то мужик красит забор.
– Эй, уважаемый, – подбежала она к нему, выскочив из машины. – Вы не той краской красите! Мы же договорились, что для забора белая краска.
– А я желтую хочу, – мужичок усмехнулся и с довольным лицом продолжил возюкать кисточкой по забору.
– Что значит «хочу»? – возмутилась девушка и попыталась отобрать у него кисть, но тот оказался проворным. Увернулся и, перепрыгнув через низкий забор, оказался по другую сторону.
Мелькнули коленки, звякнули цепочки. Таша пригляделась и узнала не только пропавшие джинсы, но и синюю рубашку Сону.
– Ах ты! Вот я щас позвоню… полиция здесь есть, интересно? Ладно, и бригадира хватит для начала!
– Да не кипишись ты, красавица! – Несмотря на угрозы девушки, мужичок продолжал лыбиться, показывая крупные и неровные зубы. – Я вообще-то ждал тебя, чтобы спасибо сказать, и не удержался…
– Какое еще спасибо?!
– За то, что позаботилась о нас, хоть и не хозяйка.
Таша моргнула, не понимая, что происходит. Опять взялась за телефон, чтобы набрать номер бригадира, но мужичок снова ее ошарашил:
– Не надоело еще дурочкой влюбленной ходить? На вот, – он протянул ей на кожаном шнурке кулон в виде метлы. – В благодарность от нас с ним, – и кивнул головой в сторону дома.
– Да кто ты такой? – пробормотала Таша, не притронувшись к подарку.
– Вообще меня зовут Хранитель дома Дэвдасарам, но можешь называть меня Домовенок Дэва, а уж совсем по-простому – ДД.
Про домовых Таша, конечно, слышала и в своем мире, но там их, само собой, никто и никогда не видел. Но сейчас она была в волшебном мире, где даже невозможное становится возможным. И все равно ее пробрал озноб от осознания, кто перед ней.
– О, гляньте, испугалась! – Верно угадав состояние Таши, засмеялся ДД. – Что, никогда домовых не видела?
– Н-н-нет, – призналась девушка. – Как-то не доводилось.
– Да не боись, я добрый. Особенно, сейчас, когда мы чистые, ухоженные да с обновкой.
Он довольно огладил руками ткань рубашки и заправил за ухо прядь волос, выбившуюся из аккуратной прически.
– Ну так че, подарок примешь? – Он снова протянул ей кулон.
– А что это?
– Да так, пустячок. Чары полностью не снимет, я ж не колдун какой, а скромный домовой. Если будешь в Мадурайске, найди бабулю, что на вокзале торгует и любит на пляже мусор собирать. Скажешь, что от меня. Вот она точно поможет. Если захочет, конечно. Вредная бывает иногда.
– Какие еще чары? – еще больше удивилась Таша. – Со мной все в порядке.
– Вот наивная! – всплеснул руками домовенок. – Надевай, не бойся! Завтра спасибо скажешь.
Таша приняла кулон и надела его через голову на шею.
– Под одежду спрячь, чтоб никто не видел, и не снимай, – напутствовал ДД. – Ну-с, два прихлопа, три притопа и опа…
Он хлопнул в ладоши, Таша зажмурилась, ожидая… сама не зная чего.
– Ик! – икнула она, а потом еще и еще.
– Ух ты, работает! – То ли радостно, то ли удивленно воскликнул домовой. – Завтра проснешься почти как прежняя. Не волнуйся, память при тебе останется. И главное не забудь – забор желтый хочу!
Дэвдасарам развернулся и направился по тропинке к дому. Через несколько шагов щелкнул пальцами и исчез. Таша снова икнула.
– Какого хрена…
