Текст книги "Не прислоняться"
Автор книги: Олег Дивов
Соавторы: Макс Рублев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Машинист размышляет вслух
Про стеклотару
Выхино. Нет, не станция, дальше: пути оборота. Свежий воздух бодрит. Пусть в нем намешалась куча запахов, и не всегда приятных, но это лучше запаха тоннельной пыли. Переходной мостик пружинит под ногами. Аккуратно обхожу посуду, то тут, то там расставленную машинистами.
Вообще, есть инструктаж, запрещающий нам выставлять пустую посуду на переходной мостик. Но, похоже, этот инструктаж написан тем, кто ни разу не бегал (а может, бегал, но так давно, что уже забыл) «с низкого старта» до восьмого вагона, чтобы вытащить застрявшую в дверях пустую бутылку.
Как правило, это восьмой, седьмой, шестой вагоны. Такой вот адаптированный под Метрополитен закон Мерфи[24]24
Наиболее популярная формулировка закона Мерфи звучит так: «Если неприятность может произойти, она произойдет». К данному случаю подходит одно из следствий закона: если что-то сломалось, оно окажется в самом труднодоступном месте.
[Закрыть]. Добегаешь, а в вагоне сидят человек десять пассажиров – и смотрят на приоткрытые двери…
Глава 25
Дневник Метроэльфа: К нам едет ревизор
Метрополитен – огромный сложный механизм. Люди в нем – винтики и гаечки, нравится им это или нет. И пускай один кривой болт может застопорить целую линию, он так болтом и останется. Его просто заменят.
Я стараюсь быть хорошим винтиком.
Увы, некоторые другие винтики думают иначе.
Похоже, в пятницу это было. Наверное, утром. Не знаю. Но ехал со мной (в вагоне) работник Управления. Ехал на работу. И, видимо, так его то ли оскорбило, то ли удивило мое «Уважаемые пассажиры, побыстрее производим высадку и посадку, не задерживаем отправление поезда, счастливого вам пути…», что он позвонил на линейный и долго полоскал мозги инструктору по поводу «передачи в салон информации, не утвержденной руководством Московского метрополитена».
Угадайте с трех раз, чего я лишнего сказал.
Причем было заявлено, что я, оказывается, еще и песни пел по громкоговорящей связи. Ужас. Так и вижу: концерт в час пик по заявкам пассажиров, исполняемый хриплым Метроэльфом… Ну и соответственно, сегодня на смене мне было корректно указано машинистом-инструктором – перестать страдать фигней.
Дамы и господа! Верите? Достало. Я люблю свою работу. Да, я иногда передавал «неутвержденную» информацию. Например, просил в час пик снимать рюкзаки, потому что народу очень много, и рюкзак мешает рядом стоящим (по себе знаю, ведь, как все машинисты, еду на работу в салоне). Или, видя, что женщина завозит в вагон коляску с ребенком, напоминал, что ребенка надо (по правилам) держать на руках…
И я действительно иногда пою. Но ведь не в микрофон же! Просто напеваю у себя в кабине, особенно с ночной смены или на ранней, чтобы банально не уснуть. Ибо, согласно рекомендациям Службы Подвижного Состава, при появлении сонливости я должен надеть «будильник водителя», встать, поприседать, попрыгать… Как правило, сонливость одолевает машинистов с утра под самый конец пика. Вы представляете себе машиниста, весело прыгающего в кабине поезда, летящего по «трубе» с интервалом 1,35?..
Не думайте, что я какой-то особенный. Вряд ли я намного добрее остальных, человечнее, снисходительнее к пассажирам и т. п. Я машинист, крепкий железный винтик Метрополитена. Думаете, я не захлопываю двери перед носом у людей? Еще как. После слов «осторожно, двери закрываются» я имею полное право закрыть двери, не обращая внимания на бегущих, машущих руками и даже сующих в дверной проем ноги, головы и другие выступающие части тела, пассажиров. Сколько раз мне стучали в окно: «Открой двери, жалко, что ли?» Сколько раз я зажимал людей. Сколько раз пассажир, сунув руку в закрывающуюся дверь, стоял, просто стоял и смотрел в зеркало, зная, что я не смогу отправиться… Но стоило мне только сказать: «Прошу милицию к N-ному вагону», он тут же растворялся в толпе.
Если время позволяет, то я переиграю дверьми – но в пик?! При таком огромном пассажиропотоке? Это нереально. Мне надо держать график. Это моя профессия: вовремя уехать. А еще это мои деньги: зарплата, премия. Вы хотите терять заработок из-за абсолютно незнакомого вам человека, который по своему раздолбайству опаздывает на работу? Почему должен терять их я? (Сейчас начнется: не нравится работа – меняйте… В метро вообще нет тех, кто не любит свою работу. Причем любит достаточно сильно, ибо никакие деньги не удержат человека, если ему это в тягость.)
И тогда начинаются жалобы. Сегодня, утро. Погода – супер, жизнь прекрасна. Я закончил, мне хорошо, я честно отпахал смену, перевез кучу народу. Захожу на линейный. Инструктор:
– Да твою мать!!! Ты опять за свое?!
– Э-э?..
– Опять звонили! (видимо, из Управления) Пассажиры жалуются: у вас машинист неадекватный, счастливого пути желает, наверное, он пьяный!
Я выпал в полный осадок. Нет, я понимаю, что два раза в неделю – перебор, но все-таки…
Заодно выяснилось: в первый раз со мной ехал даже не работник Управления, а его супруга. Это у нас теперь такая добровольно-ревизорская дружина появилась: жены, дети, тети, дяди, шурины, золовки, девери, ну до седьмой воды на киселе. Причем господин начальник (увы, фамилия выскочила из головы, вспомню – напишу) еще уточнил: «Я верю своей жене!» Ага, попробовал бы он ей не поверить, работа заканчивается – жена остается.
И как сказал сегодня мой хороший товарищ – вот так и гибнут метроэльфы, добрые создания, и появляются метроорки!
Путь – тот, который есть, а добрый он или нет, все зависит от вас, от вашего отношения.
Счастливого, трам-тарарам, пути.
Про фонарик под вагоном
– Слышал, тут Васю талона лишили?
– За что?
– Проверяющий его поймал, сказал: «Не осматривал подвагонное оборудование». Причем сам он под состав не лазил. Рядом стоял.
– Э-э, а как же тогда определил?..
– Ха! Все гениальное просто. Когда Вася под составом ползал, у него фонарик не крутился туда-сюда!
Глава 26
Дневник Метроэльфа: К нам приехал ревизор
Утро. То ли вторника, то ли среды, я уже запутался. График рабочих дней – значит, будни. Тем временем в депо нагрянула ревизорская проверка.
– Слушай, а проверка месяц длится, или?.. Уже ходят слухи, что два!
– Проверка длится не менее месяца. Накопают дерьма выше крыши, уложатся в месяц. Не накопают – станут дальше рыть, пока норму не выполнят. Два? Значит, два. Надо им будет – и три месяца проверять будут!
Судя по последним записям на «портянке»[25]25
Портянка – лист, на котором фиксируются поощрения и наказания машинистам. Из-за высокого числа наказаний может достигать устрашающих размеров (известна «портянка» длиной 1,5 метра). Никакими нормативными документами Метрополитена не предусмотрен, т. е. это самодеятельность «в целях воспитания коллектива». Просто бумажка. Поэтому машинисты некоторых депо открыто выражали желание тоже чего-нибудь написать на «портянке» в целях воспитания инструкторов.
[Закрыть] – не нашли они на линии ничего серьезного. И начинается…
Машинисты такие-то: неправильно оформлена заявка на подачу напряжения. А именно: неправильно записан месяц. Ну да, неправильно! Человек, поспав три часа, писал заявку, и хвостик в цифре «5» загнулся. Получилась цифра «9». Следом за ним такие же сонные, подавая свои заявки, автоматически переписали дату. И получился вместо мая – сентябрь. Пробовали вы, поспав несколько часов, быстро вспомнить, какое нынче число? Дата тупо переписывается с вышестоящей. А исправлять записи в книге категорически запрещено.
Это господин Куманцев нашел данное нарушение. Тот самый, который написал на меня телегу: «Машинист неадекватен. Он желает пассажирам счастливого пути». Интересно, сколько ему книг подачи напряжения пришлось пролистать? Их в депо не одна и не две. И записи за один день – не один лист. А нарушение было в мае месяце…
Кстати, на этого товарища многие зуб точат, ибо, живя на Сходне, любит он, с утра едучи на работу, попортить нервы машинистам.
А проверка идет. Ревизор заходит в кабину, и…
– Сколько случаев брака[26]26
Брак – имеется в виду «брак в работе»: поломка состава, ошибка машиниста и т. п.
[Закрыть] было с начала года?
– Ну-у… (я их считаю, что ли?!) Ээ-э… 16.
– А сколько из них эксплуатационных?
– Ну-у… 15 и 1 ремонтный.
– Правильно. А сколько проездов с начала года?
– 12… Кажется… Не, точно, 12.
Самое интересное: господа ревизоры делают вид, будто не догадываются, что нарушают должностную инструкцию, в которой черным по белому написано: «Категорически запрещается отвлекать машиниста от ведения подвижного состава…» Но любопытно, что если, не дай бог, во время разговора чего случится, виноват будет все равно машинист, ибо он за контроллером, и на законый вопрос: «Ну вы же?..» – получит ответ:
– А почему ты меня не заткнул? Ты же видел, что я тебя отвлекаю, надо было остановить. А так ты еще и инструкцию нарушил!
Причем если, отвлекаясь на ответ ревизору, ты вовремя не назовешь стрелку, входящую в маршрут, или показание светофора, требующего снижения скорости, – получишь замечание еще и за это (а то и талона можно лишиться). В общем, куда ни кинь – всюду клин.
Отдельная песня это мобильные телефоны. Есть у нас инструктаж аж из самой небесной канцелярии о том, что во время работы мобильный должен быть выключен. Инструктаж-то есть, но… Как можно проконтролировать выключение телефона? Попросить предъявить к осмотру? Народ ржет: «Это уже какой-то гоп-стоп по-ревизорски получается – типа, брателло, дай телефончик посмотреть!»
Будильник машиниста мне выдан, его я обязан предъявить, но телефон?.. Если начнут выдавать служебные мобильники, тогда их будут «предъявлять к осмотру», а вот таким макаром – извините. Хотя были случаи, когда машинисты попадались, но уже по собственной глупости: перед сменой телефон не выключали и забывали поставить на беззвучный режим. По закону подлости, звонок раздавался в самый неподходящий момент. По большому счету и тут можно придумать что-нибудь, нажав через карман рубашки кнопку сброса. Мол, это у меня будильник сработал, мне врач рекомендовал гомеопатию пить для увеличения тонуса каждые два часа…
А иногда творится… Даже слово подобрать не могу. Машиниста лишили талона предупреждения (как следствие – и премии) за… Вы точно сидите? За то, что он поставил сумку на столик в кабине. Ибо, оказывается, дверь на ходу может открыться, задеть сумку и в новом контроллере ударом сумки перекинуть реверсивную ручку по ходу назад. Представьте себе, был такой случай! Из-за него, по слухам, хотят столики вообще демонтировать. Похоже, теперь чая в кабине не попьешь: чашку куда ставить? На подоконник? Плавали, тьфу, то есть ставили – знаем. У меня лично на стрелке чашка перевернулась, и ее содержимое вылилось на кран ЭПК. Слава богу, все закончилось благополучно, а у некоторых машинистов после опрокидывания чашки ЭПК срабатывал и больше не включался, что приводило к отключению системы АРС. На исправном составе.
Ничего не имею против «защиты от дурака», только не надо всех машинистов огульно записывать в дураки – и от них защищаться. Иногда у нас под землей прецедентное право доходит до абсурда: один идиотский случай, и сразу тотальные оргвыводы. Хорошо, а если завтра машинист стукнет пассажира по черепу реверсивной ручкой? Вот будет головоломная задача для Управления: как отобрать у нас реверсивки, но чтобы при этом поезда ходили!
Кто прав, кто виноват – бывает, и не разберешься. Заезжал тут к нам в депо ТЧМ ЦДП[27]27
ТЧМ ЦДП (здесь) – машинист-инструктор центрального диспетчерского пункта.
[Закрыть] по фамилии Мазов. Результат его заезда висит на линейном, на «портянке». Нет, в принципе все правильно. Но… «Машинист имярек не проверял тепловой нагрев индуктивного шунта». По инструкции обязан? Обязан. Виноват? Виноват. Только есть такое понятие, как остаточное напряжение, и если пробита обмотка, ты хвать за шунт рукой, а он тебе – сдачи. И поверьте, мало не покажется. Инструкция инструкцией, но жизнь и здоровье как-то дороже. Кстати, по словам машиниста, господин Мазов полез с ним в канаву для осмотра без головного убора, что является грубейшим нарушением техники безопасности, и у машиниста за это нарушение (если попался) отбирается талон (вместе с премией). Увы. Что положено Юпитеру, не положено быку.
«Машинист при торможении за знаком «Т-сбор» не произнес вслух «За Т». Вроде бы все правильно. И инструкция есть. Вернее, изменения в инструкции, но вот неувязочка, они вступают в силу с 1 декабря, а был ноябрь. Машинист висит на «портянке» ни за что…
Подмена. Зверски хочется мороженого. Хочется – перехочется, ибо для того, чтобы выйти на свежий воздух, машинист обязан спросить разрешения у инструктора и после возвращения доложить, что вернулся. Мотивировка запрета выхода на улицу проста: а вдруг он там, наверху, скотина, нажрется?! Ну-ну. Захочу напиться на смене, никакая бумага, даже за подписью Начальника Метрополитена, меня не остановит. И все-таки, я собственными глазами видел, как инструктор на Рязанском проспекте не пустил машиниста наверх купить сигарет и воды.
А вы говорите, «романтика подземных магистралей»…
Тяжела и неказиста жизнь простого машиниста.
P.S. Мнение автора может не совпадать с текстом главы, ибо многое написано с чужих слов, по просьбе машинистов, которых это все затрахало (простите мой французский).
Рассказ машиниста
Про таблички
На ТКЛ появилась новая фишка: таблички, до какой станции едет поезд. Особенно радует по первому пути: до Выхина! Хм, а куда еще он может ехать с пассажирами? В Чикаго?
Судя по инструктажу, это инициатива Службы Подвижного Состава. Но как-то она не учла, что на ТКЛ ходят «Ежики». На «номерных»[28]28
«Номерные» – так называют модели вагонов, которым вместо буквенного кода присвоен номер. Строго говоря, все вагоны, изготовленные позднее 1977 года на ММЗ (Мытищи) и позднее 1980 года на заводе им. И. Е. Егорова (Ленинград/СПб) – «номерные». Но прежде всего (и чаще всего) «номерными» зовут вагоны типа 81-714/81-717 и их модификации. Как правило, «номерными» не называют модели, которым присвоены дополнительно собственные имена («Русич», «Яуза»).
[Закрыть] контроллер посередине, и таблички (как на Замоскворецкой) абсолютно не мешают машинисту. У нас же контроллер справа, табличка ставится на центральную дверь и загораживает ЧЕТВЕРТЬ стекла.
То, что ухудшается обзор и снижается безопасность движения – это побоку, зато краси-и-иво.
Тут уже ходит по депо рацпредложение. Снять вообще стекла в кабине и заменить их стальными листами. Прорезать амбразуры и чувствовать себя как в танке – а что, зато терроризм никакой не страшен!
Скатертью, скатертью дальний путь стелется
И упирается прямо в небосклон.
Каждому, каждому в лучшее верится,
Катится, катится голубой вагон…
P.S. Мнение автора может не совпадать с мнением отдельных машинистов ТКЛ, подбивших автора на написание данного опуса.
P.P.S. Год прошел – привыкли к табличкам, уже и не замечаем их. Выходит, идея насчет бронелистов с амбразурами – не самая дурацкая. Поругаемся, а там, глядишь, и приспособимся.
Глава 27
«Вам пора вставать…»
– Вам пора вставать…
Фраза воспринимается на грани сознания и действует не хуже будильника. Хотите разбудить машиниста? Нет ничего проще. Достаточно даже не сказать, а шепнуть ему на ухо эти три магических слова.
…Никто уже не помнит, кто и когда прозвал комнаты отдыха на Октябрьском Поле «скворечником», но название прижилось и осталось. Хотя на скворечник это не похоже. Малогабаритная «хрущевка», все свободное место в которой заставлено кроватями. Две комнаты и кухня. Квартир таких две.
А в принципе, что еще надо? Пришел, выпил чаю и спать. Сквозь сон до машиниста долетают обрывки разговоров коллег, пришедших на ночевку позже. Раскатистый храп из соседней комнаты воспринимается уставшим мозгом как звуки первой весенней грозы. Город спит. И машинисты спят.
– Вам пора вставать.
Не зажигая света, на ощупь, машинист дотягивается до одежды. Мозг еще спит, но он пока и не особо нужен: пальцы все делают сами. Теоретически есть возможность выпить чая, но тогда надо встать раньше. Крепкий чай или десять минут крепкого сна? Как правило, выбирают сон.
С тихим шелестом доводчик закрывает стальную дверь подъезда, и машинист попадает в монохромный мир. Белый снег, залитый светом фонарей, черная дорога, неоновые вывески – все кажется серым. И только красные сигналы светофоров встряхивают спящий мозг. Условный рефлекс на цвет.
Красный для машиниста – цвет тревоги. Очнись!
Утренняя зябкость пробирается под куртку, будоража тело, но поздно: тепло пустой станции обволакивает словно одеялом – и сон наваливается с новой силой.
Маршрутный, реверсивка, фонарь – и вот темной глыбой посреди тоннеля встречает машиниста поезд. Приемка начинается с последнего вагона, и человек идет по составу, открывая одну за другой торцевые двери, прислушиваясь к звукам.
Дыхание «трубы». Сумрачные тени. «Почему я не Стивен Кинг? – думает машинист. – Ох, какую страшилку можно из этого написать…» Разыгравшееся воображение начинает подсказывать повороты сюжета… И человек невольно прибавляет шаг, стараясь быстрее добраться до хвостовой кабины и включить батареи.
Батареи это свет. Тьма не любит свет, но она умеет ждать. А твой поезд – последний на расстановке. И вдруг тебя тут… Съедят?!
…И в то короткое время, когда из тоннеля вышли люди, а машинисты еще не пришли принимать составы, что-то, похожее на кусок тьмы, беззвучно выскользнуло из вентиляционной шахты и просочилось в вагон через открытую форточку, не потревожив даже пыли на стекле. Скользя по полу, оно ткнулось в диван и на долю секунды замерло. Нет, не то. И тогда тьма растворилась у двери в кабину, став неотличимой от теней, заполняющих вагон. Охотник замер, поджидая жертву…
«А вот я его реверсивкой, этого охотника! Я машинист, я тут самый страшный! Хочется надеяться…»
Гулко работают компрессоры, потрескивает, нагреваясь, печь. Кажется, ручка контроллера сама просится в руку, как котенок, соскучившийся по ласке.
С добрым утром, синий «Ежик». Твой хозяин наконец-то проснулся. Ты тоже?
Давайте, ребята, стартуйте. Город вас ждет.
Вы нам нужны.
Рассказ машиниста
Про кошмар
Опять тот же сон. Каждому машинисту он снится рано или поздно в разных вариациях.
Ты летишь под красный. Ощущение неизбежности. Чувство неуправляемости. Ты еще не начал тормозить, но уже знаешь – это не поможет. Тормозов нет. Резко дергаешь ручку крана машиниста, свист воздуха режет уши, но давление в тормозных цилиндрах не появляется. Взгляд на манометр, красная стрелка застыла на 5, хотя должна ползти вниз. Ну давай же, давай… Краем глаза видишь, как светофор проплывает в окне. Все, игра окончена.
…И ты просыпаешься, судорожно сжав влажные ладони, в которых секунду назад были рычаги. Ох, какое счастье, это был только сон…
– Прикинь, открываю глаза, темно, красный, и я во весь голос: «Твою ма-ать!!!» – и все на себя!
– И?..
– В левой одеяло, в правой рука жены, чуть не сломал… И соседи в стену стучат, разбудил их своим воплем.
– А светофор-то где взял?
– Телевизор, будь он неладен, теперь на ночь только с кнопки выключаю…
Глава 28
Дневник Метроэльфа: Маневры
Уже собираясь домой, узнал, что с одного из составов сняли машиниста: стало плохо. Кто говорит, сердце прихватило, кто говорит – инфаркт…
Утро. 6.50. Планерная. Открыл с трудом глаза. Чаю из термоса. Так, десять минут до начала есть. Инструктор осматривает меня с головы до ног. Все на месте, но… ПИЛОТКА ГДЕ?! Допивая чай, лезу в рюкзак, пытаясь вспомнить, где я в последний раз ее видел. Как обычно, лежит на самом дне. Сдувая пыль, водружаю головной убор на положенное по инструкции место.
Поехали. Тонкие ручейки людей с лестницы и эскалатора сливаются в полноводную реку.
7.30. Река начинает тихо бурлить. Люди стоят на платформе. Поезда уходят полупустые: все хотят сесть. Маневровые машинисты начинают тихо звереть: толпа мешает им выйти из поезда на платформу.
7.45–8.15 – дежурные, матерясь (пока еще себе под нос) пытаются выгнать пассажиров из вагонов, уходящих в тупик, но пассажиры не сдаются. Они хотят выехать из тупика на линию, уютно рассевшись на мягком диване. Дежурные вот-вот реально сорвутся на мат. Их тоже понять можно. Им за заезд пассажиров в тупики влетает по первое число.
Нет, заехать-то в тупик не проблема, но ни один машинист не даст 100 % гарантии, что из тупиков можно выехать. В тупиках меняется кабина управления, голова на хвост, а кто может быть уверенным, что при управлении из этой кабины состав пойдет? Я – нет. Мало ли чего там заклинить может. А в пик диспетчер даже разбираться не будет.
– Маневровый! Не двигайтесь, будем перекрывать светофор. Меняйте кабину управления, будете следовать в депо.
И до свидания! Вас когда-нибудь завозили в депо? Да еще в «день безопасности»? Да когда еще ревизорская проверка? Поверьте, раньше, чем через час, из депо вас не выпустят. Сначала вызовут милицию. Пока она придет… Потом заставят написать объяснительную: какого черта вы тут вообще делаете. Протокол… В общем, множество волнующих минут обеспечено.
И самое главное: никто не даст вам документа, подтверждающего уважительную причину опоздания на работу. Сами виноваты – сами и расхлебывайте.
Маневровые ругаются уже в полный голос. Напирающая толпа не дает выйти. Стена народу вносит меня в вагон, размазывая по противоположной двери. При попытке выйти отрываются пуговицы, погоны, упала пилотка – и ее тут же затоптали…
Полчаса маневров чем-то напоминают подвиг трехсот спартанцев, только те врага сдерживали, а тут задача пробиться сквозь своих же с минимальными потерями.
8.15 – толпа уменьшается. Становится легче. Час до конца пика. Опоздание восемь минут от графика. Ничего, выживем.
9.15 – накаркал. Заводят меня в тупики. Маневровый передает управление. Белый! Ага, размечтался! Тут же следом загорается «пригласительный» сигнал. Данные сигналы одновременно не предусмотрены инструкцией. Значит, светофор неисправен, и как следствие – запрещающий.
– Диспетчер.
– Я диспетчер.
– Светофор горит лунно-белым с пригласительным сигналом.
– Понятно. Следите за исправностью пути. Доложите.
И?.. Ну?.. Дальше-то что? Где устное распоряжение на проследование светофора? Тихо выпадаю в осадок. Словно услышав мои мысли, диспетчер истошно орет:
– Маневровый!!! Следуйте по белому с ПС, докладывайте о состоянии пути!
– Понятно.
Вот и все, доездились. По «пригласительному» скорость не более 20 км/ч. До свидания, график. Да тут еще ревизоры на линии. Медленно выезжаем из тупиков. Народ с платформы смотрит на меня как на врага народа. А я что могу сделать?
Путейцы зашли в «трубу». Начинаем ездить еще медленнее, чтобы своих не задавить. Диспетчер крутит составы по Полю в попытках хоть как-то разгрузить линию. Бесполезно.
10.55 – наконец-то все починили. Опоздание 33 минуты. Полетели. Последние два дня ТКЛ любит пассажиров все сильнее и сильнее. Может быть, завтра повезет?
