сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц)
— Ну, когда мы были детьми и не могли контролировать свои силы, происходило много чего необъяснимого, страшного... — отрешённо пробормотал парень.
— Чего например?
— ... Один раз... Я и Иззи очень сильно поругались. Она так разозлилась, что клумба с цветами, стоявшая рядом с нами загорелась. Вспыхнула, как спичка. После этого соседи боялись нас. Боялись подпускать к нам своих детей. Я, Иззи, Джейс и Кэрри были изгоями среди детей.
— А как же ваш старший брат? Рей?
— Рей... В отличие от всех нас, он был очень похож на человека и был старше. А потому старшие мальчишки общались с ним. — разоткровенничался парень. — Знаешь, я всегда завидовал ему. Ведь у него были друзья. В то время, как у меня их не было. Только братья и сёстры. — он издал грустный смешок.
— Мне жаль. — прошептала Ребекка.
— Спасибо... — Алек кивнул головой, и наконец поняв, что изливает душу несмышлёной девчонки, вернул маску "безразличия". — Но мне не нужна жалость.
— А если вы будете использовать свою силу полностью, то, что тогда? — видя, что оборотень не хочет продолжать разговор о своей семье, она поспешила вернуться к началу.
— Возможно, это уничтожит всю планету.
— ... —
— ... —
— То есть, одна только ваша потасовка способна уничтожить весь мир на хрен?! — не выдержав удивлённого возгласа, воскликнула вампирша.
— Не форсируй. Я же сказал только "возможно". И тем более мы прекрасно контролирует свои силы. Так что что-то ужасное этому миру не грозит. По крайней мере от нас. — брюнет неопределённо качнул головой.
— А от кого тогда?!
— Ну, помимо нас есть ещё архангелы - первые творения Бога. Думаю, Кэрри вам о них рассказывала.
— Совсем немного. Она говорила, что один из них, Люцифер, настроил ваших соседей против вас... И так как они опасались вас, то, без зазрения совести убили ваших мать... И старшего брата. — запинаясь проговорила Ребекка.
— Ничего, говори прямо. Прошло столько лет, что я просто научился не обращать внимания на такие мелочи. — поддержал её оборотень.
— Так что насчёт этих архангелов? Что они из себя представляют? — спросила девушка.
— Они... — Алек задумался, тщательно подбирая нужные слова. — Очень жестоки. Как по мне у них напрочь отсутствуют принципы морали. Конечно, они не абсолютное зло, но и добренькими их не назовёшь.
— Сколько их всего? Как они выглядят?
— Всего их четверо. Михаил, Люцифер, Рафаил и Гавриил. Человеку нельзя увидеть их истинный облик, иначе для него это плохо закончится.
— Как?
— Человек не может выдержать того напряжения, что источают архангелы, и потому его мозг просто-напросто плавится.
— Ого!... И почему же так?
— Слишком велика и губительна их сила.
— Кэр говорила, что вы и архангелы равны по силам, почему же тогда ваш истинный облик не вызывает ничего такого?
Майклсон повернулась к мужчине и рукой остановила его дальнейшее продвижение. Она хотела дослушать эту историю до конца, и неважно, что это отнимает их время.
— Потому что в отличие от архангелов, которые были созданы Богом. Мы были рождены, как люди.
— Ладно... И в каких отношениях ВЫ с НИМИ? — продолжала допрос блондинка.
— Не в самых лучших. — оборотень встряхнул плечами, как бы избавляясь от невидимого груза.
— От чего же? Неужели все они настолько ужасны, как Люцифер?
— Нет, просто... Знаешь, Михаил, он беспрекословно подчиняется Богу, своему Отцу. И если ОН прикажет ему сделать что-то, что будет идти в разрез с желаниями самого Михаила, то Михаил всё равно подчинится, несмотря ни на что. Люцифер, он слишком надменен и горд. Из-за его страха перед нами, погибли мои мама и брат. После их смерти мой Отец поклялся нам, что Люцифер поплатится за содеянное, так и вышло. Смерть создал клетку в Аду, которая могла бы его (Люцифера) сдержать. И после того как Дьявол потерял доверие своего отца, Михаил сбросил его в клетку.
— Хочешь сказать брат предал брата? — спросила Ребекка.
— Я же сказал, Михаил слишком сильно привязан к Богу.
— А что с остальными архангелами?
— Рафаил, он давным давно утратил веру в своего отца. И в чём-то был похож на Михаила. Но он лоялен по отношению к людям, хотя и не всегда. И Гавриил. Он сбежал с Небес, когда Михаил скинул Люцифера в Ад, и на протяжении тысячелетий притворялся языческим богом. Смешливый балагур, не гнушающийся человеческих смертей. Хотя он больше остальных понимал людей и их чувства.
— Ты говоришь о них в прошедшем времени. — заметила Майклсон. — Они?...
— Мертвы. — закончил мужчина. — Апокалипсис, который устроил Люцифер, выбравшись из клетки, унёс много жизней.
— Так значит, Люцифер выбрался из клетки и устроил апокалипсис? Почему мы его не замечаем?
— Да. Но его уже остановили. Так что ничто никому не грозит. А не заметили вы его, потому что с вами всё это время была Кэрри. Она просто не дала вам возможности увидеть, что что-то не так.
— Почему?
— Вы дороги ей намного больше, чем мне бы того хотелось. Она защищает вас.
— И как же вы остановили этот апокалипсис?
— Не мы. Нам было слегка не до этого. Это сделал Михаил. Правда насколько мне известно, он и сам упал в клетку, так что сейчас она сдерживает аж двух архангелов. — оборотень злорадно усмехнулся, что не укрылось от девушки.
— Тебя это радует? То, что они оба в Аду и страдают.
— Они оба это заслужили. — оправдываясь, воскликнул он.
— Люцифер понятно почему. А в чём же Михаил виноват перед тобой?
— Это уже не важно. — отрезал де Ла Мор. — Нам нужно идти дальше.
— Кстати, насчёт этого... — улавливая недоброжелательный тон парня, Майклсон поспешила сменить тему. — Куда мы направляемся?
— К следующей потенциальной жертве мое бывшей.
— То есть? Ты знаешь кто это?
— Нет. Но я чувствую, что многие из людей, что здесь живут не должны существовать. И просто иду к тому кого не должно сейчас здесь быть.
***
— Сколько тебе лет? — спросила девушка, осторожно ступая по ухабистой местности.
— Сто шестьдесят пять лет. — ответил парень, следя за тем, чтобы блондинка не навернулась и не полетела вниз.
— Много. — сделала вывод Фрея.
— Тебе ведь намного больше. — заметил шатен.
Майклсон весело усмехнулась.
— Ты в курсе, что напоминать девушкам об их возрасте крайне неприлично? И не соответствует джентльменской этике.
— Хорошо. Я больше так не буду. Давай поговорим на нейтральные темы? — предложил он.
— Давай. — согласилась девушка. — Задавай вопрос.
— Почему я? — удивился Стефан. — Разве это будет соответствовать джентльменской этике? Не правильнее, то, что ты должна меня расспрашивать?
— А о чём ты можешь мне рассказать, например? — спросила она, перепрыгивая очередную ямку. — Что такого я ещё о тебе не знаю?
— Да, возможно, ты права. — усмехнулся Сальватор, вспоминая эти пару дней, что он провёл с ней, буквально не покидая её ни на минуту.
— Вот видишь. Ты рассказал мне почти всё о своей жизни. В то время как обо мне, ты почти ничего не знаешь. Так что задавай вопрос.
Стефан задумался, пытаясь придумать что-то безобидное, что не затронет чувств ведьмы. Но в голову лезли лишь мысли о Сайласе.
— Я не могу ничего придумать. — честно признался он.
— Потому что единственное, что ты хочешь знать, так это то, чего хочет Сайлас и всё, что с ним связано. — не без упрёка подметила Майклсон. — Я могу ответить и на эти вопросы. Мне не сложно.
— Ты уверенна?
— Ну мне же надо кому-то выговориться.
— Что он хотел от тебя? — получив согласие, незамедлительно спросил вампир.
— Чтобы я позаботилась о Мире. Он выкрал её у самых древних сверхъестественных. Каждому из них достаточно щелчка пальцев, чтобы получить желаемое. А моей магии совместно с очень-очень древними амулетами, что подпитывали и увеличивали мою силу, вполне хватало на то, чтобы скрываться. Конечно, всё это не продлилось бы долго. Но насколько я поняла, он просто выигрывал время. — задумчиво ответила ведьма.
— Хочешь сказать, в его планы не входило её убийство? — спросил Сальватор, останавливаясь и вглядываясь в озёрную гладь.
— Нет. Возможно, он и параноик с комплексом Бога, но точно не убийца полутора годовалых девочек. — ответила блондинка, останавливаясь рядом с парнем, и потирая уставшие от тяжести металла запястья.
— Прости. Но по другому Изабель не позволяла вывести тебя на прогулку. — проговорил шатен, обращая внимание на кандалы, что не позволяли девушке колдовать.
— Ничего. Я прекрасно понимаю её опасения. Тысячу лет она считала, что я мертва. И вдруг я неожиданно появляюсь на стороне её врага. Да к тому же ещё и похищаю её племянницу. Любой бы на её месте запер меня под замком с семью печатями. А она разрешает пройтись по лесу, погулять. Это сравнимо с манной небесной. — усмехнулась девушка.
— Он причинял тебе боль? — внезапно спросил вампир.
— Не особо. Конечно, он был резок и груб со мной словесно. Но избивать до полусмерти... Такого не было. — склонив голову на бок, пробормотала ведьма. — А что? Он сделал тебе плохо?
— Хах... Он воткнул мне кол в считанных миллиметрах от сердца. А потом закрыл в сейфе и сбросил на дно озера, где я пробыл три месяца.
— Ого... Это ужасно. Где же были все твои близкие?
— Были заняты собой. — грустно ответил вампир. — К сожалению.
— Мне жаль. — прошептала Фрея, в успокаивающем жесте кладя руку на плечо парня.
— Ничего. — шатен схватил пальцы ведьмы, и сжал их, как бы ища поддержки. — Это уже не важно.
— Ты сильный. Это видно невооружённым глазом. Ты справишься с этим.
— Пошли домой. А то де Ла Мор - старшая устроит мне взбучку, если я не приведу тебя ровно к полудню.
Вампир отстранился от девушки, прогоняя от себя ненужное оцепенение, и пошёл в обратном направлении. А Майклсон ничего не оставалось как устало поплестись за ним, и единственное, что она почувствовала, разорвав с ним контакт, так это то, что она теряет, то странное лёгкое чувство защищённости, что она ощущала, находясь рядом с ним.
***
— Шон Руссо?
— Да, это я. Вам что-то нужно? — повернувшись к брюнету и блондинке, спросил адвокат.
— Меня зовут Александр. А эту милую блондинку - Ребекка. — указав на себя и девушку, сообщил оборотень. — Мы бы хотели взять у вас интервью.
— Аааа, вы - журналисты! — догадался брюнет. — И скорее всего хотите поговорить о тех скорых смертях, что настигли моих кузенов. Простите, но у меня нет времени на всё это.
— Подождите, мы не отвлечём вас на больше, чем пять минут. — в разговор вступила Ребекка. — Всего лишь пять минут и мы оставим вас в покое.
Бросив в сторону мужчины обворожительный взгляд, она заставила его остановиться.
— Хорошо. — нервно согласился он. — Но только пять минут.
— И не минутой больше. — заверил его Александр. — Что ж, тогда расскажите, пожалуйста, о своей семье.
— Здесь нечего рассказывать. Мы не самая дружная семья. Когда мои предки перебрались в Америку, многие из них открыли свои частные фирмы. Я унаследовал свою от отца, после его смерти. И прекрасно владею ей на протяжении вот уже десяти лет. Жалоб от моих клиентов ещё не поступало. Все...
— Подождите! — резко перебил речь адвоката Алек. — Вы сказали, что ваша семья перебралась в Америку. Где вы жили до этого?
— В Италии. — медленно ответил мужчина, которому явно не понравилось, что его так нагло перебили. — Моя семья родом оттуда.
— А как давно ваша семья перебралась сюда?
— Оу... Это было очень давно.
— Всё же попытайтесь вспомнить. — попросила блондинка, примечая, что Алек нашёл ту ниточку, что приведёт их к разгадке этого сыр-бора.
— Да какое это имеет отношение к делу? — возмутился он. — Причём тут события столетней давности?!
— Пожалуйста, это очень важно. — чуть ли не скрежеща зубами, выдавил из себя оборотень.
— Я не думаю, что это кому-то интересно. Это никому не нужная информация. Так что я отказываюсь отвечать на этот вопрос. И вообще на какие-либо другие вопросы. У меня дел пароход, а вы меня от них отвлекаете.
Окинув молодых людей презрительным взглядом, он круто развернулся, и поспешил скорее покинуть их общество.
Ребекка, видя, что на лице Александра заходили желваки, а губы растянулись в хищном оскале, не предвещая ничего хорошего, с вампирской скоростью переместилась к Руссо.
— Ч-что за... — мужчина, в испуге, отшатнулся от, из неоткуда появившейся, блондинки.
— Ты ответишь на все наши вопросы, какими бы абсурдными они ни были. — внушила она.
— Повторяю вопрос: когда ваша семья перебралась в Америку? — переспросил оборотень, посылая девушке благодарный кивок.
— Если мне не изменяет память... — заворожённо начал адвокат. — ... То моя семья приплыла в Америку в тысяча девятьсот двенадцатом году.
— На каком корабле они прибыли сюда?
— Я... Я не помню его названия. Но по моему оно начиналось на букву "Т".
— "Титаник"? — спросил де Ла Мор, опасаясь, что, то, о чём он думает, окажется правдой.
— Да. — согласно кивнул Руссо. — "Титаник"...
========== XXIV часть ==========
*** Беги. Беги, не останавливаясь. ***
Легко сказать, но так трудно сделать. Особенно сейчас, когда у него просвечивается реальный шанс быть с ней. Единственной... Любимой...
И как поступить в этой ситуации?
Её давняя подруга утверждает, что находится рядом с ней, всё равно, что сидеть на пороховой бочке, к которой поднесли горящую спичку. Разум предлагает поступить так, как советовала богиня Удачи. Но сердце требует оставаться рядом с ней и не слушать бредни древней девчонки (которая, прошу заметить, старше его самого на четыре тысячелетия!).
— О чём ты думаешь? — развеял тишину нежный голос, что он часто слышит во снах.
И как, спрашивается, ему быть в дали от неё, если даже сейчас, когда они живут лишь в паре километрах друг от друга, он не может без неё и дня?!
— Да так... О всякой ерунде. — как можно убедительнее пытался он соврать.
— Именно поэтому твоё сердце стучит так, будто отбивает чечётку, а мышцы напрягаются чуть ли не каждые пять секунд. — это определённо сарказм. — Расскажи о чём ты думаешь. Я хочу знать.
— Я не хочу об этом говорить. — пробормотал гибрид. — Это не так уж и важно.
— Клаус, со мной такие бытовые фразы, как: "со мной всё в порядке", " у меня всё прекрасно", "всё отлично" не пройдут. Я чувствую, что что-то не так, и хочу понять, что тебя тревожит. — она отчитывает его, как маленького провинившегося мальчишку.
И его эго это определённо не нравится. Особенно сейчас, когда он пытается разобраться в столь щекотливой ситуации.
— Ну раз тебя так хочется знать, почему бы не применить на мне внушения и заставить всё рассказать? — холодно язвит первородный. — Или того лучше, залезть в мой разум и узнать всё о чём я думаю? Мне кажется это было бы куда эффективнее. — он отводит взгляд от ночной трассы, по которой они несутся уже три часа, и переводит его на блондинку. Девушка молча сидит, сжав губы в тонкую полоску, явно оскорблённая его словами.
Он обидел её.
От осознания этого настолько плохо становится на душе, что противно от самого себя.
— Прости. Я не хоте...
— Тюхе тебе что-то сказала не так ли? — перебивает его девушка. Ох, как же она сейчас жалела, что не устроила ей взбучку (ещё за прошлый раз, когда богиня оставила её без поддержки, в этой же машине). Эта нахальная девица не умеет держать язык за зубами, по крайней мере, в отношение её семьи точно. — И что же такого она тебе рассказала, что ты вмиг поменял своё мнение обо мне?
— Это не важно. — отнекивается от разговора вампир.
— Не важно? — переспрашивает его де Ла Мор. — Не важно?! Ты злишься на меня, а я даже не понимаю в чём причина. Чем я заслужила сидеть здесь и выслушивать весь этот яд, что ты выливаешь на меня? Что такого я сделала?
— Кэролайн... — попытался успокоить разбушевавшуюся девушку Клаус, но она одним лишь взглядом заставила его молчать.
— Говори, что тебе сказала Тюхе. — потребовала блондинка.
Майклсон тяжел вздохнул, минуту помедлил и заговорил:
— Она рассказала о Посейдоне... О том, что ты уничтожила его, заставив поверить в то, что любишь его... Воспользовалась тем, что он был безумно в тебя влюблён... — первородный как мог пытался смягчить ту тяжесть вопроса, что в нём ощущалась. — Это правда?...
Хороший вопрос! А правда ли это?
<
>
Молодая девушка сидит за огромным зеркалом, любуясь своим отражением и пытаясь расчесать непослушные золотые локоны. Выглядит она всего лишь, как семнадцатилетняя девчонка, хотя на самом деле, ей уже больше пяти тысячелетий. Сейчас она живёт на Олимпе, рядом со своим возлюбленным (и его не самыми приятными родственничками), но сегодня они должны сбежать. Сбежать к людям. К своей мечте быть рядом навечно. И она искренне надеется, что её старший братец примет бога морей, как члена семьи. Да, во время "Великой Войны" они были по разные стороны баррикад. Но сейчас всё иначе. Она наконец-то встретила того, кого искала все эти столетия. Свою любовь. Настоящую, неподкупную. И не собирается её упускать.
Вот тихонько скрипнула дверь, пропуская в комнату своего хозяина.
