![](/files/books/160/oblozhka-knigi-oderzhimye-si-281793.jpg)
Текст книги "Одержимые (СИ)"
Автор книги: Оливия Ватсон
Жанр:
Короткие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)
========== Часть 1 ==========
Halsey – Colors
Когда я пришла с пар, я переоделась в пижаму и включила телевизор фоном, чтобы прибрать свою комнату.
Я жила одна, соседки у меня не было, потому что ко мне никого не подселяли и вроде не планировали, так как в женском общежитии хватало свободных мест, и я надеялась, что буду жить одна, поэтому сразу попросила убрать кровать, потому что мне она не нужна, а на её место поставила диван.
Пока я прибиралась, раскладывая все по своим местам, на мой телефон пришло сообщение от моей подруги, которая жила на третьем этаже и училась со мной на журналиста. Отложив тряпку на стол, взяла телефон в руки, открыла сообщение:
«Алиса, жду тебя в нашем кафе через пару часиков, есть срочный разговор, вопросы потом».
Вика, как всегда, сначала заинтригует, а потом просит ждать несколько часов. Вздохнув, я стала собираться.
Я открыла шкаф, который стоял рядом с диваном.
На другой стороне комнаты располагалась односпальная кровать, справа от неё стоял компьютерный стол, который привёз мне папа. Э
тот стол у меня с пятнадцати лет, сейчас мне восемнадцать, и я не собираюсь его менять. На верхней полке находился телевизор, далее компьютер.
Ничего особенного.
Посередине комнаты окно с большим подоконником и прозрачными шторами в пол, на него я ничего не хотела класть.
Я жила на пятом этаже, поэтому за мной никто не мог подсматривать и подглядеть.
Я включила музыку, сняв футболку и пижамные шорты, оставшись в одних красных кружевных трусиках.
У меня не было парня, но я любила красивое бельё. Был у меня парень, он вообще не обращал внимание на мои старания его удивить хоть как-то.
Вертясь перед зеркалом, я кинула взгляд на своё отражение.
Каштановые волосы, рассыпались по плечам, я собрала их в хвост, чтобы не мешали. Карие глаза, обрамленные густыми ресницами.
Тонкая талия, средний рост, широкие бедра и худые ноги. Сверху тоже было много, как и в бедрах, так и в груди. Спасибо природе за это.
Напевая какую-то дурацкую песенку, я, виляя задницей и кривляясь перед зеркалом, умудрилась упасть на пол. Чертехнувшись, поднялась на ноги, и моя входная дверь распахнулась.
Здравствуйте, блять.
***
Вот надо же облажаться перед парнем, которого ты и так ненавидишь, так ещё и твой дружок посмеивается над тобой.
Стоять в трусах и без лифчика перед двумя парнями – верх дебилизма.
– Чаю хотите? – спрашиваю я, быстро прикрываюсь, надеваю халат и прячусь за дверцей шкафа.
– От такого чая я не отказался бы, – улыбаясь во все тридцать два, произнёс Саша.
Ну пиздец.
Тот самый Саша, парень-идеал для многих девушек, но точно не для меня, я его ненавижу. Блондин с голубыми глазами, густыми ресницами. Футболист, ходящий в качалку и учащийся на преподавателя начальных классов.
Интересное сочетание, да?
Александр Малиновский невзлюбил меня, когда я в первый учебный день пролила на его любимую футболку апельсиновый сок, кстати его любимый, прошу заметить.
С тех пор он и этот сок мне как кость в горле.
Мой лучший друг, который учится со мной, знает его. Но он постоянно проводит время с ним, когда я с Викой, редко нам удаётся пересечься, но мы общаемся вконтакте.
Алексей Волков, шатен с зелёными глазами среднего телосложения. Что у Саши, что у Леши большие губы. У Саши нос горбинкой, у Леши прямой. И у обоих острые скулы.
Я быстро оделась, пока парни делали чай. Нет, я не грубая и не люблю ругаться матом, но иногда по-другому и не скажешь.
– Кстати, а вы почему без стука? – задала вопрос я, выглядывая из шкафа.
Парни переглянулись друг с другом и посмотрели на меня.
– Ну, вообще, мы хотели постучать, но я настоял на том, чтобы войти так, но тут такая картина, – ехидно заметил Александр, отпивая глоток чая из кружки.
Я хотела кинуть в него подушку, но сдержала себя. Я натянула на себя чёрный свитер и простые синие джинсы, ничего не стала делать с волосами.
Сейчас октябрь, так что в свитере мне будет тепло. Я села на диван рядом с Лешей.
– Зачем ты его с собой привёл? – хмуря брови, спросила я у друга.
– Мы сейчас уйдём, просто ты говорила, что хотела со мной поговорить, – проговорил Волков, кинув взгляд на меня.
– С тобой, а не с ним.
– Красотка, не будь так строга, у нас нет друг от друга секретов, – перебил меня Малиновский.
Я все-таки кинула в него подушку.
– Пошёл ты, никакая я тебе не красотка, – сквозь зубы произнесла я.
Алексей издал смешок.
– Что смешного?! – хором спросили я с Сашей.
– Вы такие забавные, – посмеиваясь, сказал он.
Ну это уже для него перебор. Я взяла подушку и начала обоих лупить. Те встали с криками: «Спасите, помогите».
– Пошли оба отсюда, – говорила я, затем била их подушкой, – И чтоб больше не заходили ко мне без стука.
И парни убежали за дверь. Так-то, будут знать.
Я бросила подушку на диван, положила телефон в сумку, надела серое пальто до колен, обмоталась шарфом, надела полусапожки такого же цвета, взяла сумку и вышла из комнаты, закрыв её на ключ.
Что же там такого важного стряслось у Виктории, что она не могла сказать по телефону? Странная девушка, да.
***
Я прибежала в кафе, сняла пальто и прошла за столик, Вика уже сидела там. Мы любили именно это место, потому что здесь всегда уютно, тепло и к кофе давали бесплатное печенье.
И ещё здесь работали очень даже симпатичные официанты.
Краснова посмотрела на меня и приветливо улыбнулась, её голубые глаза светились.
Рыжие волосы растрепаны, а сама девушка выглядела так, словно надела первое попавшиеся, и мне не хотелось заострять внимание на этом.
Мне интересно было, что такого с ней случилось.
– Что случилось? – сразу спросила я, сев напротив неё.
Виктория заулыбалась и достала из своего чёрного рюкзака маленькую коробочку.
– Андрей сделал мне предложение, – сказала она и, опустив голову, поникла.
Андрей и Вика встречались с первого курса, и неудивительно, почему он сделал ей предложение. Она этого хотела больше всего на свете, а что сейчас не так?
– Почему ты грустишь? – спросила я, взяв её руки в свои. Мне не хотелось, чтобы моя лучшая подруга грустила.
– Потому что я полюбила другого, – ответила она.
Девушка покраснела, взяла коробочку и убрала её обратно в сумку. Мои глаза расширились от удивления, я не могла вымолвить и слова.
Она же всегда была против измен, а сейчас сама буквально изменяет своему парню. Если она полюбила другого, значит ли это, что она встречается с ним? Значит ли это, что свадьбы, о которой она мечтала, не будет?
И что же Вика скажет Андрею?
– Тебе нужно самой разобраться с этим, – отрезала я, не желая участвовать в драме.
И мы обе замолчали. Я не стала рассказывать ей о том, что сегодня ко мне зашли два идиота. Предпочла умолчать об этом. Через двадцать минут мы разошлись в разные стороны. Она пошла к Андрею, а я снова в общежитие. Только теперь в мужское, к Леше.
***
В корпус меня пустили сразу, потому что знают, куда и к кому я.
А мне оставалось лишь только пройти в комнату к Алексею, подняться на третий этаж, постучаться в комнату под номером «34».
Дверь открылась сразу, Леша с радостью впустил меня к себе.
– Пришла снова побить меня подушкой? – улыбаясь, ехидно спросил он.
– Нет, пришла сказать, что не нужно больше приходить ко мне с этим Сашей, – ответила я.
– Да ладно тебе, мы же не знали, что ты там…в… – Алексей замялся.
– Да, вы не знали, что я там стою голая. Спасибо, не продолжай, – я протянула руку вперёд, давая понять, что не хочу обсуждать это.
Парень засмеялся и присел рядом со мной.
– Прости, – виновато произнёс он.
– Я злюсь не на тебя, – сказала я, поглаживая его по плечу.
Улыбнувшись друг другу, мы больше не стали вспоминать эту тему. Мы смеялись и болтали, пока в его комнату не зашла Вика.
– Что ты делаешь тут? – спросила она, сощурив глаза.
И как это понимать?
========== Часть 2 ==========
Andrew Britton & Jesse O’Mahoney – White Cliffs
Я знала, что говорить, поэтому просто извинилась и ушла. Я не хочу участвовать в драмах, мне это не интересно. Зато я теперь точно знаю, с кем изменяла Вика Андрею, с Лешей.
И у меня за спиной это происходило, то есть два моих лучших друга крутили у меня перед глазами роман, пока я смотрела спектакль, который разыгрывает Краснова перед Андреем.
Напоминает уже какой-то мексиканский сериал, все так запутано, и меня это бесит.
Я свернула за гаражи, чтобы пройти по дворам, так можно было быстрей добраться до моего общежития.
Но я буду не я, если не нарвусь на неприятности.
Впереди меня сидели на лавочках два каких-то парня, которые, к слову, распивали что-то в стеклянных бутылках, видимо, пиво, и что-то бурно обсуждали, при этом хохоча и хлопая друг друга по плечу.
Сейчас почти семь вечера, на улице стемнело, а значит, здесь точно никто не появится.
Я решила по-тихому свернуть за гараж, но я наступила на что-то, и оно очень громко хрустнуло, два парня сразу замолчали и уставились на меня, переглянувшись с друг другом.
Все, моя остановочка, значит, бежать уже некуда.
И чёрт меня дёрнул идти по этому пути, чтобы ещё хоть раз.
– Серый, смотри, кто здесь, красотка какая, – сказал один в чёрной куртке, брюках такого же цвета и обуви.
У второго была красная куртка и синие джинсы с чёрными ботинками. И оба эти парни были лысыми. Все маньяки что ли такие?
– Я вижу, Володя, вижу – радостно закивал Серый.
– Иди сюда, не бойся, – сказал ласково Володя и грубо схватил меня за локоть.
Становилось уже совсем не смешно, а страшно. Это все начинает походить на мексиканский сериал, где местный мачо должен будет меня спасти. Ну что же, ждём.
– Как зовут-то? А, похуй, короче, че я любезничать буду что ли, – заржал Серый и стал растягивать моё пальто.
Я начала вырываться, кричать, за что получила хороший такой удар по лицу. Слёзы хлынули по щекам, и меня снова ударили.
Кто-то из них уложил меня на скамейку и разорвал на мне толстовку, которая была тонкой, и разорвать её не составило труда.
– Да что же ты дергаешься-то, мразь, – произнёс Володя и вновь дал мне пощечину.
И я перестала дергаться, пусть делают, что хотят, буду дергаться – будет только хуже. И внезапно все прекратилось, как будто ничего и не было.
Кто-то взял меня на руки и усадил в машину.
***
Я проснулась в какой-то комнате, не понимая, что происходит. И только когда заметила человека сидящего напротив меня, я резко подскочила.
– Что я тут делаю? – задала я вопрос Саше, который только усмехнулся.
Он дал мне кружку с чем-то и продолжил сидеть возле меня.
– А где благодарности? Я, значит, спасают тебя, а ты кричишь, ясно все, – наигранно обиделся парень.
– Да пошел ты, – нахмурила брови я, – Ты мог отвезти меня в общагу мою, а теперь мне некуда идти, а ночевать с тобой я не собираюсь.
Саша встал и подошёл к окну, он ничего не говорил или не хотел, но потом обернулся и кинул взгляд на меня.
– Тебе придётся остаться здесь, потому что тебя все равно не пустят. Здесь, как видишь, две кровати. Мне самому, знаешь, не очень-то все это нравится, – без эмоций сказал он.
Я хмыкнула, ничего не сказав. А потом резко вскочила и подошла к нему.
– Ты меня так бесишь, Малиновский, – я тыкнула его пальцем в грудь, – Я тебя просила меня спасать? Просила?
– Да что бы ты вообще делала без меня? И отойди от меня, а то у тебя толстовка разорвана, я могу оказаться тем насильником, – сказал он, ехидно улыбаясь.
– Тебя никто не просит смотреть туда, – раздражено произнесла я.
– Не будь сукой и скажи спасибо, что ты сейчас жива и цела, – строго сказал он.
– Да катись ты ко всем херам! – воскликнула я.
И мы оба замолчали, смотря в глаза друг другу.
Почему я его так ненавижу?
Почему он меня ненавидит?
Почему мы ненавидим?
Мы словно одержимы ненавистью, как Вика и Алексей одержимы быть вместе.
– Лучше бы тебя трахнули и выбросили как вещь, потому что, видимо, ты только на это годишься, интересно, сколько членов уже побывало в тебе? – усмехнулся он.
И через секунду в ушах стоял оглушительный звон, а рука горела, на его лице остались следы от моей пощечины.
Я ударила его.
Впервые я ударила кого-то.
– Не смей так говорить обо мне, ублюдок, – сквозь зубы произнесла я.
Он ничего не ответил, лишь отвернулся от меня к окну, а я села на другую кровать.
Как он меня принёс сюда и почему он там вообще оказался, остаётся вопросом, и вряд ли я получу ответы.
Я легла на кровать, обессиленная я уснула быстро.
***
Я проснулась от громкой музыки, которую Саша сразу выключил, когда увидел, что я уже не сплю. Он что, блять, решил поиздеваться надо мной? Ну и козёл же. По-другому и не скажешь.
Я не стала ничего говорить, лишь взглянула на себя в зеркало первым делом, когда встала с кровати.
Да, вид не из лучших.
Потекшая тушь, растрепанные волосы, разорванная толстовка и следы от укусов, засосов. На лице отметины от ударов.
– Мне нужна твоя толстовка, – требовательным тоном произнесла я.
– Ещё чего, – вскинул брови парень, одеваясь.
Он повернулся ко мне с голым торсом, Малиновский стоял в одних джинсах и явно не собирался одеваться дальше.
– Может, оденешься? – предложила я, на что Саша усмехнулся.
– Тебе это нравится, не так ли? Ты же не хочешь, чтобы я одевался, более чем уверен, за всей своей ненавистью ты хочешь меня, – говорил он соблазнительно, подходя ко мне все ближе, и я оказалась прижата к шкафу.
– Не льсти себе, придурок, – выплюнула я, опустив голову, невольно пройдясь по его торсу.
– Хочешь толстовку, поцелуй меня, – просто сказал он, не отступая.
Оттолкнув его, я быстро взяла с вешалки своё пальто, надев его, я убежала прочь из этого дурдома.
Никогда я не стану целовать этого придурка, ещё вчера он назвал меня завуалированно шлюхой, а сейчас требует поцелуев, он дебил, не так ли?
В сумке (которую я успела прихватить) завибрировал телефон.
Когда я достала его, на экране высветилось «Вика», и я сразу взяла трубку.
– Привет, Донцова, не хорошо так поступать с друзьями, – сердито произнесла она.
– И тебе доброе утро, – ответила я, не понимая, что происходит.
– Веселишься? Я не думала, что ты так поступишь со мной, – её тон был слишком серьёзным.
Что за хуйня тут происходит?
– Что я сделала? – задала вопрос я.
– Рассказала все Андрею, предательница. – бросила она и отключила звонок.
Что блин?
Серьёзно?
Я точно попала в мексиканскую драму, да ну нахер.
И кому это надо вообще? Я же, насколько себя помню, вчера чуть не оказалась в лапах насильников, а потом меня забрал Саша, так что я точно не могла.
Значит, меня кто-то подставил. Нет, это все настолько абсурдно, что у меня просто нет слов. Мы что в школе, что ли?
Идиотизм, я ничего не собираюсь делать, я ничего не рассказывала, значит, и оправдываться не собираюсь.
Придя домой, я успела переодеться и замазать следы вчерашнего, а после отправилась на учебу, где меня ждал ещё один сюрприз.
Я не хотела забиваться в угол после вчерашней ночи, я хотела продолжать жить. Ничего же толком не случилось, значит, можно спокойно жить дальше, не боясь чего-то.
Так я думала ровно до третьей пары.
***
К нам в группу поступил новый студент, Сергей Воронов, который отличник, но переехал сюда по семейным обстоятельствам. И да, я узнала его. Это был тот самый парень, который вчера напал на меня вместе со своим дружком.
Точно драма какая-то.
Мы перекинулись парой взглядов, и страх вновь сковывал меня. Чёрт возьми, я боюсь его. И мне не хочется признаваться в этом даже самой себе.
После занятий ко мне подошла Вика с разбирательствами, я сказала ей, пусть не ищет во мне предателя и ушла восвояси, но путь к дому мне перегородил этот Воронов, или как там его, уже не помню.
– Что ты хочешь? – устало спросила я, пытаясь сделать шаг назад, за что была прижата к стене какого-то дома.
Зажимать в углах это так по-взрослому, да.
– Держи свой грязный рот на замке или будет хуже, – проговорил он, схватив меня за нижнюю челюсть.
Мне было больно, я хотела заплакать, но я нашла в себе силы, ударила его между ног и бросилась бежать, это чудовище погнался за мной, успев схватить меня за талию и впечатав в стенку, начал меня раздевать.
– Видно, тебе было мало, – смеясь, говорил он, а я заплакала, вот теперь мне стало действительно страшно.
– Достаточно! – крикнул кто-то, и Сергей остановился.
Снова этот Малиновский спасает мне жизнь, теперь я точно должна его благодарить, хотя бы за то, что на этот раз моя одежда осталась целая. Воронов побежал в противоположную сторону, ничего не сказав.
– Это уже два, с тебя два поцелуя, – произнёс Саша, улыбаясь.
– Скажу ещё раз, пошёл ты и целовать я тебя не буду, скажу спасибо, но не больше, – проговорила я и направилась к общежитию, оставив парня со своими мыслями.
Вспомнив, как он выглядит с голым торсом, мои щеки покраснели, и мне снова захотелось увидеть его торс. О чем ты думаешь, Донцова?
========== Часть 3 ==========
Прошло пару недель после того случая, когда меня пытались изнасиловать два раза и оба раза меня спасал Малиновский. Почти ничего не изменилось с тех пор. Единственное, что изменилось, – мое отношение к Саше, я больше не могла его ненавидеть, ведь он спас меня, и это что-то да значит.
Как выяснилось, в тот раз он приезжал туда случайно, ему подарил машину отец, он решил опробовать её, но после этого случая отдал обратно папе. Это я узнала у него самого, когда мы встретились в столовой и вполне себе неплохо поговорили.
Ещё выяснилось, что Андрей увидел Вику в компании Леши и написал ей смс, она подумала, что это была я, конечно, мне же больше нечего делать, кроме как трепать секреты подруги.
Я все ещё опасалась ходить вечером или же когда стемнело. Сейчас уже почти ноябрь, на улице выпал снег и темнеет рано, поэтому я стараюсь не задерживаться и до темна появляться в своём общежитии.
Может, в скором времени мой страх уйдёт, и все будет в порядке, потому что сейчас я боюсь повтора таких случаев.
Я и Малиновский общаемся уже терпимо, если вспомнить все, что было ранее, можно с уверенностью сказать, что мы могли убить друг друга, но этого не произошло. А я так и не поблагодарила его за спасение, надо будет при удобном случае сделать это.
Ведь, если бы не он, неизвестно чем все это закончилось.
Я все ещё не понимаю, откуда у людей столько злости. Почему девушки – это кусок мяса для некоторых парней?
С тех пор тот парень и близко не подходил ко мне. Я уже и не помню, как его там звали. Сашу мне тоже редко удавалось застать в институте, так как он учился совершенно на другом отделении, мы виделись только в столовой.
Наши стычки стали прекращаться. Он шутил, а я смеялась над его шутками, для нас это становилось странностью и меня пугала эта странность.
Вика с Лешей все так же встречались, теперь уже не скрывая своих отношений.
– Привет, – поздоровался со мной Малиновский, когда я сидела за столом в нашей столовой.
Стоп, что? Поздоровался? Нет, этого не может быть.
– Привет, – неуверенно произнесла я.
– Ты чего здесь одна? – спросил он, улыбаясь.
Нет, здесь точно что-то не так.
– Вика сейчас придёт, – бросила я, ковыряясь вилкой в тарелке с макаронами.
– Сегодня намечается вписка у меня, ты придёшь? – вопросил он, глядя на меня в упор.
Я нахмурилась, об этом я ничего не слышала. Наверное, узнала первой.
– Я подумаю, – ответила я, все ещё не взглянув на него.
Наступило неловкое молчание.
Нам впервые было нечего сказать друг другу, словно слова исчезли.
Раньше мы бы перегрызли друг другу глотки только за один неправильный взгляд.
Что же случилось?
– До скорого, – вдруг произнёс он, вставая из-за стола и собираясь уходить, – Вон Вика идёт, пока.
Я ничего не ответила, обернулась и увидела Краснову, идущую за наш любимый столик. Вздохнув, я отодвинулась тарелку с макаронами. Аппетит испортился совсем.
***
– Ты шутишь? Конечно мы идём туда! – восторгалась Виктория, когда я ей рассказала про вписку у Малиновского в общаге.
Теперь для меня оставался один вопрос: как мы все туда попадем? Он что, идиот? Через окно лезть будем или как?
– А как мы туда попадем? – спросила я у Вики, когда мы подходили к кабинету, где должна начаться следующая пара.
Вика секунду помолчала.
– Мне Андрей говорил, что отец Малиновского пихает деньги в институт и общежитие больше, чем нужно, поэтому Саше разрешают устраивать тусовки раз в год и тихонько, чтобы не было дебоша и всего остального, – объяснила подруга, посмотрев на меня.
Мне все ещё слабо верилось, что это все правда. Ну невозможно устроить вписку в общежитии, это что-то из области фантастики. Такого быть не может просто.
– Не нравится мне все это, – недовольно произнесла я, открывая дверь в кабинет.
Краснова фыркнула и прошла следом за мной. Простите меня за мой скептицизм, но все это бредни, и я в это не верю.
Даже если у папаши Малиновского куча бабла, это все равно не даёт ему право устраивать такие вечеринки.
Это может негативно повлиять на других.
«Или повлиять на тебя?» – неожиданно внутренний голос дал о себе знать.
От себя самой не укрыться, я больше не знаю, чего хочу на самом деле. Раньше все было настолько просто, а сейчас уже все идёт не так.
Я и Саша больше не спорим, не ругаемся и между разговорами у нас неловкие паузы, которые делают все влюблённые.
Да быть того не может, чтобы я и Малиновский.
Решив немного пройтись, пока не прозвенел звонок, я вышла из кабинета, просматривая по сторонам. Почти все разошлись по своим кабинетам, так что было намного проще разгуливать тут.
И я не хотела привлекать к себе лишнее внимание.
История об почти изнасилованной меня даёт о себе знать, и многие все ещё косо смотрят на меня, несмотря на то, что прошло две недели, и откуда только узнали?
На диванчиках в углу я заметила Сашу, который что-то искал в своём рюкзаке.
– Что гуляешь? – спросил он, кинув взгляд на меня.
Я присела рядом с ним, улыбнулась.
– Не хочу идти туда, – ответила я.
Парень хмыкнул, ничего не сказав. Потом посмотрел на меня и вновь заговорил:
– Ты придёшь ко мне?
Я колебалась между «да» и «нет», но решилась всё-таки пойти.
– Да. Я приду, – уверенно ответила я, в ответ лишь получила кивок, – Ладно, я пойду.
Я встала с диванчика, собираясь уходить, но была остановлена. Саша взял меня за запястье. Что ему нужно от меня?
– Ты точно придешь? – спросил он, не отрывая от меня взгляд.
– Я точно приду, – уверенно ответила я, вырывая свою руку.
Малиновский кивнул и не стал меня больше задерживать. Что это вообще было с ним? С каких пор он проявляет ко мне интерес? Посмотрим, что будет на этой вписке.
***
Мы попали на эту вписку вместе с Викой. И да, все, что говорила Краснова, оказалось правдой. Малиновскому действительно разрешалось проводить тусы раз в год. То есть он их провёл уже две, это третья.
Следующая будет последняя, зато здесь все отдыхали на славу.
Оделась я просто: светлые джинсы с высокой талией, чёрный топ и клетчатая рубашка поверх топа.
В мужском общежитии во всю гремела музыка, и никто не жаловался. Здесь присутствовало много девушек и парней, которых я с Викой даже не знаю.
Заметив Сашу, я кивнула в знак приветствия, Виктория уже убежала к Леше, который налетел на пиво. Я осталась стоять одна у окна, когда все валяли дурака.
Я чувствовала себя не совсем уютно, хотелось поскорее уйти.
– Почему ты не со всеми? – я вздрогнула от неожиданного вопроса.
Малиновский незаметно подошёл ко мне. Нужно меньше думать, а то все пропустить можно все.
– Не хочу, – ответила я, не взглянув на него.
Парень приложил указательный палец к подбородку и о чем-то задумался, потом резко взял меня за руку и повёл куда-то на выход из комнаты.
– Что ты делаешь? – задала вопрос я, не получив ответа. Парень только ухмыльнулся и продолжил меня вести куда-то.
Мы поднялись по лестнице и оказались на последнем, пятом этаже. Здесь была пустая зона, которая ремонтировалась.
Здесь никто не жил, комнаты пустовали, отличное место, чтобы побыть наедине. Что он хочет от меня?
Что ему нужно?
Он должен ненавидеть меня, ненавидеть до боли в груди. Вот я ненавижу, даже несмотря на то, что между нами что-то происходит, и меня бесит это ещё больше.
И случилось все это ровно две недели назад, когда он спас меня.
Мы зашли в самую дальнюю комнату, где не было ничего, кроме окна.
– Что ты хочешь? – вновь спросила я, сощурив глаза.
– Я хочу услышать твоё чёртово «Спасибо, что спас мою жизнь», – проговорил он, не отрывая от меня взгляда, – Я, блять, не слепой и вижу, что за хрень между нами происходит.
Серьёзно, он только сейчас заметил?
– Я не просила меня спасать, – произнесла я.
– А ты ударила меня за то, что я тебя спас, – занервничал он.
Слишком все было сейчас напряженно между нами, и что-то обоим мешало выплеснуть наружу эмоции. Я уже и забыла совсем, что ударила этого парня.
Он, можно сказать, назвал меня шлюхой.
А теперь просит моё “спасибо”, где тут логика?
Его пальцы неожиданно коснулись моей шеи, он смотрел мне в глаза, продолжая кончиками пальцев двигать пальцами вниз к груди.
Что он делает?
Он резко прижал меня к стене и впился в мои губы своими губами, не давая выдохнуть.
– Отпусти, пожалуйста, – попросила я, сквозь поцелуй.
– Разве тебе не нравится? – спросил он, чуть отстраняясь.
Чёрт возьми, нравится.
***
Мне нравилось абсолютно все: его запах, губы такие влажные, его дыхание. Он касался моей кожи, как никто другой.
Он обнимал меня, как никто никогда не обнимал.
Наши пальцы сплетались, мои стоны становились громче, и с каждой секундой становилось горячее.
Через несколько толчков парень кончил мне на живот и вытер меня своим носком.
То, что сейчас произошло, не поддается никаким объяснениям и логике, но я ни капли не жалею о содеянном.
Носки он выбросил, мы оделись, взялись за руки и спустились на первый этаж, где во всю шло веселье.
Вика, заметив нас, улыбнулась и что-то шепнула Алексею.
Я взяла стаканчик с пивом и сделала пару глоточков.
– Мы теперь вместе? – спросила я у Малиновского.
В ответ лишь получила поцелуй.
Неважно, какая между нами была ненависть, мы оба нравились друг другу, но скрывать этого уже не было смысла.