332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Оксана Глинина » Отбор: ведьма ‒ (не)невеста (СИ) » Текст книги (страница 9)
Отбор: ведьма ‒ (не)невеста (СИ)
  • Текст добавлен: 10 июня 2021, 12:00

Текст книги "Отбор: ведьма ‒ (не)невеста (СИ)"


Автор книги: Оксана Глинина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 18

Не знаю, что может быть ужаснее того, что ты результат истязаний рабыни, а не любви. Разве что ‒ соблазнение инквизитора.

Я не знала всех подробностей своего появления на свет. Лишь потом тетушка ‒ точнее моя мать ‒ поведала правду. При дворе все искренне полагали, будто бы я дочь Салазара, что было на руку самому Салазару и моей матери. Видимо, легенда о том, что я дочь покойной сестры королевы, не очень-то и работала.

Оставлять меня одну рядом с Предвечным лесом стало опасно, к тому же во мне проснулся дар. И все же, до сих пор я находилась в неведении о тонкостях жизни людей по ту строну леса. А еще мне не давал покоя вопрос: зачем моя мать сохранила мне жизнь, и почему король ей это позволил?

От мыслей шла кругом голова, поэтому ничего лучше не придумала, как прижаться горячим лбом к прохладной стене. Ноги ослабели и подкосились, я стремительно стала оседать на пол.

Великий Рагор! Что я творю? Дай мне знак, все ли правильно я делаю?

‒ Риад? ‒ голос вывел из дурмана оцепенения. ‒ Что ты здесь делаешь?

Похоже, это знак! Что ж, спасибо, Рагор, сразу чувствуется ‒ ты не на моей стороне.

‒ Тебе плохо? ‒ сильные руки взяли меня за плечи и отлепили наконец-таки от стены, к которой я все еще самозабвенно прижималась.

‒ Я… нет… да… не знаю, ‒ старалась не смотреть на Эйдана, потому что он мог все прочитать в моих глазах и понять, чего я от него хочу. Вернее, не хочу. Или… даже не знаю.

Не смотреть не получилось. Деннели был обнажен по пояс, как тогда в лесу. На груди виднелись уже почти зажившие шрамы, вокруг клубился пар и было неестественно душно.

Выходит, я в беспамятстве от страха добралась до купален?!

‒ А-а-а я тут мимо проходила, ‒ сделав абсолютно честное лицо, набралась храбрости и заглянула в глаза Эйдану. На деле же, надо было как-то заставить себя оторваться от созерцания испещренной шрамами груди мужчины.

Божечки, какие дурные мысли мне только в голову лезут! А все Хатра с ее подстреканием. Вот и сейчас пузырь с зельем в руке отяжелел в разы, потому что глаза Деннели горели таким огнем, что в пору было бежать к воде, чтобы не воспламениться.

Слегка отстранилась, высвобождаясь от его объятия. Не говоря ни слова, направилась к самой купальне, на ходу развязывая шнуровку домашнего платья. Предусмотрительно под ним на мне ничего больше и не было.

Совсем забыла, как применять зелье: принимать его внутрь или мазаться снаружи. Да уже и не суть, все равно ничего не успею с ним сделать, потому что обнажилась и по каменным приступкам спустилась в воду. Слава Рагору, звуки шагов босых ступней Эйдена последовали за мной. Закрыла глаза, чтобы не выдать ту бурю чувств, что бушевала внутри.

А он неожиданно оказался передо мной в воде, и это слегка обескуражило. Когда успел только?

Ну, вот и все! Сердце ухнуло вниз. Сейчас инквизитор меня отправит восвояси, а мне останется только удавится от стыда. И на что я рассчитывала? Что Деннели тут же свалится к моим ногам? Он, поди, даже в храме богам не кланяется. Да и стоя по пояс в воде не сподручно плюхаться на колени ‒ чего доброго и правда захлебнется, а мне потом, как быть? Что я скажу его батюшке и Бальтазару? Как вообще оправдываться буду?!

‒ Риад, ‒ мужские пальцы мягко коснулись моих плечей. ‒ Ты-то этого точно хочешь?

О! Тут я уже не могла лгать даже самой себе! Хотела. Еще и как! Понимала, ведь, что ничем хорошим это не закончится, но развернуться и сбежать уже вряд ли вознамерюсь. Зато по ту сторону Предвечного леса холодными вечерами я буду вспоминать его теплые руки на своем лице, шее, груди…

‒ Открой глаза, ‒ прошептал Деннели мне на ухо.

Теплой мокрою рукой взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в лицо. Ох уж эти черные глазищи! Никакого покоя от них нет. Смотрят так, будто видят самую твою суть. А я, как та мышь перед аспидом ‒ стою, пошевелиться не могу. Ну вот, что он со мной делает?

Ослабевшие руки выпустили-таки пузырь с настоем прямо в воду.

‒ Ведь, как только ты скажешь «да», ‒ сказал мужчина и коротко поцеловал в губы. ‒ Обратной дороги тебе отсюда не будет.

Вот значит каково его желание? И стыдно, и приятно. Взгляд мой, тем временем, снова опустился вниз. Лучше бы не опускался, потому как прозрачная вода не сумела скрыть весь мужской интерес ко мне. Сразу на ум пришла срамная книжка, откуда-то притащенная Хатрой еще в мою бытность в ее сайшельской школе: все картинки эти, от одного вида которых самоубиться от стыда хочется.

‒ И что ты делаешь со мной, Риад? ‒ сказано было с такой истомой в голосе, что я поняла страшную вещь ‒ не хочу его лишиться, этого мужчины, который никогда не говорит много, но чьи поступки красноречивее тысяч слов.

‒ Мой ответ «да», Эйдан, ‒ рука сама потянулась и погладила его по жесткой небритой щеке. Большой палец коснулся губ ‒ нежных, мягких, кто бы знал, что у такого жестокого человека такие мягкие и приятные губы, и такие несчастные глаза.

‒ Не уйду я никуда, ‒ вымолвила наконец. ‒ Никто меня сюда не гнал ‒ сама пришла, а раз пришла, тогда и принимай.

Ох и что же тут началось! И кто говорил, что быть с мужчиной плохо? С мужчиной быть ‒ это очень хорошо. Только с возлюбленным.

Деннели целовал меня неистово и жарко так, что в голове у меня явно помутилось. Пузырь из-под настоя утонул, зато руки мои полностью освободились ‒ обнимали и ласкали крепкое мужское тело. Это явно нравилось мужчине, он мягко урчал и постанывал. А у меня в голове стучало, в ушах шумело, сердце ухало, как безумное. Вроде я одна, а каждый орган внутри живет своею жизнью.

Мне тоже нравились ласки. Все же, не смотря на некоторую грубоватость, Эйдан старался быть очень осторожным. Оказывается, тело в такие моменты тоже живет своею жизнью, и с каждой новой лаской все больше хочется чего-то невероятного, сильного, неизвестного.

Тяжело дыша, мужчина отстранился от меня, от чего я опять смутилась и попыталась прикрыть наготу руками.

‒ Не надо, ‒ произнес он пристально глядя мне в глаза. ‒ Хочу насмотреться на тебя.

Провел рукой по волосам, ласково, погладил щеку, опустился ниже…

‒ Ты такая красивая! ‒ прошептал совершенно искренне, что я усомнилась в том, меня ли он видит перед собой.

‒ Не смущайся, ‒ продолжал мужчина, лаская тело так, что разум вновь меня покинул. ‒ Ты красивая и моя, не отпущу тебя никуда и не отдам тебя никому.

‒ А я никуда и не собираюсь, ‒ ложь слетела с губ легко, а слова прозвучали глухо, из-за невероятных ощущений, что дарили его руки. ‒ Ч-что ты делаешь со мной, Эйдан?

Простонала жалобно.

‒ Иди ко мне! ‒ крепко прижался, шепча мне в ухо. ‒ И ничего не бойся.

От этих слов и мысли из головы вовсе вылетели!

Момент соития немного болезненный, немного некомфортный, но ни в коем случае не неприятный. Все же до конца настойка не сработала. Да и должна ли была? Ведь первое познание всегда проходит через боль. Эйдан успокаивающе гладил меня по волосам, а потом началось то, чего мое тело так сильно жаждало. И мелькнула мысль где-то на задворках сознания, что это очень правильно ‒ я и Деннели вместе.

Вот только, что из этого получится?

‒ Тогда, пять лет назад, ‒ неожиданно заговорил Деннели первым после длительного молчания, когда слова были совсем не уместны. ‒ Я просил твоей руки у Салазара.

Он улыбнулся от того, с каким пораженным видом я на него уставилась. Похоже, ему доставляло удовольствие наблюдать за мной, а еще за тем, как я выгибаюсь под его большой и теплой ладонью, скользящей вдоль моей спины.

‒ Мне были известны последствия наложения печатей, да и что греха таить, я хотел тебя уже тогда.

‒ Но… ты всегда выглядел таким неприступным и холодным! ‒ в моем голосе послышалась обида. Неужели я уже тогда положила на инквизитора глаз?

‒ А как мне следовало себя вести? ‒ усмехнулся мужчина. ‒ Пялиться на тебя влюбленным взором? Стелиться у ног шерстяным ковриком.

‒ Нет, просто я… боялась, ‒ пожала плечами. ‒ К тому же тебя было сложно узнать в инквизиторской форме и с бородой.

‒ Поверь, это и было моей целью.

‒ Неужели у тебя никогда не возникало вопросов о моем происхождении? ‒ вместо того, чтобы выяснять отношения, перешла к главной цели нашей беседы.

‒ О! С самого начала, но сразу, и правда, казалось, что ты внебрачный ребенок Салазара ‒ это было более правдоподобно и естественно. Он был довольно известный ходок. Но именно это и делало меня холодным и неприступным по отношению к тебе. По всему выходило, что ты моя близкая родственница, а это чревато. И все же, когда на твоем теле возникли мои печати, я решительно потребовал твоей руки. Но Салазар был непреклонен, что укрепило мою веру в то, что ты его дочь.

‒ Неужели ты бы женился на мне, зная, что мы двоюродные брат и сестра?

‒ На тебе встали мои печати, а это значило, что именно ты меня спасешь от проклятия, ‒ Эйдан наклонился и поцеловал меня в губы. Страстно, долго. ‒ А еще дядюшка разжаловал меня и выгнал вон из столицы!

Он говорил это так радостно, а у меня ухнуло сердце вниз. Салазар был странным человеком.

‒ О той постыдной истории было мало, что известно, ‒ продолжал говорить Деннели. ‒ Те, кто хоть что-то мог знать или предполагать, были сплошь нашими северными лордами. Они верны и не болтливы. В неведении оставался лишь я.

‒ А Бальтазар? ‒ спросила просто из любопытства ради, а не из необходимости, ибо ответ был понятен заранее.

‒ Ему было не принципиально, ‒ пожал плечами Деннели.

‒ И все же Салазар удивляет! ‒ пожала теперь плечами я. ‒ Какой ему толк от моего рождения, да еще и моего присутствия в его жизни. Почему он вообще допустил все это? Не отдал в жены, к примеру, тебе.

Во глубине души ответы на эти вопросы уже начали созревать и обретать форму, но чем больше я убалтывала Денели, тем сильнее терялась его бдительность. Мне это, как не кстати, играло на руку.

‒ Думаю им двигал страх, ‒ Эйдан задумчиво привлек меня к себе. ‒ А еще стыд. Он не защитил женщину, вверенную ему судьбой. Подверг ее страшной опасности. Ты служила ему напоминанием о его собственной несостоятельности, как правителя и защитника.

‒ Надеюсь, что Бальтазар будет более бдителен, ‒ поцеловала мужчину в чувственные губы, провела рукой по щеке.

‒ А обо мне речи значит не идет? ‒ со смехом Эйдан перехватил мою руку и перекатился на меня.

‒ Сомневаюсь, что ты вообще допустишь нечто подобное! Ты просто самый настоящий цепной пес.

‒ Угадала! ‒ Деннели поцеловал меня прямо в губы. ‒ Не выпущу тебя отсюда никогда.

‒ Ужас! ‒ притворно прикрыла ротик ладошкой. ‒ Перспектива провести остаток жизни в твоей постели почти шокирует.

‒ Видишь? Уже только «почти».

Прошло еще время, пока бдительность бывшего инквизитора окончательно не уснула вместе с ним.

‒ Боги! ‒ Хатра смотрела на меня огромными глазами. ‒ Почему так долго?!

‒ Потому! ‒ огрызнулась наставнице, пока переодевалась в более подходящие одежды, чтобы незаметно покинуть Уоллок. ‒ Если хотела побыстрее, надо было самой идти к Деннели в купальни.

‒ Ну… он и мужлан, ‒ наставница потянула почти с завистью. ‒ Ты вообще жива еще?

‒ Он не мужлан! ‒ я зло натянула на себя серое дорожное платье. ‒ А очень даже заботливый и… добрый…

‒ Ну-ну, ‒ Хатра похлопала меня по плечу. ‒ Я знаю. Что ты в него втрескалась по самое невозможно. Не переживай.

‒ Не беспокойся за меня! ‒ получилось довольно резко. ‒ Я уже не маленькая, к тому же уже не девица.

‒ Ты страдаешь, и я это вижу, ‒ спокойно ответила госпожа Матаир. ‒ Твое состояние может повлиять на исход дела, поэтом прошу ‒ держи себя в руках.

‒ Я готова! ‒ сообщила, как только закончила обувать кожаные полусапожки без каблука, для удобного блуждание по лесу в темноте.

‒ Что ж, ‒ пожала плечами наставница. ‒ Тебя будут ждать в указанном месте. Дальше, как только окажешься на месте, дашь знать.

‒ А, если, что-то пойдет не по плану?

‒ Ты знаешь, что делать в таком случае! ‒ на этот раз ответ Матаир был довольно категоричен. ‒ Не вздумай растеряться!

Еще бы! Тогда она сама явится и три шкуры с меня спустит. Почему-то в этом не было даже сомнений.

‒ Ты все же пришла, ‒ неприятно шелестящий голос шамана напомнил голос Безликого в дремучем лесу.

‒ Разве ты и твой повелитель хотели не этого? ‒ к чему прелюдии, если лучше всего показать свое истинное отношение к происходящему. Все равно поймут.

‒ Вижу, на тебе больше не осталось меток, ‒ порадовался шаман, лица которого так и не смогла рассмотреть не только из-за скрывавшей его темноты, но и из-за костяной маски, что скрывала его личину от человеческих глаз. Когда только и обзавестись успел?

‒ Похвально, ‒ порадовался приспешник моего, так называемого отца. Он хотел было дотронуться до меня, но я отпрянула, не желая ни чьих прикосновений к себе, так как еще было живо воспоминание о прикосновениях Эйдана, и именно их хотелось сохранить в памяти как можно дольше.

‒ Вот как? ‒ разочарованно протянул шаман, обходя меня по кругу. ‒ Строптива. А что ты скажешь, строптивица, если я сообщу тебе, что зверь пришел за тобой по твоему следу?

‒ Что?! ‒ смысл сказанного этим мерзавцем до меня дошел не сразу.

Ответом мне был лишь неприятный гортанный смех.

‒ Разве ты так и не поняла ‒ недостаточно укротить монстра, чтобы держать его на привязи. Вот и твой пришел за своей собственностью.

‒ Нет! ‒ отчаянно замотала головой. ‒ Не может этого быть…

‒ Может! ‒ раздался до боли знакомый голос прямо за моей спиной. ‒ Особенно, если тебя пытаются уложить насильно слишком рано спать.

Ох, Деннели! Что теперь с нами будет? Лучше бы ты и дальше притворялся спящим. Теперь обратной дороги для нас обоих уже не будет!

Глава 19

Что же делать?

Вопрос прожигал мозг, вгрызаясь в самые глубины сознания.

Деннели оказался сильнее, чем мы с наставнице           й предполагали. Или же… Хатра все понимала, но зная, что я не стану рисковать любимым, сама же меня и подставила. Она могла ‒ с нее станется.

Однако, поздно уже винить ведьму во всех смертных грехах, тем более, ее нет рядом. Все, что мне остается ‒ это начать действовать сейчас, на свой страх и риск. У меня просто нет выбора.

Размышления заняли лишь долю секунды, которая длилась вечность, поэтому, чтобы больше не тратить время, развернулась и ударила в Деннели силой. Он не ожидал, поэтому и открылся. Верил мне, а я предала.

Эйдана отбросило и сковало парализующей цепью. Надеюсь он еще и без сознания. Не хочу, чтобы он все слышал.

‒ Значит, таков твой выбор, ‒ шаман не спрашивал, он просто был удивлен, даже разочарован. Казалось, ему пришлось бы по душе, начни я действовать по-другому.

‒ Ну ты и ведьма! ‒ снова проговорил чужак, рассматривая лежащего Эйдана. ‒ Таки завалила здоровенного вервольфа.

‒ Во-первых, я сама не выбирала такую силу в наследство, ‒ огрызнулась в ответ самодовольному мерзавцу.

‒ А во-вторых?

‒ Он был сейчас человеком, а не вервольфом, а значит ‒ значительно слабее своей звериной ипостаси.

‒ Заберите его, пока не очнулся! ‒ шаман сделал знак рукой и на поляну из темноты стали выходить люди. Молчаливые тени с каменными ножами в сухих, как палки, руках.

Странное ощущение. А ведь, разговаривая с проводником духов, я не ощущала никакого постороннего присутствия.

‒ Удивлена? ‒ лица шамана не было видно из-за низко надвинутого капюшона, но вот самодовольный тон легко угадывался по голосу.

‒ Да не очень, ‒ пожала плечами, не хватало раздуть его самолюбие до беспредельных размеров. ‒ Стоило догадаться, что будет страшно одному бродить по лесу, который ты же и отравил своей магией.

‒ Не зарывайся, девка! ‒ мужчина схватил меня за плечо и больно сжал. ‒ Ты сама сделала выбор, явившись сюда.

‒ Боюсь, не совсем сама! ‒ я выдернула руку из захвата, синяки на ней мне точно обеспечены. ‒ Меня вынудил пойти на это ваш правитель.

‒ Смотри у меня, ‒ прошипели мне в лицо, дохнув сыростью прелой листвы и гнилью болот. ‒ Будешь строить свои козни, не посмотрю, что в тебе нуждается мой повелитель. Сотру тебя в пыль, он и знать ничего не будет.

‒ Боишься меня? ‒ усмехнулась в ответ на шаманские угрозы. ‒ Это хорошо.

И, правда, хорошо. Значит чувствует нарастающую во мне силу.

Мужчина отвернулся, первым не выдержав прямого взгляда.

‒ Чего копаетесь?! ‒ решил он сорвать злость на своих прислужниках. ‒ Пошевеливайтесь скорее!

Его люди явно были северянами из туманных долин ‒ полудикие, разодетые в груботканые рубахи, не особо опрятные и… какие-то не совсем мне понятные. Они в полной тишине сновали по поляне без всяких знаков и разговоров понимая друг друга, будто бы общались при помощи обмена мыслями. Приблизившись к бессознательному инквизитору, один из мужчин наступил ему на шею.

‒ Особо не спешите с расправой, ‒ грозно предупредил шаман. ‒ Он мне еще пригодится живым.

‒ Зачем он вам вообще нужен? ‒ дернулась в сторону Деннели, чтобы не дать унести его тело, но мне перегородили путь.

‒ Это будет гарантом твоего хорошего поведения, ‒ по голосу стало ясно, шаман и не планирует отпускать никого из нас двоих. ‒ А то мало ли, ты чудить начнешь.

‒ И все же ты меня боишься! ‒ радости от этого я не испытывала, понимая, на сколько шаман серьезный противник ‒ он не допустит предательства, будет меня контролировать до последнего.

‒ Нет, скорее, я осторожен! ‒ мужчина кивнул в строну Эйдана. ‒ Он дорог тебе, а ты важна для него, поэтому, если один из вас станет доставлять мне проблемы, я легко их решу.

Ну-ну, мы будем очень этого ждать!

‒ А мне кажется, что ты просто дождался возможности, чтобы расправиться с Деннели.

‒ И это тоже, ‒ согласился проводник духов. ‒ Но, пока подожду. Я умею долго и терпеливо ждать. Зато потом, как только мой народ выйдет на эту сторону предвечного леса и отвоюет положенные ему территории, когда власть моего повелителя будет окончательно утверждена здесь, я рассчитаюсь с Деннели за каждую минуту моего падения. Заставлю его страдать и жить долго, чтобы запечатлеть мой безоговорочный триумф, теряя остатки разума в своем увечье и немощности.

Ого! Как его приложило, пока он сидел в темницах Уоллока ‒ одержимый, да и только.

‒ Вам нужны пограничные куски земель Альбериона, ведь так? ‒ решила уточнить планы дикарей, а то уж больно они не таились в своих аппетитах в последнее время.

‒ Они нужны моему народу. Для этого ты здесь!

Я даже не сомневалась в этом. Письмо от королевы рассказало о многом, осталось разговорить дорогого «батюшку».

‒ Что? ‒ голос был низким и глубоким. ‒ Так и не обнимешь родного отца?

Наверное, надо было радостно броситься «дорогому» родителю на грудь, обильно оросив ее собственными слезами. Только малейшего намека на такое желание так и не возникло, как, собственно, не возникло и радости, обретшей наконец отца, блудной дочери.

‒ Понимаю, ‒ усмехнулся правитель народа туманов. ‒ Мы ведь так и не были представлены друг другу.

Он встал и трон из древесных ветвей распался, слегка шурша бугристой корой, а ветки, из которых он был сплетен, послушными змеями потянулись по земле следом за мужчиной.

  ‒ Нравится? ‒ видимо, на моем лице отразилось слишком явное удивление, раз туманный король задал такой вопрос. ‒ Это следствие моего единения с природой. Чем больше ты пробудешь среди нас, тем лучше ты это поймешь. А со временем начнешь сама управлять чарами леса.

‒ Вы пожелали меня видеть, ‒ сменила тему для разнообразия, а то уж больно у батюшки планов на меня одну многовато. ‒ Даже адресовали письмо ее величеству с ультиматумом. Можно ли узнать, для чего я вам так неожиданно понадобилась?

‒ Всему свое время, ‒ кивнул его туманное величество, и ветви поднялись по подолу его обветшалой хламиды со следами золотой вышивки, поползли по плечам и, наконец-таки, добрались до головы, сложившись в подобие венца на макушке.

Впечатляет. Ни дать, ни взять ‒ лесной дух.

‒ Хотелось бы все же конкретного разъяснения, ‒ решила настоять на своем. ‒ Мало ли, вы решите принести меня в жертву своим богам.

‒ Ты пришла сюда по доброй воле, ‒ напомнил шаман о своем присутствии.

‒ Не совсем, ‒ отрицательно покачала головой. ‒ Вы шантажировали королеву.

‒ Всего-то предложил ей сообщить народу о том, что у нее есть помимо обожаемого сынка еще и дочь, ‒ пожал плечами правитель туманных долин.

Неожиданно моих ног что-то коснулось. Я непроизвольно вскочила, а туманный король расхохотался.

‒ Тебя признала наша земля, ‒ торжественно сообщил он. ‒ А значит, ты и правда моя дочь.

‒ Вы еще и сомневаетесь в этом? ‒ с опаской посмотрела на свои ноги, которые оплетали сухие ветки. Топнула ногами, чтобы сбросить с себя это сомнительное проявление симпатии, пока ноги окончательно не опутало, и я уже в статусе лесной принцессы не завалилась в сырую траву.

 ‒ Как только в тебе проснулся дар, нет, не сомневался, ‒ признался туманный король. ‒ Я почувствовал нечто очень близкое мне, родное и понял, что от меня когда-то сумела зародиться жизнь.

Вот только он призабыл при каких обстоятельствах. От этих мыслей меня передернуло.

‒ Можно перейти к сути нашей беседы? Зачем я вам?

‒ Что ж, твое возвращение при Салазаре было невозможно, ‒ продолжал рассказывать его величество. ‒ Зато теперь ты дома.

Это как сказать, тут он немножечко поспешил, однако после его слов деревья, стоящие кругом сплошной стеной, расступились, явив моему взору огромный длинный проход.

‒ Идем, ‒ позвал король. ‒ Я слишком долго ждал нашей встречи, чтобы временить. Сегодня ты увидишь мои чертоги, станешь частью нашего мира и узнаешь многие тайны предков…

‒ Мой повелитель, ‒ опомнился шаман, которому явно пришлись не по душе щедроты владыки к своему новообретенному чаду. ‒ Не слишком ли вы спешите раскрыть секреты наших пращуров?

‒ Не вмешивайся, Дотар! ‒ а туманному королю не понравилось то, что его одернули. ‒ Моя дочь получила дар, поэтому имеет право разделить с нами наши законы и заповеди.

Какое счастье! Только вот имени моего батюшка, поди, не помнит.

‒ Да, ‒ согласился шаман, лица которого, я так и не смогла рассмотреть из-за капюшона. ‒ Но вы кое-что должны увидеть, мой повелитель.

‒ Чем ты хочешь меня удивить?

На поляну выволокли бессознательного Деннели и бросили к ногам туманного владыки.

‒ Это же… ‒ кажется батюшка опешил от такого сюрприза так, что не смог даже молвить внятно.

‒ Так и есть, мой господин! ‒ радостно закивал Дотар. ‒ Недалеко отсюда, мы таки изловили вашего злейшего врага.

Вообще-то его изловила я, но шаману не терпелось вернуть утраченное расположение правителя.

‒ Оборотень так близко подошел к нашим землям?

‒ На то была причина, мой повелитель.

‒ Интересно, что за причина толкнула проклятого таки подойти к моему жилищу на расстояние дневного перехода? ‒ нахмурил свои кустистые брови туманный король.

‒ Ты нарушил договор, туманный мерзавец! ‒ неожиданно подал голос Деннели. ‒ Твои люди пересекли границу с Эрдингом и направились в сторону Альбериона. Желание сломать твою мерзкую поганую шею толкнуло меня наконец добраться до твоего проклятого логова!

‒ И ты так непредусмотрительно пришел сюда один? ‒ в словах отца сквозила насмешка, а меня раздирали злость и вина: почему Эйдану не сиделось в Уоллоке? Зачем пошел за мной? Ведь из-за меня он угодил в беду, и я сама его одного здесь никогда не брошу, поэтому придется как-то выкручиваться. Только вот как?

‒ Позвольте пояснить! ‒ встала перед туманным владыкой, заслоняя собой Деннели.

‒ Да, мой повелитель! ‒ прежде чем я успела сказать хоть слово, тут же обнаружился порядком приевшийся шаман. ‒ Действительно, стоит пояснить ‒ оборотень пришел вслед за вашей дочерью. Ведь по вашему велению, я открыл ведьме наши тайные тропы, а проклятый шел по ее следу. Видимо, у них уже была договоренность по этому поводу.

Вот сволочь! Это же как вывернуть надо было!

‒ Это правда? ‒ туманный король посмотрел мне прямо в глаза, из-под низко нависших черных бровей.

‒ Нет! ‒ взгляд родителя я выдержала с честью.

‒ На нем стояли ее метки, повелитель! ‒ не унимался шаман. ‒ Она его избранная!

‒ А вот это уже интересно, ‒ владыка туманов развернулся в мою сторону и снова нахмурился. ‒ Это правда, что ты его избранная?

‒ Разве это имеет значение?

‒ Имеет! Особенно, если ты меня предала.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю