Текст книги "Песня счастья"

Автор книги: Ольга Аникеенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Мой выпускной

Сегодня мой последний, мой выпускной бал. Что ж! Не побыть мне в роли выпускницы, зато постою на сцене. Это лучше. Сцена моя жизнь. Дима говорит о том, что теперь я вряд ли много буду выступать как раньше. Он считает, что я должна работать, и он прав. Место он для меня нашел. Так что это мой последний концерт. Это день прощания не только с университетом, но и с группой.

Я за час до начала вечера пришла в гримерку. Села перед фортепиано, распеваюсь. В дверь постучали.

– Войдите!

– Привет. Певунья!

– Стас! А ты что так рано?

– Оля, у нас в программе изменения.

– Что? Какие изменения? – я пораженно смотрела на Стаса.

– Я понимаю, мы никогда не меняли программу за час до концерта, но сейчас особый случай. В общем, ты сначала споешь свою песню. А потом посмотрим.

– Что значит, посмотрим? – возмутилась я. – Ты в своем уме?

– Оля. Не ругайся только. У нас будет импровизированный номер.

– Что за номер? – перебила я.

– Услышишь, узнаешь, – Стас развернулся, чтобы уйти, но потом вернулся в исходное положение. – И да, еще кое-что, – он протянул конверт, – Это тебе.

– Что это?

– Лежало под дверью, – я взяла конверт.

Стас пошел к двери.

– Подожди! Объясни, почему мы все меняем?

– Просьба сверху, – коротко сказал Стас и вышел за дверь.

Я осталась одна. Вскрыла конверт. Мне на руку выпала цепочка. Боже, не может быть. Я вспомнила подарок Димы. В конверте было пусто. Только она. Я вспомнила, как я ее сняла перед выступлением в клубе. Дима здесь. Он рядом. В моей памяти снова появился его образ. Все осталось как прежде, вот только я теперь не одна, и потому боль не чувствую. Я думала все прошло. И он дал о себе знать. Он все еще любит меня. А я его. Страшно осознавать этот факт, и быть одновременно несвободной, быть вместе с человеком, который любит тебя. Получается, я негласно его предаю. Я не должна. С этой мыслью я вышла на сцену в тот день. И по просьбе Стаса начала с моей первой и единственной песни.

Когда я пела, я искала глазами Диму, моего мужа. Вижу. Вот он! Его глаза сияют в свете прожекторов. Он показывает, что любит меня. Я пою дальше. А на душе ужасная режущая боль. Музыка кончилась. Я обернулась на Стаса, тот показал в правые кулисы. Я обернулась и чуть не уронила микрофон из рук.

Этого не может быть. Это он прислал мне эту цепочку, точнее подбросил под дверь. Как он здесь, откуда?

Заиграла знакомая музыка. Где-то я ее слышала. О нет! Эту песню я пела дуэтом на 4 курсе со Стасом. Откуда он узнал? Он был. Он все это время был рядом!

 
Я уходил, я возвращался,
Расскажи, как ты сейчас.
Я понимаю, я долго метался.
Простишь меня ты в этот раз.
 

Проигрыш. Я повернулась в зал и увидела удивленные глаза Димы. Я показала, что сама не понимаю того, что происходит. Нужно было вступать, продолжать петь.

 
Ты выбирал, ты не менялся,
Так объясни мне свой обман.
Зачем, зачем ты возвращался?
Там было столько боли, столько ран!
 

Припевом были следующие строки:

 
Посмотри назад. Там было столько боли.
Оглянись туда. Любовь сильней разлуки.
Подожди, хоть раз, дай мне сказать тебе,
Я любил – но все равно забыл!
 

Я переделала конец. И я видела, что его это задело. Я допела. Я держалась из последних сил. На последнем аккорде я повернулась к Диме, допевающему последнюю строку, сделала шаг в сторону и прошла мимо. Стас доиграл последний аккорд и начал новую мелодию. Ребята его быстро подхватили. Я выбежала в коридор, надеясь скрыться от него. К чему обман, я пыталась убежать от себя.

Я вошла в зал. Около выхода стоял Дима.

– Оля, ты как? Отлично пела. Ты не говорила про него.

– Дима! Я сама не знала. Может, мы уедем отсюда? Лучше погуляем где-нибудь сами. Отпразднуем мой выпускной вдвоем.

– Муж и жена пришли в ресторан праздновать день выпуска. Это будет «весело», учитывая то, что ты собираешься убежать от разговора со своим бывшим кавалером.

– Дима, я не хочу этого разговора.

Дима лишь помотал головой.

– Дима, ты зачем меня мучаешь?

– ТЫ сама себя мучаешь. И ты это знаешь. Избавься от СВОИХ МУК сама. Я жду в машине.

Я поняла, что Дима прав, Дима как всегда прав. Я вышла в коридор. Пошла в сторону гримерки за вещами. Я открыла дверь, протянула руку, чтобы включить свет.

– А-а, – взвизгнула я.

– Прости. Я не хотел тебя пугать.

– Считай – простила, – я начала быстро собирать вещи.

– Я хочу поговорить.

– О чем, Дима? О чем?

– Обо мне.

– О тебе. Да, нет. Мы поговорим обо мне. Когда ты ушел тогда, оставив меня одну, когда ты уехал, мне было плохо. Я пыталась понять свою ошибку. Я винила всегда одну только себя. Ты же просто исчез из моей жизни на 3 года, а теперь появляешься и хочешь поговорить. Давай, говори, что ты на это все скажешь?

– Я знаю, что тебе было больно. Мне писал Стас. Я просил его о помощи тебе. Но он отказал. Он был другом больше для тебя, чем для меня. И только теперь, по прошествии трех лет, я вернулся.

– Ты ничего не путаешь? А как же вот это?

– Цепочка и сердце. Это мой тебе подарок. Мое сердце, навеки принадлежащее тебе.

– О… Это просто смешно. Что за пафосные речи. Знаешь, я не маленькая девочка-дурочка. И к тому же я замужняя девушка. Ты для меня остался в прошлом. – я кинула цепочку на столик.

– Я не верю тебе.

– Придется поверить.

Я взяла со стола сумку и направилась к двери.

– Забери ее.

Я ушла, так и не обернувшись. Выйдя из здания, где проходил выпускной, я села в машину к Диме.

– Поехали.

Дима завел машину, резко нажал на газ, и мы сорвались с места. Он летел со скоростью света.

– Дима, куда ты так летишь-то?

Он не ответил. Только завернул за угол и затормозил.

После того как машина остановилась, Дима открыл дверцу и вышел, я вышла за ним.

– Оля.

– Дима, – я перебила его. – Послушай меня, пожалуйста. Ты знаешь, ты помнишь, что я обещала тебе. Я всегда держу данное слово. Я с тобой. Слышишь. С тобой навсегда.

– Оль…

– Перестань! Сейчас я говорю. Пойми ты, я с тобой! Ты знаешь это! НА-всег-да!!!

– Прости меня.

– Ты просишь прощения? Это я должна просить у тебя прощения. Я!

– Я люблю тебя.

На этой ноте мы нежно поцеловались. Такие сцены всегда сопровождаются страстной ночью. С этого дня и с этой ночи моя жизнь окончательно вступила в новое русло. Семья, работа. Новая работа мне очень нравилась. Мой муж был любимчиком директора. Мое назначение совпало с уходом на заслуженный отдых начальника одного из отделов. Я надеюсь, что из меня выйдет неплохой управляющий.

Слияние

Тоже время, два года совместной жизни. Я счастлива в браке. Мы отлично работаем вместе. Жизнь летит стремительно. Но я думаю, мне повезло. Муж меня любит. У нас отличная семья. Мы вместе работаем. Единственное что мучает меня до сих пор – это моя собственная нерешительность. Я все эти годы не могу признаться Диме в любви. Я не знаю – люблю ли. Я не знаю теперь, что такое любовь. Любила ли я вообще в своей жизни. Просто я всегда думала, что любовь бывает лишь раз в жизни. А теперь получается, что свою любовь я отлюбила, если так можно сказать. А что я чувствую к моему мужу? Что это за чувство? Благодарность? Привычка? Я не знаю…

В моей жизни есть только он. И никого больше не будет. Я живу для него. Смотрю на него. Живу рядом с ним. И мне хорошо. Я наблюдаю за ним. Вижу каждое его движение. Всматриваюсь в черты его лица. Пытаюсь понять, о чем он думает. Я… нет… я не могу в этом признаться. Он для меня все, больше чем жизнь, но это благодарное чувство. Наверное…

2 июня 2009 год.

С утра я себя чувствовала не очень хорошо. Выпив аспирина и приняв душ, я и Дима отправились на работу. Сегодня совещание, обычное дело. Сегодня чудесная погода. Тепло. Мы ехали, смеясь над всякой чепухой. Вот оно, какое счастье. Улыбаться и получать искреннюю улыбку в ответ – это и есть счастье.

Совещание началось почти во время. Я зачитала свой доклад о проделанной работе отдела. Перечислила планы на будущее. Все не так страшно. Доклад был окончен. Я ответила на пару вопросов. После совещания директор попросил меня остаться.

Директор компании – Виталий Германович – отличный специалист во многих отраслях, в том числе и в геологии. Созданная 20 лет назад компания процветает и ныне. В настоящее время по всей стране расположены десятки филиалов, занимающихся разными видами деятельности в области геологии. Мне выпала честь работать в отделе внешней торговли. И так как Виталий Германович знает и ценит моего мужа как отличного сотрудника и друга, мне предложили заменить уходящего на заслуженный отдых начальника отдела внешних связей. Мои умения и знания, моя молодость и усердие, несомненно, помогут в работе. К тому же я знаю 3 языка в совершенстве.

– Ольга, я знаю, как вы зарываетесь на работе и знаю, что вы устаете, но за последние 3 года наша компания, по большей части благодаря вашему старанию, поднялась еще на более высокий уровень. Вы заключили сделки со многими иностранными фирмами нашего профиля. Но мы-то с вами понимаем, как важен внешний облик фирмы. Мы должны производить впечатление гиганта, устрашать конкурентов. Мы работаем по разным направлениям. Но нам не хватает чего-то. Я долго думал, искал варианты, пока не наткнулся на фирму «Нефтьэкспорт». Слышали о такой? – я отрицательно помотала головой. – Вот материалы по фирме, если что-то еще понадобится – вы знаете к кому обращаться, – Виталий Германович стих на секунду, – Ах, да! Скорее всего – это будет слияние.

– Ясно. Завтра утром будут готовы первые данные. Поручу кому-нибудь больше узнать о делах этого «Нефтьэкспорта».

– Нет. Я хочу, чтобы вы занялись изучением всего сами, чтобы знали все нюансы, знали, как можно надавить, или как можно убедить.

– Что ж. Сделаем! Нет проблем.

– Я рад.

Взяв папку с материалами по фирме, я вышла из кабинета директора. В своем кабинете я выпила чашку кофе, потом села за стол включила компьютер, открыла бумаги, которые только что получила от начальника. Ввела в интернете полное название. Кроме статей об успешных сделках, договорах – ничего. Это радует. Следующий шаг – проверка всей верхушки.

Вкладка в бумагах: «Главный акционер, директор: Довгин Евгений Владимирович; заместитель директора: Муромцев Дмитрий Андреевич; начальник отдела внешней торговли: Яковлев Олег Павлович».

«Так, стоп! Муромцев Дмитрий Андреевич.»

Я была в ужасе. Не может быть. Я набрала номер начальника системы безопасности – Сергея Юрьевича. Он друг Димы, моего мужа.

– Алло! – ответил тот.

– Сереж, зайди ко мне. Есть дело.

– Буду через 5 минут.

– Жду.

Примерно через 5 минут мой секретарь оповестил меня о приходе Сергея.

– Пусть заходит.

Дверь тихонько приоткрылась.

– Ольга Михайловна.

– Не до официальностей сейчас.

– Что случилось? – он закрыл за собой дверь.

– Нужно как можно больше собрать сведений об одной фирме. И по одному человеку. Если не трудно. И как можно быстрей. Лучше, если все будет сделано уже вчера.

– Как всегда! Может, объяснишь, в чем дело?

– Сначала найди мне все. Вот, – я протянула листок.

– Буду в течение часа.

Этот час был самым ужасным из всех, которые я могу помнить. Я, наверно выпила все запасы чая и кофе.

Я не выдержала, набрала номер Сергея.

– Да!

– Сергей, ну где ты?

– Уже распечатываю.

Через 10 минут у меня на столе лежали все нужные бумаги.

– Что накопал? В двух словах.

– НУ, если так, то собственно фирма чистая, никаких левых операций, договоров, ничего, чем можно было бы их зацепить.

– Это понятно. А по…

– По этому поводу я скажу, когда объяснишь в чем дело?

– Я его знаю.

– Это все?

– Нет.

– Говори.

– Сереж, прости, но не могу.

– Прощаю и прошу ответить на поставленный вопрос. Ответь мне как другу. Сейчас я в роли друга. Оля…

– Я его любила. Давно.

– Оль, это было давно. Ты сама сказала. Все меняется. Время прошло. Ты замужняя женщина.

– А я не помню об этом, по-твоему? – вспылила я.

– А ты не кричи на меня! Ты меняешься, он меняется. Да ты и не узнаешь его, как и он тебя.

– Я его узнаю, поверь мне.

– Слушай, а если Дима узнает…

– Он узнает. От меня. Он должен знать.

– Так, я начинаю потихоньку понимать. Не тот ли это Дмитрий, который пытался портить тебе жизнь еще в студенческие годы.

– Да… Схватываешь на лету.

Затянулась пауза.

– Там есть кое-какая информация.

– Спасибо, – Сергей повернулся к двери. – Диме я скажу сегодня же. А что-то стоящее? Есть?

Сергей лишь кивнул головой.

Дальше весь день я сидела, изучая бумаги. Молодец Сергей, столько нужных мне вещей.

Где-то ближе к 7 вечера в дверь постучали.

– Да!

– Оль, поехали домой.

Я улыбнулась, услышав голос Димы, встала с места, подошла к нему, обняла.

– Ты что? Как будто сто лет не видела.

– Так и есть. Сегодняшний день это вечность.

– Пойдем, – ухмыльнулся он.

Я лишь кивнула головой. Взяла сумку и пошла.

Пока мы ехали, я не проронила ни слова. Я смотрела в окно, крепко держа в руках папку с бумагами. Всю дорогу я пыталась продумать предстоящий разговор с Димой. Я понимала, что этого разговора не избежать, рано или поздно он все равно узнает. Так что лучше мне самой и сейчас все рассказать.

Когда мы заходили в дом, Дима спросил:

– Тяжелый день был? – я кивнула головой, сняла обувь и прошла в комнату.

Через 10 минут я стояла под холодным душем.

За то время, что я обмывала под струями воды свое положение, мне в голову пришло столько разных идей как избежать разговора с мужем, как беспрепятственно уехать или лучше просто уволиться. Ну, нет! Так не пойдет. И потом, я ведь знаю, что я просто хочу убежать, снова. Стоп!

Я вышла из душа просушила и уложила свою прическу из крупных кудрей темного цвета, накинула халатик и вышла из ванной.

– Оль, ужин я готовлю, не могла бы ты мне помочь.

– Бегу.

Мы приготовили легкий овощной салатик, потушили мясо. Накрыли стол, поужинали. Я помыла посуду. Дима уселся перебирать бумаги.

Я пошла в коридор взяла оттуда оставленную ранее папку с досье. Пришла в комнату, села на диван рядом с Димой и начала читать.

Полчаса в полной тишине убивали меня каждой новой секундой. Дима не любил, когда его отвлекают от работы, так что я сидела спокойно, пыталась вдумываться в нужную мне информацию.

Дмитрий Андреевич Муромцев. Не женат. Детей нет. Живет в четырехкомнатной квартире в Сургуте. Место работы ОАО «Нефтьэкспорт».

Образование: СГУ Геологический факультет.

Информация о перелетах: 2004 год: рейс до Северска из Сургута – 5 раз

2005 год – Сургут – Северск – Сургут – 5 раз

2006 год – Сургут – Северск – Сургут – 2 раза

2007 год – Сургут – Москва – Санкт-Петербург – Сургут – 3 раза

Дальше информация меня мало интересовала. Перелеты годов моего обучения без него. Вот, что меня волновало. Он бывал в Северске. И не раз! Он был рядом. Зачем? Или был, но не приходил! Ни разу…

Далее была переписка на листах сорока. Там были разные СМС сообщения, интернет переписки. Из них было понятно, что у него полно подружек.

– Дим!

– Ау!

– Ты долго еще?

– Нет, я заканчиваю.

– Правда?

– Оль… – он отложил бумаги в сторону, – ты сегодня какая-то не такая. Хочешь поговорить? – я покачала утвердительно головой. – Говори. Что случилось?

– Слияние.

– Ну и что такое с этим слиянием? Не выходит что-то? Помощь моя нужна?

– Нет… То есть да.

– Не понял.

– Дим, вот. – я протянула ему папку, которую держала в руках и только что читала. – «Нефтьэкспорт», большой рынок, успешные сделки. Им выгодно наше слияние, даже сотрудничество. Сами они о крупных сделках могут и не мечтать.

– Ну и в чем проблема?

– Проблема… – я замялась. – я не знаю, как сказать даже. Проблема в начальнике, в одном из руководителей фирмы.

– Что маньяк? – Димка рассмеялся.

– Мне не смешно. Открой.

Дима неспешно открыл первый лист. Его лицо тут же стало каменным. Кожа побледнела, будто его белилами покрасили, причем всего сразу.

– Дим.

– Говорят же, судьба существует, а?

– Причем тут эта судьба! Я тебе говорю, что делать?

– А что ты сделаешь? Ты – начальник отдела, замов не пошлешь. Дело серьезное. Делать его придется тебе. А что с ним делать. Ну, тут ты сама решай. Я ничем не помогу. Хотя я могу лететь с тобой. Быть с тобой. Но … Я не знаю. – Он глубоко выдохнул. – Я думаю, ты справишься, но я тебя туда одну не пущу.

Я улыбнулась горькой улыбкой. Я просто в одночасье поняла, как ему тяжело сейчас, как больно, как страшно. А как мне больно и страшно!

– Дима. Я боюсь. Я не хочу видеть его. Я забывала этот кошмар столько лет. Я не хочу повторения истории.

– Оль. Помнишь наш договор. Мы вместе. Но любой может уйти, когда поймет, что больше не может. Если ты поймешь, что он… т. е. что ты его любишь, еще любишь.

– Нет. Дима! Что ты такое говоришь. Господи. Ты не пугай меня. Или ты просто не веришь мне. – Дима отвернулся от меня. – Дим, – я повернула его лицо к себе. – Я с тобой. Слышишь меня? Я с тобой.

Он качнул головой встал с дивана и ушел в спальню. Я поняла, что для него это, пожалуй, тяжелее, чем для меня. Я сидела на диване, обняв колени, и думала о том, что будет дальше.

Верить в любовь

Следующий день – это просто кошмар, как и вся следующая неделя. Я ходила сама не своя. Дима со мной не разговаривал. Мы ездили домой отдельно, спали в разных комнатах.

Я впервые видела его таким. Я поначалу думала, что это ревность. А потом поняла – он просто боится потерять меня. И это понимание пришло вместе с чем-то другим, чем-то более сильным и красивым. Я люблю его и тоже не хочу его терять. Но сказать ему вот так я просто не могу. Он мне просто не поверит. Он молчит. Я смотрю. Мне от этого становится так нестерпимо больно, что хочется закричать. Такого со мной не было со времен университета, когда я долгое время провела в одиночестве, пытаясь хоть как-то притупить боль.

В пятницу я отдала документы по слиянию на проверку, подготовила отчет для начальства. В понедельник выступать перед советом директоров. Я шла по коридору офиса в кабинет директора.

– Виталий Германович, к вам Ольга Михайловна! – протараторила секретарь.

– Пусть входит.

Я вошла в кабинет.

– Присаживайся. Что-то ты бледная.

– Папку с документами я подготовила, уже сдала…

Виталий Германович меня перебил:

– Я не о том хотел поговорить. Мне уже сказали, что с твоими документами все отлично. Знал, что быстро сработаешь.

Я недоуменно посмотрела на начальника:

– А что тогда?

– Что у тебя в семье происходит?

Я молчала. Какое ему вообще дело до моих семейных проблем. И откуда он узнал об этом вообще.

– Я не слепой. С Димой я давно знаком и не привык видеть его в таком состоянии. Такое ощущение, что его танком переехало. Оля. Не молчи, скажи мне.

– Все хорошо. Появились некоторые сложности. – Я встала с места, – извините, просто я сама не в том состоянии, чтобы обсуждать это все. Да и мне кажется это все наши семейные проблемы.

– Я понимаю. Ты иди-ка домой. Приготовь ужин, я не знаю, придумай сюрприз для мужа.

– Спасибо.

– Ты кстати, когда полетишь?

– Эм… ну, я не знаю, когда скажете.

– Значит во вторник.

– Ясно. Будет сделано.

– Оль, я переживаю за вас.

– Ничего, мы разберемся, я думаю.

Я уехала домой. Приготовила ужин. Накрыла на стол. Поставила свечи. С минуты на минуту Дима должен приехать. Я пошла в спальню, переоделась. Причесалась, наложила макияж.

Уже час как Дима должен был прийти. Я позвонила ему на сотовый. Абонент не отвечает или временно недоступен. «Самое время ему быть вне зоны доступа»– подумала я. Особенно если учитывать, то, что мы и так друг для друга чужие совсем стали. Вечер длился мучительно долго. Ближе к полуночи я убрала все со стола в холодильник, сама так и не притронулась к еде. Кусок в горло не лезет. В доме с наступлением темноты стало ужасно одиноко. Я достала из шкафа альбом. В нем лежали наши свадебные фотографии. Я перелистывала страницу за страницей, воспроизводила в памяти эти моменты. Досмотрев альбом, я поняла, что я плачу. Я положила альбом на журнальный столик и пошла в коридор. Вязла трубку стационарного телефона и набрала его рабочий номер. Первый гудок… Второй гудок… Третий… Четвертый… Я скатилась по стене. Новая волна слез накатилась на меня. Господи, какая же я дура! Почему просто не сказать ему, что я его люблю, люблю. Я так и уснула в коридоре с трубкой телефона в руках.

Я проснулась от солнца, которое слепило глаза. Странно, как удобно лежать на полу. Я открыла глаза и поняла, что нахожусь в кровати. Я что лунатиком стала? Потом я услышала на кухне стук посуды. Дима!!!

Я спрыгнула с кровати и за секунду оказалась в другой комнате.

– Дима! Ты где был? – произнеся эти слова, я неожиданно для себя поняла, что на кухне стоит не Дима.

– Наташа?

– Привет!

– Ты… – слезы нахлынули на меня.

– Что я тут делаю? Откуда у меня ключи? Ты это хочешь спросить?

Я не могла произнести ни слова и просто утвердительно кивнула головой.

– Вчера в девять вечера позвонил Дима, сказал – приедет. Я думала с тобой. Типа, давно не виделись и все такое… Но он приехал один. Рассказал всю историю. Попросил остаться у меня на пару дней. Ему нужно было подумать. Я разрешила. Хотела позвонить тебе, но подумала, что ты знаешь, раз Дима не беспокоится. Дима смотрел телевизор. Рядом с ним лежал телефон. Я увидела, что он сбрасывает чьи-то звонки. Потом спросила про тебя, мол, Оля знает о твоем местонахождении. Он не ответил. Я сказала, что пойду к тебе, и он попросил не делать этого. Я начала с ним спорить. Ты же должна знать, где ее муж пропадает всю ночь. Мало ли что подумаешь. В общем, мы с ним разругались. Он отдал все-таки ключи. Ну, я и пришла. Зашла в квартиру. Время было около 3 ночи. Ты лежала на полу в коридоре со слезами на щеках. Но уже спала. Наверно ты вчера ужасно переживала за него?

– Наташа. – Я не знала, что сказать.

После долгого молчания я спросила.

– Как он?

– Все будет хорошо. Поверь мне. Ладно, я пойду домой. Надо семью покормить и гостя. А твой завтрак на столе. – Она показала на чашку, стоящую у плиты. – Я позвоню позже.

Наташа ушла. Я осталась стоять посередине кухни, пытаясь понять, почему ты ушел. Неужели ты решил меня бросить. Меня посетило столько мыслей, и все они были такие ужасные.

Выходные я провела одна в пустом доме. Наташа звонила каждые 2 часа. В понедельник я собралась с силами. Надела костюм, привела себя в полный порядок, чтобы на работе никто ничего не подумал. Потом погладила и повесила в шкаф любимый костюм Димы, в котором он появляется на самых важных мероприятиях, а сегодня совет директоров. Я решила написать ему записку и оставила ее во внутреннем кармане пиджака. Взяла ключи от машины и уехала в офис раньше обычного.

«Дима! Пишу эту записку, сама не знаю зачем? Можешь ее не читать и просто выкинуть в мусорное ведро. Прости меня за все. Я знаю, ты любишь меня больше, чем я того заслуживаю, но прошу тебя, Дима, не уходи. Я жду тебя. Твоя, навсегда!»

Я сидела в кабинете, считая минуты до встречи с ним. Он будет сидеть напротив. Он будет смотреть прямо на меня. Он будет слушать мою речь, в которой я буду говорить об этом «Нефтьэкспорте». Главное он будет рядом. Мне так будет легче.

Стук в дверь прервал мои размышления.

– Войдите! – крикнула я.

В кабинет вошел один из акционеров компании.

– Николай Павлович! Рада вас видеть. – Я встала со своего места, – Как ваши дела?

Николай Павлович работал в другом отделении нашей компании. Я часто с ним встречаюсь. Он приезжает на все заседания совета директоров. Он в хороших отношениях с Димой. Они работают параллельно.

– Все хорошо. Ты как?

– Нормально. Вот готовлюсь, – я подняла со стола папку с «речью».

– Ты как всегда серьезно подходишь к делам? – со смешком проговорил Николай Павлович.

– Ага, как-то так.

– Да, это точно.

– Значит слияние!

– Да.

– Что ж, если это дело в твоих руках я уже «за»!

– Спасибо за доверие.

– Когда приступаешь?

– В пятницу Виталий Германович разговаривал с их начальством, они ждут меня завтра после обеда. Ну, если конечно вами все будет утверждено. Хотя в этом сомнений нет.

– Муж твой где? Мне бы поговорить с ним.

– Он должен быть у себя, – немного неуверенно произнесла я.

– Хорошо, пойду к нему.

Николай Павлович ушел. Я выдохнула. В голову снова полезли ужасные мысли. Но единственное, что я понимала точно – это то, что я не должна потерять его, то, что я люблю его.

Через 10 минут после ухода Николая Павловича мой секретарь сообщила, что меня приглашают в зал заседания совета директоров.

Я вышла из кабинета с папкой в руках, Дима стоял посередине приемной. Он был в том костюме, который я ему с утра приготовила. Я улыбнулась.

– Привет! – неуверенно сказала я, ведь я не ждала ответа.

– Значит, ждала меня? – он улыбнулся в ответ.

– Да.

– Прости, – шепнул мне Дима.

– И ты меня.

Мы шли под ручку к кабинету, называемому всеми «круглый стол».

Дима галантно приоткрыл дверь. Я улыбнулась, он ответил тем же, и я вошла в кабинет. Мы сели на свои места, но я не могла отвести от него взгляда. В этот момент я была по-настоящему счастлива, потому что сейчас я понимаю, кого на самом деле люблю, и вот что для меня важно.

– Ольга Михайловна, ваше мнение можно услышать, – я повернула голову, я даже не поняла, кто меня спросил.

– Ольга Михайловна!

«Ой, я настолько была погружена в свои мысли, что пропустила тему разговора, тему обсуждения».

– Эм…

– Позвольте мне, – перебил Дима.

– Конечно, – с интересом и легкой ухмылкой посмотрел на мужа главный акционер компании.

Дима подмигнул мне и встал с места.

– Наша компания уделяет огромное внимание поставкам в Европу. Именно поэтому мы сейчас и рассматриваем некоторые другие российские фирмы, занимающиеся добычей и переработкой нефти и газа, как партнеров. Причем все это на очень выгодных условиях и для нас и для них. Однако мы как дочернее предприятие сейчас ведем переговоры больше не по простому сотрудничеству, мы берем выше, хотим договориться с некоторыми наиболее успешными предприятиями о слиянии. Вместе будет проще пробиться на вершину нефтяного рынка. А что касается «Нефтьэкспорта», то о нем могу сказать лишь то, что слышал от начальства и отдела связей – фирма чистая, сделки неплохие, рынок устойчивый, стабильный, мне кажется, нет оснований не доверять им, и если у нас получится договориться, а у нас получится, – тут он улыбнулся и посмотрел на меня, – то, вне всякого сомнения, мы будем в большом выигрыше, и конкуренты будут плакать. У меня все.

– Что ж, очень убедительно. Рад услышать ваше мнение. И все же Ольга Михайловна, вы занимались этим, и занимаетесь сейчас. Понимаю, что срок короткий для точного ответа, но ситуация требует быстрых решений.

– Я понимаю, – начала я, – я согласна с Димой, ой, не важно, – все улыбнулись, – нет, правда, фирма идеальный партнер, руководство знает свое дело не хуже нас, но у них нет таких связей. Месторождения, принадлежащие им, имеют высокую оценку качества, их нефтеперерабатывающие заводы известны в России. И я думаю и им, и нам будет выгодно слияние.

– Отлично. Тогда мы не зря сегодня составили договора, ознакомьтесь, и если все согласны, то прошу подписать. Условия те же, по-прежнему выгодные и нам. Вам, Ольга Михайловна, остается убедить их в этом. Право последней подписи остается за вами. Если что-то пойдет не так, как надо, сразу летите обратно. Вот доверенность на ваше имя.

– Ясно. Тогда еду упаковывать вещи.

– Успехов.

– Как всегда.

Я вышла из зала заседания и быстро пошла к себе в кабинет. Дима догнал меня. Мы зашли туда вместе. Я задернула жалюзи и обняла его.

Мы стояли молча около 5 минут, потом Дима заговорил:

– Оль, я не знаю, что должен сейчас сказать.

– И не надо. Не надо ничего говорить.

– Хорошо. Может тогда, и вправду, поедем домой.

– Ладно.

Мы приехали домой. Я скидала немного вещей в большой чемодан. Такие сделки за день не делаются.

– Сколько планируешь быть там? – спросил Дима с кухни.

– Дня три, четыре, – крикнула я из спальни.

– Ты голодна?

– Немного.

Я вышла их спальни и села за стол.

– Послушай, это прозвучит странно, может, пообедаем где-нибудь вдвоем, в ресторане?

– Ты вроде приглашаешь меня на свидание?

– Ага.

– Да, это звучит странно, – я улыбнулась, – с тобой хоть на край света.

Мы пообедали в нашем любимом ресторанчике. Когда мы вышли из него, время было около 17.00. Дима предложил пойти по магазинам.

– Уж если ты едешь туда, и увидишь его, ты должна снести ему голову. Ты конечно итак красотка, но тут нужно что-то более впечатляющее, что ли.

– Ух, ты! Ты приглашаешь меня пойти по магазинам? Шопинг? А ты выдержишь?

– Ммм, да!

Мы смеялись. Я не смеялась так уже давно. Я видела того же Диму, своего единственного мужа, своего любимого мужчину.

Мы накупили кучу вещей. Куда столько? Теперь дома придется одну комнату только под мои вещи оборудовать.

Мы провели этот день, как будто это наше первое свидание, как будто мы знакомы пару дней. Мы вспоминали лучшие моменты нашей жизни.

– Я помню, когда я пришел в тот клуб. Смотрю на сцену, а на ней стоит такая необычная девушка. В ней есть все, что я искал. Только когда ты спустилась оттуда и села за столик, я узнал в той таинственной певице лучшую подругу Наташки. Я изрядно удивился, ведь я тебя не видел год. Ты стала такая другая, я тогда посмотрел на тебя другими глазами. И откуда во мне появилась сила подойти к тебе. Я с тобой стал другим.

– А я то, как удивилась, увидев тебя. Но эта встреча изменила всю мою жизнь. Подожди, так ты не специально туда пришел, как говорил.

Он кивнул.

– Оказывается я тебя совсем не знаю, врушка ты этакая! – сказала я.

Ночь перед вылетом стала самой счастливой ночью в моей жизни. Наша любовь перешла на новый уровень.

Утром я встала раньше Димы. Приготовила завтрак. Дима встал в 8 утра. Я уже была готова. Через полчаса мы сидели в машине. Я чувствовала некоторую тяжесть, я не хотела уезжать, ведь после всего того, что было вчера, после того, как я поняла, что я люблю, я стала бояться встречи с той своей другой любовью, которую глубоко замуровала в сердце.

На парковке у аэропорта Дима спросил:

– Ты уверена, что все в силе?

– Да. Мы вместе навсегда. И Дим, я … я хочу, чтобы ты знал, если..

– Оль…

– Нет, послушай, если я не справлюсь с собой, я буду ненавидеть себя больше жизни, ведь я обещала не причинять тебе боль.

– Я пойму, если ты останешься с ним. Оля – время.

– Идем.

Мы вышли из машины. Дима достал из багажника чемодан.

– Не провожай меня дальше, – сказала я перед входом в здание аэропорта.

– Но…

– Поставь его, – я покосилась на чемодан.

Дима поставил его. Я взяла его за ручку. Отвернулась, чтобы уйти. Но что-то дернуло внутри меня.

– Дима.

– Что?

– Ты наверно не поверишь в то, что я сейчас скажу, но я … я люблю тебя.

Дима смотрел на меня удивленным и немного испуганным взглядом.

– Дима, я люблю тебя, слышишь!

– Да. Я знал, я… И я тоже очень люблю тебя. Оля! – он подбежал ко мне, подхватил меня на руки и раскружил.