355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Пенни Джордан » Невеста для шейха » Текст книги (страница 3)
Невеста для шейха
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 21:32

Текст книги "Невеста для шейха"


Автор книги: Пенни Джордан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Сдвинув брови, Дракс смотрел на безупречно одетых женщин, передающих своим слугам глянцевые пакеты с марками дорогих магазинов. Он купил все, что считал необходимым не просто для молодой женщины, приступающей к работе в доме Правителей Дхурана, но в перспективе и для невесты одного из них. Угадать ее размеры было не сложно – он имел достаточный опыт и верный глаз, – но все же, на всякий случай, выбранные им модели обуви он заказал в двух размерах. И теперь у нее был гардероб, дополненный ювелирными украшениями и часами от Картье, способный удовлетворить даже разборчивый вкус его брата.

– Где мисс Мюррей? – спросил Дракс, входя в салон лайнера.

– Она спрашивала, достаточно ли у нее времени, чтобы принять душ.

Дракс взглянул на часы. Должно быть, она уже вышла из ванной. И он направился в гостевую зону. Вообще-то он не собирался пока делиться с Сади своими планами, но нужно же было как-то объяснить ей неожиданное обновление гардероба, да и убедить ее, что она может и должна пользоваться всеми этими элегантными обновками.

Сади, завернутая в широкое банное полотенце, присев на корточки, еще раз тщательно просматривала содержимое своего полупустого чемодана в поисках чистого белья и, к своему удивлению, никак не могла его там найти. Не услышав короткого стука в дверь, Сади заметила Дракса только в тот момент, когда он уже вошел в комнату. От неожиданности она резко вскочила и, наступив на конец полотенца, тут же соскользнувшего с ее плеч, замерла, стоя совершенно обнаженной.

Какую-то долю секунды ни один из них не шелохнулся. Сади не отваживалась даже вздохнуть, не то что нагнуться за полотенцем. Но ее нежная грудь слегка приподнялась и соски, еще влажные после душа, чуть мерцающие в полумраке, едва заметно напряглись и уплотнились. Это, однако, не ускользнуло от внимательного взгляда Дракса и вызвало ответное напряжение в его собственном теле.

Не отводя от нее глаз, он медленно закрыл дверь. Тихий щелчок как бы отрезал их от остального мира, оставляя наедине друг с другом. Сердце у нее забилось чаще, из груди вырвался невольный возглас, и был он скорее не знаком протеста, а стоном признания. Ее глаза расширились, когда Дракс сделал шаг по направлению к ней. Ей казалось, что сознание ее раздвоилось и каждая его часть живет совершенно самостоятельной жизнью. Одна, хорошо знакомая Сади, отчаянно молила поднять полотенце и прикрыть наготу, другая же, буквально изумлявшая ее, не хотела и слышать об этом. Она жаждала с полным сознанием своей женской привлекательности принимать поклонение мужчины, исследующего ее тело взглядом критика и знатока.

Сади никогда не думала о своем теле как о чем-то достойном особого внимания и представляющем эстетическую ценность. Но пробуждавшаяся в ней новая женщина испытывала чувство гордости, что привлекла внимание такого мужчины. Что же ты стоишь, как простая рабыня на невольничьем рынке перед мужчиной, собирающимся купить тебя для потехи, пыталась урезонить Сади свою мятежную половину. Но та только издевалась над ее смущением и трусостью и шептала, что и рабыня может управлять своим хозяином, если у нее хватит для этого смелости. Она может доставить ему такое наслаждение, что сама поработит его. Он будет боготворить ее, сжигаемый своим желанием, и прославит чувственность, которую она воплощает. Эта женщина знала, как искушать и мучить мужчину, пока единственным, о чем он сможет думать, будет желание владеть ею и пока они не окажутся скованными невидимыми цепями так же крепко, как в свое время рабыня была прикована к столбу на рыночной площади. И Сади чувствовала, как она поддается уговорам этой незнакомки внутри нее. Ее живот вздрогнул и втянулся, дыхание участилось и стало глубже, кончики розовых сосков затвердели от нахлынувшего возбуждения.

Дракс пришел сюда поговорить с ней о своих покупках, но оказалось, что украшать ее не было необходимости, так хороша она была. И сердце сильными неровными ударами отозвалось на его мысли. Единственное, что могло бы скрыть это совершенство от его глаз, его руки, жадно исследующие каждый дюйм ее нежного тела, или его губы, приносящие ей в дар его поклонение и трепещущие от жажды. Наверно, она пахнет фруктами, растущими в ее стране; зрелыми летними ягодами с острым вкусом, какой у них бывает перед тем, как их опустят в медовый крем, что тает на языке, оставляя после себя ощущение бархатной мягкости и теплый запах. Ее кожа бледна, как песок в пустыне под лунным светом, ее соски – цвета золотисто-розовых лучей восходящего солнца, падающих на вершины гор над равниной. Узкая щель между ее ногами как таинственная долина, спрятанная глубоко в горах от мужских глаз.

Если бы она принадлежала ему, она бы всегда ходила без одежды. Он построил бы ей дом с внутренним зеленым садом. Он посадил бы там розы без шипов и пахучие травы так густо, чтобы, когда она отдавалась ему, запах лепестков, смятых разгоряченными телами, окутывал их своим ароматом. Она была бы его отрадой и наслаждением.

Но этого никогда не будет. Он выбрал ее для своего брата. Быстрым движением он подхватил полотенце и протянул ей. Короткое «прикройтесь» привело Сади в себя, и ее бросило в жар от стыда и унижения. Она схватила полотенце обеими руками и уткнулась в него пылающим лицом.

– Вы могли бы постучаться, – вырвалось у нее.

– Я стучал. Когда вы не ответили, я ошибочно предположил, – его глаза сузились, – что можно войти. А может быть, все случилось так, как предполагали вы?

Когда Сади осмыслила сказанное, кровь ударила ей в голову и лицо стало пурпурным.

– Вы считаете, что я хотела, чтобы вы вошли… Нет, я не хотела, – промолвила она, поникнув. – А сейчас, прошу вас, выйдите, пока я оденусь.

Сади не была уверена в том, что имеет право приказывать ему в его собственном самолете, хотя была оскорблена его предположениями.

– Вам надо поторопиться. Я пришел предупредить, что самолет готовится к взлету, а во время взлета все должны находиться в креслах, пристегнутые ремнями безопасности. У нас больше нет времени. Там, в ванной, висит халат – наденьте его.

Похоже, он не собирается выходить из комнаты, подумала Сади. Она замешкалась, но, встретив взгляд его холодных насмешливых глаз, туго затянула полотенце и быстро пошла в ванную комнату. Дракс посмотрел на постель. Если бы он отдался своим чувствам, сейчас бы она лежала там с томно закрытыми глазами и он слышал бы напряженные удары ее сердца и целовал бы и ласкал ее, пока бы она не взмолилась, чтобы он овладел ею. Но он всегда помнит, что это пряное удовольствие не для него.

Когда Сади вышла из ванной, плотно закутанная в халат, Дракс стоял возле открытой двери. Лицо его было хмурым и напряженным. Не собирается ли он сказать, что переменил свое решение и, еще не взяв ее на работу, уже отказывает ей от места? Она смутилась, признавшись себе, что очень не хотела бы услышать это.

ГЛАВА ПЯТАЯ

– Шампанского? – спросил Дракс коротко.

Пить шампанское, откинувшись в дорогом кожаном кресле, в компании с красивым и очень богатым мужчиной – мечта легкомысленных любительниц любовных романов, а она серьезная деловая женщина.

– Нет, спасибо, – так же коротко ответила Сади.

Она уже заметила блестящие фирменные пакеты, заполнившие, казалось, половину салона, и глаза ее потемнели от эмоций, в которых она не хотела себе признаваться. Для кого предназначались все эти пакеты? Конечно, это подарки для женщины, и какова ее роль в жизни Дракса? Конечно, у него есть женщина. И не одна, судя по количеству пакетов. Если дарить каждой за ночь с ним по пакету, то, пожалуй, их наберется целая рота. Интересно, как они живут? Все вместе, в неге и роскоши, в традиционном серале? Всецело служить чувственному услаждению одного мужчины? Сделать это целью и смыслом жизни? Проводить час за часом, готовя для него свое тело? Охватившая ее дрожь сопровождалась почти физической болью и была так внезапна и предательски откровенна, что заставила ее судорожно перевести дыхание.

– Вы боитесь летать? – спросил Дракс, повернувшись к ней.

Пожалуй, только на это и можно было сослаться, уныло подумала Сади, но отрицательно покачала головой и вздохнула. При чем тут боязнь?! Жгучая ревность – вот что захватило ее. Ревность? К обитательницам этого гарема? Должно быть, она совершенно сошла с ума.

– Пристегните ремни, мы уже почти на взлете, – услышала она.

И через минуту почувствовала, как лайнер покатил, стремительно набирая скорость, по взлетной полосе и, легко оторвавшись от земли, начал подниматься в небо, оставляя внизу ранние вечерние сумерки.

– Сейчас вы уже можете отстегнуть ремни. Али вскоре принесет нам обед, но прежде я хотел бы с вами кое-что обсудить.

Вот оно. Он собирается ей сказать, что изменил свое решение.

– Я так понимаю, – начал он, – что Моника удержала не только ваше жалованье, но и кое-что из ваших личных вещей. Поэтому я решил, что было бы желательно включить в наш договор и замену вашего гардероба. Вы понимаете, что поскольку вам придется иметь дело непосредственно со мной и моим братом на подготовительном этапе важных работ, о которых мы с вами уже говорили, то ваш облик должен соответствовать вашему статусу в этом проекте. Конечно, люди у нас ценятся за ум и знания, но тем не менее и внешний вид должен вызывать уважение. Нищему бродяге никогда не откажут в милостыне, но и не предложат занять место рядом с Правителем государства. Я знаю, что в вашей стране не принято, чтобы работодатель одевал своих сотрудников, но у нас другие правила. Поэтому, я надеюсь, вы поймете, почему мне было необходимо приобрести для вас эту одежду, имеющую, по моему мнению, весьма существенное значение в вашей будущей работе.

Конечно, она не уловит никакого скрытого смысла в его словах, подумал Дракс, поскольку не имеет ни малейшего представления о его планах.

– Вы хотите сказать, что это будет специальная одежда для работы? – неуверенно спросила Сади.

– Да. Но вы можете носить ее в любое время, и я хотел бы, чтобы вы поняли – вы должны производить благоприятное впечатление всегда, даже в свободные от работы часы.

Сади знала, что в этой части мира люди придают внешности большое значение и порой весьма специфичны в своих требованиях. К тому же она почувствовала облегчение оттого, что он все-таки берет ее на работу.

– Полагаю, стоимость одежды вычтут из моего жалованья?

– Нет, я не собираюсь этого делать. Пока мы будем обедать, Али все уложит, но прежде я бы попросил выбрать один костюм и соответствующие ему аксессуары, чтобы, когда мы приземлимся, я сразу же мог представить вас моему брату. Думаю, что кремовый костюм для этого вполне подойдет.

Небрежный кивок в сторону покупок заставил Сади взглянуть сначала на них, потом на него, а затем, запинаясь, спросить:

– Вы не?.. Я имею в виду, все эти?.. Не может же быть, чтобы это все было для меня?!

– Сейчас нельзя сказать точно, на какого рода официальных встречах вам придется присутствовать. Но хотелось бы, чтобы вы в каждом случае были одеты соответствующим образом, – ответил Дракс, пожав плечами.

Она просто не могла этому поверить и смотрела широко раскрытыми глазами на яркие глянцевые пакеты все то время, пока Али сервировал стол.

– Я купил также пару чемоданов, – сказал Дракс. – Я подумал, что вас может смутить, если вы прибудете в Дхуран с бесформенной кучей разноцветных пакетов. Мой брат чрезвычайно придирчивый человек, который прежде всего ценит практичность и аккуратность.

– Я это запомню, – послушно ответила Сади, в то время как ее голова шла кругом.

Сколько себя помнила, она всегда была стеснена в средствах и никогда не могла позволить себе даже тюбик фирменной губной помады, не говоря уж о костюме. Если бы какой-нибудь другой мужчина сделал ей такой подарок, она тут же начала бы кое-что подозревать. Сейчас таких мыслей у нее не было, и не только потому, что Дракс дал понять, что интимные отношения с ней не входят в его планы. Сади знала от Моники, что для состоятельных людей здесь ничего не стоит потратить огромную сумму денег способом, совершенно непривычным для западного человека. Она, например, слышала, что директор может одарить своих сотрудников солидными золотыми часами просто потому, что ему захотелось это сделать.

В ожидании трапа Сади провела рукой по нежному шелку юбки. Костюм сидел на ней идеально. И вся остальная одежда была таких цветов, которые замечательно подходили к ее русым волосам и матово-белой коже: чисто белый прохладный лен, великолепный шелк цвета светлого янтаря и темного шоколада и, слава богу, никакого поросячьего розового или ядовито-зеленого, которые она терпеть не могла. Этот костюм с мерцающей золотой ниткой, отделанный старинной вышивкой, был очень просто скроен, но с таким мастерством, что, удлиняя вертикальные линии силуэта, казалось, прибавлял ей несколько дюймов. Сади была рада, что у нее хватило времени сделать легкий макияж, все необходимое для которого она обнаружила в своем собственном чемодане, упакованном с заботливой аккуратностью. Ее багаж уже можно было оценить как немаленькую удачу, призналась себе Сади. Чего лукавить, подобных дорогих и элегантных вещей у нее никогда не было. Она смотрела на свои туфли из мягкой кожи на высоких каблуках и думала с некоторым опасением о брате Дракса. Останется ли он доволен ее внешним видом и – главное – будет ли она принята на работу? Она нерешительно взглянула на Дракса, стоящего рядом с пилотом в нескольких метрах от нее.

Ее преображение, хотя и было им замечено, осталось без комментариев, и ей не хотелось себе признаться, как ее это разочаровало.

– Готовы?

– Да. Я надела кремовый костюм по вашему совету. Надеюсь, ваш брат…

– Отлично выглядит.

Волосы у нее были подняты вверх, и несколько выбившихся прядей мягкими завитками обрамляли лицо. Шелк струился вдоль ее фигуры, чувственно подчеркивая плавные изгибы тела и своей мягкостью и теплотой вызывая желание дотронуться до него – и до нее. Дракс почувствовал это, как только она вошла в салон, глядя на него смущенно и вопрошающе. Или это был призыв? К чему? Для чего? Чтобы он сказал ей, что она безумно привлекательная женщина? Этого он, к сожалению, не может сделать. Но как же он хотел сказать ей об этом и дать ей почувствовать, как она желанна для него!

Нет! Он ее выбрал для Вере. Хотя этот костюм, вероятно, не лучший вариант для их первой встречи. Мягкая чувственность ткани подчеркивала ее собственную чувственность. Пожалуй, нужно было бы подобрать что-нибудь более строгое, подумал Дракс, ожидая, пока Али откроет для Них задние дверцы роскошного черного «бентли».

– Когда вы сказали, что купили чемоданы для одежды, я совсем не предполагала, что это будет…

Они ехали по широкой автостраде, ведущей во дворец. Вдоль дороги росли пальмы, украшенные маленькими яркими лампочками, а высокие уличные фонари выхватывали из темноты цветочные клумбы. Дорога была заполнена машинами, но маленький королевский флажок, укрепленный на капоте, позволял им двигаться в общем потоке, не снижая скорости. Дракс почти не разговаривал с ней, с тех пор как они приземлились, и она еще не оправилась от изумления, увидев, как полдюжины светло-бежевых чемоданов загружают в машину, и догадавшись, что в них была ее одежда.

– Я уже объяснил вам все, что касается моего решения поменять ваш гардероб. Вопрос закрыт.

Дракс даже не взглянул на нее, и для Сади было ясно, что к беседе он сейчас не расположен. Однако же кое-что ей необходимо было выяснить.

Мы еще не обсудили, где мне можно будет остановиться. Если это будут правительственные квартиры, то какова плата…

– Вы остановитесь во дворце, и ни о какой плате речи быть не может.

– Во дворце? Вы имеете в виду, с вами? – В тот же момент Сади поняла, как глупо это прозвучало, но было уже поздно.

Дракс повернулся и внимательно посмотрел на нее. Свет уличных фонарей, мелькавших в окнах машины, подчеркивал чеканную надменность его лица. Сади почувствовала острое желание прикоснуться к нему. Теплота его кожи перельется в ее пальцы, мягкость чувственного рта…

– Я имею в виду, в женской части дворцового комплекса.

– Что? Я буду жить в гареме? – опешила Сади.

Ей показалось, что его глаза вспыхнули темным пламенем.

– Запомните. Мужчины моей фамилии уже во многих поколениях следуют традициям моногамного брака и верности своей единственной жене. Сожалею, что отнимаю пищу у вашего разгоряченного воображения, но гарема во дворце нет. Тем не менее, у нас свободное общество и нашим людям никто не мешает придерживаться той веры, которую они для себя избрали. И уважая их религиозные традиции, мы, по обычаю, выделяем для наших гостей женскую часть в дворцовом комплексе.

– Но я же не гость. Я собираюсь здесь работать.

– Вы работали в Зуране, и вы знаете, что Правитель руководит администрацией, находясь во дворце, который также является частной резиденцией его семьи. То же самое и здесь, в Дхуране. Дворец – наш дом и в то же время центр, откуда ведется управление всей страной. Члены нашей семьи, как и некоторые старшие чиновники и их семьи, живут и работают во дворце. Так что нет ничего особенного в том, что вы будете проживать внутри комплекса. Скорее покажется странным обратное. У нас считается, что мужчина предоставляет женщине отдельную квартиру по вполне определенным причинам. Хотя это может быть и деловым сотрудничеством, я все же не думаю, чтобы вам понравились подобные ассоциации.

Сади покраснела от смущения из-за своей наивности и неосведомленности в местных традициях. Пока они разговаривали, автомобиль начал притормаживать и остановился возле литых чугунных ворот с изображением пары павлинов с расправленными веером хвостами, инкрустированными разноцветными камнями. Ворота медленно и плавно открылись, и охрана приветствовала их приезд.

Большой внутренний двор заканчивался широкими мраморными ступенями, ведущими вверх к высоким деревянным дверям. Когда машина остановилась возле ступеней, двери открылись и несколько дворцовых служащих, одетых в одинаковые ливреи, четким шагом выступили вперед.

Господи, как будто я попала в далекое прошлое, подумала Сади. Стоя рядом с Драксом, слушая, как он по очереди приветствует каждого, и видя их ответные улыбки, она почувствовала неподдельное уважение и симпатию, которые связывали Правителя Дхурана и тех, кто служит ему.

– Мой брат… – услышала Сади голос Дракса.

– Его Высочество приносит свои извинения. Сейчас он у себя и просит вас зайти к нему, как только вы сможете.

Дракс нахмурился. Досадно, что Вере не вышел их встречать. Было бы серьезным нарушением дворцового этикета сразу пройти к нему вместе с Сади. А ему очень хотелось посмотреть, как изумится Вере, увидев ее.

– Пожалуйста, проводите мисс Мюррей на женскую половину и проследите, как она там устроится, пока я переговорю с моим братом, – попросил Дракс одного из служащих и обернулся к Сади.

Она держалась спокойно и естественно. Ее манеры, то, как она наклоняла голову и улыбалась, были одновременно и теплы, и исполнены достоинства. Вот это бы Вере оценил, подумал Дракс и, приблизившись к ней, слегка дотронулся до ее руки. Сади поразилась остроте своего ощущения. Тепло его руки тут же вывело ее из состояния усталой заторможенности.

– Я должен покинуть вас, чтобы увидеться с братом. Назим проводит вас на женскую половину дворца, где вас устроят со всеми удобствами, и, пожалуйста, не стесняйтесь – спрашивайте все, что вам понадобится.

Он повернулся и быстро пошел по широкой мраморной лестнице, ведущей к балкону с резными ставнями, за которыми без труда мог бы укрыться и невидимый наблюдатель. Взглянув наверх, Сади внезапно почувствовала себя чужой и одинокой в этом окружающем ее великолепии.

– Пожалуйте сюда, леди, – низко поклонившись, Назим проводил ее к дверям, ведущим к выходу из холла.

Это было глупо, но у нее вновь, как и тогда, в самолете, возникло желание, чтобы Дракс никуда не уходил. Она хотела броситься за ним и умолять не оставлять ее одну. Глупо и нелепо, сказала она себе и попыталась уверить себя, что ничего подобного даже и не думала.

– Дракс. Я скучал по тебе.

– Меня не было всего лишь неделю, – обнимая Вере, улыбнулся Дракс.

– Во дворце все стихает, когда тебя нет, мой брат. Сожалею, что не смог тебя встретить, но я готовлюсь к отъезду в Лондон. Мне предложили ускорить основную встречу, и я не стал возражать.

– Мне жаль, что ты не познакомился со своей невестой.

– Я видел ее внизу, в холле.

– Я так и думал, – покачал головой Дракс. – Она идеально подходит для нашей цели, Вере. Образованна, достаточно умна и в то же время весьма наивна. Нужно лишь немного постараться, чтобы она в тебя влюбилась и…

– Она не блондинка, и росту нее недостаточно высок. Ты же знаешь, что я предпочитаю светловолосых элегантных женщин с прозрачной кожей.

– Тебе же нужно на ней жениться, Вере, а не тащить ее в свою постель.

– Ну, если я буду добиваться ее любви, неизбежно наступит момент, когда я буду просто обязан вступить с ней в более близкие отношения.

Дракс чувствовал, что Вере за ним пристально наблюдает, и все же был поражен, когда тот вдруг спросил:

– Возможно, тебе самому стоит на ней жениться?

– Что? Я же привез ее для тебя. Я же поклялся, что сначала найду жену для тебя, – взвился Дракс, сам удивившись своей неожиданной горячности. – Мы продолжим этот разговор после твоего возвращения из Лондона. У тебя есть еще что-нибудь ко мне?

– Да. Ты как-то упомянул о сэре Эдварде Ривзе и его оппозиции нашим планам. И говорил, что лучше всего было бы встретиться с ним лично.

– Да. И в Лондоне я уже имел беседу с его людьми. Он – из дипломатов старой школы и опасается, что финансовый обмен здесь, в Дхуране, будет осуществляться, так сказать, недостаточно корректно.

– Понятно. Попробую убедить его в обратном. А сейчас мне пора.

– Я провожу тебя до машины.

– Чтобы восторженно описывать достоинства мисс Мюррей?

– Нет, когда ты вернешься, сам сможешь их оценить, и мои комментарии будут излишними.

Назим передал Сади на попечение маленькой кругленькой женщины, одетой в женский вариант ливреи. Мягко ступая по толстым коврам с пушистым ворсом, она провела Сади в роскошный салон с изящной светлой мебелью. Через несколько минут в дверь постучали, и застенчивая молодая девушка, вежливо представившись: «Хакиим», на неуверенном английском спросила, не принести ли ей кофе. Сади отказалась, зная, что даже самая маленькая чашечка местного кофе лишит ее сна до полуночи, но вскоре она почувствовала жажду и пожалела, что не попросила воды.

Как долго ей придется здесь сидеть? До тех пор, пока ее не пригласят предстать перед Драк-сом и его братом, так сказать, для инспекции? Резкий щелчок открывающейся двери заставил Сади вздрогнуть, и вошедшая маленькая женщина торжественно сообщила:

– Его Высочество желает поговорить с вами. Назим проводит вас, а когда вы вернетесь, горничная покажет ваши комнаты.

Они прошли через холл, а затем извилистыми коридорами наконец попали в помещение, служившее, по всей видимости, чем-то вроде офиса. Дракс сидел за большим столом, хмуро глядя на экран компьютера.

– К сожалению, моему брату пришлось уехать, так и не увидевшись с вами, – сказал он, жестом предлагая ей устроиться в кресле напротив. – Он вернется из Лондона через несколько дней. А в течение этого времени…

Сади устала, и у нее очень болела голова. За последние 24 часа она потеряла работу, ей отказались выплатить жалованье и она была буквально выброшена на улицу. Она находилась в таком подавленном состоянии, что согласилась на работу в другой стране. Потом ей сказали, что она должна облачиться в фирменную одежду, дабы снискать расположение человека, который, похоже, исчез и собирается появиться не слишком скоро. Может, его вообще не существует? Все, подумала она. Хватит, с нее довольно. Резким движением откинув голову, она перебила Дракса:

– Вот в это время я и собираюсь вернуться в Лондон. Вы фактически похитили меня, а затем заставили согласиться приехать сюда с вами. Вы сказали, что у вас есть для меня работа и нет никаких нечестных намерений. Потом вдруг выяснилось, что необходимо получить еще и одобрение вашего брата. А сейчас оказалось, что вашего брата здесь нет. И вы знаете, что я думаю? – с вызовом спросила она. – Что этот ваш брат и эта работа не более чем плод вашей фантазии.

Пока она с жаром бросала злые слова в настороженную тишину комнаты, выражение лица Дракса стремительно менялось. Наконец, резко оттолкнувшись от кресла, он выпрямился во весь рост и теперь стоял, всем видом показывая властность и деспотичность своей натуры.

– Если вы пытаетесь сказать, что я вам лгал…

– Я не пытаюсь сказать это. Я это говорю, – с вызовом бросила она и вдруг почувствовала, как задрожали ее колени, когда он, сдерживая ярость, резко выдохнул сквозь стиснутые зубы. Она взяла себя в руки, но голос ее зазвенел от напряжения: – Здесь нет никакой работы, не так ли? Так же как и нет никакого брата. И вы привезли меня сюда…

– Для какой цели? – прервал ее Дракс, про себя заметив, что, пожалуй, хорошо, что здесь нет брата, сдержанного, предельно корректного и хорошо осознающего ответственность своего положения.

Эмоциональный всплеск Сади только укрепил бы его в убеждении, что не такая женщина ему нужна.

Когда она вместо ответа только плотно сжала губы, Дракс тихо и медленно заговорил, четко выделяя каждое слово:

– Мне казалось, я уже объяснял, что меня абсолютно не интересуют ваши прелести. Хотя известно, что есть определенный тип чрезмерно возбудимых западных женщин, которым кажется, что ни один мужчина не может перед ними устоять. Это видно по их глазам – голодным и глупым. И как нетрудно догадаться, эти женщины приезжают сюда с мечтами о пылком любовнике в халате. Есть, конечно же, юнцы, поощряющие их фантазии, а потом смеющиеся им вслед. А не кажется ли вам, что, без конца повторяя свои обвинения насчет моих, каких-то особых планов относительно вас, вы проявляете собственную сексуальную озабоченность?

Сади задохнулась от возмущения.

– Это неправда! Я приехала сюда только потому, что вы фактически не оставили мне другого выхода.

– Я предложил вам работу, и вы это предложение приняли.

– Потому, что вы шантажировали меня. Вы отказались вернуть мой паспорт, и он до сих пор у вас.

– Да. И как мы и договорились, он будет оставаться у меня до тех пор, пока не закончится испытательный срок. И позвольте вас предупредить – уже второй раз вы пытаетесь оскорбить меня. Ни один мужчина не оставил бы такое безнаказанным. Просто вспомните о моих словах, когда соберетесь сделать это в следующий раз. Мой брат, как я уже сказал, был вызван по срочному делу. Но, тем не менее о вас мы говорили, и он признал, что вы вполне подходите для наших целей.

В конце концов, это была правда. Если уж Вере и отказался от нее сам, то он же и предложил ее Драксу. Было бы легко поддаться искушению согласиться с ним и попытаться приручить эту дикую кошку, уложив ее в свою постель, где бы она урчала от удовольствия, вместо того чтобы шипеть от страха и ярости. Он вполне готов наказать ее за эту строптивость – до такой степени он был зол и возбужден. Под ее внешней мягкой податливостью он обнаружил горячую и дерзкую натуру и, как любой настоящий мужчина, захотел познакомиться с ней поближе и покорить ее.

Дракс поспешно отогнал предательские мысли. Он мог бы найти себе подходящую временную жену достаточно легко, но Вере совсем не такой, как он. Вере, если он однажды что-то для себя решил, не мог ни изменить своего решения, ни пойти на компромисс. А у Дракса стиль жизни и подход к проблемам не столь прямолинеен в сравнении со стремлением Вере всегда следовать установленным правилам. Может, потому, что Вере родился первым, он считал своей обязанностью брать на себя основную часть их общей большой ответственности. Драксу порой казалось, что он родился не на десять минут позже Вере, а на десять лет. Дракс лучше ориентировался в реальностях современного мира и чувствовал себя, так сказать, защитником своего в некотором роде менее приспособленного брата. И это было как бы частью их духовной близости – он брал на себя заботу о брате как нечто само собой разумеющееся. И его решение, что Сади подходит в качестве временной жены для Вере, было проявлением той же самой заботы.

Дракс взглянул на Сади и увидел, как она пытается подавить зевок.

– Сегодня был длинный день, и сейчас уже поздно. Назим проводит вас обратно, а завтра у нас будет достаточно времени, чтобы обсудить планы нашего предприятия более подробно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю