355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Петр Люкимсон » Царь Соломон » Текст книги (страница 6)
Царь Соломон
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 12:08

Текст книги "Царь Соломон"


Автор книги: Петр Люкимсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава пятая
ГАВАОНСКАЯ НОЧЬ

Любой мало-мальски образованный человек, даже не будучи знаком с текстом Библии, знает, что необычайная мудрость была дарована Соломону Свыше – когда после обильного жертвоприношения в Гаваоне Бог явился юному царю во сне. В ответ на предложение попросить все, что он пожелает, Соломон испросил для себя именно мудрости. Вот как об этом событии повествует главный первоисточник – Третья книга Царств:

«…Народ еще приносил жертвы на высотах, ибо не был построен дом имени Господа до того времени. И возлюбил Соломон Господа, ходя по уставу Давида, отца своего; но и он приносил жертвы и курения на высотах. И пошел царь в Гаваон, чтобы принести там жертву, ибо там был главный жертвенник. Тысячу всесожжении вознес Соломон на том жертвеннике. В Гаваоне явился Господь Соломону во сне ночью, и сказал Бог: проси, что дать тебе. И сказал Соломон: Ты сделал рабу Твоему Давиду, отцу моему, великую милость; и за то, что он ходил пред Тобою в истине и правде и с искренним сердцем пред Тобою, Ты сохранил ему эту великую милость и даровал ему сына, который сидел бы на престоле его, как это и есть ныне; и ныне, Господи, Боже мой, Ты поставил раба Твоего царем вместо Давида, отца моего; но я отрок малый, не знаю ни моего выхода, ни входа; и раб Твой – среди народа Твоего, который избрал Ты, народа столь многочисленного, что по множеству его нельзя ни исчислить его, ни обозреть. Даруй же рабу Твоему сердце разумное, чтобы судить народ Твой и различать, что добро и что зло; ибо кто может управлять этим многочисленным народом Твоим? И благоугодно было Господу, что Соломон просил этого. И сказал ему Бог: за то, что ты просил этого и не просил себе долгой жизни, не просил себе богатства, не просил себе души врагов твоих, но просил себе разума, чтобы уметь судить, – вот, Я сделаю по слову твоему: вот, Я даю тебе сердце мудрое и разумное, так что подобного тебе не было прежде тебя, и после тебя не восстанет подобный тебе; и то, чего ты не просил, Я даю тебе: и богатство, и славу, так что не будет подобного тебе между царями во все дни твои; и если будешь ходить путем Моим, сохраняя уставы Мои и заповеди Мои, как ходил отец твой, Давид, Я продолжу и дни твои. И пробудился Соломон, и вот, это было сновидение. И пошел он в Иерусалим, и стал пред ковчегом завета Господня, и принес всесожжения, и совершил жертвы мирные, и сделал большой пир для всех слуг своих» (3 Цар. 3:2–15).

Разумеется, и у атеиста, и у верующего, но умеющего критически мыслить читателя, этот отрывок не может не вызвать целого рядя вопросов. И здесь автор вновь вынужден обратиться к цитированию Лео Таксиля, так как именно Таксиль наиболее ярко представил сложившееся в атеистических кругах отношение к этому рассказу Библии:

«Итак, речь идет здесь о сновидении. Бог, не ожидавший, пока Авраам, Иаков и другие заснут, чтобы явиться им, при Соломоне начинает менять свои привычки и ожидает, пока тот начнет видеть сны. Пусть будет так. Но тогда каким образом все это стало известно? Значит, Соломон сам рассказал кому-то свой сон? И так от одного к другому, переходя из уст в уста, этот рассказ дошел до автора Третьей книги Царств, жившего во времена Вавилонского пленения? Довольно все-таки странно, не правда ли?

Богословы скажут – это их конек! – что появление бога во сне не уменьшает божественности видения: церковь признает сны божественные и сны диавольские. Сон человеческий, утверждают служители религии, может быть результатом „сверхъестественного“ влияния и не бывает случайным. Примем на минуту это положение. Допустим, что бог действительно явился Соломону. Все-таки Соломон спал и, следовательно, находился не в достаточно полном сознании, чтобы говорить или отвечать. Если бы сам римский папа увидел бы себя во сне богохульником, плюющим на просфору, никто из кардиналов не вменил бы ему этого в вину. Если бы Соломон выбрал во сне славу и богатство, это не имело бы ровно никакого значения. Лучше было бы, если бы бог, задав вопросы, дал Соломону время проснуться, и тогда тот лучше сообразил бы, что надо ответить богу. Ответ бодрствующего человека, избирающего мудрость и пренебрегающего всем прочим, был бы заслугой. Но раз он спал, ответ не в счет: он ровно ничего не стоит. Тем не менее этот бесподобный бог был очарован…» [40]40
  Таксиль Л.Забавная Библия. С. 322–323.


[Закрыть]

В полемическом задоре Таксиль (получивший, кстати, блестящее религиозное образование в иезуитской школе) явно «передергивает» факты. В случае с Соломоном Бог отнюдь не «меняет Свои привычки». Согласно Библии, именно во сне Он открыл Аврааму, что его потомки будут 400 лет угнетаемыми в чужой земле (Быт. 15:12–16). Во сне Иакову открывается лестница между небом и землей, и в этом же сне Господь обещает сохранить его везде, куда бы тот ни пошел (Быт. 28:11–16). Во сне же Бог открывался всем пророкам, включая и такого великого, как Самуил. Исключение в этом смысле с религиозной точки зрения составлял только Моисей (Моше), о чем прямо от имени самого Бога говорится в «Пятикнижии»: «И сказал: слушайте слова Мои: если и бывает у вас пророк Господень, то Я открываюсь ему в видении, во сне говорю с ним; но не так с рабом Моим Моисеем – он верен во всем дому Моем. Устами к устам говорю Я с ним, и явно, а не в гаданиях…» (Чис. 12:6–8).

Да и насчет времени написания Третьей книги Царств Таксиль, безусловно, заблуждается. Можно еще допустить, что Вторая книга Паралипоменон, то есть вторая книга «Хроникона», была написана после возвращения евреев из Вавилонского пленения. Но Третья книга Царств (она же «Первая книга Царей». – П. Л.), безусловно, была создана значительно раньше.

Все это, естественно, отнюдь не позволяет с легкостью сбросить со счетов и все прочие саркастические доводы известного французского борца с религией. Надо заметить, что как теологи, так и стоящие на так называемой рационалистической позиции исследователи задаются вопросом о том, что вообще побудило Соломона отправиться в Гаваон.

До строительства Храма иудаизм и в самом деле не возбранял совершать жертвоприношения в других местах, на различных высотах. Но ведь Давид для того и перенес Ковчег Завета в Иерусалим, чтобы постепенно превратить его в главное и единственное место для богослужения, центр религиозной жизни нации. Кроме того, жертвоприношения «на высотах» всегда осуждались пророками, так как именно на вершинах холмов принято было совершать жертвоприношения своим богам у языческих народов.

В связи с этим многие комментаторы отмечают, что между строк Библии явственно прочитывается осуждение Соломона за этот поступок: «И возлюбил Соломон Господа… но (несмотря на эту любовь и верность. – П. Л.) и он (всё же. – П. Л.) приносил жертвы и курения на высотах».

Величайший комментатор Танаха Раши [41]41
  Раши– акроним духовного звания и имени раввина Шломо (бен Ицхак) Ярхи (1040–1105). Автор основополагающего комментария к Танаху и Талмуду, приводящегося почти во всех изданиях этих книг на иврите. Комментарии Раши отличаются чрезвычайной краткостью, но при этом выделяют основную идею текста.


[Закрыть]
пишет о решении Соломона принести жертвы в Гаваоне с откровенным осуждением: дескать, было бы куда лучше, если бы царь, не откладывая, приступил к строительству Храма и именно в Храме молил бы о ниспослании ему Божественного Откровения.

Видимо, знакомый с этими претензиями оставшийся неизвестным автор Второй книги Паралипоменон пытается объяснить, что же именно привело Соломона именно в Гаваон:

«И пошли Соломон и все собрание с ним на высоту, что в Гаваоне, ибо там была Божия скиния собрания, которую устроил Моисей, раб Господень, в пустыне. Ковчег Божий перенес Давид из Кириаф-Иарима на место, которое приготовил для него Давид, устроив для него скинию в Иерусалиме. А медный жертвенник, который сделал Веселеил, сын Урия, сына Орова, оставался там пред скиниею Господнею, и взыскал его Соломон с собранием. И там перед лицом Господа, на медном жертвеннике, который перед скиниею собрания, вознес Соломон тысячу всесожжении. В ту ночь явился Бог Соломону и сказал ему: проси, что Мне дать тебе» (2 Пар. 1:3–7).

Вот оно, оказывается, в чем дело! Давид действительно перенес Ковчег Завета в Иерусалим, но Скиния, то есть Переносной храм в виде огромного шатра, который был сооружен евреями в пустыне под руководством Моисея, со времен едва ли не Иисуса Навина (Иешуа бин Нуна) находился в Гаваоне. Там же стоял медный, набитый изнутри землей жертвенник, на котором приносил жертвы еще сам первосвященник Аарон.

Понятно, что за четыре столетия шатер сильно обветшал, но все равно почитался общенациональной святыней и к нему постоянно стекались толпы людей. Таким образом, если следовать Баруху Каплинскому, жертвоприношение в Гаваоне понадобилось Соломону, чтобы показать, что он уважает мнение народа, чтит те же святыни, что и весь народ, и таким образом сплотить вокруг себя лидеров всех колен. А родившийся в этом месте рассказ о Божественном Откровении, дескать, как нельзя лучше позволял обосновать, что нахождение Соломона на троне угодно Богу.

Но попробуем взглянуть на этот рассказ глазами религиозного человека.

Не исключено, что поход в Гаваон был для Соломона своего рода жестом отчаяния. Он знал, а точнее, истово верил, что в момент помазания на царя должен сойти «Руах а-кодеш» – Святой Дух. Этот Святой Дух был с Саулом, пока Бог не лишил его права на царство и пророк Самуил не помазал Давида. Этот же Дух осенял его отца Давида, наделяя того пророческим даром и вдохновляя на написание великих псалмов. Однако после помазания Соломона у Гионского ключа этого снисхождения он не почувствовал. Правда, тогда это было объяснимо – пока был жив Давид, он оставался законным царем и Божественный Дух был с ним.

Но вот Давид умер. Соломон стал с трепетом ждать Откровения Свыше, но ничего не происходило. Минуло 30 дней траура по его венценосному отцу – и снова ничего! Это отсутствие ожидаемых мистических перемен невольно напугало Соломона. Не исключено, что он стал даже сомневаться в законности своего права на трон. И вот тогда-то он и решает двинуться в расположенный в десяти километрах от Иерусалима Гаваон, чтобы обратиться к Всевышнему у той же святыни, возле которой некогда молились Моисей и Аарон.

Официальной целью похода в Гаваон в сопровождении огромной свиты придворных («всего собрания») было принесение жертв в честь того, что Соломон приступил к самостоятельному управлению страной. Но одновременно Соломон продолжал надеяться, что в Гаваоне произойдет то самое чудо, которого он так страстно желал.

И чудо происходит. После принесения тысячи жертв всесожжения, которые, очевидно, совершались в течение не одного дня, а недели, а то и больше, Господь открывается Соломону во сне и произносит сакраментальную фразу: «Проси, что мне дать тебе».

Все исследователи Библии отмечают, что ни одного из ее героев Бог не спрашивал, чего тот хочет, и не предлагал выполнить его желания. Соломон стал первым. В самом этом вопросе Творца слышится своеобразный ответ на мучивший Соломона вопрос, почему Всевышний не открывается ему так, как открывался его отцу Давиду. Наконец, то, о чем Соломон так мечтал, произошло – и теперь Бог спрашивает, зачем Он понадобился Соломону; чего последний от Него хочет.

И, оправдываясь, Соломон отвечает, что единственное, чего он желает – это соответствовать своей миссии царя так же, как и его великий отец, но опасается, что ему, в том числе и из-за юного возраста, недостает для этого ни знаний, ни талантов: «Ты сделал рабу Твоему Давиду, отцу моему, великую милость; и за то, что он ходил пред Тобою в истине и правде, и с искренним сердцем пред Тобою, Ты сохранил ему эту великую милость и даровал ему сына, который сидел бы на престоле его, как это и есть ныне; и ныне, Господи, Боже мой, Ты поставил раба Твоего царем вместо Давида, отца моего; но я отрок малый, не знаю ни моего выхода, ни входа…»

Далее Соломон спешит признать, что подлинным царем еврейского народа является сам Всевышний, что он – лишь «раб Твой – среди народа Твоего, который Ты избрал».

И уже затем следует сама просьба. Причем просит Соломон «лев шемеа», то есть не разумное, как это звучит во всех переводах, а «слышащее сердце», позволяющее ему справедливо вершить царский суд. А в суд этот, как уже говорилось, попадали особо сложные дела, основанные на принципе «слово против слова», то есть когда ни у истца, ни у ответчика не было свидетелей, либо были веские основания считать, что свидетели подкуплены. Решающую роль в таком суде играли как способность судьи к логическому мышлению, к придумыванию способа вывести тяжущихся на чистую воду, так и интуиция, способность «слышать сердцем», на чьей стороне правда.

На наделении его этой способностью соединять разум и чувства для того, чтобы в мире торжествовала справедливость, и просил Соломон Господа в своем вещем сне в гаваонскую ночь.

Разумеется, почти все комментаторы Библии считают предложение Бога Соломону дать ему все, что тот пожелает, испытанием, которое Соломон с честью выдержал. Устное предание, правда, говорит, что в том же сне Соломон обратился к Богу еще с двумя просьбами: сделать так, чтобы в течение всего времени его царствования его подданные не знали ни мора от эпидемии, ни голода. Но в любом случае он ничего не просил для себя лично, и потому «хорошо было в глазах Господа, что Соломон просил это».

И в ответ Бог сообщает, что он не только уже выполнил его просьбу, но и в будущем даст ему славу и богатство, а также – в случае, если Соломон будет верно исполнять Его заповеди – и долголетие.

В целом рассказы Третьей книги Царств и Второй книги Паралипоменон о ночи в Гаваоне совпадают, но если в одной Всевышний дает Соломону «сердце мудрое и разумное», то в другой объявляется, что Соломону даются «премудрость и знания» (2 Пар. 1:12).

Классические комментарии утверждают, что в гаваонскую ночь Бог в награду поднял Соломона на сорок девятую из пятидесяти ступеней мудрости, то есть открыл ему те величайшие тайны мироздания, которые до этого открывал только Моисею, а после Соломона не открывал уже никому.

В авторитетном издании Танаха со сборными комментариями Иегуды Киля говорится, что классическая еврейская философия различала четыре вида мудрости.

Первое проявление мудрости – это мощь интеллекта, аналитическое мышление, позволяющее вершить справедливый суд, принимать верные решения в области управления государством и т. д. Впрочем, сюда же можно отнести и деловую и практическую сметку.

Второй вид мудрости – это природные способности и таланты человека, проявляющиеся в различных областях творчества – от музыки и до изобретения новых видов техники.

Третий вид – «мудрость сердца», умение не просто различать добро и зло, но и делать выбор в пользу добра, идти «путями Бога».

Четвертый вид – «Божественная мудрость», то есть способность постигать сокровенный, скрытый смысл заповедей Всевышнего и Его деяний; законы, по которым Он управляет мирозданием; все то, что обычно определяется как эзотерические знания.

По мнению раввинистических авторитетов, все эти четыре вида мудрости были в равной степени присущи царю Соломону, что, впрочем, как мы увидим дальше, не мешало ему порой и ошибаться.

Что же касается того, как относиться к истории о посетившем Соломона во сне Откровении, то это и в самом деле вопрос веры. Закоренелый атеист, разумеется, заявит, что Соломон попросту придумал этот сон, чтобы внушить легковерным подданным мысль о своей необычайной мудрости и особых отношениях с Богом. Рационалист, не верящий в Бога, но убежденный, что в основе любого мифа лежит некое реальное событие, может предположить, что Соломон так жаждал Божественного Откровения, что в итоге после пережитого им во время жертвоприношения религиозного экстаза это желание воплотилось во сне, в реальность которого он тут же сам свято поверил.

С точки зрения классической еврейской теологии, если речь идет о подлинном явлении Бога во сне тому или иному человеку, то это настолько яркое и сильное переживание, что его невозможно спутать ни с каким другим. У человека, действительно говорившего с Всевышним, попросту не остается никаких сомнений по этому поводу, притом (и это тоже важно!) что ни у кого из окружающих нет никаких сомнений в его психическом здоровье. Таким образом, слова «и вот это было сновидение», по мнению комментаторов, следует понимать, что Соломон проснулся с ясным ощущением, что это было больше, чем сновидение, и всё, что Господь обещал ему во сне, непременно сбудется. Поэтому-то совершенно счастливый, чувствуя себя осененным Духом Божьим, царь возвращается в Иерусалим, где спешит с благодарственной молитвой к Ковчегу Завета, снова совершает жертвоприношения и устраивает пир. «И пришел Соломон с высоты, что в Гаваоне, от скинии собрания, в Иерусалим, и царствовал над Израилем» (2 Пар. 1:13), – говорит Вторая книга Паралипоменон, и комментаторы поясняют: то есть именно с этого момента Соломон действительно стал подлинным царем Израиля.

Стоит также вспомнить, что, согласно теории сновидений Фрейда, наши сны являются не чем иным, как осуществлением наших желаний [42]42
  См.: Фрейд З.Толкование сновидений. Минск, 1998. С. 130.


[Закрыть]
. С этой точки зрения Соломон получает во сне то, что он так страстно желал: Божественное Откровение и мудрость.

Таким образом, вопреки сарказму Таксиля, привиделся ли Соломону разговор с Богом или был на самом деле, не так уж и важно. Сам этот сон подчеркивает, что на первом месте для Соломона были жажда знаний и желание стать подлинно справедливым правителем своего народа. Что отнюдь не отменяет и его стремления к таким благам, как богатство, слава и долголетие – и Соломон во сне получает два первых и обещание третьего при условии твердого следования заповедям Творца.

***

Фольклор, как обычно, расцвечивает рассказ о тех дарах, которыми Всевышний наделил во сне Соломона, необычайно яркими красками. В еврейских и арабских сказках Бог даровал Соломону не только неземную мудрость, но и власть над всеми обитателями созданного Им мира – рыбами, птицами, животными, а также всевозможными духами, демонами и ангелами, или, говоря в понятиях арабской мифологии, джиннами.

Очнувшись от своего сна, рассказывается в еврейских сказках, Соломон увидел на своем пальце кольцо с печатью, на которой было выбито сокровенное 72-буквенное имя Бога («Шем хамефораш»), что внушало ужас и покорность самым могущественным демонам [43]43
  По другой легенде, любимое кольцо Соломона было подарено ему неким забредшим в Иерусалим ювелиром, и на его реверсе были выгравированы слова «Все пройдет», а на аверсе – «И это тоже пройдет».


[Закрыть]
.

Открыв окно, Соломон увидел сидящих на ветке двух птиц, которые не просто щебетали, а разговаривали друг с другом – так он понял, что теперь ему дано понимать язык зверей и птиц.

– Слышала ли ты, – говорила одна птица другой, – что сегодня ночью на Небесах провозгласили, что царь Соломон будет отныне править и нами, птицами небесными? Ой, погляди, он смотрит на нас, а я еще не знаю, как себя с ним вести! Может, наше пение ему неприятно?! Давай-ка поскорее улетим отсюда!

– Что за глупости?! – отвечала ей вторая птица. – Как может человек, который никогда не сможет подняться над нами, нами править?! Лишь Орел, что летает выше всех птиц на свете, имеет право быть нашем царем!

И тогда велел Соломон собраться перед ним всем окрестным птицам. Когда же слетелись к его окну тысячи и тысячи птиц, сказал Соломон:

– Это верно, Господь наделил меня властью над вами, но не желаю я, чтобы вы меня боялись и чурались, а хочу, чтобы вы продолжали петь для меня, ибо пение ваше мне приятно.

Затем позвал Соломон к себе в покои ту птицу, которая отрицала его власть, и велел ей лететь к царю птиц Орлу и вручить ему записку с приказанием явиться к нему, царю Соломону, на поклон.

Прошло пять дней, и вдруг небо в Иерусалиме словно закрылось тучами, а затем на площадь перед дворцом опустился гигантский белый Орел, повелитель птиц, и почтительно склонил голову перед Соломоном.

Соломон сел на Орла и велел ему нести себя в царство демонов, в пустыню Тадмор (в других источниках – Тармуд). И хотя было до этой пустыни шесть дней пути, царь птиц доставил туда Соломона за час.

Направился Соломон к окружающим Тадмор Горам Тьмы, к жилищам демонов, и когда те увидели на его руке кольцо со священным именем Всевышнего, то признали его своим повелителем. И Соломон беседовал с демонами, и открыли они ему многие тайны, сокрытые от обычных людей.

После разговора с демонами Соломон велел Орлу отнести себя за Горы Тьмы, к бездонной пропасти, где были прикованы к скале мятежные ангелы Уза и Узаэль [44]44
  Падшие ангелы, спустившиеся на землю и соблазнившиеся «дочерьми человеческими». – См.: Бадхен М.Еврейская чертовщина. Иерусалим; М., 2007 (5767). С. 24–25.


[Закрыть]
. И с ними тоже говорил Соломон, предварительно показав им свой перстень, и открыли они ему такие тайны мироздания, которые сокрыты даже от демонов, а ведомы лишь ангелам, приближенным к Творцу. Когда же закончил Соломон беседовать с ангелами, Орел в течение часа домчал его до дома. Именно от этих ангелов, согласно мистической книге «Зоар», и получал Соломон свою мудрость.

С тех пор, продолжает легенда, один раз в месяц прилетал царь птиц к Соломону, тот садился ему на спину и вместе они летели в самые разные концы планеты и всюду, где только было можно, учились мудрости. И все птицы видели, что Соломон, сидя на спине Орла, возносится даже выше его, и признавали над собой его власть.

***

Другая сказка повествует, что был у Соломона и ковер-самолет, причем такой большой, что при желании на нем можно было поместить целую армию. Любил Соломон путешествовать на этом ковре вместе с четырьмя своими друзьями и подданными – человеком по имени Асаф, сыном Брахии, демоном Рамиратом, царем птиц Орлом и царем зверей Львом.

Садились они вчетвером на ковер-самолет, на него же усаживалась стража царя, и Соломон велел ветру нести ковер туда, куда ему хотелось. Как-то раз приземлился ковер возле какой-то речки, и вдруг услышал Соломон в траве чей-то голос: «Ну-ка спешите укрыться в доме, пока эти люди вас не растоптали!»

Спустился Соломон с ковра и приказал тому муравью, который призвал своих собратьев скорее спрятаться, предстать перед ним. И оказалось, что это сама царица муравьев.

– Почему ты велела муравьям бежать от меня? – спросил Соломон.

– Я боялась, что твои солдаты раздавят моих подданных и помешают нашей молитве Всевышнему. А кто, как не царь должен заботиться о жизни каждого своего подданного?! – ответила царица.

– Тогда я хочу тебя кое-что спросить… – сказал Соломон.

– Уж очень ты высок. Возьми меня на ладонь и подними вверх – так мне будет легче с тобой разговаривать! – предложила царица муравьев.

Взял Соломон ее на ладонь и спросил:

– Скажи, есть ли в мире кто-либо более великий, чем я?

– Конечно! – ответила муравьиха.

– И кто же это?

– Я! Если бы я не была более великой, чем ты, Бог не послал бы тебя сюда, чтобы ты взял меня на руку и вознес на высоту, в сотни раз превышающую мой рост!

Рассердился Соломон и сбросил царицу муравьев на землю.

– Я всегда знала, что нет больше греха, чем гордыня! – с иронией заметила муравьиха. – И хотя ты великий царь, тебе стоило бы помнить, что из праха ты создан и в прах возвратишься.

И понял Соломон, что права царица муравьев, и дал себе зарок обуздать гордыню.

***

После этого, продолжает легенда, сел Соломон вместе со всей своей свитой на ковер-самолет и полетели они дальше. Летели они десять дней и ночей и вдруг увидели вдали огромный прекрасный замок. Стал Соломон спрашивать у своих спутников, знает ли кто-нибудь из них, кому принадлежит этот замок, но никто из них не мог дать ему ответа.

Когда приблизились они к замку, то стало ясно, что он поистине прекрасен, и, может быть, во всем мире нет более красивого строения. Сошли Соломон и Асаф, сын Брахии, на землю, чтобы осмотреть чудесный дворец поближе. Вблизи здание поразило их еще больше своей чудесной резьбой по камню, мозаикой, украшавшей стены, и другими красотами.

Захотелось Соломону войти внутрь дворца, но тут они с Асафом обнаружили, что в него нет входа. Сколько ни ходили царь и его вельможа вокруг замка, а дверей так найти и не смогли.

Но так хотелось царю знать, что же находится внутри дворца, что призвал он к себе владыку демонов Реемию и спросил, может ли тот проникнуть в замок.

По указанию Реемии взмыли демоны вверх, через какое-то время вернулись и сказали:

– Нет во дворце никого, кроме орла, который свил себе жилье на его шпиле.

Велел Соломон царю птиц Орлу призвать к нему этого своего собрата для беседы.

Слетел орел со шпиля и склонил голову перед Соломоном.

– Скажи, сколько тебе лет? – спросил Соломон.

– Вот уже семь столетий, как живу я на этом свете, – ответил орел.

– Тогда, может быть, ты знаешь, где вход в этот дворец и кто построил его?

– Нет, Ваше величество, это мне не известно. Но, может, это знает мой брат, который старше меня на 200 лет.

Но и второй орел ничего не знал о строителях дворца и о входе в него, а посоветовал обратиться к своему брату, который был старше его на 400 лет.

И предстал перед Соломоном гигантский орел, такой старый, что не было у него уже сил летать так же высоко, как прежде.

– Может, хоть ты знаешь, что находится внутри этого дворца, где в него вход и кто и для чего его построил? – спросил Соломон.

– Нет, царь, – ответил этот орел, – о том, что внутри этого дворца, мне неведомо. Слышал я от отца, что вход в него находится с запада, но сам отец его тоже никогда не видел. Может, если ты повелишь ветру развеять песок у подножия дворца, ты увидишь, где вход.

Послушался Соломон совета старого орла, приказал ветру развеять песок у его стен, и вот открылась на западной стороне замка высокая железная дверь, на которой была выбита надпись:

«Знайте, сыны человеческие, что много лет мы жили в этом замке в счастье и довольстве, но вот пришел страшный голод, и ели мы наш жемчуг вместо пшеницы, и не устояли мы, и ушли, и оставили дом этот орлам поднебесным».

А внизу была еще одна надпись:

«Да не войдет в эти двери никто, кроме царя или пророка».

Сгорая от любопытства, подошел царь к двери, взял из висящей на косяке стеклянной шкатулки золотой ключ и отпер ее. За этой дверью была другая, а за ней еще одна, и все они были из чистого золота.

И вошел Соломон в огромные залы дворца, стены которого были украшены драгоценными камнями и чудесной мозаикой, и долго бродил он по дворцу, пока не вошел в залу, где стоял огромный трон, сделанный из чистого золота и серебра. А в другой зале увидел Соломон сделанную из золота скульптуру человека, и поразился он искусству ее скульптора.

Однако как только дотронулся царь до этой скульптуры, вдруг откуда ни возьмись раздался страшный шум, и стали во дворец слетаться откуда-то демоны и иные создания, о существовании которых не подозревал до тех пор даже многомудрый Соломон.

Стали они окружать Соломона, но он поднял руку и прокричал:

– Разве вы не знаете, кто перед вами?! Я – царь Соломон, которому Бог дал власть над всеми Его творениями, и если я захочу, то покараю вас страшными казнями!

Тут же демоны в страхе улетели, и все смолкло.

Подошел Соломон к статуе и снял с ее груди табличку с какими-то письменами, но не смог их сразу прочесть, ибо давно уже никто на Земле не пользовался этим языком. Но наконец Соломон все же разгадал смысл надписи: «Здесь, в этом дворце жил царь, который правил тысячами царей и победил многих богатырей, но дни его кончились».

И понял Соломон, что и его может постигнуть судьба этого царя – как бы ни был он велик сейчас во славе своей, настанет день – он уйдет из мира, память о многих его деяниях сотрется, и люди будут спорить, жил ли он вообще когда-нибудь на свете… [45]45
  По мнению известного израильского писателя, исследователя и мистика А. Рыбалки, эта легенда является еще одним подтверждением гипотезы, по которой нынешнему человечеству предшествовала на Земле другая, могущественная и погибшая по непонятным причинам цивилизация, представители которой были внешне похожи на современных людей, но обладали огромным ростом. Возведенные ими циклопические строения разбросаны по всей планете; немало их и на Ближнем Востоке. Эта протоцивилизация, по версии Рыбалки, воздвигла стены «Города Давида» и устроила святилище на Храмовой горе. Таким образом, считает писатель, Соломон построил Храм на циклопическом, возведенном за тысячелетия до него фундаменте. Академическая наука, разумеется, считает подобные гипотезы спекулятивными и не заслуживающими внимания.


[Закрыть]

***

Ряд сказок и преданий о Соломоне призваны подчеркнуть, что он обладал не только книжной, но и обычной житейской мудростью, имеющей не меньшую ценность, чем теоретические знания.

Такова знаменитая сказка о трех братьях, решивших отправиться служить ко двору Соломона, чтобы научиться у него мудрости.

Прожили они при царском дворе 13 лет, но Соломон ничему их не учил, и сами они ничему не научились. Пожалели братья о потерянном зря времени и пришли к царю с просьбой разрешить им вернуться домой.

– Хочу я вас наградить за верную службу, но награду вы вольны выбрать сами, – сказал Соломон. – Хотите – возьмите по сто золотых монет, а хотите – выслушайте три мудрых совета из моих уст.

Братья посоветовались друг с другом, решили взять деньги и с набитыми кошелями отправились домой. Но как только отъехали они от Иерусалима, сказал младший из братьев:

– Как же так?! Мы же ехали научиться у Соломона мудрости, а в итоге от нее отказались! Давайте вернемся и послушаем, какие советы хотел он нам дать.

– Если тебе так хочется вернуть царю деньги, возвращайся, а мы поедем дальше! – ответили старшие братья.

Вернулся младший брат в Иерусалим, предстал перед царем, отдал ему сто золотых монет и сказал, что хочет услышать из его уст три мудрых совета.

– Что ж, – сказал царь, – вот тебе первый совет: если ты захочешь переночевать в пути, всегда готовься к ночевке засветло, а в путь отправляйся на рассвете. Второй совет: если ты подъедешь к реке, вышедшей из берегов, как бы ты ни торопился, дождись времени, когда спадет вода, и только тогда пересекай реку. И третий совет: не рассказывай об этих двух советах и о том, что они тебе принесут, никому. Даже жене.

Поблагодарил юноша, вышел от него и в течение двух часов нагнал братьев.

– Ну, – спросили те, – чему ты научился у нашего премудрого царя?

– Чему научился, тому научился! – ответил он и поехал дальше.

Тем временем солнце стало клониться к закату.

– Стойте, братья! – сказал младший брат. – Давайте остановимся здесь и переночуем. Смотрите – здесь можно разбить шатер, разжечь костер и здесь есть вода для наших коней!

– Вот еще! – ответили братья. – Кони совсем не устали, могут скакать еще несколько часов, и за это время мы проделаем большую дорогу. Зачем же терять время и отсрочивать час возвращения домой?!

Сказали – и поскакали дальше.

А младший брат остановился. Собрал хворост, разжег костер, соорудил палатку, отпустил коня пастись, а сам поел и заснул крепким сном.

Тем временем два его старших брата оказались ночью посреди пустой дороги, в кромешной темноте. Не смогли они найти хвороста для костра и легли спать прямо на земле, возле своих лошадей, жалея, что не послушались совета младшего.

Ночь выдалась морозная, пошел снег, и наутро братья уже не проснулись.

В то же утро проснулся младший брат, тронулся в путь и через пару часов нашел тела своих замерзших братьев. Погоревал он, снял с них кошельки с золотыми монетами и похоронил честь по чести.

К полудню прибыл младший брат к полноводной реке. Хотел было уже переходить ее – да вспомнил второй совет царя Соломона и остановился. Вскоре прибыл к реке какой-то царский вельможа и с ним – его слуги, несущие ящик с золотом.

– Почему ты не переходишь реку? – спросил вельможа.

– Да вот жду, когда вода спадет! – ответил юноша. – Да и вам до этого переходить не советую.

Но не послушались вельможа и его слуги этого совета, вошли в реку с золотом и конями, а на середине реки попали в водоворот и утонули.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю