Текст книги "Первый контрудар Сталина. Отстоять Ленинград!"

Автор книги: Одиссей Мамонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– на участке 1-й дивизии народного ополчения – 1580 человек из 582-го строительного батальона и 7800 человек гражданского населения;

на участке 237-й дивизии – 1500 человек из 466-го и 468-го строительных батальонов;

на участке 70-й дивизии – 1900 человек из 466-го и 468-го строительных батальонов и 2800 человек гражданского населения;

на участке горнострелковой бригады – 800 человек из 475-го строительного батальона, 400 человек из 149-го саперного батальона и 360 человек гражданского населения.

Всего установлено 88 ДЗОТов из вкопанных в землю деревянных срубов, в большинстве батальонных оборонительных районов закончены работы первой очереди.

Согласно планам вермахта, непосредственно на Новгород должен был наступать I армейский корпус под командованием генерала пехоты Куно-Ганса фон Бута. Ширина фронта наступления была определена всего в 16 км. Корпус усиливался 659-й и 666-й батареями штурмовых орудий, несколькими тяжелыми артиллерийскими дивизионами, но главным козырем немецких войск должны были стать самолеты VIII авиакорпуса Рихтгоффена. I армейский корпус должен был прорвать позиции советских войск на р. Мшага, овладеть Новгородом и далее наступать в направлении железнодорожной линии Ленинград – Москва. В отличие от Гепнера, командующий 16-й армией генерал Буш решил не отказываться от авиационной поддержки в наступлении на Новгород.

Когда вечером 7 августа погода резко ухудшилась, от наступления на следующее утро отказались, занявшие исходные позиции части были отведены назад. Когда погода не улучшилась и на следующий день, начало наступления было вновь отложено.

10 августа погода улучшилась, и в 5:20 немецкое наступление началось. После авиационных и артиллерийских ударов пехота перешла в наступление.

На участке 1-й дивизии народного ополчения в 5:45 началась артиллерийская подготовка, которая отличалась особой интенсивностью в центре и на левом фланге. По– еле четырехчасового налета противник перешел в атаку в направлении Большого и Малого Теребца силой до батальона, в направлении Больших и Малых У городов силой более батальона и по направлению к роще юго-восточнее Закибья силой до двух батальонов. Результатом атаки противника стал захват всех указанных деревень, что создало разрыв между ополченцами и бойцами 237-й дивизии.

В Больших Угородах оборонялся 3-й батальон 2-го полка дивизии народного ополчения. Ему на помощь был направлен 2-й батальон под командованием старшего лейтенанта В. Г. Малетина, передавший свои позиции 1-му батальону, растянувшему свой участок обороны. Но и два батальона не смогли отбросить вклинившегося в оборону полка противника. Первая атака была отбита, но, собрав дополнительные силы, гитлеровцы снова атаковали и вынудили батальон Малетина отступить на старые позиции. Его отход остались прикрывать несколько бойцов, которые заперлись в церкви и пулеметным и ружейным огнем препятствовали продвижению фашистов. Бой продолжался несколько часов и последний из оставшихся в живых подорвал себя гранатой. Когда в результате контратаки противник был выбит из деревни, в подвале церкви была обнаружена записка, которую оставили ополченцы: «Нас было пятеро. Все комсомольцы. Ваня и Гриша погибли час назад. Мы переползли в церковь, чтобы больше убить фашистов. Осколком убило Диму. Остались вдвоем с Евсеем Сиберяком. Осталась последняя граната. Руки ... 10/VIII—41 г. Петров Мих.».

Дальнейшего развития немецкое наступление не получило, и командир дивизии народного ополчения отдал приказ восстановить старые позиции силами ударных отрядов. Еще за два дня до немецкого наступления, согласно приказу командира дивизии, в каждом полку выводился с позиций один батальон, который должен был выполнять Функции ударного отряда. Кроме того, в каждом батальоне предписывалось иметь свои ударные группы. До этого роль Ударного отряда выполнял один стрелковый батальон, усиленный тремя танками «КВ» и пятью бронеавтомобилями.

Подобная перегруппировка сил способствовала созданию резервов, брошенных в бой в критический момент.

В результате контратаки положение было частично восстановлено, и к 16:00 в руках немцев оставались деревни Малый Теребец, Сосенка и Малые Угороды.

Дважды был ранен, но не покинул поле боя и продолжал командовать командир 1-го батальона 2-го полка ополченцев В. Мараев. За мужество и храбрость он был первым в полку представлен к ордену Красного Знамени. О напряженности боя говорит тот факт, что в батальоне погибли все командиры рот. В рукопашной схватке погиб комиссар третьего батальона Степан Кузьмич Горбунов. Справедливости ради надо отметить, что основные потери дивизия понесла в ходе контратак, а в первой половине дня подготовленная оборона позволила практически полностью сохранить личный состав. Благоприятным фактором было и то, что авиация противника наносила удары только по тылам и мало воздействовала на передний край.

Только к исходу дня дивизия смогла восстановить свои позиции. Взятый пленный позволил установить, что перед фронтом дивизии действовали два полка 121-й пехотной дивизии, ранее не отмечавшейся на этом участке фронта.

Сложнее сложилась ситуация на стыке с 237-й дивизией. Здесь действовали 1-я и 11-я пехотные дивизии противника. Они смогли прорваться севернее Закибье и начали обтекать фланг 237-й дивизии. Контратакой дальнейшее продвижение немцев было остановлено, но восстановить передний край не удалось – противник вклинился примерно на 200 метров. Конница противника смогла занять Сосенку. Корпусное командование также не могло организовать своевременной помощи из-за того, что сразу после начала боя была прервана проводная связь, а радиосвязи не было с 14 до 23 часов.

Расположенная восточнее 70-я дивизия свои позиции удержала, но у ее соседа – горнострелковой бригады – дела обстояли не так хорошо. Удар противника силами

й, 21-й и 126-й дивизий пришелся по участку Костково Вешка, Мхрага Воскресенская на стыке рубежей горнострелковой бригады и 70-й дивизии. До батальона пехоты переправилось через реку Мшагу и овладело Мшагой Воскресенской. Первыми форсировали реку 2-й и 3-й батальоны 3-го полка 21-й пехотной дивизии. Несколько позднее к ним присоединился 1-й батальон 45-го полка той же дивизии. 3-й батальон горнострелковой бригады отошел к шоссе Медведь – Шимск. Командованию 70-й дивизии пришлось повернуть фронт обороны 1-го и 2-го батальонов 252-го полка на юг к Костково, Кукшино. Для действия против противника, прорвавшегося в районе Новой Мшаги, выделялся один батальон 329-го полка. На старых позициях должны были остаться только отряды прикрытия. Для удара также выделялся армейский резерв – 68-й стрелковый полк, усиленный батальоном танков «КВ». Для координации удара направлялся начальник отдела боевой подготовки 48-й армии полковник Грибов. Он должен был из района Отрадное в 12:00 нанести удар на Вешки, но при постоянной бомбардировке авиацией противника полк не мог до наступления темноты выступить в район сосредоточения. Пришлось время контрудара переносить на семь часов утра 11 августа. Немцы тем временем силами 24-го пехотного полка 21-й дивизии к вечеру заняли деревню Мшага.

Штабы различных уровней, в том числе и штаб армии, также подверглись ударам с воздуха. Авиация фронта практически ничего не смогла ей противопоставить – советские истребители появились над районом боя только сопровождая бомбардировщики в районе Мшаги Воскресенской. В журнале боевых действий Северо-Западного фронта указано: «На направлениях 48Л 10.8ощущался острый недостаток в наличии истребительной авиации. Это привело к тому, что бомбардировщики и истребители противника почти безнаказанно обрабатывали полосу 48 Л, чем в значительной мере и предопределили успех противника на новгородском направлении».

В результате боев 10 августа немцам удалось практически полностью вскрыть систему обороны 48-й армии и определить ее слабое место – позиции горнострелковой бригады.

На следующее утро, 11 августа, бои возобновились. Основной удар немцы опять нанесли на участке горнострелковой бригады в направлении на Теребутицы. Рано утром до двух полков немецкой пехоты из леса южнее деревень Отрадное и Маковище атаковали позиции на правом фланге бригады и к 14:00 вышли к Теребутицам.

На участке обороны 741-го стрелкового полка активных боевых действий не велось, и его командир принял решение направить три стрелковые роты на левый фланг горнострелковой бригады с целью организации совместной контратаки. После выхода рот со своих участков обороны связь с ними прервалась и скоординированной атаки не получилось. Известно только, что одна из рот достигла Маковище, другая находилась в 3 километрах восточнее Воронково, а положение третьей – не известно. Для обеспечения обороны оставшиеся силы 741-го полка были стянуты в район Старого Шимска, Ильменя и Северной Поляны. Командиру полка был переподчинен и 1-й батальон горнострелковой бригады, с которым сохранилась локтевая связь. Объединенной группе была поставлена задача прочно удерживать шоссе на Новгород в районе Старого Шимска. Кроме того, в течение дня в результате заградительных мероприятий силами 741-го полка было остановлено и подчинено себе до 200 беглецов из горнострелковой бригады и два дивизиона артиллерии из ее состава. К исходу дня немцы достигли рубежа Шарок – опушка леса восточнее Теребутиц – Старый Шимск. На этом направлении немцы временно прекратили наступление, и весь следующий день бригада и 741-й полк занимались оборудованием позиций.

На участках 1-й дивизии народного ополчения, 70-й и 237-й стрелковых дивизий в течение всего дня шли бои, но противник успеха не достиг – бойцы прочно удерживали свои позиции.

С рассветом артиллерия 1-й дивизии народного ополчения открыла огонь по немецким позициям, где отмечались скопления противника. Ответный ход последовал через час – в 6:30 на позиции ополченцев совершили налет 60 бомбардировщиков, которые подавили позиции артиллеристов и приступили к обработке переднего края. Из– за отсутствия зенитных средств и авиационного прикрытия летчики корпуса Рихтгоффена безнаказанно утюжили нашу оборону в течение двух часов. Полностью оказалась нарушена проводная связь, система управления и разрушены артиллерийские позиции.

Сразу после авиационного удара началась артиллерийская подготовка, а несколько позднее и минометный обстрел, продолжавшийся до одиннадцати часов дня. После этого немцы перешли в атаку незначительными силами – рота – батальон, которая достаточно легко была отбита. Повторно авиация бомбила позиции ополченцев в три часа дня и в семь часов вечера, после чего в атаку шла пехота.

Атака немцев на позиции ополченцев из Малых и Больших Угородов на Сосенку и Новое Голубково в 13:00 была отбита контратакой резервов 1-й дивизии народного ополчения – 3-м стрелковым полком и одним батальоном из состава 835-го стрелкового полка, выведенного в резерв командующего армией. По данным разведки здесь наступали два полка 3-й моторизованной дивизии. Немцы силами до пехотной роты и пулеметами начали окапываться на северо-восточной окраине Закибья. На участке обороны

го стрелкового полка помощь в отражении атаки оказала артиллерия 235-й стрелковой дивизии. 2-й полк ополченцев вел артиллерийскую дуэль с противником, а других активных действий на его участке не было. На отдельных участках немцы смогли вклиниться в оборону, но проведенные с наступлением темноты контратаки позволили полностью восстановить ситуацию.

На стыке участков обороны 1-й дивизии народного ополчения и 237-й стрелковой дивизии также двумя полками наступала 11-я пехотная дивизия противника. На участке 70-й дивизии оборона была возложена на резервный и разведывательный батальоны, которые препятствовали распространению пехоты противника из состава

го и 23-го полков 11-й пехотной дивизии севернее линии Верхняя Прихонь, Кукшино. С семи часов утра 68-й полк при поддержке одного батальона 329-го полка и танкового батальона, усиленного 5 танками «КВ», атаковал противника, прорвавшегося на Теребутицы. Содействие полку Краснова оказывали два батальона из горнострелковой

бригады, которые пытались нанести удар от Шимска в направлении Мшаги Воскресенской. После обеда 70-я дивизия пытались атаковать прорвавшихся на Теребутицы немцев в южном направлении, но успеха не достигла. В ротах осталось меньше половины активных штыков, а убыль командного состава была еще больше. В 68-м полку на должность командира роты был назначен старший сержант Шкаликов. И это не было исключением. Младшие командиры, получившие боевой опыт, вполне успешно справлялись с обязанностями командиров взводов.

Командир 70-й дивизии генерал Федюнин, предвидя возможность прорыва немцев, заранее поручил штабу разработать мероприятия на случай ведения боя с открытыми флангами, а также предусмотреть действия при отходе.

Авиация фронта опять не смогла оказать помощи своей пехоте. За день самолеты произвели только 44 самолето-вылета, в том числе 4 бомбардировщиками и 40 истребителями.

Сложная ситуация на участке обороны 48-й армии вызвала закономерное опасение командования фронтом, которое направило указание командарму:

«Тов. Акимов!

У нас сложилось впечатление, что Вы действуете растопыренными пальцами и нигде не даете отпор врагу, уступая ему занятую Вами территорию. Такой характер действий не позволяет Вам поправить дело. Соберите более крупные силы и ликвидируйте прорыв на главном направлении удара противника, то есть на левом фланге, а затем принимайте меры и на второстепенных участках.

Донесите конкретно о Ваших мероприятиях на сегодня.

Доложите вывод о группировке противника, основные направления его ударов и дайте нумерацию дивизий противника, установленных [на] всем Вашем фронте.

Есть опасение, что созданные оборонительные сооружения слабо защищаются и на них должного отпора противнику не оказывается.

Дайте указание Вашим подчиненным, чтобы без Вашего приказа никто не имел права ни шагу отходить назад.

Потребуйте самого точного и четкого исполнения Ваших распоряжений...»

В ответ командование 48-й армии докладывало:

«...2. делать какие-либо перегруппировки с 5:00до 22:30совершенно невозможно: авиация противника беспрерывно в воздухе до 100 самолетов и бьет на всю оперативную глубину до 30—35 км, безнаказанно бомбит и расстреливает из пулеметов, прочесывая все леса и гоняясь за каждой машиной, от чего части несут значительные потери в людях и матча– сти. За всю войну впервые вижу такое массовое применение авиации. Нашу истребительную авиацию дальше КП армии не пропускают.

Проволочная связь на всех направлениях и во всех частях бомбежкой уничтожается.

Нашей артиллерии совершенно не дают вести огонь.

Все это создает исключительные трудности обороны

и управления войсками...».

В 17:35 11 августа командующий 48-й армией отдал приказ № 06, которым предусматривалось перейти утром 12 августа в наступление в общем направлении на Уторгош, уничтожая прорвавшегося противника. Этот приказ в какой-то мере являлся подготовленной импровизацией.

Дело в том, что еще до начала немецкого наступления был разработан план фронтового контрудара, в котором должны были задействоваться все армии Северо-Западного фронта. Основная задача возлагалась на вновь прибывшую 34-й армию, а 27, 11-я и 48-я армии должны были выполнять вспомогательные задачи. Из состава 48-й армии для нанесения удара выделялись 70-я и 128-я дивизии. И вот теперь, после начала немецкого наступления, было решено частично воплотить в жизнь ранее намеченный план.

70-й дивизии во взаимодействии со 2-м танковым батальоном 5-го танкового полка было приказано уничтожать противника, прорвавшегося в районе Теребутицы, нанося удар в направлении Кукшино, Мшага Воскресенская. Отдельная горнострелковая бригада во взаимодействии с 741-м стрелковым и 21-м артиллерийским полками должна была уничтожать противника в районе Теребутиц ударом с юго-востока в направлении Мшаги Воскресенской. Таким образом, планировалось с пяти часов утра перейти в атаку и окружить прорвавшуюся группировку противника. 237-я дивизия с семи часов утра должна была наступать на фронте Сосенка, Закибье и к вечеру овладеть Чудско, Уторгош.

Народным ополченцам активные наступательные задачи не ставились – они должны были удержать занимаемые позиции и обеспечить фланг с 235-й стрелковой дивизией, оборонявшейся правее.

На следующий день, 13 августа, к контрудару планировали подключить 128-ю стрелковую дивизию, которая к утру 12 августа должна была сосредоточиться в районе Торфяно-Подстилочная, Новое Сергово и в течение дня провести разведку переправ через Шелонь. В подчинение дивизии с 13 августа передавался 741-й стрелковый полк, действовавший автономно. 237-я дивизия 13 августа должна была наступать на Большую Уторгош, а 70-я – на Уторгош, Листовку и Брянскую. Горнострелковая бригада должна была оставаться в резерве командующего армией на рубеже реки Мшаги.

С самого начала этот план остался не реализованным. После четырех часов дня 11 августа перестала отвечать радиостанция 70-й дивизии. С горными стрелками вообще не было никакой связи. Высланные штабные командиры в штаб армии до ночи не вернулись. Более того, по поступившим данным разведки, немцам удалось проникнуть до деревни Менюши. Таким образом, до половины подразделений приказ так и не был доведен.

В десять часов утра 12 августа 237-я дивизия была атакована силами до двух пехотных полков в направлении Заречья и далее на восток. В 11 часов дня противник овладел районом в полутора километрах восточнее Заречья на правом фланге 838-го полка. По данным разведки, колонна противника двигалась в районе Горного Веретья.

Как и в предыдущий день, 12 августа, немцы рвались на север и полуокружили полки 70-й дивизии, которые не имели связи с соседями. Правый фланг вынужденно растягивался от Шарка до Нового Веретья и озера Косовского. В первой половине дня 329-й полк наступал от Старого Веретья на Медведь, 252-й полк – от рощи, что южнее Нового Веретья, на Верхнюю Прихонь, а 68-й полк – из района Отрадное на Шарок. Красноармейцы дивизии удерживали Медведь, Верхнюю Прихонь, Отрадное и лес восточнее ее.

К расширяющемуся наступлению немцы привлекли 126-ю и 96-ю пехотные дивизии, сосредотачивали резервы в направлении Менюши. Давление на 237-ю стрелковую и 1-ю дивизии народного ополчения оставалось серьезным. Отсутствие у них тяжелого вооружения затрудняло отражение атак врага. Рано утром, после авиационного удара и артиллерийской подготовки, немцы перешли в атаку в направлении деревень Большие Угороды, Сосенка и Уномерь, имея задачу рассечь позиции на стыке 1-го и 2-го полков дивизии народного ополчения. На правом фланге 2-го полка противнику удалось форсировать реку Луга и захватить небольшой плацдарм. Туда отправился бригадный комиссар К. И. Розенблюм. Он собрал отошедшие роты и повел их в контратаку. На участке 2-го батальона этого же полка сложилась критическая ситуация. Для ее устранения был сформирован сводный отряд штаба полка во главе с начальником политотдела дивизии батальонным комиссаром Д. А. Подре– зовым. Они контратаковали, но результата не достигли. В этом бою Дмитрий Акимович Подрезов получил смертельное ранение. Левый фланг ополченцев, несмотря на их героизм и многочисленные контратаки, к вечеру был отведен до Большого Тере– беца. К концу дня, несмотря на неуспех противника, начали проявляться кризисные показатели – в полках оставались по 300—400 человек, артиллерийские подразделения потеряли значительную часть орудий и при открытии огня немедленно подавлялись

немцами. Не имевшие бое bo– д. А. Краснов

го опыта командиры и красноармейцы стали терять уверенность в возможности удержания рубежа.

Ситуация усугублялась тем, что стрелковые полки, отрезанные от тыла дивизий, начали испытывать нехватку боеприпасов. Особенно это коснулось 70-й дивизии. Из стрелковых полков 70-й дивизии последним отступил со своих позиций у Теребонья 68-й под командованием Героя Советского Союза Краснова. На своих старых позициях остался только 227-й гаубичный артполк под командованием Ходаковского и комиссара Ларина. Снаряды у них были, и они продолжали стрелять по немцам, когда уже остались у них в тылу. Прямой наводкой артиллеристы 1-го дивизиона в районе Мшаги-Ямской смогли подбить два танка и остановить атаку противника. Ходаков– ский говорил, что не получал приказа об отступлении, а на войне есть трудности, которые надо преодолевать. Многие артиллеристы воевали как обычные пехотинцы. Не желая тратить время и силы, немцы обошли позиции артиллеристов и продолжили наступление. Связь с командованием дивизии была потеряна, и Ходаковский приказал выходить из окружения. При этом он принял решение о выводе всей материальной части – два дивизиона 122-мм и 152-мм орудий выходили на тракторах, а один – на лошадях.

Возле д. Теребутицы фашистам удалось обойти командный пункт 21-го гаубичного артполка 21-й танковой дивизии. Небольшая группа артиллеристов во главе с начальником штаба полка капитаном А. Шевченко и до– бровольцем-ленинградцем политруком И. Д. Осиповым заняла круговую оборону и стояла насмерть. Не желая сдаваться врагу, бойцы подорвали автомашину с боеприпасами, погибли сами и уничтожили находящихся рядом фашистов.

128-я дивизия, исполнив полученный накануне приказ, сосредоточилась двумя полками в районе Торфяно-Подстилочная, Северная Поляна, Ильмень и Голино. 533-й полк остался в занимаемом ранее районе. С утра 13 августа планировалось силами дивизии нанести удар вдоль шоссе на Теребутицы, чтобы содействовать 70-й дивизии. Последней была поставлена задача наступать от Видогощи на Менюши и освободить их, обеспечив бесперебойное функционирование дороги, через которую шло все снабжение армии. Нанесение контрудара координировал лично командарм Акимов. Из-за отсутствия связи 374-й полк, занявший к 14:00 указанное место сосредоточения в районе Неудовица, Торфяно-Подстилочная, задачи не получил. Пробыв под воздействием авиации противника до темноты, решением командира дивизии он был возвращен на свой прежний оборонительный рубеж.

Горнострелковая бригада и 741-й полк 128-й дивизии Днем оставили поселок Шимск и в течение дня заняли Фронт в районе Старого Шимска. К вечеру одиночки и отдельные группы беспорядочно отошли с этого рубежа в лес в северо-восточном направлении.

В 21:00 командующий армией принял решение ввести в бой резерв – 835-й стрелковый полк, поставив ему задачу из района Острова совершить марш на Видогощь и ликвидировать противника в районе Менюши. Затем прочно удерживать занимаемый рубеж, обеспечивая левый фланг и тыл 70-й стрелковой дивизии.

13 августа немецкая авиация продолжала господствовать в воздухе. За день в полосе Северо-Западного фронта было зафиксировано 829 самолето-пролетов противника. Подавляющая часть приходилась на полосу действия 48-й армии.

Теперь ситуация вызывала опасения уже командующего фронтом, который приказал прочно удерживать занимаемые позиции и силами 70-й и 128-й дивизий с двух сторон ударить на Менюши, овладеть ими и не допустить дальнейшего продвижения противника на север. Три пехотные дивизии врага, введенные в прорыв, могли разделить войска армии на две части и открыть свободный проход к Ленинграду.

Для удара по Менюшам прибыла сводная группа из 21-й танковой дивизии под командованием командира 21-го разведывательного батальона капитана Жидкова. В ее состав входили три бронеавтомобиля БА-10 и две стрелковые роты. Одна рота – полтора взвода бывших мотоциклистов из 42-го танкового полка и полтора взвода тыловых батальонов, а вторая – саперы из того же полка. Ставя задачу Жидкову, командарм не знал, заняты ли Менюши противником. При подходе к деревне была организована разведка, которая установила наличие в деревне до 200 солдат противника. В 13:00 началась атака на Менюши. Бой продолжался всю вторую половину дня и ночь. Только к утру немцев удалось оттеснить к южной окраине деревни, но около 6 часов налетела немецкая авиация, а от Горного Веретья начала наступать пехота. Отряд Жидкова был вынужден отойти на северную окраину, и только получив приказ об отступлении, начал отступать на Видогощь. Противник продолжал авиационные удары и артиллерийский обстрел и вынудил отряд разбиться на небольшие группы. К утру 14 августа в Видогощи собрались только 27 бойцов во главе с капитаном Жидковым. Погиб комиссар батальона старший политрук Евдокимов.

70-я дивизия под давлением превосходящих сил противника отходила с занимаемого рубежа в северо-восточном направлении и днем вела бой в районе болот в 5—6 км западнее Менюши. Основная проблема дивизии состояла в отрезанности стрелковых полков от тыловых подразделений, что вызывало нехватку боеприпасов, горючего и продовольствия. К вечеру она занимала позиции на рубеже Старое Веретье, Выселок, Борок.

237-я дивизия вела бой в районе Шелино, связи с соседями не имела. По донесениям в штабе армии знали, что в ее стрелковых ротах оставались по 20—30 человек. Для возможного выхода из окружения и организации подвоза бойцы строили дорогу через болота на Холмино.

1-я дивизия народного ополчения донесений о своем положении и обстановке в этот день в штаб армии не предоставила, и командование армии полагало, что дивизия обороняла Ожогин Волочек, Гадовичи и Новое Голубково. Как стало известно позднее, утром командир дивизии принял решение о том, что «в случае невозможности удержания занимаемых позиций отойти на северный берег реки Луга на заранее подготовленные позиции». После утреннего удара авиации первым начал отступление правофланговый 1-й стрелковый полк. Произвести в течение дня передислокацию ему не удалось, указанных позиций он не занял и отошел небольшой группой на западную окраину деревни Любино Поле. Из-за этого образовался разрыв между участками обороны 1-й дивизии народного ополчения и 235-й стрелковой дивизией. Противник немедленно воспользовался ситуацией и стал действовать во фланг обоим соединениям. На другом фланге в брешь между позициями ополченцев и 237-й дивизии также проникали отдельные группы немецких пехотинцев, а разведывательные группы доходили до Воронино и станции Люболяды. Пробравшийся делегат связи от 70-й дивизии принес приказ, в котором говорилось о необходимости удержания левого фланга на рубеже Косицкое, Доскино и Остров. Выполнение этой задачи командиром дивизии было возложено на 2-й стрелковый полк дивизии и приданный ему из армейского резерва 835-й полк. 3-й полк дивизии должен был Растянуть свою линию обороны, обеспечив левый фланг Дивизии. Сведений о соседях слева никаких не было, что вызывало дополнительную нервозность. Среди бойцов отмечался уход с позиций в одиночном порядке и мелкими группами. Попытки собрать их и возвратить на позиции ни к чему не привели. Командование дивизии начало терять управление подчиненными подразделениями.

128-я дивизия обороняла фронт на линии Стегачево, Изори, Сутоки, Таболь.

В 16:00 14 августа передовые немецкие группы появились на окраине Видогощи около штаба 21-й танковой дивизии. Еще вечером 12 августа отсюда началась эвакуация штаба танковой дивизии. Под непрерывными бомбардировками колонны автомашин лесными дорогами отходили в сторону Некохово.

14 августа закончилось расчленение 48-й армии на две части. 1-я дивизия народного ополчения и 237-я стрелковая дивизия к исходу дня оборонялись на рубеже Ожо– гин Волочек, Уномерь, Закибье, Щелино. Под ударами с воздуха ополченцы в течение дня мелкими группами начали отход с занимаемых позиций. Противник действиями авиации не позволял собрать их и организовать в единое подразделение. Командный пункт дивизии в деревне Самокрада неоднократно подвергался ударам с воздуха, погиб начальник связи Козлов, что сделало невозможным использовать технические средства связи. Связи с полками никакой не было. Попытка комдива лично выехать на позиции 2-го и 835-го стрелковых полков результата не дала – никаких сведений получить не удалось. Из разрозненных бойцов сформировали отряд под командованием майора Турчанинова, которому приказали занять оборону на опушке лесного массива севернее Самокрада и Илемцы и прикрывать отход остальных подразделений.

На правом фланге 237-й дивизии с самого утра противник углублял прорыв на северо-восток, а на левом – отрезал ее от позиций 70-й дивизии. 70-я дивизия оборонялась в Старом Веретье и Борке. Немецкая 21-я пехотная дивизия вышла к шоссейной дороге Новгород—Луга, а 11-я пехотная дивизия – к железной дороге на том же направлении. Саперный батальон 11-й дивизии взорвал мост на этой дороге.

На новгородском направлении остались горнострелковая бригада и 128-я дивизия, которые занимали рубеж Стегачево, Изори, Дубня. Ее 533-й полк занимал прежние позиции, а остатки 374-го обороняли Воробейку и занимали рубеж по реке Негоща. Горнострелковая бригада численностью около 500 человек заняла оборону по Лужскому шоссе, Новой Мельнице, Мостищам и Юрьеву.

В связи с прорывом противника на участке 48-й армии командующий Северным фронтом поставил войскам Луж– ского участка обороны следующую задачу:

«1. Противник, нанося удары на Новгородском, Лужском и Кингисеппском направлениях, стремится расстроить систему обороны на подступах к Ленинграду, а ударом на Новгород перерезать Октябрьскую железную дорогу.

Перед Лужским участком обороны стоит прежняя задача, прочно удерживать Лужскую позицию, не допуская распространения противника, прорвавшегося на стыке между 235 сд и 1 ДНО на север и северо-запад.

В ваше распоряжение направляются кандидаты в курсанты 2-го авиатехнического училища и мотоотряд НКВД. Станция выгрузки Батецкая.

Училище может быть использовано для закрытия прорыва и только до прибытия полка, после чего его отвести в резерв...».

15 августа 70-я и 237-я дивизии после упорных боев отошли к Теребони. За четыре дня боев потери составили от 30 до 50 процентов личного состава. Ополченцы неорганизованно отступали в северном и северо-западном направлении.

Отряд Турчанинова из засады встретил огнем колонну противника, следовавшую по дороге. Не ожидавшие организованного сопротивления советских войск, немцы в панике отошли, оставив 12 мотоциклов, 18 велосипедов и Другое имущество. Задержав противника на этом рубеже и израсходовав все патроны, группа Турчанинова к вечеру снова рассыпалась. Днем у командира дивизии появились сведения о том, что бойцы 2-го и 3-го полков его дивизии, а также 835-го полка отходят в район Хрепле, и он принял решение соединиться с ними.