Текст книги "Ты будешь только моей"

Автор книги: Ольга Баскова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 34

– Говорила я: мадам против, – прихлебывая чай, докладывала о происшедшем Антонина своей подруге. – Ничего у нас не выйдет.

– На этот счет у меня заготовлен сюрприз, – старуха заулыбалась во весь свой беззубый рот. – Твоя правнучка должна заманить его в квартиру. Сделать это легко: заведите какое-нибудь животное, и пусть она пригласит его посмотреть. Он купится. А потом Ксения должна заорать и разорвать на себе платье. Я буду начеку. Сразу примчусь в квартиру, она скажет мне, что Евгений пытался изнасиловать ее. Подадите заявление в милицию, а я пойду свидетелем. Посмотрим, как он отвертится.

Несколько дней Ксения была тише воды ниже травы. Она посылала Жене самые милые улыбки и, кроме «здравствуй», ничего ему не говорила. В те же дни девочка завела хомячка и, выждав, как советовала Анна Матвеевна, недельку, пригласила Женю к себе в квартиру. Разговор с матерью, состоявшийся после посещения Антонины, Женя всерьез не воспринял. Он и не мог воспринять его серьезно: Наталья умело обходила подводные камни, и мальчик так толком и не понял, какая опасность таится в его подружке. Но если мама не хочет, он не будет сидеть с ней на скамейке и держать на коленях. Однако разговаривать-то можно?

В предложении полюбоваться на хомяка парень не усмотрел ничего угрожающего и уже направился в ее квартиру, но, на его счастье, на балконе оказалась бабушка Надя.

Она истошно закричала:

– Немедленно вернись!

– Я только посмотрю хомячка! – крикнул ей в ответ мальчик.

– Я сказала: вернись немедленно!

Женя боялся бабушки больше, чем матери. Не сказав Ксении ни слова, он отправился домой. На этот раз план Анны Матвеевны не сработал.

Ксения, которую прабабушка давно посвятила в свои тайны и пообещала: быть ей женой Евгения, сдаваться не собиралась. У нее тоже был план. Только она им ни с кем не делилась.

* * *

– Бабушка, – обратился Женя к Надежде Петровне, – почему мне больше нельзя дружить с Ксюшей?

Надежда Петровна замялась. Она не знала, как объяснить внуку намерения семьи его подруги.

– Потому что ее семья – плохие люди, – сказала она наконец.

– Чем же они плохие? И почему вы говорите об этом только сейчас?

Бабушка поняла: у внука имеется еще очень много вопросов, на которые они с дочерью не смогут дать ответ.

– Женечка, – пожилая женщина обняла внука, – я все тебе объясню, когда ты станешь старше. Нет, я не хочу сказать, что ты глупый мальчик. Просто, став старше, ты лучше поймешь меня. Если бы твой папа был жив, он сказал бы: мы делаем все правильно. Он тоже не одобрил бы этой дружбы.

Воспоминания об отце были для Жени священны.

– Хорошо, – мальчик махнул рукой, – если папа тоже не хотел этого, я не буду больше с ней общаться.

Однако Ксения считала по-другому и, выждав несколько дней, подошла к Жене.

– А у нас была твоя мамаша, – с наслаждением сося леденец, заявила она.

– Мою маму зовут Наталья Григорьевна, – зло отозвался парень.

– Подумаешь, какие мы гордые! – Ксения тоже повысила голос. – Впрочем, как хочешь, мне это до лампочки. Мне интересно одно: какое право она имеет разрушать нашу дружбу? Разве не мы решаем, общаться нам или не общаться? Вот моя прабабушка считает именно так.

– Моя мама сказала то, что я давно не решался. – Женя опустил глаза. – Я не хочу больше с тобой дружить.

– Это еще почему? – Девочка выплюнула леденец и пристально посмотрела на Евгения.

– Я нашел себе друга, – нашелся тот. – Понимаешь, с мальчишками мне интереснее.

– Ты все врешь, – глаза Ксении сузились. – Тебя настроили твои мать и бабка.

– Я вообще больше не хочу с тобой разговаривать. – Женя в тот момент подумал: что бы от него ни скрывали его родные, они абсолютно правы. Отныне эту девицу он будет обходить стороной. Мальчик развернулся, чтобы уйти, однако бывшая подруга не собиралась отпускать его так.

– Это твое окончательное решение? – Ее узкий рот, казалось, выплевывал слова ему в лицо.

– Окончательное и бесповоротное. – Женя постарался ответить так же решительно, как ответил бы отец.

– Хорошо, – щеки Ксении сделались пунцовыми. – Ты еще пожалеешь.

– Сомневаюсь. – Евгений повернулся к ней спиной и твердой походкой направился домой.

Через три дня на него напали бомжата, промышлявшие в контейнерах возле дома. Напавших было четверо. Выпившие и обкуренные, они свалили мальчика на землю и били его ногами. Ксения не скрывала своего участия в организации происшествия.

Она выплыла из-за кустов и руководила дракой, подбадривая парней:

– Дайте-ка ему еще, ребята.

Лицо Жени превратилось в сплошной синяк. Парень чувствовал: еще пара ударов – и он потеряет сознание. Сладкий голос его подруги выплывал из темноты:

– Хватит, ребята. Пусть попросит у меня прощения. Пусть скажет, что согласен дружить со мной.

Евгений закрыл глаза. Сильно кружилась голова, однако он не боялся потерять сознание. Лучше отключиться на время, только бы не сказать этой стерве то, что она просит. Ксения подошла ближе и схватила мальчика за волосы.

– Ребята, да он в отключке, – произнесла она. – Бежим отсюда.

Евгений подождал, пока топот перестал быть слышен, тяжело поднялся и пошел домой. Он все рассказал маме и бабушке. Надежда Петровна, увидев внука в таком состоянии, бессильно опустилась на стул и схватилась за сердце. Наталья растерялась, не зная, за кого из членов семьи браться. Ее матери тоже требовалась медицинская помощь. Недолго думая, она вызвала «Скорую». Врачи отпоили бабушку корвалолом, а Женю забрали в травматологию. Рентген показал: ребра и остальные кости, слава богу, целы, однако ушибы довольно сильны, имеется легкое сотрясение мозга. Пожилой врач написал заключение и отправил мать и ребенка в милицию.

Усталый милиционер, дежуривший в этот день, меньше всего хотел бы заниматься делами. Поэтому, увидев женщину с избитым мальчиком, он скривился и, приготовившись слушать, стал рисовать на бумаге геометрические фигуры, всем своим видом выражая нежелание вникать в какую бы то ни было историю.

Жене было очень трудно говорить. Опухший язык, казалось, занимал весь рот, и мама, видя состояние сына, пришла ему на помощь. Дежурный, выслушав рассказ парня и его матери, вздохнул:

– А девчонка не беременна от тебя?

Услышав этот вопрос, Наталья побагровела, а Женя недоуменно взглянул на сидящего перед ним милиционера.

– Что вы такое говорите? – изумилась мама. – Ему только тринадцать.

– Не только, мамаша, а уже, – поправил ее дежурный. – И не надо делать из него ангела. Недавно приводит одна своего тринадцатилетнего внука и требует разобраться в ситуации: к ребенку, видите ли, пристала двадцатилетняя женщина, и только милиция может ее от него оторвать. Знаете, что потом выяснилось? Этот, с позволения сказать, ребенок сожительствует с женщиной намного старше его уже несколько лет. Кто кого совратил – вопрос открытый, но парень бегал к ней сам и с удовольствием. И получил все удовольствия, в том числе и сифилис.

– В городе может быть много разных случаев, – щеки Натальи побагровели, – у нас совершенно другое.

– Вы уверены?

Здоровенный детина наконец соизволил оторвать свою задницу от кресла и подошел к Жене.

– А ну колись, пацан, – толстыми пальцами он взял мальчика за подбородок, – имел ты с ней интимные отношения?

– Какие отношения? – Евгений слышал это слово впервые.

– Спал ты с ней? – милиционер переформулировал вопрос.

– Нет, – парень съежился. – Мы только гуляли во дворе.

– А за что же она тебя избила? – не унимался страж порядка.

– За то, что я не хотел с ней больше дружить.

– Впервые слышу, чтобы за это так избивали. – Милиционер повернулся к Наталье. – Пишите заявление, а завтра придете сюда еще раз. Вместо меня тут будет другой товарищ, ему все и расскажете.

Они пришли в милицию на следующий день. Теперь в кабинете сидели несколько милиционеров, все молодые, здоровые и красивые. Один из них, Дмитрий Ильич, к которому посоветовал вчера обратиться дежурный, начал с отчитывания.

– Вот вы пришли с банальной дракой, – сказал он Наталье, – а у нас нераскрытые убийства. Теперь прикажете все бросить и заниматься ерундой – за что девочка избила мальчика?

– Она не просто избила моего сына, – голос матери дрогнул, – она избила его до сотрясения мозга, и вы обязаны прореагировать.

– Так вроде избивала не она? – задал вопрос другой, читая заявление.

– Да, но она спровоцировала драку и даже не скрывала этого.

– Хорошо, я приглашу ее на беседу, – сдался Дмитрий Ильич, – но только потому, что к нам поступил звонок из травмпункта об избиении. В противном случае я бы этим не занимался.

– А кто должен заниматься этим? – Женя заметил, как глаза матери вспыхнули.

– Гражданка, еще раз объясняю: у нас трупы, а вы подсовываете бытовуху: почему девочка решила избить мальчика, отказавшегося с ней дружить? Кстати, который час?

– Уже одиннадцать, – подсказал ему сидевший рядом милиционер.

– Нам пора. – Дмитрий вскочил и стал натягивать пиджак. – С вашей Ксюшей, или как ее там, я поговорю.

Глава 35

О чем и как говорил Дмитрий Ильич с Ксенией, осталось тайной. Вероятно, беседа носила неопасный для нее характер, потому что Ксюшка чувствовала себя героиней дня. Евгений сидел дома, прикладывая лед к синякам на лице. Бабушка и мама запретили ему выходить на улицу.

– Что же это такое делается? – жаловалась Наталья своей подруге Светлане по телефону. – Мальчика зверски избили, известно, кто это сделал, а милиция отфутболила меня.

– Дура ты, дура, – рассмеялась Светлана, – дала бы им деньги – и было бы все в ажуре. Неужели ты не поняла, чего от тебя хотели?

– Но это же милиция, – растерялась Наталья, – неужели они бы взяли деньги? И притом у нас нет средств на взятки.

– Тогда и не жалуйся, – констатировала подруга.

Женя безвыходно просидел неделю. Ксения белым лебедем проплывала мимо его балкона, иногда махала мальчику рукой и спрашивала:

– Ну как, мой котеночек, ты еще не передумал изменить ко мне отношение? А то мы можем повторить. Ребятам понравилось. Они постоянно интересуются твоим здоровьем.

Мама и бабушка гнали девчонку от балкона, однако та ругалась на них матом и сыпала угрозами. Вечером вся семья собиралась в столовой и думала, как жить дальше.

– Не дадут они покоя Женьке, – плакала бабушка.

– Но есть же какой-то выход? – недоумевала Наталья.

Евгений тоже думал изо всех сил. Ему до смерти надоело сидеть дома и прятаться от бывшей подруги. Выход обрисовался после просмотра одного фильма. На следующий день Женя дождался, пока мама и бабушка ушли по своим делам, и, несмотря на запрет, вышел на улицу, направился в сквер возле дома и сел на скамейку. Это было довольно людное место, и он не боялся, что приятели Ксении поднимут на него руку. Мальчик ждал одного человека, который гулял здесь в обеденное время. Он ждал одноклассника матери дядю Борю.

Про Бориса Леонидовича Квитковского парень наслушался многого. В школе Борис увлекался всеми видами ведения боя, по окончании поступил в мореходку и женился на Жанне, которая училась в параллельном классе. Когда город захлестнула волна криминала, Квитковский бросил мореходку, хотя учился на последнем курсе, и вернулся в Приреченск. Он стал, по слухам, правой рукой одного из местных мафиози, коронованным королем рэкета, и выстроил себе трехэтажный особняк у моря. Надо отдать должное, дядя Боря всегда помогал своим одноклассникам и друзьям. Еще он до потери пульса любил свою жену и троих детей и каждый день гулял с кем-нибудь из них в скверике. Сейчас он вышел с самым младшим, пятилетним сыном Кириллом. Старшие уже подросли и в папиной опеке не нуждались.

Судьба была благосклонна к дяде Боре. После окончания эры криминала его не посадили, как многих его товарищей, не конфисковали имущество. Квитковский подыскал себе неплохую работу – тренером по боевым искусствам в детской спортивной школе. Вот к нему и решил обратиться за помощью Евгений. Увидев крупного мужчину, ведущего за руку маленького ребенка, и узнав Бориса Леонидовича, мальчик смело направился к нему.

– Здравствуйте, – Женя пытался отогнать робость, однако это ему плохо удавалось.

– Здравствуйте, – в тон ему ответил дядя Боря. – С кем имею честь?

– Вы когда-то учились с моей мамой, в школе ее фамилия была Ястребова. Помните?

– Наташка Ястребова? – Борис громко засмеялся. – Отлично помню. Даже какое-то время ухаживал за ней. Но она любила военных, а я их терпеть не мог. – Он с интересом посмотрел на мальчика. – Значит, это твоя мама? Как она? Я слышал, Наталья после школы поступила в медучилище, потом вышла замуж за офицера и уехала на Север. Больше я ее не видел.

«Видели, – отметил про себя Евгений, – и не раз. Просто не узнавали в измученной женщине, кивавшей вам при встрече, ту самую Ястребову с роскошными белыми волосами и веселой улыбкой, самую красивую девочку в классе». Парень подумал: суровые условия Севера пощадили его маму, оставив ей ее знаменитую белозубую улыбку и не избороздив лицо морщинами. Зато горе подкосило женщину, почти полностью изменив внешность. Теперь Наталью и рядом нельзя было поставить с женой дяди Бори Жанной, которая мало чем отличалась от девочки на выпускной фотографии.

Женя рассказал Квитковскому о несчастном случае, произошедшем с его отцом, и с замирающим сердцем приступил к главному:

– Я не знаю, как начать и как вы воспримете мою просьбу.

Борис доброжелательно посмотрел на него:

– Для сына Наташки сделаю все, что в моих силах.

Евгений четко изложил свою проблему. Дядя Боря слушал, не перебивая.

– И теперь я боюсь выходить на улицу, – говорил Женя, – вернее, за меня боятся мама и бабушка.

Квитковский вздохнул и решительно сказал мальчику:

– Пойдем со мной, сначала отведем Кирилла к родителям Жанны, они живут вон в том доме, и отправимся решать твою проблему.

– Но я не тороплю вас. – Парню стало ужасно неловко, такой быстрой реакции он не ожидал.

– Ты меня не торопишь, однако такие проблемы не терпят отлагательства, – пояснил Борис. – В противном случае ты до старости из квартиры не выйдешь. Впрочем, и это не выход из положения. Новые друзья твоей бывшей подруги могут подстеречь тебя где угодно, даже после школы. Думаю, у матери сейчас нет денег на телохранителя.

– Вы отведите сына, а я подожду вас на этой скамейке, – предложил Женя.

– Нет уж, дорогой, – мужчина взял его за руку, – здесь небезопасное место. Для твоих обкуренных и подвыпивших обидчиков преград не существует.

Ксения сидела во дворе и лузгала семечки, периодически бросая взгляды на Женин балкон. Ее беспокоило, что парень весь день не показывался. Обычно он робко выглядывал из-за двери и ретировался в комнаты, а она праздновала победу. Он не выдержит. Никто не выдержит столько времени взаперти, правильно сказала Анна Матвеевна. Праздник на их улице не за горами.

Девчонка вытягивала свою тощую шею, стараясь разглядеть испуганное лицо парня в каком-нибудь окне, но с изумлением увидела Евгения, входящего во двор с каким-то здоровенным мужиком и направляющегося прямо к ней.

– Это она? – спросил мужик, бесцеремонно показывая на Ксению пальцем.

Женя кивнул.

Мужик подошел к девчонке:

– Надо поговорить, мадемуазель. Нельзя ли пройти к вам?

– Надо – так говорите здесь. – Ксения осмотрела его презрительным взглядом.

– Ах, какие мы невежливые. – Дядя Боря изобразил на лице отчаяние. – Мало того, что тупые. Ладно, поговорим здесь. – Он тяжело опустился на скамью рядом с девчонкой. – Вот этот парень, – мужчина указал на Женю, – популярно объяснил тебе: он не хочет иметь с тобой дел. Ты не поняла и решила заставить его силой. Это нехорошо.

– А ты кто такой? – Поистине испугать собеседницу было нелегко.

– Я его дядя. Меня, естественно, интересует судьба племянника. – Квитковский встал с лавочки, издавшей жалобный скрип. – И все же я настаиваю, чтобы ты пригласила нас в гости. Прабабушка дома?

– А если я этого не сделаю? – высокомерно спросила несостоявшаяся невеста.

– Я тебе помогу. – Мужчина больно взял ее за локоть своей огромной ладонью. – Евгений, где живет наша красавица?

Ксюшка упиралась изо всех сил, пыталась закричать, но если кто и видел происходящее, на помощь ей не спешил. Они оказались у ее двери.

– Открывай! – Дядя Боря угрожающе посмотрел на девчонку. – Или я дверь вышибу ногой!

Поняв, что этот человек как сказал, так и сделает, лучше с ним не связываться, Ксения достала ключи. Квитковский втолкнул ее в квартиру, пропустил Женю, вошел сам и плотно затворил за собой дверь.

– Я хочу, – начал он, обращаясь к девчонке, – чтобы с этого дня ты не подходила к нему ближе чем на километр.

Ксения приняла вызывающий вид:

– Я буду делать так, как хочу.

Мужчина заломил ей руку. Это было очень больно, и девчонка закричала.

– Ты станешь делать так, как хочу я. – Другой рукой он схватил ее за волосы. – И поклянешься в этом своим здоровьем, потому что я намереваюсь регулярно встречаться с этим парнем и, если увижу на его теле хоть маленькую царапину, разорву тебя пополам.

– Я заявлю на вас в милицию. – Она искала последние способы спасения.

– А вот это тебе никто не помешает сделать, – рассмеялся Борис. – Женя тоже уповал на милицию. Судя по твоему виду, ничего страшного там нет. Да и в милиции меня знают. Так что вперед. А вот подходить к Евгению, трогать его и даже говорить с ним запрещается. В противном случае наказание будет страшным. Впрочем, если до тебя никак не доходит и тебе не дорога жизнь, можем начать прямо сейчас, уж больно ты его достала, да и у меня не вызываешь ни малейшей симпатии. – Он с такой силой толкнул ее, что она перелетела через всю комнату и ударилась о спинку кресла. Борис, сделав страшные глаза, медленно пошел на нее.

– А-а-а! – заорала Ксюшка, извиваясь по полу. – Не трогайте меня, я клянусь здоровьем, что не подойду к нему. Я не хотела! – С ней началась настоящая истерика. – Это все Анна Матвеевна. Она предложила помочь моей прабабушке поженить нас. Помнишь, я приглашала тебя посмотреть хомяка? Тогда я должна была разыграть сцену изнасилования. А она бы пошла в свидетельницы.

Спесь слетела с девчонки в считаные секунды. Она ползала возле ног дяди Бори, пытаясь поцеловать их, клялась и жизнью, и здоровьем, искренне раскаиваясь в своем поведении.

Квитковский решил: сегодня с нее хватит. Надо было повидаться со старушкой матроной Анной Матвеевной и объяснить ей, как вредно нежеланное содействие в сватовстве.

Глава 36

Старуха открыла дверь с быстротою восемнадцатилетней девушки. Дядя Боря не без основания предположил, что она подслушивала. Увидев рядом с Женей огромного амбала, Анна Матвеевна попыталась ретироваться, однако Квитковский помешал ей.

– Вы кто? – Старуха испуганно посмотрела на Квитковского.

– Родственник вот этого парня. – Борис вошел в комнату. – Я слышал, вы вздумали его женить? Без меня это никак невозможно.

– Кто вам сказал, что я хотела его женить? На ком? – Старая доносчица попыталась изобразить удивление.

– Ваша молодая соседка любезно раскрыла нам эту тайну, – рассмеялся мужчина. – Дело вот в чем: мне невеста не нравится. Свадьба отменяется. Ваша протеже только что поклялась своим здоровьем не подходить к нему ближе. Я жду от вас такой же клятвы.

Анна Матвеевна оказалась покрепче.

– Убирайтесь к черту! – закричала она. – Или я вызову милицию.

Квитковский медленно подошел к телефону и выдернул шнур из розетки.

– Пока мы не поговорим – никакой милиции. – Он погрозил старухе пальцем. – А потом вызывайте, если сможете.

– Что вы имеете в виду? – Анна Матвеевна похолодела.

– Если я не услышу тех слов, за которыми пришел, вы умрете естественной смертью… – Борис сделал паузу. – Прямо сегодня. К вашему сожалению, я знаю много точек: нажал – и нет человека. На вашем месте я бы подумал. Неужели интрига стоит вашей жизни?

Анна Матвеевна посмотрела в глаза этому незнакомому мужчине, называющему себя дядей Евгения, и ей впервые в жизни стало страшно. Столько лет, особенно при другой власти, она держала в руках нити человеческих судеб, решая, казнить или миловать, и порой решение зависело от ее симпатии или антипатии. Теперь какой-то мужик сам схватил ее за горло, и Анна Матвеевна чувствовала: на этот раз она проиграла.

– Хорошо, – вымолвила она. – Клянусь. Здоровьем, жизнью, своей дочерью. Вы довольны?

– Более чем. – Борис вежливо поклонился. – Надо ли говорить: если с головы этого парня упадет хоть один волосок…

– Я все поняла. – Старуха пошла к двери и открыла ее. – А теперь, пожалуйста, уйдите. Мне плохо.