Текст книги "Переключение передач (ЛП)"

Автор книги: Райли Харт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 30

– Надо закинуть шмотки в стирку. Тебе нужно что-то постирать? – спросил Род, когда поздним вечером они вернулись домой.

Перед уходом он забыл постирать рабочую одежду.

Лэндон вошел в их комнату… то есть в комнату Рода.

– Да, кое-что найдется. Цветное или белое?

– Какая разница?

– Что? – В глазах у Лэндона вспыхнуло удивление. – Большая разница. Ты стираешь цветное с белым?

– Кто-то делает по-другому?

Отец не учил его разделять вещи перед стиркой. Он об этом слышал, но думал, что это просто разговоры и никто так не делает.

– Безумец. Садись на кровать. Стиркой займусь я.

Род сел, а Лэндон направился в угол комнаты и принялся раскладывать вещи на кучи: темные цвета, белое, яркие цвета.

– Сколько тебе было, когда ты потерял маму?

Лэндон, не поднимая глаз, раскидывал одежду по кучам.

Черт. Зачем это обсуждать? Не лучше ли жить настоящим? В прошлом он копаться не любил.

– Восемь. Ник с Брюсом классные, да?

Лэндон хмуро взглянул на него.

– Да. Только не понимаю, как от твоей мамы мы перешли к Нику и Брюсу.

– А как от стирки мы перешли к моей маме? – возразил Род.

Лэндон вздохнул. Само собой, он огорчился. Но ничего не поделаешь.

Лэндон снова занялся вещами. Почему-то из-за того, что они постирают вещи вместе, показалось, будто на него рухнула тонна кирпичей.

– Впусти меня, Род. В первую очередь мы друзья, а потом уже любовники. Я почти все время с тобой, я сплю в твоей постели. Мне тоже непривычно, но я стараюсь. Я не убегаю и не прячусь. Впусти меня.

Лэндон говорил правильно. Он заслуживал большего, чем Род готов предложить. Он в принципе заслуживал лучшего. Тем не менее его распалила злость.

– Я тебя впустил. Я впускаю тебя каждую ночь! Почему нельзя оставить прошлое в прошлом?

– Потому что ты не оставляешь его в прошлом! – прогремел на всю комнату Лэндон. – Ты не оставляешь его в прошлом. Может, ты так считаешь, но это не так, Род. Оно сказывается на тебе. Сказывается на нас. Каждый разговор ты переводишь на секс.

Лэндон бросил рабочую рубашку Рода. Он рассердился. Гнев полыхал в глазах, слышался в голосе… Как же тянуло выговориться. Рассказать, насколько ему больно, как он боялся каждый божий день.

Только вот вряд ли он сумеет.

– О чем ты хочешь услышать? О том, что ежедневно, с тех пор как мне стукнуло четырнадцать и до отъезда из дома, отец смотрел на меня с ненавистью в глазах? О том, что он без стеснения говорил, насколько я ему противен? О том, что чем старше я становился, тем хуже становилось? Он радовался, что мать умерла и я не разбил ей сердце. Я был позорищем, Лэндон. Пидором, гомиком. Я хотел краситься! Естественно, со мной что-то неладно!

Род вздохнул, зная, что должен замолчать, но не получилось:

– Он сказал, что я никогда не познаю любви, никто меня не полюбит, потому что я грешник. Меня называли похабником, особенно когда я начал трахаться. Ага, я козел и ничего не скрывал. Он знал, что мной пользовались, знал, что мне нравилось. Так что в каком-то смысле он был прав. Я люблю пошлости. Люблю трахаться. Сколько ни точи лясы, сколько ни вороши прошлое, это не изменится.

Начав, он уже не мог остановиться. Воспоминания подступали, словно вода, поднимавшаяся в ванне все выше и вдруг полившаяся через край.

Род вскочил на ноги.

– Я так испугался, поняв, кто я, Лэндон. Испугался и растерялся. Я в нем нуждался. Мне был нужен отец. Я думал, он все уладит или скажет, что путаница в мыслях – это нормально. Мне было четырнадцать лет, я был ребенком. Я излил ему душу, со слезами на глазах выложил все, что испытывал, умолял сказать, что все нормально. А он меня отпихнул, сказал, что пока я такой, ничего хорошего не будет, ничего у меня не наладится и я ему не сын. С тех пор я ни на кого не полагался. С тех пор я ни в ком не нуждался. Вряд ли я смогу измениться.

В груди болело. Сердце екало. Он отталкивал Лэндона. Но ничего не попишешь. Он обязан быть честным. Как есть, так есть. Чем скорее Лэндон поймет, тем быстрее его бросит.

Он ждал, что Лэндон заговорит. Ждал и, возможно, надеялся, что Лэндон его переубедит. Так и не услышав ни слова, Род сделал шаг, потом еще один и еще. Возле двери его остановил голос Лэндона:

– Кажется, я в тебя влюбился.

Род закрыл глаза, вздохнул, мечтая, чтобы Лэндон говорил правду. «Я не могу… не могу любить тебя такого. И никто не полюбит». Раз родной отец его не любил, как мог полюбить посторонний человек?

– Тебе кажется.

Лэндон глубоко вздохнул.

– Да пошел ты, Род. Не смей решать за меня, что я чувствую. Ты как непроходящая пульсация в груди. Даже когда мы не вместе, я тебя чувствую. Ты запал мне в душу. Я докажу, что твой отец ошибался.

Род не мог пошевелиться, не мог дышать. Он хотел, господи, как же он хотел, чтобы Лэндон доказал. Пусть ничего не получится, но никто никогда даже не пытался. Только Лэндон. Как такое возможно, что этот восхитительный сексуальный мужчина хотел попробовать?

– Спасибо. За то, что между нами есть. Что бы ни случилось, спасибо за все.

– Я докажу, что ты неправ, Род. Может, тогда и у меня получится исцелиться.

Род хотел ошибаться. Ни разу в жизни он ничего настолько сильно не хотел. Размеренным шагом он подошел к Лэндону и уткнулся лбом в его плечо.

– Прости. Я вел себя как мудак. Мне нелегко.

Лэндон его обнял и чмокнул в макушку.

– Знаю. Кстати, через несколько недель у сестры свадьба. Мы хотим, чтобы ты пришел. Мне надо с кем-то пойти, а поскольку мы встречаемся…

– Хорошо, – прошептал Род, по-прежнему прижимаясь лбом к его плечу.

Лэндон снова поцеловал его в волосы.

– Давай я покажу, как правильно стирать. Серьезно, ты меня без ножа зарезал. У мамы поедет крыша, если я ей расскажу.

– Не рассказывай, – улыбнулся Род. – Я ей вроде как нравлюсь, не хотелось бы все испортить. – Он отстранился. – Заканчивай. Я смотрю. Даже запишу.

Они продолжили разделять одежду, а после того как Лэндон закинул первую кучу в машинку, разделись и забрались в постель.

– По сравнению с тем, что рассказал ты, мои проблемы кажутся такой мелочью. Он ушел… ну и что? Но мне сложно.

Лэндон перекатился на бок, Род тоже. Боль запечатлелась у Лэндона на лице.

– Я его ненавижу. Ненавижу за то, что он сделал. Не уходи. – Лэндон крепко его обнял. – Не уходи.

Они не отрывались друг от друга всю ночь.

Глава 31

Следующие несколько недель выдались сумасшедшими. Лэндон разрывался между работой, Родом и помощью матери и Шенен со свадьбой.

Свадьба – это не хухры-мухры. Он и не представлял, сколько срочных дел надо утрясти. Шенен с матерью выбились из сил. Особенно мать. Под глазами набухли мешки, она вымоталась и почти не спала. В те дни, когда Лэндон оставался дома, он слышал, как она с чем-то возилась до глубокой ночи.

Он волновался. Хотя казалось, у нее все хорошо. Она принимала лекарства, не нервничала сверх меры. Судя по всему, она, как и любая мать, хотела устроить для единственной дочери безупречную свадьбу. Церемонию, которой не было у нее.

Едва заспанная мать вошла в кухню, Лэндон произнес:

– Ты переусердствовала с группой, работой и свадьбой. Возьми выходной. Чем я могу помочь?

Она махнула рукой, словно он нес ахинею.

– У тебя работа. Что тут поделаешь?

– Придумаю что-нибудь.

Она приняла лекарство.

– Все хорошо. Я пробуду дома почти весь день. Составлю композиции для центра стола и букеты для украшения.

– Шен поможет?

Лэндон прошел к кофейнику и налил кофе.

– Она приедет ближе к вечеру. Хотела раньше, но ей надо на работу. Да и родители Джейкоба только вернулись в город. Шенен помалкивает, но, видимо, у Джейкоба что-то стряслось с братом.

Лэндон кивнул, подумывая позвонить Брюсу и взять выходной. Ему не нравилось, что мать сутулилась и в голосе слышалась усталость.

– А Род сумеет помочь? Он сегодня отдыхает и без проблем подсобит.

Мать взглянула на него так, словно видела впервые, сощурилась и наморщила нос… а затем расплылась в улыбке от уха до уха.

Черт.

– Ты серьезно к нему относишься, да, Лэндо?

Хотелось избежать этой темы. Вовсе не улыбалось обсуждать с ней Рода, но и обманывать как-то неправильно.

– Он мне дорог. Он много для меня значит.

Лэндон в него влюбился. А еще боялся подвести. Хоть Лэндон и сказал, что не прятался, но все равно он опасался, что это ошибка, что все пойдет не так, что они начнут друг друга обижать. Лэндон насмотрелся на всякое. А после того как он узнал про прошлое Рода, мысль обидеть его превратилась в непроходящий страх, угрожавший захлестнуть с головой.

– Но?

Не хотел он ничего обсуждать. Некрасиво рассказывать, что переживал Род, да и о своих проблемах говорить желания нет. Это плохая идея – вспоминать отца, особенно когда мать так устала и столько всего происходило.

– Никаких но. Мы не торопимся, посмотрим, что получится. Если честно, я понятия не имею, к чему мы движемся. Зато я знаю, что он приносит мне счастье, а я хочу радовать его.

Род вызывал у Лэндона такие эмоции, такие желания, которых он никогда не испытывал.

Лэндон вынул сливочник из холодильника, а когда вновь посмотрел на мать, у нее в глазах стояли слезы. Черт. Вот это точно ни к чему.

– Пожалуйста, перестань. Не ликуй раньше времени и не раскатывай губу.

– Смешно. Я желаю тебе счастья, Лэндон. Всегда желала. Давай не будем притворяться: по-настоящему счастлив ты не был с детства.

Правда. В этом они с Родом похожи. Они прятались за прошлым, прикидывались, что оно не влияло на их жизнь, хотя на самом деле, конечно же, влияло. А как иначе?

– Я в норме, ма. Как всегда.

– Я так боюсь причинить тебе боль, – вздохнула она. – Боюсь причинить боль вам с Шенен. Иногда я теряюсь. Я портачила, Лэндон, портачила часто. Мои действия задевали вас с Шенен, но я вас люблю. Надеюсь, ты знаешь, что я люблю вас больше всего на свете.

Лэндон пытался сдержать жгучий гнев.

– Ты не виновата. Ты не сделала ничего плохого. Это он ушел. Это его решение.

– Отец тебя любит. Идеальных людей не бывает.

– Без обид, мам, но пошел он на хер. Он нас не любит. Он нас бросил. – Лэндон боялся стать таким, как он. – Мне пора. Позвонить Роду, попросить приехать? Он с радостью поможет.

– Нет, – покачала она головой. – Я справлюсь. Позвони после работы, сообщи, где ночуешь: дома или у Рода. Чтобы я не переживала.

– Я приеду домой. Постараюсь помочь с тем, что ты не закончишь.

Она кивнула, открыв рот, будто хотела что-то сказать, но в итоге просто его обняла.

Лэндон остановил байк в конце подъездной дорожки и вытащил мобильник.

– Без тебя в кровати так одиноко. Даже не знаю, хорошо это или плохо, – ответил Род.

– Хорошо. – Лэндон тоже любил с ним спать. – Долго говорить не могу, иначе опоздаю на работу. Хочу попросить об одолжении. Шенен приедет помогать матери только ближе к вечеру, а ей надо составить для свадьбы цветочные композиции или что-то наподобие. Понятия не имею, о чем речь. Может, заедешь и поможешь?.. Я за нее волнуюсь. Не хочу, чтобы она была одна.

Так сразу и не скажешь, началась у нее очередная черная полоса или нет. Он не жил с ней много лет. Он уехал, прямо как отец.

– Хочешь, чтобы я провел день с твоей мамой?

– Да… извини, что сваливаю на тебя свои проблемы. Если не можешь, я пойму, но…

– С радостью помогу, – перебил Род.

С минуту они молчали, общаясь без слов: «Я тебе доверяю. Ты мне нужен. Спасибо».

– Спасибо, – нарушил Лэндон тишину.

– На здоровье. Будем надеяться, что твоя сестра меня не возненавидит! Мы с рукоделием несовместимы. Не удивлюсь, если результат получится страшным.

– Хватит и того, что ты ее проведаешь, – захохотал Лэндон. – Она настаивает, что все хорошо. Она не в курсе, что ты приедешь. Вали все на меня, ладно?

– Во что ты меня втягиваешь?

– Ты справишься, – покачал Лэндон головой, – я не сомневаюсь.

С улыбкой на лице он сбросил вызов и помчал.

***

До дома матери Лэндона Род добрался часа через два. Он вылез из кровати, принял душ и переоделся, после чего вышел из дома. Как назло, дорогу перекрыли из-за аварии. Пришлось разворачиваться и ехать другим путем.

Он ужасно нервничал. Род не шутил, он в самом деле не имел понятия, с какой стороны подступиться к цветочным композициям. На кой ляд Лэндон решил послать его к матери?

Кроме того, в диковинку проводить время с матерью парня, с которым он спал; с тем же успехом можно научиться летать. «Встречаюсь… парня, с которым я встречаюсь». Он до сих пор не привык к этому слову. Очередной мистический случай для беллетристики.

Но он хотел поехать. Причем настолько сильно, что даже стало немного грустно.

Род свернул на дорожку, где был лишь однажды. Как только показался дом, он изумился, увидев, что Джой стоит у машины с мужчиной. Они одновременно повернули головы, уставившись на него шальными глазами.

Что-то здесь не так. Это ясно по лицам, по тому, как мужчина попытался спешно сесть в машину, но Джой его удержала.

Что-то тут неладно. Мелькнула мысль сдать назад и убраться к чертям собачьим, однако Джой робко помахала рукой, и Род решил, что нужно ехать дальше.

– Ну спасибо, Лэндон. Во что ты меня втянул?

По закону подлости он согласился помочь первому парню, с которым встречался, и увидел то, что, без сомнения, видеть не должен.

Род заглушил двигатель и выбрался из машины.

– Здравствуйте… Простите, что помешал. Лэндон попросил заехать и…

Мать честная. Офонареть. Чем ближе он подходил, тем лучше видел мужчину, стоявшего рядом с Джой. Знакомое лицо. Знакомая линия подбородка, те же темные волосы, ямочка под левым уголком рта. С той лишь разницей, что мужчина худее, вид у него изможденный, нездоровый.

Перед ним стоял отец Лэндона. Человек, с которым Лэндон не виделся много лет. Человек, которого он ненавидел. Человек, который однозначно умирал.

– Род, – вздохнула Джой, – это отец Лэндона Ларри. Ларри, это парень твоего сына Род.

Ларри закашлялся и протянул руку.

– Приятно познакомиться, Род. Джой о тебе рассказывала.

Не удалось заставить себя подать руку, не удалось заставить себя ответить рукопожатием. Род будто предавал Лэндона.

– Он не знает? – не шелохнувшись, спросил Род.

Конечно, он не знал. Лэндон хоть что-то да сказал бы. Род верил.

– Нет, – покачал головой Ларри. – Пока нет.

Ну и что теперь делать? Как утаить от Лэндона, что его отец не только вернулся, но и умирал?

– Не просите ему врать. Я не могу ему врать.

Как можно держать язык за зубами? Эта новость погубит Лэндона. А его боль погубит Рода.

– Нам лучше уехать.

Род заметил парня, сидевшего на водительском сиденье. Темноволосого парня, как две капли воды похожего на Лэндона и Ларри.

Кислота обожгла нутро, прокладывая дорогу к сердцу. Брат? Офигеть. Брат?

– Нет. Лучше уехать мне. Так нельзя.

С каждой проходящей секундой казалось, будто он наносит удары Лэндону в спину, всаживая нож все глубже, настолько глубоко, что и у Рода пошла кровь. Если Лэндон истекал кровью, ему тоже становилось больно. Страдания Лэндона – это страдания Рода.

Род поплелся к машине. Он влюбился. Он влюбился в Лэндона.

– Род, подожди! Пожалуйста, не уезжай. Дай все объяснить.

Надломленный голос Джой его остановил, но обернуться не получилось. Тогда Род мог бы забыть то, что видел, забыть о том, что сломит Лэндона. Забыть, что он в него влюбился.

– Пожалуйста, не уезжай. – Джой встала рядом с ним. – Дай все объяснить. Мне надо объясниться.

Послышался рев заработавшего двигателя. Ларри и брат, о котором Лэндон не знал, укатили. Как только машина исчезла из вида, Род кивнул.

– Это сразит его наповал.

Джой закрыла глаза, по щеке скатилась слеза.

– Знаю. Пожалуйста, идем в дом.

Род пошел.

Глава 32

– Пить хочешь? – спросила Джой.

– Нет, спасибо. Я не сумею скрыть это от Лэндона.

Лэндон единственный, кто всегда был рядом. Он хотел с Лэндоном того, о чем раньше даже не мечтал.

Джой печально улыбнулась.

– Как бы безумно ни звучало, но я рада это слышать.

Как ответить, Род не знал.

– Ты его любишь?

Он любил. Господи, как он его любил. «Я не могу… не могу любить тебя такого. И никто не полюбит».

Род закрыл глаза, стараясь прогнать из мыслей отцовский голос. Он не вспоминал его слова до тех пор, пока в его жизнь не вошел Лэндон, до тех пор, пока он не начал чувствовать.

– Не отвечай. Я и так знаю. Я рада. Лэндон заслуживает счастья. Он тоже тебя любит.

– Нет, – покачал Род головой.

Лэндону так казалось, но он ошибался.

– Садись. – Род хотел отказаться, но она заговорила быстрее: – Пожалуйста.

Он кивнул и сел за кухонный стол.

– Я так понимаю, Лэндон рассказывал про нас с отцом?

– Да.

– Видишь? Он не стал бы рассказывать, если бы ему было на тебя плевать. Я знаю сына.

«Мне на него не плевать».

– Его отец позвонил несколько месяцев назад. Незадолго до того, как Шенен съехала, а Лэндон вернулся. С тех пор как он ушел, мы разговаривали впервые. Я оторопела и разозлилась. Не понимала, зачем он объявился. Если честно, даже испугалась. Лэндон вот-вот должен был вернуться, а Ларри ставил это под угрозу. Уход отца выбил Лэндона из колеи. Он ни за что не сознается, но он злится и на меня. А как иначе? – Она вытерла глаза. – В общем, в первый раз я слушать Ларри не стала. Знаю, это эгоистично, но я не хотела, чтобы что-то помешало скорому возвращению Лэндона.

– Он вас любит. Вы его мать. Он бы так не поступил.

Она кивнула и продолжила:

– Позднее мне позвонил Джастин. Сводный брат Лэндона.

Судя по всему, они почти ровесники. Отец ушел, когда Лэндону было двенадцать. Как-то не верилось, что у них разница в возрасте более двенадцати лет.

– Вижу, ты пытаешься разложить все по полочкам. Смириться было сложно. Несколько лет Ларри работал дальнобойщиком. В одной из поездок он познакомился с матерью Джастина. Они провели вместе ночь, и он вернулся домой. А после того как Ларри ушел, она его нашла и рассказала про Джастина. Ларри растил его с восьми лет. Представляешь, что станет с Лэндоном, когда он узнает, что Ларри был для Джастина отцом, в котором нуждался мой сын?

На этот раз Род закрыл глаза; в груди болело почти нестерпимо.

– Да, представляю.

Он уже чувствовал себя нежеланным практически так же, как Род. Дело не в том, что Джастин не заслуживал иметь отца. Они оба заслуживали. И Род тоже.

– Джастин сказал, что Ларри болен раком легких. Он умирает. Это многое изменило… к тому же я до сих пор его люблю. Несмотря ни на что, я всегда его любила. И всегда буду любить.

– Почему Лэндон не знает, что он вернулся? – Джой поморщилась, и он добавил: – Не хочу показаться черствым, но…

– Ты думаешь о Лэндоне. Ларри попросил пока не рассказывать. Поскольку Лэндон только вернулся, а Шенен выходит замуж, он подумал, что лучше подождать, пока не пройдет свадьба. Как объяснить, что он вернулся, что он умирает и теперь у них есть брат? Наверное, мы эгоисты и ищем оправдание, чтобы потянуть время, но Ларри считает, что так правильно, и я с ним согласна.

Род сомневался, что он согласен. Впрочем, его никто не спрашивал.

– Я помогаю за ним ухаживать. У Джастина и так забот по горло. Он теряет отца. Ларри умирает. Он делает химиотерапию, чтобы продлить жизнь, но он все равно умрет. Смерть открывает человеку глаза. Он много о чем сожалеет, пытается искупить вину. Он хочет познакомиться с детьми. Мы расскажем. Когда Шенен и Джейкоб вернутся из свадебного путешествия, мы расскажем и Лэндону, и Шенен.

Род, уставившись на Джой, уперся локтями в стол. Как он мог скрывать новости от Лэндона?

– Как я могу молчать? Как смотреть Лэндону в глаза, зная, что вернулся отец, который его бросил, что он болеет, что у него есть брат?

Он удивился, когда Джой взяла его за руку.

– Прошу тебя. Знаю, это неправильно, знаю, что много от тебя требую. Дай нам время разобраться, а потом мы расскажем. Верится с трудом, но мы хотим поступить правильно. Может, мы ошибаемся. Может, нет. Но мы стараемся.

В голове роились противоречивые мысли. Что делать? Что думать? Как правильно?

– Я приму любое решение. Вижу, что он много для тебя значит. Я всегда хотела, чтобы Шенен и Лэндон жили лучше меня. – Она сжала его руку и встала. – Отвечать необязательно. Делай то, что считаешь нужным. Я все пойму. А теперь помоги мне составить проклятые композиции. Свадьба через неделю, а у нас еще тысяча дел.

Род понятия не имел, как поступить. Тем не менее он поднялся и последовал за Джой в гостиную, готовый испоганить цветочные композиции.

***

Всю неделю Род вел себя странно. В один из дней, когда они выбрались прокатиться на новом байке, Род снова тренировался ездить. Это единственный раз, когда они по-настоящему провели вместе время, если не считать того, что Лэндон дважды у него ночевал, да и то они просто спали.

Сегодня день свадьбы. Они готовились к выходу. Род тянул волынку. Надо выйти через десять минут, иначе они опоздают, а на свадьбу сестры опаздывать нельзя. Вчера на репетиции она пригрозила его искалечить. Стоило Лэндону напомнить про время, Род махал рукой, будто все нормально. Род уже и так отмазался от вчерашнего репетиционного ужина. Да, он работал, но неужели нельзя перекроить график? Может, Лэндон слишком много хотел? Опыта в отношениях у них нет вообще. Казалось, они ошибались на каждом шагу.

– Если не хочешь идти, просто скажи.

Может, это перебор – звать Рода на свадьбу сестры? Но он хотел, чтобы Род пошел.

Род, стоявший возле раковины, обернулся, нанося пасту на щетку.

– О чем ты?

– Ты уже второй раз чистишь зубы. Ты никогда так долго не собирался. Всю неделю ты ведешь себя скованно. Если не хочешь идти, скажи. Если я перебарщиваю, скажи. Я не понимаю, что происходит. Для меня все в новинку. С одной стороны, я боюсь, что мчу на полном ходу, и думаю, что мне надо дать заднюю, а с другой – кажется, что я рохля. Как будто я еду не в ту сторону по улице одностороннего движения. Я блуждаю в потемках. Если ты не скажешь, о чем думаешь, ничего хорошего не получится.

– Я правда чищу зубы второй раз?

Повисшую тишину разорвал хохот. У Лэндона аж щеки заболели, так сильно он смеялся. Род угомонился первым:

– Я хочу пойти. Вот здесь, – постучал он по виску, – много всего крутится. Больше, чем ты можешь представить. Я пытаюсь разобраться. Надеюсь, что делаю правильно. Я хочу пойти с тобой. Даже страшно, насколько сильно я хочу быть рядом с тобой. Хотя чего уж тут скрывать, я волнуюсь.

Лэндон вновь смог дышать, будто до этого задерживал дыхание.

– Мы переключаем передачи, помнишь? Я тоже хочу, чтобы ты был рядом. Давай-ка пошевеливайся со сборами. Пора ехать. Шенен мне наваляет, если я опоздаю. Она и так вся издергалась из-за семьи Джейкоба. Вчера его брат Эндрю не пришел на репетицию ужина. Без понятия, что там творится.

Род сполоснул щетку и бросил в стаканчик. Сделав глубокий вдох, он повернулся к Лэндону. То, что он нервничал, написано у него на лице.

– Идем. Я готов. Не хочу, чтобы из-за меня ты опоздал.

Они вели себя так, точно собирались на войну, а не на свадьбу. Откуда вдруг столько неуверенности? Он хотел, чтобы Род расслабился, чтобы он был самим собой. От двери Лэндон не отошел. Так не пойдет.

– Ты готов?

– Ну я считал, что да. А что, я как-то не так выгляжу? – Смотрясь в зеркало, он взбил пальцами короткие темные волосы. – По мне, я выгляжу офигенно. Я бы себя чпокнул.

Род провел рукой по белой рубашке с длинными рукавами, закрывавшими татуировки на предплечьях. Пиджак лежал в гостиной на подлокотнике дивана вместе с пиджаком Лэндона.

Он великолепен – это факт. Костюм облегал везде, где надо. Волосы взъерошились.

– Ты выглядишь офигенно. Я бы точно тебя трахнул. Но, по-моему, кое-чего недостает. – Лэндон взял с тумбочки черную подводку. Возникло ощущение, что Род хотел накраситься, но из-за свадьбы не стал. – Я бы нанес сам, но не умею.

– Еще не хватало краситься в день свадьбы твоей сестры. Они венчаются в церкви, – затряс Род головой.

Лэндон шагнул ближе.

– И что, в церкви запрещен макияж?

– Для мужчин – да.

Твердость и невозмутимость в голосе намекали, что это лишь часть проблемы. Наверное, он вспомнил отца или что-то из прошлого. Но они находились здесь и сейчас. Лэндон хотел жить настоящим.

– У меня другое мнение. Я очень хочу, чтобы ты накрасился. Какая на хрен разница, что мы будем в церкви? Ты такой, какой есть. Гостям будет без разницы, а если нет, пусть катятся к черту. – Так и не убедив Рода, он добавил: – Больше всего я люблю в тебе то, что ты никого из себя не строишь. Ты заслужил это право, Род. Наноси гребаную подводку, пока я не нанес сам.

– Из-за тебя мы опоздаем.

– Уж лучше я огребу люлей. Спаси меня от мучений и просто накрасься. Я хочу, чтобы ты накрасился. Ты же знаешь, что подводка меня заводит.

Видимо, в голове что-то щелкнуло и Род решил делать что вздумается.

– Долбаный командир. – Он взял подводку.

– Если чего-то хочется, я ни перед чем не остановлюсь.

Род, закатив глаза, нарисовал черные линии на веках и бросил подводку на тумбочку.

– Лучше?

Черт, он сексуальный.

– Гораздо. Идем. Я всем скажу, что опоздали мы по твоей вине.