Текст книги "Путин. Зрелость Президента"

Автор книги: Ольга Видова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Но еще более жестко и резко Путин отозвался о тех, кто пришел к власти потом: «Это те, кто в 90‑е годы, занимая высокие должности, действовал в ущерб обществу и государству, обслуживая интересы олигархических структур и разбазаривая национальное достояние. Это они нас учат жить сегодня, это они сделали, между прочим, коррупцию главным средством политической и экономической конкуренции…

Эти люди привели страну к дефолту и развалу. Именно эти люди называли сельское хозяйство «черной дырой» и отрицали необходимость государственной поддержки села. Они привели к кризису оборонную промышленность… Это те, кто годами не выплачивал детские пособия, пенсии, зарплаты. Кто в самый трудный период террористической интервенции против России предательски призывал к переговорам, а по сути, к сговору с террористами, теми, кто убивал наших детей и женщин. Самым бессовестным и циничным образом, спекулируя на жертвах. Одним словом, это все те, кто в конце прошлого века привел Россию к массовой бедности, к повальному взяточничеству – к тому, с чем мы боремся до сих пор».

Помолчав, Владимир Путин добавил: «Все эти люди не сошли с политической сцены. Их имена вы найдете среди кандидатов и спонсоров некоторых партий. Они хотят взять реванш, вернуться во власть, в сферы влияния. И постепенно реставрировать олигархический режим, основанный на коррупции. Вот сейчас на улицы выйдут. Подучились немного у западных специалистов, потренировались на соседних республиках, теперь здесь будут провокации устраивать».

Путин редко позволял себе говорить так искренне и эмоционально. Однако он понимал: здесь, в Лужниках, сидела молодежь. Она должна была знать правду и поверить ему.

Поэтому в заключение он подчеркнул: «Дорогие друзья! 2 декабря в значительной степени решается судьба страны. Обязательно приходите на выборы и проголосуйте за «Единую Россию». Ваша поддержка – нужна. Я рассчитываю на вас».

Заметьте, Владимир Путин заговорил о том, что станет предметом дискуссий на Болотной и проспекте Сахарова, за несколько лет до этих событий. Он понимал, что обстановка напряжена, международное право по сути не работает, надвигается неясный по масштабам мировой кризис. Нужно суметь защитить российский народ от потрясений, которые он несет, подумать о безопасности, как продовольственной, так и территориальной.

Противостоять этому можно было, только возглавив правительство. Там он видел свое место. Но говорить об этом было преждевременно.

Среди своего ближайшего окружения он выделил Дмитрия Медведева, еще молодого, но уже имевшего немалый управленческий опыт, человека из интеллигентной среды, с чистой биографией. Его взгляды на будущее России совпадали с видением президента.

Позже, уже в 2010 году, давая интервью французским СМИ, Путин раскрыл подлинный характер своих отношений с Дмитрием Медведевым: «Когда подошел срок моих полномочий, я поддержал на пост президента кандидатуру Дмитрия Медведева не только потому, что мы с ним долго работали, а потому, что человек, стоящий во главе страны, должен иметь соответствующие качества для управления ею.

Еще будучи президентом, я тогда многие решения предварительно прорабатывал с Медведевым, который был руководителем администрации. По сути, он является соавтором этих решений. Но так много работы у руководства страны и есть много собственных компетенций, что невозможно и не нужно вмешиваться в чью-то работу. Есть вещи, находящиеся в исключительной компетенции президента, премьера. Но если нужна согласованная позиция, то неважно, кто первый обратится друг к другу, если этого требует дело. Я или он звоним и обращаемся друг к другу, когда идет разбалансировка предстоящего решения. Ведь существует борьба мнений. Главное – мы абсолютно доверяем друг другу».

О себе Путин сказал просто: «Так сложилась судьба, что у меня был шанс поработать в качестве первого лица государства, и я считаю, что я отработал по-честному эти восемь лет. И предпочитаю не стонать по поводу того, что закончился этот срок, а порадоваться тому, что есть еще возможность послужить стране в другом месте».

Выборы в Государственную думу для «Единой России» прошли вполне успешно. Отдавая ей голоса, россияне, в сущности, выбирали Путина.

Как только во главе списка «Единой России» встал президент, она, конечно, умножила свою силу и влияние. Однако именно поэтому партия тут же стала особенно привлекательной для людей, нечестных в своих помыслах. Помимо тех, кто был искренне заинтересован в развитии России, в нее начали вступать карьеристы, конъюнктурщики, просачивались мошенники и воры, желающие обрести неприкосновенность, став депутатами Государственной думы.

Со временем все это ударило по репутации единороссов. Пока же явка избирателей была выше, чем в 2003 году, что говорило о том, что доверие к власти возросло.

«Единая Россия» взяла 64,1 % голосов избирателей, КПРФ – 11,6 %, ЛДПР – 8,2 %, «Справедливая Россия» – 7,8 %. Правые партии вновь не набрали нужного процента голосов. Не было зафиксировано сколько-нибудь серьезных нарушений избирательного законодательства.

Попытка объявить выборы нелегитимными была предпринята ОБСЕ, на что Владимир Путин ответил так: «Мне кажется, что это не спланированная заранее, а, скорее всего, спонтанная акция. По имеющимся у нас сведениям, это в очередной раз сделано по рекомендации госдепа США, и это мы, конечно, будем учитывать в наших отношениях с этой страной. Безусловно, такие акции не могут сорвать выборы в России, целью их является делегитимизация. Но и этой цели они не добьются.

Почему я сказал, что это вряд ли подготовленная акция? Да потому, что, по абсолютно достоверным данным, решение было абсолютно неожиданным и для многих европейских структур. Но это их выбор. Это лишний раз говорит о том, что многие структуры, в том числе ОБСЕ, нуждаются в реформировании. Россия уже ставила вопрос о реформе ОБСЕ, и мы будем настойчиво продвигать это предложение».

Президент Франции поздравил Владимира Путина с хорошим результатом на выборах в Государственную думу. Германия тактично промолчала в знак согласия. Против, как всегда, была, не считая США, только Великобритания. Но к этому Россия привыкла еще в стародавние времена.

Президент Путин поддержал Дмитрия Медведева, и 20 января 2008 года тот был официально зарегистрирован кандидатом в Президенты России.

Доверие народа Владимиру Путину было столь большим, что как только он сказал, что отдаст свой голос Дмитрию Медведеву, которого считает своим единомышленником, судьба выборов оказалась предрешена.

Медведев не выдвигал своей программы развития России, поскольку не только разделял планы Путина, но и активно участвовал в их разработке.

Журналист Михаил Леонтьев, положительно воспринявший выбор Путиным кандидатуры на пост президента, писал: «На самом деле выбор Медведева означает следующее: это демонстрация полной, почти абсолютной преемственности курса. Любой другой из предполагаемого списка означал бы ту или иную коррекцию курса. Хотя бы потому, что Медведев, как и Путин, по своей ментальности, по культурологическим пристрастиям (но отнюдь не по политической ориентации) – убежденный европеист, «западник». Чего нельзя сказать с той же уверенностью по поводу остальных известных фигур. Связка Путин – Медведев в этом случае абсолютно органична».

Коммунисты же, как бы предчувствуя проблемы в России под руководством Медведева, заявили о том, что эта кандидатура на пост Президента РФ – самая неудачная из тех, которые мог предложить Владимир Путин.

Тем временем разворачивалась избирательная кампания. Были выдвинуты четыре кандидатуры: Андрей Богданов от Демократической партии, Владимир Жириновский от ЛДПР, Геннадий Зюганов от КПРФ и Дмитрий Медведев от «Единой России».

На заседании Государственного совета 6 февраля 2008 года Владимир Путин представил стратегический план развития страны до 2020 года. Перед слушателями выступал уже не просто президент, но состоявшийся, в сущности, национальный лидер.

Это была его последняя речь в качестве президента. Он подчеркнул, что Россия вернулась на мировую арену как государство, с которым приходится считаться. Сказал он и о том, что за годы его правления страна вошла в число семи крупнейших экономических держав мира.

«Главное, чего мы добились, – стабильности, которая позволяет строить планы, спокойно работать и создавать семьи. Вернулась уверенность, что жизнь будет и дальше меняться к лучшему».

Он напомнил, что при Ельцине «богатая Россия превратилась в страну бедных людей. В этих условиях мы начали формировать и реализовывать наш план – план вывода России из системного кризиса. И весь этот период мы последовательно работали над формированием устойчивой, дееспособной политической системы. Нам удалось избавить страну от порочной практики принятия государственных решений под давлением сырьевых и финансовых монополий, медиамагнатов».

Затем состоялась памятная многим пресс-конференция, продолжавшаяся почти пять часов. Российские и зарубежные журналисты задали Путину более сотни вопросов на различные темы. В том числе по поводу оценки его работы, которую он назвал успешной, и о Дмитрии Медведеве, о котором Путин сказал так: «Уверен, что это будет хороший президент, достойный президент и эффективный руководитель. Но существует еще, кроме всего прочего, такая личная химия – я ему доверяю. Просто я ему доверяю. Как я говорил на съезде «Единой России», такому человеку не стыдно и не страшно передать основные рычаги управления страной».

Справедливости ради надо сказать, что все критики политики Путина вынуждены были признать, что ВВП страны увеличился на 70 %, вдвое выросли доходы, уровень бедности снизился. Лишь 16 % населения от прежних 29 % остались за чертой бедности.

Кто-то говорил о том, что Путину повезло, цены на нефть стали высокими, отсюда и достижения. На это Путин отвечал, что для того, чтобы цены на нефть были высокими, надо уметь работать над ними.

Итак, с 3 марта по 7 мая 2008 года Россией правили два президента. Один избранный, но не вступивший в должность – Дмитрий Медведев. Другой, еще действующий – Владимир Путин. Если на Западе, в президентских странах такая практика была обычной, то в России она осуществлялась впервые.

5 апреля к Владимиру Путину прилетел попрощаться Джордж Буш, который тоже должен был покинуть свой пост в 2008 году. Споры и противоречия крупнейших держав были и будут. Дело есть дело, а личные симпатии остаются. Они расстались по-дружески.

15 апреля на съезде партии «Единая Россия» Борис Грызлов пригласил Дмитрия Медведева и Владимира Путина вступить в ее ряды. Но президент не должен быть членом какой-либо партии, поэтому Медведев тактично назвал это предложение преждевременным.

Владимир Путин по этому поводу сказал: «Я с благодарностью принимаю предложение членов партии и ее руководства. Такое решение съезда, если оно состоится, должно вступить в силу после того, как избранный глава государства вступит в должность и, соответственно, с вашего покорного слуги – с меня – эти полномочия главы государства будут сняты. Я готов взять на себя дополнительную ответственность и возглавить «Единую Россию»».

По мнению Путина, лидерство в партии для председателя правительства – это обычная цивилизованная практика для демократических государств. Приняв предложение стать лидером партии «Единая Россия», Путин подчеркнул, что она «работает в интересах России, в интересах ее граждан, в интересах успешного будущего» страны и народа.

Продолжая трудиться на посту Президента РФ, Владимир Путин поручил Виктору Зубкову, возглавлявшему правительство, оказать поддержку Абхазии и Южной Осетии. Надо сказать, что этот демарш был предпринят Путиным как симметричный ответ на признание западными странами независимости Косово. Путин не мог обойти этот прецедент, был вынужден ответить на него соответствующими действиями.

Потом Владимир Путин вылетел в Ливию. Там его ожидали переговоры с Каддафи.

Вернувшись, Путин позаботился о том, чтобы облегчить визовый режим для граждан Грузии и расчистить дорогу на контрольно-пропускном пункте «Верхний Ларс», закрытую в 2006 году. Абхазия и Южная Осетия, большинство граждан которых имели российские паспорта, к этому времени уже были фактически переведены на экономический баланс России. На бурные протесты Михаила Саакашвили, возглавлявшего тогда Грузию, руководство России не обращало внимания.

Таковы были последние распоряжения Владимира Путина на посту Президента РФ.

7 мая 2008 года прошла церемония инаугурации, на которой присутствовали 2500 человек.

На последней торжественной процедуре, при принятии парада Президентского полка, Владимир Путин с Дмитрием Медведевым стояли на парадном крыльце, что было символично для намечающегося дуумвирата.

О чем в это время думал Владимир Путин? Что проходило перед его внутренним взором? По его лицу трудно было что-то прочесть. Заканчивалась важная часть его жизни, начиналась другая.

Сразу после торжеств Медведев подписал письмо, адресованное спикеру Государственной думы, о внесении кандидатуры Владимира Путина на должность председателя правительства.

8 мая на внеочередном пленарном заседании Государственной думы новый президент сказал, что Владимир Путин не нуждается в особых представлениях, так как за его спиной два президентских срока. Затем он предоставил слово кандидату на должность премьера.

Оппонентами выступили только депутаты от КПРФ. Из 448 депутатов 392 проголосовали за Владимира Путина. Он был утвержден премьер-министром России, стал и председателем партии «Единая Россия».

Можно согласиться с мнением Александра Зиновьева: «К концу 90‑х годов XX века в России назрела жизненно важная потребность в том, чтобы сделать российскую власть более эффективной с точки зрения интересов большинства населения и интересов России как целого, нормализовать ее, лишить ее вида, в каком она стала посмешищем во всем мире.

Путинский переворот объективно (с социологической точки зрения) и явился конкретно-исторической формой реализации этой потребности.

Кто бы ни были организаторы переворота и какими бы ни были их субъективные намерения, этот переворот объективно в сложившихся в России и на Западе условиях так или иначе содержал в себе элемент сопротивления России гибельным для нее последствиям западнизации, американизации и глобализации.

Именно этим главным образом объясняется «чудо» путинского рейтинга.

Во всяком случае широкие слои российского населения именно так восприняли путинский переворот и сфокусировали в личности Путина свои потребности и надежды.

Этот переворот не был спланирован в Вашингтоне, так я думаю. Путин появился на исторической арене не как креатура Вашингтона.

Скорее всего, он «проскочил» по недосмотру, даже по ошибке тех, кто организовывал переворот. Организаторы переворота явно недооценили личные качества Путина».

Итак, главным результатом работы президента Владимира Путина в течение 2004–2007 годов можно признать тот факт, что «Россия вернулась на мировую арену как сильное государство, с которым считаются и которое может постоять за себя».

Крупные государственные компании, возникшие по инициативе президента, прежде всего сырьевые, стали «важным инструментом внешнеэкономической и внешнеполитической экспансии России».

Российский рубль начал продвигаться к тому, чтобы стать резервной валютой мира.

Был создан и заработал Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана.

Была разработана стратегия развития России до 2020 года.

Таков далеко не полный перечень крупных достижений второго президентства Владимира Путина.

Ушел, чтобы вернуться. Дуумвират

2008 год протекал уже под руководством дуумвирата – президента и премьер-министра. Началась новая полоса жизни страны, весьма необычная по форме управления.

В развитие мюнхенского заявления, в ответ на признание независимости Косово, продвигаемое Западом, в июне Россия вышла из Договора по безопасности и сотрудничеству в Европе. Кроме того, руководство страны приняло решение о досрочном выводе военных баз из Грузии.

Взаимодействие с Абхазией и Южной Осетией происходило не только на торговом, культурно-образовательном поле, но и при выраженной поддержке сил Северо-Кавказского военного округа. Грузия же в это время проводила учения совместно с НАТО. В Черном море ожидалось появление американских кораблей. Обстановка становилась все более напряженной.

Михаил Саакашвили, с согласия Путина подчинивший Аджарию, ожидал от Кремля следующих подарков в отношении Южной Осетии и Абхазии. Поэтому он, опьяненный успехом, ранее самодовольно заявил: «Мы должны начать переговоры, серьезные мирные переговоры с Абхазией и Южной Осетией по поводу воссоединения страны и решения нерешенных проблем. В Аджарии мы доказали, что можно действовать решительно и мирным путем. Это означает, что Грузия станет сильной и что мы, безусловно, попадем в Сухуми. Когда именно? Посмотрим».

Однако следствием этнических чисток, проводимых в девяностые годы, явилось нежелание абхазцев и осетин возвращаться в Грузию, становиться ее гражданами. Все свои надежды они возлагали на Россию, которая обеспечила их паспортами.

В феврале 2008 года, когда Саакашвили призывал Абхазию и Южную Осетию объединиться с Грузией, провинция Косово, отколовшаяся от Сербии, провозгласила свою независимость. Этот факт тут же получил признание от западных стран.

Между тем Владимир Путин предупредил мировое сообщество о последствиях этого прецедента, который «ломает целую систему международных отношений, преобладавших не просто десятилетиями, а веками. Несомненно, это повлечет за собой целую цепочку непредвиденных последствий».

По его мнению, правительства Запада здорово просчитались. «Это палка о двух концах. Когда-нибудь другой конец поднимется и ударит их по голове».

Август начинался для России спокойно. Ничто не предвещало крупного конфликта с Грузией. Правда, с 1 августа начались эпизодические обстрелы Цхинвала с грузинских позиций. Об опасности таких провокаций предупреждал тогда МИД России. Но ни Грузия, ни западные страны не высказывали опасений по этому поводу.

В ночь на 8 августа Грузия внезапно перешла в наступление на Южную Осетию. Цхинвал был подвергнут массированному обстрелу из тяжелого оружия и разрушен, как и десять близлежащих деревень.

Журналист Руслан Ярмолюк, находившийся в Цхинвале вместе с миротворцами, так вспоминал о страшных событиях, очевидцем которых невольно оказался: «В 11 часов вечера в четверг по городу ударили системы залпового огня «Град» и артиллерия. Первые ракеты упали на территорию объединенной миротворческой части. «Грады» били до 4 часов утра. Бои завязывались и в городе: передовые части грузинского спецназа вошли в Цхинвал. В 10 часов утра пятницы наступает затишье. Выбираемся на поверхность, чтобы немного подышать. Включаем камеру и снимаем то, что осталось от казармы миротворцев. Но тут и началось самое страшное. Всего через пять минут по городу снова ударили «Грады». В Цхинвал ворвались грузинские танки. Все высоты вокруг города заняли грузинские войска. Под прикрытием артиллерии они завязали бои. «Т‑64» с грузинскими танкистами обрушили свою огневую мощь на улицы и дома. Без бронежилетов и касок лежим на полу. Головы поднять не можем – свистят пули и осколки. Рев гусениц приближается. Грузинский танк заехал на территорию миротворцев. Прямой наводкой бьет по уцелевшим зданиям».

Незадолго до этих событий, 4 августа, Президент России ушел в плановый отпуск. В этот день скончался писатель Александр Солженицын. Владимир Путин присутствовал на гражданской панихиде. Дмитрий Медведев, не успев начать отдых, посетил отпевание в Донском монастыре и побывал на погребении писателя. Внимание же мировой общественности было сосредоточено на Олимпиаде, которая должна проходить в КНР.

Грузинские власти начали свою военную операцию, надеясь молниеносно ее закончить, поставить мир перед фактом именно в день открытия Олимпиады в Пекине, когда внимание всего мира было приковано к стадионам, где начинались выступления спортсменов.

Весть о грузинском вторжении застала Владимира Путина в Пекине.

В Москве известие о грузинской атаке было получено в 10:30 7 августа. Медведев некоторое время сомневался, решится ли Саакашвили начать войну с Южной Осетией именно в день открытия Олимпиады. Поэтому только утром 8 августа он принял решение о защите Южной Осетии с применением военной силы.

Позже Медведев сказал: «Я эту ночь никогда не забуду».

Это было первое решительное действие дуумвирата. Операция была проведена массированно и быстро. Все военные аэродромы, причалы в порту Поти, военные базы в Сенаки, в Хони, в Вазиани, авиационный завод, построенный еще в советское время, тбилисский аэропорт, радарная станция Грузии были накрыты точными ударами.

Россия продемонстрировала силу и волю, сказала Западу: «Вы хотите ввести в Грузию войска НАТО? Попытайтесь это сделать. Территория к вашим услугам. Все военные действия будут развиваться вблизи Тбилиси, на грузинской земле, а не в Южной Осетии и Абхазии. В то же время Черноморский флот перекрыл подход любых кораблей к берегам Грузии».

«Это касается уже не только Грузии. Это касается Америки, ее ценностей…» – заклинал заокеанских покровителей Саакашвили.

Почти все свои публичные заявления он делал на фоне флага Евросоюза в расчете на то, что европейцы его не бросят. Стоны были услышаны. Госсекретарь К. Райс призвала Россию «не бомбить Грузию, уважать ее территориальную целостность и отозвать войска». Потом такое же заявление сделал и Джордж Буш.

В ответ президент Медведев заявил в Кремле: «Наши миротворцы и приданные им части осуществляют операцию по понуждению грузинской стороны к миру. На них также лежит ответственность по защите населения».

«Все, что в наших силах, сделаем. Россия своих соотечественников в беде не оставит», – заявил Медведев.

«Уничтожение детей, стариков, расстрел миротворцев сравнимы только с преступлениями Гитлера. Нужно создать специальный трибунал по осуждению этого режима», – продолжил спикер Совета Федерации Сергей Миронов.

Он пообещал запустить процедуру парламентского расследования по фактам геноцида в Южной Осетии.

«Грузия совершила вероломное нападение, которое можно сравнить с нападением Гитлера на СССР», – объявил спикер нижней палаты парламента Борис Грызлов и добавил, что все это – часть избирательной кампании республиканской партии США.

Сьюмас Милн писал: «После всей этой бури возмущения агрессией России непросто вспомнить, что на самом деле войну в прошлый четверг начала Грузия – полномасштабным наступлением на Южную Осетию…

В атмосфере праведного гнева на российские бомбежки прозвучали лишь очень скупые упоминания о зверствах, совершенных войсками Грузии в столице Южной Осетии Цхинвале против граждан, которых она считает своими. На прошлой неделе грузинские войска убили там несколько сот мирных жителей, а также российских военнослужащих…

Многолетний спор вокруг Южной Осетии – равно как Абхазии, второй спорной территории Грузии, – является неизбежным следствием распада Советского Союза. Как и в случае Югославии, меньшинства, которым привольно жилось с любой стороны внутренней административной границы, которая никак не влияла на их жизнь, чувствуют себя совсем иначе, оказавшись «не по ту» сторону государственной границы…

Урегулировать такие проблемы путем переговоров было бы непросто при любых обстоятельствах. Но прибавьте к этому неустанную работу США над превращением Грузии в прозападный, антироссийский плацдарм в регионе и включением Грузии в состав НАТО…

Но, кроме того, за конфликтом прошлой недели стояло более широкое и нескрываемое намерение администрации Буша силой добиваться глобальной гегемонии США и предотвращать любые вызовы, в особенности со стороны возрождающейся России. Впервые эта цель была заявлена, когда Чейни был министром обороны при отце Буша, но ее воздействие стало ощущаться в полной мере, когда Россия начала оправляться после разрухи 90‑х…

За последние десять лет упорное продвижение НАТО на восток привело западный военный альянс непосредственно к границам России, причем он глубоко проник на бывшую советскую территорию. Американские военные базы создавались по всей Восточной Европе и Средней Азии по мере того, как США способствовали приходу к власти одного антироссийского клиентского правительства за другим в результате череды «цветных» революций…

По здравом рассуждении оказывается, что речь идет не о российской агрессии, а об имперской экспансии США и все более плотном окружении России потенциально враждебной державой. Не стоит удивляться тому, что усилившаяся Россия воспользовалась событиями в Южной Осетии, чтобы сдержать эту экспансию».

После 8 августа стало понятно, что для государств Средней Азии время балансировки в рамках концепции многовекторности подходит к концу. Вскоре им нужно будет определиться со своими приоритетами во внешней политике.

К. Сыроежкин писал: «Окончательно этот вывод подтвердился в августе 2008 года. Незначительный по своим военным масштабам грузино-осетинский конфликт в политическом и особенно геополитическом плане оказался достаточно значимым. В политическом плане он легализовал весь комплекс проблем, имеющих место как в СНГ в целом, так и в России в частности…

Была опровергнута геополитическая иллюзия о формирующемся многополярном мире. На самом деле мир вступил в эпоху международной дезинтеграции и быстро движется от так и не сложившегося однополярного мира в сторону мира бесполярного. Как долго будет доминировать эта тенденция, сказать трудно. Но то, что бесполярный мир неустойчив, – вполне очевидно, и рано или поздно, но ему на смену придет новое биполярное мироустройство. Третий геополитический урок этого конфликта связан с тем, что политика, основанная на праве силы и двойных стандартах, стала доминирующей в мировой практике…

Но самый значимый урок данного конфликта заключается в ответе на вопрос, в данном случае речь идет о разовой акции, или это одно из звеньев в единой цепи сознательно создаваемого в мире управляемого хаоса…

Данный конфликт вбил небольшой клин между Россией и Китаем. В Вашингтоне правильно просчитали, что при любом раскладе Пекин, избегающий дискуссий вокруг скользкой темы «этнического сепаратизма», постарается выдержать паузу и дистанцироваться от однозначной поддержки России. По-видимому, делался расчет на то, что вмешательство России в грузино-осетинский конфликт неизбежно осложнит ее отношения с Европой и отдалит перспективу заключения нового соглашения о сотрудничестве, в том числе и по транспортно-энергетическим проектам. Наверняка просчитывалось и то, что втягивание Европейского союза в процесс разрешения конфликта усложнит отношения внутри него, существенно сократив его амбиции по превращению в самостоятельный центр силы.

С учетом всех этих обстоятельств приходится признать, что грузино-осетинский конфликт – лишь один из серии управляемых конфликтов, и, к сожалению, отнюдь не последний. При этом почти наверняка можно утверждать, что США, проигравшие на Кавказе, попытаются взять реванш, и вторая попытка проверить Россию «на прочность» будет предпринята на пространстве Центральной Азии, где ставки не идут ни в какое сравнение с Грузией».

В статье «Не провоцируйте Россию!» Марк Медиш, эксперт Лондонского института стратегического диалога, открыто заявляет: «Москве надоели двойные стандарты Запада. Россия – не кастрированная страна, у нее тоже есть свои законные интересы. К России надо прислушиваться, в пределах разумного, конечно, по вопросам, которые затрагивают эти интересы…

Гибель тысяч людей в отколовшемся от Грузии регионе Южной Осетии является поворотным моментом в отношениях постсоветской России с Западом. Атака Грузии на Южную Осетию в пятницу была задумана как провокация. Эта атака убила 13 российских солдат, ранила 150 и стоила жизни 2000 мирным жителям, главным образом российским гражданам. Столица Южной Осетии Цхинвал была разрушена почти до основания. Более 30 000 беженцев пересекли границу с Россией…

Кризис на южном Кавказе медленно нарастал с того момента, как Косово, отделившаяся провинция Сербии, объявила независимость в феврале. К августу Соединенные Штаты убедили 45 стран согласиться признать Косово, включая такие крупные державы Европы, как Франция, Германия и Британия. Как ожидалось, Россия нанесет ответный удар в виде поощрения сепаратизма в Грузии и Молдове, но вопреки ожиданиям Россия выбрала расчетливую политику мобилизации мирового общественного мнения против политического сепаратизма…

В Кремле всегда существовало мнение, что после «цветной революции» в ноябре 2003 года Грузия небезвозвратно потеряна в пользу США, и при наличии терпения, такта и продуманного использования факторов истории, культуры и экономических связей можно дать понять Тбилиси, что дружеские отношения с Москвой являются для него выгодными в долгосрочном плане».

Вячеслав Костиков систематизировал выводы из уроков войны, развязанной грузинской стороной: «Российская армия, в отношении которой на Западе, в США преобладали пренебрежительные оценки, показала, что она способна к успешным военным операциям, к быстрому развертыванию в сложной обстановке.

Оказав обещанную помощь Южной Осетии и Абхазии и не поддавшись на попытки запугивания со стороны американских и европейских политиков, Москва вернула себе статус надежного защитника своих геополитических союзников.

Прозвучали убедительные сигналы в отношении тех соседей России, которые, не считаясь с мнением своего населения, заявляют о готовности принять на своей территории элементы американской военной инфраструктуры.

Продемонстрировано, что российские силы могут эффективно противодействовать воинским подразделениям, прошедшим подготовку под руководством военных советников США и НАТО. Подтверждена эффективность российского оружия.

Несмотря на то что дипломатическая, финансовая, кадровая, моральная и военная поддержка США способствовала тому, что Грузия пошла на военную авантюру, в решающий момент США и НАТО уклонились от прямой военной акции по спасению режима Саакашвили. Отсюда вывод: военные и политические гарантии США, предоставляемые Вашингтоном своим сателлитам, перестали играть свою роль.

Серьезно подпорчено благостное выражение лица человеколюбивой и правозащитной Европы. Это лицо упорно молчало до тех пор, пока была надежда, что «маленькая победоносная война» Саакашвили быстро и успешно закончится. Лицо скривилось лишь тогда, когда стало ясно, что подопечный Саакашвили проиграл.