Текст книги "Измена. Подставная истинная звёздного дракона (СИ)"

Автор книги: Полина Амор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Он мог отреагировать на тебя

Мне сложно успокоить сердце, что кажется, хочет выбежать из груди.

Я – предательница?! Я?!

Я провела ночь с другим? Может быть, это я позволила погибнуть матери и ребёнку «пожалев ресурс».

Чертову йому!

Нет-нет. Не я. ОН! Он предатель! А рассказывает девушкам, что это я в чем-то виновата?!

Как же... как же это мерзко!

К счастью, Рейган не замечает ужаса в моих глазах. Он отходит от меня, делает несколько глотков вина.

– Не слишком ли вы много пьете? – спрашиваю я и тут же осекаюсь.

Я ему никто. Я лишь наложница. Да и какая мне разница, сколько он пьет?

До завтра он вообще не доживет. Я должна думать об этом.

Но там ещё сложнее. Я не убийца.

Как бы я не злилась на него... убить это очень сложно.

Надо думать о малыше. О ребёнке, как он там. И как я делаю всё, чтобы спасти его. Ведь его отец отказался от этого!

Рейганхмыкает, не злится, только оглядывает меня.

– Ты беспокоишься за меня? Или не хочешь ложиться с пьяным? Думаешь, буду мерзко пахнуть и засну?

Я не думаю, что могу решать хоть что-то в моем положений. Отмалчиваюсь.

– Ладно, ты права. Просто, – он вздыхает. – Прости, но ты как маленькая заноза. Раскрыла рану, которую, как я думал, я сумел погасить. А теперь… я только больше её трогаю. Так что это не твоя вина, целиком моя. Амели будет возмущена этим. И тому, что ты была здесь тоже. Но мне плевать на её мнение.

Он подходит ко мне. Его шаги широкие, медленные и очень тяжелые, я слышу как под его телом продавливается сырой пол.

Рейган касается моих рук. Неторопливо, давая мне привыкнуть к ощущению его пальцев на моей коже, он поднимает рукава моего платье, касаясь обнаженной кожи.

Делает ещё один шаг и теперь я отчетливо чувствую его запах. Терпкий, приятный, правда с кислинкой от вина. Взгляд сверху вниз, изучающий, раздевающий. Будто я трофей. Прикусываю губу.

Не думать о прошлом. Не вспоминать, как это было когда-то. В прошлый раз.

Тогда он был более сосредоточенным. Но чувство, что я принадлежу этому мужчине целиком, что я в его власти и что сейчас раздевает меня глазами, уже решая как именно мы проведем эту ночь – оно такое же сильное как в первый раз.

– Ты очень вкусно пахнешь, – шепчет он.

– Это всё ваши… средства, масла, – отвечаю я.

– Нет, это… это не тот запах. Это что-то в тебе, – он заглядывает мне в глаза. – Что-то очень родное.

Поцелуй выходит резким, неожиданным. Я распахиваю глаза от удивления, и тут же прикрываю, позволив себе провалиться в теплоту и власть его губ. В то, как он будто выпивает меня. Он держит глаза открытыми, следя за моей реакцией.

Внутри бьется колоколом неприятная мысль.

Когда он будет… Когда мы дойдем до самого важного.

Когда он будет максимально близок. Тогда я должна нажать на маленький бугорок на запястье, что выглядит как прозрачная родинка.

Зажать и почувствовать как по моему телу разольется яд для дракона. Дальше подождать менее минуты и я буду заражена. Каждая клетка моего тела станет ядом для Рейгана.

Как жутко думать об этом, тем более во время нежного, острого, сводящего с ума поцелуя. Я доверительно обнимаю Рейгана за плечи. И одно это моё движение вызывает столько противоречивых чувств.

Я хочу высказать ему всё, что накопилось на моей душе. Наорать, ударить.

Я не могу. Не хочу. Не имею права ему доверять. Его принимать. Но именно это и делаю, когда рука ложится на мою талию, когда чуть сдавливает, лаская через одежду.

Когда ведет меня к постели, укладывает спиной. Касается губами шеи а я расслабленно выгибаюсь, позволяя ему делать всё, что ему вздумается.

Слишком много чувств. Я хочу его. Люблю. Я безумно скучала…

И ненавижу!

Теперь злость отступает. На её место приходит другое чувство.

Немного детское. Наивное.

Обида. «За что?». «Как он мог?!

«Почему он меня предал?!»

Как же сложно думать о чем-то другом. Как и не думать о том, смогу ли я? Решусь ли я нажать на чертову кнопку, зная, что убиваю того, кто мне доверился? Зная, что убиваю отца своего сына?!

Возможно, я не подходила для этой роли изначально.

Но Рейган не дает мне этого узнать. Он неожиданно отходит от меня.

Он держится за лоб, застонав явно от боли.

– Что-то случилось? – спрашиваю я.

– Не знаю. Я… Прости, – он прижимает руку ко лбу. – Что-то во мне. Дракон.

Он резко опускает руку. Оглядывается, будто чувствует кого-то за спиной.

Зверь. Так мы его называли. Существо, которое может говорить только с драконом, которое и является его драконом. В которое он может перевоплощаться.

Ещё один вскрик. Он опирается руками о стол.

– Дракон. Мой. Зверь. Он… спал. Или умер. Я думал, он умер. После смерти Истинной. Не смог простить мне. Но он живой. Проснулся… ЧЕРТ!

Он опять хрипит от боли, я вижу как его лицо багровеет, как вены на лбу вздуваются, пульсируют.

– Я могу чем-то помочь? – спрашиваю я.

– Нет. Сейчас он успокоится. Но… прости, мы не сможем сегодня закончить то, что начали.

У меня губы начинают трястись от ужаса. Всё? Я упустила свой шанс?

Может я могла что-то сделать?! Не дать ему столько выпить, не думать о прошлом а заставить его сделать всё быстро?! Я могла хоть что-то изменить?!

– Я должна идти, – лепечу я.

Может быть, остаться под любым предлогом? Может быть, он захочет мною овладеть ночью, и…

– Тебе лучше не идти в гарем. Девушки слухи разнесут а правду я не хочу говорить никому. Тем более Амели. Так что… я бы хотел, чтобы ты осталась. Просто рядом. Мне кажется… он мог отреагировать на тебя.

Я не надеялся на такой ответ

Наверное, это хорошо, что он просит меня побыть с ним ночью.

Рейган обессилено садится на кровать. Судорожно выдыхает. Его тело покрывается потом.

– Это болезненно? – спрашиваю я.

– Неприятно. И скорее.. непривычно. Но не страшно. Побудь рядом, Мелоди, – он улыбается мне, чтобы скорее приободрить меня.

Я сажусь рядом на краешек кровати.

Рейган берет меня за руку, дарит мне очередную мягкую, успокаивающую улыбку. Ту, в которую я почти влюбилась ещё тогда. Давным-давно. Ту, которой он показывал мне, что всё будет хорошо.

До того, как он растоптал меня.

Рейган ложится, ему это доставляет явно боль. Глаза меняют цвета из серого в светло-зеленый, потом почти в синий. Я ложусь рядом с ним. Ощущаю теплую ладонь, что легла мне на спину.

Чуть придвигает к себе.

– Спасибо, – говорит он еле слышно.

– За что?

– Не знаю. За себя. Ты как появилась, что-то внутри меня изменилось. Знаешь, раньше все было темно-серым. А ты пришла и всё стало болезненно-ярким. И дракон очнулся. Это не просто так. Спасибо тебе за это, Мелоди.

Он называет меня чужим, вымышленным именем и от этого мне становится дурно.

Я зажмуриваюсь, утыкаюсь в плечо Рейгана, чтобы он не заметил блеска моих глаз.

Думала, что будет сложно уснуть в его постели. Но нет, я засыпаю крепко, как ребёнок. И во сне проваливаюсь в какое-то странное помещение.

Оно все покрыто картинами, потолки, стены, пол. Картинами эпохи Возрождения ещё той, старой Земли. Странно. Я оглядываюсь, на резкий звук. Позади меня стоит Рейган. Но это не он. Я ощущаю это.

Тело его. Лицо его. Но душа… душа не его.

– Кто вы? – спрашиваю я.

– Твой муж. Эсме, – улыбается мужчина.

– Ты не Рейган.

– Рейган носитель моего тела. А я тот, кто избрал тебя. Эсме. Почему ты думаешь, что я мог бы не узнать тебя? Не узнать собственную жену?

– Ты ему сказал?

Дракон Рейгана сощуривает глаза.

– А надо? Он думает, что хотел бы убить тебя. Мне не нужна ты мертвой. Ты нужна мне живой. И... в себе. Зачем ты в чужом теле? Почему он хочет убить тебя?

– У него спроси.

– Он не ответит. Он меня прячет. Мне это не нравится. Я не для того захватывал эту планету, чтобы… прятаться. Что ты скрываешь, Эсме?!

Я чувствую, как багровеет моё лицо от страха.

– Я прошу тебя… не говори ему. Пока. Не говори обо мне. Я всё расскажу, я обещаю.

– Не могу обещать. Чего ты добиваешься, Эсме?

– Пожалуйста, – я взмаливаюсь, глядя на дракона. Понимаю, что это лишь образ. В жизни он выглядит иначе и не умеет говорить на общем языке.

– Я это он, Эсме. Мы не так далеки, как бы тебе не хотелось.

– Я никогда не думала о том, насколько вы близки или далеки, – отвечаю я.

Он кивает.

– А он думал и всё время пытается нас... развезти. Он пытается спрятать меня, хотя я это он. И я. Я очень скучал по тебе, Эсме.

Он щелкает пальцами и я резко просыпаюсь. Поднимаюсь на локтях. Смотрю на Рейгана, что стоит перед окном и наблюдает за рассветом. Весь его вид говорит о напряженности. Он давно не спит. Хотя с ночи успел раздеться.

Теперь стоит только в штанах.

– На этой планете на солнца. Поэтому, здесь очень тепло. Полно песков. Она выжжена. Но зато здесь отлично чувствовали себя существа моей расы, – говорит он спокойно. Будто читает лекцию.

– Драконы? – спрашиваю я.

Он кивает.

– Поэтому здесь очень много йомы. Больше чем на других планетах. Почти столько же, сколько на старой земле.

Я прикрываюсь одеялом. Теперь в свете солнца мой наряд для ночи с драконом мне кажется больше похожим на красивое ночное белье.

А уж никак не на то, в чем можно показываться перед незнакомым мужчиной, или идти по коридорам замка.

Рейган подходит ко мне.

– Я бы вчера слишком… уязвим. Мелоди, я бы хотел, чтобы ты не говорила об этом. Никому. В том числе, Амели.

– Мне нечего кому-то рассказывать, – бурчу я.

Теперь у меня одно желание – уйти из его спальни, как можно скорее.

Он хмыкает.

– Что ты чувствуешь ко мне, Мелоди?

Странный вопрос, застает меня врасплох.

– Эм…

– Не надо говорить о любви, это невозможно. Мы знакомы сутки. Чуть меньше. Может быть ты чувствуешь ко мне благодарность, или уважение за то, что спас тебя. Может быть ещё что-то, – он присаживается рядом. – Но я не знаю, есть ли у тебя верность. У моей жены её не было. Вообще. А ты слишком на неё похожа.

Стараюсь не показывать лицом, как не согласна с его дикими словами.

– Чего вы хотите от меня, милорд?

Он касается моей щеки.

– Я слишком уязвим с тобой. Но не могу тебе верить. Есть только один способ сделать тебя мне верной.

– Какой? – я вопросительно киваю.

– Это отрезать язык. Фигурально выражаясь.

– Что?! – я испугано притягиваю одеяло ближе к себе.

– Если ты хочешь ещё раз прийти ночью в мои покои, ты должна разучиться говорить. С кем либо, кроме меня. Обет молчания. Не простой, а связанный ритуалом. Одно слово кому-либо другому, и ты умрешь. Сразу же.

Я в ужасе смотрю на своего мужа. Вот и он. Вот и Рейган.

Жестокий, бесчеловечный. Благородный и добрый. Весь на контрастах. И ты не знаешь, что завтра он выкинет.

– Чтобы я не могла рассказать никому, вашу тайну?

– Ни одну из моих тайн. Если ты откажешься, – он встает с постели, глядя на меня сверху вниз. Красное солнце из окна освещает его фигуру, по которой я невольно прохожусь взглядом.

Ненавижу его!

Ненавижу.

Очень удобно себя в этом уговаривать. Очень правильно!

– Если ты откажешься, ты просто будешь одной из наложниц. И останешься нетронутой. Выйдешь замуж. Я тебе это обеспечу. Хорошая жизнь, муж.

– Нет, – произношу я тихо.

– Что «нет»? – спрашивает он.

– Я хочу обет молчания, – поднимаю на него взгляд.

У меня нет другого пути. Я должна подобраться к нему. Должна узнать, почему он винит меня, настоящую меня в ужасных вещах. И должна убить его, чтобы спасти сына. Этого не сделаешь, замужем за каким-то другим лордом.

А говорить… мне вроде бы здесь и не с кем.

– Ты так хочешь знать мои тайны? – спрашивает Рейган полушепотом.

– Я знаю, что нужна вам. И я знаю, что я благодарна вам всё, чтобы услужить. Даже если это услужение будет таковым.

Он протягивает мне руку. Я кладу ладонь в его и он сжимает. Неожиданно целует ладонь.

– Я и не надеялся на такой ответ, Мелоди. Твой голос как мелодия, но отныне, слышать его буду только я.

Интересно, сам ли он это придумал или подсказал дракон, не знаю. Но в руке Рейгана уже лежит медальон в виде спирали.

Я хмыкаю.

– Это то, что я думаю?

– Наденешь его, и больше никогда не снимешь. Если я тебе не позволю. Иначе… погибнешь только за попытку. Не передумала?

Я сжимаю в руке кулон.

– Нет.

Надеваю его на себя. Рейган чуть отпрянывает, любуясь мною.

– Ну что же… теперь, между нами не будет тайн, – он усмехается. Чуть приближается ко мне, оперевшись руками о кровать. Приближается и я закрываю глаза, позволяя ему подарить мне властный поцелуй. Будто метка на моих губах, также как и медальон, метка на моем теле и душе.

– Если между нами нет тайн, – произношу я. – То тогда расскажете, что случилось с вашей женой?

Моя жизнь растоптана, Мелоди

Рейган присаживается на кровать рядом со мной. Гладит меня по щеке.

– Моя жена по юности встречалась с парнем. Его зовут Тайлер.

Я сглатываю нервно, стараясь не подавать виду.

– И что? – спрашиваю я максимально спокойно.

– Тайлер был её первой любовью, она с ним не имела близости, до нашей свадьбы. Собственно, он был её женихом, пока её не избрал мой дракон. Тайлер очень рассердился на то, что я забрал его невесту. Он стал во главе местного сопротивления, ты же знаешь о них?

Я киваю.

– Ну да, на каждой планете есть эти… безумцы, – говорю я.

Он знает, что во главе сопротивления Тайлер? Знает о таких вещах?! О чем ещё он может знать?!

– Она изменила мне с ним, – говорит Рейган спокойно.

Я сжимаю губы, сдерживая эмоции. Абсолютный бред!

Я встретилась с Тайлером уже после его предательства. Это не так. Но мой муж продолжает.

– А ещё, зачала от него ребёнка, которого пыталась выдать за моего. Знаешь, как это работает? У меня был сын не дракон, и совет драконов решил бы лишить меня этой планеты, ведь я не могу дать должного потомства, даже с Истинной. Такие правила. А она это делала, специально, чтобы изгнать меня. Такая вот коварная идея, и грязная, к тому же.

– Это, – я очень старательно подбираю слова. – Это было бы очень рискованно, думаю. Почему вы обвинили её в таких преступлениях?

Я, слишком выдаю себя. Слишком заинтересована. Я должна просто воспринимать его рассказ. И быть на стороне рассказчика. Должна!

– Я сам видел, – отвечает Рейган.

– Что? – я удивленно отпрянываю.

– Измену. Я застал их. Это не было сложно. Но… – он резко подрывается.

Мне хочется залепить ему пощечину. Наорать, спросить, где же, когда же он мог видеть меня с Тайлером? В какой позе тот имел меня? Потому что я помню, как сперма моего мужа скатывалась по телу Амели, когда она валялась на этой кровати. На нашей кровати. И я помню всё до мельчайших подробностей. А он...

ОН винит МЕНЯ?! Что за бред, вообще?!

Но я не имею права спрашивать. Могу только слушать его дикий бред.

– Я застал их, но простил её. Я. Идиот. Я думал, что смогу простить, потому что, – он пожимает плечами. – Я любил её. Это звучит унизительно, наверное, да. Я тогда думал, что я её задушу вот этими руками. Сам. Она только смерти заслуживала. Но тогда я... простил. Я думал, знаешь, что она ошиблась. Что её обманули, но сердце рвалось на части, ты не представляешь себе как. Не дай Бог тебе познать эту боль, Мелоди. Легче умереть. И я думал, я умру. Я утешился в объятьях Амели. И знаешь, Эсме это жутко не понравилось. Ты представляешь, эта... закатила мне скандал! Смешно прямо-таки. Сбежала от меня, вот по этой лестнице, прям за дверью, она бежала как ошпаренная. Упала. Она дожила до врачебной кушетки. И там уже погибла, вместе с ребёнком. Я совершил преступление тогда, одно.

Кто из нас сошел с ума? Как это возможно? Что он мог видеть?! Какой бред!

Ладно, я должна якобы верить ему. Должна! Черт возьми.

– И что вы сделали? – спрашиваю я, зная ответ.

– Я запретил использовать йому на её лечение. Йома бы спасла её. Я тогда думал, что она потеряет ребёнка. Думал, это будет даже хорошо. Приказал подготовить похоронную капсулу. Потом уточнил что для младенца, он явно умрет. Но… погибли они оба. И теперь я остался без Истинной, без ребёнка, без жены. Рано или поздно, совет заменит меня кем-то. Повстанцы победили, отчасти. Вот только тот, кого назначат на моё место, будет чужаком. Я ведь здесь и родился. Мои родители были из яиц, что нашли здесь. Но повстанцы не могут быть логичными, умными. Нет им просто нужно всё уничтожать. Жить бы в своем болоте, как раньше. Идиоты. Люди вообще... идиоты.

– Получается, вы убили вашу жену. Случайно. За измену? – уточняю я.

– За предательство, она, все-таки, работала на повстанцев. Они давно хотят свергнуть именно меня, ведь я был генералом, когда захватывали их мир. Вот они и… мстили мне. Они даже не знают, что на моем месте будет монстр, который не пожалеет никого, – он смотрит мне в глаза. – Женщинам нельзя верить, Мелоди. Прости, конечно, но это так. Поэтому я и сделал этот ритуал. Лишил тебя голоса. Тебе нельзя этого рассказывать никому. И никогда.

– А кто-то ещё знает о… о предательстве вашей жены? Кто-то был... свидетелем?

Он вздыхает.

– Какая уже разница? – он пожимает плечами. – В этом нет больше смысла. Она мертва. Моя жизнь растоптана, Мелоди. Из-за её глупости, похоти и может быть, ненависти, которую она ко мне испытывала. Не знаю. Мне надоело здесь сидеть, да и голоден я. Пойдем вниз? Но ты не сможешь говорить с кем-либо, кроме меня. Помнишь?

Киваю. Самой сложно что-то говорить, каждое слово будто забирает у меня слишком много ресурса.

Рейган набрасывает на себя халат вышитый золотыми узорами. Смотрит на меня, протягивает мне руку. Я кладу ладонь в его и мы выходим из спальни.

По пути, встречаем Амели, которая застывает на месте, при виде нас. В её глазах столько невысказанной злости, что даже глаза наливаются краснотой.

– О, так вот с кем ты был сегодня, – лепечет она. – Идем, проведу тебя в гарем, можешь заблудиться.

Она протягивает мне руку, я же испуганно смотрю на Рейгана.

– Она больше не может ничего сказать, вообще, так что не требуй от неё.

Амели меняется в лице, явно пытаясь понять, что хочет сказать Рейган.

– Ладно, – тянет она. – Так ты идешь?

– Она идет со мной, мы прогуляемся.

Он кивает Амели, приказывая ей одним взглядом. Она пропускает нас и я чувствую, как она впивается в меня взглядом.

– Там беженцы, – вдруг говорит она, будто только вспомнила.

– Что ещё?

– Пожар сгорела целая деревня. Много пострадавших.

Рейган кивает. В миг становится серьезным.

Тянет меня за руку уже к главным вратам, за которым стоят несколько десятков грязных людей.

Рейган оставляет мою руку и идет к людям.

– Чего вы хотите?

– Кров, повелитель, – падает на колени женщина.

– Вы же из Доусона, разве нет? Разве вы работали на повстанцев?

Люди переглядываются, шепчутся. Я нервно вздыхаю.

Доусон… это же та деревня неподалеку от нас. Неподалеку от компании "Долл Корпорейтед". Той, где создали андроида. Почему вчера там был пожар? Прямо таки вчера, когда я ушла оттуда?

А как насчет офиса компании? Он пострадал?

Там был же мой сын! Мой сын! Томи!

И дальше как в кошмаре. Перепуганные люди тасуются, будто колода карта и позади первого ряда я замечаю второй ряд с детьми.

Среди них, один, при взгляде на которого, мне хочется кричать.

Самый маленький и самый испуганный из детей – это мой сын.

Я её будил, но она спала

Всё, что я могу сделать, это упасть на колени перед ошеломленным Рейганом.

– Прошу вас! – я смотрю ему в глаза, отчаянно молясь, чтобы магия этого чертового кулона на мне, поняла, что я говорю только с ним, пусть тут и толпа народа. – Эти дети ни в чем не виноваты! Им нужен кров, помощь. Они не должны страдать за грехи взрослых.

Рейган явно не ожидал такого от меня. Смотрит не отрываясь. О чем-то раздумывает. Оборачивается к толпе.

– Ваш лорд милостив, в отличие от тех, кому вы служили. И поэтому я позволю вашим детям получить лечение, кров и заботу в моем замке. Но только им! Вы сможете забрать их как только захотите, как только найдете себе постоянный новый дом. Если вы готовы оставить детей мне и отправиться дальше. Хорошо. Если нет, то дело ваше, – Рейган всплескивает руками.

Кто-то подхватывает ребёнка, в явном отчаяний, и прижимает к себе. Кто-то переглядывается. Пока родители решают отдать ли своё дитя дракону, маленький Том стоит на месте. Я прекрасно вижу, что он едва держит равновесие и шатается от усталости.

Мой малыш! Мой маленький!

Материнское сердце жаждет ринуться к нему, поднять его на руки. Прижать к себе и никогда не отпускать, зацеловав эту маленькую макушку с тёмными кучерявыми волосами.

– У этого ребёнка явно нет родителей, – шепчу я Рейгану.

Он не оглядывается, делая вид, что меня здесь нет. Хочется кричать, ударить его! Хочется нарушить клятву, но мертвой я точно не помогу Томи.

Вопрос решается, когда одна из женщин хватает моего сына за плечо и достаточно грубо тащит к нам.

– Этот сирота, его мы таскать с собой не собираемся точно, – заявляет она и кладет руки в боки.

Как он вообще мог попасть к ним? Откуда они его забрали?

– Откуда он у вас? Родителей потерял? – спрашивает Рейган.

Женщина пожимает плечами.

– Прибился! Как щеночек.

– Я не прибился! – восклицает мой сын. – Я просто ушел.

– Откуда ушел? – спрашивает Рейган и наконец-то Том смотрит прямо на него.

На своего отца.

И Рейган тоже смотрит на собственного сына, не осознавая этого.

– Там мама спала. И не просыпалась, – Томи опускает голову но всё равно видно, как по его щекам спускаются крупные слёзы. – Я её будил, но она спала. И я ушел, я думал, надо что-то найти, что может её разбудить. Травы, которые сильно пахнут. А потом нашел пожар.

Люди в толпе молчат, всё думают об одном и том же. Ребёнок стал свидетелем смерти матери, и сам не понял этого.

Я же, смотрю на Рейгана и мысленно молю всех богов, всех дьяволов чтобы он не позволил ребёнку уйти с этими чужими людьми.

Рейган садится на колени перед нашим сыном. Их лица теперь на одном уровне.

– Малыш, твоя мама… – говорит Рейган максимально мягко. Он явно хочет добавить «не проснется» но сказать такое, глядя в огромные, полные слёз детские глаза просто невозможно. – Я думаю, она немного заболела и должна будет выздороветь. Ей нужно дать поспать. Ты поживешь какое-то время у меня?

Томи быстро кивает.

– Только недолго. Если мама проснется, а меня рядом не будет, она будет ругаться.

– Она часто тебя ругает? – Рейган улыбается ребёнку.

Мне становится дурно от этой картины. Дурно от того, как Рейган ласков с ребёнком, как явно добродушен к нему. И даже не догадывается...

– Нет, она очень добрая, – тянет Томи. – Только если я далеко ухожу. Тогда она ругается. Я больше не буду уходить.

– Она это делает из любви к тебе, ты на неё не обижайся. Хорошо? – Том кивает.

– Давай руку, – мой муж протягивает руку моему сыну. Детская ладошка исчезает в большой мужской ладони. Рейган и малыш оборачиваются ко мне и медленно идут.

Беженцы же определились, те, кто готовы оставить ребёнка в замке подводят детей подальше к воротам. Те же, кто не готов, подхватывают своих детей и всем видом показывают, что разлучить их можно только смертью.

Я не знаю, какой вариант правильный я просто смотрю на своего сына, что без интереса скользит по мне уставшим взглядом.

– Ты проходила осмотр у Фреда буквально вчера, – говорит Рейган. – Возьми малышню и поведи туда. Путь ты помнишь. Потом ступай к себе.

Он протягивает мне руку, передавая ребёнка и я беру Томи за руку. Не выдерживаю и беру малыша на руки. Вдыхаю его запах.

– А как тебя зовут? – спрашивает Томи.

Я в отчаяний оглядываюсь на Рейгана, который занят общением с каким-то слугой.

Рейган замечает мою панику.

– Так, дети. Эту девушку зовут Мелоди. Она немая. Говорить с вами не может, так что не доставайте её вопросами.

– Она говорила! – заявляет девочка в оборванном платье.

– Она может говорить только со мной. Слушаться её. Она поведет вас к доктору на осмотр.

Мы разворачиваемся к замку, я, мой сын, и десяток детей за моей спиной. Хочется обнять Томи ближе, что-то ему прошептать ободряющее. Но я ему лишь чужая тётя.

Фред уже предупрежден, носится по своей лаборатории из угла в угол, готовясь к приему пациентов.

– Мелоди, отправляй его в капсулу на сканирование, – бурчит он. – Остальные в очередь.

Я с сожалением кладу сына в капсулу. Тот послушно ложится. Только сейчас я могу оглядеть его одежду. Он в таких же обносках, как и обычные дети. Но он жил как минимум четыре дня в «Долл Корпорейтед».

И это не та одежда, что ему давали там. И не та, которую я помню.

Его специально переодели как беженца? Его отправили сюда специально, или это жесточайшая оплошность?

– Сканирование, – бурчит Фред андроиду.

Девушка подходит к моему сыну. Улыбается. Я понимаю, что сканирование происходит именно сейчас, её глаза начинают беспокойно бегать.

Вдруг она останавливается. Глаза округляются и она оглядывается на меня.

Я вопросительно киваю ей.

– Он болен, – говорит она Фреду. – Ему нужна йома.