Текст книги "Принцесса из другого мира (СИ)"
Автор книги: Ольга Олие
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)
– Как интересно, – потрясенно выдохнула, решив обязательно проверить, как оно действует.
– Все книги перечитала? – передо мной завис дух. И я не стала лукавить:
– Простите, уважаемый хранитель, но здесь столько всего, что невозможно оторваться, а книги я обязательно пронумерую и запишу по названиям, честно-честно, – пообещала, сверкая глазами на следующий талмуд.
Ругать меня не стали, более того, дух остался очень доволен, хотя и ворчал для порядка. К тому же в библиотеке мы провели не два часа, а намного больше, может и еще бы столько же пробыли, но нас едва не взашей вытолкали на ужин, чтобы мы не остались голодными.
– Всем бы быть такими любознательными, – по-отечески тихо прошептал библиотекарь.
***
Полгода пролетело так, будто их и не было. Мы с Лиетой пока решили немного приостановить свои эксперименты, так как нашлись другие дела. Никогда не думала, что пакостить настолько интересно, но мы втянулись. А началось все с того, что ведьмы – пакостницы еще те – решили опробовать какое-то зелье на Мирше, она первая им под руку попалась. Ну как попалась? Всего лишь дала отпор одной наглой ведьме, когда та попыталась отточить искусство сарказма на нашей подруге, понятное дело, та была против. Ведьмы и решили отомстить. Две недели наша подруга ходила с изумрудными волосами и такого же оттенка кожей. Естественно, мстить пакостницам отправились все вместе, но действовать пришлось не магическим способом.
Дождавшись, пока наглые девицы покинут комнату, мы осторожно проскользнули к двери, запустили через замочную скважину обычную трубочку из листа бумаги, через нее ловко влили раствор, сваренный в лаборатории и вынесенный украдкой. Он навевает кошмары. Попутно, через ту же трубочку влили зелье скольжения. Теперь пол для девиц станет катком. А при падении еще и кожа станет окрашиваться в черный цвет.
Спрятавшись за углом, стали ждать прихода ведьм. Дождались. На грохот и кучу матерных выражений сбежались все ведьмы. Ох, какой хохот стоял, а когда виновницы торжества стали хныкать и шугаться от самих себя, бросаться на подруг, рычать, мы по-тихому ушли, так как услышали, что ведьмы собираются звать магистров.
А на следующий день все виновницы сверкали черной, как смола, кожей. Шипели на всех, злились, особенно на нас, но доказать ничего не могли. Магистры, вызванные к пакостницам, только разводили руками. Да, первое, чему мы научились во время экспериментов, зачищать следы. Теперь никто бы не смог отследить наши шалости. А мы все совершенствовались.
После этого случая мы еще несколько раз развлекались подобным способом. Одного из парней вообще оставили без его шикарной шевелюры, обрив налысо, помимо этого еще и напустили на него магический огонь, сжегший одежду, а парня заточили в ледяную и прозрачную стену. Нет, замерзнуть ему там не грозило, а жаль. Я бы его вообще кастрировала, настолько оказалась зла. И не только я.
Но он сам виноват. Поспорил с друзьями, что не только сможет поцеловать одну из нас, но и потом передаст эстафету друзьям. Еще и хвастался, что было бы желание, еще и соблазнил бы, но отвечать не хотел за последствия. И это нам повезло, что в тот момент Сантош проходил мимо и услышал это бахвальство, потому мы были готовы. Обнаженный спорщик три часа простоял на всеобщем обозрении, пока не примчался злой, как тысяча вурдалаков, Лимар.
– Лиена, Лиета, ко мне в кабинет! Быстро! – рык декана слышал, наверное, весь Университет.
Ох, какой разгром нам тогда устроили, но и мы на этот раз не стояли невинными овечками, а сходу ринулись в атаку, особенно я:
– То есть, надо было спорщику позволить сперва нас поцеловать, а потом, как падших девочек, передать эстафету другим? А вы знаете, что нас якобы пожалели, не обесчестили, не желая последствий. Или надо было соглашаться? А что такого? Вы, мужчины, считаете это в порядке вещей, – меня несло и трясло от гнева. Мужская солидарность, будь она неладна. – Я, например, не желаю целоваться с кем попало, у него изо рта воняет.
– Это единственное, что тебя беспокоит? – В тот момент я не обратила внимания на вкрадчивый голос Лимара. Более того, меня еще больше переполнило возмущение. Я ему тут о выскочке и наглеце говорю, а он вопросы глупые задает.
– Чтобы с кем-то целоваться, этот человек должен быть хотя бы немного мне приятен, и это я не говорю о большем, – рявкнула и тут же оказалась в захвате магистра.
Не давая мне опомниться, он меня поцеловал. Ух ты! Это ж какая практика у него должна быть, чтобы так целоваться. Я опешила и машинально ответила. Только смешок Лиеты привел меня в чувство. Оттолкнув Лимара, дышала так, словно несколько километров пробежала.
– И что теперь? Меня тоже в статую превратите? – спокойно поинтересовался декан.
– Нет, вам мы придумаем более изощренную месть, – зашипела, схватила сестру за руку и быстро телепортировалась. До меня донесся удивленный возглас Лимара:
– Я вас еще не отпускал!
– Мы сами ушли, – выдала я, выходя в наших покоях злая-презлая.
Зато Лиета вдруг повеселела. Она хитро поглядывала на меня, пытаясь что-то сказать, но каждый раз, открывая рот, тут же его закрывала, сталкиваясь с моим наверняка полыхающим взглядом. Обернувшись к сестре потребовала:
– Ни слова! Все, забыли, эта тема закрыта. Да, целуется он изумительно, на этом больше не будем вспоминать.
– Как скажешь, дорогая, – покладисто согласилась принцесса, но чертенята продолжали плясать в ее горящих глазах. – Вы отлично смотрелись вместе.
Запущенная в сестру ложка полетела прямиком в дверь, в этот момент открывшуюся, сестричка усмела уклониться и уйти с траектории полета. В проем первым заглянул Сантош, за что и получил по лбу. Лиета расхохоталась, парень насупился, я принялась извиняться:
– Сантош, прости, я в Лиету целилась, эта язва смогла-таки пробить мое феноменальное спокойствие.
– Сильно у магистра досталось, да? – с долей участия осведомился Ханш.
– Близняшка, как оказалось, может достать сильнее, – буркнула я, но меня, кажется, никто не услышал.
– Очень, он так зверствовал, как самый настоящий хищник, – пафосно изрекла сестра, за что получила-таки воздушную подножку и свалилась на руки Ейриту. У меня получилось ее достать.
– Девочки, хватит, вы не забыли, что завтра у нас практикум у Нарижа? Он и так после того раза на вас взъелся, – напомнила Мирша. Пришлось забыть о магистре и о том, что произошло в его кабинете. Подруге же я была благодарна за смену темы.
– Да уж, такое забудешь, – недовольно буркнула я, вспомнив, как прямо на занятие заявился Лимар и сообщил Нарижу, что мы-таки доказали свою правоту, после чего прямо в аудитории, поставив непроницаемый купол, потребовал воспроизвести наш эксперимент, но без учета направленности.
Ехидный декан тогда беспокоился, как бы мы ему чего-нибудь не подпалили. А у нас появилось кардинально противоположное желание, например, язык магистру поджечь, чтобы меньше язвил.
Нариж скептически отнесся к словам декана, ведь он был уверен в своей правоте. Когда же мы создали уже знакомый нам шар, выражение лица бедолаги надо было видеть. Вот только вместо похвалы за прорыв в науке, на посмотрели та-а-аким взглядом, что мы поняли: попали по полной программе, теперь у нас есть враг, да какой. Магистр не гнушался снижать баллы, критиковал все, что бы мы ни сотворили, придирался по каждой мелочи. Страдали не только мы с сестрой, но и вся наша уже сплоченная команда. Мы пока терпели, не желая ввязываться в неприятности. Но и наше терпение подходило к концу.
И вот завтра нам было задано сотворить нечто с задействованием всех четырех стихий, а у нас, как на зло, ни единой мысли в голове. Пока мы обсуждали задание, Диара молча слушала, после чего тихо выдала:
– Если земля, то это может быть растение, которое можно объединить стихиями.
– А ведь это идея, можно вырастить цветок, вместо листьев воздушные лепестки, а вот бутон можно сделать водяной или огненный, – предложил Ханш.
Народ включился в объяснения и споры, а я вспомнила земные цветы – гладиолусы. Мысль пронзила мгновенно. Взяв лист, принялась рисовать. Друзья тут же замолчали, наблюдая за моими художествами. Я же вошла в раж, впервые на меня напало вдохновение показать нечто поистине шедевральное.
– Странный цветок – своеобразный, но красивый, – восхитилась Мирша.
– Как он называется? – шепнула свой вопрос Радира.
– Гладиолусы, – ответила и тут же показала на бутоны: – Смотрите, мы сможем чередовать огненные бутоны с водными, смотреться должно красиво.
– Осталось только рассчитать силу роста, скорость взаимодействия с ростком, а заодно поставить энергетические заглушки на огонь и воду, – довольно изрек Ейрит. Мы тут же занялись делом.
– А главное не забыть указать неподвижность состояния, а то с него станется плеваться огнем или выплескивать водные или ледяные стрелы, – усмехнулся Сантош.
– Я бы с радостью подпалила что-нибудь Нарижу, особенно мозги, если они у него есть. Чтобы знал, как мстить за правду, – буркнула я.
Просидели над расчетами довольно долго, но когда, наконец, все доделали, решили проверить, ведь не отдавать же завтра непроверенный материал. Это еще хорошо, что в общежитии не было комендантского часа, да наша горгулья оказалась прекрасной женщиной, ребят впускала к нам в любое время дня и ночи, когда поняла, что у «неправильных девиц» на уме только учеба.
Когда она впервые назвала нас неправильными, мы сперва разозлились, но нам объяснили, что обычно девушки стремятся поскорее найти жениха, причем обеспеченного, чтобы покинуть заведение и не забивать голову лишним материалом. А нас за полгода вообще ни разу не видели на свидании, друзья не в счет.
Вот поэтому Сантош, Ейрит и Ханш могли приходить к нам, когда вздумается, иногда к ним присоединялся и Вирин. Но тот тянул две специализации, потому встречались с ним мы редко.
– Думаете, сейчас идти испытывать? Или утра дождаться? – засомневалась Мирша.
– Ага, а утром перед всеми выставлять напоказ нашу необычность. Как думаешь, насколько долго она пробудет необычностью? – ехидно спросила Лиета. С этим согласились остальные.
– Значит, идем сейчас, – заявил Ейрит, доставая амулет перемещений. – На какой полигон?
– Восьмой, он самый дальний, – ответила за всех Радира. И мы споро переместились туда. В полной темноте работать было сложно, пришлось потратить силу на светлячки и на полный отвод глаз, ведь нас сейчас издалека хорошо видно в темноте.
Первым делом мы отгородили небольшую территорию, чтобы сила не распылялась, влили в землю силу всех четырех стихий, прошептали заклинание с вплетенной в него формулой нашего цветка. Уже через пару секунд показался росток, пришлось добавить ускоритель, так как я вдруг поняла, что отведенного времени нам не хватит. Дело пошло быстрее.
– Ух ты, мы явно где-то ошиблись в расчетах, но так намного красивее получилось, – выдохнул Ханш.
Изменения вышли незначительные, вместо воздушных лепестков, они получились водными, маленькие ручейки сплетались между собой и циркулировали по лепестку, а вот бутоны вышли огненные и воздушные. И если огненные ярко и красиво полыхали, то воздушные скручивались в спиральки, небольшими потоками сплетались в лепестки, создавая живой эффект.
– Такую красоту и развеивать жалко, – произнесла Радира. – Может, оставим его себе?
– И куда мы его поставим? – скептически поинтересовалась Лиета.
– У меня есть идея, – улыбнулся Ейрат. Он склонился над песком, прошептал несколько слов, водя руками над землей. Песок взмыл вверх, закружился, формируясь в небольшой купол.
Я наблюдала за действиями друга, а в памяти всплыл фильм «Красавица и чудовище», там в таком же куполе стояла роза заколдованного принца. И как я сама не сообразила? Это ведь элементарно.
– Готово, давайте попробуем поставить сюда нашу красоту, – выдал парень, протягивая готовую подставку для гладиолуса.
Но только я собралась установить наш шедевр в выделенное ему место, как вдруг один из огненных цветков плюнул струей огня куда-то в темноту, до нас донеслись ругательства. А потом в зоне света появился Гартор. Рубашка на нем дотлевала, волосы местами подпалены, юноша сверкал глазами, являя нам принца в гневе.
– Нападение на студента Университета, – громко изрек он, а в следующее мгновение перед нами появился сонный и растрепанный Лимар.
– Что, экзатар вас побери, здесь происходит? Вы зачем напали на студента? – грозно рыкнул магистр. Я на миг засмотрелась. Рубашка расстегнута, являя покрытую темными волосками грудь, кубики пресса, по которым вдруг захотелось провести руками, и… Нет, надо собраться, нас же обвиняют черт знает в чем.
– Мы напали? – Я пошла в атаку. – А с какого ляда студент шляется следом за нами и подсматривает? Наше домашнее задание всего лишь ощутило угрозу, так как он подкрадывался внезапно, за что и получил огненный плевок.
– Что за домашнее задание? – более менее успокоился мужчина. Я продемонстрировала ему цветок.
Лимар протянул руку, чтобы коснуться и ближе рассмотреть, но нашему гладиолусу сие действо не понравилось, он в очередной раз плюнул огнем. Надо отдать должное декану, реакция отменная, он мгновенно выставил щит.
– Это для магистра Нарижа? – прищурившись, спросил преподаватель. Надо же, какие мы догадливые.
– Да, потому и пришли сперва проверить, что у нас получится, а то такие сюрпризы могли бы завтра оказаться, уж огненных плевков магистр нам бы не простил, – ответила вместо меня Лиета.
– Студент Саймор, а что вы забыли в такое время на полигоне? – вспомнил декан о красавчике.
– Потренироваться пришел, а на меня напали, – уверенно произнес юноша, заставив меня зашипеть от злости.
– И другого полигона ты не нашел, тебе понадобился именно тот, где горел свет и который оказался занят? – насмешливо пропела я.
– Потому что не думал, что здесь именно вы находитесь, думал найду себе пару для поединка, – без запинки выдал Гартор.
А этот хлыщ хорошо подготовился, на все-то у него есть ответы, словно он заранее знал, какие вопросы мы станем задавать.
– Почему тогда подкрадывался и подглядывал, а не обозначил свое присутствие? – скептически поинтересовался Ейрат.
– Потому что не смог рассмотреть, кто именно здесь находится, за чарами невидимости и отвлечения глаз ничего нельзя было рассмотреть, – в голосе промелькнула досада.
– Но тебя это не остановило. Выходит, ты прекрасно знал, что здесь именно мы, – припечатала я.
На это парню нечего было ответить, он даже задуматься не успел, а нашу перепалку оборвал Лимар, до этого внимательно следивший сразу за всеми.
– Студент Саймор, за клевету и намеренное создание конфликтной ситуации завтра после занятий ко мне в кабинет, я назначу отработку. А вам пора спать.
И не возразишь. Да мы и не стали спорить. К тому же на сегодня у меня было еще одно дело. Надо было закончить артефакт, который мне предстояло продемонстрировать завтра на факультативном занятии.
За эти полгода я значительно продвинулась в создании амулетов. Заодно и неплохо на них заработала. Правда получались пока только для красоты, для смелости, для памяти, а еще для привлечения внимания, но для этого пришлось брать разрешение на изготовление слабого приворотного зелья, над душой все время стояла Дависа, пристально следя, чтобы я не увеличила концентрацию. Да я и не собиралась. Мне в голову всего лишь пришло помочь девушкам, страдающим от отсутствия внимания противоположного пола, явить себя миру. Навязанной влюбленностью это не считалось бы, но девушкам больше не пришлось страдать. Главное, в них увидели бы привлекательность, а остальное уже зависело о самих девчонок.
За заготовки мне пришлось платить из собственных денег, но эти траты окупились. Я еще и в плюсе осталась. Мы с магистром Ирвесом – лучшим артефактором вампиров, пришли к соглашению: он мне поставляет заготовки, я делюсь прибылью. Удобно и эффективно. От желающих отбоя не было. Зато сестре артефакторика не давалась, зато зелья получались отменные. Она попросту не видела плетений, часто злилась, когда я пыталась ей их показать, а потом плюнула и с головой ушла только в зельеварение.
Вернувшись к себе, поставили наш цветок на середину стола, заставив Диару то и дело потрясенно охать и ахать, после чего я принесла заготовку, поставила перед собой сваренное сестрой зелье и принялась за работу.
Еще месяц назад у меня появилась идея, как создать аналог мобильного телефона, мне долго пришлось советоваться с Ирвесом, пытаясь объяснить, чего хочу получить. Мужчина удивлялся, зачем это надо, если есть маго-шары, с помощью которых есть возможность вызывать любого.
– Понимаете, такой шар большой, его с собой не поносишь, к тому же наши переговоры станут достоянием гласности, ведь слышать их могут все, кто окажется поблизости, а я бы хотела нечто такое, чтобы собеседника могла слышать только я, да и связаться с нужным абонентом в любое время.
– С кем связаться? Что такое абонент? – не понял магистр, я чертыхнулась.
– Не что, а кто. Абонент, это тот, кого я хочу вызвать для переговоров, – пояснила и преданно посмотрела на вампира.
Первое время, начитавшись наших книг, я его здорово боялась, а потом, когда мы сработались, осознала, насколько глупы были мои страхи. Кровь вампиры действительно пьют, но высшие, к которым относился Ирвес, делают это раз в месяц, и то только с проверенным добровольным донором. Как сообщил однажды артефактор, моя кровь ему бы не подошла, слишком велика концентрация магии, он бы свалился дней на пять, как во время перепоя. Они предпочитают питаться донорами или со слабым даром, или вовсе без него. Чистая человеческая кровь, это как для нас кусок хорошо прожаренного мяса без искусственных добавок. А кровь с магической составляющей – как будто мы сотворили иллюзию пищи, она вроде и есть, но сытности не добавляет, еще и выплюнуть хочется. С голодухи, конечно, хорошо, но часто таким не попитаешься, умрешь от голода.
Потому спустя полгода я уже могла без страха беседовать с магистром, временами спорить и доказывать свою точку зрения. Как только загорелась идеей переговорников, мы две недели пытались придумать, как это сделать. Ирвес не знал принципа мобильного телефона, а я не знала, как устроен маго-шар. Вот и пришлось нам соединять наши знания, после чего мы более менее придумали, что сделать. Именно такой парный артефакт мне сейчас и предстояло изготовить.
– Лиена, ты сегодня спать собираешься? – уточнила сестра, когда заметила меня усаживающуюся за столом.
– Если получится, – рассеянно отозвалась, погружаясь в работу. – Ты иди, я пока не закончу, не лягу. И спасибо за зелье, – поблагодарила, уже ничего вокруг себя не замечая, я полностью погрузилась в потоки, стала ими, растворилась в них. Так проще было прочувствовать саму заготовку.
В данный момент, если бы все вокруг взорвалось, я бы не заметила. За работой просидела почти до утра. А вот потом от радости едва не завопила, остановило то, что все еще спали. Да и мне не мешало бы хотя бы час поспать. Сейчас особо грела мысль, что в этом мире я на пороге великого открытия.
Глава 7
Звук гонга поднял бы и мертвого, я снова свалилась с кровати и застонала, мне казалось, я только легла, а уже вставать. За полгода так и не смогла привыкнуть к такой побудке. Тяжелее всего приходилось именно в такие моменты, когда засиживалась допоздна. И ведь за работой сон не идет, возникает одно осознание того, что надо отдохнуть перед занятиями. А утром так сложно подниматься. Но сколько раз не давала зарок: раньше ложиться, чтобы выспаться, не получалось, все время или безумные идеи в голову приходили, или отрабатывали заклинания на полигоне, а то и вовсе рефераты и эссе писали для урока.
С трудом приведя себя в порядок, выползла в гостиную, где уже порхала довольная Лиета. Глядя на нее, заскрипела зубами. И чего радуется, когда мне так плохо? В какой-то момент захотелось сказать гадость – страдать, так вдвоем, но потом стало стыдно, сестра ведь не виновата, что я до утра сидела над артефактом, а сейчас в состоянии убить тех, кто непозволительно бодр и свеж. Надо срочно брать себя в руки, пока и правда на кого не набросилась.
– Такое ощущение, что ты со свидания явилась. Не знала бы, что свою комнату до утра не покидала, точно решила б, что бегала на встречу, – буркнула я, подходя к столу, на котором оставила свои амулеты.
– Знаешь, ты недалека от истины, – хитро подмигнула мне Лиета, я так и застыла с открытым ртом.
– Но как и с кем? – потрясенно выдохнула, разглядывая принцессу. – Я же не слышала, как ты выходила. К тому же… – тут я прищурилась и демонстративно глянула на руки сестры. – Кто-то у нас замужем.
– Почти замужем, – поправили меня, довольно оскалившись. Потом пояснила: – С Истаром и встречалась, я по нему соскучилась, а он по мне, вот сегодня ночью мы и встречались, он обещал уже скоро быть рядом со мной, – поделилась радостью сестрица.
– Подожди, а как же защита от телепортации? Как он к тебе попал? – мне даже пришлось головой мотнуть.
– К сожалению я общалась с его фантомом, сам он, как ты и сказала, не смог бы проникнуть на территорию Университета, да и нельзя ему еще покидать его мир, время не пришло, а через фантом мы чудесно провели время, – пропела девушка и закружилась по комнате.
– Угу, а следы на твоей шее тоже фантом оставил? – скептически разглядывая самые настоящие засосы, поинтересовалась у сестрицы.
– Ага, был бы сам Истар, все оказалось бы гораздо хуже, он меня любит, но порой его несдержанность в проявлении чувств доставляет неудобства в плане следов, – потупилась Лиета. – А что это у тебя?
Она весьма умело перевела тему, так как знала, о своих изобретениях я могу говорить часами и не устаю. Принцесса правильно рассчитала, я отвлеклась от ее меток на шее и переключила свое внимание на созданный артефакт. Подтянув сестру ближе, уколола ее палец об амулет и протянула ей второй, который сегодня ночью сама напитала своей кровью.
– Надень амулет на шею, а вот эту мелкую штучку вставь в ухо, надо проверить. Иди за дверь, – скомандовала, заставляя сестру выполнить все беспрекословно. Ее и саму гнал азарт и любопытство.
Как только она скрылась, я активировала артефакт и тихонько позвала сестру. В коридоре раздался визг и крик Лиеты:
– Лиена, оно работает! Я тебя слышу, а если нажать еще и вот сюда, то вижу! Ты молодец!
На ее крики стали выглядывать другие девушки, замечая прыгающую и махающую руками сестренку, едва ли не крутили пальцем у виска, но той все было ни по чем. Пусть думают, что хотят, за нами и так уже закрепилась слава малость тронутых, а может и не малость, а ушибленных на всю голову. Но кого это волнует, когда столько интересного на горизонте?
– Лиена, идем быстрее, покажем твое изобретение друзьям, надо будет и им такое же подарить, – трещала без умолку мое отражение.
Забрав сумки, свою и Лиеты, вышла за дверь, получив от Диары пожелание хорошего дня. Сестра продолжала скакать по коридору, радуясь моему изобретению. Чужие взгляды ее не волновали.
В столовой нас уже ждали остальные. Не успев даже присесть, принцесса тут же вывалила на ошарашенных друзей новость о переговорнике на расстоянии. Естественно, такой же захотели и остальные.
– Я сегодня попрошу у Ирвиса заготовки и сделаю всем это средство связи, просто пока надо было проверить, станет ли мое изобретение работать, – довольно высказалась, забыв о плохом настроении.
– Когда ты успела все сделать? – поразилась Мирша.
– А она всю ночь не спала, только утром прилегла, – сдала меня с потрохами Лиета.
– Ага, я так понимаю, способы уничтожения трейвизы ты не выучила? – осведомился Ейрат, я застонала.
– Забыла совершенно, не до них было. И по закону подлости явно меня сегодня и станут пытать. Магистр каким-то образом всегда знает, кто не готов к занятию, – удрученно поведала и упала головой на стол. Даже несколько раз стукнулась лбом, в надежде, что знания сами собой появятся в черепной коробке. Не появились.
– Не переживай, где там твой амулет памяти? Вот конспект, давай, читай, чтобы хоть с большего иметь представление, – по-доброму усмехнулся Ханш.
– Спасибо, мил человек, ты настоящий друг, – довольно оскалилась, активируя амулет памяти и по диагонали читая конспект парня.
Мне повезло, что нечистология у нас стояла первой. Иначе я бы точно ничего не смогла ответить, так как амулет себе делала не такой мощный, как остальным, заготовка была слабая, концентрация в нее помещалась минимальная.
Ведь что такое заготовки? Обычная бижутерия, как говорили в моем мире, самый дешевый сплав, доступный даже не аристократам. Да, камни, на которые наносились плетения, уже были подороже, но и от самого камня зависело, насколько мощный станет артефакт. Настоящие могли позволить себе только аристократы, для них я делала амулеты отдельно, но их было мало, в основном не очень богатые отпрыски мелкого дворянства, а то и вовсе не титулованные крайды. Так называли местных крестьян. Просто слова из моего мира в обиходе не оказалось.
Так вот, мы с Ирвесом нашли выход из положения, вставляя в дешевые безделушки искусственно выведенные кристаллы. На них плетения ложились просто великолепно, но минус был в том, что действия такого амулета хватало часа на два, потом надо было сутки заряжать артефакт. Вот и себе для памяти оставила именно такой. Но на два часа мне вполне достаточно, информация потом все равно останется в памяти, но не с такой точностью.
Плотно позавтракав, мы отправились на занятие. Уже подходя к аудитории, Ханш вспомнил о нашем вчерашнем эксперименте.
– Девочки, а вы не брали с собой гладиолус?
– Зачем? Нам все равно придется создавать новый, а тот пусть останется в покоях, дополнительная защита не помешает, ведь в случае чего можно снять колпак и заплевать всех неугодных огнем, – ответила Лиета, я согласилась с ней кивком головы.
В аудиторию вы влетели едва ли не с гонгом. Преподаватель Жэрвит уже находился возле своего стола. Обведя нас пристальным взглядом, мгновенно оказался рядом со мной.
– Лиена или Лиета? – непререкаемым тоном спросил учитель.
– Лиена, – отозвалась, понимая, чего от меня хотят.
– Что ж, с вас и начнем, расскажите-ка мне, студентка, сколько способов уничтожения трейвизы? – Ласковый голос магистра не предвещал ничего хорошего. В голове промчалась мысль: «Будет валить». Вздохнув, напрягла память, перед мысленным взором встала страница из конспекта Ханша.
– Два, и оба немагические, так как магия не только не причиняет этой высшей нежити вреда, но и подпитывает ее, делая сильнее.
– Достаточно, вы так и не назвали способы уничтожения, – недовольно скривился учитель.
– Первый способ… – начала было я, но меня оборвали взмахом руки.
– Когда была возможность, вы не ответили, сейчас поздно, вы не заслужили хороший балл, – равнодушно бросил преподаватель. Я начала злиться.
– Вы задали мне вопрос, не рассказать о способах, а сколько их всего, так что, на ваш вопрос я ответила, еще и дополнительно, – отозвалась, не думая опускать взгляд, я знала, что права и бояться гнева магистра не стоило.
– Напомните мне, как звучал мой вопрос? – вкрадчиво спросил этот гад, я ощутила подвох, но идти напопятный уже не вышло бы.
– Вы спросили, сколько способов уничтожения трейвизы, – повторила слова магистра. – Но не спросили, какие.
– А вы малое дитя? Вам надо все разжевывать? Если я спрашиваю, сколько, значит, хочу получить полный ответ на свой вопрос, – холодно отчеканил этот гад, наверняка друг Нарижа.
– Нас, конечно, учат менталистике, но чтение мыслей в эту категорию не входит, к моему огромному сожалению, – пожала плечами, смело глядя в глаза учителя, ему определенно это не нравилось.
– Дерзить преподавателю вздумали? – не найдя, к чему придраться, Жэрвит вздумал пойти на крайние меры: преподаватель всегда прав, а если не прав, то смотри выше. Но и мы эту науку прекрасно знаем.
– И в мыслях не было, я всего лишь ответила на четко поставленные вопросы и не понимаю, чем вы недовольны. Рассказать о двух способах уничтожения? Пожалуйста, расскажу, но вы ведь и слова не даете вставить.
Все студенты, затаив дыхание, наблюдали за наше милой беседой, никто не рискнул вмешиваться, чтобы не сделать только хуже. Жэрвит сверлил меня недовольным взглядом, пытаясь придумать, как меня завалить или наказать, но, видимо, сегодня его фантазия осталась в покоях, так как, досадливо скривившись, махнул рукой, разрешая присесть на место.
Спрашивать он больше ни у кого ничего не стал, вместо этого поведал:
– Открывайте ваши конспекты, сегодня мы поговорим о новом виде нежити, которая ворвалась к нам через прорыв, с ней совсем недавно пришлось столкнуться нашим магам, к сожалению, есть жертвы.
– Прорыв был санкционированный? – поинтересовался наш аристократ-заучка, считающий всех мусором под ногами.
– Похоже, да, – кивнул Жэрвит. – Кто-то намеренно открыл портал в один из миров, оттуда и повалила нежить, многих удалось уничтожить, но еще треть осталась, она, к сожалению, умеет мимикрировать, это тоже маги узнали опытным путем, ценой собственной жизни.
Дальше мы просто писали, а магистр рассказывал. Вот чего у него не отнять, помимо вредности и злословия, так это умения отлично и понятно подать материал. Заклинания мы пробовали прямо здесь и сейчас, закрепляя результаты. После занятия выходили немного офигевшие.
– У меня ощущение, что я знаю, кто открыл эти порталы, – тихо шепнула сестра, глянув на меня.
– Угу, наш хороший знакомый, который пытался украсть твою силу, – кивнула, тем самым заинтриговав друзей.
– Девочки, ничего не хотите нам рассказать? – вкрадчиво спросил Ханш. Мы с сестрой переглянулись, вздохнули и пообещали:
– После занятий.
Почему именно сейчас мы решили раскрыть мою тайну, не могли бы ответить, но в груди зрело ощущение, что так надо, так будет правильно. Доверие дорогого стоило, а недоверием можно оттолкнуть. Что-то назревало, недаром Кориер активизировался. И нам любая помощь может пригодиться. Но зачем ему нежить? Чего он пытается добиться?
На зельеварении мы отдохнули душой. Дависа предоставила нас с сестрой самим себе, чтобы мы могли доделать то, что не успели на прошлом занятии, а именно, зелье, меняющее цвет глаз, что усиливало и улучшало зрение. Я назвало его «орлиный глаз», так как надеялась, что наше изобретение позволит видеть далеко вокруг. Зачем это надо? Кто его знает, просто однажды приснилось, а, посоветовавшись с вампиром, получила одобрение. Он часто говорил, любой маг должен прислушиваться к своей интуиции и ни в коем случае не отмахиваться от нее, потому что маг – это, говоря моим языком: мина замедленного действия, не знаешь, когда рванет, а интуиция, или, как у меня, сны зачастую предрекают грядущие события. И если приснилось такое зелье, его необходимо обязательно приготовить. Благо срока годности оно не имеет, особенно если запустить его в стазис.
