Текст книги "В объятиях муза (СИ)"
Автор книги: Полесья Золотникова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)
– Что? Папа болен? – поперхнулась от столь внезапной новости, прозвучавшей, как гром среди ясного неба.
Ранее не присущие Марку низкие слова, максимально бьющие по самооценке, во внимание не приняла.
Младший ядовито произнес.
– Хватит исполнять! Смотреть противно на такую дешевую игру! Ты никогда не умела врать, поэтому даже не берись.
Когда он выдохнул, я уловила неприятный запах алкоголя.
– Ты пьян с самого утра?
Такое в нашей семье приравнивалось чуть ли не к одному из самых страшных грехов.
– Представь, да. А также молод и полон перспектив. И в отличие от некоторых сам способен заработать, не давя папеньке на жалость. Чего, не получилось найти идиота, готового за тебя пахать, пока пишешь смехотворные книжонки? Заявилась сюда в надежде на отцовскую благосклонность? Как предсказуемо. Я всегда знал, что ты безнадежная, лицемерная тварь.
– Иди куда шел, позорище. И прежде чем нести подобный бред в адрес Власты за собой последи, пьянь подзаборная. В противном случае разобью тебе всю физиономию, – резко вмешался Майкл, застыв неподалеку от нас с Марком.
Хмыкнув, младший демонстративно обошел меня, скрывшись в ванной. Я ошеломленно продолжала стоять.
– Не обращай на него внимания. – устало махнул рукой старший.
Медленно подошла к нему, про себя отметив насколько тот возмужал и был внешне схож с папой. Также выглядел старше своих лет. Сдержан, аккуратен. Хорошо следил за состоянием костюма, формой тела, прямой осанкой.
– Отец действительно болен? – спросила Майкла, боясь ответа.
– Да. Он не хотел говорить тебе об этом. Наш гордый, упрямый старик, – с теплом улыбнулся старший, являя собой всё лучшее, свойственное роду Драгуновых.
– Но почему? Разве я не должна об этом знать?
Старший пожал плечами.
– А Марк. Что с ним случилось? Я его совсем не узнаю.
Брат тяжело вздохнул.
– Многое произошло, Власта, пока ты находилась вне стен этого особняка. И если я правильно понял утреннюю новость, тебе тоже есть о чем нам рассказать. Встретимся за столом. Рад твоему возвращению, сестренка.
Он медленно развернулся ко мне спиной и уверенным, размашистым шагом направился по своим делам. Всё как всегда. Дабы узнать подлинную информацию здесь, придется часами вытаскивать клещами из каждого понемногу. Я точно дома. Мадридский двор нервно курит в сторонке.
Вспомнив об отце решительно направилась в сторону его кабинета. Хватит с меня этих всех недомолвок. За столько лет сыта ими по горло…
До высокой лакированной двери делового кабинета в серых оттенках на третьем этаже дошла довольно быстро, буквально кипя внутри от возмущений. Как он мог мне ничего не сказать о своей болезни?! Почему?!
Приблизившись вплотную, услышала голоса. Хотела ворваться ураганом, но что-то внутри убедило вместо этого тихонько прислонить ухо к двери, хотя раньше никогда не подслушивала.
– Я сделал это ради Власты, – сухо произнес отец.
– А ее саму спросить не хочешь? – с усмешкой задал вопрос муз.
Нахмурилась. Спросить? О чем?
– Она не должна ничего об этом знать. Растрепаешь, лично пристрелю. Мне прекрасно известно, кто ты. Не вызывает ни симпатии, ни доверия. Только попробуй навредить моей дочери, недоносок. Это станет последним, что ты сделаешь в своей никчемной жизни, – сурово повысил голос папа.
– С каких пор за стремление осчастливить человека хоронят заживо? Одна из негласных традиций моей будущей семьи? – продолжал оставаться абсолютно спокойным блондин.
– С такими кандидатами в женихи, как вы с Дементьевым, проще оставить Власту старой девой, – едва слышно проворчал отец.
– И продолжать дальше ей обо всём врать. Кто бы сомневался, – саркастически подметил муз.
– Ни слова ей! Для ее же блага. Если, разумеется, ты действительно заинтересован в нем.
– В отличие от вас людей…
– Заткнись. Никаких речей о магии я не потерплю в этом доме!
– Как и в этом мире, полагаю. Верно, Александр?
Что? Он сказал магия?
Глава 5
Удивленно отпрянула от двери. Что это еще значит?! Разве магия не плод воображения?!
Внутри возмутилась с новой силой и, не желая никого видеть, убежала к себе в комнату, ощущая, как с треском разрушился мой привычный мир…
Ворвавшись вихрем в комнату, рухнула на постель и уткнулась лицом в подушку, чтобы сдержать вырывающийся крик души. Отец всегда был единственным человеком, в чьей правдивости слов я никогда не сомневалась! Я всегда была твердо уверена в нем!
Теперь…
Узнать спустя столько лет, что он, оказывается, врал, было очень больно. Ведь даже если папа меня обманывал, то кому вообще можно верить?! Да и стоит ли?! Коль кругом все друг другу врут, предают, бросают!
Спустя минуту почувствовала теплую влагу на коже лица. Слезы? Неужели действительно плачу? Я плачу? Медленно приподнявшись, крепче стиснула зубы дабы сдержать боль.
Но…
Неожиданно моей спины коснулась чья-то теплая ладонь. Резко обернувшись, встретилась взглядом с музом. Когда он успел войти и присесть рядом со мной на постель?
– Полагаю, ты услышала самое интересное, – тихо произнес он, ласково утерев кончиками пальцев соленую дорожку с правой щеки.
– Уйди от меня, – подавленно попросила в ответ, находясь в кошмарном настроении.
– Увы. Теперь мы связаны еще прочнее, и я не могу оставаться в стороне, когда ты плачешь.
– Только не ври мне, что я по-настоящему для тебя что-то значу. Ведь на самом деле это не так. Всё игра, верно? Везде ложь. И ты играешь, я знаю, поэтому хватит. Я устала от вранья, – холодно произнесла, гордо отвернувшись от него.
Идея напиться с самого утра уже не казалась такой ужасной. Блондин решительно развернул меня к себе и нежно заключил в объятья, крепко прижав к своей широкой груди.
– Отец хочет защитить тебя, Власта. Иногда для защиты приходится лгать. Перестань дуться. Просто попытайся его понять.
В начале хотела вырваться, однако…
Ощущая тепло мужчины, слыша его отчетливый стук сердца, передумала, осознав насколько устала за эти годы быть сильной и постоянно прятать чувства. Особенно казаться вечно правильной во всём.
– А сейчас нужно поесть. Отец ждет тебя за столом. И между нами… Ради Александра не показывай вида будто о чем-то догадалась. Хорошо?
– Тогда тебе вместо него придется дать мне все ответы, – мгновенно выставила ультиматум блондину, уверенно заглянув в эти бесстыжие глаза напротив.
Он стойко выдержал мой требовательный взгляд.
– Я подумаю, – с усмешкой отозвался мужчина, вновь вызвав жуткое желание его придушить.
Резко отстранилась, зло уставившись.
– Или ты предлагаешь ничего не узнавать, дальше оставаясь в неведении?
– Тогда тебе не пришлось бы играть. Игры в чувства это ведь не твое, разве нет? – продолжал улыбаться муз, казалось до последнего испытывая на прочность. – А значит неведение на пользу.
Сильно разозлившись, угрожающе схватилась за подушку, пребывая всего в одном шаге от реализации соблазна огреть ей блондина.
– Как страшно. Я почти сдаюсь без боя, – азартно прошептал муз, чьи обольстительные чары стали уже поперек горла.
– Хватит играть. Отвечай откуда ты знаком с моим отцом! Как вообще ты можешь быть с ним знаком?!
– Чисто теоретически или практически? – издевательски решил уточнить голубоглазый.
Больше не сдерживаясь, решительно запустила подушку в нахальную физиономию, сидящую рядом. Однако забрать назад орудие пыток не смогла. Он мгновенно вырвал его, отправив на пол, затем нагло повалил на постель, властно прижав мои руки к ней.
– Обезврежена. Какие еще будут идеи по извлечению данных из меня? – с живым интересом в глазах спросил мужчина.
В этот момент у меня перехватило дыхание. То ли от возмущения, то ли от возбуждения разобрать не успела. Он опять находился непростительно близко, осложняя весь мыслительный процесс.
– Отпусти меня! – требовательно произнесла в ответ.
– Ты сама начала драться. А мне терпеть, прикажешь?
Снова эта коварная улыбка не сходила с его губ. Попыталась вырваться самостоятельно, ничего не вышло. Хватка у муза, оказывается, железная. Недаром он напоминал ловкого хищника, умело загоняющего жертву в угол.
– Ладно, хорошо. Ты победил. Никаких подушек больше не будет. Доволен? – пришлось сдаться после целого вороха провальных попыток.
– Значит будет средство тяжелее них, да?
Наглая его морда! Я уже признала поражение. Чего еще он добивался?
– Нет, – отрицательно покачала головой.
– Обещаешь? – игриво осведомился он.
– Гарантирую, – с нарастающим недовольством ответила блондину.
– Прекрасно, леди. Проверим ваши гарантии в действии, – муз наконец выпустил меня.
Однако не спешил отстраняться, коварно нависая сверху. Интересно, все духи вдохновения действуют подобным образом или такой шикарный неформат достался лишь мне одной? И в этот момент вошел дворецкий.
– Ой, простите, я кажется не вовремя.
Резко покрылась румянцем, во всех красках представляя, как мы с блондином выглядели со стороны. Я, лежащая на постели и он, находящийся сверху, страстно прижимающий мои запястья к поверхности одеяла. Та еще картина маслом. В лучших традициях современных романов 18+.
– Мы сейчас подойдем, – с трудом подавляя смех, ответил ему голубоглазый.
Алексей предпочел срочно опустить взгляд и резко покинуть спальню. Оказавшись в коридоре, новый дворецкий плотно захлопнул за собой дверь.
– О, Господи, – взмолилась вслух, изо всех сил стараясь не думать о возникших мыслях в голове Леши.
Щеки до сих пор горели от стыда. Этому хоть бы хны. Перестав соблазнительно нависать надо мной, блондин с усмешкой сел рядом. Я уже пожалела, что вообще замахивалась на него подушкой.
– А хорошо вышло. Этому теперь точно не придется сомневаться, что мы пара.
– Издеваешься?
– Констатирую факт.
Недовольно взглянула на него.
– Идем… – муз как ни в чем бывало ухватил меня за правое запястье и властно потащил за собой в обеденный зал.
Он даже расположение комнат знает? Есть то, чего ему неведомо?!
– Ужаснешься. Я знаю всё. Особенно содержание личных дневников под кроватью, – самодовольно осведомил нахал, прибавив шаг.
– Чего?! – искренне возмутилась, увлекаемая им…
Обеденный зал представлял собой небольшое помещение, покрашенное в бежевые тона. Его центр занимал просторный деревянный стол с изысканными стульями ручной работы. Над столом висела стеклянная люстра, украшенная причудливыми каплями росы. А в пространстве оставшихся углов, среди царства натюрморта, разведен зелёный мир. Что-то росло в кадках, что-то висело в маленьких горшочках с изображением бутонов. Всех названий цветов никогда не знала, но сколько помнила эту комнату, столько нравилось в ней находиться.
Воздух был намного чище, намного свежее. Вдобавок прекращали нападение беспорядочные мысли. Здесь мне всегда становилось легче до коварного сегодня, внесшего грандиозную лепту в серое любимое однообразие.
Втянутая музом в обеденный зал, мгновенно ощутила волнение. Всё спокойствие ретировалось в неизвестном направлении при встрече с холодным взором отца. Крепче стиснула зубы. Страх сказать лишнее овладел настолько сильно, что захотелось провалиться сквозь землю. Можно сразу к ядру Земли, не обижусь, лишь бы не чувствовать этого пронзительного взгляда. Мысли испуганно смешались, язык прирос к нёбу, а слова комом застряли в глотке. И всё это при неизбежном осознании, что в данный момент ничем не лучше главы Драгуновых. Ведь впервые за столько лет собиралась обмануть отца, но не решалась.
Почувствовав мой нервный спазм, муз ласково провел кончиками пальцев по внутренней стороне ладони, которую держал. Это позволило ненадолго расслабиться. От его легкого приятного прикосновения едва не закатила глаза. Благо вовремя опомнилась и растерялась, замерев на месте. Я точно попала. Ему был известен один из самых сокровенных способов успокоить меня. Это пугало. Причем пугало очень сильно.
– Садитесь. Чего вы как не родные? – первым нарушил затянувшееся молчание отец, указав на стулья, стоящие напротив него.
Рядом с ним по левую сторону за столом, ломящимся от многочисленных дразнящих ароматом блюд, расположился Майкл.
– А где Марк? – удивленно спросила, не наблюдая среди них младшего.
Это показалось мне странным. Наша семья редко начинала трапезу вне полного состава, проживающего на территории особняка. Блондин тем временем по-хозяйски подвел ближе. Затем, как истинный мужчина, галантно отодвинул стул и усадил. Только после этого опустился на соседний.
Папа пристально наблюдал за его действиями. Словно тот прямо сейчас сдавал наиважнейший экзамен.
Нервно сглотнула, удивляясь силе самообладания муза. Как он может оставаться спокойным под таким строгим взглядом, от которого мурашки по коже? Действительно мужчина не из этого мира.
– В свете недавних событий Марк больше не считается членом семьи, – решительно взял слово старший брат, пока наш старик усердно сосредотачивался на музе, который, казалось, совершенно не замечал колючих глаз пожилого Драгунова.
Будущий зять невозмутимо наложил в тарелку еду, а после поставил передо мной, заботливо опустив в нее ложку. Изумленно взглянула на него.
Выходит, голубоглазый не лукавил, говоря, что знает обо мне абсолютно всё. Аж мороз пробежался по коже. Он выбрал мои самые любимые блюда.
– Пока Марк проходит сложный курс реабилитации после лечения от наркотической зависимости, он – Драгунов лишь на бумаге. То верно, – продолжил начатую тему отец.
– Что? – едва не выронила ложку из рук, будучи откровенно шокирована услышаным.
– Связался не с теми людьми. Теперь инвалид. Иногда кажется, что на голову тоже, – поделился накопленным Майкл, вяло принявшись ковыряться в своем мясном борще.
– Увы, вся его реабилитация, как видишь, свелась к частому употреблению алкоголя, – сухо подметил угрюмый старик.
– В семье не без урода, – не удержался старший.
Отец неодобрительно взглянул на него.
– Он просто выбрал не тот путь. Еще ни всё потеряно.
Внутри меня похолодело. Младший брат стал наркоманом? Вот так удар по семье Драгуновых. Неудивительно почему здоровье главы начало давать сбой. Но что-то мне подсказывало это лишь часть пазла. Марк никогда бы добровольно не пристрастился к наркотикам. Должна быть причина.
– Корень проблемы известен? – внезапно поинтересовался муз, задумчиво присмотрев для себя стакан с ягодным морсом.
– Если бы. Молчит, как рыба об лёд, – с тяжелым вздохом отозвался папа, за пару ничтожных минут, постарев на несколько лет разом.
– Олень он, а ни рыба! – буркнул старший. – Вечно искал легких путей вместо того, чтобы нормально пахать. Безмозглая придурь. Надо было бросить его в лечебнице.
– Майкл! – слегка повысил голос глава дома, недовольно одернув его.
– Да, я знаю, – подавленно буркнул он в ответ, затем демонстративно отодвинул тарелку.
– Рад бы остаться, но пора идти работать. Я ведь не Марк.
Папа тяжело вздохнул, а старший брат спешно поднялся из-за стола и ушел, толком не позавтракав. Его паршивое настроение давящей тяжестью легло на всех присутствующих. Захотелось протяжно завыть, подобно побитому волку. Несмотря на все попытки унять легкую дрожь в руках, я выронила ложку.
– А давно вы были на природе? – внезапно спросил муз, в чьих глазах на мгновение заметила озорной блеск, наклоняясь за упавшим столовым прибором.
Глава Драгуновых задумчиво нахмурился, словно из-за всех сил силился вспомнить, сколько лет назад отдыхал. Заняв прежнее сидячее положение, недоверчиво взглянула на свой неугомонный, ходячий генератор идей.
Красноречивые ощущения, что скоро буду искать от них пятый угол невольно заставили закусить нижнюю губу. Я не по наслышке знала, насколько мастерски способен увлечь ими блондин.
Поднятую с пола ложку муз неожиданно забрал, заботливо, с улыбкой, вручив мне чистую. Смутилась, когда мужчина вновь прикоснулся к руке. Интересно, это действительно игра или он…
– Работа это конечно хорошо, и лучше она идет после приятного отдыха на природе. А хождение по местам, полных счастливых, детских воспоминаний замечательно снимает городской стресс. Верно, Александр? Предлагаю рыбалку на берегу реки, – воодушевленно выдал новоявленный зять.
С трудом удержала нижнюю челюсть при себе. Что задумал муз?
– Хм… Я этого не планировал на данной недели… – начал было старик.
– Да бросьте. Разве это не прекрасно позволить себе прожить хотя бы один день вне дурацкого расписания по минутам? Насладиться шумом реки, послушать пение лесных птиц и посидеть у настоящего, живого огня, оставив все современные технологии дома. Только представьте этот едва различимый шелест листьев деревьев на легком ветру. Он словно тихая колыбельная любящей матери, после которой на душе становится хорошо. Представьте чарующий танец пламени. Его особое, точно магическое тепло, отчищающее от всего плохого, произошедшего в жизни. Эти переплетающиеся друг с другом языки пламени. Также ни с чем не сравнимый аромат сочного маринованного мяса, томящегося на углях в мангале. Как оно покрывается легкой, хрустящей корочкой, и приготовленное нежно тает во рту.
При таком описании картины у меня невольно слюна потекла, а отец, всегда казавшийся сущим воплощением серьезности, на мгновение мечтательно расплылся в улыбке.
– А, знаешь, в этом действительно что-то есть. Отличная идея. Собираемся.
У меня невольно отвисла нижняя челюсть. Чего? Собираться?! Сердце участило ритм, поселив в душе нехорошее предчувствие. Нечто подсказывало, я надолго запомню эту поездку. Будто в подтверждение моих сокровенных мыслей муз коварно улыбнулся, слегка обнажив белоснежные зубы. По моей спине пробежала мелкая дрожь…
Кошмар! С самой первой минуты сборов!
Иначе назвать не могу этот дотошный процесс. Как только муз оптимистично утащил меня из обеденного зала чуть ли не со скоростью света, отчаянно крепилась. Конечно подозревала, что этот господин шило в заднице то еще бедствие, но чтоб настолько?
Затащив меня в спальню, он по-хозяйски вторгся на территорию зеркального шкафа и, вынув первую попавшуюся синюю водолазку, презрительно скривился.
– Ты с какого мужика это сняла? Верни ему немедленно.
Нервно подавилась.
– Чего?!
– А эти штаны… У них вообще талия имеется, или их сшили из бабушкиных панталон?
– Слушай… – с трудом подавила волну законных возмущений. – Может, ты оставишь в покое мои вещи?
– Вот еще! Меня должно окружать сугубо прекрасное. А когда смотрю на твой пацанячий вкус в одежде…
– Тебя никто не просит между прочим. Сам явился.
– Графу «сам явился» оспорю.
– Еще скажи, будто я виновата в этом, ага!
– С прозрением! – усмехнулся нахальный блондин, вновь вернувшись к шкафу.
Не выдержав, в сердцах резко захлопнула перед его носом содержимое полок.
– Брысь, недомуз несчастный! Сама соберусь. Без зрителей! И вообще кто тебя дергал за язык?!
– Да зачем такие сложности? Просто завернись в простынь, разницы не будет. Тоже придумала, одежда какая-то там, – язвительно отозвалось это бесстыжее существо, заставив подавиться от злости.
– А что я должна выряжаться как Барби?! Чтобы всё наружу?! – не на шутку завелась, с вызовом скрестив руки на груди.
Весь контроль рядом с ним мистическим образом растворялся, будто никогда не существовал, или существовал, но не в моем огороде. Даже слов не могу подобрать насколько была возмущена столь наглыми действиями! Дожилась! И это несмотря на активную писательскую деятельность! Автор без слов. Смотрите, пока в лес не убежала.
Глава 6
– Минуточку. Женственно не значит вульгарно, – философски выкрутился блондин, слегка нахмурив брови.
А говорят они тупые! Кощунственно врут, скажу я вам!
– Ты еще в мои личные стилисты сегодня запишись! Статус жених толком не пережила.
– Искусство всегда требовало жертв, – пространно подметил голубоглазый.
– Иди ты на фиг! – не сдержалась, со всей любовью отправив его в незабываемые, почти эротические приключения.
– Давно оттуда. Так себе местечко.
Шумно вздохнула. У него на одно мое слово сразу десять. Как прикажите вместе уживаться?!
– До этого же как-то жили, никто не умер. Так, отойди, женщина, я найду тебе что-нибудь человеческое среди монашеских тряпок бабки-затворницы.
Кажется, я сильно разозлилась, недовольно схватив его руку, собирающуюся снова открыть дверцу. Он ловко перехватил мое запястье, резким движением притянув к себе.
– Тебя опять обезвредить? Кары за подушку мало? – с живым интересом в глазах соблазнительным шепотом осведомился муз.
Наши глаза встретились. От его близости перехватило дыхание. Черт! Только не сейчас! Предпочла раздраженно вырваться и отстраниться, дабы вновь не попасть под опасный шарм собственного духа вдохновения.
– Нечестно козырями ходить, – буркнула под нос, но мужчина умудрился разобрать.
– И когда меня это останавливало? – риторически закатил глаза блондин, словно предался воспоминаниям, затем взглянул на меня.
– Честно, не помню. Значит не было.
Жутко захотелось придушить паршивца. У него вообще существует понятие, когда остановиться?!
– Жизнь – это движение. Привыкай, – коварно улыбнулась моя головная боль, победно добравшись до вещей.
Тяжело вздохнула. За что меня только наказывают? Где я провинилась? Пока разум кропотливо искал ответы в прошлом, посередине комнаты выросла огромная гора из выброшенных тряпок бабки-затворницы. Когда вернулась в реальность из мысленного скитания, обомлела. Он совсем издевается?
Фанатично опустошив шкаф, мужчина вдруг замер на месте, задумчиво подперев подбородок.
– Может, действительно простынь?
Зло топнула ногой на озвученный вслух музом беспощадный сарказм.
– Хотя… Жарко, лето ведь. Полотенце сойдет. И просто и со вкусом. Вдобавок ноги наконец загорят. Прекратишь быть бледной поганкой. Смотри сколько плюсов.
Вздрогнула. Почему-то при слове «полотенце» вспомнила утро с Дементьевым. Его настойчивые прикосновения, из-за которых оказалась всего в одном шаге от свершения самой ужасной ошибки.
В реальность вернул блондин, неожиданно застыв непозволительно близко. В его глазах мне удалось заметить неподдельные ноты ревности. Признаться, мной овладело странное чувство вины. Только за что? Не поняла.
Ощущая кожей заметно участившееся дыхание мужчины, замерла как вкопанная. Где-то с минуту всматриваясь в меня недовольным, озлобленным взглядом, он…
Просто резко обошёл и молча покинул комнату. Растерянно посмотрела ему в след. Вроде стоило радоваться. Я добилась его ухода из спальни, но вместо этого на душе противно зашкребли кошки.
Да что со мной? Грудную клетку ощутимо сдавило болью. Это мои чувства или…
Среди огромной кучи вываленных на пол вещей спешно отыскала серую футболку и короткие шорты.
Сколько не старалась перестать думать о произошедшем, а перед глазами до сих пор стоял образ муза. Этого нахального, возмущенного существа, болезненно переворачивающего всё с ног на голову в моей жизни. Звучал его голос, хотя мужчины не было рядом с той минуты, как ушел.
Нет, ну не все же так плохо в конце концов? Не настолько бабка-затворница. Просто…
Или это я сама себя обманываю, чтобы дальше слепо убегать от очевидного?
Под конец облачения задумчиво посмотрела в зеркало. От чего-то мне было неловко. Надетое действительно смотрелось дико на аккуратной тонкой фигурке и полностью скрывало ее, создавая впечатление будто…
Будто сняла одежду с высокого парня, в два раза крупнее себя. Надо признать замечания духа вдохновения не лишены смысла. При воспоминаниях о нем в груди возникло щемящее чувство, и нечто неведомое жалобно взмолилось разыскать голубоглазого.
Пришедшая следом мысль при осознании всего происходящего стала пугать. Отогнала прочь. А дальше все происходило, как во сне. Я ушла вглубь себя, машинально собирая сумку с другими полезными вещами для отдыха. Как закончила сбор не помню.
После него направилась к отцу и по дороге столкнулась с виновником своего резкого психологического режима рак-отшельник. Тихо попыталась заговорить с блондином, еле произнося слова. Отчего-то язык отказывался нормально повиноваться. Стал ватным. Муз не пошел на контакт. Он замкнулся. Отводил взгляд. Не отвечал на вопросы.
Гордо отстранилась. Его поведение злило до нервной дрожи в руках! Значит, сволочь, активировал холодную войну?! Убила бы на месте, не будь свидетелей! За что мужчина так со мной?! Я ведь не сделала ему ничего плохого!
Рука сильно зачесалась огреть мерзавца. Может, так у него наконец прояснится в голове? Потерпев новое фиаско при разговоре, закрылась внутри себя. Не хочет говорить, не надо! Унижаться не стану!
Эта мысль стала чем-то вроде якоря, помогающего внешне демонстрировать глубокое безразличие, но лишь внешне.
Внутри бушевало необъяснимое, жгучее пламя. Оно требовало немедленно получить ответы от блондинистой вредины. Выяснить всё, о чем он молчал! Это пламя долго не угасало. Едва сдерживала рвущийся наружу порыв придушить молчуна. Поэтому от греха подальше с музом не заговаривала, избегая случайного контакта.
Раз все настолько серьезно – салом ему по мусалам! Пусть выкусит! Бегать за ним не собираюсь! Однако полностью оставаться равнодушной к ходячему ребусу не могла. Поразилась собственному анализу. И чем, интересно, этот блондинистый гад зацепил меня? Наглостью? Смазливым личиком? Красивым телосложением Аполлона?
Сквозь пелену бесконечных мыслей молча наблюдала за отцом, предлагавшим Майклу внеплановый выезд за деревню Васильки. Тот долго сопротивлялся, но в конечном счете сдался. Его злое нечленораздельное бурчание довольно долго витало в воздухе, не улучшая без того паршивого настроения кстати.
Что до голубоглазого. Во время беседы нашей «общей» родни был, ушел, вернулся.
Мельком уловила смену имиджа муза. Из дорогого костюма он приоделся в обычного паренька. Темная футболка, короткие бриджи, а завершали стиль подобранные под тон верхней одежды мужские сланцы. Где только раздобыть успел, не знаю.
Не поддаваясь зудящему соблазну пристальнее рассмотреть свою головную боль, упрямо отводила взгляд.
Папа с безразличным выражением лица краем глаза наблюдал за нами двумя. Однако можно не сомневаться, про себя тот давно отметил кучу необходимых деталей.
После разговора с отцом старший в задумчивости удалился к себе в апартаменты. Мы простояли еще около 10–15 минут, ожидая его в просторном холле с сумками. Я и муз упорно игнорировали присутствие друг друга.
Как только Майкл собрался, в полном составе двинулись на выход из особняка. Встав рядом со мной, блондин неожиданно освободил от висящей тяжести на плече. Удивленно взглянула на него. Ответом стала легкая улыбка. Оттаял, что ли, царевич снежный? Затем мужчина отошел, принявшись шагать на ровне с отцом. Нахмурилась, не зная, как расценивать непонятный жест муза.
– Неужели ты нашла того, кто способен пережить твою бесконечную болтовню о книгах дольше пяти минут? – усмехнулся идущий позади меня старший брат.
– Ага, – растерянно отозвалась в ответ.
– Очень рад. А как его зовут хоть? – перешел он на шепот.
Опешила.
Мы с музом еще не обсуждали этой маленькой, но очень СУЩЕСТВЕННОЙ детали. Придется выкручиваться самой, по максимуму задействовав хваленую фантазию писателя. Если не отвечу, Майкл точно заподозрит неладное.
– Женя, – спустя секунду назвала первое имя, пришедшее на ум.
Надо будет только того не забыть обрадовать, что отныне мужчина стал Евгением.
– Хорошее имя. А то на Денисов у меня в последнее время развилась жуткая аллергия. Слишком много их в моей жизни. И все бестолковые до мозга кости, зато амбиций хватит гору свернуть.
Он даже не догадывался, насколько я понимала брата, мысленно надеясь не услышать кошмарную фамилию Дементьева среди списка его дотошных знакомых.
– Вроде неплохой парень. Давно встречаетесь? – вдруг продолжил внезапный расспрос Майкл.
Правда про первый день знакомства с трудом осталась при мне.
Муз на мгновение обернулся в мою сторону. На его губах застыла коварная улыбка. Сама не заметила, как ладони нервно сжались в кулаки. Желание придушить эту физиономию, оказывается, никуда не делось. Только для успешной реализации лучше не допускать опасной близости с данным объектом. Иначе из убийства всё перейдет в сумасшедшую страсть между хищником и жертвой. Нет, такой финал отнюдь не радовал, вызывая раздражение.
– Пара лет есть, раз надумали жениться? – вновь вывел из размышлений голос Майкла.
Коротко кивнула, не найдя лучшего решения. Ведь ложь по-прежнему давалась очень тяжело.
– Это радует. Значит решение не спонтанное. А то заключают браки сгоряча и не знают, куда деваться.
Знал бы старший мое настоящее отношение к выходу замуж, замучил бы до ночи поучительными лекциями на тему: «Так жить нельзя». Благо находится в священном неведении. Хотя бы от одного специалиста в сфере «семейная жизнь» психика останется в безопасности.
– Отец сказал вы сзади разместитесь в машине с Женей. Я спереди с ним. Все сумки сложим в багажник джипа, – предупредил Майкл.
Нервно закусила нижнюю губу. Меня с музом назад вместе? Скучно живется, что ли?! Шумно вздохнула, мысленно взмолившись: «Хоть бы выдержка не подвела».
Майкл поперхнулся. По всей видимости, внешне не удалось избежать кислого выражения лица, как ни старалась его скрыть.
– Вы поссорились? – нахмурившись предположил брат.
– Эм-м-м… Да, – неуверенно вымолвила в ответ, надеясь миновать участь совместной поездки с музом на заднем сидении.
Братишка дружески приобнял за плечи, словно утешая, но стоило расслабиться, ощущая родственную поддержку, его последующие слова вдребезги разбили самые светлые надежды.
– Ерунда. Быстрее помиритесь, сидя рядом. Бежать от конфликта глупо. Чем скорее переговорите по душам, тем лучше. Поверь, сестренка, если обиженному мужчине не плевать на тяжелую сумку у тебя – этот мужчина действительно имеет к тебе чувства. По-моему, хороший повод задуматься. Не так ли?
Сильнее закусила нижнюю губу. Ага, точно! Знал бы Майкл, какие это на самом деле чувства! Просто умелая игра, чья подлинная цель пока неизвестна. По крайней мере, я воспринимала это так после договора с мужчиной. Настоящее в нем одно – неожиданно получивший плоть и кровь дух вдохновения. Поэтому сильно сомневаюсь в искренней подлинности эмоций Жени, который, если разобраться, такой же Евгений, как я певица. Ни слуха, ни голоса! До сих пор не знаю, для чего музу весь спектакль с влюбленной парой, зато твердо знаю – всё фальшь. И, да, частичка лекции не миновала.
Дабы уйти от ее более серьезных последствий, промолчала, не вступая со старшим в спор. Ведь в нашей семье, если хочешь, чтобы твоя нервная система осталась целой, забудь понятие «не согласен», а еще лучше притворись мертвым. Может, повезёт, от тебя отстанут. В этих размышлениях дошла до входной двери. Муз с отцом давно скрылись из вида. Майкл вышел третьим.
