355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Рэймонд Элиас Фейст (Фэйст) » Врата войны » Текст книги (страница 22)
Врата войны
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 19:34

Текст книги "Врата войны"


Автор книги: Рэймонд Элиас Фейст (Фэйст)



сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 35 страниц)

Глава 12. ПЕРЕГОВОРЫ

Паг скучал. Сидя на подоконнике своей комнаты в крондорском дворце, он безучастно глядел в окно. Вокруг все было белым-бело от снега, который шел не переставая вот уже третий день кряду. Герцог и Арута почти все свое время проводили в беседах с принцем Крондора.

На следующий день после их прибытия Пагу велели рассказать его высочеству обо всем, что видели они с Томасом на палубе цуранийского корабля. Потом ему приказали вернуться к себе. Паг помнил свой разговор с принцем до мельчайших подробностей.

К удивлению Пага Эрланд Крондорский оказался совсем еще молодым человеком, лет тридцати с небольшим. Он был худ и бледен, и речь его часто прерывалась приступами тяжелого, надрывного кашля. При этом лоб его покрывался испариной, на висках вздувались синие жилы. Когда во время их разговора принц впервые закашлялся, держась руками за впалую грудь, Паг робко предложил прийти в другое время, когда его высочеству станет легче, но Эрланд лишь вяло махнул рукой и велел ему продолжать свой рассказ. Принц держался с ним просто и непринужденно, он проявлял живейший интерес к его словам и всеми силами старался ободрить его, словно встречи и беседы с робкими и смущенными учениками чародеев были для него, наследника королевского трона, делом привычным. Выслушав Пага, он стал задавать ему вопросы о его учении, о случайности, благодаря которой тот удостоился придворного титула, о Крайди и Бордоне. Он расспрашивал мальчика с таким участием и выслушивал его ответы с таким интересом, словно его и вправду могли занимать подобные пустяки.

Паг был в восторге от принца Эрланда. Второй человек в королевстве после его величества Родрика Четвертого и первый вельможа Запада был дружелюбен и прост в обращении. Он оказался настолько любезен, что проявил искреннюю заботу и внимание к самому юному и незнатному из своих нежданных гостей.

Паг скользнул взглядом по отведенной ему комнате. Даже это небольшое помещение было убрано с непривычной для него роскошью. Пол устилал пушистый ковер, цветом своим гармонировавший с обивкой стен и тяжелыми шторами на окнах. Посреди комнаты возвышалась кровать под коричневым балдахином. Пагу, привыкшему спать на соломенных тюфяках, пришлись по душе пуховая перина, мягкая подушка и легкое, теплое одеяло. У одной из стен стоял массивный шкаф, в котором висело и лежало столько дорогих, изысканных нарядов, что Паг во всю жизнь не смог бы их сносить. Однако все одеяния были сшиты по его мерке, и Кулган сказал, что принц дарит их ему.

Напряженно прислушиваясь к тишине, царившей в комнате, Паг припомнил, что за последние дни он почти не виделся ни с Кулганом, ни с другими крайдийцами. Гардан и трое воинов отбыли в Крайди с письмами от герцога, адресованными Лиаму, отцу Тулли и Фэннону, а Мичема поселили в дворцовых казармах. Кулган почти все свое время проводил в апартаментах принца Эрланда. Он принимал деятельное участие в переговорах, которые все эти дни вели принц Крондора и герцог Боуррик. Паг был предоставлен самому себе. Он рад был бы потратить эти часы одиночества на ученье, но у него не было с собой ни одной книги, ни даже свитка пергамента. Со дня прибытия в Крондор ему было решительно нечем заняться. Он просто изнывал от безделья.

Не раз он представлял себе, как рад был бы очутиться здесь неугомонный Томас. Он быстро придумал бы какоенибудь интересное занятие для них обоих. Вдвоем им не пришлось бы скучать. Паг больше не надеялся, что Долгану удалось разыскать его друга в лабиринтах Мак Мордейн Кадала, но боль потери стала теперь для него менее острой, хотя он все время вспоминал Томаса. Не раз Паг ловил себя на том, что с надеждой прислушивается к шагам за дверью, ожидая, что произойдет чудо и на пороге появится его отважный, веселый и неугомонный друг.

Одиночество и тишина сделались невыносимыми, и Паг вышел в коридор, тянувшийся вдоль всего восточного крыла огромного замка. Он заторопился вдоль коридора, надеясь встретить кого-нибудь из своих.

Мимо прошел стражник и отдал ему честь. Паг никак не мог привыкнуть к такому почтительно-подобострастному отношению со стороны солдат и слуг: ведь он еще так недавно был простым дворовым мальчишкой.

Он дошел до поворота и свернул в широкую галерею, которая вела к приемным и покоям принца. Эрланд сказал ему, что он может чувствовать себя во дворце совершенно свободно и ходить, куда пожелает. Паг не торопился воспользоваться данным ему правом, не желая показаться слишком любопытным и бесцеремонным, но сегодня ему стало просто невмоготу оставаться в одиночестве.

В глубине галереи он обнаружил небольшой альков с окошком. Паг прошел туда, присел на широкий подоконник и выглянул в окно. Отсюда открывался вид на ту часть дворца, которую он не мог видеть из окна своей комнаты. Далеко впереди за стенами замка он разглядел крондорский порт, издали походивший на игрушечную деревушку. Над крошечными домиками вился дым. Корабли, стоявшие на якорях в ожидании весны, казались миниатюрными копиями настоящих парусников.

Из задумчивости его вывел тоненький голосок, раздавшийся позади:

– Вы принц Арута?

Паг оглянулся. Прямо перед ним стояла девочка лет шести или семи. Она не сводила с него своих больших, серьезных зеленых глаз. Ее каштановые волосы мягкими волнами спускались на узкие плечи. Красное бархатное платье ребенка было украшено белым кружевным воротником и манжетами. Она слегка надула пухлые губы и приподнялась на цыпочки, чтобы казаться старше своих лет. Это придало ей такой забавный вид, что Паг едва удержался от улыбки.

Поколебавшись, он ответил:

– Нет, я Паг. Я приехал сюда с принцем и герцогом.

Девочка даже не попыталась скрыть свое разочарование. Передернув плечиком, она подошла к окну и уселась на подоконник рядом с Пагом. Строго взглянув на него, она процедила:

– А я так надеялась, что ты принц Арута. Мне хотелось хоть одним глазком взглянуть на него, прежде чем вы все уедете в Саладор.

– Саладор… – растерянно повторил Паг. А он и не знал, что им снова предстояло отправиться в дальний путь, и надеялся, что из Крондора они повернут домой, в Крайди. Он так соскучился без Каролины!

– Да. Папа сказал, что вы поедете туда, а потом на корабле поплывете в Рилланон, к королю.

– А кто твой отец?

– Принц, кто же еще? Вот глупый! Ты что же, не догадался, что я принцесса?

Паг развел руками:

– Простите, ваше высочество. – Внезапно девочка показалась ему удивительно похожей на Каролину. – Значит, вы и есть принцесса Анита.

– Конечно. К тому же самая настоящая. Ведь мой отец – не какой-нибудь герцог, а принц! Он мог бы стать королем, если бы захотел, но ему это не по душе. А вот если бы он согласился, то я когда-нибудь стала бы королевой. Но быть принцессой тоже очень здорово. А кто ты такой?

Неожиданный вопрос Аниты застал Пага врасплох. Он почти перестал прислушиваться к ее словам и лишь вежливо кивал. Его гораздо больше занимали порт и гавань, видневшиеся из окна. После недолгого колебания он сказал:

– Я ученик придворного чародея.

Глаза Аниты округлились от радостного удивления, и она всплеснула руками:

– Настоящего чародея?

– Настоящего.

Ее маленькое румяное личико расплылось в улыбке:

– А он может превращать людей в жаб? Моя няня говорит, чародеи только так и поступают с теми, кто плохо себя ведет.

– Право, не знаю, – улыбнулся Паг. – Но я обязательно спрошу его об этом при следующей встрече. – Он вздохнул. – Если я вообще увижу его когда-нибудь.

– О, правда? Спроси, будь так любезен. Мне очень интересно, что он скажет. – Принцесса была явно довольна тем, что у нее появилась возможность разрешить этот сложный вопрос. – А не можешь ли ты подсказать мне, где теперь принц Арута?

– Не знаю. Я сам вот уже два дня не видел его. А зачем он тебе?

– Няня говорит, что мы с ним, наверное, поженимся, когда я вырасту. Вот мне и хотелось взглянуть на него. А вдруг он мне не понравится?

Перспектива женитьбы Аруты на этой крошке сперва показалась Пагу не более чем глупой шуткой старой няни, но, поразмыслив, он вынужден был признать, что подобный союз вполне может быть заключен через десяток лет, когда Анита превратится во взрослую девушку, а Арута, все еще находясь во цвете лет, получит во владение какой-нибудь из городов Королевства и титул графа. Но удовлетворит ли это амбиции юной принцессы?

– А вам пришлось бы по душе стать женой графа? – спросил Паг и тут же пожалел, что задал ей такой неуместный вопрос. Разве эта малышка способна здраво судить о подобных вещах? Но девочка окинула его таким проницательным взглядом, который сделал бы честь и самому отцу Тулли.

– Вот глупый! Откуда же мне это может быть известно, если я все еще не знаю, кого мама с папой выберут мне в мужья?

– Но вы сказали…

– Они еще могут передумать, – авторитетно заявила Анита и спрыгнула с подоконника. – Ну, мне пора. Я убежала от няни, и теперь меня наверняка уже хватились. Я должна вернуться в свои комнаты. Если меня застанут здесь, я буду наказана. Желаю вам приятного путешествия в Саладор и Рилланон.

– Спасибо, ваше высочество.

Внезапно по лицу девочки скользнула тень тревоги. Она заложила руки за спину, слегка склонилась к Пагу и шепотом спросила:

– Ведь ты никому не скажешь, что видел меня здесь?

Паг заговорщически улыбнулся и пообещал:

– Никому и никогда!

Анита благодарно улыбнулась ему и стала с опаской вглядываться в дальний конец галереи. Когда она уже повернулась, чтобы уйти, Паг неожиданно проговорил:

– Он очень славный человек.

Принцесса остановилась:

– Кто?

– Принц Арута. У него доброе сердце. Правда, он старается этого не показывать и порой бывает резковат. Иногда он любит подшучивать над людьми, но поверьте мне, человек он хороший.

Принцесса внимательно выслушала его и, просияв, проговорила:

– Как здорово! Я рада, что он хороший человек. За плохого я бы ни за что не вышла! – Коротко засмеявшись, она бросилась бежать вдоль галереи и вскоре исчезла в одном из коридоров.

Паг остался сидеть у окна. Он еще долго смотрел на падающие снежинки, размышляя о маленькой принцессе, которая совала нос в государственные дела и интересовалась душевными качествами будущего мужа.

Вечером принц Эрланд дал торжественный ужин в честь герцога и Аруты. Во дворце присутствовали все знатные персоны Крондора, а также именитые горожане с женами. В огромном зале замка разместилось без малого четыреста человек гостей. Паг оказался за одним столом с богатыми купцами, которые, из уважения к его придворному платью и тому почетному месту за столом, на которое его усадили, не осмеливались говорить с ним и даже между собой обменивались лишь однесложными замечаниями. Как Паг ни старался, ему не удавалось разрядить напряженную атмосферу, установившуюся за столом.

Герцог и Арута сидели возле принца Эрланда и его супруги принцессы Алисии. Места за главным столом, находившимся на возвышении, занимали также герцог Дуланик, канцлер и маршал княжества Крондор, ввиду болезни принца выполнявший обязанности верховного главнокомандующего сухопутных войск, и лорд Барри, адмирал крондорского флота. По обе стороны от них восседали все министры королевского двора. Прочие гости разместились за другими столами тем дальше от принца и придворных, чем скромнее были их титулы и звания. Паг оказался в самом конце зала.

Слуги сновали вдоль узких проходов, обнося гостей блюдами с роскошными кушаньями и кувшинами с медом и винами. В середине зала было оставлено свободное пространство, где, сменяя друг друга, появлялись менестрели, жонглеры, фокусники и скоморохи. Однако их выступлениям могли отдать должное лишь те, чьи столы находились поблизости, а также хозяева и именитые гости, наблюдавшие за представлением со своего возвышения. Остальным не было видно решительно ничего, а звуки музыки и пение перекрывал для них гул множества голосов. Однако за движениями артистов придирчиво наблюдал придворный мастер церемоний, и те старались вовсю, чтобы их и впредь приглашали на торжества во дворец.

Стены зала украшали гобелены и знамена всех герцогств Королевства, начиная с коричнево-золотого стяга Крайди, помещенного у восточной стены, и заканчивая зеленым, принадлежавшим далекому Рэну и висевшим в западной части огромного зала, у высокой арки.

Над главным столом был вывешен флаг с гербом Королевства – золотым вздыбленным львом, с мечом в передних лапах и короной над головой, на пурпурном поле. То была древняя эмблема рода кон Дуанов. Рядом с ним и чуть пониже укрепили знамя Крондора – серебряный орел, реющий над горной вершиной, на пурпурном поле. Лишь королю Родрику и принцу Эрланду было дано право носить одежду королевского пурпурного цвета. Герцог Боуррик и Арута были облачены в алые плащи, что свидетельствовало об их принадлежности к правящей династии. Паг впервые видел их в столь роскошных одеяниях.

Паг то и дело бросал осторожные взгляды на главный стол. Из угла, где он сидел, зажатый между толстой купчихой и каким-то юным отпрыском богатого семейства, ему было трудно разглядеть выражения лиц принца и герцога, но по их сдержанным жестам, по напряженным позам остальных он понял, что разговор между двумя наследниками престола был не из приятных.

Внезапно кто-то осторожно прикоснулся к его плечу. Паг оглянулся и увидел позади себя выглянувшее из-за тяжелой портьеры кукольное личико. Принцесса Анита приложила палец к губам и поманила его за собой. Паг удостоверился, что его соседи по столу с любопытством и восхищением глазеют на принцев и герцога, и, решив, что они не заметят его отсутствия, поднялся и скользнул за портьеру. Он очутился в маленьком алькове для слуг, который еще одна портьера отделяла от коридора, выходившего в кухню. Он на цыпочках прокрался за Анитой. Девочка остановилась у стола, уставленного тарелками и кубками.

– Как вы здесь оказались? – спросил Паг.

Анита приложила палец к губам.

– Ш-ш-ш! Об этом никто не должен знать! – испуганно прошептала она.

Паг улыбнулся:

– Вы можете разговаривать в полный голос. В зале так шумно, что нас все равно никто не услышит.

– Я пришла, чтобы посмотреть на принца. Как мне его узнать?

Паг поманил ее за собой в альков и слегка раздвинул портьеры.

– Он сидит рядом с вашей матерью. Он в черном камзоле с серебряным шитьем и в красном плаще.

Девочка встала на цыпочки и жалобно прошептала:

– Мне ничего не видно!

Паг поднял ее на руки. Анита с любопытством выглянула в зал.

– Спасибо! Я вам очень признательна!

– Рад служить вам, ваше высочество! – церемонно поклонился Паг, и оба прыснули со смеху.

Внезапно именитые горожане, сидевшие за столом Пага, стали громко обсуждать между собой наряды придворных дам и кавалеров. Анита оцепенела от ужаса. Паг выразительным жестом приложил палец к губам.

– Я должна немедленно бежать отсюда! – прошептала девочка и скользнула в коридор. Паг видел, как она свернула в кухню. Видимо, нынче вечером ей удалось обмануть бдительность няни и спуститься по узкой винтовой лестнице, выходившей на верхнюю галерею.

Внезапно портьеры раздвинулись, и в альков ступил подросток-слуга. Он оторопело уставился на Пага, не осмеливаясь обратиться к нему с вопросом. Благородному юноше было решительно нечего делать у выхода в кухню, и оба прекрасно понимали это.

С деланной безмятежностью Паг проговорил:

– Я хотел вернуться к себе и, похоже, заблудился.

– К покоям для гостей ведет широкая лестница, на которую можно выйти через первую дверь слева, сэр. А здесь… здесь у нас кухня. Прикажете показать вам дорогу? – Мальчишке явно не хотелось провожать заплутавшего сквайра через весь зал, да и Паг вовсе не нуждался в его услугах.

– Нет, благодарю, – любезно ответил он. – Я сам найду нужную дверь.

Когда слуга вышел в коридор, Паг пробрался к своему месту за столом. Как он и предполагал, его отсутствия никто из сотрапезников не заметил. Лишь юный слуга, не раз в продолжение ужина менявший блюда и кубки за их столом, порой вскидывал на него недоуменный взгляд.

Вернувшись в свою комнату, Паг застал там Кулгана. Чародей без всяких предисловий заявил:

– Мы должны выехать на рассвете, Паг. Принц Эрланд отправляет нас в Рилланон, к королю.

Паг возмущенно топнул ногой. Все последние дни его одолевала тоска по дому.

– С какой это стати он нами распоряжается?

Прежде чем Кулган успел ответить, дверь с шумом распахнулась и в комнату вбежал принц Арута. Лицо его исказила гримаса ярости. Паг испуганно попятился, решив, что виной тому его недопустимо фамильярное обращение с маленькой Анитой. Но как Аруте удалось об этом узнать? Неужто он разглядел ее любопытное личико в просвете между портьерами?

– Кулган! – воскликнул принц. – Вот ты, оказывается, где! Тебе известно, что собирается предпринять наш кузенпринц, чтобы остановить возможное наступление цурани?! – Но чародею снова не удалось вымолвить ни слова. Стоило ему открыть рот, как Арута с негодованием выкрикнул: – Ничего! Ровным счетом ничего! Он и пальцем не шевельнет, чтобы помочь Крайди, пока отец не повидается с королем и не убедит его, что это вопрос жизни и смерти не только для нашего герцогства, но и для всей страны! А путешествие в Рилланон займет у нас никак не меньше двух месяцев!

Кулган предостерегающе поднял вверх правую руку, и принц тотчас же успокоился. Он по-прежнему видел в тучном чародее не придворного советника отца, а одного из своих строгих наставников. Тому и поныне без труда удавалось подчинить своей воле обоих взрослых сыновей Боуррика, если он считал это необходимым. Сейчас был как раз один из таких случаев.

– Спокойнее, Арута.

Арута тряхнул головой и тяжело опустился в стоявшее у стены кресло.

– Виноват, Кулган. Мне следовало сдержать мой гнев. – Теперь только он заметил, что они с чародеем не одни в комнате.

– Прости меня, Паг! -Мальчик смутился и опустил голову. – Тебе-то и вовсе не следовало знать обо всем этом. Наверное… – он запнулся и вопросительно взглянул на Кулгана.

Чародей вынул трубку изо рта и спокойно проговорил:

– Нет смысла скрывать от него положение дел. Ведь он едет с нами и рано или поздно узнал бы обо всем.

Арута стал нервно барабанить пальцами по ручке кресла. Кулган строго взглянул на него, и принц сцепил пальцы рук и подался вперед.

– Мой отец и Эрланд целыми днями спорили о том, как оказать отпор этим цурани, если они двинут против нас свою армию. Принц в конце концов согласился, что угроза их вторжения очень велика. – Он удрученно вздохнул. – Но он не собирается объявлять мобилизацию Западных армий, пока не получит приказа от короля.

– Я не понимаю, – вмешался Паг, – разве Западные армии больше не находятся в подчинении принца Эрланда? Разве он не волен командовать ими по своему усмотрению?

– Представь себе, нет, – хмуро проговорил Арута. – С некоторых пор все изменилось. Меньше года тому назад король объявил, что все армии переходят под его командование. – Он умолк и стал с тоской наблюдать, как кольцо дыма, выпущенное Кулганом, медленно таяло в воздухе. Чародей вопросительно взглянул на него, и принц продолжал: – Ведь это является нарушением всех законов и традиций государства! Западные армии всегда подчинялись принцу Крондора, тогда как Восточными командовал король!

Паг все никак не мог уяснить себе смысл происходящего. Кулган задумчиво пробормотал:

– Принц является маршалом его величества и главнокомандующим Западных войск. По его приказу все герцоги от Малак-Кросса до Крайди, являющиеся его вассалами, обязаны мобилизовать свои гарнизоны и поставить под оружие своих вассалов, а те – своих. А король Родрик по неизвестным причинам объявил, что никто не смеет распоряжаться армией Запада без его соизволения.

Арута ударил кулаком по ручке кресла:

– Отец все равно подчинился бы приказу принца! Как, впрочем, и остальные герцоги Западных земель!

Кулган мрачно кивнул:

– Возможно, именно этого и опасается его величество король. Ведь Западные армии уже так давно считаются войсками принца, а не короля. Объяви ваш отец мобилизацию, ему охотно подчинились бы, ведь на Западе его уважают не меньше, чем Эрланда. И если бы король отменил его приказ… – Он не закончил, выразительно взглянув на Аруту.

Тот развел руками:

– Это знаменовало бы собой начало бунта.

Кулган повертел в руках свою погасшую трубку:

– Или даже гражданской войны.

Паг просто ушам своим не верил. Он еще ни разу в жизни не усомнился в мудрости, великодушии и отваге величайшего из людей Королевства – Родрика Четвертого. Ему казалось, что Кулган и Арута чего-то недопонимают.

– Но ведь он – король. И его главная забота – безопасность Королевства. А теперь, когда стране угрожают враги… – растерянно пробормотал он.

Кулган покачал головой:

– К сожалению, это ничего не меняет. Для некоторых людей, в том числе и тех, на чьей голове красуется корона, форма оказывается гораздо важнее сути происходящего. – Он снова раскурил свою трубку и продолжал: – Милорд Боуррик никогда не сказал бы тебе об этом, но знай, что его отношения с некоторыми из восточных герцогов, в особенности с его кузеном Гаем де Бас-Тайрой, оставляют желать много лучшего. А недоразумение между принцем и королем лишь подольет масла в огонь застарелой вражды между Востоком и Западом.

Паг облокотился о подоконник. Голова его шла кругом. Несмотря на все заверения Кулгана, он никак не мог поверить, что король способен пренебречь интересами страны ради того лишь, чтобы досадить принцу Эрланду. Он не решался спросить, что именно повлекло за собой ту натянутость в отношениях восточных и западных вельмож, о которой рассказал чародей.

Кулган устало поднялся на ноги:

– Нам завтра придется встать затемно, поэтому не мешало бы поспать хоть несколько часов. До Саладора путь неблизок и тяжел, а оттуда мы морем поплывем в Рилланон. Когда нам наконец удастся увидеться с королем, в Крайди, наверное, уже придет весна. Спокойной ночи, Паг!

Они с Арутой вышли и притворили за собой дверь. Паг не раздеваясь бросился на постель, но долго не мог заснуть. Разговор с принцем и чародеем все не шел у него из головы.

Принц Эрланд спустился во двор замка, чтобы пожелать крайдийцам, отправлявшимся в путь верхом, благополучного прибытия в Саладор. Он был нынче бледен и взволнован и выглядел совсем больным.

Маленькая Анита выглянула из окошка высокой башни и помахала Пагу белоснежным платочком. Пагу снова вспомнилась Каролина. Улыбнувшись и помахав рукой маленькой принцессе, он от души понадеялся, что Анита вырастет не такой упрямой и своенравной, как принцесса Крайдийская.

Они направились к воротам, где их дожидался отряд воинов, вооруженных копьями. Всадники принца должны были сопровождать путников до самого Саладора. Крайдийцам предстояло целых три недели пробираться по холмам и долинам, по болотам Даркмура, минуя МалакКросс, стоявший на границе западных и восточных областей Королевства, чтобы, достигнув Саладора, сесть на корабль и в самом лучшем случае еще через две недели прибыть в Рилланон.

Копейщики были одеты в серые плащи из толстого сукна, из-под которых виднелись их шитые серебром пурпурные одеяния. Щиты всех воинов украшал герб принца Крондора. Из уважения к герцогу Боуррику, а быть может, чтобы хоть частично загладить свою вину перед ним, которой он не мог не чувствовать, принц отрядил ему в сопровождающие своих отборных гвардейцев, а не солдат дворцового гарнизона.

Когда путники выезжали из городских ворот, с неба снова повалил густой снег. Паг протяжно вздохнул. Он так надеялся встретить приход весны в родном Крайди! Но теперь об этом нечего было и думать. Покачиваясь в седле, он перебирал в памяти события прошедших недель и настойчиво гнал от себя тревожные мысли о будущем.

Путь до Саладора длился четыре недели вместо предполагавшихся трех. Виной тому был свирепый ураган, неожиданно застигший их в горах к западу от Даркмура. Крайдийцы и копейщики нашли приют в сельском трактире, таком убогом и тесном, что всем им пришлось в течение нескольких дней ютиться в маленькой комнатке с закопченными стенами и низким потолком. Пища в трактире оказалась скверной, эль – мутным и кисловатым. Поэтому, когда буря наконец стихла, все они с огромной радостью покинули негостеприимный Даркмур.

Еще один день был потерян в одной из небольших деревушек, встретившихся на их пути. На поселение напали разбойники, которые в панике разбежались при виде многочисленных всадников, но герцог приказал гвардейцам прочесать ближайшие леса, чтобы негодяи не вернулись в деревню, когда отряд продолжит свой путь. Копейщики нагнали и уничтожили банду лесных грабителей. Жители деревни были так благодарны герцогу и солдатам, что распахнули двери своих домов, приглашая путников отведать их лучших яств и отдохнуть с дороги. Герцог не смог отвергнуть их предложение и принял его с учтивостью истинного вельможи, хотя их нехитрое угощение не шло ни в какое сравнение с теми тонкими кушаньями, к которым он привык. Но эти простые люди потчевали его лучшим из всего, что имели, и он по достоинству оценил их гостеприимство. Пагу же пришлись по душе и компания этих простых людей, и предложенная ему трапеза, и жесткое соломенное ложе, на котором он спал. Все это напомнило ему о далеком доме, по которому он так тосковал.

На расстоянии нескольких часов пути от Саладора их встретил конный патруль городского гарнизона. Капитан патрульной службы выехал вперед и, осадив коня, сурово спросил:

– Что привело гвардейцев принца в наши края? Между двумя городами существовала давняя вражда. На последнем привале гвардейцы даже сняли с древка и спрятали знамя Крондора. Но бдительный капитан мгновенно опознал в них людей Эрланда. Он имел все основания считать их прибытие в Саладор вторжением на вверенную ему территорию.

Герцог Боуррик выехал вперед и откинул с головы капюшон плаща.

– Вели доложить своему господину, что герцог Боуррик Крайдийский со спутниками и охраной прибыл в его город и рассчитывает на радушие и дружеское гостеприимство милорда Керуса.

Капитан вытаращил на герцога глаза и с запинкой пробормотал:

– Виноват… ваше сиятельство… Кто бы мог подумать… Простите меня! Ведь вы не развернули знамени…

Арута прищурился и сухо проговорил:

– Мы оставили его в одном из лесов, через которые нам случилось проезжать.

Капитан часто заморгал и развел руками:

– Не понимаю, что вы хотите этим сказать, ваше высочество.

Боуррик досадливо поморщился:

– Неважно. Пошлите же кого-нибудь к лорду Керусу.

Капитан отдал честь:

– Есть, ваше сиятельство! – Он повернул коня и отрывисто приказал одному из своих воинов мчаться в город с докладом о прибытии герцога. Воин пришпорил лошадь и галопом поскакал по направлению к Саладору. Капитан снова повернулся к Боуррику:

– Ваше сиятельство, мои воины, если вам будет угодно, поступят в ваше распоряжение и проводят вас до города.

Боуррик скользнул взглядом по солдатам гвардии принца. На их усталых лицах читалась мстительная радость. Они были довольны унижением, которое пришлось пережить капитану саладорского гарнизона.

– Мне думается, что отряда из трех десятков копейщиков для нас вполне достаточно. Ведь гвардейцы Крондора известны своей отвагой. С ними в этом может сравниться разве что городской гарнизон Саладора, очистивший от разбойников все окрестные леса.

Капитан, не поняв, что над ним насмехаются, радостно кивнул:

– Спасибо, ваше сиятельство!

Герцог качнул головой:

– Вы и ваши люди можете продолжать патрулирование.

Капитан отсалютовал ему и вернулся к своим воинам. Он приказал им двинуться вперед, и колонна проследовала мимо герцога и его спутников. Поравнявшись с Боурриком, солдаты в приветственном жесте опустили концы пик к земле. Герцог в ответ на это вяло махнул рукой. Когда они удалились на достаточное расстояние, он устало проговорил:

– Ну, довольно с нас этих глупостей! Вперед, в Саладор!

Арута со смехом возразил:

– Такие люди, как этот капитан, украсили бы наш крайдийский гарнизон! Ты несправедлив к нему, отец!

Боуррик повернулся к нему:

– Ты это серьезно? И что бы он там делал, скажи на милость?

– Наводил бы глянец на щиты и ботфорты!

Герцог улыбнулся. Крондорские гвардейцы оглушительно расхохотались. Они, как и все воины Запада, придерживались весьма невысокого мнения о боевой доблести армии Востока. Тогда как солдатам западных гарнизонов приходилось то и дело браться за оружие и в тяжелых сражениях, отстаивать рубежи Королевства, боевая практика воинов восточных герцогств в основном сводилась к учениям и парадам.

Вскоре путникам стали встречаться покрытые снегом поля, небольшие поселения, придорожные таверны, что свидетельствовало о близости большого города. Незадолго до заката они увидели возвышавшиеся далеко впереди стены Саладора.

При въезде в город они были встречены отрядом гвардейцев герцога Керуса. Солдаты с почетом проводили их до самого дворца.

Горожане, запрудившие улицы, с боязливым любопытством взирали на Боуррика и его людей, прибывших из далекого приграничного Крайди. Некоторые из них улыбались и выкрикивали приветствия, большинство же были явно разочарованы тем, что приезжие, эти герои, ведущие полную лишений и опасностей жизнь, стоящие на страже границ государства, выглядели совсем как обычные люди.

Когда путники въехали на мощеный двор, к ним тотчас же бросились слуги в нарядных ливреях. Они взяли под уздцы их лошадей и повели в конюшни. Гвардейцы Керуса проводили людей принца в казармы, чтобы те поели и отдохнули перед возвращением в Крондор. Высокий воин с нашивками капитана гвардии с поклоном сообщил герцогу, что проводит его и его спутников во дворец.

Паг с изумлением озирался по сторонам. Жилище герцога Керуса оказалось еще больше и внушительнее, чем дворец принца Эрланда. Они миновали несколько комнат и вышли во внутренний двор, где росли красиво подстриженные деревья. В глубине двора возвышалось величественное здание резиденции герцога. Лишь теперь Паг понял, что по пути они миновали огромное здание, окружавшее дворец со всех сторон. Он недоумевал, зачем герцогу Керусу понадобилось столько помещений и такой огромный штат слуг.

Они прошли через сад и поднялись по ступеням главного входа во дворец. Когда-то это здание представляло собой укрепленный замок, за стенами которого в случае осады могло бы укрыться все население не только Саладора, но и ближайших деревень. Но времена, когда вокруг города было неспокойно, давно миновали, и замок утратил свое первоначальное предназначение. Его неоднократно перестраивали, пока он не превратился во внушительное сооружение из стекла и мрамора, поражавшее изысканностью форм и роскошью внутреннего убранства. Бросив взгляд на красочные гобелены и расписной потолок огромной приемной, Паг заторопился дальше вслед за остальными.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю