Текст книги "Распаковка для Босса (ЛП)"

Автор книги: Оливия Т. Тернер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Оливия Т. Тернер
Распаковка для босса

Всем моим замечательным читателям,

Желаю вам замечательных Праздников, полных любви и счастья!

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Колин

Я окружена Рождеством.

Моя квартира похожа на деревню Санты со всеми украшениями ручной работы, которые я сделала, праздничными украшениями, развешанными на каждом доступном квадратном дюйме, и моими двумя освещенными рождественскими елками. Да, две. Не осуждайте. Я просто обожаю Рождество.

У меня горит ароматическая свеча Evergreen Fir, смешанная с пряниками, которые только что вынули из духовки. Бинг Кросби поет White Christmas из моих динамиков, а я одета в свою уютную фланелевую пижаму с изображением пьяных эльфов, которые гласят: Давайте нарядимся по-эльфийски.

Неважно, что сегодня только восьмое декабря. Или вторник. Или что технически я сейчас на работе.

– Колин, – говорит Андреа, администратор офиса, через мой ноутбук. – Ты здесь?

Я закатываю глаза, когда заканчиваю рисовать счастливое личико на зефире для украшения из горячего какао, которое я делаю. Мне нравится делать эти милые елочные украшения. Я делаю их для развлечения, но каждое Рождество у меня получается так много разных украшений, что в итоге я продаю их на различных ярмарках ремесел по всему городу. Я могла бы купить третью рождественскую елку для своей маленькой квартиры (честно говоря, я уже подумывала об этом), но это было бы безумием. И я не сумасшедшая. Я просто одержима Рождеством.

У меня в жизни есть две навязчивые идеи – Рождество и, что ж, давайте пока оставим все как есть.

– Я здесь, – говорю я, нажимая на микрофон.

На экране моего ноутбука четырнадцать маленьких квадратиков, на каждом из которых на меня смотрит скучающий коллега. Мой квадрат, как обычно, черный.

– Включите камеру, пожалуйста, – говорит Андреа раздраженным голосом.

–Та, что на моем ноутбуке, все еще сломана, – говорю я, и мое сердце начинает бешено колотиться.

Она закатывает глаза. – А как насчет того, который я отправила тебе три недели назад? – Спрашивает Андреа, ее терпение подходит к концу.

Я морщусь, когда поворачиваюсь и вижу его на кухонном столе, все еще в коробке, все еще обернутый полиэтиленовой пленкой.

– Я думаю, он потерялся на почте или что-то в этом роде, – говорю я, чувствуя, как мои щеки заливаются краской. – Ты же знаешь почтовое отделение с Рождеством. Должно быть, там творится что-то безумное. Может быть, он упал за машину или что-то в этом роде. Или, может быть, кто-то его украл .

– Кто-то украл мой подарок для Джеффри! – Вмешивается Маделин. Я всегда могу рассчитывать на то, что Маделин перехватит разговор. – Просто зашли прямо ко мне на крыльцо после доставки и забрали его! Ты можешь в это поверить? Наглость некоторых людей.

Все больше людей начинают вмешиваться, рассказывая истории о краже посылок, и я вздыхаю с облегчением. Андреа, кажется, перестала меня беспокоить. На данный момент.

Я сажусь поудобнее и рисую маленькую бабочку на моем зефирном человечке, пока все пытаются подбодрить друг друга своими историями.

Я ни за что не стану настраивать эту камеру. Мало того, что все, с кем я работаю, увидят мою фанатичную одержимость всем Рождественским, но и владелец, Маршалл Кинг, будет на связи, а я просто не могу заставить себя показаться.

Он – еще одна моя навязчивая идея.

Если бы мне пришлось выбирать между моей любовью к Рождеству и моей зависимостью от этого горячего сексуального мужчины, я бы выбрала его не задумываясь. И это о многом говорит. Если бы вы могли увидеть мою квартиру, вы бы поняли. Я имею в виду, у меня даже есть рождественский ершик для унитаза, который я ставлю первого декабря. Я отношусь к этому серьезно.

И все же Рождество – ничто по сравнению с ним.

Я влюблена в Маршалла последние десять месяцев, а он даже не знает, что я жива. Он даже никогда не видел моего лица.

Я работаю удаленно, а он живет в Чикаго, до которого больше двух часов езды. Я тоже не встречалась ни с кем из других своих коллег, кроме как через интернет.

Иногда становится одиноко работать в одиночестве весь день, но моя лучшая подруга живет по соседству, и она всегда заглядывает, так что это не так уж плохо. Я также занимаюсь своими делами в рабочее время, изготавливая эти керамические украшения и раскрашивая их, когда не слишком занята.

– Мистер Кинг подходит к телефону, – говорит Андреа напряженным голосом. – Гэри, выйди, пожалуйста, из ванной!

Я хихикаю, глядя на маленький квадратик Гэри.

– Я просто чищу зубы! – говорит он, засовывая зубную щетку в покрытый пеной рот.

– Это неприлично, – огрызается Андреа. – Ты в рабочее время, не забывай.

Он сплевывает в раковину, а затем, нахмурившись, поворачивается к камере. – Я только что съел просроченный йогурт, что ты хочешь, чтобы я сделал?

– Он сейчас выйдет на связь, – рявкает Андреа, глядя на свой телефон. – Всем вести себя профессионально, черт возьми!

Я ахаю, когда квадрат мистера Кинга появляется на моем экране, меняя местами все остальные. Я немедленно заставляю его расширяться до тех пор, пока он не займет весь экран.

– Вау, – шепчу я, и мое сердце трепещет в груди. Как будто он смотрит прямо на меня своими теплыми карими глазами. Они пронизывают меня насквозь, такое ощущение, что они заглядывают мне в душу, но на самом деле, я знаю, что он меня не видит. Он даже не знает, что я жива. Для него я всего лишь крошечный черный квадратик в углу.

Я делаю его снимок экрана, чтобы добавить к сотням других.

Он невероятно великолепен. Я не знаю, что сделал этот мужчина, чтобы добиться всех своих идеальных черт, но я предполагаю, что это, должно быть, был договор с дьяволом. Это единственное, что могло бы объяснить его безумную сексуальность.

Он немного старше меня. Тридцать семь – я выследила его по интернету, – а мне всего двадцать два, но это делает его еще сексуальнее в моих глазах. Он многого достиг и такой зрелый. Как может женщина не предпочесть мужчину постарше?

Я вздыхаю, опускаясь в свое кресло, наблюдая за ним с сердцем в глазах, пока Андреа разглагольствует о повестке дня собрания.

Звучит одна из моих любимых рождественских песен, Детка, на улице холодно, и я представляю, как он поет ее мне. Я прекрасно представляю это – пылающий огонь, падающий белыми хлопьями снег, освещенная рождественская елка, теплые шерстяные свитера, мы оба разгоряченные, щеки порозовели от вина, он просит меня остаться на ночь, я притворяюсь, что не хочу ...

Моя рука скользит вниз, к теплу, пульсирующему между ног, и я издаю тихий стон, прикасаясь к себе.

Он наблюдает, как я это делаю, совершенно не обращая внимания на эффект, который он производит на мое тело. Если бы он только знал, что он со мной сделал. Если бы только он знал, как сильно я в нем нуждалась.

– Итак, с учетом сказанного, – говорит Андреа, разрушая мою маленькую фантазию. – Я передам это мистеру Кингу.

Мой рот становится влажным, когда я слышу этот глубокий сексуальный голос. От него по моему телу пробегают мурашки.

На нем светло-серый костюм, мой любимый. Без галстука. Несколько верхних пуговиц расстегнуты, обнажая верхнюю часть его красивой груди. Кончики моих пальцев покалывает, когда я представляю, каково было бы расстегнуть эту белую рубашку и медленно распахнуть ее, обнажив его мускулистую грудь и твердый точеный живот.

Я спускалась вниз, медленно расстегивая каждую пуговицу, зная, что его длинный толстый член становится твердым как камень для меня.

Он говорит о квартальных показателях, но все, что я слышу, – это то, как сильно он хочет меня, как сильно я ему нужна.

– Я хочу, чтобы ты сняла эту сексуальную эльфийскую пижаму, – представляю, как он говорит этим глубоким, сочным голосом, когда моя озорная рука заставляет меня стонать. Я потираю себя, фантазируя о том, как он наблюдает за мной. – Ты мой сотрудник, а это значит, что я отвечаю за всех вас. Даже за твою маленькую мокрую киску.

Я стону, наблюдая, как говорит мой великолепный властный босс. Он говорит о квартальном отчете, но это совсем не то, что я слышу.

– Покажи мне, какая ты влажная, – рычит он, когда его темные глаза впиваются в меня. – Раздвинь эту мокрую киску для своего босса.

– Да, сэр, – шепчу я, сильнее растирая себя, погружаясь в фантазию.

Я дважды проверяю, выключен ли мой микрофон, а затем спускаю штаны и кладу ноги на стол, распластавшись прямо перед мистером Кингом. Он понятия не имеет, на что может смотреть. То, что я хочу, чтобы он увидел.

Я дрожу от неприятного ощущения всего этого, представляя, что это было реально, представляя доминирующее, повелевающее присутствие моего босса на самом деле передо мной, лично смотрящего на меня своими собственническими глазами.

– Вы промокли за время, проведенное в компании, мисс Кэмпбелл, – говорит он, и его сексуальный голос становится еще более глубоким, когда он наблюдает, как я потираю свой клитор. – Это неприемлемо, грязная девчонка. Ты должна быть наказана.

Я откидываю голову назад и стону, когда нахожу нужное место внутри себя, от которого жар разливается с головы до ног.

– Мисс Кэмпбелл, – повторяет он. – Мисс Кэмпбелл, вы здесь?

– Она отказывается включать камеру, – говорит Андреа.

– Черт! – Кричу я, вскакивая и опрокидывая бутылку с краской на свои бумаги.

Я натягиваю штаны, возясь с наушниками, в панике беру бутылку и включаю звук.

– Я здесь! – Говорю я задыхающимся голосом. – Я здесь!

– Где вы были? – Андреа спрашивает сдавленным голосом. – Что вы делали?

Все шестнадцать других квадратиков снова появляются на моем экране, и все они смотрят на мой маленький черный квадратик, гадая, что происходит за этой темнотой.

Если бы они могли видеть меня, они бы увидели мои растрепанные волосы, пылающие щеки, черную краску по всей руке и виноватое пристыженное выражение лица.

– Еще раз, о чем был вопрос? – Спрашиваю я дрожащим голосом.

– Вот почему политика компании заключается в том, чтобы держать камеру включенной, – огрызается Андреа. – Вы могли бы делать там что угодно, а мы бы ни о чем не догадались.

– Я уверен, что мисс Кэмпбелл не делает ничего, за что стоило бы наказывать, – говорит мистер Кинг с хитрой усмешкой.

Мое сердце бьется еще сильнее, когда я слышу свое имя, слетающее с этих сексуальных губ.

– Еще раз извините, – говорю я, пытаясь скрыть одышку в голосе. – Моя... собака лаяла у двери.

Черт, у меня даже собаки нет!

– Я просто спрашивал данные по рекламе в социальных сетях за ноябрь, – говорит он. – Они у вас под рукой?

– Да! – Говорю я, выпрямляясь на своем сиденье. Черт! Они все в краске. – Я имею в виду… У меня они есть. Моя собака… съела их.

– Я закрываю глаза, желая умереть.

– Я могу отправить вам копию по электронной почте немедленно, – говорю я, спеша открыть свою электронную почту.

– К концу дня все будет в порядке, – говорит он. – Мы собираемся продолжить и завершить встречу, но прежде чем я это сделаю, у меня есть объявление.

О боже, какая катастрофа. Меня до сих пор охватывает дрожь и паника, когда я снова нажимаю на великолепное лицо мистера Кинга.

– Это по поводу рождественской вечеринки.

Я вздыхаю, представляя, каково было бы увидеть этого прекрасного мужчину воочию, одетого в свой лучший костюм перед великолепно освещенной рождественской елкой. Я бы умерла…

По-видимому, последние две рождественские вечеринки проходили в Zoom, так что они прошли довольно неубедительно и без происшествий. В моем будущем я не буду прятаться по темным углам с властным боссом...

– В этом году мы устраиваем персональную вечеринку, – говорит он, заставляя мое сердце остановиться. – И ожидается, что вы все будете присутствовать.

У меня перехватывает дыхание, когда я смотрю на экран, задаваясь вопросом, правильно ли я расслышала. Лично?

– Мы оплатим командировочные расходы и проживание наших сотрудников за городом, так что никаких оправданий. Я хочу видеть вас всех там четырнадцатого декабря.

Мое сердце бешено колотится, когда я осознаю это. На этот раз я встречусь с ним по-настоящему. Во плоти. Мистер Кинг. И я. Вместе. В одной комнате. Я не могу!

– Это очень великодушно с вашей стороны, мистер Кинг, – вмешивается Андреа с фальшивой улыбкой. Боже, она такая зануда. – Я, например, не могу дождаться.

– Великолепно, – говорит он, облизывая губы. – Не могу дождаться встречи с каждым из вас. Мисс Кэмпбелл?

О черт, он обращается ко мне! Почему он обращается ко мне?

– Да? – Я вскрикиваю.

– Надеюсь, ты там будешь?

Я с трудом сглатываю. – Ага! Я буду там! Ни за что не пропущу это!

– Хорошо, – говорит он, когда эти темные глаза впиваются в меня, заставляя мое тело вспыхнуть жаром. – Я с нетерпением жду личной встречи с вами.

Лично… Боже мой, это уже слишком...

Больше не прячусь за своим маленьким черным квадратом. Не в этот раз.

Мне действительно придется встретиться со своей озорной навязчивой идеей.

Во плоти.

О черт, что, черт возьми, я собираюсь надеть?!

ГЛАВА ВТОРАЯ

Колин

– Почему у тебя так много пижам? – Спрашивает Брианна, задрав нос, пока роется в моем шкафу. – У тебя нет какой-нибудь одежды для выхода?

Я сижу на кровати, все еще волнуясь.

–У меня есть несколько, – защищаюсь я. – А как насчет того черного платья?

Она отодвигает все мои аккуратно развешанные пижамные костюмы в сторону и хватает старое пыльное платье, сваленное у стены.

Она бросает на меня блаженный взгляд, когда поднимает его. – Это?

– Да. Это мое сексуальное платье.

Она закатывает глаза, швыряя его через всю комнату на стул у моего стола. – Объясняет, почему ты все еще девственница.

Я вздыхаю, падая на кровать и прикрывая глаза. Это катастрофа. Мне нравится держать мистера Маршалла Кинга в своей голове, где он может разыграть каждую из моих пикантных фантазий.

– Сколько у тебя есть на новое платье? – спрашивает она, с отвращением отворачиваясь от моего шкафа.

– Сотня баксов? – Спрашиваю я, даже не зная, сколько денег на моем банковском счете. Я стараюсь заглядывать в свое банковское приложение как можно реже. Это как ящик Пандоры – как только я открываю его, наружу вырываются всевозможные чувства – стыд, отчаяние, паника, беспокойство. Лучше всего держать это спрятанным в моем телефоне и на задворках моего сознания, где это будет проблемой только для меня в будущем.

– Ты много за это не найдешь, – говорит она со вздохом. -Дай-ка я посмотрю, что у меня есть.

Я остаюсь здесь, мои мысли путаются, пока Брианна идет к себе по соседству.

Может быть, мне стоит просто сослаться на болезнь или сказать, что автобус разбился, или что моя воображаемая собака умерла. Да! Это сняло бы и другую мою ложь. Убивая две лжи одним выстрелом, я гений.

Я придумываю историю в своей голове – бедный Чито подавился чипсом и умер. Я могу сказать: “Каковы шансы, что это произойдет ?!” – и все в это поверят, потому что кто бы стал выдумывать такую нелепую историю?

– Тебе стоит надеть это, – говорит Брианна, возвращаясь с элегантным красным платьем в руках.

У меня отвисает челюсть. – Это?!

Она улыбается, и мои щеки вспыхивают. От одного взгляда на это я начинаю краснеть.

Это темно-красное платье с глубоким вырезом (я имею в виду, с низким вырезом), разрезом до обеих ног и бретельками-спагетти на плечах. Спинка расширяется и ниспадает до земли, что, должно быть, придает ему волшебный вид, когда женщина в нем ходит.

– Ты хочешь, чтобы я оделась как персонаж аниме-манги? – Спрашиваю я, потрясенно глядя на нее. – На рождественскую вечеринку в моем офисе?

Брианна смеется, протягивая его мне. – Примерь.

– Нет! – Говорю я, отпрянув от платья, как будто оно собирается меня укусить или что-то в этом роде.

– Почему бы и нет? – насмехается она. – Ты боишься?

– Да! На самом деле, я в ужасе!

У меня нет такого тела, как у Брианны. Или уверенности в себе. Мы примерно одного роста, но она вся спортивная, крепкая и подтянутая после игры в волейбол в колледже. Я стала мягкой от того, что съела слишком много рождественского печенья.

– Это всего лишь я, – говорит она, бросая мне платье.

Я уклоняюсь, но оно приземляется мне на голову. Вау, оно действительно мягкое. Это великолепный материал, и мне нравится его цвет. Это рождественское настроение, но в то же время стильное и элегантное.

– Это платье обладает магической силой, – говорит она, садясь на стул у моего стола и поворачиваясь. – Ты собираешься загипнотизировать в нем мистера Принца.

– Мистера Кинг.

– Принц, король, – говорит она, пожимая плечами. – Все чертово королевство будет есть у тебя с ладони, если ты наденешь это платье на вечеринку.

Я думаю об этом, пока она улыбается мне.

– Просто примерь это.

Я закатываю глаза. – Прекрасно. Но я не надену это.

Мое сердце бешено колотится, когда я несу его в ванную и примеряю. По крайней мере, оно хорошо сидит. Намного откровеннее, чем моя пижама с эльфом, но я не смогу соблазнить мистера Кинга в ней. Я поправляю волосы и, вау. Я выгляжу довольно сексуально.

Брианна просматривает мои скриншоты с мистером Кингом, когда я с важным видом возвращаюсь в комнату в развевающемся за спиной великолепном красном платье.

У нее отвисает челюсть, когда она видит меня. – Да! Миллион раз да! Ты наденешь это!

– Нет, это не так.

– Сучка, я никогда больше не буду с тобой разговаривать, если ты этого не сделаешь.

Я смеюсь. – Тогда у кого ты собираешься воровать еду?

– Я сказала, что не буду с тобой разговаривать, но все равно приду и украду твою еду.

Я встаю перед зеркалом в полный рост, и мы оба молча смотрим в него, пока я хожу по комнате.

Это платье, безусловно, появится в моей следующей фантазии о мистере Кинге, но оно не появится на рождественской вечеринке.

– Это уже слишком, – наконец говорю я.

– Если ты хочешь такого парня, как этот, – говорит она, указывая на скриншот мистера Кинга, – тогда тебе нужно надеть такое платье, как это.

Я вздыхаю и снова поворачиваюсь к зеркалу. Мои сиськи действительно выглядят великолепно. Хотя, на мой взгляд, их слишком много.

– Тебе нужно ошеломить этого парня. Тебе нужно вышибить ему мозги своей сексуальностью, и это платье – то, как ты собираешься это сделать.

– Там не только он, – говорю я, размышляя, смогу ли я закрепить прорези на ножках, чтобы они были не такими высокими. – Все мои коллеги тоже будут там. Есть одна осуждающая девушка, Андреа, и этот странный парень, Гэри.

– Всегда найдутся осуждающие девушки, – говорит Брианна, закатывая глаза. – К черту этих сучек.

От одной мысли о том, чтобы выйти в коридор в этом платье, у меня порхают бабочки.

– Ты хочешь этого мужчину на Рождество, – говорит она, указывая на экран моего компьютера. – Сделай ему неотразимый подарок, который нужно будет развернуть.

Мое сердце бьется быстрее, когда я смотрю на фотографию Маршалла. Он смотрит на меня в ответ с легкой усмешкой на лице. Я помню, когда я сделала этот снимок экрана. Это было четыре месяца назад. Я не знаю, о чем была встреча, но помню, что у него на плече был кусочек ворса, который фигурировал в моей фантазии.

Я встала на цыпочки и наклонилась ближе, чтобы сорвать его. Он прокомментировал мои духи, когда я задержалась слишком надолго. Затем эти большие руки оказались на мне, и он жестко трахнул меня на своем столе. Это одно из моих любимых.

– Ты хочешь его? – Спрашивает Брианна, уже зная ответ. Я не умолкаю о нем с тех пор, как она переехала.

Я делаю глубокий вдох, глядя в эти темные сексуальные глаза. Эти неотразимые губы. Этот сильный подбородок. Эти руки… Боже, я люблю эти руки.

– Да, – говорю я чуть более твердо. – Я хочу его.

Она указывает на мое платье свирепым взглядом. – Значит, вот как ты собираешься заполучить его. Помни. Это волшебно.

Я делаю глубокий вдох и снова поворачиваюсь к зеркалу.

Я надеюсь, что она права...

Что ж, это платье, безусловно, привлекает много внимания. Все смотрят на меня.

Я прижимаю пальто к телу, ожидая автобуса.

Бездомный парень на скамейке продолжает пялиться на мои обнаженные (и замерзающие) ноги. Будем надеяться, что у Маршалла те же вкусы, что и у этого жуткого парня.

Подъезжает автобус, и я сажусь в него, придерживая шлейф платья, чтобы оно не наполнилось той мерзкой серой жижей, которая является синонимом зимы.

Мистер Кинг щедро оплатил дорогу всем, чтобы они смогли прийти на рождественскую вечеринку. Марте из бухгалтерии достался билет на самолет, поскольку она живет в Остине, а всем остальным достались лимузины.

Андреа, офисная сучка, забронировала мне место в автобусе со скидкой. Она даже не позволила мне снять номер в отеле, поскольку я жила всего в двух часах езды, что, по ее мнению, было достаточно близко, чтобы добраться туда и обратно за одну ночь.

Это не имеет значения. Избавься от этого. Этот вечер обещает быть потрясающим, и я использую эти два часа, чтобы придумать всевозможные умные слова, которые заставят мистера Кинга влюбиться в меня. Только позитивные эмоции.

Они мне нужны.

Два долгих часа спустя я приезжаю на автобусную станцию и не придумываю ничего умного, чтобы сказать. Кроме того, я нервничаю больше, чем когда-либо. Мой желудок скручивается в узел, и у меня плохое предчувствие по поводу всего – экстравагантного платья, моей прически, моих туфель, которые Брианна также одолжила мне. Я не привыкла к высоким каблукам, а эти вещи безумно высокие. Мне казалось, что я хожу по своей квартире на ходулях.

Может быть, я просто надену эти зимние ботинки и скажу, что забыла обувь в автобусе… Это могло бы сработать ...

Остановка. Будь смелой. Будь женщиной, которой ты хочешь быть. Будь женщиной того типа, которая соблазнила бы такого мужчину, как Маршалл, и заставила бы его упасть на колени.

Я делаю холодный вдох, подбираю подол платья и, шаркая по снегу, направляюсь в холл, полная решимости попробовать.

В конце концов, Рождество – это время пробовать что-то новое. А еще это время чудес.

Может быть, мне повезет, и я его получу.

А если это не сработает, я могу спрятаться обратно в своей маленькой квартирке, разрисовывая елочные украшения и лелея свое уязвленное эго, пока пытаюсь справиться со своей тайной влюбленностью. Но, по крайней мере, я буду знать, что пыталась.

Это все, что я могу сделать.

К тому времени, как я добираюсь до холла, я действительно нервничаю, но я подавляю все это и веду себя уверенно, пробираясь в дамскую комнату в вестибюле. Я надеваю туфли, поправляю прическу, приукрашиваю платье, подправляю макияж и бросаю последний взгляд. Боже, неужели в моей квартире действительно было так много декольте? Боже милостивый!

Теперь отступать некуда. Потребуется нечто большее, чем зимняя куртка, чтобы соблазнить мою пассию. Я ухожу.

Я делаю глубокий вдох и важно выхожу, надеясь, что это не закончится катастрофой.