332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Павел Кузнецов » Кошак (СИ) » Текст книги (страница 17)
Кошак (СИ)
  • Текст добавлен: 7 июня 2021, 19:34

Текст книги "Кошак (СИ)"


Автор книги: Павел Кузнецов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 46 страниц)

– Арья, а ведь его невозможно не полюбить! – продолжала моя бешеная брюнетка. – Ты знаешь, когда я решилась на ребёнка? Вот никогда не догадаешься! Мне до Кошака такое даже в голову бы не пришло. Мне! Такой оторве! Это произошло, когда мы с Тиной мозги ему вправляли, после гибели Тёмной Матери. На её яхте, которую она ему оставила. Его тогда сильно взяли в оборот кошки. Старшие стай, кто был на Дани Памяти. Все рвались с ним поиграть, а тут такой роскошный повод! Помощь боевому брату в деле психологической адаптации! Вот и устроили кошки вахтовый метод. Почти ни на секунду от него не отходили. Спарринги, игрища, секс… Тина тоже от остальных не отставала. Она вообще на когтях двинутая… И как только он её выдерживает?.. Вот и забыл котик о моём существовании… Забыл, забыл, не оправдывайся!.. Мозги ему кошки забили знатно, вообще счёт времени потерял, а я сама не лезла. Так, иногда, наравне со всеми. Сущую малость, одним словом, – фырканья возвестили, насколько кошки доверяют этой «малости». – А потом он про меня вспомнил. Пришёл извиняться. Говорит, мол, так и так. Понимаю, что виноват, хоть эти кошки драные меня и пользовали, у меня своя голова на плечах есть. Я киваю. Холодно так, недоверчиво. А внутри любопытство так и свербит: что же он такого придумает? Как будет заглаживать «вину»? А он и говорит: поэтому приглашаю тебя, кошка, потрахаться… на обшивке яхты. Без спецсредств. Только ты, я, мои поля и открытый космос.

– Да ладно! – Лайна, в отличие от Арьи, не смогла удержать удивления. – Вот прямо так и сказал? А ты?

– А что я? Прифигела знатно. Мне такого предложения ещё никогда не делали. Оно было… ещё более безбашенным, чем я. Конечно, его извинения были приняты! Только кислородных картриджей взяла побольше… Мало ли… А он тросы прихватил, чтобы привязаться. В невесомости удобства так себе… Расположились мы, значит, со всем возможным комфортом. Двигаться там не получалось, пришлось мне за имплант браться. Игрались, игрались, а тут – раз! – яхта начала в прыжок уходить! Сполохи энергий, яркая вспышка, и вот уже мы висим в открытом космосе. Где-то.

– Ты же знаешь технику безопасности, Ми, – даже в голосе Арьи теперь сквозило недоверие. – Если в прыжок уйдёт… Всё, на атомы распылит.

– Ну, Леона сильно тогда приголубило. Меч почти в ноль ушёл. Но сам он – ничего. Хватило и сигнал полями подать, и даже… продолжать игру. Вот тогда и решила: если выживем, значит, судьба. Я просто обязана принести в мир новую жизнь. Так и зачали. Заодно я ему показала, как нужно зачинать жизнь с республиканкой. Не неделя конечно… но я старалась. Он эти несколько часов на всю жизнь запомнил. Аж охрип, когда от возбуждения рычал. Ну а потом нас подобрали контрабандисты… А там и яхта подоспела… Так что скоро в этом мире появится уготованная судьбой жизнь. И всё это – благодаря языку нашего Кошака. Длинный он у него – жуть!

Следующие несколько минут кошки зубоскалили и в который уже раз обсуждали тот случай. Милена ведь далеко не в первый раз о нём рассказывает! Но всем всё равно нравилось. Это было необычно. Это было чисто по-валькирьи безбашенно. Сильно было. Вот они и развлекались. Ещё и перед Лайной с Арьей играли… Ведь для тех всё это было в диковинку… Наконец Арья вновь взяла слово.

– Сёстры, я рада стать частью вашей семьи. У вас очень необычная стая. Очень сильная! По сути, готовая резервная стая для Высшей. Опытная Старшая с отличным потенциалом. Вижу, она под действием обаяния Леона неплохо продвинулась в личностном развитии. Три снежки… Гремучая смесь, я вам скажу! Я тоже вполне тяну в скором времени на Высшую, а сейчас просто опытная Старшая. Звёздная. Сами знаете, что это такое. Викера… Я сама с ней не пересекалась, но наслышана. Гениальная рукопашница. Инструктор вне классов и рангов. Рита – тактик от космоса. Мисель – даже по меркам валькирий совершенно без царя в голове, хотя и знает красные линии. Дрессированная кошка. Эйди – милаха, душа стаи. Тиш – в скором времени звёздная. Да-да, сестра, я знаю этот типаж. Быть тебе звёздной. У тебя такой склад… Его невозможно не заметить. Ну и Леон… Тут я, честно говоря, немного теряюсь. Вот вы говорите про командование… Доверять ему или нет… Но давайте посмотрим правде в глаза. Его готовят не как мечницу. Это очевидно. Он за эти полгода в рукопашке продвинулся просто нереально. Нереально для валькирии! Для девочки! А когти?! Ведь явно акцент на них делается! Какую мечницу по когтям натаскивают?! Я о таком и не слышала даже! А тактика и стратегия? Его собственный опыт жизни во внешних колониях? Его уникальная операция в Литании? По сути, вся стая живёт… как бы это сказать… в его тени?.. Согретая теплом его личных кондиций и компетенций?.. Под куполом его мощи, как мечника и разведчика?.. Помяните моё слово, девочки: он будет командовать, и не только нами. Всё это – лишь вопрос времени. Тут главное, чтобы нам это было по душе. Чтобы это было правильно. А это правильно, я же вижу.

Я с живейшим интересом слушал соображения Старшей. Девочка подтвердила мои предположения, хотя смотрела на всё происходящее со стороны. Она ещё не успела втянуться в нашу повседневность, так что её мнение было особенно ценно. И то, что оно совпало с моим собственным… Ну, не зря значит учили. Все эти потоки, в принципе, легко забиваются помехами – тут что один, что семь, всё едино. А кошки старались! В смысле, забивать их помехами. Чтобы только о них думал. Каждой по потоку – почти коммунизм получается… Арья в этом плане молодец. Нужно будет потом, наедине, выразить ей свою благодарность.

– Как-то больно радикально, сестра, – Лайна была настолько поражена услышанным, что аж прижалась ко мне плечиком, а её когтистая ладошка заскользила по моей спине – не иначе, пыталась таким способом проверить справедливость слов рыжей.

– Да ладно, Лай! – хмыкнула Сайна. – Это для тебя радикально. Когда он там, на пиратской базе, всё вокруг наших позиций энергией заливал – нормально ведь было? А ведь Арья этого не видела, не ощущала того буйства! Я до сих пор помню то ощущение удивления и… теплоты внизу живота – как метко выразилась наша Старшая. Я никогда и никого так не облизывала, как Кошака. И ни разу об этом не пожалела! Впрочем, любовника лучше тоже не встречала… Ещё и прикрыть может. Бросят с ним на новую задачу – даже думать не буду. Вот ведь!.. Только вспомнила то ощущение… Котик, милый, бросай этих рыжих. Давай ко мне. Уж я-то тебя не обижу! Ты же меня знаешь.

Я знал. И что странно, Милена легко отпустила, да и остальные не лезли. Думаю, такая лояльность к рыжей была неспроста. Ведь именно она, в тяжелейшем поединке, победила меня на когтях, тем самым обеспечив победу своей группе. Нас тогда, подранных в лоскуты, вывозили из здания опорного пункта медицинскими дройдами. Заслужила кошка право на некоторые вольности, чем бессовестно воспользовалась.

Сайна лежала на спине, полупривстав на локотках. Когда только успела? Вроде бы все, по появлении в расположении, усаживались на колени. Теперь же снежка представала живым воплощением соблазна. Её стройные ножки, до того вытянутые к центру комнаты, при моём приближении встали на боевой взвод, то есть приглашающее разошлись в стороны и подобрались в коленях. Этот жест просто не имел двоякого толкования: кошка бесстыдно приглашала. Как я мог удержаться от соблазна рядом с такой прелестью? И не удержался. Навалился сверху, уперев руки в пол, в районе таких манящих бёдер. Заглянул в призывные глаза, и чуть было не утонул в них. Невероятное ощущение парения охватило меня – парения над бездонным, засасывающим в опасные глубины зелёным омутом глаз! Ни с чем не сравнимое ощущение! В особенности, дополненное тонким касанием импланта…

– Я не сильно тебя обидел? – поинтересовался в самое ушко, когда мы утолили первую страсть и лежали, плотно сцепившись. Она даже не посчитала нужным оказаться сверху: так и лежала, стиснутая в моих руках, в ответ оплетая меня стройными ножками.

– Обидел?.. – фыркнула Сай.

– Сильно подрал твою шкурку, милая… Мне самому было больно ощущать твою кровь…

– Нет. Я же победила! И если бы не было такого тяжёлого боя, кайф от победы не был бы таким острым. Я спасибо тебе должна сказать за бескомпромиссный кровавый поединок! Куда интересней и чувственней было, чем на винтовках!

Вот в этом вся она – валькирия. Заботишься о ней, заботишься, а она сама на когти лезет! Как Лайна при нашей первой встрече на имплантах… И стоило только подумать о моей новой сестрёнке, а она уже тут как тут. Навалилась сзади, и я вмиг оказался в плотной коробочке из женских тел. Распирающая душу нежность тут же сменилась тугим возбуждением – в такой позе ей редко остаётся место. Страсть всегда выдавливает, выстужает трепетную пичугу нежности. Да и чему удивляться? Девочка сзади редко думает о глубоких чувствах, она озабочена тем, чтобы разбередить, заставить полностью выложиться, а не сохранить и приумножить. Она ведь не ощущает меня своим естеством! Торопится, спешит куда-то… Хотя понятно куда: занять место той, что спереди, когда та отвалится, напитавшись удовольствием. Отсюда и спешка ей это удовольствие дать – через меня.

– Пустите меня в свой милый домик? – рыкнула валькирия. – Ты ведь ещё никогда не играл с двумя рыженькими кошечками… дома?

– Нет… – выдавил я в ответ, ощущая, как во второе моё ушко впиваются острые зубки, в то время как со стороны первого активизируется Сайна, возобновляя прерванную не так давно дорожку поцелуев.

– Тогда приподнимись на локти, а лучше…

– Нет, Лай, если ты его поставишь в упор лёжа – у него совсем крышу снесёт. Условный рефлекс, если угодно…

– И кому он им обязан?..

– Викере. Они постоянно друг друга когтями массируют.

– Хочешь сказать, она позволяет ему себя массировать? Когтями? По точкам?

– А чего в этом такого? Если она даже на командование его готова поставить?

– Действительно, ничего…

Понимая, что с двумя мне ловить нечего, я выпустил Сайну из плотного кокона собственных объятий и привстал на локтях. Разговор с рыжей не помешал Лайне сноровисто пропустить когти по моей груди. Я с глубоким стоном выдохнул. Валькирия довольно заурчала. Теперь уже обе кошки с остервенением рвали зубками мои уши, то и дело срываясь на горячие поцелуи. Их язычки так и сновали по ставшей вдруг особенно чувствительной коже… Имплант! Эта бестия всё же коснулась его! А двойное касание… это полный улёт. Не нужно даже впиваться и играть с ним, достаточно просто прикоснуться, и всё, клиент готов. Чувствительность скачет на порядок, сознание как бы расширяется, впитывая ласки всеми фибрами души. Невозможно думать ни о чём, кроме девочек рядом. Хочется ласкать их, ощущать аромат их кожи, напряжение стянутых страстью мышц, горячее дыхание и мурчащий голосок… Но редко это возможно в полной мере. Не для того оно нужно – двойное касание, чтобы ограничиваться простым, человеческим счастьем.

Так и есть. Сайна включается в игру. Её когти накрывают мои бёдра, вытягиваются почти до колен, и вот уже они взрываются пульсацией облегчённой версии точечного массажа. Но мне хватает и облегчённой – чтобы выгнуться дугой в руках двух опытных фурий. Раз, другой… С ошеломлением я понимаю, что голова запрокинута назад, а поцелуи теперь впиваются в открытую шею. Ладонь Лайны в волосах, впивается, тянет – запрокидывая, заставляя мышцы шеи напрягаться. Для игры с сосками ей хватает одной руки с пятёркой острых когтей. Я уже отлично прочувствовал, сколь виртуозно ими владеет чертовка… Ещё там, на татами… Теперь мне открывается другая грань её тёмного искусства… Новый стон разрядки накрывает – выгибая, скручивая всё тело.

– Да!.. – рычит Сай подо мной. – Как хорошо! Обожаю эту пульсацию! Продолжай, сестрёнка! Вдвоём мы его выжмем по-настоящему!

Вскоре кошки поменялись местами, но я этого почти не ощущаю. Всё тело дрожит от последней разрядки. Мне до одурения хорошо. Хочется лишь одного: чтобы это никогда не кончалось. Чтобы две рыжие ощущались постоянно, эдаким призванным дарить наслаждение единым существом. Они удивительно тонко чувствуют друг друга, а через меня помогают и друг другу испытывать всю полноту чувств. Сейчас я не партнёр, я – лишь инструмент, орудие наслаждения. Снежки демонстрируют это мне, но в ещё большей степени – друг другу. Они радуются воссоединению семьи. Похоже, я далеко не первый мужчина, которого пропускают через эту чувственную мясорубку. Кошки великолепно сработанны, они всё знают и всё понимают. Они дополняют друг друга.

– Заканчивайте игру. Иначе наши посиделки закончатся сексуальным угаром раньше положенного времени, – сквозь марево удовольствия прорезался чей-то голос. Он шёл как будто бы через вату, его интонации и звуковые комбинации плыли, ломались, эхом исчезали вдали.

Меня всё же отпустили из клейкой паутины рыжих как солнце волос. Приподнявшись, я встряхнулся и попытался взять себя в руки. Кошки не мешали, только фыркали, довольные друг другом и произведённым на меня эффектом их совместной работы. Только спустя бесконечный десяток секунд мне удалось сбросить оцепенение – как раз вовремя, чтобы заметить отползающую прочь Лайну. В каком-то замедленном кино я наблюдал, как девочка перебирается на четвереньках на своё место. Как мягко, по-кошачьи, ступает коленями и ладонями, в которых воображение дорисовывает аккуратные подушечки со спрятанными внутрь когтями. Обтягивающая форма не мешает рассматривать красивые перекаты тугих ягодичных мышц, натягивающиеся пружины продольных бедренных мышц, работу объёмных канатов мышц спины, удивительно гармонично переходящих в плечевой пояс… Ну уж нет! Так просто я эту кошку не отпущу!

Действовать начал ещё до того, как закончил обдумывать последнюю мысль. Валькирия как раз начала усаживаться на полу. Она ещё только переносила тяжесть покатых бёдер на ковёр, когда моя рука схватила её за ступню. От резкого, опрокидывающего рывка девочка вскрикнула. Разговоры в расположении тут же стихли, сёстры упивались новым раундом нестандартной игры.

Я же тем временем сноровисто подтягивал к себе обескураженную, но отнюдь не податливую кошку. Лайна сопротивлялась. Без единого звука, молча, сосредоточенно. Каждое движение наших извивающихся тел было осмысленно, подчинялось чёткому ритму: я пытался придать телу чертовки нужное мне положение, она всячески этому противилась. На ковре разворачивалось подлинное состязание по борьбе, требующее напряжения всех наших сил и навыков. Однако сила в тесноте переплетённых тел определяла: приёмы проходили плохо, работали, в основном, мышцы. Подобно змее, заглатывающей добычу, я всем телом затягивал под себя обречённую жертву, которая, в свою очередь, пыталась извернуться и выпутаться из оплетающих её мышц.

Кошка так и не смогла провести ни одного приёма, но до последнего пыталась помешать провести какой-нибудь приём мне. Девочка поздно поняла, что сам я не собираюсь с ней бороться, а планирую её попросту пленить. Что моя цель – банально подмять, а не опрокинуть на лопатки или задавить удушающим приёмом. Огромным подспорьем для меня стало преимущество в массе и силе. Будь на месте снежки метиллия – не факт, что всё вышло бы так, как было задумано. Но результат превзошёл самые смелые ожидания: валькирия оказалась зажата подо мной без возможности сдвинуться даже на сантиметр. Поняв это, она затихла. Выжидала. Усыпляла бдительность. Надеялась, что допущу ошибку.

Что могу сказать? Сзади кошка ощущалась ничуть не хуже, чем спереди. Приятные округлости, напрягшиеся упругие мышцы – никакой худосочности в ней не было и в помине. Натуральная кошка – гибкая, сильная, подвижная, с идеальным спортивным рельефом тела. Одно удовольствие было держать её в захвате, ощущать телом её горячечное напряжение, чувствовать возле самого уха её размеренное дыхание. Хотя и дёргалась, но не могла сдержать возбуждения. Ведь она уже меня попробовала! Совсем недавно держала, беспомощного, в своих коготках! Ощущала всепожирающий кафй, ради которого стоило жить и преодолевать самые тяжёлые испытания…

– Кошка. Я рад, что твои когти созданы не только для убийства. Мне понравилось. Спасибо.

– Ты только за этим меня подмял? Чтобы сказать «спасибо»? – фыркнула рыжая. Только теперь она позволила себе расслабиться. Правда, позволять себе того же я не мог. Эта бестия вполне способна в считанные доли секунды вернуться на боевой взвод.

Я постарался пошебуршить языком и губами в районе ушка девочки. Отбросил прочь непослушные пряди, и уже начал игру, когда та вновь заговорила:

– Мне так неудобно. Придумай другую позу для игры.

– Не ври, кошка. Тебе удобно и даже приятно. Да, необычно, но оттого особенно остро.

– Ты прав. «Неудобно» – не то слово. Непривычно… Да, именно так.

– Так в чём дело? Привыкай! Мы теперь всегда будем вместе, и поверь, тебе предстоит ещё многое почувствовать.

– Например? – в словах кошки появился игривый оттенок. Всё, она моя!

– Нужен пример? Хорошо! Ты мне показала свои когти в их небоевой ипостаси. Я могу показать тебе свои. Викере нравится… Даже Тиш в восторге. Уверен, ты тоже оценишь. Такая понятливая, всё схватывающая на лету девочка просто не сможет не оценить. Я умею давать, рыжая. У меня не обязательно брать, чтобы я дал.

– И для этого ты меня… так зажал?

– Да. Так наглядней.

– Я уже заинтригована. Так ты меня отпустишь?

– А надо?..

От былой подозрительности и напряжения не осталось и следа, в ответ кошка фыркнула, признавая, что я её уделал. Действительно, выползать из своего уютного гнёздышка в канатах моих мышц она не собиралась. И тогда я пошёл в атаку:

– Хочешь, я тебя сзади?.. Только понадобится твоя помощь.

– Я должна помогать тебе… меня же трахать? Не слишком ли, кот?! – однако интонации голоса говорили обратное. Она почти смеялась. По телу чертовки пробегала дрожь предвкушения. Ей хотелось попробовать. Прямо сейчас.

Остальные валькирии уже давно смирились, что веселья не будет. Веселья, каким его понимали эти безбашенные кошки – кровь там, сопли, или бурлящие через край чувства. Даже когда проник в Лайну сзади, это не вызвало особой реакции. Они как обсуждали всё время нашего рандеву пополнение в семье, так и продолжали обсуждать. Словно рядом не предавались пороку их брат и сестра. Хотя чего там… Для кошек подобное не было чем-то из ряда вон и до меня, когда же в стае появился кот… Иногда мне казалось, что игра вообще никогда не прекращалась. Каждую свободную минуту какая-то из кошек соблазняла меня, набрасывалась в порыве страсти или подвергалась соблазнению уже с моей стороны. Да-да, иногда я сам срывался, брал кого-то из них по собственной воле. И всё это происходило совершенно буднично, казалось столь же естественным, как… дышать.

– …Ещё мне понравилось, что не устраиваете Леону конвейер, – вещала между тем Арья. – Ведь с другими котами как? Никакого душевного общения, только секс – всю ночь, без перерыва, всей толпой. Сама хотела вам предложить отказаться от этой порочной практики, но вижу, и без меня догадались.

– Это был компромисс, сестра, – подтвердила Рита. – Мы ещё не знали, как с ним себя вести. Тина как раз настращала, а он взял, и с Мирой схлестнулся… Повторения никому не хотелось. Иначе как бы мы в глаза старшей сестре смотрели?.. Но мы-то ладно, как ты сама-то до этого дошла? Над тобой же не довлел наказ Высшей!

– Ну… он же не такой замкнутый, как другие, – пожала плечами Старшая. – С ним интересно. Он стремится к личностному развитию – сам, без всякого понукания! Отличный боец. Герой Республики. Даже прозвище уже заслужил… целых два прозвища. Почему нет? Мне, например, просто трахаться не интересно… Нет, интересно конечно, но с ним можно сделать игру разнообразней. Обсудить что-то, так сказать, в процессе. У него ведь голова отлично работает. Язык без костей, опять же… Он очень красивые комплименты делает. Я даже заметила… это не хуже ласк языком работает.

К этому времени мы с Лайной окончательно пришли к полному взаимопониманию, она по итогу даже имплант задействовать не стала – чтобы могли не только развлекаться, но и участвовать в разговоре. Сообразительная, однако! Поэтому слова Милены не прошли мимо. Более того, разговор сестёр выдался чрезвычайно интересным, богатым на откровения. Под впечатлением от недавнего рандеву с рыжей мне вдруг пришла в голову занятная мысль. Вроде просто шутка, но мало ли…

– Арья, – привлёк я внимание звёздной. – Ты знаешь, я плотно пообщался с котом в медицинском центре… Много от вас про них слышал до и после. А не может эта их замкнутость быть связана как раз с тем, что им прохода не дают? Вы их, конечно, развиваете… на свой лад. Но совсем лишаете инициативы. Почти не общаетесь с ними. Не доверяете в полной мере. Вот если бы вы стали вести себя с другими котами, как со мной – не дало ли это импульс к их личностному развитию?

– Я ещё с твоей инициативой не разобралась, что делать, а ты тут про других уже рассуждаешь… – хмыкнула из-под меня рыжая и сорвала самый настоящий аншлаг.

Кошки принялись зубоскалить. Вспоминать, в каком деле давали котам инициативу. Как те орали, когда их «благодарили» за эту самую инициативу. Одним словом, как обычно свели всё ниже пояса. Только Арья не участвовала в этом балагане. Она сначала изрядно загрузилась, а потом посмотрела прямо на меня. И было в этом взгляде что угодно, только не веселье. Казалось, он рентгеном пронзил меня насквозь, силясь вытащить что-то прямо из мозга.

– Тихо, кошки! – рыкнула она наконец. – Вы что, серьёзно не понимаете?! Леон ведь сейчас такую вещь сказал… Мы так с девчонками молодыми работаем. А с котами – нет. Мы их просто трахаем. Как игрушек. Да, они упёртые. Забавные. С ними интересней, чем с обычными республиканцами. Но ведь мы реально не проводим с ними никакой психологической работы! Надо с Тиной будет об этом поговорить…

На Арью в ответ странно посмотрели почти все сёстры. Она сразу примолкла. Взгляды и настрой валькирий не укрылись и от меня. Смех смехом, однако за их развязностью и показным небрежением крылась растерянность. Всё-то они поняли, эти кошки драные! Просто пытались отложить неудобный вопрос, чтобы его немного обмозговать. Понять, как теперь с этим жить. Ведь я не сказал ничего нового, каждая из них за эти без малого полгода подспудно и сама дошла до чего-то подобного. Я лишь озвучил сокровенное, перевёл вопрос из подспудного в осознанное. И теперь каждой республиканке придётся обдумать его в явной форме. Вынести суждение. А они этого ой как боятся, эти терминаторы в юбках!

Глава 8. Великая сила любви

Искусственное силовое небо Сферы то и дело расцвечивали цветные отблески. Они были самых разных, порой совершенно фантастических, расцветок. Красное, голубое, жёлтое, цвета радужной плёнки – цвета сплетались, змеились, переходили один в другой. Впрочем, причина остаточной иллюминации была отнюдь не в праздничном салюте или специальном освещении. Её порождали схлестнувшиеся в ожесточённом бою силовые конструкции, каждое соприкосновение которых разлеталось по звёздному куполу росчерками змеящихся искр. Только здесь, в замкнутой полевой системе, искры обретали столь насыщенные, глубокие цвета, затмевая собой искусственные звёзды ритуального небосклона. Опытный наблюдатель сразу отметил бы и необычную странность в поведении полей, не характерную для боя на фламберах – с его резкими изменениями напряжённости целых областей и бьющими с неба росчерками плазмы в местах пробоя. Сыплющие с обеих сторон удары имели сегодня совсем иную природу, что отнюдь не снижало градуса противостояния.

Сегодня против меня вышли Рикки и Мина. Метиллия и снежка. Рикки была той самой мечницей, что в своё время вовремя признала свою неправоту в нашем с Мирой противостоянии. Лирана её тогда простила, да и передо мной она рассчиталась сполна – прямо на месте, когда мы впервые «знакомились» с моей псионкой. Ну а Мина была одной из новеньких, прибывших в составе очередной проходящей переформирование стаи. Вообще, только Рикки и осталась от моей прошлой, такой далёкой и такой близкой жизни, остальные сменились по нескольку раз. Странно, конечно. Сколько себя помню, она исчезала только раз, на пару месяцев, а потом появилась вновь. Но я насчёт этого несоответствия особо не заморачивался, ведь метиллия стала с некоторых пор одной из преданнейших моих учениц. Да-да, именно так. Мечница воспылала желанием поднять свой уровень владения боевыми искусствами – как и многие другие орденки, время от времени появлявшиеся на горизонте. Не знаю уж, чего тут было больше – стремления к самосовершенствованию или занятной игры с милым их сердцу котиком… Так или иначе, спуску я им не давал, и девочкам волей-неволей приходилось стараться. Наши тренировки протекали почти без эротического подтекста, давая мечницам весьма специфический боевой опыт, а мне – ничуть не менее ценный опыт рукопашного боя полями сразу с несколькими противниками.

При кажущейся схожести с обычной рукопашкой, подобный бой имел свои особенности, незнание которых легко могло стоить жизни незадачливому дуэлянту. Удары здесь наносились не просто руками или ногами, но особыми энергетическими коконами, завязанными на удары рук и ног. На выходе мышечная сила увеличивалась в десятки раз, поэтому против подобных приёмов следовало использовать такие же коконы, либо мечи. Прилетит такой – даже сплошной силовой купол, возникающий в момент отражения удара, может не выдержать. Вот девочки и старались – на пару. Я в свою очередь больше блокировал. Только если противницы слишком уж подставлялись, одёргивал их скупыми ударами. Задача учителя – научить, а не задавить собственным мастерством хилую пичугу ученического таланта.

Но неверно было бы утверждать, что только мечницы учились на наших совместных тренировках. Настоящий адепт восточных единоборств не должен костенеть в своём невежестве, он должен постоянно учиться, постоянно совершенствовать собственное мастерство. Только так достигается гармония с самим собой и миром. Самый же эффективный метод обучения – спарринг. В жизни часто случается так, что мастера может побить новичок. Сломанные карьеры в боксе или в среде боёв без правил на Земле – яркий тому пример. Даже матёрый лев, который на «ты» с дикой природой, однажды может потерять хватку и оказаться изгнанным из прайда своим более молодым соперником. Конечно, у бойцов, идущих путём самосовершенствования – то есть отнюдь не ради драки самой по себе – нет столь ярких крайностей. Через бой они познают себя, свои возможности, а уже через них открывают для себя окружающий мир. Но однажды ступивший на путь единоборств должен постоянно идти по нему, иначе путь перестаёт быть таковым. Часть моего тела – поля. Через поля я познавал мир высоких энергий. Спарринг давал взрывной рост возможностей, экстремальные условия, пограничные состояния – всё то, что помогает пониманию и личностному росту. Я просто физически не мог ограничиваться нашими с валькириями тренировками, мечницы были нужны мне, как воздух.

Сёстры по клинку были для меня и своего рода отдушиной, давали возможность вырваться из круговерти полигона и сексуального угара кошачьей стаи. Не то, чтобы орденки были такими уж праведницами… дай им волю, отдерут похлестче кошек… дело было в другом. Тяга к знаниям у них превалировала над устремлениями другого рода – в отличие от валькирий, которых мне почти нечему было научить. Разве что время от времени проскальзывающим нестандартным для республиканской школы боя решениям… Но то эпизодически, а тут – на регулярной основе. Мечницы хорошо понимали, что котов много, а вот столь специфических знаний и умений – кот наплакал. Поэтому ценили каждый наш урок, старались выжать из него максимум. Секс тоже будет – но лишь в конце, как приятное дополнение, как вишенка на торте.

Впрочем, сегодняшний урок обещал стать особым. Учебный спарринг был в самом разгаре, когда в Сферу буквально ворвалась новая республиканка. Учитывая, что Сфера в боевом режиме никого не пропускает, происходящее сразу меня заинтриговало. Дальше – больше. Едва незваная гостья оказалась на дуэльной площадке, она немедленно накинулась на… Рикки. Да так, как при мне никогда не поступала с сестрой по клинку ни одна орденка.

Девочка подловила изготовившуюся к атаке метиллию и, используя поля и руки, молниеносно заломала её. В пару секунд грозная воительница оказалась на коленях, с зажатой в болевом захвате шеей. Интересный приём. Интересный тем, что ладонь активной руки, выполнившей захват, не остановилась на достигнутом, а продолжила атаковать. С помощью несильно выпущенных когтей она плотно впилась в волосы поверженной мечницы и запрокинула той голову сильно назад. У бедолаги аж слёзы на глаза навернулись!

Наш учебный поединок тут же зачах. Я оказался возле незваной гостьи. Вгляделся в неё. Так и есть, это оказалась одна из девочек Лираны, то есть одна из той боевой группы, что работает здесь, на планете, в Представительстве Ордена. Звали мечницу Мурана, или попросту Мура. Никогда не замечал за ней столь импульсивных поступков… Не иначе, были какие-то веские причины, заставившие её поступить именно так. Но врываться в разгар тренировки, да ещё и вмешиваться в учебный спарринг – это прежде всего плюха учителю.

– Мурана, объяснись, – коротко бросил я, выпуская когти.

– Отойди, кот! – только сейчас, услышав напряжённый голос девочки, понял, насколько она на взводе. – Это дело тебя не касается!

– Ошибаешься, мечница, – тихо, вкрадчиво, проговорил я, подходя к орденкам вплотную. Когти уже выдвинулись на всю длину – как говорили валькирии, «встали на боевой взвод». – Ты врываешься к мастеру во время занятий. Начинаешь ломать ученицу. Мне плевать на ваши отношения вне тренировки, но на тренировке будь добра соблюдать церемониал.

Когтистая ладонь сомкнулась на шее ошалевшей от моей «наглости» республиканки.

– Это дело Ордена, кот! Не смей! – рыкнула та, даже не потрудившись ослабить захват.

– Отойди, Леон. Она в своём праве, – прохрипела страдалица в её руках.

– Она в своём праве вне тренировки.

– Хочешь церемониала?! – рыкнула вконец взбешённая гостья. – Хочешь участия в суде Ордена?!

– Леон! – натурально взмолилась Рикки. – Не надо! Всё слишком серьёзно! Прошу тебя… учитель!

На моё плечо легла невесомая ладонь Мины. Она не давила, лишь просила.

– Прошу, учитель. Будет только хуже.

– Объяснитесь, – коротко бросил я, отпуская мечницу из когтевого хвата.

Та проскрежетала зубами, но совладала с собой. Что вообще происходит? Что такого должно было произойти, чтобы настолько распалить обычно невозмутимую ариалу? Ветвь которой превосходит природной сдержанностью даже метиллий? Ведь последние флегматики, да и то в большей степени приобретённые, за счёт культа боевых искусств и развитой тренировками самодисциплины, тогда как ариалы – просто безэмоциональны от природы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю