Текст книги "«Рай» во тьме"

Автор книги: Ольга Маслюкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 17

Федор Николаевич вернулся домой поздно. Жену увезли в больницу. Она находилась в коме. Он ходил из одной комнаты в другую, ожидая звонка от сына. Юрий должен вылететь завтра. Ему хотелось, чтобы сын встретился с матерью. Открыв бар, он налил в рюмку коньяку и залпом выпил. Спать он не мог. Когда перевалило за полночь, раздался звонок. Федор Николаевич дрожащими руками взял трубку, предчувствуя беду. Ночные звонки всегда его пугали.

– Слушаю.

– Федор Николаевич, извините, пожалуйста, за ночной звонок, но я должен вам сообщить…

– Говорите же, говорите…

– Я приношу свои соболезнования, Ваша жена умерла, – сказал голос, прозвучавший будто из-под земли.

Рука с трубкой опустилась, и он присел в кресло. «Вот и случилось», – подумал он. Его глаза наполнились слезами. Почему, он и сам не знал. В глубине души он ждал этого. Знал, что это скоро случится, но все же, не мог поверить. Налив себе еще рюмку, он так же залпом выпил. Федор Николаевич не стал сообщать сыну о смерти матери. «Завтра все скажу», – решил он.

В эту ночь он не сомкнул глаз и, дождавшись рассвета, сразу поехал в морг. Федор Николаевич позвонил Дмитрию, чтобы организовали похороны. Дмитрий был младше его сына, разведен и в любую минуту готов выполнить любое поручение. Доверяя, Федор Николаевич все же всегда проверял его. Так было со всеми, кто его окружал. Он боялся держать возле себя человека, который может предать. В его окружении были только проверенные люди, но он все равно считал, что деньги могут толкнуть человека на предательство.

В десять часов Федор Николаевич уже был в аэропорту и ждал прибытия самолета. Юрий, увидев отца, сразу понял: что-то случилось. Он подошел к нему, обнял. Отец «с комком» в горле сообщил о смерти матери. Юрий замер в объятиях и несколько секунд не отпускал его. Они молча получили багаж и сели в машину.

Дома первым начал разговор Федор Николаевич:

– Сынок, мы знали, что ей осталось мало жить. Я понимаю, что тяжело привыкнуть к потере матери. Но это было неизбежно. Мы должны поговорить о многом. У нас большие перспективы. Хотя сейчас не время… – волнуясь говорил он, боясь, что сын осудит его за столь нелепый в такое время разговор.

– Отец, я все понимаю и готов тебя слушать. Федор Николаевич посмотрел на него и с гордостью подумал: «Весь в меня. Хорошая замена выросла».

– Пойми, подготовка похорон ведется. Все будет организовано на высшем уровне. Но жизнь продолжается, и у меня много планов, которые в дальнейшем будешь осуществлять ты. Времени у нас мало. Москва ждет. Я и так засиделся здесь из-за ее болезни. Извини, я не мог везти ее в Москву.

– Пап, ты не волнуйся. Пойдем, выпьем и поговорим. Они прошли на кухню и сели за стол. Юрий разлил в рюмки коньяк.

– За упокой моей матушки, – сказал он и выпил до дна.

– Сынок, после похорон я уеду в Москву. Примешь все мои дела. Временно. Я на тебя надеюсь, ты должен завершить множество незаконченных дел. А потом нас ждут большие деньги, сынок. Очень большие. Мы уедем в Швейцарию. Там у меня уже есть капитал и жилье.

– Я готов принять твои дела. Возвращаться в Англию я уже не хотел бы, хотя ты меня просил.

– Забудем об этом. Есть еще одно не бумажное дело.

– Какое?

– Есть девушка, зовут Даша.

– Твоя любовница?

– Ну что ты говоришь?

– Я не осуждаю, папа. Это вполне нормально.

– Она молода и очень красива. Умна и талантлива. Вероятно, еще девственница и не разбалована мужчинами. Сирота.

– Ого! Эксклюзив какой-то!

– Может быть, может быть, – наливая в рюмку коньяк, задумчиво произнес Федор Николаевич.

– Ну и зачем тебе такой эксклюзив?

– Я из нее сделаю то, что хочу. В Москве мне нужен такой агент. Она подходит по всем параметрам. Помнишь Марину?

– Конечно, – улыбнулся Юрий.

– Так вот, она пожизненно под моим колпаком. Провалила одно дело, которое стоило миллионы. Я ей сохранил жизнь. Она умоляла и как пес служит мне до сих пор. Ее талант и умение нужно использовать. Марина неплохо справлялась с заданиями. Но наша работа беспроигрышная. Я для этого не жалею денег. Она жила, как в раю. Купалась в роскоши. По-видимому, выдохлась или потеряла бдительность. А замену ей не мог найти долго. А тут удача! Нутром чувствую. Это то, что нам нужно. Вот Марина и передаст ей свои навыки.

– Ты думаешь, она сможет.

– Сможет. Она жить хочет.

– А сколько Даше лет?

– Восемнадцать.

– Отец, она еще ребенок.

– О, нет. Она не по возрасту взрослая, талантлива и очень умна. Даже не могу поверить, что такое создание я нашел в интернате. Главное, она никому не нужна. Ее никто не будет искать. Общается с горничной своей бабки и с подругой. Все. Когда ты ее увидишь, поймешь. Характер у нее тоже есть, гордая.

– Отец, я чего-то не понимаю. Ты будешь тратить время на ее обучение, когда есть постарше, поопытнее…

– Не перебивай. Опытные опаснее. Ты не совсем еще понимаешь, что я хочу. Ее сломать трудно, но возможно. Я долго наблюдал за ней, все узнал и решил забрать. Она, конечно, ни о чем не догадывается.

– Ну ты даешь!

– Во-первых, ты ее не видел, во-вторых, не считай меня идиотом или маразматиком. Ты даже не можешь представить, если все получится, какие деньги она может нам приносить. У нее – феноменальная память, врожденный талант художника, аналитический ум.

– Чего же она в интернате делала?

– История банальная. Мать убили, отца никогда не было, бабушка, зажиточная стерва, запихнула ее в интернат, дабы не обременять свою личную жизнь незаконно рожденным ребенком.

– А отец? Кто он? Неизвестно?

– Нет. А как девчата беременеют после школы? Вот и ее мать, окончив школу, нагуляла с кем-то. Родители ее бросили, жила с теткой, тетка умерла, а она осталась с ребенком. Пьянки, гулянки довели до смерти.

– И как же с такой наследственностью выросла такая гениальность?

– Чьи-то гены сыграли свою роль. Только никто этого не заметил. А я заметил.

– Ты все про нее узнал?

– Почти. Родственников больше нет. Она одинока как перст.

– А искать ее не будут?

– Нужно все сделать так, чтобы не искали. Я тебе сказал, с кем она близка и кто может интересоваться ее жизнью.

– Ладно, я подумаю.

– Я вижу, ты стал понимать.

– А откуда она родом?

– Представляешь, землячка! – улыбнулся Федор Николаевич, – из Беларуссии.

– Надо же. Все, что у тебя есть на нее, дашь мне для изучения.

– Хорошо. После похорон, времени у тебя – три месяца. Ты должен сделать все, чтобы в Москву она приехала такой, какой я хотел бы ее видеть. Да, и еще. Одежда, макияж, умение вести себя в высшем обществе – неотъемлемая часть в моем деле. Удели этому особое внимание.

– Отец, все будет в лучшем виде. Я прошел такую школу, что смогу сделать из нее то, что тебе нужно.

– Вот и договорились. Ты – молодец. Я всегда знал, что у меня есть, кому передать свои дела после моей смерти.

Они выпили еще по рюмке и пошли спать.

Глава18

Даша не находила себе места. Она мучилась и не могла решить, с кем ей посоветоваться, кому рассказать обо всем, что с ней происходит. Подруге? «Нет, она не поймет. Ей кажется, что я выиграла лотерейный билет, и ждет, что я ее пристрою у Федора Николаевича. Тете Клаве? Зачем ей лишние переживания, она недавно жаловалась на сердце», – думала Даша. Посмотрела на градусник за окном. Было +27. И это еще утро, подумала Даша. Открыв балкон настежь, она не почувствовала ветерка.

– И как я пойду по магазинам в такую жару, – произнесла она вслух.

Она решила принять холодный душ. Затем пошла на кухню варить кофе. Зазвонил телефон. Даша долго искала его в сумочке, но мобильник не умолкал. «Господи, кто же так настойчиво звонит?» – волновалась она.

– Алло, – ответила Даша в трубку.

– Ну, наконец-то. Я звоню, звоню, беспокоюсь. Думала, что-то случилось с тобой, – услышала Даша взволнованный голос тети Клавы.

– Тетя Клава, здравствуйте, я была в ванной, не слышала. Как Ваше здоровье? Как дела?

– Все хорошо, Дашенька. А у тебя что нового? Даша сделала паузу. Она вдруг захотела все рассказать тете Клаве, но…

– У меня все хорошо. Завтра устраиваюсь на работу к Федору Николаевичу. Работа нетрудная.

– А как же учеба?

– И учиться буду. Заочно. Он сказал, что поможет мне во всем.

– Ну, слава Богу. Я так рада за тебя. Может, и хороший человек этот Федор Николаевич.

– А как там Вы поживаете?

– А у меня все по-старому. Работаю с утра до позднего вечера. Отлучиться из дома надолго не могу. Ваня учится в Англии, а Вера поступает в институт, пока не знаю, в какой. Бабушка твоя очень изменилась. Стала часто болеть. Может, от этого и злость у нее еще сильнее проявилась. На меня стала кричать. Я думаю, что уйду от них. Хозяина жалко. Он добрый человек, но полностью в ее власти. Как только скажу ему, что уволюсь, он просит не делать этого. Я опять соглашаюсь.

– Тетя Клава, она мне не бабушка и я не хочу ничего о ней знать.

– Прости, Дашенька, это я так.

– Если у Вас будет когда-нибудь время, мы можем встретиться. Приезжайте ко мне.

– Спасибо, дорогая. Обязательно встретимся. Но позже. Желаю тебе удачи. Целую тебя. Пока.

– До свидания, тетя Клава.

Даша отключила телефон и задумалась: «Почему я ничего ей не сказала? А зачем? Она расстроится. Чем она может мне помочь? Сама все время собирается уйти от них». Она положила телефон на стол и взяла сумочку. Достав оттуда кошелек, вытащила доллары, посчитала и разложила их на диване. Было 1500. Она долго смотрела на них, трогала руками и думала: «Как много, целый год можно прожить. Он так небрежно мне их отдал. Какой же тогда у него заработок, если для него это такая мелочь? А как он говорил о них. С таким восхищением, азартом и так страшно. Без них действительно не проживешь. Но зачем так много? Может, я что-то не понимаю. А что я вообще понимаю в жизни? А эти девушки в кафе? Как они одеты красиво. Веселые. Наверное, у них много денег и они живут припеваючи. Федор Николаевич изменит мою жизнь, и я стану такая, как они, буду иметь все. Буду рисовать, не жалея денег на краски и бумагу. Что же мне делать? Но почему он так щедр ко мне? Что ему нужно?» Даша мучилась в догадках, но ответа на свои вопросы не находила. Она сложила аккуратно доллары и положила в кошелек. Никто не звонил. Был полдень. Она решила позвонить Свете.

– Светик, ты чем занимаешься? Может, мы встретимся в каком-нибудь магазине?

– А почему в магазине?

– Понимаешь, я должна выполнить одно поручение и без тебя не обойдусь.

– Какое поручение?

– Я тебе все расскажу при встрече.

– Хорошо. Куда ехать?

– В самый модный магазин.

– Это в центре.

– Вот там и встретимся. Подъезжай, я уже собираюсь. Даша натянула джинсы, топик, заплела косу и вышла из дома. Она обрадовалась, что не позвонил Дмитрий, хотя и обещал приехать: у нее остался неприятный осадок после его визита. По пути она зашла в обменный пункт и поменяла доллары. В руках у нее была огромная, как ей казалось, пачка денег, которые она спрятала в сумку. Ей пришлось еще полчаса ждать Свету, прежде чем они вошли в красивейшее здание. Перешагнув порог дорогого магазина, они чуть не задохнулись от восторга.

– Света, смотри, юбки, блузки, обувь, косметика! И я могу все купить!

– Даша, здесь такие цены! Ты, что, миллионерша?

– Я не миллионерша, но могу сегодня позволить себе купить пару дорогих вещей. Федор Николаевич дал мне денег.

– Ух, ты! Это что, аванс? Ты же еще не работаешь?

– Я верну ему, когда заработаю.

– А сколько он будет платить тебе?

– Не знаю.

– Вот видишь? А, вообще-то, все равно. Раз дал, значит, так нужно. Дашка, не мучайся по этому поводу. Он – дядька богатый, и для него эти деньги мелочь. Сейчас мы тебя приоденем по высшему классу.

– Девушка, – обратилась она к продавцу, – Вы не могли бы помочь выбрать этой девушке одежду для работы в офисе?

– Конечно, помогу, – ответила доброжелательно продавец. Она сняла три костюма и подошла к девушкам.

– Вот три варианта. Примеряйте. Даша скрылась в примерочной. Света не выдержала и заглянула к ней.

– Ничего себе! – увидев Дашу в короткой юбочке и белой кофточке, воскликнула она. – Ты просто леди! Элегантно!

Когда Даша вышла из примерочной, продавец улыбнулась и подтвердила то, что сказала Света.

– Дашка, ты – как с обложки журнала!

Юбка серого цвета, чуть выше колена с разрезом сзади, белая блузка с маленьким воротничком и приталенный пиджак такого же цвета, как юбка, – все сидело на девушке замечательно. Она крутилась перед зеркалом, разглядывая себя, и не верила, что это она.

– Девушки, а остальное будете примерять?

– Нет, – ответила Света. – Мы на этом и остановимся. Уж очень красиво!

Даша посмотрела на Свету. Ей хотелось еще примерить брючный костюм, но подруга затараторила:

– Дашка, еще туфли нужно подобрать, косметику. Пошли в следующий отдел.

Они рассчитались и пошли выбирать туфли. Света едва успевала подавать ей разные пары, наконец, они подобрали и довольные отправились покупать косметику.

Когда они вышли из магазина, глаза у обеих светились радостью. Света с завистью смотрела на Дашу.

– Я просто тебе завидую, Дашка. Ты не забыла спросить про меня? Теперь ты должна побеспокоиться о своей подруге.

– Я помню. Завтра же спрошу.

– Даша, тебе нужно сменить прическу. Твой стиль сказочной красавицы сейчас не в моде.

– Света, мне жаль обрезать такую косу, – грустно ответила Даша.

– А мы ее чуть-чуть. Пусть волосы будут немного выше талии, ты сможешь их распустить и уложить волнами. Представляешь, какая красотище будет! Я все время стрижку делаю, а так хочется иметь длинные волосы. А у тебя коса ниже спины, и все время заплетена. Решайся.

– Я всю жизнь с косой. Даже не могу представить, что ее обрежу.

– Сейчас или никогда. Хочешь быть современной девушкой?

– Хочу, – тихо ответила Даша, вспомнив девушек из кафе.

– Тогда пошли.

Они зашли в салон-парикмахерскую, и Света уверенно обратилась к мастеру:

– Девушка, нам нужно обрезать косу.

– Пожалуйста, проходите.

Даша села в кресло. Парикмахер стала расплетать ее косу, изредка поглядывая в зеркало на Дашу, которая следила за ее действиями.

– Какую длину Вы бы хотели? – спросила она Дашу.

– Не знаю, но не коротко.

– У Вас великолепная коса, а волосы к тому же немного вьются.

– Вы – мастер, – вмешалась Света, – и должны сделать из нее красавицу.

– Она и так красавица, – улыбнулась парикмахер.

– Нужно еще краше, – убеждала Света, – пусть длина будет чуть выше талии.

– Хорошо, девушки. Начнем.

Даша сидела с замиранием сердца и думала: «Что же получится? А вдруг мне так будет не красиво?» Но тут она опять вспомнила девушек из кафе, у которых были длинные вьющиеся волосы. Даша решилась и закрыла глаза. Наконец, когда мастер сказала «все», она повернулась к Свете.

– Дашка, – вырвалось у той, – если бы я встретила тебя, не зная, что это ты, то не узнала бы сразу.

Даша провела руками по волосам и молчала.

– Скажи что-нибудь, не молчи. Тебе нравится?

– Не коротко? – чуть слышно произнесла она и посмотрела на парикмахера.

– Волосы сейчас приподняты феном и вьются. А длина их такая, какую просили. Вот ваши волосы, здесь сантиметров двадцать, можете забрать.

– Нет, не нужно, – ответила Даша.

Девушка быстро спрятала Дашины обстриженные волосы в стол.

– Дашка, ну скажи хоть что-нибудь, – умоляюще просила Света.

– Нравится, – улыбнулась Даша.

– Ну, слава Богу. У меня чуть инфаркт не случился. Думаю, убьешь, когда выйдем из парикмахерской. Ты обалденная! Тебе бы кинозвездой быть.

– Вот это меня совсем не привлекает.

Они вышли из салона. Даша чувствовала, что ее пышные волосы касаются плеч. Света постоянно поворачивала голову в ее сторону и радостно улыбалась.

– Теперь, Даша, ты придешь на работу в полном порядке, и все будут смотреть на тебя не как на сиротку, а как на деловую женщину, – гордо заявила Света.

– Мне даже страшно.

– А ты не трусь. Веди себя уверенно. Его секретарь упадет в обморок, когда тебя увидит. Да и сам он обалдеет.

– Кто?

– Федор Николаевич. Ты уж теперь не забудь про меня словечко замолвить.

– Не забуду.

– А как твой кавалер поживает? Ты мне ничего не рассказываешь.

– Сергей, что ли?

– А у тебя их много?

– Ладно, не ерничай. Вчера в кафе ходили.

– Ну, Дашка, у тебя жизнь стала, как в раю. Деньги пачками сыплются, парень-красавец, работа, квартира есть. А я – сирота, до сих пор мыкаюсь. Живу теперь в общежитии, стипендии будет маловато. Надеюсь только на тебя.

– Свет, Сергею я – не пара.

– Почему это?

– Понимаешь, я боюсь влюбиться. Ему нужна другая девушка. Я думаю, она у него есть.

– Вот выдумала. Ну и что? Ты ему понравилась.

– Он мне тоже. Но я видела в кафе супермодных девушек, которые просто не сводили с него глаз. Мне показалось, что ему было неудобно – я такая простушка, а, когда я предложила уйти, он сразу согласился.

– Ты будешь работать и тоже такая станешь.

– Какой работой буду заниматься, еще не знаю. Деньги взяла, а теперь думаю о том, как их отдать.

– А ты не думай. У тебя их еще никто не просит. Считай, что тебе их подарили за талант и красоту.

– Ой, Светка, не знаю я, за что, но все это мне совсем не нравится. Согласись, не бывает так, чтобы какой-то бедной сиротке подвалило столько материального счастья. Подумаешь, рисую! Сколько таких? Талантливых много. У них и папа, и мама есть. Да и у Федора Николаевича сын есть. Правда, взрослый уже, лет под сорок. Вот только не знаю, есть ли внуки.

– Если б были, он бы ими занимался. Видно, нет у него внуков, а хочется. Вот он и присмотрел тебя, и шефство над тобой взял. Может, ты ему как внучка будешь.

– Посмотрим. Я пока ничего не знаю. Да и он ничего не говорит конкретно. Все загадками какими-то, – задумчиво произнесла Даша.

Даша умолчала о неприятном визите Дмитрия. Ведь Света могла все расценить не так и, не дай Бог, подумать, что она будет выполнять интимные услуги.

За разговором они не заметили, как добрались до дома.

– Вот жара сегодня, – выдохнула Света, ставя пакеты на стол. – Открывай балкон, а я пойду под холодный душ.

– Иди, иди, а я потом.

Света пошла в ванную. Даша вытащила из пакета продукты, которые они купили по дороге, и положила в холодильник, включила чайник и стала распаковывать костюм, чтобы повесить на вешалку. Вытащила из сумки кошелек и пересчитала оставшиеся деньги. Она истратила половину. Даша подумала: «Отчет, надеюсь, у меня никто не спросит, дам-ка я Свете половину». Может, и она себе что-нибудь купит. Она отсчитала и положила на стол. Кошелек спрятала в сумку и вернулась на кухню. Чайник уже вскипел, и Даша стала накрывать на стол. Света вышла из ванной в одних трусиках и бюстгальтере.

– Даш, я похожу так, а то уж очень жарко.

– Конечно. Я сейчас тоже приму душ. Пять минут, и мы будем обедать.

Даша скрылась в ванной. Света села в кресло и увидела деньги, лежащие на столе. «Как же Дашке повезло! – думала она. – Вот бы мне так. Столько денег отвалил ей этот Федор Николаевич».

Света дотронулась до купюр. Ей захотелось подержать их в руках. Взяла и машинально пересчитала. «Да, мне бы хватило надолго», – размышляла она. Положив на стол, стала пристально смотреть на них. Дотронулась снова пальцами и вытянула две купюры. Она зажала их в кулак и приготовилась положить в свою сумочку, подумав, что Даша не заметит исчезновения каких-то двух купюр из такой пачки. Но тут неожиданно из ванны вышла Даша. Света растерялась и с ужасом смотрела на нее. Даша сразу догадалась:

– Света, положи деньги.

– Даша, я не хотела. Подумала, что они тебе даром достались. Зачем так много? А я взяла-то всего…

– Положи! – крикнула Даша. – Дело не в том, что ты их взяла. Я тебе всегда доверяла. И эти деньги на столе были все твои. Я хотела поделиться с тобой. А ты решила украсть.

Даша не могла поверить, что ее лучшая подруга решилась на воровство. «Как же ей доверять? Боже, а если она и в интернате этим занималась? Ведь были случаи, но никого не находили. Нет, нет, только не Света», – гнала от себя эти мысли Даша.

– Дашенька, прости. Черт попутал. Прости, – чуть не плача, просила Света.

– Пошли обедать, – сердито позвала ее Даша и прошла в кухню.

Света пошла за ней. Обедали молча. Чувствовалось, что аппетит у обеих пропал. Они не смотрели друг на дружку, а думали о своем.

– Даша, прости, – пробормотала опять Света.

– Я-то тебя прощу, но осадок у меня остался неприятный. Пойми, зависть – это страшное чувство, из-за которого можно потерять все.

– Я представляю, что ты сейчас обо мне думаешь.

– Это уже не важно.

Разговор не получался. Света стала собираться, Даша не возражала.

– Света, возьми деньги. Я их положила для тебя.

– Я не возьму.

– Как хочешь, я не настаиваю.

Уходя, Света еще раз сказала «прости» и захлопнула за собой дверь.

Даша вернулась в комнату, села в кресло и заплакала. Единственная подруга, которой она могла доверить все, вдруг стала для нее чужой.