332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Нора Сакавич » Король воронов » Текст книги (страница 3)
Король воронов
  • Текст добавлен: 18 декабря 2020, 17:30

Текст книги "Король воронов"


Автор книги: Нора Сакавич






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Глава третья

В четверг тренировка прошла с еще бо́льшим скрипом, чем в среду. Конечно, можно было бы свалить все на накачанного таблетками Эндрю, который вернулся и встал на ворота, однако тот по большей части вел себя прилично, ни разу не упомянул Сета и почти не общался со старшекурсниками.

Проблема заключалась в том, о чем Дэн и Мэтт подумали еще вчера: в отсутствие Сета команда выглядела на поле гораздо более слаженной. Личные трения между Эндрю, Аароном и Ники не мешали им хорошо понимать друг друга на поле. Бойд также прекрасно взаимодействовал с ними – благодаря таланту и тем испытаниям, которым Эндрю подвергал его в прошлом сезоне. Дэн была отличным капитаном и не давала партнерам по команде стоять на месте, блестяще справляясь с ролью распасовщика. Кевин безбожно гонял Нила, заставляя работать на пределе возможностей, но тот лишь крепче стискивал зубы и изо всех сил старался не отставать. Рене, в свою очередь, умело сглаживала острые углы, как только они возникали.

Впервые за все время своего существования «Лисы» выступали как крепкая команда. Дэн и Мэтт видели это, однако Нил не мог не замечать явного чувства вины, мелькавшего как на их лицах, так и в репликах, которыми они обменивались в перерывах. Оба отказывались находить в гибели Сета плюсы для команды и уж тем более этими плюсами пользоваться. Нилу хотелось сказать им, что смерть – не повод тормозить, однако такое проявление человечности его тронуло. Правда, он надеялся, что к началу следующей игры они возьмут себя в руки.

К облегчению Лисов, второй матч в этом сезоне предстояло играть на выезде. Отсутствие Сета ощущалось даже на тренировках, а на первой игре в родных стенах оно и вовсе бы давило и отвлекало. Нил понимал, что Элисон к этому еще не готова.

В пятницу Ваймак собрал их на стадионе в двенадцать тридцать – с тем расчетом, чтобы выехать из Пальметто заблаговременно. Он отпросил Лисов с последних пар, однако от математики и испанского Нила это не спасло. После матана он закинул сумку в общежитие и присоединился к команде. Дабы удостовериться, что все на месте, в коридоре Дэн пересчитала Лисов по головам, после чего они на двух авто выдвинулись на стадион.

Начиная с субботней поездки в Колумбию, Нил ездил в «Лисью нору» и обратно вместе с кузенами и Кевином. В фургоне Мэтта места было побольше, чем на заднем сиденье машины Аарона, однако в субботу вечером Эндрю четко и ясно велел Нилу постоянно находиться в поле зрения Кевина и поддерживать его заинтересованность в Ниле как в перспективном игроке. Нил мог бы возразить, что сидение позади Кевина в авто вряд ли что изменит, но ведь теперь Дэн и Мэтт считали его соединительным звеном команды. Они были правы: ключом к сплочению «Лисов» являлся Эндрю Миньярд. Нил понимал, что должен вести себя как хороший мальчик, пока не нащупает верные рычаги воздействия на Эндрю, а потому смирился с собственным недовольством и делал, что сказано.

Когда они подъехали к парковке, обнаружился новый повод для беспокойства. Всю неделю Эбби не отходила от Элисон и не показывалась в «Лисьей норе», но сегодня ее машина стояла у стадиона. Это означало, что Элисон тоже здесь.

В субботу утром во время прямого эфира, транслировавшегося на всю страну, Нил публично оскорбил Рико Морияму. Кевин предупредил товарищей по команде, что ответный удар Рико последует молниеносно. В тот вечер Лисам стоило бы держаться вместе, но Сет и Элисон с друзьями решили пройтись по барам. Нил видел Сета как раз перед уходом. Он помнил, как попрощался со старшекурсниками и вместе с компанией Эндрю уехал в Колумбию. Четыре часа спустя Гордон был мертв.

Трагическая случайность, совпавшая по времени, или дело рук Рико? Во второе просто не верилось, но первое было невозможно. Элисон хорошо знала дурные привычки своего парня, знала, что Сет любит смешивать алкоголь с антидепрессантами, которые ему прописал врач. Нил своими глазами видел, как Элисон проверила карманы Сета и, не найдя пузырька с таблетками, примирительно поцеловала его в губы. Каким-то непонятным образом, однако, у Гордона случилась передозировка, и Эндрю не сомневался, что за этим стоит Рико.

Нил не считал себя напрямую причастным к чьей-либо смерти, хоть и знал, сколько народу полегло за то время, пока они с матерью пытались остаться в живых. Больше всего Нил боялся стать копией отца, но и походить на мать тоже не хотел. Каждый из родителей был беспощаден по-своему, и Нил, несмотря на все свои трудности в общении с людьми, не собирался превращаться в монстра. Однако, судя по началу сезона, подобная трансформация вполне могла стать неизбежной.

Ему требовалось время, чтобы поразмыслить над обеими версиями гибели Сета, хотя, с другой стороны, кого волнует, что он там думает? Если Элисон проведет параллели и обвинит его в смерти Гордона, на любом контакте с ней в этом сезоне можно ставить крест. Нил сознавал, что отношения с Элисон надо как-то наладить, только вот как? Он сроду не обладал талантом располагать к себе окружающих, и вряд ли девушка вроде Элисон станет первой в его списке достижений.

При взгляде на Элисон Рейнолдс сразу же возникал недоуменный вопрос: каким образом она вообще затесалась в команду «Лисов»? Обладая внешностью принцессы с обложки глянцевого журнала, на поле она могла посоперничать с лучшими из лучших. Элисон отказывалась соответствовать чьим-либо ожиданиям, а ее прямота порой граничила с жестокостью. Будучи наследницей многомиллиардной отцовской империи, она не собиралась терпеть рамки, которые накладывала роскошная жизнь. Элисон хотела отвоевать право быть собой; выходя на поле, хотела доказать, чего стоит. А еще хотела быть с Сетом – несмотря на его склочный характер и грубую любовь. Нил надеялся, что из этих трех пунктов Элисон научится обходиться первыми двумя.

Очевидно, Эндрю почувствовал, как напрягся Нил, – в машине они сидели бок о бок. Проследив за его взглядом, Миньярд тоже увидел автомобиль Эбби. Ники тем временем нашел место для парковки.

– Все-таки приехала, – заметил Эндрю. – Гм, интересно.

Ники вытащил ключ из замка зажигания.

– Интересно? Разве что тебе.

– Кому ж еще-то, – ухмыльнулся Эндрю, вылезая из машины.

Аарон выходить не торопился, поэтому Нил спрыгнул на асфальт следом за Эндрю и застыл, держась за ручку и глядя на автобус «Лисов», припаркованный неподалеку. Эндрю наблюдал за ним с издевательской усмешкой. Нил тянул время, и оба это знали.

Разозлившись, Нил захлопнул дверцу авто и направился к ограждению. Ввел код на панели – последние цифры телефонного номера Эбби, – услышал звуковой сигнал и толкнул дверь. Эндрю последовал за ним, а за спиной у того, несомненно, шел Кевин, поэтому Нил намеренно не сбавлял шага. Приготовившись к любой возможной реакции Элисон, он вошел в комнату отдыха.

Он видел Элисон разной: шикарно одетой красавицей, с безупречным макияжем и прической; обычной девчонкой – раскрасневшейся и взмокшей после игры, но еще никогда не видел ее такой, как сейчас.

Платиновые локоны Элисон были идеально уложены, одежда, по обыкновению, смотрелась дорого и стильно. На первый взгляд, ничего не изменилось, однако Нилу хватило доли секунды, чтобы понять: что-то в ней надломилось. Элисон сидела, сцепив пальцы в замок и зажав их между коленями. Ее плечи поникли, лицо превратилось в непроницаемую маску. Опустив голову, она смотрела в пол и не замечала появления пятерых товарищей по команде.

Эндрю двинулся прямиком к дивану, словно ее тут и не было. Аарон и Кевин, в отличие от него, при виде Элисон замерли на пороге. Нил открыл рот, чтобы извиниться или хотя бы спросить, как она себя чувствует, но слова застряли в горле. Удивительно, однако первым, кто нашел в себе мужество подойти к Элисон, стал Ники. Он осторожно присел перед ней на корточки, точно боялся спугнуть, и заглянул в глаза.

– Привет, – сказал он мягко, как будто они и не цапались на тренировках все лето. – Чем тебе помочь?

Вопрос она услышала, но не ответила, а лишь сильнее сжала губы, так что они побелели. Ники не двигался с места, стараясь если не разговорить ее, то по крайней мере выказать молчаливую поддержку. Прошла целая вечность, прежде чем Элисон пошевелилась, однако на Ники она даже не посмотрела. Она медленно подняла голову, и взгляд ее дымчато-серых глаз безошибочно отыскал Нила.

Он неподвижно и молча стоял на пороге, ожидая приговора, однако его не последовало. Мучительно тянулись секунды, а выражение лица Элисон не менялось. Она не была разгневана – хотя Нил счел бы это правильным, – не была и погружена в скорбь – а именно это он и ожидал увидеть. Элисон просто была. Была в этой раздевалке. Да, она дышала, но выглядела безжизненной, словно марионетка, у которой перерезали ниточки.

От пытки Нила избавило появление остальных Лисов; ему пришлось посторониться, чтобы его не ударило дверью. Дэн и Рене тут же подошли к креслу Элисон и уселись на подлокотники по обе стороны от нее. Даниэль – с видом скорее свирепым, чем ободряющим, – обвила рукой плечи Элисон и что-то зашептала ей на ухо. Та слушала ее, склонив голову, а Нил наконец стряхнул с себя оцепенение. Когда стало ясно, что девушки возьмут заботу об Элисон на себя, Ники поднялся на ноги и отошел. Другие члены команды тоже разбрелись по своим местам.

Все Лисы явились вовремя, тогда как Ваймак и Эбби непривычно задерживались. У Нила мелькнула догадка, что тренер опаздывает нарочно. Его отсутствие позволяло выдохнуть, немного смягчить осознание тяжкой реальности. Ваймак давал своим подопечным несколько лишних минут, чтобы встретиться с Элисон и ее горем, возможность посмотреть на нее, прежде чем он снова переключит их внимание на экси.

Кроме того, теперь было ясно, с чем придется столкнуться сегодня. Элисон вернулась, но выглядела так, будто вот-вот рассыплется. Нил сомневался, что она сможет играть. А если не сможет, дело труба. Команда бельмонтского университета считалась одной из сильнейших в округе. Не столь титулована, как брекенриджцы, но соперник почти такой же сложный, особенно теперь, когда «Лисы» лишились Сета. Если они потеряют и Элисон, то матч можно считать проигранным еще до начала.

Наконец дверь кабинета Ваймака открылась. Тренер вошел в комнату отдыха и помахал Элисон.

– Элисон, можешь идти в автобус. Ники принесет твои вещи.

Ники скорчил недовольную гримасу, но в присутствии Рейнолдс спорить не стал. Элисон выскользнула из объятий Дэн и, не оглядываясь, ушла. Выждав, пока она закроет за собой дверь, Ники подал голос:

– Кто вообще додумался ее сюда притащить? Не надо ей никуда ехать.

– Мы предоставили ей выбор, – ответил Ваймак. – Она сама захотела прийти.

– А я бы выбора не давал. – Ники бросил встревоженный взгляд на дверь. – Оставил бы дома, а позже извинился. Она пока не готова к игре.

– Ники, где же твоя вера в товарищей? – усмехнулся Эндрю. – Не переживай, она отыграет как надо.

С этой стороны поддержки никто не ожидал. В противовес сомнениям потрясенных Лисов, Эндрю широко улыбался. Объяснить причины своей уверенности он не потрудился и лишь показал большими пальцами на нападающих, стоявших по обе стороны от него:

– Лучше бы за этих двух придурков волновались.

– Об этом я и хотел поговорить. – Ваймак вышел на середину комнаты и встал спиной к телевизору. – Мы с Даниэль всю неделю ломали голову, что делать с линией нападения. Вам всем хорошо известно, что третьего нападающего я пока найти не могу. Кевину уже доводилось играть два тайма подряд, но это было до травмы. У тебя такого опыта нет. – Он посмотрел на Нила и, когда тот отрицательно покачал головой, кивнул. – То есть на сегодняшний день провести всю игру на поле вы не в состоянии, но за неделю мы вас к этому подготовим – сперва одного, потом другого. А до той поры придется как-то выкручиваться. – Тренер устремил взгляд на Дэн и Рене, которые так и продолжали сидеть на подлокотниках кресла Элисон. – Решение не самое изящное, но это лучшее, что мы смогли придумать за такое короткое время, поэтому слушайте внимательно.

Ваймак взял с телевизионной тумбы свою папку-планшет, перелистнул несколько страниц и зачитал:

– Сегодняшний стартовый состав на первый тайм: Эндрю, Мэтт, Ники, Элисон, Кевин, Нил. Замены: Аарон выходит вместо Ники, Дэн – вместо Кевина, Рене – вместо Элисон. – Он убрал руку с планшета и поднял глаза. – Все поняли? Повторять не буду.

– Тренер, вы сейчас пошутили? – оторопел Ники. – Рене вообще-то вратарь.

– В нападении может играть только Дэн, – вмешалась Рене, – а сильно рассчитывать на Элисон пока не стоит. Мы с тренером уже обсудили это во вторник, так что я успела немного подогнать экипировку. Ну да, я не играла в защите со школы, но обещаю, что буду стараться.

– Не пойми меня неправильно, но я волнуюсь не за тебя, – сказал Ники. – Если ты будешь играть за плеймейкера, кто встанет на ворота во втором тайме?

Ваймак посмотрел на Эндрю. Эндрю оглянулся, словно надеялся увидеть у себя за спиной третьего голкипера. Не найдя такового, он вопросительно вздернул бровь и провел большим пальцем по растянутым в улыбке губам.

– Тренер, вы в курсе, что мое лекарство так не работает?

– В курсе, – подтвердил Ваймак.

– Так к чему вы клоните?

– Ни к чему, – ответил Ваймак. – У нас с тобой был уговор, и нарушать его я не намерен. Предлагаю сделку: условия те же, что в прошлом сезоне. Вчера Эбби положила пузырек с твоими таблетками в аптечку первой помощи. Как только покидаешь поле, они твои. От тебя требуется только одно: играть. Каким образом ты будешь это делать, меня не интересует.

– Нападающих за неделю не натаскать, – покачал головой Эндрю. – И долго вы планируете придерживаться такой схемы?

– Столько, сколько ты выдержишь, – сказал Ваймак. – Ну что, справишься?

Эндрю рассмеялся.

– Заодно и посмотрим.

Ваймак удовлетворенно кивнул.

– Еще вопросы?

– Тренер, эта расстановка – чистое безумие! – не унимался Ники.

– Точняк. Поэтому всем удачи. – Ваймак хлопнул в ладоши, пресекая дальнейшие возражения. – Пошевеливайтесь. Забирайте экипировку и выметайтесь на улицу. Дэн, Рене, захватите вещи Элисон – Ники отнесет их в автобус. Мэтт, поможешь мне перенести стойку с клюшками. Через десять минут отъезжаем. Кто не успел, тот опоздал. Живо, живо, живо!

Парни и девушки разошлись по раздевалкам. Возле каждого шкафчика на скамейке уже стояла дорожная сумка. Нил взял свою и покрутил в руках, восхищаясь яркой оранжевой вышивкой. Сумка пахла новой вещью. На одном боку у нее красовались его фамилия и номер, на другом – отпечаток лисьей лапы.

Не успел Нил ввести последнюю цифру кода и открыть шкафчик, как откуда-то сбоку раздался лязг металла. Оглянувшись, он увидел, что Эндрю просто стоит и хлопает дверцей своего шкафчика. Тот успел сделать это дважды, прежде чем Кевин остановил его, перехватив дверцу. В драку Эндрю не полез, а просто вывалил содержимое шкафчика на пол.

– В чем дело? – спросил Кевин. – Без лекарств тебе весь матч не выстоять.

Нил порадовался, что кто-то все же озвучил эту мысль, поскольку план вызывал серьезные сомнения и у него самого. После пропуска очередной таблетки у Эндрю довольно скоро начинался синдром отмены, который проходил в три этапа: сперва психологический и физический шок, затем чудовищно болезненная ломка и, наконец, безумная тяга к новой дозе. Первые два этапа Нил уже краем глаза видел; через какое время наступает третий, он не знал, но Мэтт однажды упомянул, что при этом лучше не присутствовать.

Проблемы с ломкой не должно было быть в принципе, поскольку, вынеся Эндрю условный приговор, суд обязал его принимать лекарство в течение трех лет, только вот перед игрой тренер «Лисов» Дэвид Ваймак разрешал Миньярду слезать с таблеток. Во время матча на стадионе царило такое сумасшедшее возбуждение, а защитная экипировка так хорошо скрывала лицо Эндрю, что момента, когда он прекращал ухмыляться, никто не замечал. Если на первом этапе Эндрю справлялся с начальными проявлениями синдрома отмены, то в перерыве между таймами принимал пропущенную таблетку, постепенно приходил в себя и во втором тайме отсиживался на скамейке запасных.

Эндрю возвел эту схему до мастерского уровня – на прошлой неделе даже Нил не заметил, когда его начало ломать. Однако тогда нужно было выдержать один тайм, а теперь Эндрю предстояло находиться на поле от начала до конца. Решение казалось простым и очевидным: сегодня он не должен пропускать прием таблеток, нравится ему это или нет, однако «просто» с Эндрю Миньярдом не было никогда.

– Пожалуй, что так, – охотно согласился Эндрю. Для того кто собирался провести половину вечера, испытывая нешуточные страдания, это прозвучало чересчур жизнерадостно. Он опустился на корточки и принялся разбирать сваленные в кучу предметы одежды и экипировки. – Но мы что-нибудь придумаем.

– Один раз такое уже было, – напомнил Мэтт.

– Да, в прошлом октябре. – Ники, занятый складыванием вещей в сумку, не поднял головы, но было слышно, что он улыбается. – Комитет пригрозил выкинуть нас из первого дивизиона, если мы не прекратим проигрывать. Тренер умолял Эндрю о чуде, и Эндрю его явил. Он предложил назвать число от одного до пяти – типа, сколько голов он позволит забить соперникам, прежде чем перекроет ворота. Я в жизни ничего круче не видел!

Если Ники произнес эти слова, чтобы Кевин сильнее поверил в шансы Эндрю на сегодняшней игре, то эффект они произвели ровно противоположный. Лицо Кевина сделалось темнее тучи.

– Значит, ты постараешься, – процедил он сквозь зубы, – потому что тебя попросил тренер?

Эндрю сложил руки на коленях, запрокинул голову и улыбнулся Кевину.

– Осторожно, Кевин. Ревность – плохое чувство.

– Восемь месяцев ты говорил мне «нет», а ему сказал «да» за восемь секунд. Как так?

– А, ну тут все просто. – Эндрю управился со сборами, вжикнул молнией, закинул сумку на спину и поднялся на ноги перед самым носом у Кевина, почти заставив того попятиться. – Мне нравится тебе отказывать. Ты же сам этого хотел, так? Ты хотел, чтобы я повеселился. Мне весело. А тебе?

Для своего маленького роста Эндрю создал на удивление много шума, когда влетел в шкафчик. Врезавшись в оранжевую металлическую дверцу, он расхохотался. Непонятно было, чему он радуется больше: бешенству Дэя или пятну крови, расползшемуся спереди на его футболке. Нил не заметил, как Эндрю вытащил нож, который сейчас блестел в его руке. Коротко выругавшись, Кевин отступил.

– Господи, Эндрю! – воскликнул Мэтт. – Кевин, ты ранен?

– Я в порядке. – Кевин приложил к груди ладонь, словно проверяя, так ли это.

Нил стоял в дальнем конце раздевалки и не очень хорошо видел Кевина, однако, судя по небольшому количеству крови, лезвие лишь слегка оцарапало кожу. Порез длинный, но не опасный, хотя во время игры, придавленный массивным нагрудником, конечно, будет саднить.

Эндрю отошел от шкафчиков и опять оказался перед Кевином. Приставив острие ножа к его сердцу, Миньярд посмотрел ему в глаза. Ответный взгляд Кевина выражал скорее злость, чем испуг. Мэтт шагнул к ним, собираясь прекратить второй раунд драки. Не отводя глаз от Эндрю, Кевин взмахом руки приказал Мэтту не вмешиваться, но тот проигнорировал его жест. На расстоянии выпада Бойд остановился и застыл, напряженно ожидая, когда тот или другой сделает неверное движение.

После того как Мэтт неподвижно замер, Эндрю заговорил снова:

– Кевин, Кевин. До чего же ты предсказуем и жалок… Хочешь совет? Типа в награду за усердие. Готов слушать? Тебе повезет больше, если станешь просить только то, что действительно можешь получить.

– Я могу это получить, – глухим от отчаяния голосом выдавил Кевин. – Просто ты ведешь себя как идиот.

– Что ж, посмотрим. Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Эндрю обошел Кевина и вытер нож о его рукав. Какую бы одежду он ни надевал, одна деталь оставалась неизменной: черные повязки на предплечьях от запястья до локтя. Ходила шутка, что они служат лишь для того, чтобы различать близнецов, однако повязки имели и другое предназначение. В начале лета Нил узнал, что под тонкой тканью спрятаны ножны. Очистив лезвие, Эндрю убрал нож и покинул раздевалку.

– Ты серьезно? – раздраженно бросил Кевину Ники, берясь за сумку. – Я думал, ты давно на это забил. Тебе его не переупрямить.

Не удостоив Ники ответом, Кевин ринулся к своему шкафчику и начал собирать сумку. Ники покачал головой и двинулся к выходу. Аарон, который не терял времени, глазея на короткую стычку, а укладывал вещи, вышел сразу за ним. Нил ожидал от Кевина еще одной вспышки гнева, однако его остатки Кевин выпускал молча – заталкивал экипировку в сумку с такой яростью, словно хотел ее порвать.

Для Кевина Дэя в жизни не было ничего важнее экси. Он вырос на этом виде спорта и мечтал только о том, чтобы стать лучшим нападающим из всех, которые когда-либо выходили на поле. Кевин предъявлял жесткие требования к товарищам по команде, но суровее всего относился к себе; не терпел непрофессионализма и заставлял Лисов выкладываться по максимуму.

Особенно Кевина бесило полнейшее равнодушие Эндрю. По статистике, Миньярд считался одним из лучших вратарей юго-восточного округа, причем не прилагая для этого ни малейших усилий. Кевин потратил почти год в попытках до него достучаться. Он страстно хотел, чтобы Эндрю проникся игрой, хотел разжечь в нем воодушевление и жаждал этого так исступленно, как умирающий жаждет последнего глотка воздуха. Эндрю это знал, а потому продолжал плевать на экси.

Нил понимал, почему Кевин злится. В июне, впервые увидев Эндрю на поле, он и сам был поражен: невероятно – да что там, просто невозможно, – чтобы такой одаренный игрок так спокойно зарывал собственный талант в землю. К сожалению, лекарства, которые принимал Эндрю, катастрофически сужали объем его внимания и вводили в состояние эйфории, убивая всякий интерес к результатам матча. Вероятно, в этом случае пропуск таблеток перед игрой мог действительно решить проблему, только вот Нил помнил свою попытку поговорить с Миньярдом в тот момент, когда его сознание частично прояснилось: Эндрю тогда заявил, что экси – слишком скучное занятие, чтобы тратить на него силы.

Препятствия в виде психологических проблем и лекарств многое объясняли, однако Эндрю только что, на глазах у Нила, практически без возражений пошел на сделку с Ваймаком. Нил пока не знал, что это означает и как к этому относиться.

Дождавшись, пока уйдет Кевин, Мэтт посмотрел на Нила:

– Сегодняшняя игра будет охеренной!

– Ты, наверное, хотел сказать хероватой, – отозвался тот, застегивая сумку.

Мэтт мрачно усмехнулся и закрыл свой шкафчик. Проходя мимо Нила к выходу, Бойд хлопнул его по плечу.

– Главное – не думай об этом, пока не выйдем на поле. Вряд ли тебе станет лучше, если ты всю дорогу будешь терзаться о том, чего не изменить.

Кивнув, Нил сказал:

– Мэтт, ты иди, а я помогу тренеру погрузить клюшки. Хочу кое о чем его спросить.

– Точно? Ладно, тогда давай закину твои вещи в автобус, неудобно же тащить все сразу.

Нил вручил ему тяжелую сумку и придержал дверь. Мэтт свернул налево, к выходу, а Нил – направо, в фойе. Ваймак открыл инвентарную кладовую и уже выкатил стойку с клюшками. Защитные чехлы были откинуты, чтобы тренер мог осмотреть головки. Нил знал, что клюшки в хорошем состоянии, потому что Лисы ежедневно приводили их в порядок перед тем, как покинуть стадион, однако Ваймак все равно проверил натяжение каждой сетки.

Подняв глаза, тренер заметил Нила, но его появление вместо Бойда никак не прокомментировал. Нил тоже промолчал и лишь стиснул пальцами сетку своей клюшки. Сегодня он брал с собой сразу две – на всякий случай. Конструкция у них прочная – изготовлены так, чтобы передавать мячу энергию броска и выдерживать удары других клюшек, и все же, если как следует хрястнуть, сломаться может даже самая крепкая. А Нилу вовсе не хотелось оказаться вдали от «Лисьей норы» с пустыми руками.

– Убирай пальцы, – предупредил Ваймак.

Нил отошел, и тренер опустил крышки. Один за другим защелкнулись пластмассовые крючки. Ваймак слегка тряхнул стойку, проверяя, что всё надежно закреплено, потом жестом велел Нилу браться за нее спереди. Нил выполнил указание, но остался на месте, мысленно так и эдак формулируя вопрос. Он боялся, что Ваймак начнет его торопить, поскольку время поджимало, однако тренер терпеливо ждал.

– Не знал, что у Эндрю есть ценник, – наконец произнес Нил. – Он не похож на человека, которого можно купить.

– Он и не продается, – ответил Ваймак. – Эндрю согласился бы, даже попроси я его сделать это бескорыстно. Я посулил выгоду только потому, что знаю, чего ему будет стоить сегодняшняя игра.

– Но почему он согласился? – с нажимом спросил Нил. – Что в вас такого особенного?

Ваймак скептически выгнул бровь.

– Ничего.

– Не понимаю.

– Может, ты заметил, как часто я закрываю глаза на то, что творится в этой команде? – сказал Ваймак. – Я знаю, кого набрал, и понимаю, что некоторым из этих людей нужно дать немного свободы, чтобы они держались на плаву. До той поры, пока это никому не вредит, пока никого не застукали и пока вам хватает ума не тащить дерьмо на поле, мне абсолютно по барабану, чем вы там заняты в свободное время. Меня это не касается, потому что я не хочу, чтобы это меня касалось.

Ваймак намекал на вечеринки с наркотиками и алкоголем в Колумбии, куда Эндрю возил свою компанию. Нил не знал, чему удивляться больше: тому, что тренер осведомлен о развлечениях подопечных, или тому, что он смотрит на это сквозь пальцы. Бездействие Ваймака не равнялось одобрению, однако главный тренер команды не вправе поощрять подобное даже косвенно. Кто-то счел бы Дэвида Ваймака безответственным и, возможно, был бы прав, однако Нил понимал, что не все так просто.

Некоторые утверждали, что Ваймак набирает в команду проблемных юношей и девушек ради самопиара, другие видели в нем заблудшего идеалиста. Поиск талантливых подростков с изломанной судьбой и желание предоставить им второй шанс – все это звучало красиво лишь в теории, а на деле представляло собой кошмар. Правда же заключалась в следующем: Ваймак отбирал этих ребят потому, что как никто другой понимал, насколько сильно они нуждаются во втором шансе, и, видя их отчаянное стремление зацепиться за этот шанс, позволял себе кое-чего не замечать.

– Эндрю в курсе, что вы в курсе?

– Разумеется.

Вот это уже интересно. Эндрю знал, что Ваймак вполне может укоротить поводок, просто предпочитает этого не делать, и поэтому не отказывал тренеру, когда тот о чем-то просил. Обдумав эту мысль, Нил поинтересовался:

– Уважение или расчет?

– Будем считать, что второе, – ответил Ваймак. – Эндрю я нравлюсь не больше, чем тебе.

В его голосе не прозвучало и намека на укор, однако Нил все же смутился.

– Извините.

– Извиняться будешь на ходу. Мы опаздываем.

Они покатили стойку по коридору. В комнате отдыха Нил захватил свой рюкзак, а Ваймак последовательно гасил свет в каждом помещении, через которое они двигались. Выйдя за дверь, они немного постояли, удостоверяясь, что кодовый замок сработал и надежно закрылся. В автобус стойку пришлось заносить боком. К счастью, благодаря защитному каркасу клюшки не бились о металлическое днище багажного отсека. Ваймак с силой захлопнул дверцы отсека, вслед за Нилом вошел в салон и пересчитал Лисов по головам.

Все уже были на месте. В первом ряду сидела Эбби, сразу за ней расположились Мэтт и Дэн. Широкое кресло в третьем ряду заняли Элисон и Рене – дополнительному простору девушки предпочли тесный уют общения. Из-за того что старшекурсники устроились по двое, между ними и компанией Эндрю оставалось четыре свободных кресла.

В отличие от товарищей по команде, Миньярды, Хэммик и Дэй расселись по одному. Эндрю – на последнем ряду, сразу перед ним – Кевин. Ники в прошлый раз сидел впереди Кевина, но сейчас он и Аарон сдвинулись на ряд, оставив место посередине свободным. Кому оно предназначалось, можно было не спрашивать. Нил бросил рюкзак на третье с конца кресло и опустился на мягкое сиденье. Скрипнула кожа: к Нилу повернулся сияющий Ники.

– Я уж думал, ты заблудился.

– Нет, просто кое-что проверял.

Окончив подсчет, Ваймак уселся в водительское кресло. Зарокотал мотор, двери закрылись, и несколько минут спустя автобус выехал на шоссе. Нил провожал взглядом кампус, пока тот не скрылся из виду.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю